Я, кстати, понятия не имела, что могу открывать портал в тот мир, в котором сейчас живу, не только на той поляне, а в любом другом месте. Но надо точно знать, что находится в этом месте в том мире. Иначе рискуешь открыть портал в болоте, внутри какого-нибудь здания, или вообще в толще кирпичной стены. А мне рисковать нельзя.
И я не знала, что перемещение предметов возможно с любого расстояния, что мне очень даже на руку.
Еще раз обдумав всё до мелочей, я попрощалась с Ариной и бабой Костой.
– Я обязательно приду и проверю, получилось у меня, или нет, – пообещала я.
– Тебе придется потерпеть минимум четыре месяца, – предупредила Арина. – Если магический выброс засекут ищейки, они будут крутиться поблизости, пока не надоест. Больше, чем на три месяца, терпения у них не хватит. Но для страховки нужно подождать еще месяц. Дай мне слово, Айя, что не будешь пытаться прийти раньше.
– Арина, не волнуйся, я не стану рисковать напрасно, – кивнула я.
Я обняла Арину и бабу Косту и отправилась в обратный путь. День уже клонился к вечеру. Даже не знаю, успею ли вернуться в интернат к шести.
Я уже соскучилась по Игорю, предвкушала встречу с ним, и взаимные рассказы, как прошел день.
Хотя мне нельзя было отвлекаться. Внезапно я почувствовала, что в лесу кто-то есть, кроме меня. Ну, не считая птиц и зверей. Я остановилась. До поляны было уже недалеко, минут пять ходьбы. И я ощущала кого-то, обладающего магией, именно в том направлении. Если я могу их чувствовать, значит, и они могут почувствовать меня. Мои коленки задрожали. Неужели это ищейки Адарии обнаружили магию моего портала? Господи, страшно-то как! И на заветную поляну теперь не попасть... Мне захотелось бежать без оглядки как можно дальше от этого места, но я, конечно, никуда не побежала, а постаралась взять себя в руки. Чего это я паникую раньше времени? Пока я не пользуюсь магией, они могут почувствовать меня, но как просто живое существо. Я почувствовала их, потому что они применяли магию для поиска. Хотя, что именно они делали с помощью магии, не понимала. Мама не успела меня научить этому. Может, это вовсе не ищейки, а лесовичок или водянушка. Они магические существа, и постоянно излучают магию. Может, не все покинули этот лес. Но проверять желания не было.
Арина успела немного рассказать мне об ищейках. Это люди со слабыми или средними магическими способностями, натасканные на обнаружение действующей магии. Но раз у них способности средние, им понадобится время, чтобы узнать, где я. Я решила, что у меня есть минута, пока они засекут направление, и минуты две, пока добегут до меня. Времени в обрез, медлить нельзя.
Сейчас или никогда!
Я стояла на небольшой полянке, и не знала, что на этом месте в том мире, но выбирать не приходилось. Я шепотом прочитала заклинание:
– Лунный свет, появись,
Серебром обернись,
Лунный камень освети,
Зиму в лето преврати.
Засветились серебряные искорки, обозначив портал. Слава Богу, никакой стены или болота за ним не обнаружилось, а был тоже лес. По опыту я знала, что портал открывается секунд на тридцать. Глядя на подернутый рябью круг, начала читать другое заклинание:
– Ветер, дунь, лист сорви,
На ладонь мне положи.
И усиленно представляла обломанный наконечник стрелы, держа перед собой раскрытую ладонь.
На ней ничего не появилось.
Может, я неправильно читаю? Или представляю как-то не так?
Прочитала заклинание еще раз. Ничего. Может, та стрела другая?..
Я уже слышала треск веток, кто-то продирался ко мне через кусты. Я бросилась к порталу, который вот-вот исчезнет, продолжая читать заклинание на перемещение небольшого предмета, хотя уже поняла, что мой план провалился. Я не смогла удалить обломок стрелы из тела Арины. Но должна немедленно уходить. Вдруг мне тоже сейчас выстрелят в спину?.. Волосы начали вставать дыбом, когда я вопреки своей воле представила стрелу, острыми зазубринами впивающуюся в тело, и кровь, текущую из раны.
