На нос наутилоида приземлился красный дракон. Рогатая морда проникла сквозь выбитые стёкла обзорного окна. Из пасти вырывался глубокий рёв, а следом жгучее пламя. Дроу успела спрятаться за панель, пока дыхание дракона сжигало всё вокруг. Она чувствовала запах подпалённых волос и горелой плоти корабля. Щупальца дёргались от жара, панель дрожала и будто кричала в сознании дроу. Дракон отвернулся в сторону клича гитьянки, позволяя Тав уловить момент, чтобы дотронуться для соединённых щупалец и отдать мысленный приказ улетать: «Прочь из ада». Наутилоид прислушался к ней и рванул вперёд, сбрасывая дракона.
Пейзажи Аверно исчезли в голубом мерцании. Корабль улетал прочь из плана ада.
Наутилоид наклонился в сторону, бросая дроу в стену, даря сильную боль в спине и голове от удара, чуть не прикончив её острым осколком панциря. Воздух стал тяжелее, и Тав притянуло прямо к дыре на носу корабля. В последнее мгновение она успела схватиться за панель, изо всех сил стараясь дотянуться до соединённых щупалец и обозначить конечную точку прибытия. Ноющие мышцы повреждённого плеча отдавались болью, а безрукавка сдирала обожжённую кожу. У неё получилось, когда она уже задыхалась.
Боль и нехватка воздуха вытаскивали из сознания дроу старые воспоминания. Тёмный лес и берег реки, из самого горького дня в её жизни. Звёзды и туманности за разбитыми окнами, сменились привычным видом ночного неба. Корабль снова качнуло, затягивая её в зияющую дыру в панцире.
Тав не удержалась, кувыркаясь и перекатываясь, она пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но её тело скользило по полу в крови и слизи. Дроу чудом удалось упасть на балку рядом с дырой. Паника усилилась, когда она заметила в противоположном углу свежевателя разума, держащегося за кровоточащий живот. Его жёлтые глаза словно впивались в её разум, он пытался подчинить её, пока паразит в голове нервно ёрзал. По иронии жестокой судьбы, осколок, подобный тому, что едва не убил её ранее, оказался спасением. Тав почувствовала сильный удар в висок и, отшатнувшись, она пропала в бесконечном полёте. Затуманенное острой болью зрение уловило охваченный огнём наутилоид, проскользнула глупая насмешка в мыслях: «Если меня не прикончит падение, то раздавит чёртовым кораблём, похожим на улитку…»
Полёт казался долгим и лёгким. Паника и страх сменялись сонливостью и спокойствием. Тав отпустила всё и закрыла глаза, прощаясь с ночным небом: «По крайней мере, второй раз я погибну под нашими звёздами… я так соскучилась по тебе...»
Солнечный свет согревал, вдалеке щебетали птицы, совсем рядом шумел прибой. Длинные уши уловили больше, когда к щеке на мгновение прикоснулось что-то тёплое. Тав пошевелила пальцами, и они утонули в горячем крупном песке. «Точно… — мысли проплывали в пробуждающемся сознании, — я ведь вспомнила реку, загадывая путь». Веки казались почти такими же тяжёлыми, как после пробуждения в живой клетке. Но сейчас ощущения были лучше. Намного.
Лёгкие вдыхали свежий воздух, слегка смешанный с гарью, а не кислый смрад с жаром Аверно. Тело ничего не удерживало, лишь горячий песок окутывал отяжелевшие мышцы. Потребовалось некоторое время, чтобы зрение, предназначенное для тёмных глубин, привыкло к колющим полуденным лучам. Прикрыв глаза рукой, Тав медленно присела. От движений тело проснулось и напомнило о тяжёлой ночи. Мышцы и суставы заныли, сердцебиение отдавалось резью в голове и глазах. «Всё-таки не умерла», — глубоко дыша, стараясь унять боль и тошноту, Тав осмотрелась.
