Но после нескольких выпадов сам на меч налетел.
Киру и Раулю с рыцарями пришлось недолго повозиться.
Хорошо, что граф помог, как только смог освободиться.
Аглаю и Лариту повозиться в гостином зале пришлось.
Там больше всего противников на них собралось.
Пришлось мебель попортить. Она в недругов летела.
Им и сражаться не давали. Только и делали, что сбивали.
Ларит, то вверх их поднимал, то на пол с силой бросал.
Кружил их так, что рыцарский отряд мечи подрастерял.
Кто голову из рыцарей свернул, кто руки, ноги поломал.
Но рыцари отважные. Никто поражения не принимал.
Надо отдать рыцарям должное. Решили не сдаваться.
Принять гордо смерть, но до последнего драться.
Когда спустились вниз, победившие Марин и Трояна.
Закончилась и в гостиной местного значения война.
218.
Граф зашёл в свой дом, как будто ураган прошёл.
Мебель поломал, разметал, такой погром произвёл.
И рыцари в разных местах и позах странных лежали.
Как будто и их бросало и явно воины не дышали.
Взгляд упал на дочь, спускающуюся со второго этажа.
Сердце защемило, и он к ней бросился, чуть дыша.
«Трояна, моя девочка! Ты жива, вернулась, ты здесь!
Что тебя разбойники убили, мне принесли такую весть».
Граф, моложавый мужчина средних лет, обнял дочь.
Трояна обняла отца, от обиды хотелось бежать прочь.
Она еле сдерживалась. Ведь на неё друзья смотрели.
«Что это я совсем растрогался. А я хозяин, в самом деле.
Трояна моих спасителей представь. Кто пришёл с тобой?
Я вижу, что вы победили, но кто принял неравный бой?».
«Друзья это мой отец граф Эгей Мортье, знакомьтесь.
А это мои друзья», - Трояна представила своих друзей.
Граф очень удивился, узнав, что его спасали герцоги.
И даже принц, - «Спасители мои, вы очень устали с дороги.
Прошу вас пройдёмте в большую столовую, отобедайте.
Затем помоетесь, приведёте себя в порядок, отдохнёте».
Эгей приказал слугам накрыть стол и в доме убраться.
Радушный хозяин хотел возле дочери оказаться.
Ему хотелось очень с ней о событиях всех поговорить.
А главное за то, что не верил, прощения у неё попросить.
Но Трояна села рядом с Марином. Эгей тогда спросил.
«Врагов, которых больше, как победить хватило сил?
И какова цель путешествия? Как вас судьба соединила?».
Тарий, рассказал за всех. Трояна о себе сообщила.
После обеда граф всё же попросил дочь с ним остаться.
«Трояна я всё же должен объясниться, покаяться.
Я виноват перед тобой. Аделаида меня соблазнила.
Крутила мной, как хотела. И насчёт тебя меня обманула.
Какая она хитрая бестия. Сумела найти ко мне подход.
Я, женившись, надеялся на счастье, а вышло наоборот.
Думал, что ты ревнуешь. И просто капризничаешь.
Невзлюбила Аделаиду, а потому ей и мне за всё мстишь.
Я был не прав. Я признаю. И женщинам больше не верю.
Моя любимая дочь для тебя моего дома открыты двери.
Прости меня родная. Я больше не женюсь. Останься.
Не дело девушке скитаться. У нас с тобой жизнь наладится».
219.
Раскаяние отца тронуло сердце Трояны, растрогало.
Искренность взгляда, надежда в глазах удивило.
Но боль обиды сердце, по-прежнему сжимало в тисках.
Эту обиду, недоверие, отчуждение не отпустить ей никак.
«Отец твои слова, раскаяние, прощение я принимаю.
Но, как вспомню, что ты меня не слушал, то не знаю.
Меня не слышал ты, а слышал Аделаиды ложные слова.
Ты верил ей во всём. Она во всём вверх над тобой взяла.
Она клеветала на меня. Почему ты поверил ей, а не мне.
Если бы я не убежала, мы погибли. По твоей вине.
Видно судьба так распорядилась, чтобы было спасение.
И то, что я убежала, для меня было сплошное везение».
«Дочь, ты права во всём, а я виноват, прими признание,
Я мудрости не нажил. Прими моё сильное раскаяние.
