— Эльфийские штучки? — переспросил Лиэль, и уголки его губ дрогнули.
— Именно их! — кивнула я. — Я уверена, что такое есть. Поэтому применяйте!
— Но это же сам император, — возразил он. — Воздействие на него может караться законом.
— Будет хуже, если кто-то зайдёт сюда и обнаружит тело императора без признаков жизни!
— А они есть? — уточнил эльф, наклоняясь над Астартом.
— Вы же маг! — воскликнула я. — Почувствуйте! Но и так видно, что он дышит. Просто что-то вырубило его. Нужен лишь толчок к пробуждению.
— Ладно, — сдался Лиэль.
И я вновь познакомилась с миром магии и волшебства с первого ряда кинотеатра. Ой, что это я. Конечно, с самого близкого расстояния.
Лиэль начал создавать вокруг Астарта сферу, напоминающую большой мыльный пузырь. Она всё росла и росла, переливаясь всеми цветами радуги, пока полностью не поглотила его. А потом вдруг лопнула с тихим хлопком.
Перед нами сидел очнувшийся император. Он смотрел на нас большими, ничего не понимающими глазами.
— Кто вы? — спросил он.
У меня отвисла челюсть.
Да ну не. Не может быть. Мы же не в фильме «За бортом». Такого просто не могло произойти.
— Ваше величество, — осторожно обратился к нему эльф. — Вы нас не помните?
— Величество? — переспросил Астарт, и в его глазах мелькнуло замешательство. — Я не понимаю. Кто я? Вы знаете, как меня зовут? И что я здесь делаю?
Ну твою ж...
— Поцелуй истинной любви, — выпалила я, поворачиваясь к Лиэлю.
— Что? — не понял он.
— Поцелуй истинных может помочь, — пояснила я, лихорадочно соображая. — Возможно, я бросила в него заклинание забвения. О чём вы думали, когда всё произошло?
— Э-э-э... — замялась я.
Не буду же я ему говорить, что в тот момент вообще почти не думала. Гормоны играли как у подростка, толковые мысли не посещали голову.
— Не помните? — уточнил Лиэль.
— Почему вы не отвечаете на мои вопросы? — продолжал свой допрос Астарт. Точнее, он пытался, но всё моё внимание было обращено только на эльфа.
— Хорошо, если не хотите делиться подробностями, просто сделайте это, — сказал Лиэль, глядя на меня в упор. — Поцелуйте уже его!
— Не собираюсь я его целовать! — возмутилась я, чувствуя, как щёки заливает румянец.
Но в душе уже всё сомневалось. Похоже, это действительно единственный выход.
— Вы обо мне? — в голосе Астарта послышалось недоумение. — Почему она должна меня целовать? Ответьте же мне!
Голова кипела. Голоса мужчин сливались в единую какофонию. Шум в ушах усиливался с каждой минутой, Астарт продолжал о чём-то спрашивать, а Лиэль что-то отвечал. Они оба пытались привлечь моё внимание, но я просто не могла сосредоточиться. На меня лавиной обрушились непонятные эмоции, в которых я просто тонула.
Но вот чувствую лёгкое прикосновение к руке.
— Василиса, что с вами? — спросил Лиэль, стоя уже рядом со мной.
Странно, но его касание привело меня в чувство. Я смогла вновь посмотреть на них. Особо ничего не изменилось, только теперь эльф стоял рядом, а Астарт немного изменил позу.
— Со мной? — переспросила я и выдохнула. — Знаете, да, я согласна. Надо пробовать.
Что именно, я не уточнила. И так всё понятно.
Вот напуганные глаза Астарта, который не ожидал столь резкой смены событий. Вот Лиэль, который сразу отошёл в сторону. И вот я, впервые в жизни, взяла в тиски мужчину, который пытается увернуться от моего поцелуя.
То ещё приключение, скажу я вам.
Но вот его сопротивление ослабевает — от силы моего убеждения, как я надеюсь. И наши губы встречаются в лёгком, почти невесомом поцелуе.
А дальше следует яркая вспышка.
— С тобой всегда такие истории происходят? — спросил Астарт, и в его глазах уже не было растерянности. — Или везёт только мне?
Глава 24
— Только тебе везёт, — ответила я тихо на заданный вопрос.
