А потому к нужному времени я спускалась по лестнице на первый этаж в светло-коричневом платье, длинном и закрытом. Ни оборок, ни воланов, ни декольте – ничего. Этакое одеяние монашки. Такое здесь обычно носят вдовы, старые девы или я.
Не сказать, чтобы все эти наряды покупались из желания позлить представителей высшего общества. Нет, скорее, я хотела обезопасить себя от мужского внимания. Там, на Земле, у меня было три неудачных попытки «в отношения», как говорила молодежь. И я не хотела больше чувствовать себя обманутой, ощущать боль и обиду от несбывшихся мечтаний.
Решив, что семья – это не мое, в новом мире я начала одеваться как можно более скромно и закрыто. Нет мужского внимания – нет семьи. Все просто. И до последнего времени эта стратегия работала.
Правда, во дворце она начала сбоить. И Вильгельм, и Аристан почему-то упорно не желали видеть мои наряды. Они их просто не замечали и старательно уделяли внимание самой мне. Заигрывали, улыбались, пытались на что-то намекать. В общем, проявляли поистине мужской интерес. И это меня настораживало и нервировало.
Отсюда и цвет платья, выбранный далеко не случайно. При дворе знают, что я не замужем. Значит, должны понять, что мне комфортно в статусе старой девы. По крайней мере, я очень сильно на это рассчитывала.
В человеке заложена вечная, возвышающая его потребность любить.
Анатоль Франс
Придворные уже заняли свои места за столом. Так что мне к своему креслу, единственному свободному, пришлось идти под прицелом десятков глаз. Я, конечно, справилась: и дошла, и села без приключений. Но мурашки по телу побегали, в основном из-за нервозности. Не любила я, когда меня толпа с ног до головы осматривает, чтобы потом в своих гостиных прилежно мыть мне кости.
- Рады видеть вас, ваша светлость, при дворе, - поприветствовал меня император, Дортан Великолепный, высокий плотный шатен с синими глазами, тонкими чертами лица и большим покатым лбом.
Сын Артураса Светлоликого, правивший империей уже не один десяток лет, он сидел во главе стола вместе со своей супругой Ариадной, среднего роста худощавой брюнеткой с зелеными глазами. Оба они выглядели спокойно и величаво. Как статуи.
- Благодарю, ваше величество, - улыбнулась я. – Для меня честь присутствовать здесь сегодня.
Слова лжи слетали с моих губ без проблем. И хоть я не особо любила лгать, здесь и сейчас мне это удавалось. Была б моя воля, я вообще не пересекалась бы ни с кем из здесь присутствовавших, включая Вильгельма. Увы, надо было притворяться.
Между тем слуги разлили по тарелкам горячее. И мы принялись за еду. Слава всем местным богам, молча.
Я сидела шестая по счету от императора. Большая честь для мало кому известной провинциалки, владей она хоть десятком кафе. Вильгельм, сидевший первым с той стороны, то и дело бросал на меня задумчивые взгляды. То ли гадал, почему меня посадили на это место, то ли решал, какие конкретно уроки соблазнения в моем случае точно подействуют.
Другие придворные эти взгляды, конечно же, отслеживали. И я уже заранее думала, где взять еще один амулет от сглазов и порчи, когда сломается тот, что выдал Арни.
Аристана, что удивительно, за столом не наблюдалось. И хотя бы здесь я могла вздохнуть с облегчением.
Первое, вкусный мясной суп, было съедено быстро. Слуги убрали тарелки, начали накладывать второе. Я же внутренне готовилась к расспросам. Ведь не просто же так меня сюда позвали. Явно на потеху публике. Еще и эти взгляды Вильгельма… Они меня, мягко сказать, смущали. Я, конечно, не подавала и виду. Но была бы рада, если бы кронпринц обратил свое внимания на кого-нибудь из ближайших соседей по столу. Они, на мой взгляд, заслуживали большего внимания. Да и рангом были повыше меня.
И вопросы посыпались один за другим, едва второе попало на тарелки.
