Маятник свободы
Монопьеса
Жанр. Фантастический реализм
Действующие лица
Алина. Менеджмент-экономист. 35 лет
Храмовник. Бесплодный дух. Явление
Святой отец Григорий. Наставник церкви. 52 года
Девочка. Бездомная девочка при церкви.10 лет
История женщины, обладающей принципами и нравственными убеждениями. Экономист по профессии, она ищет выход из сложной ситуации, путём верования и возможности показать, что её деятельность состоит из главного, стремление помочь людям в непростых обстоятельствах. Алина должна выбрать между холодным, эффективным расчётом социальной машины и живым, беспорядочным, эфемерным чудом природы.
Примечание автора
Непогрешимость.
Алина, 35-ти летний менеджмент – экономист, с восточной внешностью. Высокая и стройная женщина, обладающая неуклонным характером. Тщедушная в мелочах, но ранимая в отношениях с людьми, стремится найти смысл там, где его может и не быть. Спокойная и уравновешенная женщина, она постигает мудрость путём воли и умением держать свою точку зрения до победного конца, даже если с ней не посчитались, как надо.
На сцене полутьма. В пустом полупространстве еле заметного кабинета стоит красивый, офисный стол, компьютер, шкаф с полками от новомодной фирмы и настольный абажур. Рядом со столом в углу у шкафа стоит ксерокс и кулер. Стол завален офисными бумагами, канцелярией, папками и сметой. Рядом со столом стоит новозеландский пуфик, тёмно-зелёного цвета, на полу разложен серый ковёр браун «одуванчики», подарок фирмы. Крапивница в горшке на окне, гардины и офисные стулья с изогнутой спинкой. Стены напоминают рельеф выпуклой горы, сюрреализм в отделке. Над потолком свисает кодовый вентилятор, с голосовым прибором управления. У левой стены чёрный кейс на подставках, зеркало и маятник с полупрозрачными шарами, подвешенными на нитях, в рамке из металла. Шары имеют тёмный вид, с прожилками на внешней стороне они вертятся по кругу. День. За окном кабинета солнечно. Алина стоит на авансцене в луче света, одета солидно и презентабельно. На ней вельветовый костюм, серого цвета, белая блуза и чёрные туфли. На руках аксессуары, в виде часов и брелочков. На шее кулон – символ веры и успеха, камень похожий на шар в маятнике. В руках она держит связку ключей от офисных дверей и кейса, которые тревожно сжимает.
Алина (В зрительный зал). Вот я знала, что совершу ряд преступных действий. Расчётливая тётка за чертой бедности. (Перебирает ключи) Меня убеждали, что мать моя не примет таких позывов. А дед и вовсе отдаст на попечения, если я не прекращу свои маленькие ухищрения. (С мимолётной иронией) Если конечно дед ещё жив.… Одна лишь бабушка моя понадеялась на лучшее, поверила в мои силы, уверилась в мои возможности и перспективы, да и то со временем разубедилась в этом. Посчитав меня чересчур уж амбициозной! Что ж не каждому мы наважденью рады, коль миримся с одним! Так говаривала моя бабушка (Кладёт ключи на стол, берёт полупрозрачный шарик) Я планировала стать менеджментом - экономистом в сфере обслуживания клиентов. Годами, полируя навыки, я, как и все, оттачивала мастерство успешного финансового брокера, на тот момент, и стремилась занять своё место среди дельцов и карьеристов, способных дать отпор финансовой машине. Тогда я занимала скромную должность, как сейчас помню, должность инвестиционного консультанта в сфере влияния и обслуживания клиентов. (Прицепляет шарик к маятнику. В зал) Спросите, чем занималась? Всем! Заключала сделки, составляла акты, производила отчёты в биржевых компаниях. Лазутчиком была, среди богатых и успешных (Пауза) Товарооборот никак не шёл в моих руках, я слишком хорошо знала тонкости процессуального дела. Они стремились выжить меня, но не сумели. (Ударяет по маятнику, шары звенят) Слишком не поддающее звено, перенаправить сложно. Да и не выгодно было меня отпускать. Потому, что я подкапывала под всех, кто, так или иначе, сметал конкурентов. Да только вот в чём фишка! Разоблачая оппонента, я обнажала потаённые места своей компании, и вызывала гнев у своих учредителей. (Берет буклет, вычитывает) «Коим надлежит быть, кто соперничает с правом». И теперь я вне системы, маятник свободы, за порогом офиса, в уединение с собой. Я сбросила с себя все обязательства, и расторгла контракт с очередной предпринимательской машиной, лишившись всего: звания, места, карьеры. И осталась одна... Я могу основать свою фирму, но пока мы не научимся уважать друг друга, в этом нет необходимости. (Пауза. Садиться в кресло. Весело) Теперь я в страховой компании, и меня уже ничто не тревожит. По крайне мере сейчас! Работаю аналитиком в страховой корпорации мира. (С насмешкой) Исследую убытки! И здесь не обошлось без прецедентов. Каждый раз я натыкалась на одно, и тоже в этих отчётах: сделки, сделки, сделки, ремиссии и плановые периодизации. Одним словом учреждение тоже подверглась изменениям, но не в лучшую сторону. (Осматривает офис) Зато теперь хай-тек, моя мечта иметь свой стиль (поворачивается в зал) ну, правда, ведь, загляденье?