Портал закрылся сразу, едва я его проскочила, но, оглянувшись, успела заметить двух мужчин, выбежавших из кустов на поляну. По инерции пробежала несколько шагов, и... вдруг нога потеряла опору, я упала и кубарем покатилась по склону.
Об овраге, который может находиться сразу за порталом, меня не предупреждали.
На счастье он оказался неглубоким, не овраг даже, просто небольшая ложбина. Я упала на дно, чудом ничего не сломав. Хотя нет, не чудом. Наверное, помогли уроки физкультуры, которые я очень любила. При падении я машинально сгруппировалась, поэтому и не пострадала.
Я села. В ладонь, сжатую в кулак, впивалось что-то острое. Разжав пальцы, я увидела потемневший от впитавшейся крови наконечник стрелы.
Получилось! У меня получилось, хотя и понятия не имею, как.
Я встала, отряхнула с джинсов налипшие сосновые иголки, положила обломок стрелы в карман и поспешила в интернат.
Настроение было радостное. Я сумела удалить стрелу! Вот только жаль, что прямо сейчас не могу узнать, поможет ли это Арине встать на ноги. Ладно, за четыре месяца я не умру от любопытства.
Игорь, наверное, уже вернулся. Я ускорила шаги.
Я вышла из леса на дорогу. Игорь шел мне навстречу. Мы подошли друг к другу и остановились.
– Ты была на своей заветной поляне? Я знал, что найду тебя здесь.
А мог вообще-то и не найти.
– Я ходила в мой мир, – призналась я. – Прости, что не предупредила. Ты стал бы волноваться за меня, и встреча с отцом была бы тебе не в радость. Но... ты не кажешься мне особо радостным. Что-то случилось?
– Ничего такого, – Игорь пожал плечами. – А ты расскажешь, как побывала в своем мире?
– Да. Но сначала ты расскажи о встрече с отцом.
Игорь обнял меня, и мы неторопливо пошли к интернату. По дороге он рассказал о поездке в гости к отцу.
Сначала всё шло прекрасно. Юрий Сергеевич всю дорогу рассказывал Игорю, как в молодости играл в футбол, и начал не рано, как раз в его возрасте. Игорь слушал с интересом, хотя не очень любил футбол. Через полчаса машина остановилась около красивого двухэтажного особняка, окруженного садом.
– Вы здесь живете? – удивился Игорь.
– Да, это мой дом, – ответил Юрий Сергеевич. – Нравится?
– Еще не понял, – ответил Игорь. Он ожидал увидеть хотя и большую и роскошную, но квартиру, а тут... – Вы живете здесь вдвоем с женой?
– Да, – кивнул Юрий Сергеевич. – Не считая домработницы и садовника. Мне, конечно, хватило бы домика и поменьше, но Марина хотела, чтобы у наших детей... мы тогда еще не знали, что у нас их не будет... было много простора. Я решил, что она права, и мы купили этот дом.
Они вошли в большой холл.
– Хочешь посмотреть, как мы живем? – спросил Юрий Сергеевич.
– Это удобно? – поинтересовался Игорь.
– Конечно. Дома пока никого нет, кроме домработницы. Марина уехала в салон красоты. Хочет сразить тебя своей внешностью, – Юрий Сергеевич улыбнулся. – Она вернется к обеду. Мы позавтракаем вдвоем. Пока Светлана готовит завтрак, покажу тебе, дом. Здесь есть комната и для тебя.
Он показал Игорю все комнаты, которых в доме было семь, не считая гостиной, столовой, совмещенной с кухней, рабочего кабинета и холла. На чердаке обустроен небольшой тренажерный зал, в подвале находились сауна, прачечная и гараж на две машины. Комнаты домработницы и садовника были на первом этаже, комнаты Юрия Сергеевича и его жены – на втором. Там же было еще три свободных комнаты, служивших гостевыми спальнями.
– Мы с Мариной хотели, чтобы у нас было трое детей, – пояснил Юрий Сергеевич.
Одна из гостевых комнат была приготовлена для Игоря.