- Ваша светлость, по столице ходят слухи, что в купеческом районе вот-вот появится еще одна лавка с вашими чудесными напитками, - обратилась ко мне императрица, благожелательно улыбаясь. – Так ли это?
«Ох уж эти слухи, - проворчала я про себя. – Ну почему всего одна-то?! Кантор, мы же договаривались на две!»
- Все верно, ваше величество, - вернула я улыбку. – Пока что это только планы. Но я собираюсь вплотную заняться ими чуть позже.
«Когда выберусь из этого дворца», - добавила я про себя.
- Вы планируете порадовать нас чем-то новым?
«Иначе зачем ты вообще открываешь ту лавку? И одной хватит, тебе, провинциальной аристократке, тем более», - прочитала я между строк.
- Да, ваше величество. На открытии я предложу попробовать всем желающим несколько новых напитков.
Зря я, что ли, в свое время прошерстила Интернет в поисках оригинальных рецептов кофе. Да и свое воображение всегда готова подключить. Лишь бы кофейни приносили постоянную прибыль.
Народ за столом оживился. В глазах появился интерес. Ну… Мокко и глясе тут точно никто еще не пробовал. Да и айриш , думаю, многим понравится. Так что я ни словом не соврала.
- Ах, ваша светлость, - воскликнула одна из придворных дам, невысокая пампушка средних лет, одетая в ярко-синее платье, пышное, украшенное лентами, - ваши напитки просто потрясающие! Пила бы и пила! Какая радость, что вам доверили организовывать праздничное чаепитие! Наконец-то мы все здесь сидящие сможем порадовать себя!
Ну, кому-то радость. А вон пожилая дама чуть подальше от пампушки, высокая, худая, прямая, как жердь, одетая в длинное темно-зеленое платье, то ли вдова то ли старая дева, что-то не особо рада. Даже губы поджала от недовольства. Бьюсь об заклад, у нее была своя кандидатура на примете. И мое приглашение ей все планы пообломало.
Ответить я не успела – придворные подхватили кофейную тему и начали живо обсуждать, кто что пьет к чаю, спорить и выискивать достоинства и недостатки у каждого варианта. Разговор шел весело, без посторонней помощи. Все были на низком старте и с нетерпением ждали чаепития.
Я, порадовавшись возникшей паузе, взялась за вилку. Пусть наговорятся. Может, и обо мне забудут.
Готовили здесь отлично. Повар прекрасно знал свое дело и умел ублажить любого. Даже самого капризного едока. Я, не избалованная домашними блюдами, с удовольствием набила желудок всем, что попалось под руку. И когда обед подошел к концу, вместе с остальными придворными выскользнула из-за стола.
Мы успели небольшой группкой дойти до двери и собирались выйти в холл, чтобы разбрестись каждый по своим делам, когда внезапно наверху что-то громыхнуло. Практически сразу же после этого раздались испуганные крики, топот многочисленных ног, шум. И в зал ворвались Аристан и несколько его подчиненных. Все в форме.
Народ замер. Я – вместе с народом.
- Графиня Дариана лорн Горейская, - Аристан между тем подошел к той самой «жерди». Выглядел он этаким властным героем девичьих грез. Статный красавец в форме, имеющий полномочия карать и миловать, - вы обвиняетесь в попытке причинения вреда здоровью гостье императорской семьи леди Мэри.
Я изумленно хлопнула глазами и повернулась к графине. Она стояла белая как снег. И на ее лице начали понемногу проступать черно-серые пятна разной формы. Они появлялись то здесь, то там, постепенно покрывая все лицо и спускаясь к шее. А потом, видимо, и ниже, к телу и ногам.
- А вот и доказательство моих слов, - нехорошо улыбнулся Аристан. И мне захотелось больше никогда не видеть, как он так улыбается. Злобно и страшно одновременно. – Заклинание «Черной смерти». Пройдемте с нами, графиня. При дворе вам больше не рады.
Слова любви всегда одинаковы. Все зависит от того, из чьих уст они исходят.
