- Я пришёл за другим.
- Я вижу тебя насквозь, нет смысла мне врать. Мы стояли в саду, я держал в руках черный тюльпан, деревья тянулись к солнцу.
- Я хочу научиться видеть.
- Я тебя этому научу, ты тут потому, что тебе так предначертано. Скоро ты увидишь мир таким, каким он действительно является, но для начала нам нужно посетить шабаш.
- Когда ?
- Сегодня вечером. Расслабься немного, ты слишком напряженный, тебе это не идёт. Там ты пройдёшь обряд посвящения, после которого ты станешь человеком, носящим в себе фундаментальную истину. И после этого твой путь начнётся с нуля, как всё великое начинается с малого.
- Ты тоже проходила этот обряд?
- Нет, я пришла к истине сама, но мне понадобились годы труда чтобы стать тем, кем я есть. Обряд посвящения - это что-то сравнимое с уроком, за час учитель может отдать тебе все свои знания, которые копил годами, но при условии, если ты будешь его внимательно слушать.
- Мне кажется, что у меня нет выбора, и мне придётся вникать в каждое слово. Всё зашло уже слишком далеко.
- Ты ошибаешься. Каждый конец пути - это лишь его начало. Когда ты обретёшь истину, тебе придётся начать всё заново. Гусеница превратится в бабочку, таков её путь, и она ни о чем не сожалеет, верно?
- Даже и не знаю, что сказать, ты как будто подбираешь те слова, которые я хочу услышать.
- Тебе просто так кажется. Пойдём выпьем чаю.
Ведьма пошла к избе не оборачиваясь, и я следовал за ней. Слово "шабаш" звучало для меня грубо и мерзко, будто бы это то место, в которое мне нельзя попадать, но глядя в её глаза, у меня не было повода ей не доверять. Более чистых и добрых глаз я в своей жизни прежде не встречал никогда. Она зашла в избу, а я остался ждать на крыльце. Почему-то у меня не было желания заходить внутрь, будто бы я нарушу её личное пространство или будто бы я тот человек, который вошёл без приглашения.
Спустя время ведьма вынесла чай на улицу и мы сели за стол. Она разлила содержимое чайника по глинным чашкам и сказала:
- Надеюсь, в этот раз чай тебе не покажется настолько отвратительным.
- В прошлый раз мне тоже не показалось, что он слишком уж отвратительный.
- Обманываешь.
Я сделал первый глоток. Чай действительно на вкус был горький и будто перенасыщенный травами.
- Так где и когда пройдёт шабаш?
- Сегодня вечером на лысой горе, я тебя отведу. Ни о чем не переживай, в процедуре посвящения нет ничего сложного, просто плыви по течению.
- Честно говоря, я немного волнуюсь.
- Чего ты боишься ?
- Неизвестности.
- Ты обретаешь великое несчастье, когда дорожишь самим собой. Познав абсолютную истину, все твои страхи уйдут, ибо твоё тело лишь временно, но жизнь твоей души вечна.
- И как же эта истина называется?
- Всё, что бесконечно, не может быть названо. В мире огромное разнообразие вещей, но все они, как и человеческая душа, возвращаются к своему началу.
Даже небо и земля не может сделать что-либо долговечное, уж тем более человек.
- Значит, у правды нет названия?
- Истина вечная и безымянная.
Я сделал глоток горького чая и повторил слова ведьмы.
- Истина вечная и безымянная.
- Ты можешь наслаждаться последними часами своей инфантильности. С правдой придёт ответственность. Я говорю об ответственности хранения тайн бытия.
- Я думаю, что я с этим справлюсь.
- Я надеюсь на это.
Я допил чай и в знак признательности попросил налить мне ещё одну чашку. Ведьму это приятно удивило.
- О каких тайнах идёт речь?
- Некоторые вещи человек ещё не способен выразить словами, но способен осмыслить и понять. Если никогда ничего не было, то откуда это взялось?
Ведьма взмахнула рукой, показывая мне свой сад, но, видимо, она имела ввиду всю реальность в целом.
- Не знаю.
