Пролог
Удар о твердый, прохладный пол был настолько неожиданным, что первая мысль была: «Я что, с кровати свалилась?»
Я открыла глаза. Подо мной был ледяной, отполированный до блеска камень. Потолок. Не мой, с знакомой трещинкой возле люстры, а высокий, сводчатый, украшенный фресками с изображением каких-то мифических существ и звезд. И вокруг — лес ног. Обутых в причудливые сапоги, туфли, ботинки.
Я лежала посреди огромного зала, а вокруг стояла толпа молодых людей — юношей и девушек в разнообразной, но явно стилизованной под нечто единое одежде: темные камзолы, жилеты с эмблемами. Они что-то бурно обсуждали, не обращая на меня внимания, пока один парень, обернувшись к соседу, не наткнулся взглядом на мою фигуру на полу.
Тишина поползла от меня кругами, как рябь по воде. Разговоры смолкли. Головы начали поворачиваться в мою сторону. И вот на меня уже смотрели десятки пар глаз: любопытных, насмешливых, оценивающих, удивленных.
И тут до меня дошло. Я была в своей старой, хоть и приличной, ночной сорочке с тонкими бретельками, едва прикрывавшей колени. Спасибо, хоть не голая, как однажды в храме, промелькнула мысль в панике. Сдержанный смешок, кто-то неуверенно ткнул в мою сторону пальцем, чей-то взгляд заинтересованно скользнул по оголенным плечам. Жар стыда и бешенства ударил в лицо.
В этот момент из толпы вышел юноша. Он был чуть старше остальных, в темно-синем форменном мундире с серебряными пуговицами и каким-то знаком на груди. На руке у него висел длинный плащ-накидка из плотной ткани. Его лицо было строгим, без насмешки. Не глядя на окружающих, он развернул плащ и резким движением накинул на меня, укутав с головы до пят.
— Ты кто и откуда здесь? — его голос был низким и властным.
Дежавю накрыло меня с головой, как холодной волной окатило. Мы это уже проходили. Храм, Япония, багровые горы, отбор, принц… Что отвечать? Говорить правду? Инстинкт не просто кричал, он вопил: «НЕТ! Ни слова о других мирах, о том, кто я на самом деле. Здесь это могут счесть за ересь, безумие или угрозу».
Я смотрела на юношу, широко раскрыв глаза, имитируя шок и полную потерю ориентации. Я молчала.
— Пойдем, — сказал он, не дождавшись ответа. — Отведу тебя к ректору. С тобой явно что-то не так.
Глава 1 Не приятно познакомиться
Спустя несколько минут мы оказались в приёмной. Молодой человек тихо спросил у секретаря:
— Ректор Арнис у себя?
Секретарь что-то прошептала в хрустальный шар, и через мгновение дверь в кабинет открылась. Мы вошли.
Помещение оказалось просторным и уютным. За массивным столом, заваленным свитками и странными приборами, сидел мужчина лет сорока — с умными, пронзительными глазами цвета морской волны и коротко стриженными тёмными волосами с проседью. Он отложил перо, когда мы появились на пороге. Я поёжилась: от него веяло чем-то неприятным и тревожным.
— Господин ректор, — молодой человек склонил голову. — Её обнаружили в Зале Отбора. Она появилась посреди круга буквально из воздуха. В… в странной одежде.
Ректор Арнис медленно поднялся из-за стола и подошел. Его взгляд был изучающий, острый. Он без колебаний откинул край плаща, чтобы взглянуть на мою сорочку из тонкого шелка. Его брови поползли вверх.
— Мда… Такого кроя и ткани я ни в одном из известных королевств или вольных городов не видел. — Он посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд был тяжелым. — Кто ты, девочка? И как ты оказалась в самом сердце нашей Академии в момент проведения вступительных испытаний?
От его взгляда пробирал холод. Времени на раздумья не было. Моя интуиция продолжала вопить: «только не говори правду, только не этому человеку». Решение возникло неожиданно - потеря памяти. Я позволила страху, который уже и так был во взгляде, захлестнуть меня полностью. Губы задрожали, глаза наполнились искренними, неконтролируемыми слезами растерянности.
