– Но разве это имеет смысл? Я и сейчас всегда рядом с тобой, ты вечно смотришь в мои глаза. Чего ещё ты хочешь?
– Мне страшно потерять тебя, страшно потерять даже такую недолгую память! Поэтому мне хотелось бы всегда быть рядом с тобой.
– Как же ты не понимаешь, что и так вечно в моих объятьях? Взгляни на мир вокруг. Разве ж это правда? Тебе ведь только что сказали, что ты спишь. Неужели ты забыла?
Меня обдало холодом. Я и правда забыла. Сначала я подумала, что это шутка, а потом, переходя из одного видения в другое, не вспомнила больше об этих словах. Я не понимала, сплю я именно сейчас или все видения, которые казались реальностью, были сном…
В его зрачках я хотела найти ответ, но, кажется, опять попала в видение.
Я продолжала смотреть ему в глаза, не замечая остального мира. Он также пристально смотрел в мои. Его радужки переливались оттенками багрового заката. В них я видела, как сгорают все мои волнения. Беспокоиться на самом деле было не о чем, потому что я такая же, как и он. Я приняла решение поиграть в эту игру – значит, нужно в неё играть.
– Цуки, я люблю тебя. – Я приблизилась к Тхаю, желая поцеловать его.
– Почему же так предсказуемо? – Нун исчез и оказался у меня за спиной.
Но я не могла уже ждать. Я должна была это сделать. Пока вернулась вся моя память и я не боюсь поцеловать его, я должна это сделать!
Я резко обернулась, пытаясь поймать Цуки, но его там уже не было. Снова эти игры!
– Пытаешься это сделать в спешке? – Нун сидел на дереве и наблюдал за мной. – А как же чувства?
– Но я же знаю, что вот-вот потеряю память и уже не смогу этого сделать.
– Я и хотел, чтобы ты научилась помнить меня даже без памяти.
– А разве я тебя когда-то забывала? Я всегда знала тебя. – Кажется, эти слова удивили Тхая. – Ты ведь понимаешь, что я помню тебя каждую секунду.
– Хорошо. – Огонь игривости снова заполыхал в его глазах. – Тогда подтверди это.
Нун поднял руку и щёлкнул пальцами. Этот щелчок эхом раздался в моём уме…
– Что?.. Нун? Почему мы здесь?.. – Я совершенно не понимала, что происходит, будто только что потеряла память.
– Поцелуй меня.
– Даже если я всё забыла, это не значит, что я не помню тебя.
Позади меня раскрылось множество хвостов, а на голове появились лисьи уши. Всё-таки я такая же, как и он. Я сложила руки, из моего сердца вышел огонь, а подняв их, я отпустила это пламя, и оно, подлетев к Тхаю, увеличилось и распространилось повсюду.
Цуки так улыбался… Я никогда не видела его таким счастливым.
Небольшие голубые цветы чуть покачивались от ветра… Забывают ли они всё, что помнили?
– Конечно, нет. Ветер качает их вновь и вновь, но цветы продолжают хранить свою память, поэтому они незабудки.
Были ли мы с Нуном похожи на эти цветы?.. Мы путешествуем по многочисленным видениям, которые создали сами, но ни один из нас не забывает главную цель. Словно в калейдоскопе, видения одни других краше, но их нельзя ни вернуть, ни удержать: Нун растворит иллюзию, а я навею новый морок, однако в самом видении мы вместе.
Сейчас Цуки был таким красивым: его нежно-голубое кимоно, будто он сам незабудка, его всё также шёлковые белые уши и хвосты, которые сейчас были украшены разными серебряными цепочками и браслетами с разноцветными драгоценностями. Но из всего этого самое красивое в Цуки – это его глаза… Такие непредсказуемые и такие завораживающие. Почему же он красивый, но с таким характером? Или может… этот характер даже красит его?
– Конечно, красит. Если б волны с таким шумом не сталкивались друг с другом и с берегом, они уже не были бы такими величественными.
– Значит, ты волна? – Мне казалось, что Тхай и правда похож на неё: его кимоно, словно бушующая вода, а хвосты, словно пена…
– Нет. Может быть, я неистовствующий океан, а ты пена на этих волнах. Может быть, ты моё драгоценнейшее ожерелье? Укрась меня, если хочешь.
– Хорошо.
Видение, кажется, стало шататься и практически вышло за рамки изначального его вида.
– Цуки!
– Да?
Океан, которым был Нун в этом видении, волновался всё сильнее. Я вспомнила, что потеряла сознание в воде.
Тхай поднимал меня всё выше сильными течениями. На поверхности вздымались и падали огромные волны.
Я была уже очень близко. Так близко, что могла, протянув руку, коснуться воздуха. Но вдруг я увидела глаза Цуки прямо перед собой.
– И что ты делаешь? Ты так жаждешь выйти из океана, что тянешь руки к поверхности? – сказал Тхай недовольным тоном.
– Я и не хотела выходить, просто… наверное, заигралась…
– Тогда смотри, что такое игра.
