Арония растеряно молчала.
Михалап тем временем - используя паузу, расправившись с последней булочкой, деловито наливал себе чая. Наверное, уже седьмую чашку. Силён!
- Психолога? Единицу? Для меня? – немного оторопело проговорила, наконец, Арония, указывая домовому на сахарницу на тумбочке. - Но я в этой специальности ничего не понимаю, Семён Семёнович! Я же математик! А это предмет очень далекий от всяких депрессивных психозов. И это единственный термин, который я знаю из психологии. А! Ещё вспомнила: раздвоение личности и шизофрения! Три термина аж знаю! Но что они означают для профессионального психолога, для меня – тёмный лес.
- Не волнуйся, Санина! Для нас это неважно – про термины. А то, чем ты будешь у нас заниматься, решим позже. Но чем-то будешь – обещаю! – хмыкнул полковник. И насмешливо сказал: – Для тактики боевых действий против террористических бандформирований важно лишь одно: всех их к ногтю и - на Колыму. Лес стране заготавливать! Считаю, у тебя, Санина, это прекрасно получится! А если для тебя это важно – так и быть, оформим тебя в любой вуз. Куда захочешь! Окончишь его без отрыва от производства, как говаривали в старину. Только кому они нужны, эти корочки о высшем образовании, кроме отдела кадров? – пренебрежительно пробасил он. - Это ж всего лишь строчка в личном деле, а сколько суеты! Дело не в них! Занимайся тем, что Штабу потребуется - захватом террористов или же воспитанием юных пластунят. Есть и такая наметка, насчёт такой школы, - чуть сбавил он свой бас, который всё равно был слышен на весь дом. - Но это я говорю лишь тебе - по секрету. Вопрос пока находится на рассмотрении и уже почти решён. Короче – думай, Санина, скорей! Нам такой человек, как ты, просто необходим!.
- Зачем? – спросила девушка, думая о том, что – прежде чем открывать пластунскую школу, Щеглову не худо б было спросить её согласие.
– Для предотвращения катастроф в жилых массивах, - отчеканил в ответ Щеглов. - Для поиска террористов! И для уничтожения…
- Ворогов? – вскинулась та.
- Правильное слово, Санина! Именно так: для поиска и обезвреживания злых ворогов, препятствующих безопасной и мирной жизни граждан нашей страны! – одобрил полковник. – Да что я тут распотякиваю? –рассердился он. – Видишь, ты ж сама всё прекрасно понимаешь – придёшь к нам работать и будешь Родину защищать! – заключил Щеглов. –У тебя есть к этому способности. Так что думай, Санина! А завтра с утра - в одиннадцать ноль-ноль, я жду твоего звонка.
- Есть, товарищ полковник! – вдруг браво ответила девушка.
— Вот! Слышу разумные речи! Ты уже и в службу вникаешь, Санина! - хмыкнул Щеглов. - До завтра! – И отключился.
Арония с иронией посмотрела на Михалапа, дохлёбывающего чай из своей большой чашки. И подумала:
«Эх, знал бы полковник Щеглов, какой странный у меня сейчас гость, да какие чудные беседыведёт с ним Санина - будущий штатный психолог! То-тоб поразмыслил, прежде, чем приглашать её в штат. А настоящий психолог Штаба сразу определил бы у меня шизофрению с уклоном в депрессивный психоз и раздвоение личности, - усмехнулась она. – Вмиг бы забраковал мою кандидатуру в единицы и дал бы от ворот поворот такому коллеге! Им на службе сумасшедшие «без надобностев» - как сказал бы Михалап. Их и так в избытке вокруг!
А про ворогов и про Родину Щеглов… красиво сказал. Совсем как мой батька Фома говаривал…»
Но потом встряхнула головой и огляделась.
Надо снова возвращаться к нашим «баранам» - к Ратобору с оборотнями, будь они неладны!
Тут подал голос домовой Михалап:
- Ну чо, Аронеюшка? Служивым теперя станешь? Башибузуков бушь бить? – прищурился он, сёрбая свой чай – практически, сироп. - Знатное це дило! Батько Фома гордился б!
- Ой, пока я ничего не знаю! Кого буду бить! И за что! И где? - отмахнулась Арония. – Сначала б с Ратобором разобраться, да бабулю выручить. А про Щеглова я завтра буду думать! Ему ж к одиннадцати ответ от меня уже требуется, - вздохнула она. - Голова идёт кругом!