Я могу оправдываться, объяснять, но ты поймёшь ли?
Ты молода ещё. Я благодарен всем, что спасти успели.
Что у меня есть возможность прощения попросить.
И судьбой нам дан шанс наши отношения исправить.
Жизнь коротка, чтобы потом ни о чём не жалеть.
Пока мы живы, всё исправить, обиду отпустить и жить».
«Я подумаю над твоими словами. А пока отдохну.
Проверю, как там друзья. Себя в порядок приведу».
К ним приблизился Марин, хотел с графом поговорить.
«Трояна не могла бы ты ещё раз меня представить».
Трояна засмущалась, улыбнулась. А Эгей не понял.
Марин смотрел решительно, но разговор волновал.
«Отец представляю тебе герцога Марина Веринбаха.
Моего любимого парня, будущего мужа, а пока жениха».
«Граф Мартье позвольте мне просить руки Вашей дочери».
Эгей не ожидал такого. От изумления потерял дар речи.
Хоть не хотел он расставаться с дочерью, но всё же спросил.
«Лорд Марин Вы в семье старший сын? Я бы её не отпустил».
«Понимаю, Вас граф Мартье. К сожалению, для Вас, да».
Эгей расстроился, Но отказывать Марину не было повода.
«Трояна ты согласна стать женой Марина? Как мне быть?».
«Да, отец я согласна. И тебе придётся меня отпустить».
Марин увидел в глазах графа и радость и огорчение.
«Граф Мартье пусть огорчение Ваше будет мгновение.
Но радость заполнит Ваше сердце, и поедемте с нами.
Познакомитесь с родителями моими и обоими королями.
Ведь предстоит свадьба. Надо подготовиться всем нам.
Трояна поедет со мной. Представлю моим родителям».
«Благодарю за приглашение, но мне придётся остаться.
Приеду позже. Мне предстоит ещё во всём разобраться».
220.
Боги за тем, что на земле происходит, опять наблюдали.
И, как помочь людям в новой нежданной беде, решали.
Нахмурилась Амерат. Её спросил Авон об Эрике судьбе.
«Эрик твой подопечный, его судьбу и жизнь решать тебе».
«Если подземного духа вовремя не остановить людям,
Наделает он бед. Хоть и воздастся ему потом по делам.
Но лучше раньше его остановить, чем позже. Он шкодлив.
В доверие влезать к людям может. Любезен и приветлив.
Натуру сразу его не распознаешь. Хитер он и лжив.
Из мира не скоро уйдёт, на земле много бед натворив.
Но мой лимит помощи людям исчерпан. Не вмешаться.
Война богов закончена. Беда должна людьми решаться.
А, что касается Эрика. Ему, если честно я задолжала.
И ему и его матери. Я же обо всём заранее знала.
Без помощи Эрика не справиться было в горах героям.
Из пленниц Эмилию выбрала я для миссии под горою.
Не родятся у женщин от ганов дети. Это невозможно.
Должна вмешаться генная инженерия, всё сложно.
Один вурд проводил эксперимент и достался он Эмилии.
В зародыш ребёнка больше человеческих генов вводили.
И должен был Эрик по прогнозам родиться человеком.
Но я на стадии развития ребёнка вмешалась в геном.
И дальше развивался ребёнок ганом, я его изменила.
Эмилия выжила и гана единственная женщина родила.
Но в душе Эрик человеком остался в прямом смысле.
Не поздно в геном вмешаться и всё изменить, если,
На то будет желание и воля моя. Но ведь Эрик герой.
Не обреку их на жестокую смерть. И будут спасены мной.
Всего, лишь ночи я дождусь. Последний раз вмешаюсь.
А то за горькую судьбу сына и матери уже каюсь».
«Амерат богиня любви, сколько раз ты уже зарекалась.
Но всегда, услышав мольбу, на помощь людям мчалась».
«Люди перестанут верить в богов, если не помогать.
Не отзовёмся, в равнодушии нас станут обвинять».
«Но и не всегда вмешиваться. Мы боги и им не служим.
Пусть учатся выживать. В крайнем случае, им поможем».
221.
Дальнейший путь для отряда прошёл без происшествий.
Чему были рады герои, уставшие от приключений.
Марин и Аглай рвались домой скорей, чтобы отдохнуть.
Кир и Рауль размышляли над тем, какой проделали путь.
