- ВЫ ЧЕ СУКИ? ЧЕ СУКИ СОБРАЛИСЬ ТУТ? ЕТО НАША ТЕРРИТОРИЯ ТОЛЬКО РЫПНИСЬ СУКА, Я ТАКОЙ САЛЮТ УСТРОЮ ЧТО ТЫ К РОДИТЕЛЯМ ОТПРАВИШЬСЯ.
Он засунул палец в кольцо и мне стало страшно до дрожи я был уверен что это сон, старший заорал.
- чего вы встали дебилы? Она не заряжена.
Я выдавил из себя.
- а ты проверь, придурок, твои кишки с дерева снимать будут.
Мелкий опять начал хныкать.
- они только пачку спичек забрали.
Старший ударил его по лицу.
- заткнись, баба. А вы, пидоры,мы вас достанем.
Андрей чувствовал что побеждает.
- та ты весь интернат веди у меня гранат хватит что бы вам каждому в жопу затолкать.
Он начали бежать от нас.
Время около пяти часов, мы шли к лесу
- ты правда хотел сорвать кольцо?
- лучше сдохну, но на колени не встану.
Я не сомневался в том, что он хотел его выдернуть, не знаю почему спросил, я вообще никогда в нем не сомневался с самого детства я не видел как он плачет, и на лжи он ловил всех, а сам не попадался ни разу. Мы начали ломать дрова и разводить костер через час у нас была куча углей и полноценное пламя, мы бросили гранату но она так и не взорвалась, Андрей подошел что бы забрать её.
- ааа, сука,горячая.
- та хуй с ней, утром заберем.
Время было около восьми я зашел в подъезд и увидел новый стих на побелке, а значит моего соседа с низу уже выпустили с дурки.
21
***
Я наматывал круги по комнате, думал о "Морфии" Булгакова, просыпался тогда когда уже начинало темнеть, мучался от бессонницы, улицу завалило снегом, да так, что мне казалось, что будто для меня её замуровали бетоном. На подоконнике стоял кактус, смотря на него я часто вспоминал о Карлосе Кастонеде, снег валили каждую ночь паршивой вьюгой, может быть я находил в этом романтику. Наматывал по комнате круги, прочитанные книжки складывал в стопку на столе пока эта стопка не начала напоминать мне ступеньки, я подумал о том, что каждая книга это ступенька к моему сумасшествию, поэтому стопку пришлось разобрать. Болели глаза, я до дыр зачитал евангелие, почему-то мне казалось, что я найду в неё ответы на все свои вопросы и если быть откровенным, то на большинство вопросов я ответы получил, но вскоре и эти ответы начали порождать вопросы,впрочем, ничего нового, так было всегда и всегда будет. На экране компьютера шел черно-белый фильм, он назывался "дайте жалобную книгу", мне он нравился, ведь там играл Никулин, Маша опять писала и хотела встретиться, но я сказал ей, что заболел, по правде я не хотел выходить на улицу, потому что мои зимние ботинки были уже старые. Все завалило чертовым снегом, спасала только мысль, что сегодня вечером я напьюсь и не вспомню как пришёл домой.
