Он прошёл мимо неё, не поздоровавшись, скинул пиджак на пол и повалился на диван.
Пялясь в потолок, Леонид Палыч Нифедов тихо задал сам себе вопрос:
«Сколько всего настоящего я упустил? Настоящей жизни, которая состоит из взлётов и падений, из любви и горя, из звёзд на небе и травы под ногами. И ради чего? Чтобы всю жизнь быть шестеркой, чтобы всю жизнь кому-то служить. Чью жизнь я живу - свою или их?»
Это чувство он испытывал далеко не впервые. Если раньше он игнорировал его, списывая всё на юношеский максимализм и думая, что дальше всё будет по-другому, то сейчас это самое «дальше» и наступило. И дилемма перестала быть риторической.
Может быть, когда не получаешь желанного результата от дела, стоит сменить подход? Олигарх всегда угрожал Нифедову, что снимет его с должности, лишит власти и загубит карьеру, если тот станет делать что-то неугодное.
Но зачем жить, если ты несчастлив?
Нифедов дал себе слово: с сегодняшнего дня он - сам себе хозяин, и плевать на последствия. Эта мысль его даже обрадовала. Иллюзия новой жизни, нового пути вдохновляла - вдохновляла действовать, вот только теперь уже по-другому.
Он встал с дивана, позвонил своему секретарю и сказал, чтобы через час в его офисе была собрана срочная конференция. Принял душ, переоделся и, словно после глубокого сна, позвонил водителю, попросив заехать за ним.
Увидев жену, он почему-то вспомнил о золотом браслете с бриллиантами, который подарил ей на день рождения. До чего же бестолковая вещь.
Большинство подарков - это ненужные и бестолковые вещи, которые люди дарят в качестве формальности в определённую дату, даже не задумываясь. Иногда хорошие традиции взрослому человеку кажутся глупостью.
Леонид Палыч Нифедов услышал звук двигателя под окном. Он стоял перед зеркалом, смотрел себе в глаза и приговаривал:
- Подарки… Господи, бессмыслица ведь, правда?
Водитель уже ждал его.
В офис он опоздал из-за пробок. Его команда, состоявшая в основном из молодых специалистов, была заряжена и наготове. Нифедов попросил у секретаря кофе.
Когда он вошёл, команда затихла и встала. Так было принято не потому, что Нифедова боялись, а потому, что эти люди были настоящими профессионалами своего дела. Дисциплина - главный компонент продуктивности. Если молодому специалисту давать достойную зарплату и полную свободу действий в работе, он будет отдаваться ей полностью - ради собственного интереса.
Нифедов жестом показал, чтобы все садились, и произнёс:
- Сегодня дело будет серьёзнее, чем обычно.
В офисе повисла тишина.
- В последнее время у людей слишком много свободного времени. Они слишком много думают. Их нужно развлечь.
Самым активным в команде был Николай. По сути, он был неформальным лидером, и все проекты вначале набрасывали ему. Он оценивал масштаб, а затем делил его на части между коллегами, собирая всё в единое целое.
Николай говорил с акцентом. Его семья жила за границей, а сам он приезжал сюда на заработки. Так как его дела были не всегда законными, он считал, что здесь ему будет безопаснее.
- Развлечь или отвлечь? - спросил он.
- Скорее второе.
- У нас есть в распоряжении почти все средства массовой информации на данный момент. Я предлагаю снова пойти по старому сценарию и устроить фиктивную эпидемию вируса - некая сезонная болезнь, которая за год мутировала. Под шумок закажем вакцину, естественно подороже. В бюджете на это деньги найдутся. Поиск плацебо я беру на себя, у меня есть связи в фармакологической компании в Китае. Прибыль делим.
Нифедову нравилась прямолинейность Николая. Тот чувствовал абсолютную безнаказанность из-за двойного гражданства и всегда говорил, что думает, без намёков и прочей чепухи.