Наутилоид упал на песчаном пляже, среди небольших скальных островков. Местность показалась знакомой, берег и редкий камыш, привычное летнее тепло и слегка подсушенная трава: «И всё ещё на Побережье Мечей». В воздухе хлопьями витал пепел, а умиротворяющий шум мелких волн совершенно не сходился с большими пятнами крови, окрасившими песок в бурые оттенки. Разбросанные повсюду останки наутилоида с гигантскими щупальцами, которые создавали причудливые арки и мосты, отбрасывали чёткие тени.
«Как я выжила, упав с такой высоты?» — размышляя о последних воспоминаниях, Тав осмотрела и себя. Но нашла только раны и ожоги со стычек на наутилоиде, который догорал в десятке метров. «Не так плохо, как могло бы быть. Не размазало по песку и не разбило о скалы. А если не считать паразита, то всё в относительном порядке. Просто чудо, учитывая всё, что произошло, — мысли подарили ей каплю надежды, которая тут же растворилась в тревоге. — Рано радоваться. Нужно срочно найти того, кто поможет. Личинка в мозгу, это смертный приговор, в лучшем случае. А время течёт быстро», — остановив гнетущие мысли, Тав осторожно поднялась с горячего песка, подхватив меч.
Шагнув под арку из щупалец, она вышла к множеству человеческих тел. От них веяло кровью и солью, скорее всего, они были рыбаками, чьи лодки качались на мели. Однако одно тело сильно выделялось яркими зайчиками света от серебряной брони. Тав ускорила шаг и подошла ближе. «Слава богам, она тоже выжила», — осматривая Шэдоухарт и не найдя на ней ни открытых ран, ни лужи крови, как под остальными телами, дроу облегчённо выдохнула.
Бывшая пленница лежала на спине, лицо было спокойным, а дыхание равномерным, будто она крепко спала. Дроу внимательнее присмотрелась к спасённой девушке. На ней была лёгкая кольчужная броня с пластинами в форме узоров пламени и пришитый к центру нагрудника обсидиановый диск, что словно поглощающий весь попадающий на него свет. Чёрные длинные волосы были заплетены в высокую косу с цепью, которую венчало украшение, похожее на огненные пластины из серебра на броне. «Необычное одеяние…» — отметила Тав, рассматривая Шэдоухарт, надеясь разузнать о ней побольше. Девушка едва заметно поморщилась от упавшего на нос пепла, заставив Тав замереть.
Пепел легко поднялся ветром и подчеркнул золой тонкий шрам, что тянулся от правого уха и по переносице. Уши Шэдоухарт отличались от ушей дроу и других эльфов, они были короче и толще, возможно, в ней текла кровь высших, но лишь наполовину. «Значит, полуэльфийка. И не выглядит как дева в беде, это уж точно, — Тав присела рядом изучая. — Судя по заклинаниям и необычной броне, скорее всего, жрица. А значит, может лечить, что мне сейчас было бы, кстати». Но больше брони и магии, Тав интриговал многогранник, который Шэдоухарт крепко сжимала в руке. И ловкие пальцы привычно потянулись к нему.
— Ты что, хотела… — медленно открыв глаза, прошептала жрица, с трудом выговаривая каждый слог.
— Лишь проверить, жива ли ты, — прервала Тав.
В детстве дроу часто ловили за попыткой кражи, но годы тренировок научили воровку избегать наказания невинной ложью и отработанным обманом. Но это был не городской рынок или переполненная таверна, а украшенный кровью пляж рядом с рухнувшим наутилоидом, и Тав тут же мысленно себя отругала: «Чёрт. Я ведь даже не знаю, зачем он мне. Надо завязывать с плохими привычками, хотя бы с теми, кто может поджарить магией».
— Да, жива. За участие спасибо, — слабо ответила жрица, казалось, поверив в лёгкую ложь дроу. — Кстати, как так вообще вышло, что мы живы?
— Это неважно, — Тав отказывалась начинать тревожный разговор в поисках призрачных ответов. — Главное, что мы живы.
— Да уж… судя по тому, сколько трупов здесь разбросано, нам очень повезло, — Шэдоухарт медленно оглядела берег, поднимаясь и хмуря тонкие брови. — Я помню корабль, помню, как он падал… а после ничего.