Ги де Мопассан
- Какая интересная у вас защита, лерна, - недоуменно покачал головой Аристан, внимательно осматривая меня с ног до головы. Как будто надеялся увидеть что-то, что я тщательно прячу от посторонних взглядов. Наверное, стыд и совесть. – Далеко не каждый амулет выдаст заклинание «Черной смерти» в ответ на покушение на хозяйку.
Мы втроем сидели в одной из небольших уютных гостиных на втором этаже и уже несколько минут обсуждали произошедшее. Как я поняла, графиня пыталась через своих преданных служанок подкинуть мне в комнату какую-то магическую гадость. Что-то, что если не убило бы, то надолго вывело бы меня из игры. Например, сильная болезнь. Или отравление. Да что угодно. И тогда графиня вновь могла бы с чистым сердцем выдвинуть своего протеже на место устроителя чаепития. И подергать за ниточки, чтобы ее кандидатура была принята императором. Но, конечно, защиту Арни никто в расчет не брал. А я не спешила ставить в известность ни Аристана, ни Вильгельма, сидевшего в кресле напротив Аристана и внимательно наблюдавшего за нашим с ним разговором.
Вообще, конечно, я слабо понимала, что здесь, в гостиной, во время то ли допроса, то ли просто общения, делает кронпринц. Я ему приходилась никем. Звать меня было никак. Ну и зачем он тогда напросился на эту беседу? Даже не столько напросился, сколько поставил Аристана в известность. А тот, конечно же, и не подумал возражать. Как будто все так и надо. Как будто каждый раз его высочество появляется на непонятной беседе с той, на чью жизнь было совершено покушение. Хобби у него такое, видимо.
Так что теперь Аристан допрашивал меня, я старалась рассказать все, что знаю, но при этом не сдать Арни. А Вильгельм наблюдал за нами и практически не вмешивался.
- Я и сама не знала об этой его функции, лерн, - ответила я. – А о заклинании «Черной смерти» впервые услышала от вас. И до сих пор понятия не имею, что это и чем опасно.
Аристан с Вильгельмом переглянулись. Угу, я – дурочка, слабо разбирающаяся в магии. И как бы не скрываю этого.
- Заклинание «Черной смерти» прочно защищает того субъекта, которого охраняет амулет. При этом оно оставляет на своей жертве отметки, которые не позволят спутать его с любым другим смертельным заклинанием, - просветил меня Аристан. – Если бы мы не арестовали графиню в ту же минуту, через час или два она уже умерла бы в страшных мучениях. Сейчас же с ней работают магические лекари. Думаю, она выживет. А заодно и сможет рассказать нам, где и когда вы перешли ей дорогу.
Я вздрогнула от услышанного. Ну, Арни! Прибью, блин! Вот вернусь домой и сразу же прибью! «Всего лишь колечко, ничего страшного. Тебе бояться его точно не стоит». Да-да, мне-то не стоит, а вот моим обидчикам – еще как.
- Меньше всего я желала бы смерти графине, - искренне ответила я.
- Верю, лерна, - кивнул Аристан. – Потому и хотел бы узнать, откуда у вас этот амулет.
- Друг подарил, - совершенно честно ответила я.
- Необычные у вас друзья, лерна.
Да уж какие есть.
Довольно скоро меня отпустили и позволили вернуться в свою комнату. В сопровождении Вильгельма, конечно же. Действительно, кто б еще сопровождал скромную провинциалку, как не сам кронпринц?
- Я рад узнать, лерна, что вы не пострадали, - произнес он, едва Аристан остался позади. – Даже не предполагал, что кто-то решится на нечто подобное.
Естественно, не предполагал. И вот это очень, очень странно. Либо Вильгельм с самого рождения жил в мире розовых пони и ни на минуту не выглядывал оттуда, а потому не знал реальности, либо придворным был дан четкий приказ никак и ничем меня не доставать.
Во второй вариант я поверю быстрее.
Но тогда снова возникает вопрос: зачем? Для чего это все Вильгельму? Только чтобы уложить меня в постель? Не слишком ли много телодвижений?
