Теперь же эти жестокие, лишенные всех человеческих норм и морали люди хозяйничали в покорённом им городе, устанавливая свои порядки и устрашая и без того безропотно принявших участь жителей. Киря был среди этих покорившихся.
Когда к нему во время его ночной смены по вызову такси в салон сели три огромных мужика со связанной, голой, избитой женщиной, и, сунули изумленному Кире под нос какую-то корочку, которую он из-за мгновенно сковавшего его оцепенения даже не прочитал, мужчина безропотно поехал в названное место- всем известную лесополосу, расположенную чуть дальше пригородных дач.
Конечно, Киря сообразил зачем они туда едут. Единственное, чего он не понимал, то это зачем для такого страшного дела, эти чудовища вызвали такси? Неужели нельзя было это сделать на личном транспорте. Хотя ответ был всё -таки очевиден. Амбалы были пьяны настолько, что речи о том, чтобы управлять автомобилем даже не шло.
Но страх быть так же убитым, как ненужный свидетель, затмил все остальные чувства Кири.
И вот сидя в машине под прицелом одного из палачей и еле живой женщиной на заднем сидении, испуганный мужчина, как и тогда, вцепившись в руль, решал, что он может предпринять в этой кошмарной ситуации.
Его заставили заглушить мотор, но ключи из зажигания не забрали. Оставили одного из будущих убийц присматривать за жертвой и таксистом. Мужик был почти в невменяемом состоянии, но пистолет держал крепко и угрожающе, хотя и с сильными колебаниями. Остальные двое, с трудом ровно держась на ногах, скрылись за деревьями в ночной темноте, подсвечивая себе путь фонариками из мобильных.
Киря был уверен, что как только он заведет мотор, амбал в дорогой куртке выстрелит. И не один раз. Пусть он и пьяный, но расстояние между ними было столь мало, что у мужика был почти без проигрышный шанс попасть даже с закрытыми глазами.
Киря вновь взглянул на изувеченное лицо женщины. Из ее уцелевшего открытого глаза лились слезы и стекая по скуле и щеке смешивались с кровью изо рта. А губы продолжали молить о помощи.
В этот раз, как и тогда мелькнула мысль: а что ты, Киря, потеряешь, если тебя подстрелят? Нищенскую жизнь? Холостяцкое существование? Ни карьеры? Ни сбережений? Ни семьи? Зато умрёшь героем. С чистой совестью. А может быть даже и получится спасти человека и убежать от этих головорезов. Тогда твоя жизнь однозначно измениться. Хотя бы потому, что ты будешь в бегах. Ты же всегда мечтал о приключении. Говорил, что в жизни должно быть что-то, что можно вспомнить. Вот тебе и исполнение желания.
Ирония судьбы. Теперь в силу каких-то необъяснимых противоестественных явлений, Киря, заново переживая в деталях весь кошмар, знает, что будет с ним дальше, после этого чудовищного случая. Ведь ничего не изменилось. Он ничего не поменял в своей жизни. Ничего не смог добиться. Так может в этот раз всё-таки пойти на риск?
И тут же мерзкий внутренний голос, как и раньше более настойчиво и убедительнее зазвучал в голове: у тебя все впереди. Тебе нет и сорока. У тебя ещё будет много других шансов изменить свое жалкое существование. Не рискуй. Не надо. Кто тебе эта женщина? Родственница, близкая подруга? Ты её совсем не знаешь, чтобы рисковать ради нее своей жизнью. И, вообще, куда эта дура лезла со своей политической активностью? А если и залезла, то почему не сбежала из страны? Сама виновата. Тебе нужно о своей жизни думать. К тому же ты уже знаешь, что эти убийцы тебя отпустят, когда ты отвезешь их обратно уже без женщины. Так для проформы поугрожают оружием. Постращают. Но не тронут. К удивлению. А значит, тогда ты действовал правильно. Значит сейчас должен поступить так же.