Тарий и Мира строили планы и о судьбе волновались.
Как примут их родители. И от встречи с ними стеснялись.
«Мира тебе не стоит переживать. А вот я волнуюсь не зря?
Захотят ли твои родители принять меня в свои зятья?».
«Могу уверить Тарий, что точно захотят. Ты младший сын.
А вот захотят ли тебя отпустить? Хорошо, что ты не один.
Что гадать и переживать, уже скоро приедем и узнаем».
«Если родители будут против. Мы им тогда не уступаем.
Всё равно поженимся. Я на своём решении Мира настою.
Мне так повезло с тобой встретиться. Я очень тебя люблю».
Тарий и Мира в сторонке ехали планы на жизнь обсуждали.
Смотрели друг на друга влюблёнными глазами, ворковали.
Эла с Даурией о своём девичьем секретничали, сговорились.
За то время, что они вместе, очень девушки подружились.
Руанна за ними ехала, в задумчивости о своём прибывала.
Увидится ли с Алесио? Как жизнь дальше сложится, не знала.
Трояна и Айлина внимание на своих парней не обращали.
Тоже успели подружиться. И, что-то своё обсуждали.
Увлеклись, ведь девушки были по складу характера похожи.
Марин и Аглай им не мешали. Что-то своё обсуждали тоже.
Ларит ехал позади всех с интересом за всеми, наблюдая.
Он не торопился, специально, держался позади, отставая.
Думал о себе, каким он уехал мальчишкой несмышлёным.
А возвращается волхвом, героем, ещё и влюблённым.
И прежним уже не станет. За два месяца повзрослел.
Вот и лето настало. Тепло и лес совсем позеленел.
Впереди стоял отряд. Один гвардеец от них отделился.
В сторону столицы поскакал. А отряд к ним присоединился.
222.
222.
В столицу герои торжественно под музыку въезжали.
Музыканты марш играли, горожане вдоль дороги стояли.
Кидали впереди цветы, и так цветочную дорогу устилали.
Приветствия выкрикивали и громко героев войны славили.
Молодёжь улыбалась, народу в приветствии рукой махали.
Так медленно ехали, музыканты за ними шли и играли.
У дворца встречала родня. Женщины стояли в нетерпении.
Все уже знали, дети в порядке. Короли скрывали волнение.
Подъезжая к парадным ступеням, ход коней остановили.
Ларит сестру и каждый свою девушку на мостовую спустили.
Первая не выдержала Егильда. К дочери подбежала.
Убедилась, что дочь цела, здорова и крепко её обнимала.
«Дочь моя единственная, никуда тебя от себя не отпущу.
Я переживала, что за тобой не усмотрела, себя не прощу.
Как я боялась тебя потерять. Нет ничего в жизни страшней.
Чем матери одной остаться. Страшно терять детей.
Что я пережила, где силы черпала, только богам известно.
Мира, дочь моя родная. Возле меня твоё в жизни место».
Егильда уже не сдерживалась. Волнение её охватило.
Руки дрожали, слёзы лились. Ясно, как тяжело ей было.
Все чувства, что сдерживала всё время, вдруг прорвались.
Дочь крепко обнимала, боялась потерять, слёзы лились.
«Мама всё хорошо со мной. И было хорошо, не пострадала.
Была в порядке я. Никто не обижал. Беды я миновала.
И тот злодей и не злодей был вовсе. Великан несчастный.
Он магов собирал для спасения жены и был не опасный.
Мы всё расскажем. Мама не переживай, мы вместе вновь.
Мы больше не расстанемся. Мама отпусти эту боль».
Егильда слёзы вытерла, и снова улыбка озарило лицо.
«Как говорится: рады вам дети, поднимайтесь на крыльцо.
Заходите в родной дом, да примите от нас угощение.
А от народа герои вечная слава вам, почёт и уважение».
Короли и королевы в ожидании детей у дворца стояли.
Ждали, когда от коней отойдут, радостные их встречали.
Приветствовали, обнимали и вместе во дворец зашли.
Расспросами не мучали, себя приводить в порядок опустили.
Взрослые остались впечатлениями делиться и ждать.
Радость захлёстывала эмоциями, не могли себя сдержать.
Детей обсуждали, какими они окрепшими вернулись.
Хвалили себя, что детям поверили и в них не обманулись.