— Вот и надоть бы до завтрева всё порешать, - безапелляционно заявил Михалап, отставляя чашку. - Аль ты думашь, что ста… Полинке там, в полоне, шибко хорошо? Аль - что Ратобор от тебя просто так отступится? Ему Калинов клад с царскими сокровищщами шибко нужон! А, значица - и ты!
- И что? Не лететь же мне, и вправду, к нему на Мальдивы? К волку в пасть? Чтоб до завтра всё порешать! – И задумалась: - А если полечу, я там буду, наедине с этим монстром! Не справлюсь. Да и не отпустит он уже меня назад!Если и живой оставит, то там бросит. Ратобор ведь многих купцов когда-то на острова ссылал! Они там кокосы и бананы ели - для исправления. Наказанье у него такое. Вот и оставит меня на Мадивах!
- Куды это? Кто ето? Манль… дивы? Чо, там, и правда, дивы есть, что ль? - заинтересовался домовой. – И кокосия есть? Видал я таких колысь - у енерала! Больша диковина была! А, може, и дива!
- Есть и кокосы - кивнула Арония. – На Мальдивах всё есть: море, пальмы, белый песок и чайки. И там всегда лето, Михалап. Там и печей-то нет!
- Во, как! И взаправду - дивы, - удивлённо покачал головой Михалап. - Так давай и я с тобой туда отправлюся, - вдруг заявил он. – Шоб уж ты не одна тама была! Помогу, если чо. Я ж с полтыщи лет уж живу, много чо умею та знаю, - заявил он.–А ить моря ишшо ни разу не видал! И ентих, как их – пальмов, тожеть. А хто это? Про чайков, положим, знаю маленько. Енто птицы! Токо, слыхал, больно орастыи оне.
- Пальмы-то – кто? – усмехнулась Арония. - Деревья это, Михалап. Тонкие такие, как спицы, и высоченные, как башни. И листья - будто большие веера. А ты, и правда, готов на Мальдивы со мной отправиться? – удивилась она. — Это ж опасно! Там Ратобор! И мы ведь оттуда можем не вернуться. По крайней мере – ты. Если он меня… смерти предаст, - завернула она словечки в стиле домового.
- Так - и пусть! – махнул тот длинной рукой. - А зачем мне здея пустая Акимова хата? Колы добрые хозяевА её покинули? Ста… Полинка там, ты - тожеть на эти «дивы» подаёшься, а я – чо ж? И я - за вами следом! Ратобору только сокровищща нужна – отдай их ему! – милостиво согласился Михалап. – А мыю будэмм возле той спицы пальмовойобитать, ежели не вернёмси, - решил он. - Раз уж там – на «дивах», завсегда лето и коксия- проживэм. Може, я и дупло найду, - прикинул он. – Заместо поддувала.
Арония чуть не рассмеялась, представив два фосфоресцирующих глаза в пальмовом дупле. Как местные жители – загорелые аборигены, это воспримут? Наверное, станут той пальме поклоняться, кокосия к её подножию носить – домовому понравится. Вместо плюшек будут...
- Токмо мне б чемоданчик надоть, Аронея! Желательно - фибровый! Ён воздуха пропускае. Штоб я в ём поселился и без препонов в эти дивы добраться, - деловито заявил Михалап. - Есть у тебя таковой? Шоб помене был - наподобие оклунка моего? – потребовал он, считая вопрос о его путешествии на Мальдивы уже решённым. - Я б мог, мабуть, и в мешке, чи в оклунке туда податься, так вы ж - нынешние, с такими в дорогу не ходите.
- Чемода-ан тебе? То есть – мне? - усмехнулась Арония. - То-то Ратобор оторопеет, увидев меня на Мальдивах с чемоданчиком! Или сразу уж - с мешком! Типа - принимай меня, князь Иглович! Прибыла ваша невеста! И сразус багажом –чтоб тут же в своё свадебное путешествиеотправиться! Ха!Да он обрадуется,даже если он будет фибровым! – криво улыбнулась она. – Ну-ка, клад наследный не делить!
Девушка ни на секунду не подумала о том, что Михалап, и вправду, поедет с ней на "дивы". Что там делать российскому домовому? Где прятаться, если в спице дупла не найдётся? Или аборигенам не понравится, что на их исконномдереве новая «дива» завелась? Придётся поселиться Михалап в чемодане -наподобие палатки его раскинуть, .от дождя и солнца.Ведь живут же там в пальмовых шалашах.
