- Медиум?
- Именно. Что ты не находишь себе покоя.
Она обернулась с недоуменным взглядом.
- И он ждёт нас у себя.
Оба снова уставились в зеркало. Её рука потянулась вверх и легла на ладонь молодого человека.
- Коллективное сумасшествие. — Девушка отчаянно помотала головой.
- Да откроется завеса тьмы! Сегодня будет явлена, наконец, правда тем, кому она нужна была, как пища..
Двое засыпали, сидя в креслах перед столом ясновидящего и держались за руки. Очертания комнаты исчезли, и молодые люди оказались в пространстве, залитом очень ярким светом. Постепенно свет стал рассеиваться, и скоро перед их глазами появился женский силуэт.
- Каждый вечер в спальне Мериды напротив икон зажигалась свеча, а из уст слагались горячие молитвы. — Голос медиума прорывался из ниоткуда, комментируя всё происходящее. — Уже около двух лет Вигго нет рядом с ней. Она не помнила, когда в последний раз была весела. Единственным утешением для её души сейчас было получить редкую весточку от любимого.
Некий дворянин давно уже присмотрелся к молодой девушке, но все его попытки внимания оставались безответны. Более того, её открыто раздражало уж больно частое его появление в их доме. Да ещё и родители на два голоса говорили ей: и богатый, и статный, и такой красавец. Ну и что, что постарше — зато всё при нём!
- Из-за какого-то безымянного мальчишки от хорошего жениха нос воротишь! — Упрекала мать.
- Тебе надобно быть с ним поладнее да поласковее. А ты вздумала опозорить такого человека?! — Ругал отец.
Но девушка продолжала упрямо настаивать на своём — дождусь любимого, и всё тут. А один раз и вовсе отрезала:
- Уж всё не потому ли, что граф Ведель купил вас своими подачками?
Ужасно рассвирепев, те закрыли её в спальню под замок, да не поскупились на решётки для окон. Велев прислуге лишь изредка приближаться к этой комнате, и только для того, чтобы их непокорная дочь не померла с голоду.
Вот и в тот день в очередной раз отворилась дверь. Рядом со скромной едой на подносе лежал заветный конверт. Мерида открыла его. Но то, что было там написано, повергло её в невыразимое горе: сообщалось, что возлюбленный её погиб в сражении у бухты Кёге. Зарыдала она страшно, по-звериному. Рвала письмо... Не могла она поверить, что её ненаглядного Вигго больше нет.
- Поверь, я сожалею о твоём горе. Столько ждать, верность хранить, надеяться. — Сделав скорбное лицо, говорил граф. — Но твоя-то жизнь на этом не кончается. А я бы мог одарить тебя всем... И заботой, и всеобъемлющей любовью. Выходи за меня, и я всегда буду с тобою. Я сделаю всё, чтобы на эти глазки никогда не наворачивалась грусть. — Заметив, что сидящая рядом девушка даже не поворачивает глаз на него, тот попытался дотронуться до её руки. — Не молчи, Мерида.
Дав понять, что ей противны и его слова, и его прикосновения, дева, так и не проронив ни слова, ушла прочь из сада.
Однако с ней никто не считался — в усадьбе стали готовиться к свадьбе. Родители старались не ударить в грязь лицом перед будущими сватами. Все вокруг предвкушали богатый и весёлый пир. И лишь Мерида испытывала огромную боль и безвыходное отчаяние. В один момент она поняла, что это стало совершенно для неё невыносимо. И взяла отцовский кинжал...
В день, когда все приехали в дом для начала церемонии, уже одетая невеста одиноко стояла у себя в комнате, ожидая, когда к ней войдут, чтобы повести к жениху и гостям. За её спиной что-то блестело, крепко удерживаемое двумя руками. Вот к её двери приближаются шаги... Сердце так сильно застучало, что готово было выпрыгнуть из горла. Ручка повернулась, на пороге показались люди. Перед ними предстала новобрачная в шикарном чёрном платье с белым кружевным воротничком и с невероятной красоты короной, сияющей серебром в её тёмных волосах. Но её руки со всей силы сжимали острый кинжал.
- Никогда я не буду принадлежать этому человеку. — Твёрдо и уверенно говорила она. — Пусть Господь соединит меня с моим любимым на небесах!
