Замуж за короля

11.12.2017, 15:11 Автор: Альбина Илимханова


Показано 1 из 25 страниц

1 2 3 4 ... 24 25


Глава 1 - Никто не знал, что я - маг


       
       Маршрутку мотало на каждом повороте и подбрасывало на кочках. А еще говорили, у нас дороги на уровне. Как бы не так! По весне, как только сходил лед, улицы, проспекты и переулки превращались в военно-фронтовые дороги после бомбежки. Машины переползали через ямы невыносимо медленно, проваливаясь в них как в бездну, и хотелось закрыть глаза и прокричать: «мамочка, да что же это делается!». Отец берег подвеску и выезжал теперь из гаража только по крайней необходимости. Мои ежедневные поездки в институт в список необходимостей не входили. Поэтому в карманах гремела мелочь, на коленях болтался рюкзак и справа назойливо напирали другие пассажиры. Не повезло им сесть, как мне. На лицах тоска серым налетом повседневности, а в плеере соседа какая-то психоделическая тягомотина. То ли симфонический оркестр, то ли электроника, не понять отсюда.
       Я прислонилась лбом к стеклу и думала, как выкручиваться из пропущенных лабораторных по метрологии. Оформление я еще спишу у Коляна или Антона, а вот с защитой было совсем тяжко. Проклятый всеми богами Заславский бегал от студентов как заяц по полям. Даже назначенные часы консультаций игнорировал, как мы не жаловались в деканат. Занятой очень, важный. В научной лаборатории просиживал все свободное время. Да я китайский космонавт, если метрология – это наука! Измерительные приборы, погрешности, калибровка, осциллографы, на которые я уже смотреть не могла. Но самое гадкое – ГОСТы, правила и инструкции. Чума на голову всех, кто их придумал!
       Маршрутка застряла в пробке и двигалась рывками, отчего меня укачивало и тошнило. Я закрыла глаза, но стало только хуже. Почему-то переполненный салон начало качать, как речной катер в сильный ветер. Я даже схватилась за спинку сидения, но это не помогло. Реальность взбрыкнула и закрутилась спиралью, увлекая в водоворот. В черноте искорками вспыхивали цветные звезды, и шел метеоритный дождь, а потом все исчезло.
       
       