- Нет, эпидемия уже была. Плюс этим мы создадим шум среди аудитории старше тридцати, которая и так у нас под контролем. Они работают и предпочитают ни о чём, кроме зарплаты, не думать. Нам нужно что-то для молодежи. Что они любят? Что у них никогда не искоренить?
- Бунтовать. Молодёжь любит протестовать против консервативной системы ценностей, которую им навязывает старшее поколение. Это неистребимо.
- Вот это мне уже нравится. Разгоняй тему, Николай.
Он встал и подошёл к доске. По офису прокатился нарастающий гомон присутствующих.
- Значит так. Если мы хотим создать действительно мощную революцию и при этом сэкономить на людях, которые будут устраивать провокации, нам нужно в первую очередь создать для подростка иллюзию, что к этим выводам он пришёл сам. Зачем изобретать что-то заново? Всё гениальное просто. Лучший раб - это тот, кто не считает себя рабом. Этот тезис и есть основа каждой революции. Прошу заострить на этом внимание. Каждой.
- Продолжай.
- Нам нужны мнения лидеров - музыкантов, блогеров. Но высказывания должны быть не подстрекающими и не категоричными, а плавно подводящими к нужным выводам.
Зал снова загудел.
Нифедов сел за стол и постучал ручкой по пустому стакану, призывая к тишине.
- Кто у нас есть из подобных лидеров мнений?
Николай пожал плечами.
- Да, в принципе, все. Музыкант, блогер или танцор - независимых нет, от денег зависят все. Но есть идейные. Главное, чтобы они не понимали, с кем, почему и зачем сотрудничают, а просто зарабатывали. Как и все остальные.
- В каких масштабах мы можем всё это контролировать?
- Революция подобна огню: она не затухнет, пока мы подливаем в неё бензин, то есть деньги. Каждый переворот фундаментально строится на личных интересах индивидуума, даже если он фиктивный. Революция будет жить до тех пор, пока люди смогут извлечь из неё выгоду - заработать, получить уважение или, может быть, даже славу.
- Я понял. Так значит, действуем?
- Значит, действуем.
Они заказали килограмм «химии», кусты срезали и постригли. Из листьев сделали гашиш для личного употребления. Костя был в шоке, что Ден вышел из игры. Почему-то ему казалось, что он вернётся, но этого не произошло.
Дела развивались с неимоверной скоростью. За чатом уже никто не следил. Деньги позволили нанять персонал для магазина: двух закладчиков и оператора, который стоял над ними. Всё, что они делали, - раз в неделю вывозили расфасованный вес закладчикам и сбрасывали им зарплату.
У них была полная информация о людях, которые на них работали: страницы в социальных сетях, фото банковских карт, куда переводили зарплату, и даже паспорта. Весь город был у них на крючке. Нет, весь мир.
Каждый день Костик лупил белым по ноздрям, и всё, что он делал, он делал великолепно. Сегодня он покупал уже третью квартиру, и если вы спросите, откуда столько бабла, то я отвечу: секрет не в наркоте (хотя и в ней тоже), секрет в глупой случайности. Курс криптовалюты, в которой лежали их деньги, скакнул так высоко, что сверху хватило бы ещё на четвёртую «однушку».
С парнями Константин стал общаться реже - каждый был занят своим капиталом. Доносились слухи, что Петя целыми днями торчал по барам и клубам в состоянии наркотического опьянения. Но это его деньги, и тратит ли он их правильно - никто решать не вправе. Что было с Владом, Костя не знал.
Денис купил недорогой дом в пригороде и старую тачку. Он даже нашёл работу, а по вечерам копошился в гараже, чиня свою «старушку».
Константин ехал в машине с девушкой, с которой познакомился, когда покупал у неё квартиру, доставшуюся ей по наследству от деда. Он залип на светофоре, она рылась в сумке, ища таблетку.
Чем выше летаешь, тем больнее падать.
---
Из вырванных листов старой тетради
МДМА
Эта история началась с того, что я поехал покупать себе штаны. Я взял с собой определённую сумму денег. Почему-то мне тогда хотелось взять вещь не из дешёвых и модную - а они, как известно, стоят дорого.