— Есть идеи, где мы? Это похоже на Побережье Мечей.
— Нет… я не знаю этих мест. Но всё лучше, чем этот чёртов корабль, — с воспоминанием о залах наутилоида, на её лице отразилось отвращение, и, сделав глубокий вдох, она продолжила твёрже. — Надо действовать по порядку. Сперва мы должны найти припасы, крышу над головой и, главное, лекаря. Спастись мы, может, и спаслись, но эти твари из наших голов никуда не делись.
— Мы? — удивлённо переспросила Тав, не находя в себе помощи для кого-то вроде жрицы с булавой. — Хочешь сказать, ты готова идти со мной и дальше?
— Мы нуждаемся друг в друге, мы обе знаем, что на кону. По-моему, ты более чем уместная компания, — жрица коротко, но искренне улыбнулась. — Никто не заставлял тебя возиться с моей капсулой, и всё же… я этого не забуду. Спасибо, что освободила меня.
Тав также кратко улыбнулась в ответ. Было приятно оказаться полезной. Особенно если эта полезность могла принести выгоду.
— А теперь позволь мне помочь, — Шэдоухарт смущённо протянула руку к обожжённому плечу Тав. — Это меньшее, что я могу сейчас сделать в благодарность за зелье и моё спасение.
Вокруг ладони жрицы появилось тёплое свечение, что постепенно забирало боль, залечивая сожжённую кожу и восстанавливая повреждённые мышцы.
— И в извинение за мою меткость, — добавила она совсем тихим шёпотом.
Плечо теперь ощущалось намного лучше, и такое лечение было гораздо приятнее приёма горьких зелий. В ответ дроу кивнула с улыбкой.
— А теперь пошли, — позвала Шэдоухарт, поднимая с песка булаву, и направилась к трупам.
Девушки старались осмотреть и обыскать каждый метр в поиске чего-то полезного. Удача им улыбнулась, и они нашли небольшой груз с припасами. Пара простых лечебных зелий, горсть монет, фляги с чистой водой и скромные запасы съестного. По всей видимости, кто-то из рыбаков планировал прекрасный компанейский отдых вдали. Собрав достаточно, чтобы сильно занять руки, Тав отложила находки на песок и протянула Шэдоухарт небольшой поясной мешочек под недоверчивый взгляд жрицы.
— Он зачарован. Мне недавно удалось обменять его на очень дорогое ожерелье у одного ворчливого торговца.
Тав забрала спальный мешок из рук Шэдоухарт и протолкнула его в мешочек. Спальник моментально провалился, словно исчезая за грубой тканью, и она уточнила.
— Все вещи, что попадают в него, хранятся в зачарованном сундуке, который я могу призвать.
Последнее Тав произнесла с гордостью и самодовольством. Это была не только одна из самых выгодных её сделок, но также и почти единственное заклинание, которое она заучила.
— Звучит отлично, — Шэдоухарт едва заметно улыбнулась. — Не хотелось бы тащить всё на своей спине.
Вслед за спальным мешком, они скрыли в зачарованном мешочке и всё остальное, молча проходя по золотому берегу дальше.
Следующий час отличался лишь быстрыми и слаженными действиями. Они шарили по всем бочкам, трупам и ящикам на берегу. Тав открывала мешочек, Шэдоухарт скрывала в его зачарованных недрах полезные находки.
Обойдя всю видимую часть берега, они остановились перед массивными воротами в заросший диким виноградом храм. Было принято решение проверить руины потом. Другие варианты пути не казались лучше. Позади оставался окровавленный берег, по правую сторону от храма — песчаная тропинка, поросшая камышом, по левую — тлеющий наутилоид. Либо путь через бурную воду к дальним островам. Последний вариант Шэдоухарт отклонила сразу, без раздумий. «Стоит научить её плавать, всё-таки полезный навык, — эта мысль заставила Тав немного ожесточиться от непривычности. — Нет. Мы всего лишь вынужденные спутники из-за мерзких планов свежевателей разума. Прекрати».