«Хотя, не до домового тут с его причудами! – спохватилась девушка. - Ратобор с его кознями, да бабуля под гипнозом- важнее…»
— Вот и пусть себе князь Иглович радуется! –заявил вдругдомовой. –Пущай думат, што ты его невеста! Памороки ему чемоданом забьём! – воскликнул он азартно. - Голову яво непутёву задурим! Ты, Аронеюшка, будь хитрой - аки змей! А то больно проста – як штык! Так ведьмовски дела не деются! – резюмировал Михалап.
Похоже, он уже воочию предвкушал своё появление на «дивах», у пальмы-спицы рядом с морем – глаза его так разгорелись– прожекторами. И советы ждавал уже уверенно – как соратник...
Арония, криво усмехнувшись, только отмахнулась – не сторонник она интриг и дворцовых каверз. Да и не ведьма вовсе. Но что толку ему говорить про то?
- А ты тоже, смотри, меня не выдавай! – вдруг спохватился домовой. – Хватэз мэнэ Явдохи с её фостом! Ему знать не положено про тэ, шо Старинушка мнепро него доложил, а я -тоби! Ишо ты про его делаз Ариной в курсах, а опосля и з Калиною прознала! И про то, сколь от его народу полегло – Хранителей, та кладоискателей, та ведьм с нетопырями! Уси ж думают, шо вин солидный бизен… бинем… В опчем - купец. Особливопомни, шо не можно называтьйого Игловичем! То ж когда было-то! – всплеснул он руками. - Усё быльём поросло и про тэ ныне нихто уж не знае, окромя Старинушки з Лсовиком! Ну, теперя исчо и мы с тобою. Ён же ж теперя и вовсе, как его… А – Сиборов ён! Так його и зови!
- Какой ещё Сиборов? Да я вообще его фамилию знать не хочу! – отмахнулась Арония. – Он мне представился Ратобором, тёмным магом, так я его и обзываю! Какой ещё «бизнем»? на ворованном – большего он и не заслуживает!
– Так… Надоть мне приодеться малость, Аронеюшка! Всё ж на дивы еду глядеть, - отозвался домовой, не слушая её и критически себя оглядывая. - Сапоги юфтевые… Мурмолку всенепременно... И кафтанчик, - бормотал он. – А куфайку и штаны – в угол их! Енто потом. ежели вернуся - с ремонтирую...
Он ещё что-то бубнил, осматривая себя, и не замечая недоумения на лице Аронии.
- Не пойму я, Михалап – а как ты собираешься добраться на Мальдивы? Как - решить все вопросы до завтра? Ведь у меня даже билетов на самолёт до Мальдив нет! Допустим, я слышала, что виза туда не нужна - если едешь не на долго. Но сразу добратьсяна этот далёкий остров не так просто. Сначала надо в Москву лететь. А там жу – на Мальдивы. Да и свободные рейсы…
- Хто? – отвлёкся от перечисления предметов своего будущего гардероба домовой. – Билетья? Рельсы? Так, а на шо оне нам? – выпучил он глаза.
- А как? Зайцами?
- Каки ишо рельсы, каки билетья? – отмахнулся тот. – И зайцами ни в кого кидаться не будэмо? Дэ их взять-то? А ежели куда надоть, так у мэнэ за балкой бабкино «зерцало» бестолку простаивает. Рази ж оно не выручит тута? - удивился он. - Чи – как его звать? А! Вот как - «пуртал» оно звётся! – хлопнул он себя по лбу. – Им-то мы и нырнём сразу на твою пальмову спицу! Без билетьев, "рельсов", зайцев и Московии!
А хто енто такая – «виза-то»? –поинтересовался домовой.
Но Арония не ответила ему . Она встала и замерла, хлопая глазами– не хуже Михалапа.Токо не светила ими. Апотом радостно воскликнула:
- И правда! Как же я забыла про твой портал, Михалапушка?Действительно, обойдёмся без«билетьев» и без зайцев! Этот наглый Ратобор и меня, что ли, загипнотизировал?