Ещё со мной был приятель. Он сказал мне утром, когда мы встретились, что если я сэкономлю немного денег и мы найдём штаны, которые мне подходят, но подешевле, то есть вариант после покупки «закинуться» таблетками. МДМА - у нас их называли «экстази», и достать их было ужасно сложно.
Я узнал об этом внезапно и сначала эту идею сразу же отмёл, но потом начал всё взвешивать. Штаны я покупаю на год, а в следующем всё равно придётся брать новые. А вот «закинуться» таблетками возможности могло больше не представиться. Так, в принципе, и произошло - больше МДМА мне в руки уже никогда не попадалось.
В общем, я взял дешёвые - нет, не плохие, но всё же не те, что хотел. Мы отвезли их ко мне домой, а товарищ назначил встречу с наркоторговцем. Встреча почему-то происходила в подъезде.
Таблетки были меньше, чем я думал, и на вид казалось, что такая маленькая доза не может вызвать сильного изменения сознания. Я проглотил свою сразу же, отойдя метров сто от подъезда. Товарищ сказал, что съест свою потом - ведь ему ещё нужно забрать посылку с почты.
Примерно через сорок минут я почувствовал, как меня начало морозить. Было немного неприятно, я стал хуже воспринимать реальность, будто после алкоголя. Когда мы пришли на почту, всё стало очень ярким, прямо сверкало, движения вокруг казались плавнее и медленнее. Я ощущал, что у меня расширены зрачки, хотя понятия не имел - каким образом.
Он забрал посылку. Мир вокруг меня плыл, я чувствовал себя так, словно нахожусь под водой. Мы пришли к товарищу домой, и он кинул в себя таблетку, расспрашивал, что я ощущаю. Объяснить это было сложно.
Вдруг в комнату зашёл его отец. Он был странного цвета - кожа будто имела зеленоватый оттенок. Я пытался игнорировать это, но он буквально ослеплял меня своим присутствием, своим этим странным, зеленым цветом кожи.
Внезапно мне ужасно захотелось заняться сексом. Настолько сильно, что я начал паниковать. Я не мог думать ни о чём другом. Возбуждение было мучительным, я уже чувствовал приближение семяизвержения. Встал с кровати с нейтральным лицом и пошёл в туалет. Запер дверь. Стоило только достать член и прикоснуться к нему, как я тут же кончил в раковину.
Сердце бешено колотилось, но казалось, что я сбросил с плеч гигантский груз. Я вышел из туалета, и мы пошли гулять. Всё воспринималось то плавно, то рывками, а иногда казалось, что мир стал мультяшным.
Когда вещество стало отпускать, появилось странное чувство, будто я обмочился в штаны. Утром, после сна, никаких побочных эффектов, кроме сильной усталости, я не ощущал.
---
Константин осматривал просторы своей новой квартиры. Она была большая и светлая, чужая и пафосная. Он не чувствовал себя в ней дома. В последнее время ему казалось, что дело даже не в квартире, а в новой жизни. Всё это вызывало некий дискомфорт, который он не мог внятно объяснить.
Новый Костик был тем, кем он на самом деле не являлся. Фальшивкой. Как те купюры, которыми он разбрасывался. Если отбросить поверхностный смысл и смотреть на них просто как на разрисованную бумагу, которой они и являются, то пластмассовый мир-софизм исчезает на заднем плане.
Становилось страшно. Что у общества есть, кроме иллюзий?
Тишина в отцовской комнате болтала с ним обо всём без умолку. Пыльная картина постоянно твердила, что его метафизические размышления слишком ортодоксальны, что сознание лишь плавает по волнам смысла, но никак не может нырнуть в море.
Костя смотрел на тетрадь. Каждый день он изучал её, каждую мелочь пустых страниц. И в какой-то момент заметил: скобы, которыми скреплены листы, повреждены. Женское лицо с картины улыбалось. В голову сама собой пришла глупая мысль.
