Напряженно покусывая нижнюю губу, она попыталась облечь в слова своё понимание:
- Конечно. Поезжай. Я вызову такси.
Резко выпрямилась и повернулась в сторону входной двери…
- Нет. Уже поздно. Останься, - ответил я, глядя в темноту за окнами. - Вот, возьми, - я протянул ключ с овальным брелоком.
Настя удивленно посмотрела на меня.
- Бери ключ!
- Уверен?
- Как никогда!
Она взяла его, недоумевая.
Мокрая дорога лоснилась при свете фар моего недавно отремонтированного авто. Сжимая руль двумя руками, двигался медленно, внимательно осматривая обочину дороги слева от себя. Лучше так, чем совсем никак. Не думаю, что возможно было разогнать моё корыто и оно при этом окончательно не развалилось бы. Город на удивление, был тих и безмолвен. Казалось, то, что произошло, поразило и его тоже. Сквозь плотный туман тускло светились окна расположенных вдоль дороги коттеджей. Ночные маленькие улочки уводили меня всё дальше и дальше от центра.
«Голос тихий, таинственный, где ты, милый, единственный?» - пела девушка по радио.
Мне захотелось повторить вслед за ней. Я лавировал между домами, чудом ориентируясь в обезличенном дорогом районе. Проехав метров триста до скрытого гигантскими елями гаража - оставил машину и, надвинув капюшон на голову, направился к дому семнадцать. Лампа в уличном фонаре моргала. Я ощущал себя припозднившимся прохожим, настороженно озирающимся на ходу. Шёл, неспортивно выбрасывая через рот тяжелое срывающееся дыхание. Кованые створки ворот разъехались и взгляду открылась широкая мощёная подъездная дорожка, ведущая к парадному входу.
У крыльца стояла - Надя. Твою мать! Моя челюсть грозила отвалиться. Обычно она выделялась из общей толпы элегантным, стильным видом… обычно... А тогда избавившись от пиджака и расстегнув несколько верхних пуговиц, предоставляя взору охренительную твёрдую троечку, она напомнила мне актрису категории 18+. Ветер раздувал её волосы, создавая вокруг статической красоты завораживающее зрелище. Подол юбки развивался, точно флаг. Открывая моему взгляду: кружевной край чулок и тонкие, почти прозрачные трусики - слишком прозрачные, чтобы что-то скрывать. Я стоял столбом, теряя драгоценные секунды, и поймал себя на мысли, что постоянно думал о ней. Однако, мучаясь сомнениями, я не находил в создавшейся ситуации главного компонента, необходимого, по моему мнению, для того, чтобы завязалось хоть что-то. Надя не проявляла ко мне никакого женского интереса, я ни разу не уловил и намека на взгляд, в котором читалось бы желание или хотя бы его тень…
Встреча взглядов, и мою грудь осыпало жгучими искрами.
- Прости, что вытащила тебя. Я не имела права, - машинально она смахнула рукавом белоснежной блузки слезы. На шелковой ткани расползлось чёрное пятно от потекшей туши. Я смотрел на неё, не выказывая своих эмоций. Молчание длилось несколько секунд, и затем она быстро забормотала:
- Я не знала, что он так резко выскочит на дорогу… О господи… - она пьяно покачнулась, едва-едва успевая сохранить равновесие, но всё-таки на какое-то мгновение мы соприкасаемся. - Я не хотела… - Жалобный писк вырвался из горла.
- Тише, тише, - успокаивал её и себя заодно. - Что было потом?
Стало слышно, с каким неестественным стуком забилось её сердце в груди.
- Я уехала! Как самая настоящая трусиха. Как...- стукнула меня сжатым кулачком в грудь. Саму же буквально колотило. Ни смелости, ни раскрепощенности, ни осознанности не ощущалось. - Я убийца…
Если у каждого человека и, правда, есть душа, то моя в ту секунду совершила самоподрыв. Пришлось дотянуться до её запястья, жёстко обхватить его своими сильными пальцами и рвануть на себя, зная, что она обычно держит дистанцию с людьми, словно, приблизившись, они могут смахнуть позолоту с её великолепного образа. Подхватил под ягодицы, и занёс её в дом. Поставил на ковёр и быстро закрыл за нами дверь.
В самом доме навязчиво пахло миллионами. Через высокие окна на паркет лился лунный свет. Мы в нерешительности замерли на месте, а она с удивлением смотрела на меня, вероятно осознавая, что произошло. Светящиеся часы отсчитывали секунды. Нахождение в центре просторной и немного холодной гостиной, создавало между нами странную интимность. Появилось двоякое чувство: либо я не принимал ни капли спиртного, либо наоборот, выпил слишком много. В ту самую минуту, я понял, что чувствует рыбак, когда его уносит на льдине в открытый океан.
- Почему ты мне помогаешь?
Сталкиваемся дыханием. Казалось разум ещё не вернулся к ней.
- Я тот «счастливчик», что оказывается на местах преступлений, - ответил я с лёгкой иронией.
- Я серьёзно.
- И я. Видимо моя карма, - надсадно и громко втянул воздух. Буквально задыхаясь от её запаха. Столько его… Дерзкого, дикого, сексуального…
- Конечно. Поезжай. Я вызову такси.