Под звучание мрачных мыслей Тав не заметила, как они зашли в разрушенный зал наутилоида и их окружили не меньше дюжины пожирателей интеллекта. И они явно не были настроены так же дружелюбно, как Мы. Всего секунда, и несколько тварей уже летели на них с уцелевших верхних помостов зала. Тав успела лишь выхватить меч, как одно из мозгоподобных созданий было сражено ярким светом жрицы, а два других были тут же приколочены к ближайшей стене длинными стрелами. До них донеслась пара голосов, почти синхронно.
— Не отвлекайся!
«Не сейчас, не здесь!» — Тав заглушила все мысли в голове, и крепко сжимая меч, сосредоточилась на бое, стараясь управлять клинком также, как любимым кинжалом. Это приносило плоды. Конечности тварей рвались от ударов по сухожилиям, тонкие кости хрустели. Но практики и навыков заметно недоставало, дроу часто промахивалась, и ей приходилось надеяться на помощь. Ещё несколько минут и все пожиратели интеллекта были мертвы, а их тушки сильно покалечены.
— Неплохо, — позади прозвучал тихий голос жрицы с ноткой насмешки. — Возможно, выживание не самая туманная перспектива.
Тав собиралась ответить, но её взгляд упал на размытые из-за жара фигуры в дальней части зала. Голос привычно превратился в сталь.
— Кто вы? Отвечайте!
— Мы с миром.
Голос прозвучал от высокой мужской фигуры, которая вытянула руки перед собой в мирном жесте. С таким же жестом за первой фигурой последовала и вторая, женская, ниже и тоньше.
— Я Эрдан. А это Израйя. Мы недавно очнулись на берегу, — добавил он с доброжелательной улыбкой.
— Почему вы…
Вопрос Тав прервался связью паразитов, как было с гитьянки и Шэдоухарт. Но с каждым разом ощущения менялись, становились слабее, менее болезненными, более приятными. Пара схватилась за головы, открывая свои воспоминания. Перед глазами Тав и Шэдоухарт пронеслись рваные образы прошедшей ночи: свежеватели разума, страх, личинка, боль, жар, куски плоти, падение.
— Вы такие же... — прошептал слабый женский голос, — вы тоже заражены…
Личинки в головах успокаивались, позволяя восстановить дыхание и чёткость зрения. Заражённые подошли ближе и дроу привычно начала разглядывать незнакомцев. Это определённо были эльфы, но не те, которых Тав встречала раньше. Их глаза имели общую черту — блестящие вкрапления, напоминающие жидкое золото, удачно подсвеченные небольшими лучиками света в пробитой крыше наутилоида. Мужчина, который назвался Эрданом, обладал бронзовой кожей и золотым отблеском, под стать его глазам и прямым локонам. А кожа его спутницы, Израйи, была светлее и заметно отливала голубым, даже на солнечном свете, а волосы имели глубокий синий цвет. Эльфы были одеты в простую кожаную броню с мелкой витиеватой вышивкой единых узоров, а на плечах лежали плотные короткие плащи.
Тав заученно отмечала детали в голове: «Такая замысловатая вышивка на простой коже? А ещё глаза с золотыми точками… в книгах подобные черты относят к древним эльфийским родам, что запираются на собственных островах и в дальних планах. Но эта парочка явно не затворники или городские дворяне».
— Мы далеко от родного края и долго путешествовали, — сказала эльфийка, словно уловив размышления дроу и предлагая не останавливаться на этой теме, продолжила. — Как давно вы очнулись? Вы помните что-нибудь? Как мы все выжили?
— Нет, мы очнулись некоторое время назад и пытаемся найти что-то полезное в этих останках, — прозвучал голос Шэдоухарт позади.
— Плохо… — подавленно протянула синеволосая эльфийка, — мы даже не можем вспомнить, как нас похитили.
— Мы тоже ничего не помним и не представляем, что произошло с нами до заражения и корабля, — тихо добавила Тав.