В деревянном ящике стола лежали только тетрадь и карандаш. Он стал искать отверстие снизу ящика и нашёл его в правом верхнем углу. У ящика оказалось двойное дно. Костя просунул карандаш в дырку - доска сверху приподнялась. Под ней лежали исписанные листы из этой же тетради.
Тёмно-зелёные шторы были покрыты слоем пыли. Картина продолжала ему улыбаться. Он был в комнате час, два… миллионы. Его руки сами рисовали карандашом в старой тетради сады, что он видел во снах. Телефон не звонил, мир за окном был мёртвым.
Костя нащупал в кармане пачку денег. Деньги… кхм… деньги.
Есть ли ещё более бессмысленная игра? Предела идеалу не существует. Богатство - это обман. Зачем играть в игру, которую невозможно окончить?
Суть богатства - иметь преимущество. Суть преимущества - иметь более разнообразное количество половых партнёров, которых можно осеменить, передать им часть себя, которая будет покорять этот мир в будущем. Бессмыслица, правда?
Особенно когда осознаёшь, что ничто не вечно.
Деньги. А чего они ему стоили? Труда, нервов, боли и риска. Но почему же Костя чувствовал себя столь отвратительно?
Имея недвижимость, он уже был обеспечен на всю жизнь. Но ведь это абсурд - когда есть люди богаче, а его «финиш» - это лишь начало той же игры, только точка старта другая.
А может, тишина - его финиш? Сад?
Я хочу, чтобы вы запомнили главное: у человеческой души нет финиша и никогда не будет. У нас всегда есть только начало. Только точка старта.
Телефон нарушил тишину. Костя посмотрел на экран - звонила мама.
- Алло?
- Константин Иванович, из полиции вас беспокоят. Ваша мама попала в дорожно-транспортное происшествие.
Костик сидел в больнице. Время почти не шло. Возле него сидели два парня лет двадцати пяти. Он слышал их диалог.
- Я вообще предлагаю запретить тупым людям самовыражаться. Это раздражает. Все воспринимают это как норму. Ты спросишь, как это сделать? Да сейчас сложно отличить еблана от гения. Чем человек тупее, тем выше у него чувство собственной важности. Нужно ввести закон, который запрещает печатать свои произведения под своим именем. Представь, сколько «писателей» и «музыкантов» осеклись бы в тот же момент. А как это? Нет славы и денег? О чём тогда мечтать? И зачем им всё это?
Все произведения и всё искусство должны быть не от тебя лично, а от лица всего человечества. Просто представь, сколько дерьма мы сможем отфильтровать за ближайшие десятилетия.
К нему подошли врач с полицейским.
- Константин Иванович?
Костя встал с лавочки в коридоре.
- Да, это я.
- Пройдёмте.
Они зашли в кабинет, врач предложил ему присесть.
- Как она? - спросил Костя.
Врач немного помялся, но ответил прямо:
- К сожалению, её травмы были несовместимы с жизнью.
Костя почувствовал, как в сердце кольнуло. Всё это казалось розыгрышем. Полицейский посмотрел на него с сочувствием.
- Нужно проехать к нам, подписать некоторые бумаги.
Как он попал в участок - сказать сложно. Всё время Костя находился будто во сне, в мутной, затуманенной действительности.
Была глубокая ночь. Полицейский заполнял какие-то бумаги. Костя смотрел на кроссовки и вдруг поймал чувство дежавю.
- Случилось-то что? - спросил он.
Полицейский, не поднимая глаз, продолжал писать.
- Жена местного бизнесмена ехала в машине с ребёнком. Подробностей ещё не знаю, но все насмерть. Может, отказало что-то, а может, просто с управлением не справилась - узнаем. Вам сообщу обязательно.
Они погрузились в кабинетную тишину.
Три человека насмерть. По мировым меркам - что здесь такого? Но для Кости это была личная драма.
Он, однако, ничего не чувствовал. Как тогда, во время приёма, воспринимал всё как данность. Хотелось только, чтобы всё поскорее закончилось. Хотелось спать. Он чувствовал себя усталым, без сил.