22
***
Утром смотря на чашку дымящего кофе я был рад, что Гелиос наградил нас своим присутствием в том образе которым я помню его во времена своей беззаботной юности. Наблюдая за яркой действительностью, с каждым новым ее глотком я будто впитывал в себя ностальгию, чувствуя запах безразлично смотрящего на нас леса. Завораживал летящий ворон в гигантской небесной пустоте. Но все же взяв себя в руки и отбросив метафизическую тоску, погрузившись в потертый и неудобный рюкзак мы двинулись по краю леса вдоль старых, зевающих траншей. Дело не в меркантильности, честно говоря мы уже давно перестали мечтать о спрятанном кладе или прочей чепухе которая мотивирует людей взять в свои руки металлодетектор. Возможно дело в свободе? В пьяном забвении разума бежать за лесными нимфами которые показывали мне места, где наши предки падали смертью храбрых. Тяжелая энергия ржавых металлов манила нас в одни и те же места в любую погоду, чтобы раскидывая тонны земли и быть в ожидании того самого жирного скрёбка лопаты об частицы истории которые пришли к нам из прошлого. Миновав пару муравьиных мегаполисов, нам предстояло переправиться через болото, где собственно меня и угораздило окунуться в холодную осеннюю воду почти по пояс, но об этом позже. По словам моего старого камрада, мы идем на место, где сам Арес прогуливался босяком по плодородной земле оставляя под своими ногами глубокие шрамы. Я шел первым взяв свой металлоискатель горизонтально, и выпрямив руки пытался валить тростник который без преувеличений был метра три в высоту.
Так мы миновали на вскидку метров 500, чтобы перейти старое болото осталось метров 200, вдруг я увидел,что под ногами появляется вода. И как уже было указано выше идея обвенчалась провалом, меня стало засасывать в трясину и все тот же старый камрад схватил меня за рюкзак и начал тянуть на себя. Но данная операция была не до конца успешной, когда моё тело оказалось на суше, мои ботинки были все в том же болоте. Выковыряв их корягой и потеряв уйму времени, мы немного в подавленном настроении двинулись дальше. Перед нами уныло растянулся старый, дубовый лес. Я повесил свои носки сушиться на солнышке, всунул ноги в намертво промокшую обувь и мы наконец приступили к делу. Первыми, как обычно, пошли мосиновские патроны и... и ничего больше, уже около трех часов мы блукали по забытыми людьми местами и ничего. Пару ржавых гвоздей. Негатив нарастал будто морская волна которой нас вот-вот накроет, но падать духом это совсем не наш вариант. Чявкая промокшими ботинками, я обдумывал то, что мы потерпели фиаско. Но вдруг, в старом окопе прозвенел настойчивый сигнал, я взялся за лопату и с энтузиазмом начал копать...ребро. Не может быть, мы переглянулись, это то что всегда очень пугает. Уголки ящика, старые гвозди и все это вперемешку с костями, вдруг я уперся во что-то лопатой, что-то железное, подковыриваю и аккуратно тяну на себя... Это цепь на конце которой ошейник, какой-то деревенский "Кузьмич" похоронил своего пса прям в немецком окопе, сил больше не было, мы решили сделать перевал, посушить одежду и отправиться домой, так как начинало уже плавно темнеть. Горел костер. Я лег на мягкое, осеннее листья положив голову все на тот же рюкзак и смотрел на бескрайнее небо славян. Да каждая капля нашей крови пропитана этими лесами, вот почему мы не можем отсюда сбежать. И с каждым шагом вглубь ржавых долин хочется наивно выдавить из себя, да так, чтобы мурашки по всему телу пошли "никто не забыт, ничто не забыто".
23
***
24
***
Ну ничего, ничего же не натурального нет в том, чтобы не быть интенсивным членом общества и полезным правообладателем звания человек. Звание не веселое и грустное, но чем же хуже чем звание робота или обитателя пещер? Ничем, ничем абсолютно. Возможно, что раздавать звания это как готовить какао и выкрикивать непристойные, абсолютно случайные слова в окно, хотя давайте все же к приготовлению какао оставимся равнодушны и вернемся к непристойным словам. Достоинство, ум, здравый смысл.
25
***
Бытие стало бегом по потолках провинциальной больницы.
Мы шли с Андреем по рельсах и подходили к вокзалу, я говорю:
- ну если правда это то что соответствует действительности, а в действительности он чувствует Бога, то Бог это правда?
Андрей говорит.
- Получается что так.
Андрей думал о том, что любой пиздежь теперь правда, а все слова придуманы, что бы придать чему-то значения.