Вдруг я перевернулась вверх ногами и стала «падать». Я оказалась вновь в окружении звёзд и вся светилась. Но на этот раз всё было иначе: небо оказалось снизу, а океан – сверху.
Внезапно звёзды полетели вверх, к воде, и, погрузившись в неё, стали как бы танцевать.
– Почему ты не идёшь? Я жду только тебя, – сказал Нун.
Я подлетела вверх и коснулась океана. На этом месте появилась золотистая пена. Я окунулась в воду целиком, и она вся будто вспыхнула золотом. Я стала кружиться вместе со звёздами.
На самом деле я не знаю, кто я. Мне кажется, что моё «я» постоянно меняется. Когда я всё помню, я одна, а когда не помню ничего – другая. В каждом видении у меня разный характер. Кто я тогда?..
– Ты то, что невозможно предсказать.
– Разве такое бывает? – спросила я, двигаясь в танце.
– Конечно. Потому что ты моя возлюбленная.
Казалось, на эти слова откликнулись все мои «я». Я была смущена, в шоке, злилась, но всё это было как будто актёрство. Единственное чувство, которое меня привлекало из всех, – ощущение, что так всегда было, есть и будет.
Океан вдруг стал сильно волноваться, выплёскивая золотистую пену.
– «Так всегда было, есть и будет», – это те слова, которые призовут красную планету, – сказал Нун, чуть улыбнувшись.
И правда, на золотистом океане заиграли красные блёстки – это планета нависла над ним.
Видение вдруг изменилось, но его смысл остался тем же. Нун стоял предо мной в бежевом пиджаке, его уши и волосы были позолочены. Тхай расстегнул первые две пуговицы белой рубашки, и оттуда засиял серебряный кулон.
– Ты видишь? Красная планета – это моё сердце.
Она нависала над нами, и вдруг в её цвет окрасился кулон Цуки, а также его серёжки. Это был малиновый оттенок. С одной стороны, он вызывал опасения, а с другой, было невозможно оторваться от этого блеска.
Вдруг губы Цуки изменились, окрасившись в оттенок этой планеты, и устоять уже было совсем невозможно!
– Я не могу больше ждать! – Я быстрым движением положила руку за шею Тхая и приблизила свои губы к его.
За секунды до поцелуя он сказал:
– Так прими же моё сердце таким, какое оно есть, малиново-алым.
Сладкий поцелуй заглушил все слова. Они утонули в наших губах, которые их и произнесли. Запах и вкус малины был таким отчётливым… На самом деле и правда не стоило бояться его сердца, стоило полюбить.
Казалось, вокруг нас происходили разрушения, хаос, и причиной тому…
– Были Мы. – С Цуки я всегда была одним целым, и мы произнесём эти слова как одно.
***
Когда наши губы отдалились, я почувствовала, что дышать стало легче. Словно в море после волны появляется спокойная гладь, но за ней следует новая волна.
Вдруг, оглянувшись, я не поняла, где нахожусь. Это были красивые водопады лазурного цвета. Они шумели, разбиваясь о скалы. И на одной из этих скал сидел Тхай, весь в нежно-голубых одеждах. Его хвосты блистали синими звёздами и были укрыты голубым туманом, а уши снова выражали игривость.
Подняв на меня горящие глаза, он поднёс к своим губам чёрную флейту. Повсюду разлилась музыка его игры. Цуки то смотрел на меня, будто в ожидании чего-то, то прикрывал глаза, отдаваясь музыке.
Мелодия была настолько красивой и неописуемой. Она не была нежной, но и не была резкой, возможно, была мне уже знакома, а может быть, он первый раз играл её.
Я не могла себя сдерживать и стала двигаться под звук флейты. Поддаваясь каждой ноте, прыгая с камня на камень, я приближалась к Тхаю. Пока я танцевала и кружилась, позади веером раскрывались мои лисьи хвосты. Небольшое усилие, толчок, и я уже в воздухе. Нота за нотой и ещё одна – я уже около моей любви. Его дыхание, превращаясь в мелодию, отдавалось мне, заставляя меня двигаться в такт, а лисий взгляд не мог смотреть никуда, кроме как на меня.
Тёплое дыхание, музыка стала чуть громче… Странное ощущение, будто кто-то позади повторяет мои движения… Поворот, и меня коснулись знакомые локоны волос. Я уже знала, кто сзади меня. Танцуя, я обошла Нуна, одним движением обняла его шею из-за спины и положила голову на его плечо. Его белоснежные хвосты чуть щекотали мои ноги.
Мелодия всё же утихла. Открыв глаза, я сразу увидела веки Цуки, чёрные стрелки так красили его необычный разрез глаз. Невозможно было описать, сколько чувств во мне вызывал один взгляд на Тхая. Какой бы ни был у него характер, я готова принять его именно таким.
– Но мой характер так многогранен, что тебе придётся принять все его аспекты.
Я чуть сжала плечо Нуна:
– А как же мой характер? Его ты уже принял?
Хвосты Цуки вдруг снова стали щекотать меня своим мехом – Тхая охватила игривость.