— Полагаю, вы ищите припасы и снаряжение, так что…
— Да! Вы не находили чёрный клинок в форме птицы? — перебила Тав златоглазого эльфа, за мгновение забыв о своей маске холодной дроу и об осторожности с незнакомцами.
— Тогда тебя это обрадует, — эльф слегка наклонился, всё ещё улыбаясь, и продолжил почти заговорщицки.
Пейзажи Аверно исчезли в голубом мерцании. Корабль улетал прочь из плана ада.
Наутилоид наклонился в сторону, бросая дроу в стену, даря сильную боль в спине и голове от удара, чуть не прикончив её острым осколком панциря. Воздух стал тяжелее, и Тав притянуло прямо к дыре на носу корабля. В последнее мгновение она успела схватиться за панель, изо всех сил стараясь дотянуться до соединённых щупалец и обозначить конечную точку прибытия. Ноющие мышцы повреждённого плеча отдавались болью, а безрукавка сдирала обожжённую кожу. У неё получилось, когда она уже задыхалась.
Боль и нехватка воздуха вытаскивали из сознания дроу старые воспоминания. Тёмный лес и берег реки, из самого горького дня в её жизни. Звёзды и туманности за разбитыми окнами, сменились привычным видом ночного неба. Корабль снова качнуло, затягивая её в зияющую дыру в панцире.
Тав не удержалась, кувыркаясь и перекатываясь, она пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но её тело скользило по полу в крови и слизи. Дроу чудом удалось упасть на балку рядом с дырой. Паника усилилась, когда она заметила в противоположном углу свежевателя разума, держащегося за кровоточащий живот. Его жёлтые глаза словно впивались в её разум, он пытался подчинить её, пока паразит в голове нервно ёрзал. По иронии жестокой судьбы, осколок, подобный тому, что едва не убил её ранее, оказался спасением. Тав почувствовала сильный удар в висок и, отшатнувшись, она пропала в бесконечном полёте. Затуманенное острой болью зрение уловило охваченный огнём наутилоид, проскользнула глупая насмешка в мыслях: «Если меня не прикончит падение, то раздавит чёртовым кораблём, похожим на улитку…»
Полёт казался долгим и лёгким. Паника и страх сменялись сонливостью и спокойствием. Тав отпустила всё и закрыла глаза, прощаясь с ночным небом: «По крайней мере, второй раз я погибну под нашими звёздами… я так соскучилась по тебе...»
Глава 2 | Лидер
Солнечный свет согревал, вдалеке щебетали птицы, совсем рядом шумел прибой. Длинные уши уловили больше, когда к щеке на мгновение прикоснулось что-то тёплое. Тав пошевелила пальцами, и они утонули в горячем крупном песке. «Точно… — мысли проплывали в пробуждающемся сознании, — я ведь вспомнила реку, загадывая путь». Веки казались почти такими же тяжёлыми, как после пробуждения в живой клетке. Но сейчас ощущения были лучше. Намного.
Лёгкие вдыхали свежий воздух, слегка смешанный с гарью, а не кислый смрад с жаром Аверно. Тело ничего не удерживало, лишь горячий песок окутывал отяжелевшие мышцы. Потребовалось некоторое время, чтобы зрение, предназначенное для тёмных глубин, привыкло к колющим полуденным лучам. Прикрыв глаза рукой, Тав медленно присела. От движений тело проснулось и напомнило о тяжёлой ночи. Мышцы и суставы заныли, сердцебиение отдавалось резью в голове и глазах. «Всё-таки не умерла», — глубоко дыша, стараясь унять боль и тошноту, Тав осмотрелась.
Наутилоид упал на песчаном пляже, среди небольших скальных островков. Местность показалась знакомой, берег и редкий камыш, привычное летнее тепло и слегка подсушенная трава: «И всё ещё на Побережье Мечей». В воздухе хлопьями витал пепел, а умиротворяющий шум мелких волн совершенно не сходился с большими пятнами крови, окрасившими песок в бурые оттенки. Разбросанные повсюду останки наутилоида с гигантскими щупальцами, которые создавали причудливые арки и мосты, отбрасывали чёткие тени.