Ответить я не успела: мы подошли к моей комнате. Дверь была приоткрыта. Изнутри доносились странные звуки. Как будто кто-то подвывал. Не выл в полную силу, нет, именно что подвывал. И будь у меня собака, я знала бы, кто на это способен. Но у меня был кот.
Барсик?..
Я совсем забыла о своем нахальном животном и теперь открывала дверь в спальню с осторожностью, заранее готовясь к любым неожиданностям.
Барсик лежал на моей кровати, раскинувшись в позе звезды, и стонал, как тяжелобольной, изредка подвывая. На первый взгляд, на нем не было видно ни одной царапины или синяка. Кости тоже были все правильно срощены. Голова и зад местами не поменялись. И потому я не видела причины подобного воя.
- Барсик? – позвала я, переступив порог и напрочь позабыв о Вильгельме. – Что опять произошло?
- Веником, - протянул меховой паршивец, не открывая глаз. – Она! Меня! Веником! По загривку! С…терва!
- Кто? – уточнила я, уже начиная догадываться, что именно произошло.
- Старшая горничная! Стояла на дороге, мешала пройти! Я ей сделал замечание! А она меня! Веником! Несколько раз! У-у-у-у-у-у…
Сзади раздался хохот.
Я повернулась: Вильгельм стоял, привалившись к стенке, и хохотал, от души, не сдерживаясь.
Он делал это так заливисто, так… В общем, я поддалась на провокацию и тоже рассмеялась!
Мы хохотали в два голоса, не обращая внимания на страдания несчастного кота.
Барсика все же настигла его карма. Нашелся кто-то, кто не испугался этого обормота и смог дать ему отпор.
Любовь — главный способ бегства от одиночества, которое мучит большинство мужчин и женщин в течение почти всей их жизни.
Бертран Рассел
- Это не смешно! – обиженно вскинулся Барсик, едва услышав наш хохот. Даже стонать перестал. И с постели сполз вполне самостоятельно. – Я, между прочим, тут страдаю! А вы!..
Хохот пошел по второму кругу, забирая с собой страх и напряжение. Меня наконец-то «отпустило» после общения с Аристаном. И в данный момент мне было плевать на мысли и чувства Барсика.
Он это понял, недовольно фыркнул и с видом оскорбленного королевского величества прошествовал мимо нас с Вильгельмом, высоко подняв хвост. Барин гневаться изволил.
Мы замолчали, когда Барсик был уже в другом конце коридора.
- Благодарю за помощь, ваше высочество, - улыбнулась я, надеясь, что Вильгельм поймет намек и удалится. – Надеюсь, на вашем чаепитии никаких неприятностей не приключится.
- Я уверен в этом, лерна, - вернул улыбку Вильгельм. – Под вашим руководством все пройдет просто идеально.
Ой, хотелось бы верить.
Вильгельм все же удалился. Я с облегчением закрыла дверь. Что ж, пока все идет относительно неплохо. Еще бы Барсика приструнить. Он ведь просто так это не оставит. Точно вышел на тропу войны.
Я убедилась в том, что была права, уже через час-полтора. Все это время я провела в своей спальне, надеясь, что сегодня меня уж точно никто не потревожит. И когда в коридоре, чуть поодаль от двери, раздались визги и крики, я поняла, что моим желаниям сбыться не суждено. Не сегодня так уж точно.
Вздохнув, я встала из кресла, в котором сидела с книжкой в руках, и вышла в коридор.
Возле двери с видом победителя сидел Барсик. И держал в зубах дохлую мышь.
Я ухмыльнулась. Это он что, пытается меня вот такой гадостью напугать? Ну-ну.
- Я тебя во дворце оставлю, - пригрозила я, делая шаг назад и медленно закрывая дверь. – Навсегда. Для переисправления.
Мышь оказалась на полу. Барсик – в комнате. И как только просочился за секунду в небольшую щелку? Вот уж поистине: коты – это жидкость.
- Злая ты, Машка, - буркнул Барсик, когда я закрыла дверь. – Могла бы хоть для вида испугаться.
- Обойдешься. Ты зачем мышей дохлых притащил?