Киря поймал себя на мысли о том, как же может повторяться течение мыслей человека в аналогичных ситуациях. Мало того, что событие полностью воспроизводится в той же хронологии, что и восемь лет назад, так и мысли вновь идут тем же самым ходом. И в том же самом порядке. И при этом даже знание своего будущего не меняет их сути.
Господи, да что же это за дэжавю такое?
Неожиданно для себя Киря пришел к выводу, что он все-таки на данный момент видит либо сон, либо галлюцинацию. Похоже, он был прав, и с товарищами просто отравился в этом жутком старом доме. А мозг под кайфом разыграл с ним злую шутку, вытащив из сознания самый страшный момент в его жизни, из-за которого его до сих пор гнетут муки совести.
Хорошо, а если сразу наклониться вбок и спрятаться за панель, и затем запустить мотор и нажать на газ, чтобы наехать на амбала с пистолетом. И пусть стреляет в лобовое стекло. Он пьяный не сразу сообразит, что водителя не видно за рулём. Предупредить женщину, чтобы наклонилась, и рискнуть. В голове возник один из самых удачных и реализуемых планов побега, который он неоднократно прокручивал в мозгу, в хмельном угаре анализируя что он мог бы тогда сделать, чтобы сейчас не чувствовать себя подонком, трусом и мразью. Ведь при таком раскладе были все шансы удрать и даже стать героем, спасши человека. Рискнуть?
А если у амбала полная обойма? И он начнет палить не по стеклу, а по колесам. Опять же расстояние такое, что он не промажет. Ох, уж этот голос самосохранения! Его аргументы звучат не менее убедительно. Судя по тому, как мужик держит пистолет, понятно, что ребят, подобных ему, учат пользоваться оружием до автоматизма. Похоже, что и с военной подготовкой у него все отлично. И нет гарантии, что даже будучи сильно пьяным, он не успеет среагировать на стремительный толчок машины, после заведённого мотора и не только сможет отскочить в сторону, а у него ещё и произойдет мобилизация всех реакций организма, и тогда он точно расстреляет автомобиль и не даст ему уехать.
И ещё. Хорошо. Ты - счастливчик и герой. Ты удрал с не состоявшейся жертвой расправы. Дальше что? Ты привезёшь ее к себе в однушку старой хрущевки? Спрячешь в совдеповском шкафу? Твое такси будет вычислено за пятнадцать минут. Квартира- через двадцать. А все выезды из города будут перекрыты подобными беспринципным амбалами через полчаса. К тому же трезвыми. К друзьям и знакомым ехать бессмысленно. Во первых, откажут в приюте. Во-вторых, было бы эгоистичным втягивать людей в свой безумный поступок и подвергать их жизни опасности. Итак. Дальше что?
Голос разума рубил с плеча голову, где всё ещё теплились мысли о побеге.
И последнее. И главное. Сейчас идут игры разума. Он воспроизводит давнюю, мучавшую тебя ситуацию, из которой ты уже вышел живым. Живым! Хочешь жить? Повтори ее. И всё.
И в этот момент последний тихий импульс мозга с информацией о возможности побега растворился в кричащем голосе циничного разума.
Киря больше не оборачивался. И не смотрел в зеркало заднего вида. Он расслабился, откинулся на спинку водительского сидения и закрыл глаза, чтобы не видеть, что будет дальше. В конце концов он уже один раз был свидетелем того, как человека вели на казнь. Киря не хотел снова видеть эти моменты.
Он все великолепно помнил.
Сейчас откроется задняя дверь салона...
Щёлкнула ручка и со скрябущим звуком распахнулась дверца пассажирского места сзади Кири, окатив его раскалённую голову порывом промозглого, ночного, декабрьского ветра. Громкий смех палачей. Звуки нескольких звонких ударов. Затем раздалось жалостливое мычание, переходящее в не человеческое отчаянное скуление. В спинку водительского сидения несколько раз ощутимо ударили. Дверь осталась открытой. Киря продолжал сидеть с закрытыми глазами.
Он все великолепно помнил.
