Тюльпаны

       - На первый взгляд так кажется, но поверь, спустя время ты начнёшь её ценить.
       
       - Я и сейчас её ценю, пойдём уже, пока народ не стал просыпаться и засыпать нас ненужными вопросами.
       
       Мы вышли через блок пост, в котором недавно была перестрелка. Бойцы, которые его охраняли, прощались с нами так отчаянно и горячо, что казалось, будто патриарх вынес нам смертный приговор. Выйдя со станции, я почувствовал совсем другой воздух. Он был холодным и диким, неприветливым и волнующим. Удав улыбнулся и подкурил самокрутку, пуская молочный дым в протекающий потолок.
       
       - Ну что? Дождались? Вот она, свобода.
       
       - И какой у нас план, господин Удав?
       
       - А план у нас проще некуда. Я договорился о встрече со своим другом, он в метро человек не последний и сведёт нас с одним интересным персонажем по кличке Проводник. А тот, как ты уже понял, может нас вывести куда угодно.
       
       - Ого, я не думал, что всё будет так просто.
       
       - Ты работаешь с профессионалом, я все эти тоннели ещё в детстве облазил. Но самое лучшее нас ждёт в конце.
       
       - И что же у нас самое лучшее?
       
       - Вознаграждение. Знаешь, что нам пообещали?
       
       - Понятия не имею.
       
       - Всё, чего мы захотим.
       
       На полу дрались крысы. Я хотел пнуть их, чтобы разогнать, но потом передумал в целях нашей безопасности.
       
       - Тебе так и сказали? Берите, что хотите?
       
       - Именно.
       
       - А если я захочу, например, жену священника?
       
       - Это нарушает закон Божий.
       
       - А то, что мы идём убивать торговца, разве не противоречит Библии?
       
       - Если мы убьём его ради Бога, в которого мы верим, то нет.
       
       - И что ты у них попросишь?
       
       - Я ещё не придумал, но думаю поступить по справедливости. Моё вознаграждение должно быть равносильно моему труду и моей жертве, которую я отдал ради общего блага станции.
       
       Удав резко остановился и поднял правую руку, подав мне знак, что дальше идти не стоит. Мы ещё недалеко отошли от блокпоста.
       
       - Ты слышишь это?
       
       Звук был похож на приглушенный голос, который никак не может пройти через стену.
       
       - Да. Что это?
       
       - Дети лазят по вентиляции.
       
       - Я уж подумал, что что-то серьёзное. Черт возьми, куда смотрят их родители?
       
       - Да брось ты. Сами же буквально недавно такими были.
       
       - Но ведь там может быть что угодно.
       
       - Именно в этом весь адреналин.
       
       Удав кинул камнем в трубу вентиляции, чтобы напугать детей, и это сработало. Я слышал, как над туннелем, в котором мы находимся, свистели мощные свирепые ветра. От такого ветра человек не устоял бы на ногах. Ядерная зима родила поколение, которое никогда не видело солнца. Это было поколение, которое считает людей, когда-то живших на поверхности, ангелами, а действительность, которую мы с кислым лицом осуждаем с желанием поехать на курорт и отдохнуть, раем. Бог лишил человечество Рая из-за его грехов, из-за жадности и отсутствия меры. Несколько ядерных ударов стали теми самыми сорванными яблоками с дерева познания. Истина, прописанная в Ветхом завете, будет актуальна для рода людского всегда.
       Мы светили налобными фонарями перед собой. Желтый тусклый свет пробивал темноту лишь на пару метров. И эти пару метров были островком нашей безопасности. Он продолжал говорить:
       
       - На станции только и говорят о затерянных или неосвоенных ещё людьми местах в метро.
       
       - Ты думаешь, они существуют?
       
       - Я не думаю и даже не предполагаю. Я уверен, что четверть всего метро сейчас просто простаивает, и мы должны его освоить для качественного будущего.
       
       - Что в твоём понимании качественное будущее?
       
       - Зима не будет вечной. Мы заберём себе рай. Заслужим его.
       