- Так це не дивительна вовсе, - важно кивнул домовой. – Затуркалася ты, Аронеюшка! А хто б - нет? То ентот клепно-ман саму тебя скрал, то бабку твою – тож… клепо… манствал, а то Щеглы в службу тебе зовут! В штабЫ! Сама ж говорила – голова кругами идёт! Вот я и хочу помогать - навспомнаю тебе, шо есть же бабкино «зерцало» за балкой! Которо под твоим запретом, - почесал он ухо. - Чего ж не взять его? И – ну его, запрет! Коль шибко надоть!
А «виза-то» кто енто такая? – опять озадачено переспросил домовой. - Без её на «дивы» ныяк?
- Документ это разрешительный, по приезде проверяют. Но если ненадолго приехал, то так пускают, - отмахнулась девушка, прикидывая – есть ли на Мальдивах другой «пуртал»? Куда она «нырнёт»-то? На какую спицу попадёт? Может, в океане окажется – чем не «зерцало»? Только без краёв в некоторых местах…
- А шо будэ, колы мы на дивах на вовсе зачепимся?– заволновался домовой. – Стрелить нас будут, чи як?К примеру - енти купечески дети, шо там народилися – за свои кокосья мстить?
Арония, решив, что у неё нет другого выхода – придётся нырять, а там – как повезёт. Но это же выход - всё порешать до завтра, как предлагал домовой.
И она – решив, что это возможно, принялась вальсировать по комнате, а потом - вокруг домового, напевая:
- Есть у нас зерцало – пела она. - Без визы пробьюся на Мальдивы! Авось да вывернусь!
- Дык мне-тошо тоды? Сбиратся на эти дивы? Чи як? – разочарованно вопросил Михалап, вертя вслед за ней головой.
Получилось так, чтоголова его, следя за ней, пошла… вокруг своей оси.А глаза-фонарикивертелись следом…
– Завтрева ить скоро! – бормотал он недовольно. – До плясок ли, Аронея?
Ему это, наверное, было не в диковинку – так головой вертеть. Причём, похоже, все его рыжие меха тоже пустились вращаться следом. И он превратился в размытый шар. Значит, это не меха у него вовсе, а какая-то энергетическая субстанция?
Девушка, опешив, остановилась перед ним, осматривая домового будто шкаф перед покупкой. Вот – чудо-то! Действительно ведь он другой породы! Одним словом - дух, сущность, нежить. То есть – не живущий.
И тут же голова домового, прокрутившись ещё на сто восемьдесят градусов, замерла перед ней в нормальном положении. Меха его тоже утихомирились. Блымая пронзительно-жёлтыми глазами-фонариками, Михалапуставился на неё осуждающе.
- Наплясалась? Дык, чо дальше-то? – осуждающе спросил Михалап.
«Силё-ён домовой! А что, взять его с собой на «дивы»? – прикидывала Арония варианты тем временем. – Чем он мне помешает, сидя в чемодане? Ему уже лет пятьсот – сам говорил! И Михалап многое умеет – вон как дом шатал и жильцов выживал! Такой - уж точно, там, на месте что-то придумает. Какую-нибудь каверзу. А нет – отвлечёт мага - как Евдокию, например, - вертелись в её голове мысли - видно от головокружительного танца. - А мы с бабулей тем временем можем сбе… - И спохватилась: -- Куда там - сбежать! Ратобор нас везде найдёт! А Михалап может от мага и пострадать? - критически оглядела она его – уже не вертящегося. И оказалось, что вблизипри дневном свете он весь будто клубился, не имея чётких границ. – НЯсное дело – энергетическая структура. Не биологическая. А чего ж он тогда плюшки так любит? Чтобы материализоваться немного? Короче – неважно!А, что ему «сдеется» - как он говоривал? Шару-то! - решила она. -Нечисть же практически бессмертна! А Ратобор, хоть иведьмак – обычный человек! - заключила она. – Короче – надоего брать! На «дивы»! - постановила она. - А там, на месте, будет видно!
Хотя, что там могло быть видно на месте – большой вопрос. Разве что - море. И «кокосья», если повезёт.
И Арина заявила:
- Так, Михалапушка, хватит нам чаи гонять! Пора за дело браться!
- Дык, я – чо? Давай возьмёмся за его! За дело! – согласился тот, испытующе глядя на неё.
- В первую очередь, - забирая поднос и составляя на него посуду, сказала ему девушка, - мне надо доставить Евдокию и Силантия к Фаине - от греха подальше!Не бросать же их здесь? И тут нас опять выручит твой «пуртал», Михалап. Придётся с него запрет снимать. Ноя хозяйка или кто? И как я про него забыла? – посетовала она. -
Михалап тем временем - используя паузу, расправившись с последней булочкой, деловито наливал себе чая. Наверное, уже седьмую чашку. Силён!