- Всеми законами правят три энергии, которые есть Бог. Мы есть Бог, а это значит, что мы буквально живём внутри себя.
- Почему энергий именно три, а не больше либо меньше?
- Не может быть абсолютно мягкого или абсолютно твёрдого. Всё и всегда может быть мягче или твёрже, поэтому две энергии жизни, которые противоположны друг другу, связаны третьей. Энергией равновесия. И собственно поэтому мы в рабстве треугольника энергий.
- Я всё это будто бы знаю, я видел всё это после твоего укуса.
- Да, ты прав. После того как я тебя укусила, я освободила твою душу от тела, которое видит окружающую реальность лишь в пределах своих физических возможностей. Ты увидел настоящее строение мира, тот мир, с которым бесконечное количество раз сталкивается душа после смерти физического тела.
- Но в чем смысл?
- Смысл?
- Да, в чем замысел всего этого?
- А разве ты не понял это после того как твоя душа покинула тело?
- Может быть, я понял всё это неправильно.
- Послушай меня внимательно и ты всё поймёшь. Всё рождается из всего. Человек следует законам Земли, Земля живёт по законам Солнца. Солнце следует законам Вселенной, Вселенная живёт по законам Кольца времени. Время следует законам энергий, а энергии следуют сами себе.
Ведьма забрала со стола чай и ушла, оставив меня в одиночестве и дав возможность подумать о том, что она мне сейчас сказала.
Её слова меня пронзили, и я стал не только понимать, но и чувствовать. Понять можно слова, но чувствовать можно намного глубже и яснее. Чувствовать можно яснее чем видеть, чем слышать, чем говорить ведь те слова, которыми я бы хотел описать своё прозрение ... их просто не существует.
Ведьма вернулась ко мне и села за стол.
- До вечера осталось совсем ничего, мы скоро будем собираться.
- Мы ведь будем там не одни, правда?
- На шабаше? Да, соберутся все те, кто умеет видеть.
- И кто они?
- Шаманы, жрецы, маги или даже просто обычные люди, как я или ты.
- А зачем вы собираетесь на шабаш?
- Для пополнения энергии и обмены опытом. Мы те, кто с древних времён находится в единстве, ибо никто и никогда из живых не сражается в одиночку.
- Я думал, что познание истины это и есть путь одиночества.
- Это не совсем так. У каждого мага или жреца есть наставник, или тот, за кого он продолжает бороться, не отрекаясь от тела и не уходя в полное просветление и бездеяние. Я говорила о том, что я могу путешествовать в четвёртое или второе кольцо действительности, но если ты встречаешь просветлённого, который до сих пор находится в третьем кольце, значит, его что-то в нём держит. Это значит, что он идёт этот путь не в одиночестве.
- И что же тебя тут держит?
- В той реальности, откуда ты пришёл, церковь исказила образ Бога, чтобы он был более понятен массовому потребителю. Люди с твоей реальности думают, что Бог - это бородатый дядька, который сидит на небесах и наблюдает за твоими поступками, но это не совсем так. Бог не один, их много. Мой Бог - это добро и любовь. Частичка моего Бога есть в каждом из людей, и пока они дышат и носят внутри себя моё божество, моя вера в людей и человечество не иссякнет. Именно поэтому я здесь, чтобы учить тебя и таких как ты.
- Как ты выбрала этот путь?
- Это не я выбрала его, а он меня. Вселенная создаёт каждую из душ потому что нуждается именно в ней. Не существует той души, у которой нет пути. Существуют тела и их потребности, которые не дают возможности осознать путь души.
- Я ничего не пойму, но если ты хочешь учить, если это твой путь, я не вижу твоих учеников. Почему бы не создать свою школу, чтобы рассказывать там людям правду. Разве они не достойны этого? Просто знать правду.
- Истину можно передать лишь тому, кто её ищет. У каждого из мудрецов есть негласное правило, которым через время будешь пользоваться и ты сам. Говорит тот, кто не знает, тот, кто знает - не говорит.
- Но ведь ты можешь дарить добро и любовь людям массово, ты можешь изменить мир.
Ведьма встала из-за стола и нежно улыбнулась мне.