Пялясь в потолок, Леонид Палыч Нифедов тихо задал сам себе вопрос:
«Сколько всего настоящего я упустил? Настоящей жизни, которая состоит из взлётов и падений, из любви и горя, из звёзд на небе и травы под ногами. И ради чего? Чтобы всю жизнь быть шестеркой, чтобы всю жизнь кому-то служить. Чью жизнь я живу - свою или их?»
Это чувство он испытывал далеко не впервые. Если раньше он игнорировал его, списывая всё на юношеский максимализм и думая, что дальше всё будет по-другому, то сейчас это самое «дальше» и наступило. И дилемма перестала быть риторической.
Может быть, когда не получаешь желанного результата от дела, стоит сменить подход? Олигарх всегда угрожал Нифедову, что снимет его с должности, лишит власти и загубит карьеру, если тот станет делать что-то неугодное.
Но зачем жить, если ты несчастлив?
Нифедов дал себе слово: с сегодняшнего дня он - сам себе хозяин, и плевать на последствия. Эта мысль его даже обрадовала. Иллюзия новой жизни, нового пути вдохновляла - вдохновляла действовать, вот только теперь уже по-другому.
Он встал с дивана, позвонил своему секретарю и сказал, чтобы через час в его офисе была собрана срочная конференция. Принял душ, переоделся и, словно после глубокого сна, позвонил водителю, попросив заехать за ним.
Увидев жену, он почему-то вспомнил о золотом браслете с бриллиантами, который подарил ей на день рождения. До чего же бестолковая вещь.
Большинство подарков - это ненужные и бестолковые вещи, которые люди дарят в качестве формальности в определённую дату, даже не задумываясь. Иногда хорошие традиции взрослому человеку кажутся глупостью.
Леонид Палыч Нифедов услышал звук двигателя под окном. Он стоял перед зеркалом, смотрел себе в глаза и приговаривал:
- Подарки… Господи, бессмыслица ведь, правда?
Водитель уже ждал его.
В офис он опоздал из-за пробок. Его команда, состоявшая в основном из молодых специалистов, была заряжена и наготове. Нифедов попросил у секретаря кофе.
Когда он вошёл, команда затихла и встала. Так было принято не потому, что Нифедова боялись, а потому, что эти люди были настоящими профессионалами своего дела. Дисциплина - главный компонент продуктивности. Если молодому специалисту давать достойную зарплату и полную свободу действий в работе, он будет отдаваться ей полностью - ради собственного интереса.
Нифедов жестом показал, чтобы все садились, и произнёс:
- Сегодня дело будет серьёзнее, чем обычно.
В офисе повисла тишина.
- В последнее время у людей слишком много свободного времени. Они слишком много думают. Их нужно развлечь.
Самым активным в команде был Николай. По сути, он был неформальным лидером, и все проекты вначале набрасывали ему. Он оценивал масштаб, а затем делил его на части между коллегами, собирая всё в единое целое.
Николай говорил с акцентом. Его семья жила за границей, а сам он приезжал сюда на заработки. Так как его дела были не всегда законными, он считал, что здесь ему будет безопаснее.
- Развлечь или отвлечь? - спросил он.
- Скорее второе.
- У нас есть в распоряжении почти все средства массовой информации на данный момент. Я предлагаю снова пойти по старому сценарию и устроить фиктивную эпидемию вируса - некая сезонная болезнь, которая за год мутировала. Под шумок закажем вакцину, естественно подороже. В бюджете на это деньги найдутся. Поиск плацебо я беру на себя, у меня есть связи в фармакологической компании в Китае. Прибыль делим.
Нифедову нравилась прямолинейность Николая. Тот чувствовал абсолютную безнаказанность из-за двойного гражданства и всегда говорил, что думает, без намёков и прочей чепухи.
- Нет, эпидемия уже была. Плюс этим мы создадим шум среди аудитории старше тридцати, которая и так у нас под контролем. Они работают и предпочитают ни о чём, кроме зарплаты, не думать. Нам нужно что-то для молодежи. Что они любят? Что у них никогда не искоренить?