       Дальше мы шли молча. Шорохи от ботинок разлетались эхом по пустому туннелю. Я думал о том, что хочу опробовать своё оружие. С ним в руках я чувствовал себя надёжнее и смелее. Я чувствовал себя воином, у которого была власть отобрать жизнь у любого, кто может стать на пути.
       Калашников Удава был закинут ему за плечо на ремне болотного цвета. Я же держал своё оружие перед собой и наготове, ведь самая ужасная вещь может произойти только когда ты ее не ждешь. Удав остановился. Я услышал собачий лай, а потом рык.
       
       - Это что, стая собак впереди?
       
       Удав молча доставил патрон в патронник. В стае было около десяти псов.
       
       - Судя по всему, они настроены агрессивно.
       
       Я дёрнул затвор на своём автомате, но Удав сказал, что переводить патроны на них нет никакого смысла. Он попросил прицельно зачистить их с пистолета, а в случае опасности он откроет огонь из автомата. Зачем прицельно зачистить, а не просто спугнуть? Для того чтобы уже никогда не увидеться с ними в последствии. Я взял на мушку самого большого пса и выстрелил. Стая разбежалась, мне заложило уши, но ещё одним выстрелом мне удалось подстрелить еще одного пса. Мы осмотрелись и пошли дальше.
       
       - Я слышал о бродячих псах, но понятия не имел, что они могут собираться в такие огромные стаи.
       
       - Псы это ещё ничего, это самое простое, с чем тут можно столкнуться. Я слышал о стадах крыс, которых невозможно перестрелять и которые поедают людей заживо.
       
       - И как с ними бороться?
       
       - Пули против них бессмысленны. Их нужно травить газом.
       
       Следующая станция была свободной, и религиозные предпочтения здесь были разные. Демоны тут свободно общались и выпивали с людьми, не считаясь неполноценными. Нас же считали изгоями и затворниками, но когда была выгода, на это закрывались глаза. Никто здесь не привык стричь всех под одну гребенку. На станции разрешалось быть с оружием, но за его использование без крайней необходимости выгоняли навсегда.
       
       - Ну и где же мы встретимся с твоим другом?
       
       - Мы договорились встретиться в баре.
       
       - Ты посмотри, сколько тут демонов. Как бы в спину никто не выстрелил.
       
       - Они боятся тебя ещё сильнее, чем ты их. Просто сохраняй спокойствие. Мы пришли сюда по делам, а не для того, чтобы кому-то навредить. Эта станция свободна.
       
       Я согласился с Удавом, и мы последовали в бар. Он был сделан из дерева. Стулья и столы были изготовлены из пней, а сама барная стойка находилась за металлической решёткой в целях безопасности. Если серьёзно, никакой опасности я здесь не видел. Все люди были приветливы и спокойны, хоть и немного депрессивны. Но кто не будет депрессивным, живя под землёй одной только мыслью о счастливом будущем своих внуков или правнуков?
       В баре я услышал шумный спор. Удав тыкнул пальцем в эпицентр шума.
       
       - Вот он.
       
       Мы подошли и услышали, как демон рассказывает другим пьяным демонам о том, что они его не уважают и что он сейчас тут всё из-за них разнесёт.
       
       Этого парня звали Арни, и если бы мне дали всего три слова, чтобы его описать, то я сказал бы... Демон, Бунтарь, Алкоголик.
       Увидев нас, он закричал ещё громче, а затем пошёл обнимать Удава.
       
       - Пойдёмте от этих чудаков, будем решать дела поважнее. Слышишь, Удав, кто это с тобой? Я его, кажется, никогда не видел. Думаешь, ему можно доверять?
       
       - Если он со мной, то да. Уж тем более, поверь мне на слово, что самый подозрительный тип на станции - это ты.
       
       - Это верно.
       
       Он протянул мне руку и представился, а после сказал, что я могу обращаться к нему по любым вопросам. Арни был возбуждён.
       
       - Ну так что, выпьем?
       
       - Кажется, ты сказал этим парням, что мы идём решать дела поважнее.
       
       Удав указал пальцем в сторону демонов, которые беспринципно продолжали на нас пялиться.
       
       - Ну, одно другому не мешает. Или вы сегодня серьёзные?
       
       Мне показалось, что связываться с этим парнем было не самой лучшей идеей. Уж слишком этот демон любил внимание и слишком мало придавал значения словам, которые вырывались из его рта. Но Удаву я полностью доверял, альтернативы у меня не было и предложить что-то от себя я не мог. Арни. Честно говоря, с первого взгляда он показался мне неприятным и мутным.
       