- Подумаешь, три мышки всего. Местных слуг давно пора на место поставить!
Не сказать, чтобы все эти наряды покупались из желания позлить представителей высшего общества. Нет, скорее, я хотела обезопасить себя от мужского внимания. Там, на Земле, у меня было три неудачных попытки «в отношения», как говорила молодежь. И я не хотела больше чувствовать себя обманутой, ощущать боль и обиду от несбывшихся мечтаний.
Решив, что семья – это не мое, в новом мире я начала одеваться как можно более скромно и закрыто. Нет мужского внимания – нет семьи. Все просто. И до последнего времени эта стратегия работала.
Правда, во дворце она начала сбоить. И Вильгельм, и Аристан почему-то упорно не желали видеть мои наряды. Они их просто не замечали и старательно уделяли внимание самой мне. Заигрывали, улыбались, пытались на что-то намекать. В общем, проявляли поистине мужской интерес. И это меня настораживало и нервировало.
Отсюда и цвет платья, выбранный далеко не случайно. При дворе знают, что я не замужем. Значит, должны понять, что мне комфортно в статусе старой девы. По крайней мере, я очень сильно на это рассчитывала.
Глава 25
В человеке заложена вечная, возвышающая его потребность любить.
Анатоль Франс
Придворные уже заняли свои места за столом. Так что мне к своему креслу, единственному свободному, пришлось идти под прицелом десятков глаз. Я, конечно, справилась: и дошла, и села без приключений. Но мурашки по телу побегали, в основном из-за нервозности. Не любила я, когда меня толпа с ног до головы осматривает, чтобы потом в своих гостиных прилежно мыть мне кости.
- Рады видеть вас, ваша светлость, при дворе, - поприветствовал меня император, Дортан Великолепный, высокий плотный шатен с синими глазами, тонкими чертами лица и большим покатым лбом.
Сын Артураса Светлоликого, правивший империей уже не один десяток лет, он сидел во главе стола вместе со своей супругой Ариадной, среднего роста худощавой брюнеткой с зелеными глазами. Оба они выглядели спокойно и величаво. Как статуи.
- Благодарю, ваше величество, - улыбнулась я. – Для меня честь присутствовать здесь сегодня.
Слова лжи слетали с моих губ без проблем. И хоть я не особо любила лгать, здесь и сейчас мне это удавалось. Была б моя воля, я вообще не пересекалась бы ни с кем из здесь присутствовавших, включая Вильгельма. Увы, надо было притворяться.
Между тем слуги разлили по тарелкам горячее. И мы принялись за еду. Слава всем местным богам, молча.
Я сидела шестая по счету от императора. Большая честь для мало кому известной провинциалки, владей она хоть десятком кафе. Вильгельм, сидевший первым с той стороны, то и дело бросал на меня задумчивые взгляды. То ли гадал, почему меня посадили на это место, то ли решал, какие конкретно уроки соблазнения в моем случае точно подействуют.
Другие придворные эти взгляды, конечно же, отслеживали. И я уже заранее думала, где взять еще один амулет от сглазов и порчи, когда сломается тот, что выдал Арни.
Аристана, что удивительно, за столом не наблюдалось. И хотя бы здесь я могла вздохнуть с облегчением.
Первое, вкусный мясной суп, было съедено быстро. Слуги убрали тарелки, начали накладывать второе. Я же внутренне готовилась к расспросам. Ведь не просто же так меня сюда позвали. Явно на потеху публике. Еще и эти взгляды Вильгельма… Они меня, мягко сказать, смущали. Я, конечно, не подавала и виду. Но была бы рада, если бы кронпринц обратил свое внимания на кого-нибудь из ближайших соседей по столу. Они, на мой взгляд, заслуживали большего внимания. Да и рангом были повыше меня.
И вопросы посыпались один за другим, едва второе попало на тарелки.
- Ваша светлость, по столице ходят слухи, что в купеческом районе вот-вот появится еще одна лавка с вашими чудесными напитками, - обратилась ко мне императрица, благожелательно улыбаясь. – Так ли это?