День только начинался, я сказал:
- мир стал скучным, поговорить не с кем, нет уже личностей, остались только модели из личностей которым они пытаются соответствовать, воспитанные потребители.
Андрей засмеялся.
- ну а хули? В утопии ведь живем.
Я пытался вспомнить момент когда моё сознание пересекло грань утопии.
Кто я был? Человеком? Нет.
Я был яйцом тонущим на дно океана.
Моя скорлупа моя роль потребителя.
Моё молчание бунт плацебу смысла.
Моя правда закончить путь разбившись об дно.
Надпись на заборе стала не читаемая, мысли стали с кисло-сладким запахом, рвотой на ощупь, мы шли дальше, день только начался.
Я был без денег, но чувствовал себя свободнее чем всегда, подмена понятий перестала мной манипулировать.
На вокзале под присмотром камер, мы выглядели задумчивей чем всегда. Куда мы шли? Какая разница, день только начался.
***
Мы сидели в лесу в беседке, был туман, Андрей достал пистолет, положил его на стол.
- в пистолете только один патрон.
- а если просрет?
- может и просрать, тогда бей рукояткой, но держи крепко ибо если пробьешь ствол, игра свеч не стоит.
Наше бытие стало криком "ВСЕМ НА ПОЛ".
Я стою перед продавщицей магазина и целюсь ей в лицо, если она сделает хоть шаг я выстрелю ей в голову, Андрей бьет стекла холодильников и грузит еду в мешок, на улице так же туман, на душе запах лекарств из провинциальной больницы.
Я в маске, тяжело дышу, я любил эту продавщицу, я её хорошо знаю, я рисовал ее портреты на кухне, где моя тетрадь на 96 листов прилипала к столу липкому от чая.
Андрей кричит "бежим"
Мы убегаем.
Мы едим, я говорю.
- теракт... Детский метод, настоящая революция у нас в голове, мы не можем изменить мир мы можем изменить его восприятие...мы можем изменить сознание.
Он сделал вид что не услышал о чем я говорю и стал продолжать о своем.
- оружие, взрывчатку можно достать везде, тут у каждого черного лежит ствол припрятан.
- зачем?
- как зачем? Государство терроризирует нас-мы терроризируем государство, вооружаемся.
Видел все эти огромные ряды гаражей, вот там, если ты местный можно достать всё.
- А если не местный?
- а если ты не местный, ты там и не появишься.
- ты же знаешь, что ваш террор позерство, что если расстреляете в депо трамвай, то купят новый и денег откатят, плюс хорошие сюжеты для СМИ, которые дают рабочие места журналистам. Ваш бунт шестеренка в механизме оборота валюты.
***
Мы сидели на лавочке Андрей ел булку, я сказал:
- мы выброшенные в инкубаторах нам уже никогда не стать людьми, может оно и к лучшему ведь у нас есть цели, не настоящие, но зато мы ещё дышим. Андрей кивнул согласившись со мной.
Слева шел человек, крики в его голове были фальшивкой.
Моё сознание блукало вблизи инкубатора мне оставалось вырвать когницией у ее порога и размазать желчь по стенам, на улице свежо как зимой без куртки. Андрей говорит что у него есть спички.
- спички? Удивленно спрашиваю я.
- да, а у тебя есть курить?
- нет, есть кое-что лучше. Я достаю петарду с внутреннего кармана мы увлеченно на нее смотрим,"БАБАХ".
Бытие стало жирным скребком лопаты о ржавую оболочку снаряда, смехом из-за просьбы сорвать золотые оковы.