- Психолога? Единицу? Для меня? – немного оторопело проговорила, наконец, Арония, указывая домовому на сахарницу на тумбочке. - Но я в этой специальности ничего не понимаю, Семён Семёнович! Я же математик! А это предмет очень далекий от всяких депрессивных психозов. И это единственный термин, который я знаю из психологии. А! Ещё вспомнила: раздвоение личности и шизофрения! Три термина аж знаю! Но что они означают для профессионального психолога, для меня – тёмный лес.
- Не волнуйся, Санина! Для нас это неважно – про термины. А то, чем ты будешь у нас заниматься, решим позже. Но чем-то будешь – обещаю! – хмыкнул полковник. И насмешливо сказал: – Для тактики боевых действий против террористических бандформирований важно лишь одно: всех их к ногтю и - на Колыму. Лес стране заготавливать! Считаю, у тебя, Санина, это прекрасно получится! А если для тебя это важно – так и быть, оформим тебя в любой вуз. Куда захочешь! Окончишь его без отрыва от производства, как говаривали в старину. Только кому они нужны, эти корочки о высшем образовании, кроме отдела кадров? – пренебрежительно пробасил он. - Это ж всего лишь строчка в личном деле, а сколько суеты! Дело не в них! Занимайся тем, что Штабу потребуется - захватом террористов или же воспитанием юных пластунят. Есть и такая наметка, насчёт такой школы, - чуть сбавил он свой бас, который всё равно был слышен на весь дом. - Но это я говорю лишь тебе - по секрету. Вопрос пока находится на рассмотрении и уже почти решён. Короче – думай, Санина, скорей! Нам такой человек, как ты, просто необходим!.
- Зачем? – спросила девушка, думая о том, что – прежде чем открывать пластунскую школу, Щеглову не худо б было спросить её согласие.
– Для предотвращения катастроф в жилых массивах, - отчеканил в ответ Щеглов. - Для поиска террористов! И для уничтожения…
- Ворогов? – вскинулась та.
- Правильное слово, Санина! Именно так: для поиска и обезвреживания злых ворогов, препятствующих безопасной и мирной жизни граждан нашей страны! – одобрил полковник. – Да что я тут распотякиваю? –рассердился он. – Видишь, ты ж сама всё прекрасно понимаешь – придёшь к нам работать и будешь Родину защищать! – заключил Щеглов. –У тебя есть к этому способности. Так что думай, Санина! А завтра с утра - в одиннадцать ноль-ноль, я жду твоего звонка.
- Есть, товарищ полковник! – вдруг браво ответила девушка.
— Вот! Слышу разумные речи! Ты уже и в службу вникаешь, Санина! - хмыкнул Щеглов. - До завтра! – И отключился.
Арония с иронией посмотрела на Михалапа, дохлёбывающего чай из своей большой чашки. И подумала:
«Эх, знал бы полковник Щеглов, какой странный у меня сейчас гость, да какие чудные беседыведёт с ним Санина - будущий штатный психолог! То-тоб поразмыслил, прежде, чем приглашать её в штат. А настоящий психолог Штаба сразу определил бы у меня шизофрению с уклоном в депрессивный психоз и раздвоение личности, - усмехнулась она. – Вмиг бы забраковал мою кандидатуру в единицы и дал бы от ворот поворот такому коллеге! Им на службе сумасшедшие «без надобностев» - как сказал бы Михалап. Их и так в избытке вокруг!
А про ворогов и про Родину Щеглов… красиво сказал. Совсем как мой батька Фома говаривал…»
Но потом встряхнула головой и огляделась.
Надо снова возвращаться к нашим «баранам» - к Ратобору с оборотнями, будь они неладны!
Тут подал голос домовой Михалап:
- Ну чо, Аронеюшка? Служивым теперя станешь? Башибузуков бушь бить? – прищурился он, сёрбая свой чай – практически, сироп. - Знатное це дило! Батько Фома гордился б!
- Ой, пока я ничего не знаю! Кого буду бить! И за что! И где? - отмахнулась Арония. – Сначала б с Ратобором разобраться, да бабулю выручить. А про Щеглова я завтра буду думать! Ему ж к одиннадцати ответ от меня уже требуется, - вздохнула она. - Голова идёт кругом!