«Ох уж эти слухи, - проворчала я про себя. – Ну почему всего одна-то?! Кантор, мы же договаривались на две!»
- Все верно, ваше величество, - вернула я улыбку. – Пока что это только планы. Но я собираюсь вплотную заняться ими чуть позже.
«Когда выберусь из этого дворца», - добавила я про себя.
- Вы планируете порадовать нас чем-то новым?
«Иначе зачем ты вообще открываешь ту лавку? И одной хватит, тебе, провинциальной аристократке, тем более», - прочитала я между строк.
- Да, ваше величество. На открытии я предложу попробовать всем желающим несколько новых напитков.
Зря я, что ли, в свое время прошерстила Интернет в поисках оригинальных рецептов кофе. Да и свое воображение всегда готова подключить. Лишь бы кофейни приносили постоянную прибыль.
Народ за столом оживился. В глазах появился интерес. Ну… Мокко и глясе тут точно никто еще не пробовал. Да и айриш , думаю, многим понравится. Так что я ни словом не соврала.
- Ах, ваша светлость, - воскликнула одна из придворных дам, невысокая пампушка средних лет, одетая в ярко-синее платье, пышное, украшенное лентами, - ваши напитки просто потрясающие! Пила бы и пила! Какая радость, что вам доверили организовывать праздничное чаепитие! Наконец-то мы все здесь сидящие сможем порадовать себя!
Ну, кому-то радость. А вон пожилая дама чуть подальше от пампушки, высокая, худая, прямая, как жердь, одетая в длинное темно-зеленое платье, то ли вдова то ли старая дева, что-то не особо рада. Даже губы поджала от недовольства. Бьюсь об заклад, у нее была своя кандидатура на примете. И мое приглашение ей все планы пообломало.
Ответить я не успела – придворные подхватили кофейную тему и начали живо обсуждать, кто что пьет к чаю, спорить и выискивать достоинства и недостатки у каждого варианта. Разговор шел весело, без посторонней помощи. Все были на низком старте и с нетерпением ждали чаепития.
Я, порадовавшись возникшей паузе, взялась за вилку. Пусть наговорятся. Может, и обо мне забудут.
Готовили здесь отлично. Повар прекрасно знал свое дело и умел ублажить любого. Даже самого капризного едока. Я, не избалованная домашними блюдами, с удовольствием набила желудок всем, что попалось под руку. И когда обед подошел к концу, вместе с остальными придворными выскользнула из-за стола.
Мы успели небольшой группкой дойти до двери и собирались выйти в холл, чтобы разбрестись каждый по своим делам, когда внезапно наверху что-то громыхнуло. Практически сразу же после этого раздались испуганные крики, топот многочисленных ног, шум. И в зал ворвались Аристан и несколько его подчиненных. Все в форме.
Народ замер. Я – вместе с народом.
- Графиня Дариана лорн Горейская, - Аристан между тем подошел к той самой «жерди». Выглядел он этаким властным героем девичьих грез. Статный красавец в форме, имеющий полномочия карать и миловать, - вы обвиняетесь в попытке причинения вреда здоровью гостье императорской семьи леди Мэри.
Я изумленно хлопнула глазами и повернулась к графине. Она стояла белая как снег. И на ее лице начали понемногу проступать черно-серые пятна разной формы. Они появлялись то здесь, то там, постепенно покрывая все лицо и спускаясь к шее. А потом, видимо, и ниже, к телу и ногам.
- А вот и доказательство моих слов, - нехорошо улыбнулся Аристан. И мне захотелось больше никогда не видеть, как он так улыбается. Злобно и страшно одновременно. – Заклинание «Черной смерти». Пройдемте с нами, графиня. При дворе вам больше не рады.
Глава 26
Слова любви всегда одинаковы. Все зависит от того, из чьих уст они исходят.
Ги де Мопассан
- Какая интересная у вас защита, лерна, - недоуменно покачал головой Аристан, внимательно осматривая меня с ног до головы. Как будто надеялся увидеть что-то, что я тщательно прячу от посторонних взглядов. Наверное, стыд и совесть. – Далеко не каждый амулет выдаст заклинание «Черной смерти» в ответ на покушение на хозяйку.