Резко выпрямилась и повернулась в сторону входной двери…
- Нет. Уже поздно. Останься, - ответил я, глядя в темноту за окнами. - Вот, возьми, - я протянул ключ с овальным брелоком.
Настя удивленно посмотрела на меня.
- Бери ключ!
- Уверен?
- Как никогда!
Она взяла его, недоумевая.
***
Мокрая дорога лоснилась при свете фар моего недавно отремонтированного авто. Сжимая руль двумя руками, двигался медленно, внимательно осматривая обочину дороги слева от себя. Лучше так, чем совсем никак. Не думаю, что возможно было разогнать моё корыто и оно при этом окончательно не развалилось бы. Город на удивление, был тих и безмолвен. Казалось, то, что произошло, поразило и его тоже. Сквозь плотный туман тускло светились окна расположенных вдоль дороги коттеджей. Ночные маленькие улочки уводили меня всё дальше и дальше от центра.
«Голос тихий, таинственный, где ты, милый, единственный?» - пела девушка по радио.
Мне захотелось повторить вслед за ней. Я лавировал между домами, чудом ориентируясь в обезличенном дорогом районе. Проехав метров триста до скрытого гигантскими елями гаража - оставил машину и, надвинув капюшон на голову, направился к дому семнадцать. Лампа в уличном фонаре моргала. Я ощущал себя припозднившимся прохожим, настороженно озирающимся на ходу. Шёл, неспортивно выбрасывая через рот тяжелое срывающееся дыхание. Кованые створки ворот разъехались и взгляду открылась широкая мощёная подъездная дорожка, ведущая к парадному входу.
У крыльца стояла - Надя. Твою мать! Моя челюсть грозила отвалиться. Обычно она выделялась из общей толпы элегантным, стильным видом… обычно... А тогда избавившись от пиджака и расстегнув несколько верхних пуговиц, предоставляя взору охренительную твёрдую троечку, она напомнила мне актрису категории 18+. Ветер раздувал её волосы, создавая вокруг статической красоты завораживающее зрелище. Подол юбки развивался, точно флаг. Открывая моему взгляду: кружевной край чулок и тонкие, почти прозрачные трусики - слишком прозрачные, чтобы что-то скрывать. Я стоял столбом, теряя драгоценные секунды, и поймал себя на мысли, что постоянно думал о ней. Однако, мучаясь сомнениями, я не находил в создавшейся ситуации главного компонента, необходимого, по моему мнению, для того, чтобы завязалось хоть что-то. Надя не проявляла ко мне никакого женского интереса, я ни разу не уловил и намека на взгляд, в котором читалось бы желание или хотя бы его тень…
Встреча взглядов, и мою грудь осыпало жгучими искрами.
- Прости, что вытащила тебя. Я не имела права, - машинально она смахнула рукавом белоснежной блузки слезы. На шелковой ткани расползлось чёрное пятно от потекшей туши. Я смотрел на неё, не выказывая своих эмоций. Молчание длилось несколько секунд, и затем она быстро забормотала:
- Я не знала, что он так резко выскочит на дорогу… О господи… - она пьяно покачнулась, едва-едва успевая сохранить равновесие, но всё-таки на какое-то мгновение мы соприкасаемся. - Я не хотела… - Жалобный писк вырвался из горла.
- Тише, тише, - успокаивал её и себя заодно. - Что было потом?
Стало слышно, с каким неестественным стуком забилось её сердце в груди.
- Я уехала! Как самая настоящая трусиха. Как...- стукнула меня сжатым кулачком в грудь. Саму же буквально колотило. Ни смелости, ни раскрепощенности, ни осознанности не ощущалось. - Я убийца…
Если у каждого человека и, правда, есть душа, то моя в ту секунду совершила самоподрыв. Пришлось дотянуться до её запястья, жёстко обхватить его своими сильными пальцами и рвануть на себя, зная, что она обычно держит дистанцию с людьми, словно, приблизившись, они могут смахнуть позолоту с её великолепного образа. Подхватил под ягодицы, и занёс её в дом. Поставил на ковёр и быстро закрыл за нами дверь.
В самом доме навязчиво пахло миллионами. Через высокие окна на паркет лился лунный свет. Мы в нерешительности замерли на месте, а она с удивлением смотрела на меня, вероятно осознавая, что произошло. Светящиеся часы отсчитывали секунды. Нахождение в центре просторной и немного холодной гостиной, создавало между нами странную интимность. Появилось двоякое чувство: либо я не принимал ни капли спиртного, либо наоборот, выпил слишком много. В ту самую минуту, я понял, что чувствует рыбак, когда его уносит на льдине в открытый океан.
- Почему ты мне помогаешь?
Сталкиваемся дыханием. Казалось разум ещё не вернулся к ней.
- Я тот «счастливчик», что оказывается на местах преступлений, - ответил я с лёгкой иронией.
- Я серьёзно.
- И я. Видимо моя карма, - надсадно и громко втянул воздух. Буквально задыхаясь от её запаха. Столько его… Дерзкого, дикого, сексуального…
