Она отпустила мою руку.
Мы стояли на крыше домов. Лунный свет мягко ложился на её волосы — чёрные, гладкие, словно шёлк. Голубые глаза отражали свет луны, будто в них пряталось целое ночное небо.
Она была полностью укрыта длинным химаром — плотным, почти как плед, защищающий от холода. Ткань скрывала не только силуэт, но даже намёк на одежду под ним.
Она медленно обернулась.
Её взгляд остановился на мне.
В её глазах — глубоких, как бескрайний океан — чётко отражалась луна.
— Кто ты такой? — тихо спросила она.
Голос был спокойным, без эмоций.
Я на секунду замялся.
— Меня зовут Марк Клевер… Я не помню, как сюда попал.
Она слегка приподняла брови. Взгляд
стал внимательнее, но лицо осталось невозмутимым.
— Больше не попадайся ему на глаза.
Она отвела взгляд в сторону.
— Х-хорошо… Спасибо, что помогли мне. Могу ли я узнать ваше имя?
* * *
Несколько часов назад
— Марк, пойдём домой вместе.
Кайрод стоял, облокотившись на край парты, и смотрел на меня с привычной лёгкой улыбкой. Его лицо буквально светилось: глаза блестели, уголки губ были приподняты, брови расслаблены.
Так он выглядел всегда, когда мыслями уже был где-то в другом месте — скорее всего, за экраном компьютера.
Похоже, он снова собирался после школы в клуб.
Я невольно задержал на нём взгляд.
Даже так… он мой единственный друг.
Остальные либо игнорируют меня, либо смотрят с тихим раздражением — как на кого-то лишнего.
Но мне хватало и одного. Того, кто не отводит глаза во время разговора.
— Опять пойдёшь зависать в клубе? — спросил я, едва заметно улыбнувшись.
За окном дети играли на школьном поле. Небо медленно окрашивалось в ярко-красный цвет заката.
— Тебе-то повезло: можешь играть дома, и никто слова не скажет… — он на секунду замолчал, затем пожал плечами. — Ладно, я тогда один.
Он быстро схватил рюкзак, закинул его на плечо, развернулся и вышел.
Шаги за дверью постепенно стихли.
Быстро же он передумал…
Я остался сидеть ещё несколько минут.
Небо окончательно потемнело, красный закат медленно растворился.
Я поднялся и направился к выходу.
Дорога домой была привычно пустой.
Я шёл, глядя себе под ноги, почти не замечая людей вокруг.
Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я был ещё ребёнком. Я почти их не помню.
С тех пор меня воспитывал дед.
Я живу в его старом доме — со скрипучими стенами и устаревшей мебелью. Деньги получаю по пособию для сирот, и этого едва хватает.
Дед… всегда был странным человеком.
Археология для него — не просто работа, а смысл жизни. Особенно его тянет к древнему Востоку, к песчаным руинам и забытым городам.
Дома он бывает редко.
Иногда возвращается, приносит какие-то находки и сразу запирается у себя в комнате.
Экспедиции, раскопки — всё это для него важнее обычной жизни.
Я привык к его отсутствию.
Но сейчас его нет уже больше трёх месяцев.
Ни звонка. Ни одного сообщения.
Я на секунду остановился, сжав кулаки.
Наверное, снова чем-то увлёкся… — подумал я, стараясь отогнать неприятные мысли.
Как обычно, я зашёл домой и, не включая свет, начал переобуваться у двери.
Щёлкнул замок.
Дом погрузился в знакомую тишину.
Я поставил обувь на место и медленно прошёл вперёд.
Передо мной тянулся узкий коридор. На старых стенах висели карты и картины, которые дед привозил из своих поездок.
Когда я почти дошёл до конца, взгляд сам собой зацепился за дверь его комнаты.
Я остановился.
Дверь была приоткрыта.
Не просто не заперта — именно открыта. Будто её кто-то распахнул и не стал закрывать.
Хотя раньше она всегда была на замке.
И ключ был только у деда.
Сердце неприятно дёрнулось.
— Неужели… он вернулся?
Я резко толкнул дверь.
— Дедушка, ты вернулся?!
В комнате никого не было.
Всё выглядело как обычно.
Тяжёлый письменный стол у окна,
заваленный бумагами. Полки до потолка, заставленные книгами с потёртыми корешками.
Я сделал несколько шагов вперёд.
И тогда заметил это.
На столе, прямо в центре, стояли песочные часы.
Я замер.
Их точно не было раньше.
Они выглядели слишком… чужими среди всего этого беспорядка.
Металл корпуса напоминал чистое золото. По поверхности тянулись тонкие узоры, похожие на древние письмена.
Стекло — идеально чистое, без единой царапины.
Я медленно наклонился.
Песок внутри всё ещё сыпался — тонкой, ровной струёй.
Он падал сверху вниз, собираясь в
аккуратную горку.
И… не издавал ни звука.
Я осторожно взял часы в руки.
Они оказались неожиданно лёгкими. И холодными.
Песка оставалось всё меньше.
Я смотрел, не отрываясь.
Пока последняя песчинка не упала вниз.
Я медленно перевернул часы.
И в тот же миг—
Вспышка.
Ослепительный свет ударил в глаза. Я резко прикрыл лицо рукой.
Звук исчез.
Ощущения — тоже.
На мгновение мир будто перестал существовать.
…а затем —
Холодный воздух.
Я резко открыл глаза.
Я был не дома.
Передо мной тянулась узкая улица, зажатая между глиняными домами. Неровные стены, покрытые трещинами, потемневшие от времени. Крыши из старого дерева — перекошенные, будто вот-вот рухнут.
Я стоял в тени, в углу одного из домов.
Сердце забилось быстрее.
Как я здесь оказался?..
Я резко опустил взгляд на руки.
Часов не было.
Я снова поднял голову.
Ночь.
Улицу освещали редкие факелы, закреплённые на стенах, и холодный свет луны.
И вдруг—
Чья-то рука легла мне на плечо.
Я вздрогнул.
Медленно обернулся.
Передо мной стоял старик.
Длинная седая борода, неухоженная, спутанная. Лицо изрезано морщинами и старыми шрамами. Глаза прищурены, изучающие.
Он медленно почесал бороду.
— Сынок… кто ты такой? Я тебя здесь впервые вижу. И одежда у тебя… явно не для пустыни.
Я на секунду растерялся.
— А… вы не подскажете, где я? Я сам не понимаю, как сюда попал.
Старик нахмурился.
Его взгляд стал жёстче.
Он оглянулся по сторонам.
И вдруг резко вдохнул.
— СТРАЖА! — крик разрезал тишину. — Здесь византийский шпион!
Эхо прокатилось по узкой улице.
Что?..
— Византийский шпион?..
Он про меня?..
Я даже не успел осознать происходящее.
Из глубины улицы уже доносились голоса.
Грубые. Резкие.
Тяжёлые шаги быстро приближались, гулко отдаваясь по камню.
Я замер.
Сделал шаг назад.
Бежать… некуда.
И в этот момент—
Чья-то рука резко схватила меня за запястье.
Я дёрнулся.
Передо мной стояла девушка.
Она была укутана в длинное одеяние, похожее на мантию — плотная ткань скрывала почти всё тело.
Лица почти не было видно.
Только глаза.
— