Горячий подарок

12.02.2019, 21:29 Автор: Тайна Ли

Закрыть настройки

Показано 1 из 20 страниц

1 2 3 4 ... 19 20


Обложка в большом размере: 93bkCvVAqWM.jpg
       


       ПРОЛОГ


       
       Нечеловечески прекрасная Снежная дева Юкико с тоской смотрела на единственного мужчину, ради которого могла бы пожертвовать всем, вплоть до собственного бессмертия. По искристой щеке скатился ледяной кристалл, зазвенел под ногами. Льдисто белая коса соскользнула с плеча и кончиком коснулась пола. Заметая следы и разбрасывая кристаллы, коих уже накопилось немало, вокруг девы змеилась позёмка.
       Обострённые чувства красавицы позволяли уловить в мужчине слабое мерцание искры жизни. То, что у людей называется кровью, почти заледенело в его жилах. Белые ресницы за последнюю декаду ни разу не дрогнули, хотя вот-вот наступит время пробуждения. Хватит ли сил у избранной? С каждым разом их требовалось всё больше, а жертвы становились всё слабее.
       Юкико склонила голову к плечу и прислушалась. Ни-че-го. Она коснулась мужского лица кончиками пальцев. Кольнуло морозом, но она не отдёрнула руку. Нежно обвела контур бровей, скул и рта. На губах слегка задержалась, надеясь уловить хотя бы отголосок дыхания. Но нет. Сам он точно не очнётся, даже если отдать ему все силы. Нужна кровь. Горячая алая кровь, которой не обладает никто из жителей Чертогов.
       Это их наказание, ограничение и стимул. Стимул беречь жизнь человеков. Не давать им уничтожить друг друга в бесконечных войнах. Следить, чтобы не скатились к тёмным временам, как уже было однажды. Тогда Создатели и решили использовать горячую кровь смертных для пробуждения своих детей. Каждого в свой срок, ни днём раньше, ни днём позже. Подходит время Зимы, но его сердце бьётся всё так же редко, а к Снежной деве приходят видения, наполненные предчувствием беды.
       Через минуту Юкико оказалась внутри ледяного Храма. Брезгливо морщась понаблюдала за важными жрецами. Они забыли всё, что было завещано их предкам. Извратили и предали служение Богам. Они должны быть наказаны! Её острые плечи поникли. Как жаль, что нельзя превратить их в часть интерьера древнего храма.
       Высокий лоб прорезала тонкая морщинка. Тонкие серебристые брови сошлись над переносицей. Красавица разглядывала очередной Подарок Зимы. Человечка была такой хрупкой, почти прозрачной, что и на человека-то не походила: почти бесцветные серые глаза, кожа такая бледная, какую можно получить только вырастив её обладательницу в глубоком подвале, неестественного голубого оттенка волосы. Бр-р-р.
       Такая скорее сделает сон вечным, чем разбудит. Юкико ещё раз вгляделась в Подарок. Осознание прошлось вдоль спины горячим ветром пустыни. Не выдержит. Умрёт во время ритуала и ввергнет мир в хаос. Надо вмешаться. Пускай наказание будет суровым, зато Зима проснётся вовремя, а нарушение Закона рано или поздно простит. Всё-таки Юкико его любимая внучка.
       Она вернулась в Чертоги Зимы сразу же направилась к ритуальному залу. Возле его дверей на мгновение замерла. Вдруг Создатели смотрят на неё прямо сейчас? Снежная дева вздрогнула, но всё-таки толкнула тяжёлую ледяную дверь.
       Неизвестно, как долго Юкико находилась в кромешной тьме, направляя в нужном направлении потоки Времени. Из ритуального зала она вышла, едва прикрытая плащом белоснежных волос. Позёмка пропала, а по заиндевевшим щекам стекали самые обычные слёзы. Наказание наступило раньше, чем она ожидала. Теперь всё, что она сможет — наблюдать, изредка помогая советами или мелкими фокусами.
        qzSMPX1gPyU.jpg
       


       ГЛАВА 1


       «Понимаете, каждый год тридцать первого декабря мы с друзьями ходим в баню. Традиция у нас такая…» Под эту привычную новогоднюю фразу я укладывала в сумку чистое бельё. Простыни, веники и полотенца меня уже ждали вместе с квасом и жаркой парилкой.
       — Светлана Яковлевна, вы уверены, что баня вам не навредит? — моя сиделка и компаньонка Лиза часто ведёт себя как наседка, хоть и годится мне во внучки.
       — Деточка, ты это серьёзно или решила потроллить, как у вас, у молодых, принято?
       Проблема в том, что она действительно могла мне запретить. Или хотя бы позвонить лечащему врачу. Остаётся надеяться, что в канун праздника она постесняется его дёргать. Сердце у Лизы доброе…
       — Как вы можете так говорить, Светлана Яковлевна!
       — Милая, отпусти ты меня. Днём раньше, днём позже, цирроз меня догрызёт. — Я очень старалась не слишком давить на жалость. — А так хоть помру от удовольствия. Хочешь, пойдём вместе?
       Улыбкой сгладила мрачный смысл собственных слов. Лизу проняло, она тяжело вздохнула и махнула на меня рукой.
       — Нет, давайте вы сами, а я буду поблизости. И смотрите, не рискуйте там понапрасну. — Девушка строго погрозила мне пальцем. — Погрейтесь немного и выходите. Нам сегодня ещё идти на новогодний банкет.
       Ура! Я предвкушающе потёрла руки. Был риск, что сестричка не пустит в баньку, но зря я ей что ли все деликатесы и большую часть сладостей отдаю? В меня-то уже ничего не лезет, обратно вылетает со свистом. Печень почти отказала. Может и правда мне осталась последняя радость.
       На память пришли муж и дети, настроение снова испортилось. Они так хотели встретить Новый Год со мной, а я не позволила. Сама на себя в зеркало смотрю сквозь слёзы, зачем ещё и родным портить праздник? Болезнь, тем более смертельная, никого не красит. Лучше уж поскорее доскрестись до баньки, погреть свои мощи напоследок. Соседки говорили, там пар волшебный и вместо бассейна настоящая прорубь.
       В предбаннике умопомрачительно пахло влажным деревом и травами. Жарко. Я выхлебала почти полную трёхлитровую банку кваса — всё выходило потом. Банщицу к себе не пустила, нечего ей глаза прятать, глядя на моё иссохшее тело. Сама себя слегка берёзовым веничком похлопала. Прорубь оставила напоследок. Да и не совсем она прорубь. Стены из брёвен и крыша отгородили от посторонних глаз часть озёрной заводи, лестница с перилами уходит в тёмную воду. Она тут и правда ледяная. Да такая, что я побоялась в неё лезть сразу, оставила напоследок. Поначалу обливалась из ковшика, поднять ведро не хватило сил.
       Вышла из парной, сердце в горле колотится. Встала на верху лестницы, дрожащей рукой уцепилась за перила. Чувствую, не вынырнуть мне обратно. Ну и ладно. Пожила уже, детей вырастила хороших, с мужем в любви и согласии почти всю жизнь… Зажмурилась и, чтобы не передумать, плюхнулась в ледяную воду.
       Кожу будто ошпарило холодом, дыхание перехватило. Грудь онемела от острой боли. Я камнем пошла ко дну, хотя была уверена, что больше похожа на узловатую деревяшку, судьба которой плавать на поверхности. В последний момент испугалась и отчаянно забилась в воде. Да только тело уже полностью отказало. Я металась в глубине собственного сознания, мечтая выжить и хотя бы ещё разок увидеть мою девочку и мужа с сыном. Не судьба. В ушах льдинками зазвенел смех. «Предсмертные глюки,» — подумала я, почти отключившись.
       Вдруг обстановка вокруг изменилась: вода вроде стала теплее и светлее, а боль отступила. Я заставила тело пошевелиться. Последняя попытка, и меня будто что-то толкнуло под пятки. Из воды вылетела торпедой. Грудь разрывало от необходимости сделать вдох. Открыла рот, хапнула столь желанный воздух, и снова ушла с головой под воду. Забилась в попытке вырваться на поверхность и смогла. Надо звать на помощь!
       — А-а-а-а-а! — крик получился неожиданно мощный, как у оперной певицы.
       — О-о-о-о! — ответило мне нечто восхищённо-многоголосое.
       Меня накрыло мощной волной восторга и снова окунуло под воду. Нет, ну я так не согласна! Могли бы вести себя поспокойнее, а от ведь так и помереть недолго. Или я уже того? Нет, не похоже: вода явно мокрая, в носу свербит и хочется вдохнуть уже нормально. Или всё-таки да?
       Откуда тогда здесь люди и такой простор? Послышалось. В рот полилась вода, стало не до размышлений. Я с трудом подавила в себе панику. Раз уж вынырнула, то живая. Надо бы глаза открыть да догрести до бортика, а то бултыхаться можно до полного переохлаждения. Хотя странно, что холода я как раз и не чувствую, вполне комфортная водичка.
       Я открыла глаза. Твою мать! Закрыла. Осторожно огляделась через щёлочку между ресницами. На меня с благоговейным восторгом смотрели десятки, если не сотни, глаз. И находились они на весьма симпатичных физиономиях. Мужских. Так вот он какой, рай. Или я наказана и попала в ад, чтобы плескаться посреди этого бассейна, окружённого красавцами, и не иметь возможности выйти на берег?
       Тьфу, балда старая. Одной ногой в могиле, а туда же — на молодое мясцо потянуло. Хотя раз реакция на мальчиков есть, значит точно живая. Усилием воли подобрала слюни. Пора уже нормально оглядеться.
        iLxipLKxGok.jpg
       И правда, плаваю, аки фиалка в проруби, в центре круглого бассейна. Где он не понятно, но явно в помещении: свет идёт через ажурную конструкцию из металла льдисто-голубого цвета, накрывающую помещение куполом. Стены и потолок выглядят стеклянными. Сверху потрясающей красоты зеленовато-голубое небо. На земное не похоже, а значит, я всё-таки в раю — для ада здесь слишком много красивого. Что находится по бокам не видно из-за сидящих ровными рядами юношей.
       Широкоплечие, мускулистые, полуголые... Мне даже в воде вдруг стало жарко. Никогда не видела такого количества естественной красоты: каждая мышца проработана, как на фото звёзд фитнеса. Но не чрезмерно, не так, чтобы уколоть и оно сдулось. На сидящих на диете эти парни тоже не похожи: лица довольные и глаза блестят совсем не от голода. Видела я мальчиков «на сушке» перед соревнованиями. Хочется обнять и плакать, а в процессе кормить с ложечки и поить через трубочку.
       Вон те двое во втором ряду одинаковые с лица глазюками как сверкают. Близнецы? Похоже на то. Выглядят ожившей эротической мечтой: светлоглазые блондины со слегка загорелой кожей. Так бы и съела! Смотрят на меня с благоговейным восторгом и жалостью. Ещё бы с моим-то видом. Эх, где мои семнадцать лет?
       А вообще, интересно, чего сидят, кого ждут? И куда мне податься? Никаких лестниц не видно, бортики припорошены снегом со свисающими сосульками. Лезть на такое голым телом что-то не хочется. О! С дальней от меня стороны что-то похожее на пологий спуск в воду. Вот туда мне и надо. Хорошо хоть как-то умею плавать. Принялась изображать из себя взбивающую масло лягушку. Толпа удивлённо вздохнула. Меня аж морозом продрало, все волоски дыбом встали.
       Вы не поверите, как пугающе звучит большое скопление народа. Сразу начинаешь всем телом впитывать его эмоции. Сейчас я была уверена, что все зрители в шоке. Никогда раньше я не чувствовала эмоции окружающих, но сейчас была абсолютно уверена — что-то делаю не так. Да и бог с ними. Выжила и ладушки, дальше буду решать проблемы по мере их поступления. Не получится? Пример Скарлет О’Хара мне в помощь: подумаю об этом завтра.
       К пандусу я доплыла быстро, коснулась его руками и решила, пора вставать. И тут до меня окончательно дошло: зрители сплошь мужчины и мне перед ними светить телесами несколько неловко. Я и раньше понимала, что голая, но как-то это меня не волновало, а вот теперь пришло осознание. Цирроз никому красоты не добавляет. Сжалась в комочек, обняла себя руками. Чувствую, снова что-то не то. Слишком уж под ними упруго, да и не болит нигде.
       Волосы неприятно облепили спину. Откуда они вообще взялись? Всегда стриглась под каре, а в последние месяцы приходилось носить парик. Опустила глаза. Ёшкина кошка! Кожа на руках нежная, слегка золотистая, как от лёгкого загара, сисечки аппетитные, к телу липнут иссиня-чёрные пряди с красноватым отливом. Такое тело уже и показать не стыдно, но теперь стало ещё страшнее. Вдруг эта толпа — озабоченные мужики и сейчас на меня как бросятся!
       — Ну что же ты, дева юная, вставай и иди, — низкий голос с явными командными интонациями вызвал желание немедленно подчиниться, а потом взять в руки мокрую тряпку и научить правильно Родину любить. Ибо нефиг!
       Вместе со мной на звук поднял голову дух противоречия. Он к такому обращению не привык. Никто и никогда не рисковал разговаривать со мной таким тоном, потому что результат чаще всего был совсем не тот, на какой рассчитывали. Даже воспитательница в детском саду очень быстро поняла, что со мной проще договориться, чем заставить.
       Пришлось напомнить своенравному духу, что вариантов в общем-то маловато: и дальше плескаться в этом странном бассейне я не хотела. Пришлось ему смириться и вместе со мной распрямляться под восхищённый ропот зрителей. Ну и что, что голенькая? Мне стесняться нечего, а гордиться — есть.
       Теперь спинку прямо, плечики развернуть, животик втянуть и вперёд, на баррикады! И пускай они держат меня под прицелом, переживу. Мои вызывающе покачивающиеся орудия против его ствола, и я совершенно уверена в победе.
       Непонятно только, почему у него взгляд постоянно соскальзывает вниз по моему телу. У меня аж мурашки сконцентрировались где-то в районе лобка, а посмотреть нельзя. Не буду же я перед ним склоняться. Вот доберусь до зеркала и тогда…
       Как же давно я не чувствовала такой лёгкости в теле! Струйки воды стекают по спине и бёдрам, я чувствую ласкающее прикосновение каждой из них. Под ногами шероховатая поверхность мозаики. Красота! Ещё бы гражданин встречающий не прожигал меня глазами. Того и гляди вся влага с тела зашипит и испарится. А что? Он мне не товарищ, а господинами я незнакомцев не называю, много чести. Так что ничего, побудет гражданином.
       Я нагло облапала его взглядом так же, как и он меня. Вон, какой грозный: тёмные, будто нарисованные брови насупил, длинная чёлка закрыла один глаз, а второй больше напоминает амбразуру, руки за спиной сцепил и во всей красе демонстрирует мне идеально тренированное тело матёрого самца.
       Кубики проступают, а штаны-то бугрятся на том самом месте. Кстати, он один здесь бородатый или ещё есть? У бассейна все были гладко выбритые. Я не удержалась и дрогнула самыми уголками рта. Такими темпами вода с меня сама испарится: так в жар бросило, что вот-вот вспыхну. Ходячий аттракцион «почувствуй себя горящим бенгальским огнём».
        MXv_71IHMog.jpg
       Мужик заметил, куда я уставилась, ещё сильнее нахмурился. Морда грозная, желваки на скулах так и ходят. А я что? Губы в улыбочку сложила и ресничками похлопала. Чтобы ему жизнь мёдом не казалась, плечи ещё сильнее расправила и торчащие соски, как оружие массового поражения, на него наставила.
       Отбросила думки о делегации встречающих из одного слишком самоуверенного индивида. Огляделась. Не поймёшь, что вокруг такое. Больше всего похоже на храм, но этого мне хотелось меньше всего. Не слишком-то я набожная, даже болезнь этого не изменила. Мысленно поблагодарить богов за хорошее могла, а идти в церковь и выпрашивать милость не моё. Гордыня, конечно, грех, но вот такая я уродилась. Мнение, что чем дальше находишься от сильных мира сего, тем целее нервы и самолюбие, укоренилось во мне прочно.
       Но чтобы я не думала, вокруг царит красота необыкновенная. Светло-голубые стены уходят ввысь и там смыкаются в купол с огромной снежинкой в центре. Больше всего напоминает ротонду. Множество сосулек свисают с потолка и тихонько звенят, создавая своеобразную музыку.

Показано 1 из 20 страниц

1 2 3 4 ... 19 20