Волшебным образом — сама не заметила как — я оказалась на его коленях. Да и Лиэль куда-то запропастился. Видимо, решил не мешать. И сейчас, находясь, о боже мой, в его нежных объятиях, я впервые почувствовала себя дома.
Знаете, вот когда находишься в незнакомом месте, и всё будто кричит вокруг «уходи-уходи», а в душе скребут кошки от дискомфорта происходящего — так вот, с момента попадания это чувство совсем не покидало меня. И только сейчас, в этот момент, я почувствовала внутреннее тепло.
Его мне давал тот самый человек, с которым у нас постоянные противостояния с момента встречи.
Мне не хотелось говорить. Не хотелось бежать. Я была готова остаться в этих объятиях навсегда. Вот такая я непоследовательная. Сама себя не понимаю.
— Наша уже практически традиционная фраза, но, может, и правда поговорим? — предложил Астарт, поглаживая меня по спине. — Тянуть дальше то, что происходит, просто невозможно. Иначе мы просто сойдём с ума.
— Угу, — промычала я, устраиваясь поудобнее на нём.
Я положила голову ему на плечо, одной рукой обхватила его талию, а другую расположила на животе. Тот после моих действий стал стальным.
— Василиса, — его голос стал ниже, напряжённее. — Я понимаю, что ты в шоке, но, может, не стоит делать что-то такое сейчас?
— М-м-м, почему? — я ещё сильнее прильнула к нему, вдыхая знакомый запах — лес, дым и что-то ещё, неуловимо притягательное.
— Кхм, потому что я немного становлюсь напряжённым, — признался он, и я почувствовала, как его пальцы впились мне в талию.
— Тогда расслабься, — умиротворённо сказала я, всё ещё не понимая причины его беспокойства.
— Если я расслаблюсь, то тебе точно придётся выйти за меня замуж, — хрипло сказал он.
— М-м-м?
— За то, что скомпрометируешь на ректорском столе!
Раз. Два. Три.
Я подлетела с его ног, словно ужаленная.
— Н-не надо, — выдохнула я, поправляя растрепавшуюся одежду.
— Так ты сама начала, — ухмыльнулся Астарт, и в его глазах заплясали знакомые бесенята.
— Не было такого!
— Было.
— Это помутнение рассудка, — отмахнулась я, отступая к дивану. — Временное. Последствия магического выброса.
— Конечно, я не спорю, — покладисто согласился он, вставая и поправляя мятую рубашку. — Ты просто устала и решила прилечь.
— Вот именно! — обрадовалась я такому повороту.
— И ты не делала никаких намёков, — продолжил он, приближаясь.
— Точно, — подтвердила я, пятясь.
— А то, что до этого изображала вашу фольклорную Снежную королеву, так это ты просто сказки любишь, — сделал он ещё один шаг.
— ЧТО?
— Не согласна? — он остановился в шаге от меня.
— Да ты...
— Я, — его улыбка стала до ушей.
— Обнаглел! — выпалила я, понимая, что меня развели как ребёнка.
— Вот теперь я узнаю тебя, — довольно протянул император. — Настоящую.
— Кого ты узнаёшь? — зло пропыхтела я, уперев руки в бока.
— Тебя. Настоящую. Эмоциональную и пылкую. Страстную и стойкую. Ту, которая готова дать отпор даже дракону.
После его слов весь мой запал куда-то исчез. Ему удалось вытянуть меня из непонятной неги — тут ему надо дать медаль. Не зря занимает свою позицию главного манипулятора мира.
— Что ты хочешь от меня? — устало спросила я, опускаясь на диван.
Он замер.
А потом опустился рядом. Взял мои руки в свои. Посмотрел прямо в глаза.
— Я хочу тебя, — сказал он просто, без пафоса, без надрыва. — Всю. Рядом со мной. Хочу спасать тебя от ведьминских срывов. Хочу слышать твой голос каждый день до конца своей долгой жизни. Хочу быть твоей поддержкой, опорой и помощью в этом мире. Да, я знаю, что наше прошлое, которое нельзя назвать богатым, отталкивает тебя. Но это была наша проверка. И мы с ней справились.
— ТЫ ПРОВЕРЯЛ МЕНЯ? — возмущение вернулось с новой силой.