— Вот и надоть бы до завтрева всё порешать, - безапелляционно заявил Михалап, отставляя чашку. - Аль ты думашь, что ста… Полинке там, в полоне, шибко хорошо? Аль - что Ратобор от тебя просто так отступится? Ему Калинов клад с царскими сокровищщами шибко нужон! А, значица - и ты!
- И что? Не лететь же мне, и вправду, к нему на Мальдивы? К волку в пасть? Чтоб до завтра всё порешать! – И задумалась: - А если полечу, я там буду, наедине с этим монстром! Не справлюсь. Да и не отпустит он уже меня назад!Если и живой оставит, то там бросит. Ратобор ведь многих купцов когда-то на острова ссылал! Они там кокосы и бананы ели - для исправления. Наказанье у него такое. Вот и оставит меня на Мадивах!
- Куды это? Кто ето? Манль… дивы? Чо, там, и правда, дивы есть, что ль? - заинтересовался домовой. – И кокосия есть? Видал я таких колысь - у енерала! Больша диковина была! А, може, и дива!
- Есть и кокосы - кивнула Арония. – На Мальдивах всё есть: море, пальмы, белый песок и чайки. И там всегда лето, Михалап. Там и печей-то нет!
- Во, как! И взаправду - дивы, - удивлённо покачал головой Михалап. - Так давай и я с тобой туда отправлюся, - вдруг заявил он. – Шоб уж ты не одна тама была! Помогу, если чо. Я ж с полтыщи лет уж живу, много чо умею та знаю, - заявил он.–А ить моря ишшо ни разу не видал! И ентих, как их – пальмов, тожеть. А хто это? Про чайков, положим, знаю маленько. Енто птицы! Токо, слыхал, больно орастыи оне.
- Пальмы-то – кто? – усмехнулась Арония. - Деревья это, Михалап. Тонкие такие, как спицы, и высоченные, как башни. И листья - будто большие веера. А ты, и правда, готов на Мальдивы со мной отправиться? – удивилась она. — Это ж опасно! Там Ратобор! И мы ведь оттуда можем не вернуться. По крайней мере – ты. Если он меня… смерти предаст, - завернула она словечки в стиле домового.
- Так - и пусть! – махнул тот длинной рукой. - А зачем мне здея пустая Акимова хата? Колы добрые хозяевА её покинули? Ста… Полинка там, ты - тожеть на эти «дивы» подаёшься, а я – чо ж? И я - за вами следом! Ратобору только сокровищща нужна – отдай их ему! – милостиво согласился Михалап. – А мыю будэмм возле той спицы пальмовойобитать, ежели не вернёмси, - решил он. - Раз уж там – на «дивах», завсегда лето и коксия- проживэм. Може, я и дупло найду, - прикинул он. – Заместо поддувала.
Арония чуть не рассмеялась, представив два фосфоресцирующих глаза в пальмовом дупле. Как местные жители – загорелые аборигены, это воспримут? Наверное, станут той пальме поклоняться, кокосия к её подножию носить – домовому понравится. Вместо плюшек будут...
- Токмо мне б чемоданчик надоть, Аронея! Желательно - фибровый! Ён воздуха пропускае. Штоб я в ём поселился и без препонов в эти дивы добраться, - деловито заявил Михалап. - Есть у тебя таковой? Шоб помене был - наподобие оклунка моего? – потребовал он, считая вопрос о его путешествии на Мальдивы уже решённым. - Я б мог, мабуть, и в мешке, чи в оклунке туда податься, так вы ж - нынешние, с такими в дорогу не ходите.
- Чемода-ан тебе? То есть – мне? - усмехнулась Арония. - То-то Ратобор оторопеет, увидев меня на Мальдивах с чемоданчиком! Или сразу уж - с мешком! Типа - принимай меня, князь Иглович! Прибыла ваша невеста! И сразус багажом –чтоб тут же в своё свадебное путешествиеотправиться! Ха!Да он обрадуется,даже если он будет фибровым! – криво улыбнулась она. – Ну-ка, клад наследный не делить!
Девушка ни на секунду не подумала о том, что Михалап, и вправду, поедет с ней на "дивы". Что там делать российскому домовому? Где прятаться, если в спице дупла не найдётся? Или аборигенам не понравится, что на их исконномдереве новая «дива» завелась? Придётся поселиться Михалап в чемодане -наподобие палатки его раскинуть, .от дождя и солнца.Ведь живут же там в пальмовых шалашах.