Она была оформлена в футбольном стиле. Постель заправлена зеленым покрывалом с изображением футбольного поля, на полу лежал круглый пушистый ковер в виде футбольного мяча, на нем стояли тапочки в виде бутсов. На зеркальных дверцах большого встроенного шкафа-купе – изображение футболиста. Даже монитор компьютера украшен маленькими рисунками футбольных мячиков, и компьютерная мышка раскрашена под футбольный мяч.
– Тебе не нравится? – спросил Юрий Сергеевич, не увидев восторга в глазах сына.
– Я не очень люблю футбол, – признался Игорь.
Сначала он не хотел говорить этого, чтобы не обижать отца, но решил, что в любом случае, согласится на усыновление, или нет, он не должен начинать общение с отцом с недомолвок и лжи.
Сказав, что не любит футбол, Игорь ожидал, что Юрий Сергеевич расстроится, или даже рассердится, станет говорить, что его сын не может не любить футбол, если он на самом деле его сын, но ничего такого не произошло. Юрий Сергеевич просто улыбнулся, и сказал, что Игорь сам сможет всё здесь поменять, как захочет. И добавил, что тоже был равнодушен к футболу, пока сам не начал играть.
Завтракать они расположились на террасе второго этажа, с которой открывался вид на сад с цветущими на клумбах осенними цветами, и реку, которая находилась позади дома и сада.
Когда Игорь описывал террасу, я живо представила наш дворец в Рио. В нем тоже была терраса, с которой открывался вид на сад и реку. Мы с Ариной завтракали там в хорошую погоду, там же Арина занималась со мной письмом и математикой.
Я ностальгически вздохнула и продолжила слушать рассказ Игоря.
После завтрака Игорь с отцом гуляли по саду, прошлись по улице, застроенной такими же роскошными особняками, Юрий Сергеевич показал новую школу, в которой Игорь будет учиться, если решит согласиться на усыновление. Прогуливаясь, они беседовали. Юрий Сергеевич слушал рассказы Игоря о том, как он жил сначала с мамой, а потом в интернате. А Юрий Сергеевич рассказывал о своем детстве. Оказалось, что оба в детстве любили шоколадную помадку, а самой любимой игрой было собирать разные вещи из конструктора. Им нравилась одна и та же музыка, одни и те же книги. Обоих радовало, что между ними нашлось еще что-то общее, кроме внешности.
Игорю было любопытно, откуда у Юрия Сергеевича столько денег, чтобы содержать такой роскошный дом, неужели он успел столько заработать, когда был футболистом, ведь он играл в футбол в высшей лиге всего года четыре, до того, как получил травму, несовместимую со спортом. Спрашивать он стеснялся, но вспомнил, что между ними не должно быть недомолвок, и поинтересовался:
– Неужели футболистам платят так много, что они могут потом жить в таких особняках?
– Платят много, – кивнул Юрий Сергеевич. – Но не настолько. Хотя мне хватило средств, чтобы начать собственный бизнес. Дальнейшее зависело от деловых качеств и везения. Мне везло.
Оказалось, что Юрий Сергеевич Малышев – владелец успешной сети автосервисов, и входит в сотню самых богатых людей города. Игорь уже пожалел, что поинтересовался этим. Теперь, если он согласится на усыновление, Юрий Сергеевич может подумать, что он согласился лишь из-за денег.
Но Игорь еще ничего не решил, хотя уже понял, что его отец – хороший человек.
Я тоже поняла это, мое первое впечатление подтвердилось. Он не хвастался богатством перед сыном, но и не скрывал его. И держал себя с достоинством королевского рода. Истинное благородство королей – не кичиться богатством и положением. Мои родители были такими.
Вскоре приехала Марина Станиславовна. Игорь и Юрий Сергеевич сидели в гостиной, и смотрели семейный фотоальбом. Они увидели в окно, как к дому подъехала машина, из нее вышла женщина и направилась к дому. Игорь был восхищен. Женщина была такая красивая и стройная, будто сошла с обложки модного журнала. Игорь знал, что ей сорок лет, но она выглядела не больше, чем на двадцать пять. Юрий Сергеевич смотрел на нее с любовью, и, положив руку Игорю на плечо, сказал:
– А вот и наша Мариночка пришла. Пойдем, встретим ее.