- Пока ты ещё глуп, чтобы понять это.
- Понять что?
- То, что самый яркий свет отбрасывает самую тёмную тень. Сегодня ты всё поймёшь после обряда. Пойдём, нам пора собираться.
Ведьма пошла в избу, я следовал за ней, но перед порогом меня что-то остановило, будто я боялся этого места. По-настоящему я боялся оставаться в закрытом пространстве с ней в одиночестве. Она обернулась и, перешагнув порог, сказала мне:
- Ну заходи, чего же ты ждёшь ?
- Может, я лучше на улице подожду?
- С чего бы это вдруг? Мой дом всегда рад гостям, проходи, подождёшь меня в комнате.
Ведьма отвела меня в ту самую спальню, где прокусила мне губу. Хоть я и знал, что могу ей доверять, но всё равно почему-то чувствовал себя настороженно.
Я думал о том, что казалось, что я застрял между двумя мирами, но в последствии обрёл свой.
Ведьму я ждал долго, настолько долго, что успел заскучать. Все мои страхи и сомнения ушли, я чувствовал, что делаю всё правильно.
Солнце стало ложиться за горизонт, а тьма стала пожирать солнечный свет и явилась она.
Ведьма пришла ко мне босиком в белом легком платье, на её голове был венок из полевых цветов. Она сказала мне:
- Тебе нужно одеть белое, я принесла тебе одежду.
- Где ты так долго пропадала?
- Разве это долго? Имей терпение.
- Я уже начал подумывать идти искать тебя.
- Не стоит. Не волнуйся, я тебе не брошу. Переодевайся, пожалуйста.
Ведьма ушла из комнаты, я взял одежду и посмотрел на неё. Это была белая рубашка и белые штаны из тонкой ткани, которые напоминали скорее пижаму, чем одежду.
Я зашёл за ширму в комнате и переоделся. Казалось, что штаны были мне слегка маловаты, а рубашка, наоборот, была длинной и растянутой, настолько длинной, что её рукава прикрывали мне кончики пальцев.
Я вышел из комнаты и увидел, что ведьма сидит за столом. Она обвела меня взглядом с ног до головы:
- Да уж, не идеально конечно, но пойдёт.
- На шабаше все будут в белой одежде?
- Не все, но так принято. Особенно тому, кто будет проходить обряд посвящения.
- Откуда у тебя эта одежда?
- Неважно, ты задаёшь не те вопросы.
- А какие вопросы нужно задавать?
- Те вопросы, ответы на какие тебе действительно понадобятся. К Лысой горе мы будем идти босиком, это займёт некоторое время, по этому нам уже пора выходить.
Мы вышли из избы, я стал босыми ногами на сырую землю. Ощущения были, честно говоря, неприятные.
- Зачем нам нужно идти без обуви?
- Чтобы ты чувствовал этот мир таким, какой он есть. Это как чай без сахара, помнишь?
- Помню.
- Ну вот, ничего страшного с тобой не произойдёт, главное, смотри под ноги и будь внимательным, чтобы не наступить на острый камень. Не желательно чтобы ты появился на шабаш с открытой раной.
- Хорошо.
Мы вышли на дорогу и болтали о простых вещах, я чувствовал под ногами холодную сырую землю. Путь наш был неблизким. После того как мы вышли из деревни, мы пошли через лес. Я пробирался практически наощупь, так как в лесу было насколько темно, что невозможно было что-либо видеть, поэтому ведьма взяла меня за руку и вела будто слепого, а я надеялся лишь на то, чтобы не наступить на что-нибудь острое, как меня и предупредили заранее. Мы вышли к горам, которые освещал лунный свет. На самой высокой горе зажигались огни, это и был пункт нашего назначения.
Это место маги и колдуны по какой-то причине называли "Лысой горой".
Мы всё ближе приближалась к Лысой горе. Огни становились больше и отчетливей, я стал слышать ритмичный звук больших барабанов вперемешку с громким человеческим смехом.
В этих краях это была самая высокая вершина, которую могли увидеть глаза. С каждым нашим шагом к вершине ритм барабанов становился отчетливей, а смех людей громче и веселее.