       - Мы сегодня серьёзные и у нас мало времени, поэтому с алкоголем продолжим в следующий раз, а сейчас давай по делу.
       
       - По делу так по делу. Проводник доставит вас в любое место за вознаграждение, он в этом своего рода специалист.
       
       - Подробнее насчет вознаграждения.
       
       Арни закурил сигарету.
       
       - Любое оружие, на ваш выбор. Оплату он берёт только оружием, в другом случае он даже не станет с вами разговоривать.
       
       Удав посмотрел на меня, и я уловил в этом взгляде, что он намекает мне на мой старый ПМ.
       - Ладно, оружие так оружие, никто же не спорит с этим.
       
       - Куда вам?
       
       - Что куда нам?
       
       Арни закатил глаза.
       
       - Куда вам нужно попасть?
       
       - Станция "Пролетарская".
       
       - Не так уж и далеко. Исполняете какие-то грязные церковные поручения?
       
       Я засмеялся и спросил у него:
       
       - Арни, а ты сам разве не веришь в Бога?
       
       - Нет. Я не верю ни в сказки о рае, ни про то, что нашими предками были ангелы, а уж тем более я не верю в то, что у этого всего может быть создатель.
       
       - А во что ты тогда веришь?
       
       - Я верю в то, что рай здесь и сейчас, а ангелы и есть мы сами. Мир, что над нами, и есть чертово пекло, а под землёй мы как у Христа за пазухой.
       
       Мы все затихли. Удав посмотрел на меня с улыбкой. Арни продолжал:
       
       - Значит так, сейчас я пойду к Проводнику и буду за вас договариваться, а вы не будьте как черти, накройте стол, чтобы хоть чем-то его задобрить. Ну и про меня, естественно, не забывайте. Надеюсь, когда вернусь, то найду вас в баре.
       
       Он пожал нам руки и ушёл. Мы с Удавом остались вдвоём в деревянном баре. Он смотрел мне в глаза.
       
       - Я знаю о чем ты хочешь меня спросить.
       
       Я двинул плечами.
       
       - О том, что доверять этому парню чистое безумие?
       
       - Он мой должник, будь уверен, что он нас не подведёт.
       
       - Я на тебя надеюсь и ни капли в тебе не сомневаюсь.
       
       Я стал выкладывать на стол консервы по совету Арни, а Удав удалился за бутылкой. Пить в этот раз не очень хотелось, но формальности подземелья этого требовали. Компания демонов, от которой отдалился Арни, продолжала нас сверлить взглядами. Я старался не обращать на них внимания, пока один из них ко мне не подошёл. Он сказал, что ему понравился мой автомат, а ещё что на моём месте никому тут не доверял бы, а уж тем более Арни. Я с ухмылкой поблагодарил его за совет, но задумался всерьёз о том, что он сказал, уже после того как он продолжил пить в своей компании. После того как Удав вернулся с алкоголем, я рассказал ему, что произошло.
       