- Бунтовать. Молодёжь любит протестовать против консервативной системы ценностей, которую им навязывает старшее поколение. Это неистребимо.
- Вот это мне уже нравится. Разгоняй тему, Николай.
Он встал и подошёл к доске. По офису прокатился нарастающий гомон присутствующих.
- Значит так. Если мы хотим создать действительно мощную революцию и при этом сэкономить на людях, которые будут устраивать провокации, нам нужно в первую очередь создать для подростка иллюзию, что к этим выводам он пришёл сам. Зачем изобретать что-то заново? Всё гениальное просто. Лучший раб - это тот, кто не считает себя рабом. Этот тезис и есть основа каждой революции. Прошу заострить на этом внимание. Каждой.
- Продолжай.
- Нам нужны мнения лидеров - музыкантов, блогеров. Но высказывания должны быть не подстрекающими и не категоричными, а плавно подводящими к нужным выводам.
Зал снова загудел.
Нифедов сел за стол и постучал ручкой по пустому стакану, призывая к тишине.
- Кто у нас есть из подобных лидеров мнений?
Николай пожал плечами.
- Да, в принципе, все. Музыкант, блогер или танцор - независимых нет, от денег зависят все. Но есть идейные. Главное, чтобы они не понимали, с кем, почему и зачем сотрудничают, а просто зарабатывали. Как и все остальные.
- В каких масштабах мы можем всё это контролировать?
- Революция подобна огню: она не затухнет, пока мы подливаем в неё бензин, то есть деньги. Каждый переворот фундаментально строится на личных интересах индивидуума, даже если он фиктивный. Революция будет жить до тех пор, пока люди смогут извлечь из неё выгоду - заработать, получить уважение или, может быть, даже славу.
- Я понял. Так значит, действуем?
- Значит, действуем.
ГЛАВА 17. Костя. Отец.
Они заказали килограмм «химии», кусты срезали и постригли. Из листьев сделали гашиш для личного употребления. Костя был в шоке, что Ден вышел из игры. Почему-то ему казалось, что он вернётся, но этого не произошло.
Дела развивались с неимоверной скоростью. За чатом уже никто не следил. Деньги позволили нанять персонал для магазина: двух закладчиков и оператора, который стоял над ними. Всё, что они делали, - раз в неделю вывозили расфасованный вес закладчикам и сбрасывали им зарплату.
У них была полная информация о людях, которые на них работали: страницы в социальных сетях, фото банковских карт, куда переводили зарплату, и даже паспорта. Весь город был у них на крючке. Нет, весь мир.
Каждый день Костик лупил белым по ноздрям, и всё, что он делал, он делал великолепно. Сегодня он покупал уже третью квартиру, и если вы спросите, откуда столько бабла, то я отвечу: секрет не в наркоте (хотя и в ней тоже), секрет в глупой случайности. Курс криптовалюты, в которой лежали их деньги, скакнул так высоко, что сверху хватило бы ещё на четвёртую «однушку».
С парнями Константин стал общаться реже - каждый был занят своим капиталом. Доносились слухи, что Петя целыми днями торчал по барам и клубам в состоянии наркотического опьянения. Но это его деньги, и тратит ли он их правильно - никто решать не вправе. Что было с Владом, Костя не знал.
Денис купил недорогой дом в пригороде и старую тачку. Он даже нашёл работу, а по вечерам копошился в гараже, чиня свою «старушку».
Константин ехал в машине с девушкой, с которой познакомился, когда покупал у неё квартиру, доставшуюся ей по наследству от деда. Он залип на светофоре, она рылась в сумке, ища таблетку.
Чем выше летаешь, тем больнее падать.
---
Из вырванных листов старой тетради
МДМА
Эта история началась с того, что я поехал покупать себе штаны. Я взял с собой определённую сумму денег. Почему-то мне тогда хотелось взять вещь не из дешёвых и модную - а они, как известно, стоят дорого.