Когда они встретились в холле, Игорь почувствовал себя рядом с Мариной Станиславовной бедным родственником. Собственные джинсы и рубашка сразу показались Игорю дешевыми и поношенными, хотя это были почти новые и самые любимые его вещи. Странно, но с отцом он такого не ощущал. Марина Станиславовна взглянула на Игоря так, будто оценивала, и этот взгляд ему очень не понравился.
– Мариночка, познакомься, мой сын Игорь, – представил юношу Юрий Сергеевич.
Игорь не знал, куда девать руки. При знакомстве с отцом тот первый протянул ему руку. Марина же просто стояла и смотрела на него. Наконец произнесла:
– Вы и правда похожи.
И улыбнулась чуть снисходительно. А потом добавила:
– Юра, ну ты хотя бы приодел мальчика, прежде чем приводить его в наш дом.
– А, по-моему, он вполне нормально одет, – сказал Юрий Сергеевич, пожав плечами.
– Для детдомовского воспитанника – да, – ответила Марина Станиславовна. – Но не для твоего сына.
Юрий Сергеевич потерял дар речи от таких слов, а Игорь тем более.
– Хорошо, что я позаботилась об этом, – добавила Марина Станиславовна. – Игорь, дружочек, иди в комнату, переоденься, там, в шкафу висит новая одежда. Надеюсь, я не ошиблась с размером.
– Иди, Игорь, – кивнул Юрий Сергеевич.
Тот молча направился к лестнице на второй этаж.
– Обед в два часа в столовой, – сказала ему вслед Марина Станиславовна.
Игорь поднялся на второй этаж, в комнату в футбольном стиле. В шкафу висело много разной одежды. Рубашки, футболки, джемперы, брюки, джинсы, даже пара костюмов-троек и... смокинг. Обуви было так же много. Кроссовки, ботинки, мокасины, сандалии, каждых не меньше, чем по три пары.
Игорь стоял перед шкафом в растерянности. Он видел в кино, что в богатых домах переодеваются к обеду. И что надевают к обеду в этом доме? До двух часов оставалось двадцать минут, но Игорь сомневался, что сможет за это время что-то решить. Потому что не знал, что надевать, хотя одежда, казалось, его размера. Что продумает, или даже скажет Марина Станиславовна, если он оденется не так, как полагается?.. А за обедом наверняка будет столько столовых приборов, что он обязательно запутается в них. Светскому этикету в интернате не обучали.
Знал бы он, как я ненавижу светский этикет! Меня начали учить ему с трех лет. Поэтому я терпеть не могла приемы с обедами и ужинами. Но, благодаря стараниям Арины в моем обучении, уже в пять лет я вела себя на приемах легко и непринужденно.
Игорю захотелось прямо сейчас оказаться в интернате, в привычной обстановке. Он уже ругал себя за то, что поехал сюда. Захотелось убежать, и он почти поддался искушению и шагнул к окну, которое выходило на террасу. Спрыгнуть с нее – раз плюнуть, и забор вокруг сада низкий. Но тут раздался осторожный стук в дверь.
– Войдите, – сказал Игорь, отвернувшись от спасительного окна.
Дверь открылась, и вошел Юрий Сергеевич. Игорь отметил, что он всё в тех же обычных джинсах и рубашке.
– Игорь, ты еще не готов?.. Ты не обижайся на Мариночку, – сказал он чуть виновато. – У нее же никогда не было детей, а таких взрослых тем более, и она не знает, как себя с тобой вести.
– Да я не обижаюсь, – ответил Игорь. – Я просто не имею понятия, что надевать. И тоже не знаю, как себя вести.
Юрий Сергеевич достал из шкафа джинсы и рубашку, почти такие же, какие были на Игоре:
– Надень вот это.
Он с удивлением посмотрел на новую одежду, но спорить не стал. Отец сказал:
– У нас просто семейный ужин. Так что никаких изысков не нужно. Я подожду тебя за дверью, – и вышел.