Алина отворачивается от зрительного зала, плачет. Пауза.
Алина. Почему? Почему стараясь быть примером, ты получаешь горькую пилюлю? Что мешает нам быть единым целым? Жестокость нравов? Ярость буйной и неукротимой машины? Или садизм толпы? (Устало) Один раз я осмелела, пришла к начальнику, и заявила: «Устрой меня так, чтобы я не парилась?» Он посмотрел на меня, как на дуру, и сказал: «Свободна». Вот и все посулы. (С горькой усмешкой) Осталось подписать заём, чтобы пройти безналом.
Пауза. Алина выкатывает офисное кресло на авансцену, садится, включает кодовый вентилятор, и начинает вертеться в кресле. Шум вентилятора и скрип колёс.
Алина. На днях я была свидетелем происшествия, которым один из членов нашей дружной и на вид сплочённой команды мог похвастаться! Он спутал счета, и приобрёл за кругленькую сумму недвижимость в столичном Сити. Вот так просто. Без обязательств! Взял и получил. И я спросила себя: а что ты сделал, что позволил себе хижину с ландшафтом у дороги? Ты потрудился, чтобы заиметь роскошный особняк? Далеко не так, всё это сплошное надувательство, он зарекомендовал себя, как успешный трейдер, воротила, подменял счета, реконструировал объекты, массово скупал недвижимость, и в итоге погорел на своём же опыте. Но компания его простила, что меня крайне удивляет. (С издёвкой) Вот она справедливость! Спекулянтов много, а успешных – единицы!
Алина встаёт, подкатывает кресло к шкафу, взбирается на него, рыщет в папках. Достаёт портфолио, идёт на авансцену.
Алина. (В зал) Вот оно! Моё первое достижение. В свой еженедельный выходной я препарировала на огромном круизном лайнере. (Изображает лайнер с помощью кресла) Сидела у роскошных перил, попивала «Скользкий молодчик», круизный ликёр для зрелых дам, поглядывала на толпу весёлых и подзадоренных зевак, и знаете кого я видела, нашего драгоценного менялу, того самого, что обновил свой особняк. Он сидел в кругу своих опытных дельцов за соседним столиком, и судорожно перебирал пальцами. (Сурово) Дрожал, как маятник! Вокруг него суетились трое, видимо его жена и дети. Успокаивали, как могли. А он рассматривал лазурь, и бормотал, как ненормальный, перебивая всех. Вот она неспокойная жизнь удалого дилера, когда за плечами целый особняк, и нескончаемый сценарий, а вдруг меня поймают, и я останусь за решёткой. (С ухмылкой) Какая благодать, сидит теперь и тросточки перебирает, гад.