Прежде, чем кто-то успел что-либо предпринять, холодный драгоценный металл уже вонзился девушке в живот. Лишь на короткий миг вскрикнув, она упала перед толпой замертво.
После четырёх долгих лет битв и сражений датчанам в итоге удалось разгромить шведов. Наконец-то Вигго может вернуться домой и заключить в объятия свою так давно не виденную любовь. Преисполненный радости, он приехал в родную сторону и стал спрашивать о Мериде.
- Не верна тебе оказалась твоя невестушка. — Отвечали ему. — Долго ходил к ней один человек, да и закрутила она с ним. Обрюхатил он её, да потом и бросил. Так она и себя, и дитя в отместку решила погубить. Погибла любимая твоя от кинжала, что вонзила сама себе в живот... Давно уже нет Мериды.
Земля ушла у парня из-под ног, лишь только он это услышал, а руки сами схватились за голову. Как она, сама невинность, могла быть способна на столь гнусное предательство? Как она могла совершить такой страшный грех? Вигго не мог, не мог поверить в это. Даже война со всей её жестокостью и потерями не смогла вызвать у насчастного столько слёз, сколько пролилось из его глаз в тот проклятый день.
Со временем народ стал говорить, что пропадает парень в кабаках. В конце концов хозяин поместья однажды выкрикнул:
- Иди куда хочешь, беспробудный пьяница! Отныне ты мне больше не сын. И забудь дорогу сюда.
- А не ты ли когда-то приложил руку к этому, папенька?
- Как ты смеешь?!
- Я с превеликим удовольствием уйду отсюда. Но помни — для меня ты человек презренный. Это я навеки отрекаюсь от тебя.
- Бросив напоследок слова проклятия, пошёл Вигго, куда глядели глаза. — Снова послышался громкий голос медиума. — А скоро нашли его. С удавкой на шее.
Послышался громкий хлопок. Образ страдальца со сдавленной шеей тут же исчез. Перед глазами двоих опять возникла маленькая комнатка и сидящий перед ними мужчина. Харви, сам того не осознавая, схватился за горло. Френс с немигающим взглядом повернулась к молодому человеку, а затем, пытаясь "переварить" только что полученную информацию, сильно нахмурилась и опустила глаза вниз.
- Поддельное письмо. — Тихо произнесла она.
- Я лишь "прочитал" небольшую, но крайне важную главу из вашей предыдущей жизни. Страницы которой безжалостно были вырваны. Но теперь всё склеилось воедино. И началась глава новая. — Медиум повернулся к Харви. — Назвать её вы уже должны будете сами.
Молодые люди посмотрели друг на друга.
- Мы лишили себя жизни. Мы — самоубийцы. — Неуверенно заговорил парень. — Мы были обручены... Но подлый обман нас разлучил... — Он взглянул снова на ясновидящего. — Вопрос лишь в том...
- Как вышло так, что вы сейчас снова смогли быть друг с другом?
Харви кивнул.
Мужчина поднялся со своего кресла и стал задумчиво расхаживать по помещению.
- Помнится, в каждой красивой истории, если двое влюблённых вдруг погибали, говорилось: "И воссоединились их души на небесах..."
Медиум взял в руки какой-то острый предмет и стал перебирать его.
- Я, кажется, говорил мистеру Дэвису, что, несмотря на всю свою жестокость, судьба может даровать шанс... Что же касается вашего случая. — Он снова окинул молодых людей взглядом. — То последним предсмертным желанием вас обоих было встретиться на том свете.
Человек вдруг подошёл к столу и положил на него ту блестящую вещь, что всё это время держал. Маленький искусно выточенный нож лёг аккурат перед скреплёнными в знак союза руками несчастных возлюбленных.
- Хоть и по вине чужих коварных деяний... Но вы собственноручно оборвали свои жизни. Потому и не смогли найти дорогу друг к другу, будучи "там".
Остриё ножа "смотрело" прямо на них.
- Кинжал! — Озарило Френс.
Она оживлённо стала дёргать Харви за плечо.
- Дама с кинжалом! Портрет которой висел у тебя!
Девушка повернулась уже к медиуму:
- Насчёт сна, который мне снился в ночь после того, как я увидела её. Если я — Мерида... То понятно, почему я тогда проснулась от жуткой боли!
Парень изумлённо посмотрел на неё.