Мы втроем сидели в одной из небольших уютных гостиных на втором этаже и уже несколько минут обсуждали произошедшее. Как я поняла, графиня пыталась через своих преданных служанок подкинуть мне в комнату какую-то магическую гадость. Что-то, что если не убило бы, то надолго вывело бы меня из игры. Например, сильная болезнь. Или отравление. Да что угодно. И тогда графиня вновь могла бы с чистым сердцем выдвинуть своего протеже на место устроителя чаепития. И подергать за ниточки, чтобы ее кандидатура была принята императором. Но, конечно, защиту Арни никто в расчет не брал. А я не спешила ставить в известность ни Аристана, ни Вильгельма, сидевшего в кресле напротив Аристана и внимательно наблюдавшего за нашим с ним разговором.
Вообще, конечно, я слабо понимала, что здесь, в гостиной, во время то ли допроса, то ли просто общения, делает кронпринц. Я ему приходилась никем. Звать меня было никак. Ну и зачем он тогда напросился на эту беседу? Даже не столько напросился, сколько поставил Аристана в известность. А тот, конечно же, и не подумал возражать. Как будто все так и надо. Как будто каждый раз его высочество появляется на непонятной беседе с той, на чью жизнь было совершено покушение. Хобби у него такое, видимо.
Так что теперь Аристан допрашивал меня, я старалась рассказать все, что знаю, но при этом не сдать Арни. А Вильгельм наблюдал за нами и практически не вмешивался.
- Я и сама не знала об этой его функции, лерн, - ответила я. – А о заклинании «Черной смерти» впервые услышала от вас. И до сих пор понятия не имею, что это и чем опасно.
Аристан с Вильгельмом переглянулись. Угу, я – дурочка, слабо разбирающаяся в магии. И как бы не скрываю этого.
- Заклинание «Черной смерти» прочно защищает того субъекта, которого охраняет амулет. При этом оно оставляет на своей жертве отметки, которые не позволят спутать его с любым другим смертельным заклинанием, - просветил меня Аристан. – Если бы мы не арестовали графиню в ту же минуту, через час или два она уже умерла бы в страшных мучениях. Сейчас же с ней работают магические лекари. Думаю, она выживет. А заодно и сможет рассказать нам, где и когда вы перешли ей дорогу.
Я вздрогнула от услышанного. Ну, Арни! Прибью, блин! Вот вернусь домой и сразу же прибью! «Всего лишь колечко, ничего страшного. Тебе бояться его точно не стоит». Да-да, мне-то не стоит, а вот моим обидчикам – еще как.
- Меньше всего я желала бы смерти графине, - искренне ответила я.
- Верю, лерна, - кивнул Аристан. – Потому и хотел бы узнать, откуда у вас этот амулет.
- Друг подарил, - совершенно честно ответила я.
- Необычные у вас друзья, лерна.
Да уж какие есть.
Довольно скоро меня отпустили и позволили вернуться в свою комнату. В сопровождении Вильгельма, конечно же. Действительно, кто б еще сопровождал скромную провинциалку, как не сам кронпринц?
- Я рад узнать, лерна, что вы не пострадали, - произнес он, едва Аристан остался позади. – Даже не предполагал, что кто-то решится на нечто подобное.
Естественно, не предполагал. И вот это очень, очень странно. Либо Вильгельм с самого рождения жил в мире розовых пони и ни на минуту не выглядывал оттуда, а потому не знал реальности, либо придворным был дан четкий приказ никак и ничем меня не доставать.
Во второй вариант я поверю быстрее.
Но тогда снова возникает вопрос: зачем? Для чего это все Вильгельму? Только чтобы уложить меня в постель? Не слишком ли много телодвижений?
Ответить я не успела: мы подошли к моей комнате. Дверь была приоткрыта. Изнутри доносились странные звуки. Как будто кто-то подвывал. Не выл в полную силу, нет, именно что подвывал. И будь у меня собака, я знала бы, кто на это способен. Но у меня был кот.