Алина кладёт портфолио на стол, выключает кодовый вентилятор. Достаёт библию, с пожеланиями отца Григория, священника Храма Христа Спасителя, включает настольный абажур. Открывает книгу, читает. Пауза
Алина. (Сокровенно) Знаете, я иногда толкую изречения людей, которых не воспринимала всерьёз. О которых не знала.… Будучи карьеристкой, я посещала форумы Святых Отцов, и с замиранием сердца внимала их проповеди. Искупления греха и возвещения благодати, вот, что мне запомнилось с того вечера.
Предвестие
Собор Христа Спасителя митрополита Григория. Субботний день. День благовещенья. В Соборе прошла всенощная, и народ постепенно расходится. Алина стоит у Храма, и решается войти. У ступеней сидит маленькая девочка, держит в руках статуэтку сестра милосердия с красным крестом на груди. Вокруг Собора цветёт алея. Девочка смотрит на толпу зевак, что трудятся у Храма, подбивая столбы, и сажая их в землю. Она с умилением глядит на рабочих, вертит статуэтку в руках. Алина замечает её, но не подходит. Входит в Храм.
Перестановка: На сцене стоит канун, свечи, и икона Божьей Матери. Алина рядом с иконой.
Алина (в зал) «Для меня свобода означает быть собой. Во Христе и в благоденствии!» Эти слова я услышала в Храме Христа Спасителя в день благоденствия Господня. Субботним утром в Храме много пели и звучали колокола. Я тогда сильно поднабрала, и еле выползла с круизного лайнера. Уставшая и тоскливая брела домой. О просьбе коллег подвезти, я отказалась. Сама доведу до нужных дверей своё бренное тело. (Сурово) Не утруждайтесь! (Поворачивается к иконе) Может в тот день я сильно погорячилась, могла бы притушить свою экстра-полярность, и не выказывать достоинства свои. Но накипело, Господи, накипело! И я высказалась прямо ему в лицо. Подошла, и высказалась. (Пауза) Он обомлел, я тоже, не знала, что могу вот так вот раскочегарить атмосферу. Он спешился, и попросил семью спуститься вниз, а сам перед уходом бросил напоследок: «Не искажай пространство, чужая боль не интересна никому. И мнение своё побереги для важных целей. Вокруг сплошное лицемерие» (Обидчиво) Какой умненький попался, Карл Юнг с обложки. (В зал) Одним словом, повздорили мы с ним, и больше не встречались. Коллеги провожали хохотом, я не обращала внимания, просто ушла с корпоратива, и больше не появлялась там. Никогда!
Алина держит кулон – символ веры и свободы. Сжимает его в руках.
Алина. (Разворачивается к иконе) Меня терзает гнев, я не могу простить себе, я уязвлёна, как мне быть? (Пауза, в зал) Я стояла и молчала. Ко мне подошла девочка, и попросила подать статуэтку. Я машинально взяла статуэтку с верхней полки, и подала ей. Девочка принялась начищать её. Мне стало любопытно! Я захотела поговорить с этой девочкой. Присела на скамью, и спросила: (Изображает диалог) «Как тебя зовут»? Девочка молчала, но после ответила: «Катя». «Ты здесь одна, Катя?» «Одна!» «А где твои родные?» «Сейчас приедет папа, он читает проповеди в приходской Церкви». «Ага»,… смекнула я, - «отец священник». Тем проще, может он мне ответит на мои насущные вопросы, которые мучают меня. Вскоре пришёл священник, он встретил меня, и выслушал внимательно. Священника звали – Отец Григорий. Мне было стыдно, что я предстала перед батюшкой не в лучшем своём виде. Но он простил меня… и дал наставления. Он посоветовал мне не принимать поспешных действий, а обдумать всё заранее. И почаще посещать Церковь. Я поблагодарила Отца Григория, и вняла его советам. Каждое воскресение я посещала обедню, и причащалась, соблюдая все наставления священника. И знаете, мне становилось легче. Намного легче. (Включает медиаплеер, звучит Шопен) Храм действительно место, где нам всегда рады и готовы помочь в любой ситуации. А молитва исцеляет от невзгод, и помогает жить. Я это испытала на собственном опыте. (Пауза Алина наслаждается музыкой) Мне так полюбилось ходить