***
Жизнь каждого героя рекурсия, когда узнаешь истину, беги к заброшенной больнице, там отыщи палату с крепкой дверью и замком, зайдя увидишь влажные, гнилые шторы, ложись на кровать, дверь за тобой закроется. Добро пожаловать, ты здесь на вечно. Этот мир нарисован в моей тетради, он лживый, но правда в том, что правдивый мир нарисовать можешь только ты, но для этого нужно будет провести вечность в больнице ибо твой мир будет эрзацем моего. Каждый день к тебе будет приходить мед сестра в черном халате, глаза ее будут забинтованы, а через бинт будет сочиться кровь, она будет пичкать тебя килограммами наркотиков пока не сломает твоё сознание и все превратиться в бесконечный пьяный сон, а когда ты будешь готов, то на алюминиевом подносе она принесет тебе лезвие и тетрадку с карандашом. Вот и выбирай свободу или рабство. Нарисуешь свой мир, или смешаешься с вечностью?
26
***
1
Всем привет, меня зовут Юра и я водитель автобуса. Вы наверно скажете "а чем ты особенный, Юра?" Так я вам отвечу, я водитель автобуса в котором нет окон и дверей. Вот так вот. Мой автобус желтого цвета и я никогда не был снаружи него. К сожалению в нем нет пассажиров, наверно из-за того что пластины которыми заварены двери и окна ржавые и выглядят ой как мрачно. Я никогда не выходил с моего автобуса, знаете, я даже иногда сомневаюсь что мой автобус едет, а может он летит? Кто его знает, но от руля я отойти не могу, я всегда еду туда куда мне кажется нужным. Хорошо что бензин в баке автобуса никогда не закончится. Откуда я это знаю? Да просто знаю, как то что автобус движется и управляю им именно я. Я так люблю звуки двигателя моего автобуса, жаль что других звуков я никогда не слышал, та мне и не хотелось бы, это шикарный звук, он идеальный.
2
Здравствуйте, уважаемые читатели. Меня зовут Ричард и я занимаюсь тем, что выращиваю людей. Данным занятием я занимаюсь всю свою жизнь. Ибо в нашей семье это дело передается из поколения в поколение. Ну знаете, в этом занятии смысла нет, мы выращиваем биомусор просто от скуки. Делать это очень просто, человек это что-то вроде сорняка в мире животных, этих уродцев можно мешать с дерьмом, а они все равно вырастут. Мою семью называю по-разному. Некоторые нас называю "Бог" некоторые "Государство". А вообще я свою роботу люблю, она у меня не сложная, ведь человек тупейшее животное из животных по моему приказу он может убить представителя своего вида за разноцветную бумагу которую он обменяет на возможность оплодотворить самку.
3
Хэлоу, меня зовут Гарик и я режиссер. Я занимаюсь тем что, снимаю и монтирую фильмы в своей голове. Я хожу по улице и снимаю на зрения всякие действия, потом их монтирую, накладу хорошей музыки (желательно грустной) ибо фильмы я люблю снимать черно-белые. Главное уметь качественно нарезать пленку. За свою жизнь я снял около 3 убийств (одно с изнасилованием), восемь свадьб, двадцать сбитых котов и поверьте список фильмов в моей голове аж никак не малый.
4
Всем привет, с вами Гарик. Сегодня я видел летающий автобус желтого цвета с заваренными окнами и дверьми. Режиссер падает и выдирает свои глаза. ОСТАНОВИТЕ СЪЕМКУ, СУКИ. ЭТОТ ФИЛЬМ Я СМОТРЕЛ У СЕБЯ ВО СНЕ.
27
***
ГОРОД УЛЫБОК
***
В городе улыбок утро начинается с музыки, люди счастливо вскакивают из своих теплых постелей и машут правой рукой восходящему солнцу. По новостям рассказывают свежие анекдоты и о дальнейший перспективах. Никакой рекламы, только вставки с нелепыми выходками котят или панд. Представьте себе город в котором не существует печали, люди огородившие себя забором от внешнего мира клянутся в любви всему живому. С утра они бегут на работу в разноцветных костюмах. Мне в радость. Мне все в радость. Сияющие улыбки везде. Мы одно целое. Общество без паразитов, депрессий и негатива.