Барсик?..
Я совсем забыла о своем нахальном животном и теперь открывала дверь в спальню с осторожностью, заранее готовясь к любым неожиданностям.
Барсик лежал на моей кровати, раскинувшись в позе звезды, и стонал, как тяжелобольной, изредка подвывая. На первый взгляд, на нем не было видно ни одной царапины или синяка. Кости тоже были все правильно срощены. Голова и зад местами не поменялись. И потому я не видела причины подобного воя.
- Барсик? – позвала я, переступив порог и напрочь позабыв о Вильгельме. – Что опять произошло?
- Веником, - протянул меховой паршивец, не открывая глаз. – Она! Меня! Веником! По загривку! С…терва!
- Кто? – уточнила я, уже начиная догадываться, что именно произошло.
- Старшая горничная! Стояла на дороге, мешала пройти! Я ей сделал замечание! А она меня! Веником! Несколько раз! У-у-у-у-у-у…
Сзади раздался хохот.
Я повернулась: Вильгельм стоял, привалившись к стенке, и хохотал, от души, не сдерживаясь.
Он делал это так заливисто, так… В общем, я поддалась на провокацию и тоже рассмеялась!
Мы хохотали в два голоса, не обращая внимания на страдания несчастного кота.
Барсика все же настигла его карма. Нашелся кто-то, кто не испугался этого обормота и смог дать ему отпор.
Глава 27
Любовь — главный способ бегства от одиночества, которое мучит большинство мужчин и женщин в течение почти всей их жизни.
Бертран Рассел
- Это не смешно! – обиженно вскинулся Барсик, едва услышав наш хохот. Даже стонать перестал. И с постели сполз вполне самостоятельно. – Я, между прочим, тут страдаю! А вы!..
Хохот пошел по второму кругу, забирая с собой страх и напряжение. Меня наконец-то «отпустило» после общения с Аристаном. И в данный момент мне было плевать на мысли и чувства Барсика.
Он это понял, недовольно фыркнул и с видом оскорбленного королевского величества прошествовал мимо нас с Вильгельмом, высоко подняв хвост. Барин гневаться изволил.
Мы замолчали, когда Барсик был уже в другом конце коридора.
- Благодарю за помощь, ваше высочество, - улыбнулась я, надеясь, что Вильгельм поймет намек и удалится. – Надеюсь, на вашем чаепитии никаких неприятностей не приключится.
- Я уверен в этом, лерна, - вернул улыбку Вильгельм. – Под вашим руководством все пройдет просто идеально.
Ой, хотелось бы верить.
Вильгельм все же удалился. Я с облегчением закрыла дверь. Что ж, пока все идет относительно неплохо. Еще бы Барсика приструнить. Он ведь просто так это не оставит. Точно вышел на тропу войны.
Я убедилась в том, что была права, уже через час-полтора. Все это время я провела в своей спальне, надеясь, что сегодня меня уж точно никто не потревожит. И когда в коридоре, чуть поодаль от двери, раздались визги и крики, я поняла, что моим желаниям сбыться не суждено. Не сегодня так уж точно.
Вздохнув, я встала из кресла, в котором сидела с книжкой в руках, и вышла в коридор.
Возле двери с видом победителя сидел Барсик. И держал в зубах дохлую мышь.
Я ухмыльнулась. Это он что, пытается меня вот такой гадостью напугать? Ну-ну.
- Я тебя во дворце оставлю, - пригрозила я, делая шаг назад и медленно закрывая дверь. – Навсегда. Для переисправления.
Мышь оказалась на полу. Барсик – в комнате. И как только просочился за секунду в небольшую щелку? Вот уж поистине: коты – это жидкость.
- Злая ты, Машка, - буркнул Барсик, когда я закрыла дверь. – Могла бы хоть для вида испугаться.
- Обойдешься. Ты зачем мышей дохлых притащил?
- Подумаешь, три мышки всего. Местных слуг давно пора на место поставить!