— Нет, милая, — мягко сказал он. — Нас проверял Мир. Ведь здесь он живой. Он видит, слышит и помогает. Просто нам помощь он решил оказать оригинальным способом.
— Это каким же? — недоверчиво спросила я.
— Страстью. Борьбой. Он провоцировал нас. Пробуждал несвойственные чувства. Ты должна была это заметить. А сейчас, после поцелуя и твоего сногсшибательного заклинания, он отпустил нас. Считай, по его мнению, детки выросли.
Я задумалась.
Мда, замутил этот Мир, конечно, если всё сказанное является правдой. Но тогда это вообще неприятно — если в каждое действие и чувство может вмешаться этот их «Мир». Как говорят подростки, крипово.
— И что теперь делать? — спросила я.
— Теперь он позволяет нам просто жить, — грустно заметил Астарт.
— И ты не рад? — удивилась я такому тону.
— Я не рад, что ты видела меня с самой плохой стороны, — с горечью ответил он. — А хорошей тебе увидеть так и не удалось.
— Может, всё ещё впереди? — робко заметила я.
Тишина. Он смотрел на меня, и в его глазах теплело что-то, чего я раньше не замечала.
— Тогда как насчёт первого свидания? — спросил он. — Настоящего. Без порталов, без покушений, без родственников.
Мы замерли, не отрывая друг от друга взгляда.
Его глаза говорили о многом.
Прости. Давай дадим нам шанс. Я раскаиваюсь. Должен был рассказать обо всём.
Ого.
Нет.
Что-о-о?
Это не мои мысли.
И не его взор говорил мне об этом.
— Ты меня слышишь? — осторожно спросила я вслух. — Потому что... мне кажется... я слышу твои мысли, Астарт!
Он замер. Смотрел на меня пристально, будто сам пытался убедить себя, что ему померещилось.
— Лиса? — позвал он мысленно. И я услышала это так же чётко, как если бы он сказал вслух.
Лиса? Интересное и непривычное сокращение моего имени. Раньше меня никто так не называл. Но мне, кажется, даже нравится, когда он так ко мне обращается.
— ДА! — выпалила я вслух. — Астарт, что это?
— Ментальная связь истинных, — ответил он, и в его голосе слышалось изумление. — Но такое просто невозможно.
— Почему? — спросила я.
— Она возникает только после брачного обряда, — пояснил он.
И что это значит?
— Значит... — протянул он, и в его глазах загорелся странный огонь.
— Мир оставил нам ещё один подарок, — закончила я за него.
— Ну твою ж...
— Не выражайся, будущая императрица, — усмехнулась я, понимая, как глупо это звучит.
— Будущая императрица? — переспросил он, и в его голосе появились знакомые нотки.
— Фигура речи, — быстро сказала я.
— Ты только что назвала себя моей императрицей, — он приблизился. — При свидетелях.
— Каких свидетелях? Лиэль ушёл!
— А стены? — он обвёл рукой кабинет. — У драконов стены тоже есть уши. Или, по крайней мере, память.
— Это не считается! — воскликнула я, чувствуя, как щёки заливает румянец.
— Считается, — он взял моё лицо в ладони. — Всё считается, Василиса. Каждое твоё слово. Каждый взгляд. Каждый вздох.
— Ты слишком драматичен, — прошептала я, глядя в его глаза.
— Я дракон, — поправил он. — Мы такие.
— Одно и то же, — выдохнула я.
— Разное, — возразил он, приближаясь.
— Астарт, — остановила я его, уперевшись ладонями в грудь. — Подожди.
— Чего? — замер он.
— Ты правда хочешь этого? Меня? Не как игрушку, не как трофей, не как способ досадить брату? А просто... меня?
Он отстранился. Посмотрел на меня долгим, серьёзным взглядом.
— Василиса, — сказал он, и голос его был твёрдым, как сталь. — Я император. Я могу получить любую женщину в этом мире. Мне не нужны трофеи и игрушки. Мне нужна ты. Та, которая спорит со мной. Которая не боится. Которая называет меня козлом и при этом...
— При этом что?
— При этом смотрит на меня так, будто я — единственный мужчина в этом мире, — закончил он.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать. И закрыла. Потому что не нашла слов.