Переодеваясь, Игорь понял, чем его одежда отличается от той, которую ему купила Марина Станиславовна.
И я не знала, что перемещение предметов возможно с любого расстояния, что мне очень даже на руку.
Еще раз обдумав всё до мелочей, я попрощалась с Ариной и бабой Костой.
– Я обязательно приду и проверю, получилось у меня, или нет, – пообещала я.
– Тебе придется потерпеть минимум четыре месяца, – предупредила Арина. – Если магический выброс засекут ищейки, они будут крутиться поблизости, пока не надоест. Больше, чем на три месяца, терпения у них не хватит. Но для страховки нужно подождать еще месяц. Дай мне слово, Айя, что не будешь пытаться прийти раньше.
– Арина, не волнуйся, я не стану рисковать напрасно, – кивнула я.
Я обняла Арину и бабу Косту и отправилась в обратный путь. День уже клонился к вечеру. Даже не знаю, успею ли вернуться в интернат к шести.
Я уже соскучилась по Игорю, предвкушала встречу с ним, и взаимные рассказы, как прошел день.
Хотя мне нельзя было отвлекаться. Внезапно я почувствовала, что в лесу кто-то есть, кроме меня. Ну, не считая птиц и зверей. Я остановилась. До поляны было уже недалеко, минут пять ходьбы. И я ощущала кого-то, обладающего магией, именно в том направлении. Если я могу их чувствовать, значит, и они могут почувствовать меня. Мои коленки задрожали. Неужели это ищейки Адарии обнаружили магию моего портала? Господи, страшно-то как! И на заветную поляну теперь не попасть... Мне захотелось бежать без оглядки как можно дальше от этого места, но я, конечно, никуда не побежала, а постаралась взять себя в руки. Чего это я паникую раньше времени? Пока я не пользуюсь магией, они могут почувствовать меня, но как просто живое существо. Я почувствовала их, потому что они применяли магию для поиска. Хотя, что именно они делали с помощью магии, не понимала. Мама не успела меня научить этому. Может, это вовсе не ищейки, а лесовичок или водянушка. Они магические существа, и постоянно излучают магию. Может, не все покинули этот лес. Но проверять желания не было.
Арина успела немного рассказать мне об ищейках. Это люди со слабыми или средними магическими способностями, натасканные на обнаружение действующей магии. Но раз у них способности средние, им понадобится время, чтобы узнать, где я. Я решила, что у меня есть минута, пока они засекут направление, и минуты две, пока добегут до меня. Времени в обрез, медлить нельзя.
Сейчас или никогда!
Я стояла на небольшой полянке, и не знала, что на этом месте в том мире, но выбирать не приходилось. Я шепотом прочитала заклинание:
– Лунный свет, появись,
Серебром обернись,
Лунный камень освети,
Зиму в лето преврати.
Засветились серебряные искорки, обозначив портал. Слава Богу, никакой стены или болота за ним не обнаружилось, а был тоже лес. По опыту я знала, что портал открывается секунд на тридцать. Глядя на подернутый рябью круг, начала читать другое заклинание:
– Ветер, дунь, лист сорви,
На ладонь мне положи.
И усиленно представляла обломанный наконечник стрелы, держа перед собой раскрытую ладонь.
На ней ничего не появилось.
Может, я неправильно читаю? Или представляю как-то не так?
Прочитала заклинание еще раз. Ничего. Может, та стрела другая?..
Я уже слышала треск веток, кто-то продирался ко мне через кусты. Я бросилась к порталу, который вот-вот исчезнет, продолжая читать заклинание на перемещение небольшого предмета, хотя уже поняла, что мой план провалился. Я не смогла удалить обломок стрелы из тела Арины. Но должна немедленно уходить. Вдруг мне тоже сейчас выстрелят в спину?.. Волосы начали вставать дыбом, когда я вопреки своей воле представила стрелу, острыми зазубринами впивающуюся в тело, и кровь, текущую из раны.