- Картина послужила вам подсказкой. — Отвечал ей медиум. — И теперь пазл сложился. Многие вещи далеко не случайно попадаются нам на глаза. — Мужчина взглянул на Харви. — Равно так же, как и оказываются у нас.
Молодой человек был удивлён, но судя по выражению лица, не имел насчёт этого никаких вопросов.
- Надо же, — только и успел прокомментировать он, — уже не помню, откуда она у меня и появилась. Значит, — подперев рукой подбородок, — несмотря на то, что мы совершили ужасное, нам всё равно всё простили? — Спросил парень.
- Высшим силам, как известно, всё знать лучше, чем нам. Вы давали друг другу обещание. И, так или иначе, ложь оказалась разоблачена, а слова обещания — исполнены.
С каждым днём Нью-Йорк всё явственнее ощущал приближение зимы. Её дыхание уже было слышно повсюду. Седые тучи сгустились сегодня над городом. Первый в этом году снег, что густой белой стеной повалил с неба, всего за час полностью преобразил собою весь вид огромного мегаполиса. Припорошенный тонким мягким одеялом, он стал выглядеть иначе: всякая неприветливость абсолютно исчезла. Здания, улицы, и даже рекламные щиты — всё смотрелось теперь как-то совершенно по-другому. Появилось ощущение уюта и умиротворённости, а от прежней апатии и серости не осталось и следа.
Двое не спеша шли по одной из тех широких аллей, что пролегали в Центральном парке. Несмотря на разгар дня, лишь редкие люди попадались им на пути. Ветер разыгрался: он толкал их в спины, резвился в волосах, норовя их спутать. Потом вдруг с невероятной быстротой взлетал вверх, тревожил кроны высоких старых деревьев. И спускался снова.
Он и она шли молча, глядя лишь перед собой.
- Харви, — в какой-то момент взглянула она на своего спутника, — как мы это назовём?
- Торжество справедливости. — Послышался уверенный ответ.
- Да. Я думала дать то же название.
Они пошли дальше, взявшись за руки. Постепенно два силуэта растворились в снегопаде. Следы их вскоре напрочь замело.
- Именно. Что ты не находишь себе покоя.
Она обернулась с недоуменным взглядом.
- И он ждёт нас у себя.
Оба снова уставились в зеркало. Её рука потянулась вверх и легла на ладонь молодого человека.
- Коллективное сумасшествие. — Девушка отчаянно помотала головой.
Глава 17
- Да откроется завеса тьмы! Сегодня будет явлена, наконец, правда тем, кому она нужна была, как пища..
Двое засыпали, сидя в креслах перед столом ясновидящего и держались за руки. Очертания комнаты исчезли, и молодые люди оказались в пространстве, залитом очень ярким светом. Постепенно свет стал рассеиваться, и скоро перед их глазами появился женский силуэт.
- Каждый вечер в спальне Мериды напротив икон зажигалась свеча, а из уст слагались горячие молитвы. — Голос медиума прорывался из ниоткуда, комментируя всё происходящее. — Уже около двух лет Вигго нет рядом с ней. Она не помнила, когда в последний раз была весела. Единственным утешением для её души сейчас было получить редкую весточку от любимого.
Глава 18
Некий дворянин давно уже присмотрелся к молодой девушке, но все его попытки внимания оставались безответны. Более того, её открыто раздражало уж больно частое его появление в их доме. Да ещё и родители на два голоса говорили ей: и богатый, и статный, и такой красавец. Ну и что, что постарше — зато всё при нём!
- Из-за какого-то безымянного мальчишки от хорошего жениха нос воротишь! — Упрекала мать.
- Тебе надобно быть с ним поладнее да поласковее. А ты вздумала опозорить такого человека?! — Ругал отец.
Но девушка продолжала упрямо настаивать на своём — дождусь любимого, и всё тут. А один раз и вовсе отрезала:
- Уж всё не потому ли, что граф Ведель купил вас своими подачками?
Ужасно рассвирепев, те закрыли её в спальню под замок, да не поскупились на решётки для окон. Велев прислуге лишь изредка приближаться к этой комнате, и только для того, чтобы их непокорная дочь не померла с голоду.