***


       
       Очнулась я на земле судя по тому, как было холодно, сыро и трава щекотала щеку. Куртка не грела, рюкзак под животом не чувствовался. Ну, вот тебе и честные граждане. Мало того, что вытолкали из маршрутки, так еще и раздели.
       - Лина, вставай, ты чего?
       - Оксана, - буркнула я под нос и открыла глаза.
       Вместо серых коробок города-миллионника меня обступали фруктовые деревья. В жесткой листве прятались бледно-розовые яблоки непонятного сорта. Голову неласково припекало солнце, а за плечо трясла курносая и веснушчатая блондинка в косынке и сарафане поверх рубахи с длинными рукавами.
       - Что ты говоришь, я не понимаю, - щебетала она, заглядывая мне в глаза, - голову напекло? Я говорила, не снимай платок. Вставай давай, а то смотритель увидит, плетей всыплет.
       Какой смотритель? Какие плети? Где я? У нас в области не растут яблоки. Сибирь-матушка. Только дичка и полукультурка, реже ранетка. И то на огородах у дачников, а тут целая плантация. И жарко так, будто не середина марта.
       - Встану, - подняла я руки, но сначала села. Все еще тошнило сильно, и голова кружилась. Колени закрывал такой же синий сарафан из грубой ткани как у девицы, а до запястий спускались длинные рукава белой рубахи. Еще и переодели, шутники. Одногруппники прикололись? Подсыпали снотворного в пиво и притащили в съемочный павильон? Вместо солнца софит, актрису попросили помочь и где-то за ширмой стоят и ржут над моей перекошенной рожей. Антон, больше не кому. Он тусовался с телевизионщиками и все студии знал наизусть.
       - Лина, быстрее, - занервничала актриса и стала тянуть меня за плечи вверх. Натурально как играла. Сильная, черт! Пришлось вставать. Даже перезревших яблок где-то нашли и в траве раскидали. Основательно подошли к реквизиту, браво!
       - Слушай, все здорово, но мне бы выйти отсюда, - сказала я девице, отряхивая сухие былинки травы с сарафана. Актриса захлопала ресницами и нахмурилась.
       - Куда выйти? Сбор еще не закончился. Давай, а то и меня вместе с тобой накажут.
       Она переставила ближе неполную корзину с яблоками, взяла вторую и пошла к деревьям. Ладно, поняла, сама выйду. То ли квест какой, сейчас все на них помешались. Я разглядела тропинку между яблонями и решительно пошла вперед. Павильоны не бывают бесконечными, рано или поздно найду дверь.
       Тапочки на ногах шуршали по траве, а по спине что-то хлопало. Я мотнула головой и поймала косу. Бутафорская? Ай, черт, намертво к моим волосам приклеили. Толстая какая, тоже блондинистая. Интересно, как с моими каштановыми сочетается? Надо будет зеркало найти, не перекрасили же мне волосы ради тупого розыгрыша.
       Через несколько шагов в спину закричала все та же актриса.
       - Лина, стой! Да куда ты, окаянная!
       Я не обратила внимания, но девица исправно отрабатывала гонорар, догнав и вцепившись в рукав.
       - Вернись! За побег смерть!
       - Отстань, - грубо пихнула я её, - я не в курсе ваших постановок. Меня вообще чем-то опоили и приволокли сюда насильно. Я не актриса и участвовать ни в чем не собираюсь!
       - Сильно головой ударилась, да? – прошипела девица, но рукав не отпустила. – Не хочешь работать, плетей получишь, но сбежать я тебе полоумной не дам!
       Еще немного и мы бы подрались. Ткань трещала, тапки скользили по траве, я почти вырвалась, но спина вдруг вспыхнула острой болью. Я взвизгнула и упала на колени.
       - Что здесь делаем! Почему не работаем? – гаркнул грубый мужской голос, и актриса тут же развернулась и бросилась бежать, оставляя меня второму участнику действа.
       - Ну, знаете, - взбеленилась я, - бить совсем необязательно!
       Вместо ответа он стегнул меня еще раз. Резко зло и очень больно. На глаза навернулись слезы, и пламя растеклось по телу. Мужчина в рубахе и черных штанах намотал мою косу на кулак и прохрипел.
       - Я из тебя отбивную сделаю, если захочу и плевал я на твою метку. Много вас здесь таких было, все шелковыми стали. Я опытный дрессировщик и не только кнутом владею.
       От боли я с трудом соображала, о чем он говорит. Кажется, розыгрыш зашел слишком далеко. Судиться за жестокое обращение мне денег не хватит, а поднять волну в соц.сетях можно будет. Осталось только выбраться отсюда и если это квест, то желательно узнать правила.
       - Хорошо, я все поняла. Что делать-то?
       Мужик, здоровый как медведь, заросший черной бородой, задумчиво пожевал губами. Я надеялась, что отпустит, но он вдруг потащил меня за собой.
       Тянул за косу больно и чтобы не вырвал, приходилось послушно семенить следом, путаясь в длинной юбке сарафана. Не очень удобная одежда, чтобы за яблоками по деревьям прыгать, да еще и по лесенкам лазить. Работниц играли только девушки. Такие же молодые как я и моя названная подруга. Кстати, представляться тут не принято? Так и буду звать их сборщицами и смотрителями? Наверное, массовке имена не положены, но где тогда главные действующие лица? Чем дольше мы шли, тем меньше я верила в павильон. Нет таких даже в Голливуде. Хотя может пейзаж на горизонте искусно нарисован на заднике и до него три шага, а кажется будто день идти.
       Плантация кончилась резко и без предупреждения, открывая луг, а скорее обычный пустырь, заросший травой. На пригорке скособочился бревенчатый домик, как в иллюстрациях к детским сказкам. Избушка избушкой, курьих ножек не хватает. Ну-ка встань ко мне передом, а ко всем шутникам задом! Когда все закончится, ящиком пива не отделаются. Это минимум дорогой кабак с кордебалетом. Караоке в общем.