«Хотя, не до домового тут с его причудами! – спохватилась девушка. - Ратобор с его кознями, да бабуля под гипнозом- важнее…»
— Вот и пусть себе князь Иглович радуется! –заявил вдругдомовой. –Пущай думат, што ты его невеста! Памороки ему чемоданом забьём! – воскликнул он азартно. - Голову яво непутёву задурим! Ты, Аронеюшка, будь хитрой - аки змей! А то больно проста – як штык! Так ведьмовски дела не деются! – резюмировал Михалап.
Похоже, он уже воочию предвкушал своё появление на «дивах», у пальмы-спицы рядом с морем – глаза его так разгорелись– прожекторами. И советы ждавал уже уверенно – как соратник...
Арония, криво усмехнувшись, только отмахнулась – не сторонник она интриг и дворцовых каверз. Да и не ведьма вовсе. Но что толку ему говорить про то?
- А ты тоже, смотри, меня не выдавай! – вдруг спохватился домовой. – Хватэз мэнэ Явдохи с её фостом! Ему знать не положено про тэ, шо Старинушка мнепро него доложил, а я -тоби! Ишо ты про его делаз Ариной в курсах, а опосля и з Калиною прознала! И про то, сколь от его народу полегло – Хранителей, та кладоискателей, та ведьм с нетопырями! Уси ж думают, шо вин солидный бизен… бинем… В опчем - купец. Особливопомни, шо не можно называтьйого Игловичем! То ж когда было-то! – всплеснул он руками. - Усё быльём поросло и про тэ ныне нихто уж не знае, окромя Старинушки з Лсовиком! Ну, теперя исчо и мы с тобою. Ён же ж теперя и вовсе, как его… А – Сиборов ён! Так його и зови!
- Какой ещё Сиборов? Да я вообще его фамилию знать не хочу! – отмахнулась Арония. – Он мне представился Ратобором, тёмным магом, так я его и обзываю! Какой ещё «бизнем»? на ворованном – большего он и не заслуживает!
– Так… Надоть мне приодеться малость, Аронеюшка! Всё ж на дивы еду глядеть, - отозвался домовой, не слушая её и критически себя оглядывая. - Сапоги юфтевые… Мурмолку всенепременно... И кафтанчик, - бормотал он. – А куфайку и штаны – в угол их! Енто потом. ежели вернуся - с ремонтирую...
Он ещё что-то бубнил, осматривая себя, и не замечая недоумения на лице Аронии.
- Не пойму я, Михалап – а как ты собираешься добраться на Мальдивы? Как - решить все вопросы до завтра? Ведь у меня даже билетов на самолёт до Мальдив нет! Допустим, я слышала, что виза туда не нужна - если едешь не на долго. Но сразу добратьсяна этот далёкий остров не так просто. Сначала надо в Москву лететь. А там жу – на Мальдивы. Да и свободные рейсы…
- Хто? – отвлёкся от перечисления предметов своего будущего гардероба домовой. – Билетья? Рельсы? Так, а на шо оне нам? – выпучил он глаза.
- А как? Зайцами?
- Каки ишо рельсы, каки билетья? – отмахнулся тот. – И зайцами ни в кого кидаться не будэмо? Дэ их взять-то? А ежели куда надоть, так у мэнэ за балкой бабкино «зерцало» бестолку простаивает. Рази ж оно не выручит тута? - удивился он. - Чи – как его звать? А! Вот как - «пуртал» оно звётся! – хлопнул он себя по лбу. – Им-то мы и нырнём сразу на твою пальмову спицу! Без билетьев, "рельсов", зайцев и Московии!
А хто енто такая – «виза-то»? –поинтересовался домовой.
Но Арония не ответила ему . Она встала и замерла, хлопая глазами– не хуже Михалапа.Токо не светила ими. Апотом радостно воскликнула:
- И правда! Как же я забыла про твой портал, Михалапушка?Действительно, обойдёмся без«билетьев» и без зайцев! Этот наглый Ратобор и меня, что ли, загипнотизировал?
- Так це не дивительна вовсе, - важно кивнул домовой. – Затуркалася ты, Аронеюшка! А хто б - нет? То ентот клепно-ман саму тебя скрал, то бабку твою – тож… клепо… манствал, а то Щеглы в службу тебе зовут! В штабЫ! Сама ж говорила – голова кругами идёт! Вот я и хочу помогать - навспомнаю тебе, шо есть же бабкино «зерцало» за балкой! Которо под твоим запретом, - почесал он ухо. - Чего ж не взять его? И – ну его, запрет! Коль шибко надоть!