– А что не так с твоим характером? Кажется, только мой нрав вызывает проблемы, – он сказал это явно шутя, но я всё равно немного разозлилась.
– Ты даже не представляешь, какой у меня характер.
Я обняла Нуна своими хвостами, и даже несмотря на то, что Тхай довольно сильный кицунэ, мне удалось усыпить его через ещё один нежный поцелуй. В закрывающихся глазах Цуки я видела, как он любуется мной, и он был явно доволен.
Почему всегда только одна я не рада его играм?! Теперь пусть поспит, после пробуждения память будет ещё долго возвращаться.
Идеально! Я покажу, какой у меня характер!
Я сидела и смотрела на Тхая. Он был таким милым в эти мгновения…
Вскоре мне стало невыносимо тяжело так долго не слышать его голоса, не видеть его в движении… Может быть, посмотреть, что ему сниться? Он точно уже забылся в сновидениях.
Я заглянула в сон Цуки. Сейчас он лежал в кровати и читал книгу. Нун был таким красивым…
Вдруг мне стало его немного жалко. Мне казалось, что никто не смеет так с ним поступать…
«Нет-нет-нет, о чём ты думаешь? Он заслужил это!» – сказала я себе и продолжила наблюдать за его сном.
Через некоторое время мне захотелось быть ещё ближе к нему… Дотронуться до него во сне…
В конце концов я не выдержала и появилась там, как его девушка. В сновидениях всё довольно часто и странно изменяется, поэтому Цуки не заметил ничего необычного в том, что у него якобы всегда была пара.
Я зашла в дом Тхая. Идя к его спальне, я заметила зеркало, но… в нём не отражалась я, в нём отражался смеющийся Цуки…
«Мне кажется, или здесь что-то не так?..»
Я зашла в спальню, но его там не было. Нун был на балконе и смотрел на небо. Я подошла к нему, но не успела вымолвить и слова, как он обернулся. Его глаза блестели, я ещё никогда не видела их такими. Я потеряла дар речи. Я думала, что, утратив память и оказавшись в этом шатком сне, Цуки будет безобидным, но казалось иначе…
Я пришла сюда только для того, чтобы увидеть его поближе и уйти, однако я не могла этого сделать… Кажется, его взгляд пленял меня, заставляя оставаться здесь всё дольше.
Я обняла Цуки за спину и посмотрела в его глаза.
Вдруг Тхай странно улыбнулся. Меня это немного напугало, ведь раньше я никогда не видела такой улыбки.
– Почему ты улыбаешься, дорогой?
– Просто я знаю то, чего ты не предполагаешь.
– О чём ты?
Я выпустила Цуки из объятий, и он повернулся ко мне.
– Что ты забыла учесть?
– Что?..
– Ты забыла, что мы пронизываем всю вселенную и звук. Я слышал твои мысли и вспомнил себя.
Прода от 9 апреля 2026
Вдруг в пространстве заиграла флейта Нуна. Я знала, что это он играет, но здесь Тхай смотрел на меня «хищным» взглядом. Вот-вот что-то случится! Если я не выберусь из его сна сейчас же, я могу пострадать!
Я выбежала из спальни. В зеркале коридора я вновь увидела смеющегося Нуна.
Вернувшись в то место, где появилась в сновидении, я смогла выйти из него. Но, очнувшись, я увидела перед собой улыбающегося Цуки, а его взгляд был всё тем же: «тигриным».
– Яинь… Ты же знаешь, что совершила… грех. Как насчёт наказания?
– Что?!
Тхай поднёс руку к подбородку и задумчиво произнёс:
– Как же мне это сделать?
У меня смешались все чувства: шок, страх, обида, злость… любовь.
– Цуки, может быть, ты простишь, потому что любишь меня?
– Возможно, ты и простишь себя, но я не могу оставить такой проступок безнаказанным, иначе ты снова это сделаешь. – Тхай улыбался. Он был так игрив, но сейчас меня это не радовало.
Нун подошёл и, ухватив меня за талию, посмотрел в глаза. Он так долго смотрел… будто хотел найти ответ на что-то… Но, вновь улыбнувшись, он коснулся рукой моих волос и, притянув меня к себе, нежно поцеловал. Так нежно, что я забыла обо всём, что случилось. Поцелуй был сладким, словно мёд… и моё сознание от него становилось таким же тягучим… Кажется, я стала… засыпать… но я видела его счастливые глаза и тоже была рада…
Я была так счастлива, представляя его удовлетворенный взгляд, что мне казалось, будто я была маленьким пёрышком, гонимым ветром по видениям. Одна секунда воспоминания глаз Тхая вызывала во мне сильнейшее волнение, но, лишь представляя глаза Цуки, не познаешь его характер. Свой нрав может показать только он, поэтому мне придётся коснуться его. Это открытие поразило меня до глубины души, и я была готова сделать это, чтобы быть рядом и понять Тхая.
В видении я протянула руку в облачное пространство в надежде коснуться Нуна, но дотронулась лишь до своего шаткого представления о нём. Если это так, то… какой же он в реальности?..