— Я… я не помню, — прошептала я, и голос мой сорвался, став тонким, почти детским. Я обхватила себя руками поверх плаща, делаясь визуально еще меньше. — Простите… Я не знаю. Ничего не помню. — Я обвела растерянным взглядом кабинет.
Ректор Арнис прищурился. Он не выглядел убежденным, но и не спешил обвинять.
— Потеря памяти? Удобно, — произнес он сухо, но без злобы. Скорее, с интересом. — Но раз ты оказалась именно в Зале Отбора… Возможно, это знак. Или чья-то крайне неуклюжая магия телепортации. Однако… — Он снова пристально посмотрел на меня — В тебе есть потенциал. Хаотичный, дикий, но… колоссальный. Я чувствую его, как шторм на море.
Он вернулся за стол, сел и сложил пальцы домиком.
— Называть тебя «девушка без памяти» неудобно, — задумчиво произнёс ректор, барабаня пальцами по столу. — Тебе нужно имя. Хотя бы для документов академии. Может быть, Майра? Или Лиана?.. Арианна? — Он перебирал варианты, не глядя на меня. — Что скажешь?
Я молчала, глядя на него, делая вид, что не понимаю. В голове пронеслось: «Ирина». Но назвать настоящее имя? Слишком опасно.
— Ари... — проговорила я, словно пытаясь ухватить что-то неуловимое. — Ри... что-то знакомое... Но не Арианна.
— Может... Эльрина? Вальрина? Ринэль? — подсказал он.
— Ри-нэль, — повторила я медленно, вслушиваясь в звуки. — Нет, не знаю... не то... Ри.. на... — Я попыталась изобразить на лице узнавание — не знаю, как получилось, но в школе мне всегда говорили, что я могла бы играть в театре. — Рина... Кажется, меня так звали.
Я произнесла это с такой неуверенностью, что это выглядело правдоподобно.
— Рина, — повторил ректор, обкатывая имя. — Хорошо. Рина. Академия Хрустальных Вод не может вышвырнуть на улицу молодое существо с таким… необычным магическим потенциалом и столь драматичным появлением. Тем более в разгар отбора. Ты будешь зачислена на испытательный срок. Пройдешь те же испытания, что и все абитуриенты. Если твой потенциал подтвердится, а память (или ее отсутствие) не будет нести угрозы для других, ты останешься учиться. Если нет… мы найдем, что с тобой делать. Все понятно? О твоем появлении я сообщу куда следует и тебя могут вызвать для беседы.
Я кивнула, все еще изображая робкую потерянность.
— Понятно, господин ректор, — тихо сказала я, опустив голову в подобии покорности, но в глазах, скрытых ресницами, уже горела решимость. Сережа, держи меня, мой якорь - я снова в игре. И я снова не знаю правила.
Ректор нажал на кнопку, встроенную в столешницу, и вызвал секретаря. Буквально через пару минут в кабинет вошла строгая женщина в темно-синей мантии, держа в руках аккуратно сложенный комплект простой одежды.
— Переоденься, — указал ректор на неприметную дверь в углу. — Приведи себя в порядок. Потом поговорим.
Я кивнула и, подобрав плащ, скрывший мой ночной наряд, скрылась за дверью.
Внутри все бушевало, и я тонула в своих собственных вопросах. Новый мир, а как же Эдоран? Почему академия? Снова отбор, но теперь в Академию. Интуиция шептала: «Так надо, всё правильно». Но я решительно ничего не понимала. Но надо жить, возможно снова выживать. Теперь я — Рина, загадочная абитуриентка с потерей памяти и штормом внутри. И мне предстоит пройти этот отбор в академию, опираясь лишь на грубую, дикую силу, что бушевала во мне в замке Эдорана, и на знания, приобретенные в борьбе за выживание в чужих мирах. Милые мои Лорэн, Каин, Элиана, надеюсь ваши уроки пригодятся мне здесь.
Я осмотрелась - я была в ванной комнате. Умылась прохладной водой. Затем переоделась. Мне принесли белую блузу с высоким воротником и длинную юбку темно-синего цвета, почти в пол. Одежда сидела свободно, чуть великовато, но была невероятно удобной после тонкой сорочки. Первый порыв был подогнать одежду по фигуре, но я одернула себя – я же ничего не помню. Я снова накинула плащ поверх — он почему-то давал ощущение защиты.