В прошлый раз он наблюдал, сжавшись в комок и трясясь, словно от лихорадки, от страха, как женщина умудрилась вырваться из рук мучителей и бросилась к машине. Она добежала до капота. Блуза не скрывала ее обнаженного, покрытого синяками, ссадинами и кровавыми разводами, освещённого светом фар тела. Женщина упала на капот и в последний раз взглянула на Кирю. И в тот раз он отвёл глаза. Затем раздался выстрел. Он спрятался за панель. А когда, наконец, набрался смелости выглянуть, то увидел двух амбалов за руки тащущих по промерзлой лесной земле тело женщины лицом вниз к ближайшим деревьям. А на ее спине, на белоснежной блузе, быстро расползалось режущее глаз бордовое пятно.
Он все великолепно помнил.
И поэтому на этот раз предпочел ничего не видеть.
Потом все происходило так, как и восемь лет назад. Амбалы вернулись в салон без женщины. Ржали и несли пьяный бред на непонятном Кире новом государственном лающем языке. Продолжали хлебать виски из горла бутылки по очереди и приставлять дула пистолетов к затылку мужчины. Естественно, с ним никто не рассчитался. Убийцы вышли недалеко от дорогого ресторана. А Киря сразу же поехал домой.
Все, как в прошлый раз. Он жив. Здоров? Невыносимо болела нога. К ней присоединилось бедро и часть паха. Да и руки своей он почти уже не чувствовал.
Киря с трудом поднялся на четвертый этаж своего дома. Долго пытался попасть в замочную скважину. Зайдя в прихожую, он без сил сполз по стене прямо на пол.
Какая страшная, реалистичная, невыносимо тяжёлая галлюцинация.
Киря, сидел, прижавшись к висящим на вешалке вещам в прихожей, вытянув ноги.
Он так долго заставлял себя забыть этот кошмар. Он успокаивал себя различными аутотренингами и самовнушением, оправданиями и алкоголем. Он практически успокоился и не вспоминал произошедшее. Долбанная галлюцинация. Долбаный дом. Долбанная старуха со своим подвалом. Всё вернули на начало. Словно не было этих восьми лет после.
Киря поднялся, сбросил кроссовки и пуховик и прошел в комнату. На пороге он встал, как вкопанный. Да. Теперь он точно убедился, что находится в галлюциногенном кошмаре.
На разложенном диване лежала, повернувшись в дверному проходу своим внушительным задом, прикрытым ватным одеялом, Галя. Сердце Кири ёкнуло и остановилось, а затем с нарастающей частотой стука ударило давлением в голову.
Слезы брызнули из глаз изнеможденного мужчины. Он тихо подошёл к дивану и аккуратно лег рядом с Галей, прижавшись к ее спине и мягким рыхлым ягодицам и уткнувшись носом в ее затылок, зарылся лицом в густых выбеленных волосах.
Это точно было в прошлой жизни. Его сожительница Галя, не выдержав постоянных запоев Кири и так и не добившись от него признания, что же произошло той злосчастной ночью, после которой она перестала его узнавать, ушла, собрав свои вещи, к своим пожилым родителям.
Киря ее не остановил. Более того, он даже не попытался ее вернуть. Он не отвечал на ее звонки и сообщения. Молчал при встрече. И Галя вскоре успокоилась и вычеркнула его из своей жизни.
А он любил ее. Ему нравилась ее чрезмерная полнота, спокойный нрав, нетребовательность и хозяйственность. Его вполне устраивал с ней секс и время, когда они, потягивая пиво, смотрели какую- нибудь очередную неудачную голливудскую киноновинку. Киря даже хотел на ней жениться и завести детей. Почему он ее не остановил? Почему поступил, как подонок, даже не объяснив ей причину своего поведения? Она бы поняла. Она бы вернулась.
Но после того, как он не слышал о Гале больше года, Киря неожиданно узнал, что она умерла. От инсульта. Ей не было и тридцати пяти... Он после этого месяц был в жестоком запое. И попал в больницу. Где принял решение закодироваться. Но так этого и не сделал. И на могиле Гали ни разу не был.
И сейчас в этой жуткой галлюцинации она лежала на диване, тихо сопя во сне. Живая. Горячая. Родная...