А «виза-то» кто енто такая? – опять озадачено переспросил домовой. - Без её на «дивы» ныяк?
- Документ это разрешительный, по приезде проверяют. Но если ненадолго приехал, то так пускают, - отмахнулась девушка, прикидывая – есть ли на Мальдивах другой «пуртал»? Куда она «нырнёт»-то? На какую спицу попадёт? Может, в океане окажется – чем не «зерцало»? Только без краёв в некоторых местах…
- А шо будэ, колы мы на дивах на вовсе зачепимся?– заволновался домовой. – Стрелить нас будут, чи як?К примеру - енти купечески дети, шо там народилися – за свои кокосья мстить?
Арония, решив, что у неё нет другого выхода – придётся нырять, а там – как повезёт. Но это же выход - всё порешать до завтра, как предлагал домовой.
И она – решив, что это возможно, принялась вальсировать по комнате, а потом - вокруг домового, напевая:
- Есть у нас зерцало – пела она. - Без визы пробьюся на Мальдивы! Авось да вывернусь!
- Дык мне-тошо тоды? Сбиратся на эти дивы? Чи як? – разочарованно вопросил Михалап, вертя вслед за ней головой.
Получилось так, чтоголова его, следя за ней, пошла… вокруг своей оси.А глаза-фонарикивертелись следом…
– Завтрева ить скоро! – бормотал он недовольно. – До плясок ли, Аронея?
Ему это, наверное, было не в диковинку – так головой вертеть. Причём, похоже, все его рыжие меха тоже пустились вращаться следом. И он превратился в размытый шар. Значит, это не меха у него вовсе, а какая-то энергетическая субстанция?
Девушка, опешив, остановилась перед ним, осматривая домового будто шкаф перед покупкой. Вот – чудо-то! Действительно ведь он другой породы! Одним словом - дух, сущность, нежить. То есть – не живущий.
И тут же голова домового, прокрутившись ещё на сто восемьдесят градусов, замерла перед ней в нормальном положении. Меха его тоже утихомирились. Блымая пронзительно-жёлтыми глазами-фонариками, Михалапуставился на неё осуждающе.
- Наплясалась? Дык, чо дальше-то? – осуждающе спросил Михалап.
«Силё-ён домовой! А что, взять его с собой на «дивы»? – прикидывала Арония варианты тем временем. – Чем он мне помешает, сидя в чемодане? Ему уже лет пятьсот – сам говорил! И Михалап многое умеет – вон как дом шатал и жильцов выживал! Такой - уж точно, там, на месте что-то придумает. Какую-нибудь каверзу. А нет – отвлечёт мага - как Евдокию, например, - вертелись в её голове мысли - видно от головокружительного танца. - А мы с бабулей тем временем можем сбе… - И спохватилась: -- Куда там - сбежать! Ратобор нас везде найдёт! А Михалап может от мага и пострадать? - критически оглядела она его – уже не вертящегося. И оказалось, что вблизипри дневном свете он весь будто клубился, не имея чётких границ. – НЯсное дело – энергетическая структура. Не биологическая. А чего ж он тогда плюшки так любит? Чтобы материализоваться немного? Короче – неважно!А, что ему «сдеется» - как он говоривал? Шару-то! - решила она. -Нечисть же практически бессмертна! А Ратобор, хоть иведьмак – обычный человек! - заключила она. – Короче – надоего брать! На «дивы»! - постановила она. - А там, на месте, будет видно!
Хотя, что там могло быть видно на месте – большой вопрос. Разве что - море. И «кокосья», если повезёт.
И Арина заявила:
- Так, Михалапушка, хватит нам чаи гонять! Пора за дело браться!
- Дык, я – чо? Давай возьмёмся за его! За дело! – согласился тот, испытующе глядя на неё.
- В первую очередь, - забирая поднос и составляя на него посуду, сказала ему девушка, - мне надо доставить Евдокию и Силантия к Фаине - от греха подальше!Не бросать же их здесь? И тут нас опять выручит твой «пуртал», Михалап. Придётся с него запрет снимать. Ноя хозяйка или кто? И как я про него забыла? – посетовала она. -