И тут я как будто увидела в зеркале Лорэна: «Теперь дыши. Дыши... как будто пробуешь воздух на вкус». Кажется, привычку прощупывать пространство нужно возобновить. Я застыла у раковины, закрыла глаза и попыталась уловить отголоски магии, «обнюхать» мир, как в Крыле Вечного Безмолвия. Сначала ничего. Затем я уловила тончайшую вибрацию. Это была магия. Здесь она была… иной. Она была жестче, холоднее, тише. Но она была.
Я вышла из ванной. Ректор и юноша ждали.
— Лучше? — спросил ректор, оценивающе глядя на меня.
Я молча кивнула и постаралась незаметно «обнюхать» их магические следы. Ректор Арнис излучал мощь, но это была мощь глубин, спокойного, холодного океана или гранита скалы — основательная, незыблемая, но не привлекающая мой хаос. А вот от молодого человека… от него потянуло чем-то знакомым. Не таким ярким, как от Эдорана, но родственным по структуре. Как отголосок той же мелодии, сыгранной на другом инструменте. В его магическом шлейфе читалась строгость, дисциплина, но и скрытая, едва уловимая текучесть.
— Торин проводит тебя обратно в Зал Отбора, затем дальше, если пройдешь — говорил в это время ректор. — Помни, Рина. Ты здесь на птичьих правах. Твои результаты решат твою судьбу. Если пройдешь, Торин познакомит тебя с правилами и поможет в первые дни.
- Спасибо, – я благодарно кивнула и ректору, и юноше, внимательно следя за его реакцией. Кажется, просьба ректора не вызывала в нем протеста или неприятия. Просто одно из заданий, рутина. Это хорошо, не хотелось бы быть обузой, от которой мечтают избавиться.
Торин молча отворил дверь и жестом пригласил меня следовать за ним. Мы шли длинными, тихими коридорами, устланными темно-синим ковром. Его шаг был четким, спина прямая.
Глава 2. Аномалия
— Ты старшекурсник? — рискнула я заговорить, чтобы нарушить тягостное молчание.
— Префект факультета Ледяного Клинка, — коротко ответил он, не замедляя шага. — И да, последний курс. Сегодня отвечаю за порядок на испытаниях.
— Префект, это кто? — он недоуменно посмотрел на меня, потом, видимо, вспомнил про мою потерю памяти.
— Адепт, который отвечает за порядок на своём факультете и помогает администрации. Вроде меня.
Я кивнула, что поняла — староста значит.
Больше он не сказал ни слова, пока мы не вошли в огромный, круглый зал, уступами поднимающийся к куполообразному потолку. В центре на низком пьедестале стоял кристалл — вытянутый, грубо огранённый обелиск, чёрный и непрозрачный. Вокруг него полукругом сидели несколько людей, а дальше, на скамьях, толпились абитуриенты — все те же юные лица, что видели моё падение. При нашем появлении в зале воцарилась мёртвая тишина, все взгляды прилипли ко мне.
— Следующая, Рина, — громко объявил Торин, подводя меня к краю круга.
Один из экзаменаторов жестом призвал меня к обелиску. Сердце заколотилось. В памяти всплыло то испытание, кристалл, наполнявшийся светом. «Неустойчивым», — вспомнила я.
Я подошла, положила ладони на прохладную, шершавую поверхность чёрного камня. Контакт. И тут же из глубин меня рвануло наружу. СИЛА. Та самая, дикая, необузданная.
Обелиск ожил. Я старалась сдержать силу внутри, выпускать понемногу. Но она слушалась плохо.
Из чёрной глубины кристалла вырвалось сияние, словно внутри метались цветные молнии, пойманные в этот камень. Сияние было серебристо-стальным и при этом отливало всеми цветами радуги. Этот «свет» бился о грани, как птица в клетке, то нарастая до ослепительной яркости, то опадая до тусклого мерцания. Он не находил покоя, не принимал единой формы. Был сильным. Ошеломляюще сильным. Маги наклонились вперёд, глядя с неподдельным изумлением и тревогой. Кристалл нагрелся и как будто поплыл под моими руками.