в Храм, что каждый раз, когда я посещала его, меня приравнивали к лику Святых. Теперь я стала частью этого мира, мне дали собственный молитвенник, маленькую книгу Святого апостола Петра. И я заплакала, когда мне её вручали. (Пауза) Вскоре я серьёзно занялась благотворительностью. Каждую копейку я вкладывала в развитие Храма, помогала нуждающимся. А вскоре предложила Отцу Григорию свою кандидатуру менеджера-экономиста, с большим опытом и репутацией. (Иронично) Да я такая! Потому, что Храм нуждался в опытном управляющем, кто заведует счетами, отчётами, сметами, и анализирует финансовое состояние организации, обеспечивая всем необходимым для роста и развития. Он не сразу поручил мне это дело, но предложил условие, чтобы я соблюдала заветное писание и не вмешивалась в «таинство божественного промысла», как он сказал. Я согласилась. (Пауза) Что насчёт компании? Я решила покинуть её. И чтобы не ударить лицом в грязь, устроила флэш-моб своему начальнику. Ворвалась в кабинет, и с таким запалом и душевной мукой завалилась на ореховый стол, что скорлупа его потрескалась, и стала молить о пощаде. Он был слегка обескуражен моим внезапным появлением, и тем, что повредила стол ему. Отстранился назад, и посмотрел на меня устрашающим взглядом. Но тот хоть не перечил, сразу взял, да уволил. А этот сопел, как бык. (Иронизирует) Ух, какой гневливый взгляд! Меня аж пробирало. Он закричал: «Пошла отсюда! За стол отдельно вычту из зарплаты». Я встала, поправила «крапивницу» свою, и отчеканила, как на допросе: «Не вычтешь, я расторгаю контракт. Возместишь убытки, лично мне за причинённую обиду, posto incostanza». «Brutta persona» – проскрипел он. Мы часто ругались на-итальянском, чтобы фирме было куда расти. Я круто развернулась, и покинула офис без возврата. Навсегда! (Садится на офисный стул) Что говорить, внутри свербит и мучает. Ещё пять лет своей жизни я отдала сей фирме, которая меня не ценит и всеми силами старается отогнать прочь, лишь бы не мешала их расчётливому бизнесу. (С лёгкой обидой) Да и пошли они, я свободна!
Акт воззрения
Перестановка: Кабинет Алины. Алина включает настольный абажур, садиться за стол, роется в архивах. Изучает сводки.
Алина (в зал) Перед тем, как приступит к своим новым обязанностям, я досконально изучила, насколько это возможно, всё о Соборе Христа Спасителя! Отец Григорий упоминал, что Собор за много лет своего существования пострадал много раз, и подвергался кражам, пожаром и наводнениям. (Идёт на авансцену с бумагами в руках) Но вот что странно, за последнее время пожары эти возобновились, но их предотвращали тут же, на месте. Как – будто знали наперёд, что случится возгорание.… Об этом ни упоминается, ни в ведомостях, ни в сводках новостей, ни в каких либо других инстанциях. Те сведения, которыми я обладаю, скудны, и не дают ответов. Тогда я обратилась к Отцу Григорию за помощью разобраться мне в расследовании дела. Он согласился, но как – то нехотя, и словно чего – то опасался, избегая встречи со мной. Однажды увидев меня во время службы, он прервал молебен, и удалился в келью. Люди не понимали в чём дело, и расходились в полном недоумении. Меня это смутило. Я тихонько постучалась в келью, и расспросила...
Перестановка: Кабинет Алины сменятся церковной келью Отца Григория. Появляется Отец Григорий. Он садится у аналоя (столик для чтения) и зажигает лампадку. Лампадка тускло горит на столике, еле освещает келью. Отец Григорий держит молитвенник перед собой. Алина присаживается рядом.
Алина (обеспокоенно) Отец Григорий, что с Вами? (В зал) Он молчал. Скрестил руки, и смотрел в книгу. В комнате было жутко холодно и неуютно. Складывалось ощущение, будто за тобой кто-то наблюдает... Мне стало не по себе! (Обращается к батюшке) Отец Григорий, что с Вами?
Отец Григорий (волнительно) Ты, наверное, уже знаешь?..
Алина (недоуменно) Что знаю?