Киру и Раулю с рыцарями пришлось недолго повозиться.
Хорошо, что граф помог, как только смог освободиться.
Аглаю и Лариту повозиться в гостином зале пришлось.
Там больше всего противников на них собралось.
Пришлось мебель попортить. Она в недругов летела.
Им и сражаться не давали. Только и делали, что сбивали.
Ларит, то вверх их поднимал, то на пол с силой бросал.
Кружил их так, что рыцарский отряд мечи подрастерял.
Кто голову из рыцарей свернул, кто руки, ноги поломал.
Но рыцари отважные. Никто поражения не принимал.
Надо отдать рыцарям должное. Решили не сдаваться.
Принять гордо смерть, но до последнего драться.
Когда спустились вниз, победившие Марин и Трояна.
Закончилась и в гостиной местного значения война.
218.
Граф зашёл в свой дом, как будто ураган прошёл.
Мебель поломал, разметал, такой погром произвёл.
И рыцари в разных местах и позах странных лежали.
Как будто и их бросало и явно воины не дышали.
Взгляд упал на дочь, спускающуюся со второго этажа.
Сердце защемило, и он к ней бросился, чуть дыша.
«Трояна, моя девочка! Ты жива, вернулась, ты здесь!
Что тебя разбойники убили, мне принесли такую весть».
Граф, моложавый мужчина средних лет, обнял дочь.
Трояна обняла отца, от обиды хотелось бежать прочь.
Она еле сдерживалась. Ведь на неё друзья смотрели.
«Что это я совсем растрогался. А я хозяин, в самом деле.
Трояна моих спасителей представь. Кто пришёл с тобой?
Я вижу, что вы победили, но кто принял неравный бой?».
«Друзья это мой отец граф Эгей Мортье, знакомьтесь.
А это мои друзья», - Трояна представила своих друзей.
Граф очень удивился, узнав, что его спасали герцоги.
И даже принц, - «Спасители мои, вы очень устали с дороги.
Прошу вас пройдёмте в большую столовую, отобедайте.
Затем помоетесь, приведёте себя в порядок, отдохнёте».
Эгей приказал слугам накрыть стол и в доме убраться.
Радушный хозяин хотел возле дочери оказаться.
Ему хотелось очень с ней о событиях всех поговорить.
А главное за то, что не верил, прощения у неё попросить.
Но Трояна села рядом с Марином. Эгей тогда спросил.
«Врагов, которых больше, как победить хватило сил?
И какова цель путешествия? Как вас судьба соединила?».
Тарий, рассказал за всех. Трояна о себе сообщила.
После обеда граф всё же попросил дочь с ним остаться.
«Трояна я всё же должен объясниться, покаяться.
Я виноват перед тобой. Аделаида меня соблазнила.
Крутила мной, как хотела. И насчёт тебя меня обманула.
Какая она хитрая бестия. Сумела найти ко мне подход.
Я, женившись, надеялся на счастье, а вышло наоборот.
Думал, что ты ревнуешь. И просто капризничаешь.
Невзлюбила Аделаиду, а потому ей и мне за всё мстишь.
Я был не прав. Я признаю. И женщинам больше не верю.
Моя любимая дочь для тебя моего дома открыты двери.
Прости меня родная. Я больше не женюсь. Останься.
Не дело девушке скитаться. У нас с тобой жизнь наладится».
219.
Раскаяние отца тронуло сердце Трояны, растрогало.
Искренность взгляда, надежда в глазах удивило.
Но боль обиды сердце, по-прежнему сжимало в тисках.
Эту обиду, недоверие, отчуждение не отпустить ей никак.
«Отец твои слова, раскаяние, прощение я принимаю.
Но, как вспомню, что ты меня не слушал, то не знаю.
Меня не слышал ты, а слышал Аделаиды ложные слова.
Ты верил ей во всём. Она во всём вверх над тобой взяла.
Она клеветала на меня. Почему ты поверил ей, а не мне.
Если бы я не убежала, мы погибли. По твоей вине.
Видно судьба так распорядилась, чтобы было спасение.
И то, что я убежала, для меня было сплошное везение».
«Дочь, ты права во всём, а я виноват, прими признание,
Я мудрости не нажил. Прими моё сильное раскаяние.
Я могу оправдываться, объяснять, но ты поймёшь ли?