Портал закрылся сразу, едва я его проскочила, но, оглянувшись, успела заметить двух мужчин, выбежавших из кустов на поляну. По инерции пробежала несколько шагов, и... вдруг нога потеряла опору, я упала и кубарем покатилась по склону.
Об овраге, который может находиться сразу за порталом, меня не предупреждали.
На счастье он оказался неглубоким, не овраг даже, просто небольшая ложбина. Я упала на дно, чудом ничего не сломав. Хотя нет, не чудом. Наверное, помогли уроки физкультуры, которые я очень любила. При падении я машинально сгруппировалась, поэтому и не пострадала.
Я села. В ладонь, сжатую в кулак, впивалось что-то острое. Разжав пальцы, я увидела потемневший от впитавшейся крови наконечник стрелы.
Получилось! У меня получилось, хотя и понятия не имею, как.
ГЛАВА 6
Я встала, отряхнула с джинсов налипшие сосновые иголки, положила обломок стрелы в карман и поспешила в интернат.
Настроение было радостное. Я сумела удалить стрелу! Вот только жаль, что прямо сейчас не могу узнать, поможет ли это Арине встать на ноги. Ладно, за четыре месяца я не умру от любопытства.
Игорь, наверное, уже вернулся. Я ускорила шаги.
Я вышла из леса на дорогу. Игорь шел мне навстречу. Мы подошли друг к другу и остановились.
– Ты была на своей заветной поляне? Я знал, что найду тебя здесь.
А мог вообще-то и не найти.
– Я ходила в мой мир, – призналась я. – Прости, что не предупредила. Ты стал бы волноваться за меня, и встреча с отцом была бы тебе не в радость. Но... ты не кажешься мне особо радостным. Что-то случилось?
– Ничего такого, – Игорь пожал плечами. – А ты расскажешь, как побывала в своем мире?
– Да. Но сначала ты расскажи о встрече с отцом.
Игорь обнял меня, и мы неторопливо пошли к интернату. По дороге он рассказал о поездке в гости к отцу.
Сначала всё шло прекрасно. Юрий Сергеевич всю дорогу рассказывал Игорю, как в молодости играл в футбол, и начал не рано, как раз в его возрасте. Игорь слушал с интересом, хотя не очень любил футбол. Через полчаса машина остановилась около красивого двухэтажного особняка, окруженного садом.
– Вы здесь живете? – удивился Игорь.
– Да, это мой дом, – ответил Юрий Сергеевич. – Нравится?
– Еще не понял, – ответил Игорь. Он ожидал увидеть хотя и большую и роскошную, но квартиру, а тут... – Вы живете здесь вдвоем с женой?
– Да, – кивнул Юрий Сергеевич. – Не считая домработницы и садовника. Мне, конечно, хватило бы домика и поменьше, но Марина хотела, чтобы у наших детей... мы тогда еще не знали, что у нас их не будет... было много простора. Я решил, что она права, и мы купили этот дом.
Они вошли в большой холл.
– Хочешь посмотреть, как мы живем? – спросил Юрий Сергеевич.
– Это удобно? – поинтересовался Игорь.
– Конечно. Дома пока никого нет, кроме домработницы. Марина уехала в салон красоты. Хочет сразить тебя своей внешностью, – Юрий Сергеевич улыбнулся. – Она вернется к обеду. Мы позавтракаем вдвоем. Пока Светлана готовит завтрак, покажу тебе, дом. Здесь есть комната и для тебя.
Он показал Игорю все комнаты, которых в доме было семь, не считая гостиной, столовой, совмещенной с кухней, рабочего кабинета и холла. На чердаке обустроен небольшой тренажерный зал, в подвале находились сауна, прачечная и гараж на две машины. Комнаты домработницы и садовника были на первом этаже, комнаты Юрия Сергеевича и его жены – на втором. Там же было еще три свободных комнаты, служивших гостевыми спальнями.
– Мы с Мариной хотели, чтобы у нас было трое детей, – пояснил Юрий Сергеевич.
Одна из гостевых комнат была приготовлена для Игоря.