Ещё со мной был приятель. Он сказал мне утром, когда мы встретились, что если я сэкономлю немного денег и мы найдём штаны, которые мне подходят, но подешевле, то есть вариант после покупки «закинуться» таблетками. МДМА - у нас их называли «экстази», и достать их было ужасно сложно.
Я узнал об этом внезапно и сначала эту идею сразу же отмёл, но потом начал всё взвешивать. Штаны я покупаю на год, а в следующем всё равно придётся брать новые. А вот «закинуться» таблетками возможности могло больше не представиться. Так, в принципе, и произошло - больше МДМА мне в руки уже никогда не попадалось.
В общем, я взял дешёвые - нет, не плохие, но всё же не те, что хотел. Мы отвезли их ко мне домой, а товарищ назначил встречу с наркоторговцем. Встреча почему-то происходила в подъезде.
Таблетки были меньше, чем я думал, и на вид казалось, что такая маленькая доза не может вызвать сильного изменения сознания. Я проглотил свою сразу же, отойдя метров сто от подъезда. Товарищ сказал, что съест свою потом - ведь ему ещё нужно забрать посылку с почты.
Примерно через сорок минут я почувствовал, как меня начало морозить. Было немного неприятно, я стал хуже воспринимать реальность, будто после алкоголя. Когда мы пришли на почту, всё стало очень ярким, прямо сверкало, движения вокруг казались плавнее и медленнее. Я ощущал, что у меня расширены зрачки, хотя понятия не имел - каким образом.
Он забрал посылку. Мир вокруг меня плыл, я чувствовал себя так, словно нахожусь под водой. Мы пришли к товарищу домой, и он кинул в себя таблетку, расспрашивал, что я ощущаю. Объяснить это было сложно.
Вдруг в комнату зашёл его отец. Он был странного цвета - кожа будто имела зеленоватый оттенок. Я пытался игнорировать это, но он буквально ослеплял меня своим присутствием, своим этим странным, зеленым цветом кожи.
Внезапно мне ужасно захотелось заняться сексом. Настолько сильно, что я начал паниковать. Я не мог думать ни о чём другом. Возбуждение было мучительным, я уже чувствовал приближение семяизвержения. Встал с кровати с нейтральным лицом и пошёл в туалет. Запер дверь. Стоило только достать член и прикоснуться к нему, как я тут же кончил в раковину.
Сердце бешено колотилось, но казалось, что я сбросил с плеч гигантский груз. Я вышел из туалета, и мы пошли гулять. Всё воспринималось то плавно, то рывками, а иногда казалось, что мир стал мультяшным.
Когда вещество стало отпускать, появилось странное чувство, будто я обмочился в штаны. Утром, после сна, никаких побочных эффектов, кроме сильной усталости, я не ощущал.
---
Константин осматривал просторы своей новой квартиры. Она была большая и светлая, чужая и пафосная. Он не чувствовал себя в ней дома. В последнее время ему казалось, что дело даже не в квартире, а в новой жизни. Всё это вызывало некий дискомфорт, который он не мог внятно объяснить.
Новый Костик был тем, кем он на самом деле не являлся. Фальшивкой. Как те купюры, которыми он разбрасывался. Если отбросить поверхностный смысл и смотреть на них просто как на разрисованную бумагу, которой они и являются, то пластмассовый мир-софизм исчезает на заднем плане.
Становилось страшно. Что у общества есть, кроме иллюзий?
Тишина в отцовской комнате болтала с ним обо всём без умолку. Пыльная картина постоянно твердила, что его метафизические размышления слишком ортодоксальны, что сознание лишь плавает по волнам смысла, но никак не может нырнуть в море.
Костя смотрел на тетрадь. Каждый день он изучал её, каждую мелочь пустых страниц. И в какой-то момент заметил: скобы, которыми скреплены листы, повреждены. Женское лицо с картины улыбалось. В голову сама собой пришла глупая мысль.