Ты молода ещё. Я благодарен всем, что спасти успели.
Что у меня есть возможность прощения попросить.
И судьбой нам дан шанс наши отношения исправить.
Жизнь коротка, чтобы потом ни о чём не жалеть.
Пока мы живы, всё исправить, обиду отпустить и жить».
«Я подумаю над твоими словами. А пока отдохну.
Проверю, как там друзья. Себя в порядок приведу».
К ним приблизился Марин, хотел с графом поговорить.
«Трояна не могла бы ты ещё раз меня представить».
Трояна засмущалась, улыбнулась. А Эгей не понял.
Марин смотрел решительно, но разговор волновал.
«Отец представляю тебе герцога Марина Веринбаха.
Моего любимого парня, будущего мужа, а пока жениха».
«Граф Мартье позвольте мне просить руки Вашей дочери».
Эгей не ожидал такого. От изумления потерял дар речи.
Хоть не хотел он расставаться с дочерью, но всё же спросил.
«Лорд Марин Вы в семье старший сын? Я бы её не отпустил».
«Понимаю, Вас граф Мартье. К сожалению, для Вас, да».
Эгей расстроился, Но отказывать Марину не было повода.
«Трояна ты согласна стать женой Марина? Как мне быть?».
«Да, отец я согласна. И тебе придётся меня отпустить».
Марин увидел в глазах графа и радость и огорчение.
«Граф Мартье пусть огорчение Ваше будет мгновение.
Но радость заполнит Ваше сердце, и поедемте с нами.
Познакомитесь с родителями моими и обоими королями.
Ведь предстоит свадьба. Надо подготовиться всем нам.
Трояна поедет со мной. Представлю моим родителям».
«Благодарю за приглашение, но мне придётся остаться.
Приеду позже. Мне предстоит ещё во всём разобраться».
220.
Боги за тем, что на земле происходит, опять наблюдали.
И, как помочь людям в новой нежданной беде, решали.
Нахмурилась Амерат. Её спросил Авон об Эрике судьбе.
«Эрик твой подопечный, его судьбу и жизнь решать тебе».
«Если подземного духа вовремя не остановить людям,
Наделает он бед. Хоть и воздастся ему потом по делам.
Но лучше раньше его остановить, чем позже. Он шкодлив.
В доверие влезать к людям может. Любезен и приветлив.
Натуру сразу его не распознаешь. Хитер он и лжив.
Из мира не скоро уйдёт, на земле много бед натворив.
Но мой лимит помощи людям исчерпан. Не вмешаться.
Война богов закончена. Беда должна людьми решаться.
А, что касается Эрика. Ему, если честно я задолжала.
И ему и его матери. Я же обо всём заранее знала.
Без помощи Эрика не справиться было в горах героям.
Из пленниц Эмилию выбрала я для миссии под горою.
Не родятся у женщин от ганов дети. Это невозможно.
Должна вмешаться генная инженерия, всё сложно.
Один вурд проводил эксперимент и достался он Эмилии.
В зародыш ребёнка больше человеческих генов вводили.
И должен был Эрик по прогнозам родиться человеком.
Но я на стадии развития ребёнка вмешалась в геном.
И дальше развивался ребёнок ганом, я его изменила.
Эмилия выжила и гана единственная женщина родила.
Но в душе Эрик человеком остался в прямом смысле.
Не поздно в геном вмешаться и всё изменить, если,
На то будет желание и воля моя. Но ведь Эрик герой.
Не обреку их на жестокую смерть. И будут спасены мной.
Всего, лишь ночи я дождусь. Последний раз вмешаюсь.
А то за горькую судьбу сына и матери уже каюсь».
«Амерат богиня любви, сколько раз ты уже зарекалась.
Но всегда, услышав мольбу, на помощь людям мчалась».
«Люди перестанут верить в богов, если не помогать.
Не отзовёмся, в равнодушии нас станут обвинять».
«Но и не всегда вмешиваться. Мы боги и им не служим.
Пусть учатся выживать. В крайнем случае, им поможем».
221.
Дальнейший путь для отряда прошёл без происшествий.
Чему были рады герои, уставшие от приключений.
Марин и Аглай рвались домой скорей, чтобы отдохнуть.
Кир и Рауль размышляли над тем, какой проделали путь.