Киря заливался слезами. Господи, ну когда же попустит. У него уже не выдерживали нервы и мучительно тянуло сердце.
Мужчина положил руку на талию Гали и притянул ее тело к себе. Женщина тихо замычала, просыпаясь. Потянулась вперёд в журнальному столику , зажгла стоящую на нем лампу и повернула в вспыхнувшем свете ночника лицо к Кире.
Это было лицо не Гали...
Это было лицо убитой женщины активистки.
Киря отскочил от тела и упал на пол с дивана.
Он видел нависающие над ним с высоты разбитое окровавленное лицо с одним глазом, который теперь смотрел на мужчину не с мольбой и отчаянием, а с нескрываемой яростью. Губы женщины растянулись в неестественно широкую жуткую улыбку. Она медленно наклонила голову на бок и открыла рот, из которого прямо на сидевшего в оцепенении на полу мужчину выплеснулся поток крови, полностью залив и забрызгав его. От мерзкой жижи и удушливого металлического запаха Кирю стошнило прямо на себя. Женщина чуть приблизила лицо с открытым ртом к нему, и Киря увидел, что у нее был отрезан язык.
- Эх, ты, Киря, Киря,- старческий каркающий голос раздался сзади мужчины. Он мгновенно обернулся. На пороге комнаты на фоне темноты коридора и освещённое слабым светом ночника стояло чудовище из подвала старого дома. Оно не шевелилось и смотрело на происходящее с явным удовольствием.
- Ты ж столько раз молил дать шанс тебе всё исправить. Искупить вину. Воротить себе покой. И тебе, счастливчик, сама преисподняя дала такой шанс,- продолжала баба Грида.- Причем исправить именно то, где ты смалодушничал и обосрался. А ты шо? А ты, Киря, ничего не изменил. Ты так и не рискнул. Ты упустил свой шанс.
Киря скрутился на полу от резкой обжигающей боли в животе и груди. Рука уже не работала. Нога тоже. Киря не мог вздохнуть. Он вытаращил слезящиеся глаза и открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба.
- Знаешь, касатик, почему эти головорезы не пристрелили тебя следом за той несчастной женщиной, и отпустили восвояси целехоньким?- спросила старуха и тут же ответила.- То було для устрашения, Кирюша. Ты, как таксист, балабол, должен был по секрету разнести рассказ об ихней экзекуции по городу. Чтобы народец ещё большн боялси. Чтобы не дёргалси. И тут ты не выполнил требуемого. Замолчал свой грех.
А знаешь, касатик, чтобы было, если бы ты рискнул и завел мотор своей тарантайки? У судьбинушки твоей лежал план на такой твой поступок. Начнем с того, что ни тебя, ни машину твою не прострелил бы той бугай. У него ружжё б заклинило. Такое часто бувает. А Вы с Еленой Владимировной сховались у ейных подпольных друзей, которые бы вывезли вас за кордон через месяц. Кстати, благодаря подвигу твоему, она б любовь с тобой закрутила. И был бы ты любим и счастлив. И жизню бы поменял, и приключение бы, как хотел, случилось. Но...
Вообщем, касатик, не смог ты возвратиться в человечий мир...
Старуха растворилась в воздухе. Вместе с ней исчезла и Галя- женщина- активистка.
Киря от боли уже с трудом соображал что - либо. Но из последних сил поднял голову и оглянулся вокруг.
Он уже не был в своей однушке в хрущевке. Он вновь был в подземном коридоре под старым хуторским домом. Увитые ползущими и шевелящимися корнями стены, покрытые белыми светящимися облаками из тонких переплетённых ниточек. Миллионы червей собирались в одном месте.
Перед тем, как сердце Кири не выдержало и разорвалось, он увидел себя, сидящего в этом же коридоре напротив, почти полностью облепленного светящимся облаком. Точнее, он увидел то, что от него оставалось. До костей были выедены и желтели в белоснежных клубах нога, бедро, часть позвоночника. Виднелись рёбра. Было объедено лицо и рука.