Когда мы достигли вершины, то, что я увидел, невозможно было с чем-то сравнить. Люди в белых одеждах скрывали свои лица за безликими масками, они водили хороводы и смеялись. Некоторые из них были без масок, некоторые были без одежды, а некоторые и вовсе не были людьми. Ведьма сказала мне:
- На самой высокой точке этой горы стоит священный казан. К нему запрещено приближаться без белой одежды и без безликой маски. Чем ближе мы находимся к священному казану, тем строже правила ритуала, понимаешь меня?
- Понимаю, а где наши маски?
- Моя маска у меня, а тебе твою должен выдать слепой жрец для обряда посвящения.
- Слепой жрец?
- Да, он потомственный колдун, на чью семью было наложено проклятье, все мужчины с его семьи рождаются слепыми.
- Что же его предки такого натворили?
- Не забивай себе голову лишней ерундой, нам нужно отыскать в этом хаосе жреца, пойдём.
Когда я обернулся, то увидел человека, который левитировал. Многие собирались небольшими группами для жертвоприношений, но большинство из них просто сходило с ума и танцевало под ритм барабанов.
Ведьма вела меня за руку, как мама ведёт своего сына, чтобы он не потерялся.
- Ты знаешь всех этих людей?
- Не всех, но многих.
- Тут находятся черные и белые маги, верно? Тут ведь занимаются жертвоприношением, я вижу всё это.
- Тот кто приходит на шабаш, не делит магию на черную и белую. Мы приходим сюда для того чтобы поклоняться истине. Я уже говорила, воспринимай всё метафорически. В большинстве слов, что ты сегодня здесь услышишь, весь смысл таится между строк. У каждого мага или колдуна есть свой Бог. Мой Бог - это добро и любовь, но кто-то может поклоняться ненависти и злости или вовсе пустоте и равновесию. В любом случае, тут не принято кого либо осуждать, ибо мы все тут фундаментально соединены одной истиной.
Я увидел длинноволосую девушку в белоснежном свадебном платье и остановился. Закрыв глаза руками, она рыдала. Я указал на неё пальцем и спросил у ведьмы:
- Кто это ?
- Тебе лучше к ней не подходить, она очень сильная ведьма, так как поклоняется страданиям человеческой души. Когда она плачет, то начинает входить в транс, её слёзы - это кристалы печали, всматриваясь в которые она лучше и отчетливее видит сущность бытия.
- Ничего себе, но почему она в свадебном платье?
- Не забивай себе голову, сейчас нам нужно найти слепого жреца.
Дети в безликих масках, собравшись в круг и взявшись за руки, затягивали грустную песню на непонятном мне языке. Я снова стал дёргать ведьму за руку.
- Что они делают ?
- Они поют песню Богине Матери, той самой, которая порождает всё живое нашего мира.
- Почему песня такая грустная?
- В словах этой песни сказано, что они грустят по ней, но ценят её подарок и именно по этому не возвращаются обратно к ней в небытие.
- Но ведь они... дети.
- Может быть они дети, а может быть у них просто детские тела, и тебе так кажется. Суть ведь не в том как они выглядят, суть в том, о чем они поют.
Гуляя по Лысой горе, мы встречали неописуемых чудищ, великанов, людей с головами птиц или животных и даже тех, кто восстал из могил. Я не понимал, куда мы идём и что мы ищем, но ведьма чувствовала себя тут будто рыба в воде. Спустя пару минут молчания и быстрого шага она, наконец, воскликнула:
- Вот он, я вижу его.
Жрец сидел возле костра в компании каких то людей, мы подошли к нему, потому что он должен был отдать мне мою безликую маску. Он был худым, в одежде, которая скорее напоминала тряпки, а его глаза были без зрачков и ужасно белого цвета, настолько белого, что казалось, что они светятся будто фары. Ведьма подошла к жрецу, сказала ему что-то на ухо, после чего он поднялся, опёрся на сухую тонкую трость и, указывая на меня скрюченным худым пальцем, засмеялся.
- Что с ним, почему он смеётся?