Монопьеса
Жанр. Фантастический реализм
Действующие лица
Алина. Менеджмент-экономист. 35 лет
Храмовник. Бесплодный дух. Явление
Святой отец Григорий. Наставник церкви. 52 года
Девочка. Бездомная девочка при церкви.10 лет
История женщины, обладающей принципами и нравственными убеждениями. Экономист по профессии, она ищет выход из сложной ситуации, путём верования и возможности показать, что её деятельность состоит из главного, стремление помочь людям в непростых обстоятельствах. Алина должна выбрать между холодным, эффективным расчётом социальной машины и живым, беспорядочным, эфемерным чудом природы.
Примечание автора
Часть 1
Непогрешимость.
Алина, 35-ти летний менеджмент – экономист, с восточной внешностью. Высокая и стройная женщина, обладающая неуклонным характером. Тщедушная в мелочах, но ранимая в отношениях с людьми, стремится найти смысл там, где его может и не быть. Спокойная и уравновешенная женщина, она постигает мудрость путём воли и умением держать свою точку зрения до победного конца, даже если с ней не посчитались, как надо.
На сцене полутьма. В пустом полупространстве еле заметного кабинета стоит красивый, офисный стол, компьютер, шкаф с полками от новомодной фирмы и настольный абажур. Рядом со столом в углу у шкафа стоит ксерокс и кулер. Стол завален офисными бумагами, канцелярией, папками и сметой. Рядом со столом стоит новозеландский пуфик, тёмно-зелёного цвета, на полу разложен серый ковёр браун «одуванчики», подарок фирмы. Крапивница в горшке на окне, гардины и офисные стулья с изогнутой спинкой. Стены напоминают рельеф выпуклой горы, сюрреализм в отделке. Над потолком свисает кодовый вентилятор, с голосовым прибором управления. У левой стены чёрный кейс на подставках, зеркало и маятник с полупрозрачными шарами, подвешенными на нитях, в рамке из металла. Шары имеют тёмный вид, с прожилками на внешней стороне они вертятся по кругу. День. За окном кабинета солнечно. Алина стоит на авансцене в луче света, одета солидно и презентабельно. На ней вельветовый костюм, серого цвета, белая блуза и чёрные туфли. На руках аксессуары, в виде часов и брелочков. На шее кулон – символ веры и успеха, камень похожий на шар в маятнике. В руках она держит связку ключей от офисных дверей и кейса, которые тревожно сжимает.
Алина (В зрительный зал). Вот я знала, что совершу ряд преступных действий. Расчётливая тётка за чертой бедности. (Перебирает ключи) Меня убеждали, что мать моя не примет таких позывов. А дед и вовсе отдаст на попечения, если я не прекращу свои маленькие ухищрения. (С мимолётной иронией) Если конечно дед ещё жив.… Одна лишь бабушка моя понадеялась на лучшее, поверила в мои силы, уверилась в мои возможности и перспективы, да и то со временем разубедилась в этом. Посчитав меня чересчур уж амбициозной! Что ж не каждому мы наважденью рады, коль миримся с одним! Так говаривала моя бабушка (Кладёт ключи на стол, берёт полупрозрачный шарик) Я планировала стать менеджментом - экономистом в сфере обслуживания клиентов. Годами, полируя навыки, я, как и все, оттачивала мастерство успешного финансового брокера, на тот момент, и стремилась занять своё место среди дельцов и карьеристов, способных дать отпор финансовой машине. Тогда я занимала скромную должность, как сейчас помню, должность инвестиционного консультанта в сфере влияния и обслуживания клиентов. (Прицепляет шарик к маятнику. В зал) Спросите, чем занималась? Всем! Заключала сделки, составляла акты, производила отчёты в биржевых компаниях. Лазутчиком была, среди богатых и успешных (Пауза) Товарооборот никак не шёл в моих руках, я слишком хорошо знала тонкости процессуального дела. Они стремились выжить меня, но не сумели. (Ударяет по маятнику, шары звенят) Слишком не поддающее звено, перенаправить сложно. Да и не выгодно было меня отпускать. Потому, что я подкапывала под всех, кто, так или иначе, сметал конкурентов. Да только вот в чём фишка! Разоблачая оппонента, я обнажала потаённые места своей компании, и вызывала гнев у своих учредителей. (Берет буклет, вычитывает) «Коим надлежит быть, кто соперничает с правом». И теперь я вне системы, маятник свободы, за порогом офиса, в уединение с собой. Я сбросила с себя все обязательства, и расторгла контракт с очередной предпринимательской машиной, лишившись всего: звания, места, карьеры. И осталась одна... Я могу основать свою фирму, но пока мы не научимся уважать друг друга, в этом нет необходимости. (Пауза. Садиться в кресло. Весело) Теперь я в страховой компании, и меня уже ничто не тревожит. По крайне мере сейчас! Работаю аналитиком в страховой корпорации мира. (С насмешкой) Исследую убытки! И здесь не обошлось без прецедентов. Каждый раз я натыкалась на одно, и тоже в этих отчётах: сделки, сделки, сделки, ремиссии и плановые периодизации. Одним словом учреждение тоже подверглась изменениям, но не в лучшую сторону. (Осматривает офис) Зато теперь хай-тек, моя мечта иметь свой стиль (поворачивается в зал) ну, правда, ведь, загляденье?