Киря открыл широко рот в последнем ужасающем крике, но уже не смог издать даже писка...
Когда к нему во время его ночной смены по вызову такси в салон сели три огромных мужика со связанной, голой, избитой женщиной, и, сунули изумленному Кире под нос какую-то корочку, которую он из-за мгновенно сковавшего его оцепенения даже не прочитал, мужчина безропотно поехал в названное место- всем известную лесополосу, расположенную чуть дальше пригородных дач.
Конечно, Киря сообразил зачем они туда едут. Единственное, чего он не понимал, то это зачем для такого страшного дела, эти чудовища вызвали такси? Неужели нельзя было это сделать на личном транспорте. Хотя ответ был всё -таки очевиден. Амбалы были пьяны настолько, что речи о том, чтобы управлять автомобилем даже не шло.
Но страх быть так же убитым, как ненужный свидетель, затмил все остальные чувства Кири.
И вот сидя в машине под прицелом одного из палачей и еле живой женщиной на заднем сидении, испуганный мужчина, как и тогда, вцепившись в руль, решал, что он может предпринять в этой кошмарной ситуации.
Его заставили заглушить мотор, но ключи из зажигания не забрали. Оставили одного из будущих убийц присматривать за жертвой и таксистом. Мужик был почти в невменяемом состоянии, но пистолет держал крепко и угрожающе, хотя и с сильными колебаниями. Остальные двое, с трудом ровно держась на ногах, скрылись за деревьями в ночной темноте, подсвечивая себе путь фонариками из мобильных.
Киря был уверен, что как только он заведет мотор, амбал в дорогой куртке выстрелит. И не один раз. Пусть он и пьяный, но расстояние между ними было столь мало, что у мужика был почти без проигрышный шанс попасть даже с закрытыми глазами.
Киря вновь взглянул на изувеченное лицо женщины. Из ее уцелевшего открытого глаза лились слезы и стекая по скуле и щеке смешивались с кровью изо рта. А губы продолжали молить о помощи.
В этот раз, как и тогда мелькнула мысль: а что ты, Киря, потеряешь, если тебя подстрелят? Нищенскую жизнь? Холостяцкое существование? Ни карьеры? Ни сбережений? Ни семьи? Зато умрёшь героем. С чистой совестью. А может быть даже и получится спасти человека и убежать от этих головорезов. Тогда твоя жизнь однозначно измениться. Хотя бы потому, что ты будешь в бегах. Ты же всегда мечтал о приключении. Говорил, что в жизни должно быть что-то, что можно вспомнить. Вот тебе и исполнение желания.
Ирония судьбы. Теперь в силу каких-то необъяснимых противоестественных явлений, Киря, заново переживая в деталях весь кошмар, знает, что будет с ним дальше, после этого чудовищного случая. Ведь ничего не изменилось. Он ничего не поменял в своей жизни. Ничего не смог добиться. Так может в этот раз всё-таки пойти на риск?
И тут же мерзкий внутренний голос, как и раньше более настойчиво и убедительнее зазвучал в голове: у тебя все впереди. Тебе нет и сорока. У тебя ещё будет много других шансов изменить свое жалкое существование. Не рискуй. Не надо. Кто тебе эта женщина? Родственница, близкая подруга? Ты её совсем не знаешь, чтобы рисковать ради нее своей жизнью. И, вообще, куда эта дура лезла со своей политической активностью? А если и залезла, то почему не сбежала из страны? Сама виновата. Тебе нужно о своей жизни думать. К тому же ты уже знаешь, что эти убийцы тебя отпустят, когда ты отвезешь их обратно уже без женщины. Так для проформы поугрожают оружием. Постращают. Но не тронут. К удивлению. А значит, тогда ты действовал правильно. Значит сейчас должен поступить так же.
Киря поймал себя на мысли о том, как же может повторяться течение мыслей человека в аналогичных ситуациях. Мало того, что событие полностью воспроизводится в той же хронологии, что и восемь лет назад, так и мысли вновь идут тем же самым ходом. И в том же самом порядке. И при этом даже знание своего будущего не меняет их сути.