- Я вижу тебя насквозь, нет смысла мне врать. Мы стояли в саду, я держал в руках черный тюльпан, деревья тянулись к солнцу.
- Я хочу научиться видеть.
- Я тебя этому научу, ты тут потому, что тебе так предначертано. Скоро ты увидишь мир таким, каким он действительно является, но для начала нам нужно посетить шабаш.
- Когда ?
- Сегодня вечером. Расслабься немного, ты слишком напряженный, тебе это не идёт. Там ты пройдёшь обряд посвящения, после которого ты станешь человеком, носящим в себе фундаментальную истину. И после этого твой путь начнётся с нуля, как всё великое начинается с малого.
- Ты тоже проходила этот обряд?
- Нет, я пришла к истине сама, но мне понадобились годы труда чтобы стать тем, кем я есть. Обряд посвящения - это что-то сравнимое с уроком, за час учитель может отдать тебе все свои знания, которые копил годами, но при условии, если ты будешь его внимательно слушать.
- Мне кажется, что у меня нет выбора, и мне придётся вникать в каждое слово. Всё зашло уже слишком далеко.
- Ты ошибаешься. Каждый конец пути - это лишь его начало. Когда ты обретёшь истину, тебе придётся начать всё заново. Гусеница превратится в бабочку, таков её путь, и она ни о чем не сожалеет, верно?
- Даже и не знаю, что сказать, ты как будто подбираешь те слова, которые я хочу услышать.
- Тебе просто так кажется. Пойдём выпьем чаю.
Ведьма пошла к избе не оборачиваясь, и я следовал за ней. Слово "шабаш" звучало для меня грубо и мерзко, будто бы это то место, в которое мне нельзя попадать, но глядя в её глаза, у меня не было повода ей не доверять. Более чистых и добрых глаз я в своей жизни прежде не встречал никогда. Она зашла в избу, а я остался ждать на крыльце. Почему-то у меня не было желания заходить внутрь, будто бы я нарушу её личное пространство или будто бы я тот человек, который вошёл без приглашения.
Спустя время ведьма вынесла чай на улицу и мы сели за стол. Она разлила содержимое чайника по глинным чашкам и сказала:
- Надеюсь, в этот раз чай тебе не покажется настолько отвратительным.
- В прошлый раз мне тоже не показалось, что он слишком уж отвратительный.
- Обманываешь.
Я сделал первый глоток. Чай действительно на вкус был горький и будто перенасыщенный травами.
- Так где и когда пройдёт шабаш?
- Сегодня вечером на лысой горе, я тебя отведу. Ни о чем не переживай, в процедуре посвящения нет ничего сложного, просто плыви по течению.
- Честно говоря, я немного волнуюсь.
- Чего ты боишься ?
- Неизвестности.
- Ты обретаешь великое несчастье, когда дорожишь самим собой. Познав абсолютную истину, все твои страхи уйдут, ибо твоё тело лишь временно, но жизнь твоей души вечна.
- И как же эта истина называется?
- Всё, что бесконечно, не может быть названо. В мире огромное разнообразие вещей, но все они, как и человеческая душа, возвращаются к своему началу.
Даже небо и земля не может сделать что-либо долговечное, уж тем более человек.
- Значит, у правды нет названия?
- Истина вечная и безымянная.
Я сделал глоток горького чая и повторил слова ведьмы.
- Истина вечная и безымянная.
- Ты можешь наслаждаться последними часами своей инфантильности. С правдой придёт ответственность. Я говорю об ответственности хранения тайн бытия.
- Я думаю, что я с этим справлюсь.
- Я надеюсь на это.
Я допил чай и в знак признательности попросил налить мне ещё одну чашку. Ведьму это приятно удивило.
- О каких тайнах идёт речь?
- Некоторые вещи человек ещё не способен выразить словами, но способен осмыслить и понять. Если никогда ничего не было, то откуда это взялось?
Ведьма взмахнула рукой, показывая мне свой сад, но, видимо, она имела ввиду всю реальность в целом.
- Не знаю.