Алина отворачивается от зрительного зала, плачет. Пауза.
Алина. Почему? Почему стараясь быть примером, ты получаешь горькую пилюлю? Что мешает нам быть единым целым? Жестокость нравов? Ярость буйной и неукротимой машины? Или садизм толпы? (Устало) Один раз я осмелела, пришла к начальнику, и заявила: «Устрой меня так, чтобы я не парилась?» Он посмотрел на меня, как на дуру, и сказал: «Свободна». Вот и все посулы. (С горькой усмешкой) Осталось подписать заём, чтобы пройти безналом.
Пауза. Алина выкатывает офисное кресло на авансцену, садится, включает кодовый вентилятор, и начинает вертеться в кресле. Шум вентилятора и скрип колёс.
Алина. На днях я была свидетелем происшествия, которым один из членов нашей дружной и на вид сплочённой команды мог похвастаться! Он спутал счета, и приобрёл за кругленькую сумму недвижимость в столичном Сити. Вот так просто. Без обязательств! Взял и получил. И я спросила себя: а что ты сделал, что позволил себе хижину с ландшафтом у дороги? Ты потрудился, чтобы заиметь роскошный особняк? Далеко не так, всё это сплошное надувательство, он зарекомендовал себя, как успешный трейдер, воротила, подменял счета, реконструировал объекты, массово скупал недвижимость, и в итоге погорел на своём же опыте. Но компания его простила, что меня крайне удивляет. (С издёвкой) Вот она справедливость! Спекулянтов много, а успешных – единицы!
Алина встаёт, подкатывает кресло к шкафу, взбирается на него, рыщет в папках. Достаёт портфолио, идёт на авансцену.
Алина. (В зал) Вот оно! Моё первое достижение. В свой еженедельный выходной я препарировала на огромном круизном лайнере. (Изображает лайнер с помощью кресла) Сидела у роскошных перил, попивала «Скользкий молодчик», круизный ликёр для зрелых дам, поглядывала на толпу весёлых и подзадоренных зевак, и знаете кого я видела, нашего драгоценного менялу, того самого, что обновил свой особняк. Он сидел в кругу своих опытных дельцов за соседним столиком, и судорожно перебирал пальцами. (Сурово) Дрожал, как маятник! Вокруг него суетились трое, видимо его жена и дети. Успокаивали, как могли. А он рассматривал лазурь, и бормотал, как ненормальный, перебивая всех. Вот она неспокойная жизнь удалого дилера, когда за плечами целый особняк, и нескончаемый сценарий, а вдруг меня поймают, и я останусь за решёткой. (С ухмылкой) Какая благодать, сидит теперь и тросточки перебирает, гад.