Господи, да что же это за дэжавю такое?
Неожиданно для себя Киря пришел к выводу, что он все-таки на данный момент видит либо сон, либо галлюцинацию. Похоже, он был прав, и с товарищами просто отравился в этом жутком старом доме. А мозг под кайфом разыграл с ним злую шутку, вытащив из сознания самый страшный момент в его жизни, из-за которого его до сих пор гнетут муки совести.
Хорошо, а если сразу наклониться вбок и спрятаться за панель, и затем запустить мотор и нажать на газ, чтобы наехать на амбала с пистолетом. И пусть стреляет в лобовое стекло. Он пьяный не сразу сообразит, что водителя не видно за рулём. Предупредить женщину, чтобы наклонилась, и рискнуть. В голове возник один из самых удачных и реализуемых планов побега, который он неоднократно прокручивал в мозгу, в хмельном угаре анализируя что он мог бы тогда сделать, чтобы сейчас не чувствовать себя подонком, трусом и мразью. Ведь при таком раскладе были все шансы удрать и даже стать героем, спасши человека. Рискнуть?
А если у амбала полная обойма? И он начнет палить не по стеклу, а по колесам. Опять же расстояние такое, что он не промажет. Ох, уж этот голос самосохранения! Его аргументы звучат не менее убедительно. Судя по тому, как мужик держит пистолет, понятно, что ребят, подобных ему, учат пользоваться оружием до автоматизма. Похоже, что и с военной подготовкой у него все отлично. И нет гарантии, что даже будучи сильно пьяным, он не успеет среагировать на стремительный толчок машины, после заведённого мотора и не только сможет отскочить в сторону, а у него ещё и произойдет мобилизация всех реакций организма, и тогда он точно расстреляет автомобиль и не даст ему уехать.
И ещё. Хорошо. Ты - счастливчик и герой. Ты удрал с не состоявшейся жертвой расправы. Дальше что? Ты привезёшь ее к себе в однушку старой хрущевки? Спрячешь в совдеповском шкафу? Твое такси будет вычислено за пятнадцать минут. Квартира- через двадцать. А все выезды из города будут перекрыты подобными беспринципным амбалами через полчаса. К тому же трезвыми. К друзьям и знакомым ехать бессмысленно. Во первых, откажут в приюте. Во-вторых, было бы эгоистичным втягивать людей в свой безумный поступок и подвергать их жизни опасности. Итак. Дальше что?
Голос разума рубил с плеча голову, где всё ещё теплились мысли о побеге.
И последнее. И главное. Сейчас идут игры разума. Он воспроизводит давнюю, мучавшую тебя ситуацию, из которой ты уже вышел живым. Живым! Хочешь жить? Повтори ее. И всё.
И в этот момент последний тихий импульс мозга с информацией о возможности побега растворился в кричащем голосе циничного разума.
Киря больше не оборачивался. И не смотрел в зеркало заднего вида. Он расслабился, откинулся на спинку водительского сидения и закрыл глаза, чтобы не видеть, что будет дальше. В конце концов он уже один раз был свидетелем того, как человека вели на казнь. Киря не хотел снова видеть эти моменты.
Он все великолепно помнил.
Сейчас откроется задняя дверь салона...
Щёлкнула ручка и со скрябущим звуком распахнулась дверца пассажирского места сзади Кири, окатив его раскалённую голову порывом промозглого, ночного, декабрьского ветра. Громкий смех палачей. Звуки нескольких звонких ударов. Затем раздалось жалостливое мычание, переходящее в не человеческое отчаянное скуление. В спинку водительского сидения несколько раз ощутимо ударили. Дверь осталась открытой. Киря продолжал сидеть с закрытыми глазами.
Он все великолепно помнил.