- Всеми законами правят три энергии, которые есть Бог. Мы есть Бог, а это значит, что мы буквально живём внутри себя.
- Почему энергий именно три, а не больше либо меньше?
- Не может быть абсолютно мягкого или абсолютно твёрдого. Всё и всегда может быть мягче или твёрже, поэтому две энергии жизни, которые противоположны друг другу, связаны третьей. Энергией равновесия. И собственно поэтому мы в рабстве треугольника энергий.
- Я всё это будто бы знаю, я видел всё это после твоего укуса.
- Да, ты прав. После того как я тебя укусила, я освободила твою душу от тела, которое видит окружающую реальность лишь в пределах своих физических возможностей. Ты увидел настоящее строение мира, тот мир, с которым бесконечное количество раз сталкивается душа после смерти физического тела.
- Но в чем смысл?
- Смысл?
- Да, в чем замысел всего этого?
- А разве ты не понял это после того как твоя душа покинула тело?
- Может быть, я понял всё это неправильно.
- Послушай меня внимательно и ты всё поймёшь. Всё рождается из всего. Человек следует законам Земли, Земля живёт по законам Солнца. Солнце следует законам Вселенной, Вселенная живёт по законам Кольца времени. Время следует законам энергий, а энергии следуют сами себе.
Ведьма забрала со стола чай и ушла, оставив меня в одиночестве и дав возможность подумать о том, что она мне сейчас сказала.
Её слова меня пронзили, и я стал не только понимать, но и чувствовать. Понять можно слова, но чувствовать можно намного глубже и яснее. Чувствовать можно яснее чем видеть, чем слышать, чем говорить ведь те слова, которыми я бы хотел описать своё прозрение ... их просто не существует.
Ведьма вернулась ко мне и села за стол.
- До вечера осталось совсем ничего, мы скоро будем собираться.
- Мы ведь будем там не одни, правда?
- На шабаше? Да, соберутся все те, кто умеет видеть.
- И кто они?
- Шаманы, жрецы, маги или даже просто обычные люди, как я или ты.
- А зачем вы собираетесь на шабаш?
- Для пополнения энергии и обмены опытом. Мы те, кто с древних времён находится в единстве, ибо никто и никогда из живых не сражается в одиночку.
- Я думал, что познание истины это и есть путь одиночества.
- Это не совсем так. У каждого мага или жреца есть наставник, или тот, за кого он продолжает бороться, не отрекаясь от тела и не уходя в полное просветление и бездеяние. Я говорила о том, что я могу путешествовать в четвёртое или второе кольцо действительности, но если ты встречаешь просветлённого, который до сих пор находится в третьем кольце, значит, его что-то в нём держит. Это значит, что он идёт этот путь не в одиночестве.
- И что же тебя тут держит?
- В той реальности, откуда ты пришёл, церковь исказила образ Бога, чтобы он был более понятен массовому потребителю. Люди с твоей реальности думают, что Бог - это бородатый дядька, который сидит на небесах и наблюдает за твоими поступками, но это не совсем так. Бог не один, их много. Мой Бог - это добро и любовь. Частичка моего Бога есть в каждом из людей, и пока они дышат и носят внутри себя моё божество, моя вера в людей и человечество не иссякнет. Именно поэтому я здесь, чтобы учить тебя и таких как ты.
- Как ты выбрала этот путь?
- Это не я выбрала его, а он меня. Вселенная создаёт каждую из душ потому что нуждается именно в ней. Не существует той души, у которой нет пути. Существуют тела и их потребности, которые не дают возможности осознать путь души.
- Я ничего не пойму, но если ты хочешь учить, если это твой путь, я не вижу твоих учеников. Почему бы не создать свою школу, чтобы рассказывать там людям правду. Разве они не достойны этого? Просто знать правду.
- Истину можно передать лишь тому, кто её ищет. У каждого из мудрецов есть негласное правило, которым через время будешь пользоваться и ты сам. Говорит тот, кто не знает, тот, кто знает - не говорит.
- Но ведь ты можешь дарить добро и любовь людям массово, ты можешь изменить мир.
Ведьма встала из-за стола и нежно улыбнулась мне.