       - Топай давай! – буркнул мужик, пропихивая меня в открытую дверь. Внутри пахло дровами как в бане, под потолком сушились березовые веники, а крашенный дощатый пол застелили цветастыми половиками. Деревенский колорит на твердую пятерку. Даже чугунок в печи и забытые на столе деревянные ложки. Простые, грубо выструганные без росписи под хохлому. Такие не в каждом музее найдешь – сами сделали? Еще одна догадка мелькнула в сознании. Реконструкторы. Тогда мы действительно на природе, но только где? Жарко ведь, а как же март? Даже в Краснодарском крае сейчас должно быть прохладно или у них такая лютая оттепель?
       Мой мучитель запер дверь на увесистый амбарный замок и уселся на стул. Ширина плеч как у бодибилдера, рубашка на бицепсах лопается. Такого даже пинать ниже пояса бесполезно – не поморщится. Железное все.
       - Строптивая, значит, - протянул он, снимая с пояса кнут и выкладывая на стол, - будем укрощать.
       - Не надо, - пискнула я, - может, договоримся? Что мне надо сделать – я сделаю и пойду. Домой очень хочется.
       - Нет у тебя дома, и не будет никогда. Меченая. Когда уже все запомните? Кормят вас тут, одевают, а могли бы в расход пускать как раньше. Благодарности не дождешься. То бунт, то побеги. Моровы отродья.
       Так убедительно говорил, что по хребту холодок потянулся. Будто правда я не Оксана Семенова, а сборщица Лина и сейчас мне достанется этим кнутом так, что неделями на животе спать буду. Я отшатнулась назад, ударилась спиной в дверь и зашипела от боли.
       - Не кривись, - ухмыльнулся мужик в пушистые усы, - не бил еще, только погладил. А будешь себя хорошо вести, вот это получишь.
       Смотритель выложил из кармана на стол деревянную шкатулку. Едва снял крышку, как в избе остро запахло пряными травами. Мазь какая-то лечебная? Хорошо бы, но я всегда предпочитала народной медицине старую проверенную гепариновую мазь. Синяки на спине должны быть знатные.
       - Да что делать-то?
       Мужик облизнулся как котяра, увидевший сметану. Глаза сально заблестели, и я тут же предположила худшее. Э, нет! Со всех пьянок целая уходила, и сейчас терять невинность не собираюсь. Огреть бы его по башке чем-нибудь тяжелым. Да хоть стулом. Надо только резко и неожиданно, а то перехватит и я точно никуда не сбегу. Ключ от замка в карман положил. Гадство, вот это квест!
       - Колдовать будешь, - неожиданно выдал смотритель, - для меня. И не пищи, что запрещено. Сбегать тоже запрещено, но ты дунула наутек, бросив корзину. Откажешься, я тебя быстро за ограду вытолкаю, а потом собак спущу. Они голодные, разорвут на части и будут жрать. Думай, чего хочешь больше.
       Бред какой-то. Колдовать? Он серьезно? Жечь пучки трав, бормотать наговоры на растущую луну, соль сыпать, а потом надеяться, что сработает? Нет, дурной выбор. Конечно, надо отказываться и за ограду, а там бежать со всех ног. Не верила я в собак. Вернее они вполне могли быть, но чтобы рвать на части… Спина болела, не утихая. Кнутом меня стегали взаправду, что если и с травлей собаками не соврали? Шанс сбежать, конечно, знатный, но проверять страшно.
       - Ладно, поколдую, - промямлила я, - если получится.
       Мужик будто выдохнул с облегчением, а потом снова в карман полез. Точно сейчас достанет лягушачьи кости и сушеные крылья летучих мышей. Меня же стошнит! Колдовство, черная магия на крови – они не для слабых желудком. Но смотритель достал обычный отполированный камень на кожаном шнурке.
       - Вот. Амулет, значит. Покупал у ваших на рынке. Ну, у тех, что без метки. Сказали верняк, а я ж не проверю. Второй такой у сына на шее. Солдат он у меня. Призвали в войско Риваза усмирять восстание на юге. Почитай шестую седмицу как ушел, и весточки нет. Живой хоть? Ты спроси.
       И камень мне протянул. Я икнула, уставившись на него в упор.
       - А по скайпу позвонить не пробовали?
       - Я тебе сейчас по черепушке бревном позвоню, - обиделся мужик, - зазвучит как колокол, как думаешь?
       Черт, сын в армии - серьезная легенда. Отец тут переживает, места себя не находит. Работа тяжелая – девиц кнутом стегать. Устает, несчастный. Ну, не получалось его жалеть и заодно верить во весь этот бред с камнями. Что-то типа раций для связи на расстоянии, просто выглядят как камни? Видела я нормальные рации, бьющие на приличное количество километров. Не затолкать их электронную начинку в такую подвеску. Но может попробовать? Подержу камень, поизображаю экстрасенса и скажу, что сын жив и с ним все в порядке. Делов-то соврать.
       Я забрала амулет, зажала в кулаке и сосредоточилась. Как там маги на форумах писали? Надо визуализировать объект, четко знать, чего ты хочешь и кто-то там обязательно откликнется. Кто именно по вкусу – бесы или добрые силы. Меня сейчас волновало, как мог выглядеть сын смотрителя. Явно на папку похож, если не от соседа. Бороду не бреет, в плечах косая сажень, одет в рубаху и кольчугу. Почему-то упорно лез образ Ильи Муромца с картины Васнецова. Богатырь такой с палицей и в шишаке на буйной голове. И тут опять поплохело, как в маршрутке. Дом начал качаться перед глазами, и я нырнула в темноту обморока.
       ... Галлюцинации пахли гарью и конским потом. Меня качало в седле и копье так и норовило выскользнуть из рук. Плечи болели от тяжести доспеха, и шлем все время сползал на глаза. Впереди назойливо болталось знамя на древке. Летящий сокол. Войска Риваза Великолепного. Усталые, голодные и замученные длинным переходом.
       - Анур, ты дрыхнешь что ли?
       - Нет.
       - Подберись, мы уже на подходе.
       