В прошлый раз он наблюдал, сжавшись в комок и трясясь, словно от лихорадки, от страха, как женщина умудрилась вырваться из рук мучителей и бросилась к машине. Она добежала до капота. Блуза не скрывала ее обнаженного, покрытого синяками, ссадинами и кровавыми разводами, освещённого светом фар тела. Женщина упала на капот и в последний раз взглянула на Кирю. И в тот раз он отвёл глаза. Затем раздался выстрел. Он спрятался за панель. А когда, наконец, набрался смелости выглянуть, то увидел двух амбалов за руки тащущих по промерзлой лесной земле тело женщины лицом вниз к ближайшим деревьям. А на ее спине, на белоснежной блузе, быстро расползалось режущее глаз бордовое пятно.
Он все великолепно помнил.
И поэтому на этот раз предпочел ничего не видеть.
Потом все происходило так, как и восемь лет назад. Амбалы вернулись в салон без женщины. Ржали и несли пьяный бред на непонятном Кире новом государственном лающем языке. Продолжали хлебать виски из горла бутылки по очереди и приставлять дула пистолетов к затылку мужчины. Естественно, с ним никто не рассчитался. Убийцы вышли недалеко от дорогого ресторана. А Киря сразу же поехал домой.
Все, как в прошлый раз. Он жив. Здоров? Невыносимо болела нога. К ней присоединилось бедро и часть паха. Да и руки своей он почти уже не чувствовал.
Киря с трудом поднялся на четвертый этаж своего дома. Долго пытался попасть в замочную скважину. Зайдя в прихожую, он без сил сполз по стене прямо на пол.
Какая страшная, реалистичная, невыносимо тяжёлая галлюцинация.
Киря, сидел, прижавшись к висящим на вешалке вещам в прихожей, вытянув ноги.
Он так долго заставлял себя забыть этот кошмар. Он успокаивал себя различными аутотренингами и самовнушением, оправданиями и алкоголем. Он практически успокоился и не вспоминал произошедшее. Долбанная галлюцинация. Долбаный дом. Долбанная старуха со своим подвалом. Всё вернули на начало. Словно не было этих восьми лет после.
Киря поднялся, сбросил кроссовки и пуховик и прошел в комнату. На пороге он встал, как вкопанный. Да. Теперь он точно убедился, что находится в галлюциногенном кошмаре.
На разложенном диване лежала, повернувшись в дверному проходу своим внушительным задом, прикрытым ватным одеялом, Галя. Сердце Кири ёкнуло и остановилось, а затем с нарастающей частотой стука ударило давлением в голову.
Слезы брызнули из глаз изнеможденного мужчины. Он тихо подошёл к дивану и аккуратно лег рядом с Галей, прижавшись к ее спине и мягким рыхлым ягодицам и уткнувшись носом в ее затылок, зарылся лицом в густых выбеленных волосах.
Это точно было в прошлой жизни. Его сожительница Галя, не выдержав постоянных запоев Кири и так и не добившись от него признания, что же произошло той злосчастной ночью, после которой она перестала его узнавать, ушла, собрав свои вещи, к своим пожилым родителям.
Киря ее не остановил. Более того, он даже не попытался ее вернуть. Он не отвечал на ее звонки и сообщения. Молчал при встрече. И Галя вскоре успокоилась и вычеркнула его из своей жизни.
А он любил ее. Ему нравилась ее чрезмерная полнота, спокойный нрав, нетребовательность и хозяйственность. Его вполне устраивал с ней секс и время, когда они, потягивая пиво, смотрели какую- нибудь очередную неудачную голливудскую киноновинку. Киря даже хотел на ней жениться и завести детей. Почему он ее не остановил? Почему поступил, как подонок, даже не объяснив ей причину своего поведения? Она бы поняла. Она бы вернулась.
Но после того, как он не слышал о Гале больше года, Киря неожиданно узнал, что она умерла. От инсульта. Ей не было и тридцати пяти... Он после этого месяц был в жестоком запое. И попал в больницу. Где принял решение закодироваться. Но так этого и не сделал. И на могиле Гали ни разу не был.
И сейчас в этой жуткой галлюцинации она лежала на диване, тихо сопя во сне. Живая. Горячая. Родная...