Она была оформлена в футбольном стиле. Постель заправлена зеленым покрывалом с изображением футбольного поля, на полу лежал круглый пушистый ковер в виде футбольного мяча, на нем стояли тапочки в виде бутсов. На зеркальных дверцах большого встроенного шкафа-купе – изображение футболиста. Даже монитор компьютера украшен маленькими рисунками футбольных мячиков, и компьютерная мышка раскрашена под футбольный мяч.
– Тебе не нравится? – спросил Юрий Сергеевич, не увидев восторга в глазах сына.
– Я не очень люблю футбол, – признался Игорь.
Сначала он не хотел говорить этого, чтобы не обижать отца, но решил, что в любом случае, согласится на усыновление, или нет, он не должен начинать общение с отцом с недомолвок и лжи.
Сказав, что не любит футбол, Игорь ожидал, что Юрий Сергеевич расстроится, или даже рассердится, станет говорить, что его сын не может не любить футбол, если он на самом деле его сын, но ничего такого не произошло. Юрий Сергеевич просто улыбнулся, и сказал, что Игорь сам сможет всё здесь поменять, как захочет. И добавил, что тоже был равнодушен к футболу, пока сам не начал играть.
Завтракать они расположились на террасе второго этажа, с которой открывался вид на сад с цветущими на клумбах осенними цветами, и реку, которая находилась позади дома и сада.
Когда Игорь описывал террасу, я живо представила наш дворец в Рио. В нем тоже была терраса, с которой открывался вид на сад и реку. Мы с Ариной завтракали там в хорошую погоду, там же Арина занималась со мной письмом и математикой.
Я ностальгически вздохнула и продолжила слушать рассказ Игоря.
После завтрака Игорь с отцом гуляли по саду, прошлись по улице, застроенной такими же роскошными особняками, Юрий Сергеевич показал новую школу, в которой Игорь будет учиться, если решит согласиться на усыновление. Прогуливаясь, они беседовали. Юрий Сергеевич слушал рассказы Игоря о том, как он жил сначала с мамой, а потом в интернате. А Юрий Сергеевич рассказывал о своем детстве. Оказалось, что оба в детстве любили шоколадную помадку, а самой любимой игрой было собирать разные вещи из конструктора. Им нравилась одна и та же музыка, одни и те же книги. Обоих радовало, что между ними нашлось еще что-то общее, кроме внешности.
Игорю было любопытно, откуда у Юрия Сергеевича столько денег, чтобы содержать такой роскошный дом, неужели он успел столько заработать, когда был футболистом, ведь он играл в футбол в высшей лиге всего года четыре, до того, как получил травму, несовместимую со спортом. Спрашивать он стеснялся, но вспомнил, что между ними не должно быть недомолвок, и поинтересовался:
– Неужели футболистам платят так много, что они могут потом жить в таких особняках?
– Платят много, – кивнул Юрий Сергеевич. – Но не настолько. Хотя мне хватило средств, чтобы начать собственный бизнес. Дальнейшее зависело от деловых качеств и везения. Мне везло.
Оказалось, что Юрий Сергеевич Малышев – владелец успешной сети автосервисов, и входит в сотню самых богатых людей города. Игорь уже пожалел, что поинтересовался этим. Теперь, если он согласится на усыновление, Юрий Сергеевич может подумать, что он согласился лишь из-за денег.
Но Игорь еще ничего не решил, хотя уже понял, что его отец – хороший человек.
Я тоже поняла это, мое первое впечатление подтвердилось. Он не хвастался богатством перед сыном, но и не скрывал его. И держал себя с достоинством королевского рода. Истинное благородство королей – не кичиться богатством и положением. Мои родители были такими.
Вскоре приехала Марина Станиславовна. Игорь и Юрий Сергеевич сидели в гостиной, и смотрели семейный фотоальбом. Они увидели в окно, как к дому подъехала машина, из нее вышла женщина и направилась к дому. Игорь был восхищен. Женщина была такая красивая и стройная, будто сошла с обложки модного журнала. Игорь знал, что ей сорок лет, но она выглядела не больше, чем на двадцать пять. Юрий Сергеевич смотрел на нее с любовью, и, положив руку Игорю на плечо, сказал:
– А вот и наша Мариночка пришла. Пойдем, встретим ее.