«Как я выжила, упав с такой высоты?» — размышляя о последних воспоминаниях, Тав осмотрела и себя. Но нашла только раны и ожоги со стычек на наутилоиде, который догорал в десятке метров. «Не так плохо, как могло бы быть. Не размазало по песку и не разбило о скалы. А если не считать паразита, то всё в относительном порядке. Просто чудо, учитывая всё, что произошло, — мысли подарили ей каплю надежды, которая тут же растворилась в тревоге. — Рано радоваться. Нужно срочно найти того, кто поможет. Личинка в мозгу, это смертный приговор, в лучшем случае. А время течёт быстро», — остановив гнетущие мысли, Тав осторожно поднялась с горячего песка, подхватив меч.
Шагнув под арку из щупалец, она вышла к множеству человеческих тел. От них веяло кровью и солью, скорее всего, они были рыбаками, чьи лодки качались на мели. Однако одно тело сильно выделялось яркими зайчиками света от серебряной брони. Тав ускорила шаг и подошла ближе. «Слава богам, она тоже выжила», — осматривая Шэдоухарт и не найдя на ней ни открытых ран, ни лужи крови, как под остальными телами, дроу облегчённо выдохнула.
Бывшая пленница лежала на спине, лицо было спокойным, а дыхание равномерным, будто она крепко спала. Дроу внимательнее присмотрелась к спасённой девушке. На ней была лёгкая кольчужная броня с пластинами в форме узоров пламени и пришитый к центру нагрудника обсидиановый диск, что словно поглощающий весь попадающий на него свет. Чёрные длинные волосы были заплетены в высокую косу с цепью, которую венчало украшение, похожее на огненные пластины из серебра на броне. «Необычное одеяние…» — отметила Тав, рассматривая Шэдоухарт, надеясь разузнать о ней побольше. Девушка едва заметно поморщилась от упавшего на нос пепла, заставив Тав замереть.
Пепел легко поднялся ветром и подчеркнул золой тонкий шрам, что тянулся от правого уха и по переносице. Уши Шэдоухарт отличались от ушей дроу и других эльфов, они были короче и толще, возможно, в ней текла кровь высших, но лишь наполовину. «Значит, полуэльфийка. И не выглядит как дева в беде, это уж точно, — Тав присела рядом изучая. — Судя по заклинаниям и необычной броне, скорее всего, жрица. А значит, может лечить, что мне сейчас было бы, кстати». Но больше брони и магии, Тав интриговал многогранник, который Шэдоухарт крепко сжимала в руке. И ловкие пальцы привычно потянулись к нему.
— Ты что, хотела… — медленно открыв глаза, прошептала жрица, с трудом выговаривая каждый слог.
— Лишь проверить, жива ли ты, — прервала Тав.
В детстве дроу часто ловили за попыткой кражи, но годы тренировок научили воровку избегать наказания невинной ложью и отработанным обманом. Но это был не городской рынок или переполненная таверна, а украшенный кровью пляж рядом с рухнувшим наутилоидом, и Тав тут же мысленно себя отругала: «Чёрт. Я ведь даже не знаю, зачем он мне. Надо завязывать с плохими привычками, хотя бы с теми, кто может поджарить магией».
— Да, жива. За участие спасибо, — слабо ответила жрица, казалось, поверив в лёгкую ложь дроу. — Кстати, как так вообще вышло, что мы живы?
— Это неважно, — Тав отказывалась начинать тревожный разговор в поисках призрачных ответов. — Главное, что мы живы.
— Да уж… судя по тому, сколько трупов здесь разбросано, нам очень повезло, — Шэдоухарт медленно оглядела берег, поднимаясь и хмуря тонкие брови. — Я помню корабль, помню, как он падал… а после ничего.
— Есть идеи, где мы? Это похоже на Побережье Мечей.