- Пока ты ещё глуп, чтобы понять это.
- Понять что?
- То, что самый яркий свет отбрасывает самую тёмную тень. Сегодня ты всё поймёшь после обряда. Пойдём, нам пора собираться.
Ведьма пошла в избу, я следовал за ней, но перед порогом меня что-то остановило, будто я боялся этого места. По-настоящему я боялся оставаться в закрытом пространстве с ней в одиночестве. Она обернулась и, перешагнув порог, сказала мне:
- Ну заходи, чего же ты ждёшь ?
- Может, я лучше на улице подожду?
- С чего бы это вдруг? Мой дом всегда рад гостям, проходи, подождёшь меня в комнате.
Ведьма отвела меня в ту самую спальню, где прокусила мне губу. Хоть я и знал, что могу ей доверять, но всё равно почему-то чувствовал себя настороженно.
Я думал о том, что казалось, что я застрял между двумя мирами, но в последствии обрёл свой.
Ведьму я ждал долго, настолько долго, что успел заскучать. Все мои страхи и сомнения ушли, я чувствовал, что делаю всё правильно.
Солнце стало ложиться за горизонт, а тьма стала пожирать солнечный свет и явилась она.
Ведьма пришла ко мне босиком в белом легком платье, на её голове был венок из полевых цветов. Она сказала мне:
- Тебе нужно одеть белое, я принесла тебе одежду.
- Где ты так долго пропадала?
- Разве это долго? Имей терпение.
- Я уже начал подумывать идти искать тебя.
- Не стоит. Не волнуйся, я тебе не брошу. Переодевайся, пожалуйста.
Ведьма ушла из комнаты, я взял одежду и посмотрел на неё. Это была белая рубашка и белые штаны из тонкой ткани, которые напоминали скорее пижаму, чем одежду.
Я зашёл за ширму в комнате и переоделся. Казалось, что штаны были мне слегка маловаты, а рубашка, наоборот, была длинной и растянутой, настолько длинной, что её рукава прикрывали мне кончики пальцев.
Я вышел из комнаты и увидел, что ведьма сидит за столом. Она обвела меня взглядом с ног до головы:
- Да уж, не идеально конечно, но пойдёт.
- На шабаше все будут в белой одежде?
- Не все, но так принято. Особенно тому, кто будет проходить обряд посвящения.
- Откуда у тебя эта одежда?
- Неважно, ты задаёшь не те вопросы.
- А какие вопросы нужно задавать?
- Те вопросы, ответы на какие тебе действительно понадобятся. К Лысой горе мы будем идти босиком, это займёт некоторое время, по этому нам уже пора выходить.
Мы вышли из избы, я стал босыми ногами на сырую землю. Ощущения были, честно говоря, неприятные.
- Зачем нам нужно идти без обуви?
- Чтобы ты чувствовал этот мир таким, какой он есть. Это как чай без сахара, помнишь?
- Помню.
- Ну вот, ничего страшного с тобой не произойдёт, главное, смотри под ноги и будь внимательным, чтобы не наступить на острый камень. Не желательно чтобы ты появился на шабаш с открытой раной.
- Хорошо.
Мы вышли на дорогу и болтали о простых вещах, я чувствовал под ногами холодную сырую землю. Путь наш был неблизким. После того как мы вышли из деревни, мы пошли через лес. Я пробирался практически наощупь, так как в лесу было насколько темно, что невозможно было что-либо видеть, поэтому ведьма взяла меня за руку и вела будто слепого, а я надеялся лишь на то, чтобы не наступить на что-нибудь острое, как меня и предупредили заранее. Мы вышли к горам, которые освещал лунный свет. На самой высокой горе зажигались огни, это и был пункт нашего назначения.
Это место маги и колдуны по какой-то причине называли "Лысой горой".
Мы всё ближе приближалась к Лысой горе. Огни становились больше и отчетливей, я стал слышать ритмичный звук больших барабанов вперемешку с громким человеческим смехом.
В этих краях это была самая высокая вершина, которую могли увидеть глаза. С каждым нашим шагом к вершине ритм барабанов становился отчетливей, а смех людей громче и веселее.