       - Послушай, Стас. Он абсолютно прав, но на данный момент у нас нет другого выбора. Нам просто нужно выполнить задание, вернуться героями и забыть всё, как страшный сон. Всё это неправильно, но такова жизнь, а мы просто пешки в этой игре.
       Арни вернулся с Проводником, и более мерзкого существа, наверное, тяжело было бы найти во всём метро. Ящероподобное, изуродованное лицо. Запах рыбы и звонкий тупой смех. Это первое впечатление, которое он на меня произвёл. Его смех будто резал уши, а смеялся он по причине и без. Смешным ему казалось абсолютно всё. Удав был краток и лаконичен. Мы договорились с Проводником о том, что он получит ТТ и сотню боеприпасов к нему, если мы окажемся на нужной нам станции, а после в безопасности вернёмся домой. Проводник клялся нам о безопасности, Арни молчал, и это насторожило меня ещё сильнее. После трёх рюмок водки я хотел подойти к демону, который меня информировал насчёт Арни, и расспросить, что он о нём знает. Но даже если бы я узнал что-то ужасное, то навряд ли Удав отказался бы от операции. Он всегда шёл к своей цели, как танк.
       Проводник клялся своей матерью, что всё будет хорошо и что он в этом лучший. Я устал сидеть на месте и начал задавать конкретные вопросы о том, когда мы уже будем выдвигаться. Мы договорились, что двинемся сегодняшним вечером. Я чувствовал тяжесть двух ручных гранат, которые давили мне в спину, и думал о том, что нужно переложить их в жилет.
       Мы обсудили детали и договорились, что встретимся на этом же месте вечером, хоть до этого времени оставалось всего пару часов. Перед выходом Арни сказал фразу, которая врезалась мне в память: "Наш ад - это единственный шанс сохранить рассудок".
       Грязные противогазы, натянутые на лицо, провожали нас троих со станции. Проводник шел с арбалетом, аргументируя это тем, что привык к бесшумной стрельбе. На моё удивление, он стал серьёзнее и перестал меня раздражать. Тонны снега лежали на пещерах, которые стали одним из немногих мест, где сохранилась жизнь. Жёсткая и беспринципная. Сильные поедали слабых, и так будет всегда. Я думал о словах демона у бара. Думал о том, что, вероятно, мы с Удавом потеряли бдительность, видимо, в этом мире никому доверять нельзя, и уж лучше пусть всё идёт своим чередом, чем не идёт никак. На стенках и трубах были нарисованы стрелки разных цветов, которые служили подсказкой для подземных обитателей. Мне же эти разноцветные стрелки не говорили ни о чем, и если бы я оказался тут один, не думаю, что они помогли бы мне хоть как-то отсюда выбраться. Тоннель был гигантским лабиринтом, единственной частичкой тепла, которая тут осталась. Именно поэтому он подвергал всех его жителей опасности, ведь эту частичку без боя отдавать никто не собирался.
       Шли мы долго и скучно. Молчали. Говорить никто не хотел, потому что издавать лишние звуки было небезопасно. Вдруг проводник остановился и стал рассматривать рисунок на стене. Удав спросил у него:
       
       - Что это?
       
       Тот молча продолжал смотреть на стену. Я приблизился ближе, чтобы посмотреть, что там нарисовано и ответил, потому что понял, что эти двое сейчас находятся в состоянии полнейшего недоумения.
       
       - Это цветок.
       
       Удав посмотрел на меня с любопытством.
       
       - Цветок?
       
       Проводник сказал ему:
       
       - Я слышал, что ангелы во времена рая собирались в круг и пьянели от того, что вдыхали дым от цветов. Это было что-то вроде развлечения в те времена.
       
       - Но это всего лишь миф?
       
       - Это всего лишь миф.
       
       - Почему он тогда нарисован здесь, и что это может значить?
       
       Я слышал в интонации проводника испуг. Что-то шло не по плану.
       
       - Понятия не имею, что это значит. Одно я знаю точно - недавно этого изображения тут не было, а значит тут были или есть люди, встреча с которыми нам нежелательна.
       
       - Думаешь, они могут на нас напасть?
       
       - А чего ещё можно ожидать от людей, которые приходят в глубину тоннелей, чтобы рисовать оккультные символы? Видимо, здесь находится секта, которую выгнали со станции.
       
       Удав закурил. Он посмотрел на меня и предложил сигарету, я жестом отказался.
       
       - Мы отлично вооружены и можем дать отпор, но на незнакомой территории это всегда сложнее. Будем надеяться, что этого не произойдёт. Правда, Стас?
       
       Я кивнул. Проводник скинул рюкзак и сказал:
       
       - Значит так, парни. В целях безопасности нам придётся изменить тактику. Единственное бесшумное оружие на данный момент только у меня. Я буду идти впереди примерно на пять метров. Вы же будете прикрывать меня сзади. Открывать огонь только по моей команде. Всё ясно?
       
       Мы с Удавом переглянулись и не ответили ничего. Проводник надел рюкзак и пошёл вперёд.
       
       Удав ускорил шаг и сказал мне, что хочет посмотреть, что там в конце пути. Проводник держал дистанцию и отдалялся всё дальше. По непонятным для меня причинам вскоре я потерял их обоих, как вдруг раздался взрыв ручной гранаты, который растянулся по тоннелю тяжелой волной. Я хотел позвать кого-нибудь из них и убедиться, что всё нормально. Но тут же понял, что делать этого не стоит, так как я могу привлечь к себе нежелательное внимание.