— Нет… я не знаю этих мест. Но всё лучше, чем этот чёртов корабль, — с воспоминанием о залах наутилоида, на её лице отразилось отвращение, и, сделав глубокий вдох, она продолжила твёрже. — Надо действовать по порядку. Сперва мы должны найти припасы, крышу над головой и, главное, лекаря. Спастись мы, может, и спаслись, но эти твари из наших голов никуда не делись.
— Мы? — удивлённо переспросила Тав, не находя в себе помощи для кого-то вроде жрицы с булавой. — Хочешь сказать, ты готова идти со мной и дальше?
— Мы нуждаемся друг в друге, мы обе знаем, что на кону. По-моему, ты более чем уместная компания, — жрица коротко, но искренне улыбнулась. — Никто не заставлял тебя возиться с моей капсулой, и всё же… я этого не забуду. Спасибо, что освободила меня.
Тав также кратко улыбнулась в ответ. Было приятно оказаться полезной. Особенно если эта полезность могла принести выгоду.
— А теперь позволь мне помочь, — Шэдоухарт смущённо протянула руку к обожжённому плечу Тав. — Это меньшее, что я могу сейчас сделать в благодарность за зелье и моё спасение.
Вокруг ладони жрицы появилось тёплое свечение, что постепенно забирало боль, залечивая сожжённую кожу и восстанавливая повреждённые мышцы.
— И в извинение за мою меткость, — добавила она совсем тихим шёпотом.
Плечо теперь ощущалось намного лучше, и такое лечение было гораздо приятнее приёма горьких зелий. В ответ дроу кивнула с улыбкой.
— А теперь пошли, — позвала Шэдоухарт, поднимая с песка булаву, и направилась к трупам.
Девушки старались осмотреть и обыскать каждый метр в поиске чего-то полезного. Удача им улыбнулась, и они нашли небольшой груз с припасами. Пара простых лечебных зелий, горсть монет, фляги с чистой водой и скромные запасы съестного. По всей видимости, кто-то из рыбаков планировал прекрасный компанейский отдых вдали. Собрав достаточно, чтобы сильно занять руки, Тав отложила находки на песок и протянула Шэдоухарт небольшой поясной мешочек под недоверчивый взгляд жрицы.
— Он зачарован. Мне недавно удалось обменять его на очень дорогое ожерелье у одного ворчливого торговца.
Тав забрала спальный мешок из рук Шэдоухарт и протолкнула его в мешочек. Спальник моментально провалился, словно исчезая за грубой тканью, и она уточнила.
— Все вещи, что попадают в него, хранятся в зачарованном сундуке, который я могу призвать.
Последнее Тав произнесла с гордостью и самодовольством. Это была не только одна из самых выгодных её сделок, но также и почти единственное заклинание, которое она заучила.
— Звучит отлично, — Шэдоухарт едва заметно улыбнулась. — Не хотелось бы тащить всё на своей спине.
Вслед за спальным мешком, они скрыли в зачарованном мешочке и всё остальное, молча проходя по золотому берегу дальше.
***
Следующий час отличался лишь быстрыми и слаженными действиями. Они шарили по всем бочкам, трупам и ящикам на берегу. Тав открывала мешочек, Шэдоухарт скрывала в его зачарованных недрах полезные находки.
Обойдя всю видимую часть берега, они остановились перед массивными воротами в заросший диким виноградом храм. Было принято решение проверить руины потом. Другие варианты пути не казались лучше. Позади оставался окровавленный берег, по правую сторону от храма — песчаная тропинка, поросшая камышом, по левую — тлеющий наутилоид. Либо путь через бурную воду к дальним островам. Последний вариант Шэдоухарт отклонила сразу, без раздумий. «Стоит научить её плавать, всё-таки полезный навык, — эта мысль заставила Тав немного ожесточиться от непривычности. — Нет. Мы всего лишь вынужденные спутники из-за мерзких планов свежевателей разума. Прекрати».
Под звучание мрачных мыслей Тав не заметила, как они зашли в разрушенный зал наутилоида и их окружили не меньше дюжины пожирателей интеллекта. И они явно не были настроены так же дружелюбно, как Мы. Всего секунда, и несколько тварей уже летели на них с уцелевших верхних помостов зала. Тав успела лишь выхватить меч, как одно из мозгоподобных созданий было сражено ярким светом жрицы, а два других были тут же приколочены к ближайшей стене длинными стрелами. До них донеслась пара голосов, почти синхронно.