Когда мы достигли вершины, то, что я увидел, невозможно было с чем-то сравнить. Люди в белых одеждах скрывали свои лица за безликими масками, они водили хороводы и смеялись. Некоторые из них были без масок, некоторые были без одежды, а некоторые и вовсе не были людьми. Ведьма сказала мне:
- На самой высокой точке этой горы стоит священный казан. К нему запрещено приближаться без белой одежды и без безликой маски. Чем ближе мы находимся к священному казану, тем строже правила ритуала, понимаешь меня?
- Понимаю, а где наши маски?
- Моя маска у меня, а тебе твою должен выдать слепой жрец для обряда посвящения.
- Слепой жрец?
- Да, он потомственный колдун, на чью семью было наложено проклятье, все мужчины с его семьи рождаются слепыми.
- Что же его предки такого натворили?
- Не забивай себе голову лишней ерундой, нам нужно отыскать в этом хаосе жреца, пойдём.
Когда я обернулся, то увидел человека, который левитировал. Многие собирались небольшими группами для жертвоприношений, но большинство из них просто сходило с ума и танцевало под ритм барабанов.
Ведьма вела меня за руку, как мама ведёт своего сына, чтобы он не потерялся.
- Ты знаешь всех этих людей?
- Не всех, но многих.
- Тут находятся черные и белые маги, верно? Тут ведь занимаются жертвоприношением, я вижу всё это.
- Тот кто приходит на шабаш, не делит магию на черную и белую. Мы приходим сюда для того чтобы поклоняться истине. Я уже говорила, воспринимай всё метафорически. В большинстве слов, что ты сегодня здесь услышишь, весь смысл таится между строк. У каждого мага или колдуна есть свой Бог. Мой Бог - это добро и любовь, но кто-то может поклоняться ненависти и злости или вовсе пустоте и равновесию. В любом случае, тут не принято кого либо осуждать, ибо мы все тут фундаментально соединены одной истиной.
Я увидел длинноволосую девушку в белоснежном свадебном платье и остановился. Закрыв глаза руками, она рыдала. Я указал на неё пальцем и спросил у ведьмы:
- Кто это ?
- Тебе лучше к ней не подходить, она очень сильная ведьма, так как поклоняется страданиям человеческой души. Когда она плачет, то начинает входить в транс, её слёзы - это кристалы печали, всматриваясь в которые она лучше и отчетливее видит сущность бытия.
- Ничего себе, но почему она в свадебном платье?
- Не забивай себе голову, сейчас нам нужно найти слепого жреца.
Дети в безликих масках, собравшись в круг и взявшись за руки, затягивали грустную песню на непонятном мне языке. Я снова стал дёргать ведьму за руку.
- Что они делают ?
- Они поют песню Богине Матери, той самой, которая порождает всё живое нашего мира.
- Почему песня такая грустная?
- В словах этой песни сказано, что они грустят по ней, но ценят её подарок и именно по этому не возвращаются обратно к ней в небытие.
- Но ведь они... дети.
- Может быть они дети, а может быть у них просто детские тела, и тебе так кажется. Суть ведь не в том как они выглядят, суть в том, о чем они поют.
Гуляя по Лысой горе, мы встречали неописуемых чудищ, великанов, людей с головами птиц или животных и даже тех, кто восстал из могил. Я не понимал, куда мы идём и что мы ищем, но ведьма чувствовала себя тут будто рыба в воде. Спустя пару минут молчания и быстрого шага она, наконец, воскликнула:
- Вот он, я вижу его.
Жрец сидел возле костра в компании каких то людей, мы подошли к нему, потому что он должен был отдать мне мою безликую маску. Он был худым, в одежде, которая скорее напоминала тряпки, а его глаза были без зрачков и ужасно белого цвета, настолько белого, что казалось, что они светятся будто фары. Ведьма подошла к жрецу, сказала ему что-то на ухо, после чего он поднялся, опёрся на сухую тонкую трость и, указывая на меня скрюченным худым пальцем, засмеялся.
- Что с ним, почему он смеётся?