Алина кладёт портфолио на стол, выключает кодовый вентилятор. Достаёт библию, с пожеланиями отца Григория, священника Храма Христа Спасителя, включает настольный абажур. Открывает книгу, читает. Пауза
Алина. (Сокровенно) Знаете, я иногда толкую изречения людей, которых не воспринимала всерьёз. О которых не знала.… Будучи карьеристкой, я посещала форумы Святых Отцов, и с замиранием сердца внимала их проповеди. Искупления греха и возвещения благодати, вот, что мне запомнилось с того вечера.
Часть 2
Предвестие
Собор Христа Спасителя митрополита Григория. Субботний день. День благовещенья. В Соборе прошла всенощная, и народ постепенно расходится. Алина стоит у Храма, и решается войти. У ступеней сидит маленькая девочка, держит в руках статуэтку сестра милосердия с красным крестом на груди. Вокруг Собора цветёт алея. Девочка смотрит на толпу зевак, что трудятся у Храма, подбивая столбы, и сажая их в землю. Она с умилением глядит на рабочих, вертит статуэтку в руках. Алина замечает её, но не подходит. Входит в Храм.
Перестановка: На сцене стоит канун, свечи, и икона Божьей Матери. Алина рядом с иконой.
Алина (в зал) «Для меня свобода означает быть собой. Во Христе и в благоденствии!» Эти слова я услышала в Храме Христа Спасителя в день благоденствия Господня. Субботним утром в Храме много пели и звучали колокола. Я тогда сильно поднабрала, и еле выползла с круизного лайнера. Уставшая и тоскливая брела домой. О просьбе коллег подвезти, я отказалась. Сама доведу до нужных дверей своё бренное тело. (Сурово) Не утруждайтесь! (Поворачивается к иконе) Может в тот день я сильно погорячилась, могла бы притушить свою экстра-полярность, и не выказывать достоинства свои. Но накипело, Господи, накипело! И я высказалась прямо ему в лицо. Подошла, и высказалась. (Пауза) Он обомлел, я тоже, не знала, что могу вот так вот раскочегарить атмосферу. Он спешился, и попросил семью спуститься вниз, а сам перед уходом бросил напоследок: «Не искажай пространство, чужая боль не интересна никому. И мнение своё побереги для важных целей. Вокруг сплошное лицемерие» (Обидчиво) Какой умненький попался, Карл Юнг с обложки. (В зал) Одним словом, повздорили мы с ним, и больше не встречались. Коллеги провожали хохотом, я не обращала внимания, просто ушла с корпоратива, и больше не появлялась там. Никогда!
Алина держит кулон – символ веры и свободы. Сжимает его в руках.
Алина. (Разворачивается к иконе) Меня терзает гнев, я не могу простить себе, я уязвлёна, как мне быть? (Пауза, в зал) Я стояла и молчала. Ко мне подошла девочка, и попросила подать статуэтку. Я машинально взяла статуэтку с верхней полки, и подала ей. Девочка принялась начищать её. Мне стало любопытно! Я захотела поговорить с этой девочкой. Присела на скамью, и спросила: (Изображает диалог) «Как тебя зовут»? Девочка молчала, но после ответила: «Катя». «Ты здесь одна, Катя?» «Одна!» «А где твои родные?» «Сейчас приедет папа, он читает проповеди в приходской Церкви». «Ага»,… смекнула я, - «отец священник». Тем проще, может он мне ответит на мои насущные вопросы, которые мучают меня. Вскоре пришёл священник, он встретил меня, и выслушал внимательно. Священника звали – Отец Григорий. Мне было стыдно, что я предстала перед батюшкой не в лучшем своём виде. Но он простил меня… и дал наставления. Он посоветовал мне не принимать поспешных действий, а обдумать всё заранее. И почаще посещать Церковь. Я поблагодарила Отца Григория, и вняла его советам. Каждое воскресение я посещала обедню, и причащалась, соблюдая все наставления священника. И знаете, мне становилось легче. Намного легче. (Включает медиаплеер, звучит Шопен) Храм действительно место, где нам всегда рады и готовы помочь в любой ситуации. А молитва исцеляет от невзгод, и помогает жить. Я это испытала на собственном опыте. (Пауза Алина наслаждается музыкой) Мне так полюбилось ходить