— Не отвлекайся!
«Не сейчас, не здесь!» — Тав заглушила все мысли в голове, и крепко сжимая меч, сосредоточилась на бое, стараясь управлять клинком также, как любимым кинжалом. Это приносило плоды. Конечности тварей рвались от ударов по сухожилиям, тонкие кости хрустели. Но практики и навыков заметно недоставало, дроу часто промахивалась, и ей приходилось надеяться на помощь. Ещё несколько минут и все пожиратели интеллекта были мертвы, а их тушки сильно покалечены.
— Неплохо, — позади прозвучал тихий голос жрицы с ноткой насмешки. — Возможно, выживание не самая туманная перспектива.
Тав собиралась ответить, но её взгляд упал на размытые из-за жара фигуры в дальней части зала. Голос привычно превратился в сталь.
— Кто вы? Отвечайте!
— Мы с миром.
Голос прозвучал от высокой мужской фигуры, которая вытянула руки перед собой в мирном жесте. С таким же жестом за первой фигурой последовала и вторая, женская, ниже и тоньше.
— Я Эрдан. А это Израйя. Мы недавно очнулись на берегу, — добавил он с доброжелательной улыбкой.
— Почему вы…
Вопрос Тав прервался связью паразитов, как было с гитьянки и Шэдоухарт. Но с каждым разом ощущения менялись, становились слабее, менее болезненными, более приятными. Пара схватилась за головы, открывая свои воспоминания. Перед глазами Тав и Шэдоухарт пронеслись рваные образы прошедшей ночи: свежеватели разума, страх, личинка, боль, жар, куски плоти, падение.
— Вы такие же... — прошептал слабый женский голос, — вы тоже заражены…
Личинки в головах успокаивались, позволяя восстановить дыхание и чёткость зрения. Заражённые подошли ближе и дроу привычно начала разглядывать незнакомцев. Это определённо были эльфы, но не те, которых Тав встречала раньше. Их глаза имели общую черту — блестящие вкрапления, напоминающие жидкое золото, удачно подсвеченные небольшими лучиками света в пробитой крыше наутилоида. Мужчина, который назвался Эрданом, обладал бронзовой кожей и золотым отблеском, под стать его глазам и прямым локонам. А кожа его спутницы, Израйи, была светлее и заметно отливала голубым, даже на солнечном свете, а волосы имели глубокий синий цвет. Эльфы были одеты в простую кожаную броню с мелкой витиеватой вышивкой единых узоров, а на плечах лежали плотные короткие плащи.
Тав заученно отмечала детали в голове: «Такая замысловатая вышивка на простой коже? А ещё глаза с золотыми точками… в книгах подобные черты относят к древним эльфийским родам, что запираются на собственных островах и в дальних планах. Но эта парочка явно не затворники или городские дворяне».
— Мы далеко от родного края и долго путешествовали, — сказала эльфийка, словно уловив размышления дроу и предлагая не останавливаться на этой теме, продолжила. — Как давно вы очнулись? Вы помните что-нибудь? Как мы все выжили?
— Нет, мы очнулись некоторое время назад и пытаемся найти что-то полезное в этих останках, — прозвучал голос Шэдоухарт позади.
— Плохо… — подавленно протянула синеволосая эльфийка, — мы даже не можем вспомнить, как нас похитили.
— Мы тоже ничего не помним и не представляем, что произошло с нами до заражения и корабля, — тихо добавила Тав.
— Полагаю, вы ищите припасы и снаряжение, так что…
— Да! Вы не находили чёрный клинок в форме птицы? — перебила Тав златоглазого эльфа, за мгновение забыв о своей маске холодной дроу и об осторожности с незнакомцами.
— Тогда тебя это обрадует, — эльф слегка наклонился, всё ещё улыбаясь, и продолжил почти заговорщицки.