       Слова рассыпались, и голос затих, а я очнулась в избе на полу.
       - Сдурела окаянная! – шептал бледный смотритель, вытаращив на меня глаза, - куда столько? Смотри, вся рубаха в крови из метки. Снимай, другую дам. Погоди. Видела его? Жив?
       Шея горела так, будто я к ней утюг прислонила. Я потрогала рукой и увидела кровь на пальцах. Вся грудь залита ею.
       - Порезал меня, что ли пока в отключке была?
       - На кой? – нахмурился мужик. – Метка это. Не колдовала что ли раньше? Напряжешься сильно – она кровоточит.
       Да что за метка? Я еще раз пощупала шею и нашла рубцы как от шрамов. Из них шла кровь. Клеймо? Но оно не кровоточит! И пропустить момент прижигания кожи каленым железом я никак не могла. Куда теперь с таким сомнительным украшением?
       - Зеркало дай.
       - Говори что с сыном! Ну!
       Вот упертый. Рассказывать кроме глюка все равно нечего, вот я и выдала ему про лошадь, копье, доспех и Анура. Услышав имя, смотритель обмяк и заулыбался. Так расчувствовался, что чуть слезу не пустил.
       - Анур. Живой.
       Я окончательно перестала понимать, что происходит. Кровь остановилась, рубашка испорчена в хлам, мне каким-то образом пригрезился сын мужика, которого я в первый раз вижу. Ау, люди! Где я? Что со мной?
       - Что за зеркало-то? – спросил мужик. – Колдовское ваше приспособление? Амулет отдай, пригодится еще.
       Мир перевернулся с ног на голову. Зеркало – колдовская ересь, а видения и кровь из клейма – обыденность. Может я сплю? Да нет, ощущения слишком реальные, можно за руку не щипать.
       - Во что у вас женщины смотрятся, чтобы узнать красивые или нет? – хмуро спросила я. Если не понимаешь, куда грести – плыви по течению. Хотя бы пока не увидишь, за что можно ухватиться.
       - Ща, - кивнул мужик и бережно спрятал камень на веревочке обратно в карман, - блюдо где-то было. Тусклое уже и грязное, но рожу разглядишь.
       Долго копался в тумбах, отодвинув засаленные занавески, и вытащил блюдо с медным отливом. Подышал на него, потер рукавом и сунул мне.
       Отражение как в кошмарном сне – смазанное и нечеткое, но даже по мутному силуэту понятно, что это не я. Совсем другая девушка. Курносая и большеглазая блондинка, а на шее кровоточащая цифра восемь. Приплыли.
       


       Глава 2 - Смотрят, надзирают, караулят


       
       Я делала вид, что старательно рассматриваю своё отражение в блюде, а сама думала.

Показано 1 из 25 страниц

1 2 3 4 ... 24 25