Вот и в тот день в очередной раз отворилась дверь. Рядом со скромной едой на подносе лежал заветный конверт. Мерида открыла его. Но то, что было там написано, повергло её в невыразимое горе: сообщалось, что возлюбленный её погиб в сражении у бухты Кёге. Зарыдала она страшно, по-звериному. Рвала письмо... Не могла она поверить, что её ненаглядного Вигго больше нет.
Глава 19
- Поверь, я сожалею о твоём горе. Столько ждать, верность хранить, надеяться. — Сделав скорбное лицо, говорил граф. — Но твоя-то жизнь на этом не кончается. А я бы мог одарить тебя всем... И заботой, и всеобъемлющей любовью. Выходи за меня, и я всегда буду с тобою. Я сделаю всё, чтобы на эти глазки никогда не наворачивалась грусть. — Заметив, что сидящая рядом девушка даже не поворачивает глаз на него, тот попытался дотронуться до её руки. — Не молчи, Мерида.
Дав понять, что ей противны и его слова, и его прикосновения, дева, так и не проронив ни слова, ушла прочь из сада.
Однако с ней никто не считался — в усадьбе стали готовиться к свадьбе. Родители старались не ударить в грязь лицом перед будущими сватами. Все вокруг предвкушали богатый и весёлый пир. И лишь Мерида испытывала огромную боль и безвыходное отчаяние. В один момент она поняла, что это стало совершенно для неё невыносимо. И взяла отцовский кинжал...
В день, когда все приехали в дом для начала церемонии, уже одетая невеста одиноко стояла у себя в комнате, ожидая, когда к ней войдут, чтобы повести к жениху и гостям. За её спиной что-то блестело, крепко удерживаемое двумя руками. Вот к её двери приближаются шаги... Сердце так сильно застучало, что готово было выпрыгнуть из горла. Ручка повернулась, на пороге показались люди. Перед ними предстала новобрачная в шикарном чёрном платье с белым кружевным воротничком и с невероятной красоты короной, сияющей серебром в её тёмных волосах. Но её руки со всей силы сжимали острый кинжал.
- Никогда я не буду принадлежать этому человеку. — Твёрдо и уверенно говорила она. — Пусть Господь соединит меня с моим любимым на небесах!
Прежде, чем кто-то успел что-либо предпринять, холодный драгоценный металл уже вонзился девушке в живот. Лишь на короткий миг вскрикнув, она упала перед толпой замертво.
Глава 20
После четырёх долгих лет битв и сражений датчанам в итоге удалось разгромить шведов. Наконец-то Вигго может вернуться домой и заключить в объятия свою так давно не виденную любовь. Преисполненный радости, он приехал в родную сторону и стал спрашивать о Мериде.
- Не верна тебе оказалась твоя невестушка. — Отвечали ему. — Долго ходил к ней один человек, да и закрутила она с ним. Обрюхатил он её, да потом и бросил. Так она и себя, и дитя в отместку решила погубить. Погибла любимая твоя от кинжала, что вонзила сама себе в живот... Давно уже нет Мериды.
Земля ушла у парня из-под ног, лишь только он это услышал, а руки сами схватились за голову. Как она, сама невинность, могла быть способна на столь гнусное предательство? Как она могла совершить такой страшный грех? Вигго не мог, не мог поверить в это. Даже война со всей её жестокостью и потерями не смогла вызвать у насчастного столько слёз, сколько пролилось из его глаз в тот проклятый день.
Со временем народ стал говорить, что пропадает парень в кабаках. В конце концов хозяин поместья однажды выкрикнул:
- Иди куда хочешь, беспробудный пьяница! Отныне ты мне больше не сын. И забудь дорогу сюда.
- А не ты ли когда-то приложил руку к этому, папенька?
- Как ты смеешь?!
- Я с превеликим удовольствием уйду отсюда. Но помни — для меня ты человек презренный. Это я навеки отрекаюсь от тебя.
Глава 21
- Бросив напоследок слова проклятия, пошёл Вигго, куда глядели глаза. — Снова послышался громкий голос медиума. — А скоро нашли его. С удавкой на шее.
Послышался громкий хлопок. Образ страдальца со сдавленной шеей тут же исчез. Перед глазами двоих опять возникла маленькая комнатка и сидящий перед ними мужчина. Харви, сам того не осознавая, схватился за горло. Френс с немигающим взглядом повернулась к молодому человеку, а затем, пытаясь "переварить" только что полученную информацию, сильно нахмурилась и опустила глаза вниз.