— Хватит, — неожиданно сказал Торин и убрал мои руки с кристалла. А мне хотелось потянуться следом за его руками, и я только силой воли остановила этот порыв. Торин стоял рядом, его лицо было невозмутимым, но я уловила в его магическом шлейфе резкий всплеск — острого, почти болезненного узнавания и интереса. Как будто он увидел что-то, что долго искал, но боялся найти.
Сияние погасло так же внезапно, как и возникло, оставив после себя лишь лёгкое, звенящее эхо в воздухе и тёмный, безжизненный обелиск.
В зале воцарилась гробовая тишина. Потом один из мужчин медленно поднялся.
— Потенциал… огромный, — произнес он, и его голос звучал глухо, с трудом. — Чистота и сила потока беспрецедентны. Но контроль… Его нет. Совсем. Никакой стабилизации. Аномальная сила. Как будто сама первозданная магия, никогда не знавшая узды.
Он обменялся взглядами с коллегами.
— Проверка на силу пройдена, — наконец объявил он. — Рина, ты допущена к следующим испытаниям. Но помни — сила без управления губительна. И прежде всего — для тебя самой.
Я повернулась к Торину. Вокруг ещё стояла напряжённая, густая тишина, нарушаемая только шёпотом магов и вздохами абитуриентов.
— Куда мне теперь? — спросила я тихо, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — И что за испытания меня ещё ждут?
Торин посмотрел на меня.
— Тебя ждёт серия заданий на контроль и владение магией, — отчеканил он, разворачиваясь и делая шаг, явно ожидая, что я последую. — Определение стихийной предрасположенности, тест на контроль, проверка у менталиста — в твоём случае обязательна. Стандартная процедура для всех, чей потенциал… без контроля. — Он произнёс последнее слово с едва уловимой паузой, словно подбирая более точный термин для того, что он только что видел.
Он шёл быстро, не оглядываясь, и мне приходилось почти бежать, чтобы поспевать за его длинным шагом.
— А после? — не унималась я.
— После, — он бросил слово через плечо, — в зависимости от результатов, тебя либо зачислят на подготовительный курс факультета Изначальной Магии — это для тех, у кого сила есть, а контроля нет. Либо отправят в изолятор для дальнейшего изучения аномальной силы.
Изолятор… Вот и приехали. И что мне делать? Само слово нагоняло такой страх и тоску, что оказаться там и узнать лично, что там происходит, желания не было. Я должна избежать этого проклятого изолятора.
Мы свернули в другой, более узкий и мрачный коридор. На стенах здесь не было фресок, только гладкий серый камень и редкие магические светильники в железных решётках.
— А чем занимаются на вашем факультете? Какая у тебя стихия? — спросила я, пытаясь хоть как-то понять этого отстранённого юношу, от которого тянуло чем-то родным, но который вёл себя как бездушный робот.
Когда он отвечал, его голос был ровным, без эмоций.
— Стихия воды. Боевой факультет. Превращение силы в оружие. Мы изучаем магию концентрации, формы и абсолютного контроля. — Он на секунду замедлил шаг и бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд, от которого по коже пробежали мурашки. — То, чего тебе, судя по всему, отчаянно не хватает.
Мы подошли к двери, украшенной сложной металлической инкрустацией, изображавшей переплетённые стихии.
— Здесь тебя уже ждут, их предупредили, — Торин отворил дверь, не прикасаясь к ней — лишь лёгкое движение пальцев, и засовы с тихим щелчком отодвинулись сами. Внутри виднелось просторное помещение, больше похожее на лабораторию, чем на зал для испытаний. — Удачи, Рина. Тебе понадобится вся твоя… концентрация.
Он сделал шаг назад, давая мне пройти. И прежде чем я переступила порог, добавил:
— И постарайся не разнести это помещение на части. Убирать будет сложно. А сегодня дежурит мой курс.
Его лицо осталось беспристрастным — вот и пойми, то ли шутит, то ли серьёзно.