Тарий и Мира строили планы и о судьбе волновались.
Как примут их родители. И от встречи с ними стеснялись.
«Мира тебе не стоит переживать. А вот я волнуюсь не зря?
Захотят ли твои родители принять меня в свои зятья?».
«Могу уверить Тарий, что точно захотят. Ты младший сын.
А вот захотят ли тебя отпустить? Хорошо, что ты не один.
Что гадать и переживать, уже скоро приедем и узнаем».
«Если родители будут против. Мы им тогда не уступаем.
Всё равно поженимся. Я на своём решении Мира настою.
Мне так повезло с тобой встретиться. Я очень тебя люблю».
Тарий и Мира в сторонке ехали планы на жизнь обсуждали.
Смотрели друг на друга влюблёнными глазами, ворковали.
Эла с Даурией о своём девичьем секретничали, сговорились.
За то время, что они вместе, очень девушки подружились.
Руанна за ними ехала, в задумчивости о своём прибывала.
Увидится ли с Алесио? Как жизнь дальше сложится, не знала.
Трояна и Айлина внимание на своих парней не обращали.
Тоже успели подружиться. И, что-то своё обсуждали.
Увлеклись, ведь девушки были по складу характера похожи.
Марин и Аглай им не мешали. Что-то своё обсуждали тоже.
Ларит ехал позади всех с интересом за всеми, наблюдая.
Он не торопился, специально, держался позади, отставая.
Думал о себе, каким он уехал мальчишкой несмышлёным.
А возвращается волхвом, героем, ещё и влюблённым.
И прежним уже не станет. За два месяца повзрослел.
Вот и лето настало. Тепло и лес совсем позеленел.
Впереди стоял отряд. Один гвардеец от них отделился.
В сторону столицы поскакал. А отряд к ним присоединился.
222.
222.
В столицу герои торжественно под музыку въезжали.
Музыканты марш играли, горожане вдоль дороги стояли.
Кидали впереди цветы, и так цветочную дорогу устилали.
Приветствия выкрикивали и громко героев войны славили.
Молодёжь улыбалась, народу в приветствии рукой махали.
Так медленно ехали, музыканты за ними шли и играли.
У дворца встречала родня. Женщины стояли в нетерпении.
Все уже знали, дети в порядке. Короли скрывали волнение.
Подъезжая к парадным ступеням, ход коней остановили.
Ларит сестру и каждый свою девушку на мостовую спустили.
Первая не выдержала Егильда. К дочери подбежала.
Убедилась, что дочь цела, здорова и крепко её обнимала.
«Дочь моя единственная, никуда тебя от себя не отпущу.
Я переживала, что за тобой не усмотрела, себя не прощу.
Как я боялась тебя потерять. Нет ничего в жизни страшней.
Чем матери одной остаться. Страшно терять детей.
Что я пережила, где силы черпала, только богам известно.
Мира, дочь моя родная. Возле меня твоё в жизни место».
Егильда уже не сдерживалась. Волнение её охватило.
Руки дрожали, слёзы лились. Ясно, как тяжело ей было.
Все чувства, что сдерживала всё время, вдруг прорвались.
Дочь крепко обнимала, боялась потерять, слёзы лились.
«Мама всё хорошо со мной. И было хорошо, не пострадала.
Была в порядке я. Никто не обижал. Беды я миновала.
И тот злодей и не злодей был вовсе. Великан несчастный.
Он магов собирал для спасения жены и был не опасный.
Мы всё расскажем. Мама не переживай, мы вместе вновь.
Мы больше не расстанемся. Мама отпусти эту боль».
Егильда слёзы вытерла, и снова улыбка озарило лицо.
«Как говорится: рады вам дети, поднимайтесь на крыльцо.
Заходите в родной дом, да примите от нас угощение.
А от народа герои вечная слава вам, почёт и уважение».
Короли и королевы в ожидании детей у дворца стояли.
Ждали, когда от коней отойдут, радостные их встречали.
Приветствовали, обнимали и вместе во дворец зашли.
Расспросами не мучали, себя приводить в порядок опустили.
Взрослые остались впечатлениями делиться и ждать.
Радость захлёстывала эмоциями, не могли себя сдержать.
Детей обсуждали, какими они окрепшими вернулись.
Хвалили себя, что детям поверили и в них не обманулись.