- Поддельное письмо. — Тихо произнесла она.
- Я лишь "прочитал" небольшую, но крайне важную главу из вашей предыдущей жизни. Страницы которой безжалостно были вырваны. Но теперь всё склеилось воедино. И началась глава новая. — Медиум повернулся к Харви. — Назвать её вы уже должны будете сами.
Молодые люди посмотрели друг на друга.
- Мы лишили себя жизни. Мы — самоубийцы. — Неуверенно заговорил парень. — Мы были обручены... Но подлый обман нас разлучил... — Он взглянул снова на ясновидящего. — Вопрос лишь в том...
- Как вышло так, что вы сейчас снова смогли быть друг с другом?
Харви кивнул.
Мужчина поднялся со своего кресла и стал задумчиво расхаживать по помещению.
- Помнится, в каждой красивой истории, если двое влюблённых вдруг погибали, говорилось: "И воссоединились их души на небесах..."
Медиум взял в руки какой-то острый предмет и стал перебирать его.
- Я, кажется, говорил мистеру Дэвису, что, несмотря на всю свою жестокость, судьба может даровать шанс... Что же касается вашего случая. — Он снова окинул молодых людей взглядом. — То последним предсмертным желанием вас обоих было встретиться на том свете.
Человек вдруг подошёл к столу и положил на него ту блестящую вещь, что всё это время держал. Маленький искусно выточенный нож лёг аккурат перед скреплёнными в знак союза руками несчастных возлюбленных.
- Хоть и по вине чужих коварных деяний... Но вы собственноручно оборвали свои жизни. Потому и не смогли найти дорогу друг к другу, будучи "там".
Остриё ножа "смотрело" прямо на них.
- Кинжал! — Озарило Френс.
Она оживлённо стала дёргать Харви за плечо.
- Дама с кинжалом! Портрет которой висел у тебя!
Девушка повернулась уже к медиуму:
- Насчёт сна, который мне снился в ночь после того, как я увидела её. Если я — Мерида... То понятно, почему я тогда проснулась от жуткой боли!
Парень изумлённо посмотрел на неё.
- Картина послужила вам подсказкой. — Отвечал ей медиум. — И теперь пазл сложился. Многие вещи далеко не случайно попадаются нам на глаза. — Мужчина взглянул на Харви. — Равно так же, как и оказываются у нас.
Молодой человек был удивлён, но судя по выражению лица, не имел насчёт этого никаких вопросов.
- Надо же, — только и успел прокомментировать он, — уже не помню, откуда она у меня и появилась. Значит, — подперев рукой подбородок, — несмотря на то, что мы совершили ужасное, нам всё равно всё простили? — Спросил парень.
- Высшим силам, как известно, всё знать лучше, чем нам. Вы давали друг другу обещание. И, так или иначе, ложь оказалась разоблачена, а слова обещания — исполнены.
Глава 22
С каждым днём Нью-Йорк всё явственнее ощущал приближение зимы. Её дыхание уже было слышно повсюду. Седые тучи сгустились сегодня над городом. Первый в этом году снег, что густой белой стеной повалил с неба, всего за час полностью преобразил собою весь вид огромного мегаполиса. Припорошенный тонким мягким одеялом, он стал выглядеть иначе: всякая неприветливость абсолютно исчезла. Здания, улицы, и даже рекламные щиты — всё смотрелось теперь как-то совершенно по-другому. Появилось ощущение уюта и умиротворённости, а от прежней апатии и серости не осталось и следа.
Двое не спеша шли по одной из тех широких аллей, что пролегали в Центральном парке. Несмотря на разгар дня, лишь редкие люди попадались им на пути. Ветер разыгрался: он толкал их в спины, резвился в волосах, норовя их спутать. Потом вдруг с невероятной быстротой взлетал вверх, тревожил кроны высоких старых деревьев. И спускался снова.
Он и она шли молча, глядя лишь перед собой.
- Харви, — в какой-то момент взглянула она на своего спутника, — как мы это назовём?
- Торжество справедливости. — Послышался уверенный ответ.
- Да. Я думала дать то же название.
Они пошли дальше, взявшись за руки. Постепенно два силуэта растворились в снегопаде. Следы их вскоре напрочь замело.