в Храм, что каждый раз, когда я посещала его, меня приравнивали к лику Святых. Теперь я стала частью этого мира, мне дали собственный молитвенник, маленькую книгу Святого апостола Петра. И я заплакала, когда мне её вручали. (Пауза) Вскоре я серьёзно занялась благотворительностью. Каждую копейку я вкладывала в развитие Храма, помогала нуждающимся. А вскоре предложила Отцу Григорию свою кандидатуру менеджера-экономиста, с большим опытом и репутацией. (Иронично) Да я такая! Потому, что Храм нуждался в опытном управляющем, кто заведует счетами, отчётами, сметами, и анализирует финансовое состояние организации, обеспечивая всем необходимым для роста и развития. Он не сразу поручил мне это дело, но предложил условие, чтобы я соблюдала заветное писание и не вмешивалась в «таинство божественного промысла», как он сказал. Я согласилась. (Пауза) Что насчёт компании? Я решила покинуть её. И чтобы не ударить лицом в грязь, устроила флэш-моб своему начальнику. Ворвалась в кабинет, и с таким запалом и душевной мукой завалилась на ореховый стол, что скорлупа его потрескалась, и стала молить о пощаде. Он был слегка обескуражен моим внезапным появлением, и тем, что повредила стол ему. Отстранился назад, и посмотрел на меня устрашающим взглядом. Но тот хоть не перечил, сразу взял, да уволил. А этот сопел, как бык. (Иронизирует) Ух, какой гневливый взгляд! Меня аж пробирало. Он закричал: «Пошла отсюда! За стол отдельно вычту из зарплаты». Я встала, поправила «крапивницу» свою, и отчеканила, как на допросе: «Не вычтешь, я расторгаю контракт. Возместишь убытки, лично мне за причинённую обиду, posto incostanza». «Brutta persona» – проскрипел он. Мы часто ругались на-итальянском, чтобы фирме было куда расти. Я круто развернулась, и покинула офис без возврата. Навсегда! (Садится на офисный стул) Что говорить, внутри свербит и мучает. Ещё пять лет своей жизни я отдала сей фирме, которая меня не ценит и всеми силами старается отогнать прочь, лишь бы не мешала их расчётливому бизнесу. (С лёгкой обидой) Да и пошли они, я свободна!
Часть 3
Акт воззрения
Перестановка: Кабинет Алины. Алина включает настольный абажур, садиться за стол, роется в архивах. Изучает сводки.
Алина (в зал) Перед тем, как приступит к своим новым обязанностям, я досконально изучила, насколько это возможно, всё о Соборе Христа Спасителя! Отец Григорий упоминал, что Собор за много лет своего существования пострадал много раз, и подвергался кражам, пожаром и наводнениям. (Идёт на авансцену с бумагами в руках) Но вот что странно, за последнее время пожары эти возобновились, но их предотвращали тут же, на месте. Как – будто знали наперёд, что случится возгорание.… Об этом ни упоминается, ни в ведомостях, ни в сводках новостей, ни в каких либо других инстанциях. Те сведения, которыми я обладаю, скудны, и не дают ответов. Тогда я обратилась к Отцу Григорию за помощью разобраться мне в расследовании дела. Он согласился, но как – то нехотя, и словно чего – то опасался, избегая встречи со мной. Однажды увидев меня во время службы, он прервал молебен, и удалился в келью. Люди не понимали в чём дело, и расходились в полном недоумении. Меня это смутило. Я тихонько постучалась в келью, и расспросила...
Перестановка: Кабинет Алины сменятся церковной келью Отца Григория. Появляется Отец Григорий. Он садится у аналоя (столик для чтения) и зажигает лампадку. Лампадка тускло горит на столике, еле освещает келью. Отец Григорий держит молитвенник перед собой. Алина присаживается рядом.
Алина (обеспокоенно) Отец Григорий, что с Вами? (В зал) Он молчал. Скрестил руки, и смотрел в книгу. В комнате было жутко холодно и неуютно. Складывалось ощущение, будто за тобой кто-то наблюдает... Мне стало не по себе! (Обращается к батюшке) Отец Григорий, что с Вами?
Отец Григорий (волнительно) Ты, наверное, уже знаешь?..
Алина (недоуменно) Что знаю?