В деревянном ящике стола лежали только тетрадь и карандаш. Он стал искать отверстие снизу ящика и нашёл его в правом верхнем углу. У ящика оказалось двойное дно. Костя просунул карандаш в дырку - доска сверху приподнялась. Под ней лежали исписанные листы из этой же тетради.
Тёмно-зелёные шторы были покрыты слоем пыли. Картина продолжала ему улыбаться. Он был в комнате час, два… миллионы. Его руки сами рисовали карандашом в старой тетради сады, что он видел во снах. Телефон не звонил, мир за окном был мёртвым.
Костя нащупал в кармане пачку денег. Деньги… кхм… деньги.
Есть ли ещё более бессмысленная игра? Предела идеалу не существует. Богатство - это обман. Зачем играть в игру, которую невозможно окончить?
Суть богатства - иметь преимущество. Суть преимущества - иметь более разнообразное количество половых партнёров, которых можно осеменить, передать им часть себя, которая будет покорять этот мир в будущем. Бессмыслица, правда?
Особенно когда осознаёшь, что ничто не вечно.
Деньги. А чего они ему стоили? Труда, нервов, боли и риска. Но почему же Костя чувствовал себя столь отвратительно?
Имея недвижимость, он уже был обеспечен на всю жизнь. Но ведь это абсурд - когда есть люди богаче, а его «финиш» - это лишь начало той же игры, только точка старта другая.
А может, тишина - его финиш? Сад?
Я хочу, чтобы вы запомнили главное: у человеческой души нет финиша и никогда не будет. У нас всегда есть только начало. Только точка старта.
Телефон нарушил тишину. Костя посмотрел на экран - звонила мама.
- Алло?
- Константин Иванович, из полиции вас беспокоят. Ваша мама попала в дорожно-транспортное происшествие.
Костик сидел в больнице. Время почти не шло. Возле него сидели два парня лет двадцати пяти. Он слышал их диалог.
- Я вообще предлагаю запретить тупым людям самовыражаться. Это раздражает. Все воспринимают это как норму. Ты спросишь, как это сделать? Да сейчас сложно отличить еблана от гения. Чем человек тупее, тем выше у него чувство собственной важности. Нужно ввести закон, который запрещает печатать свои произведения под своим именем. Представь, сколько «писателей» и «музыкантов» осеклись бы в тот же момент. А как это? Нет славы и денег? О чём тогда мечтать? И зачем им всё это?
Все произведения и всё искусство должны быть не от тебя лично, а от лица всего человечества. Просто представь, сколько дерьма мы сможем отфильтровать за ближайшие десятилетия.
К нему подошли врач с полицейским.
- Константин Иванович?
Костя встал с лавочки в коридоре.
- Да, это я.
- Пройдёмте.
Они зашли в кабинет, врач предложил ему присесть.
- Как она? - спросил Костя.
Врач немного помялся, но ответил прямо:
- К сожалению, её травмы были несовместимы с жизнью.
Костя почувствовал, как в сердце кольнуло. Всё это казалось розыгрышем. Полицейский посмотрел на него с сочувствием.
- Нужно проехать к нам, подписать некоторые бумаги.
Как он попал в участок - сказать сложно. Всё время Костя находился будто во сне, в мутной, затуманенной действительности.
Была глубокая ночь. Полицейский заполнял какие-то бумаги. Костя смотрел на кроссовки и вдруг поймал чувство дежавю.
- Случилось-то что? - спросил он.
Полицейский, не поднимая глаз, продолжал писать.
- Жена местного бизнесмена ехала в машине с ребёнком. Подробностей ещё не знаю, но все насмерть. Может, отказало что-то, а может, просто с управлением не справилась - узнаем. Вам сообщу обязательно.
Они погрузились в кабинетную тишину.
Три человека насмерть. По мировым меркам - что здесь такого? Но для Кости это была личная драма.
Он, однако, ничего не чувствовал. Как тогда, во время приёма, воспринимал всё как данность. Хотелось только, чтобы всё поскорее закончилось. Хотелось спать. Он чувствовал себя усталым, без сил.