— Вот видишь, — усмехнулся он. — Даже ты иногда замолкаешь. А это дорогого стоит.
Он снова притянул меня к себе. И на этот раз я не сопротивлялась. Сама обвила руками его шею и прижалась.
— Астарт, — прошептала я ему в губы.
— М-м-м?
— Только попробуй сделать мне больно. Я тебе такие ментальные картинки в голову отправлю...
Он рассмеялся. Громко, искренне, от души. И этот смех был таким заразительным, что я засмеялась следом.
— Что за невеста мне досталась? — простонал он, прижимая меня к себе. — Вместо «я тебя люблю» — угрозы.
— Я не говорила «я тебя люблю», — напомнила я.
— А что ты чувствуешь? — спросил он, заглядывая в глаза.
— Пока не знаю, — честно ответила я. — Но готова узнать.
Он поцеловал меня. Нежно, почти целомудренно. И это было прекрасно.
— Пойдём, — сказал он, отрываясь от моих губ.
— Куда? — удивилась я.
— Есть одно место, — он загадочно улыбнулся. — Которое я хочу тебе показать. Свидание, помнишь?
— Прямо сейчас? — я посмотрела в окно — там уже сгущались сумерки.
— Самое время, — кивнул он.
— А портал? — насторожилась я.
— В этот раз — без порталов, — пообещал он. — Пешком. Доверишься?
Я посмотрела на его протянутую руку. На его глаза, в которых не было ни капли привычной надменности. На его улыбку — такую непривычно тёплую.
— Доверюсь, — сказала я и вложила свою ладонь в его.
Мы вышли из кабинета. Коридоры академии были пусты — все уже разошлись по комнатам. Наши шаги гулко разносились в тишине, и этот звук казался мне музыкой.
— Астарт, — позвала я, когда мы вышли на улицу.
— М-м-м?
— А ментальная связь... это навсегда?
Он остановился. Повернулся ко мне.
— Навсегда, — сказал он. — Ты теперь всегда будешь слышать меня. А я — тебя. Ты готова к этому?
Я подумала.
Слышать его мысли. Постоянно. Даже когда злюсь. Даже когда хочу побыть одна. Это пугало. Но почему-то в то же время казалось правильным.
— Готова, — ответила я.
И мы пошли дальше — в ночь, к новым приключениям.
Глава 25
Мы шли по ночной академии, и я чувствовала себя так, будто попала в другой мир. И ладно бы в магический — я уже привыкла. А в другой — где нет угроз, нет интриг, где я просто девушка, а он просто парень, и мы идём на свидание.
Академия преобразилась с наступлением темноты. Вдоль дорожек зажглись магические фонари — парящие шары с мягким золотистым свечением, которые плавно покачивались в воздухе, словно танцевали. Звёзды на небе казались больше и ярче, чем в моём мире, а луна сияла так, что можно было читать без дополнительного освещения. Воздух был прохладным, свежим, пахло осенними листьями и чем-то сладким — может, поздними цветами, а может, просто близостью этого невероятного мужчины.
Астарт вёл меня куда-то за главное здание, туда, где я ещё не была. Его рука крепко сжимала мою — и это было приятно. Не требовательно, не собственнически, а просто — он здесь, он рядом, он никуда не денется. Пальцы у него были тёплые, чуть шершавые, с длинными фалангами — рука воина, а не кабинетного работника.
— Куда мы идём? — спросила я, когда мы свернули на узкую тропинку, уходящую в сторону небольшого леса.
— Увидишь, — загадочно ответил он.
— Опять твои тайны?
— Не тайны, — возразил он, чуть сжав мою ладонь. — Сюрприз. Ты не любишь сюрпризы?
— Не люблю, когда меня переносят без спроса, — напомнила я. — А нормальные сюрпризы — люблю.
— Тогда тебе понравится, — уверенно сказал он.
Тропинка вывела нас к небольшому зданию в дальней части парка. Оно отличалось от академических корпусов — меньше, изящнее, с резными колоннами и витражными окнами, в которых сейчас горел тёплый, слегка мерцающий свет. Стены были увиты плющом, который в свете луны казался серебряным, а крыша напоминала перевёрнутую чашу цветка.