Киря заливался слезами. Господи, ну когда же попустит. У него уже не выдерживали нервы и мучительно тянуло сердце.
Мужчина положил руку на талию Гали и притянул ее тело к себе. Женщина тихо замычала, просыпаясь. Потянулась вперёд в журнальному столику , зажгла стоящую на нем лампу и повернула в вспыхнувшем свете ночника лицо к Кире.
Это было лицо не Гали...
Это было лицо убитой женщины активистки.
Киря отскочил от тела и упал на пол с дивана.
Он видел нависающие над ним с высоты разбитое окровавленное лицо с одним глазом, который теперь смотрел на мужчину не с мольбой и отчаянием, а с нескрываемой яростью. Губы женщины растянулись в неестественно широкую жуткую улыбку. Она медленно наклонила голову на бок и открыла рот, из которого прямо на сидевшего в оцепенении на полу мужчину выплеснулся поток крови, полностью залив и забрызгав его. От мерзкой жижи и удушливого металлического запаха Кирю стошнило прямо на себя. Женщина чуть приблизила лицо с открытым ртом к нему, и Киря увидел, что у нее был отрезан язык.
- Эх, ты, Киря, Киря,- старческий каркающий голос раздался сзади мужчины. Он мгновенно обернулся. На пороге комнаты на фоне темноты коридора и освещённое слабым светом ночника стояло чудовище из подвала старого дома. Оно не шевелилось и смотрело на происходящее с явным удовольствием.
- Ты ж столько раз молил дать шанс тебе всё исправить. Искупить вину. Воротить себе покой. И тебе, счастливчик, сама преисподняя дала такой шанс,- продолжала баба Грида.- Причем исправить именно то, где ты смалодушничал и обосрался. А ты шо? А ты, Киря, ничего не изменил. Ты так и не рискнул. Ты упустил свой шанс.
Киря скрутился на полу от резкой обжигающей боли в животе и груди. Рука уже не работала. Нога тоже. Киря не мог вздохнуть. Он вытаращил слезящиеся глаза и открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба.
- Знаешь, касатик, почему эти головорезы не пристрелили тебя следом за той несчастной женщиной, и отпустили восвояси целехоньким?- спросила старуха и тут же ответила.- То було для устрашения, Кирюша. Ты, как таксист, балабол, должен был по секрету разнести рассказ об ихней экзекуции по городу. Чтобы народец ещё большн боялси. Чтобы не дёргалси. И тут ты не выполнил требуемого. Замолчал свой грех.
А знаешь, касатик, чтобы было, если бы ты рискнул и завел мотор своей тарантайки? У судьбинушки твоей лежал план на такой твой поступок. Начнем с того, что ни тебя, ни машину твою не прострелил бы той бугай. У него ружжё б заклинило. Такое часто бувает. А Вы с Еленой Владимировной сховались у ейных подпольных друзей, которые бы вывезли вас за кордон через месяц. Кстати, благодаря подвигу твоему, она б любовь с тобой закрутила. И был бы ты любим и счастлив. И жизню бы поменял, и приключение бы, как хотел, случилось. Но...
Вообщем, касатик, не смог ты возвратиться в человечий мир...
Старуха растворилась в воздухе. Вместе с ней исчезла и Галя- женщина- активистка.
Киря от боли уже с трудом соображал что - либо. Но из последних сил поднял голову и оглянулся вокруг.
Он уже не был в своей однушке в хрущевке. Он вновь был в подземном коридоре под старым хуторским домом. Увитые ползущими и шевелящимися корнями стены, покрытые белыми светящимися облаками из тонких переплетённых ниточек. Миллионы червей собирались в одном месте.
Перед тем, как сердце Кири не выдержало и разорвалось, он увидел себя, сидящего в этом же коридоре напротив, почти полностью облепленного светящимся облаком. Точнее, он увидел то, что от него оставалось. До костей были выедены и желтели в белоснежных клубах нога, бедро, часть позвоночника. Виднелись рёбра. Было объедено лицо и рука.
Киря открыл широко рот в последнем ужасающем крике, но уже не смог издать даже писка...