Когда они встретились в холле, Игорь почувствовал себя рядом с Мариной Станиславовной бедным родственником. Собственные джинсы и рубашка сразу показались Игорю дешевыми и поношенными, хотя это были почти новые и самые любимые его вещи. Странно, но с отцом он такого не ощущал. Марина Станиславовна взглянула на Игоря так, будто оценивала, и этот взгляд ему очень не понравился.
– Мариночка, познакомься, мой сын Игорь, – представил юношу Юрий Сергеевич.
Игорь не знал, куда девать руки. При знакомстве с отцом тот первый протянул ему руку. Марина же просто стояла и смотрела на него. Наконец произнесла:
– Вы и правда похожи.
И улыбнулась чуть снисходительно. А потом добавила:
– Юра, ну ты хотя бы приодел мальчика, прежде чем приводить его в наш дом.
– А, по-моему, он вполне нормально одет, – сказал Юрий Сергеевич, пожав плечами.
– Для детдомовского воспитанника – да, – ответила Марина Станиславовна. – Но не для твоего сына.
Юрий Сергеевич потерял дар речи от таких слов, а Игорь тем более.
– Хорошо, что я позаботилась об этом, – добавила Марина Станиславовна. – Игорь, дружочек, иди в комнату, переоденься, там, в шкафу висит новая одежда. Надеюсь, я не ошиблась с размером.
– Иди, Игорь, – кивнул Юрий Сергеевич.
Тот молча направился к лестнице на второй этаж.
– Обед в два часа в столовой, – сказала ему вслед Марина Станиславовна.
Игорь поднялся на второй этаж, в комнату в футбольном стиле. В шкафу висело много разной одежды. Рубашки, футболки, джемперы, брюки, джинсы, даже пара костюмов-троек и... смокинг. Обуви было так же много. Кроссовки, ботинки, мокасины, сандалии, каждых не меньше, чем по три пары.
Игорь стоял перед шкафом в растерянности. Он видел в кино, что в богатых домах переодеваются к обеду. И что надевают к обеду в этом доме? До двух часов оставалось двадцать минут, но Игорь сомневался, что сможет за это время что-то решить. Потому что не знал, что надевать, хотя одежда, казалось, его размера. Что продумает, или даже скажет Марина Станиславовна, если он оденется не так, как полагается?.. А за обедом наверняка будет столько столовых приборов, что он обязательно запутается в них. Светскому этикету в интернате не обучали.
Знал бы он, как я ненавижу светский этикет! Меня начали учить ему с трех лет. Поэтому я терпеть не могла приемы с обедами и ужинами. Но, благодаря стараниям Арины в моем обучении, уже в пять лет я вела себя на приемах легко и непринужденно.
Игорю захотелось прямо сейчас оказаться в интернате, в привычной обстановке. Он уже ругал себя за то, что поехал сюда. Захотелось убежать, и он почти поддался искушению и шагнул к окну, которое выходило на террасу. Спрыгнуть с нее – раз плюнуть, и забор вокруг сада низкий. Но тут раздался осторожный стук в дверь.
– Войдите, – сказал Игорь, отвернувшись от спасительного окна.
Дверь открылась, и вошел Юрий Сергеевич. Игорь отметил, что он всё в тех же обычных джинсах и рубашке.
– Игорь, ты еще не готов?.. Ты не обижайся на Мариночку, – сказал он чуть виновато. – У нее же никогда не было детей, а таких взрослых тем более, и она не знает, как себя с тобой вести.
– Да я не обижаюсь, – ответил Игорь. – Я просто не имею понятия, что надевать. И тоже не знаю, как себя вести.
Юрий Сергеевич достал из шкафа джинсы и рубашку, почти такие же, какие были на Игоре:
– Надень вот это.
Он с удивлением посмотрел на новую одежду, но спорить не стал. Отец сказал:
– У нас просто семейный ужин. Так что никаких изысков не нужно. Я подожду тебя за дверью, – и вышел.
Переодеваясь, Игорь понял, чем его одежда отличается от той, которую ему купила Марина Станиславовна.
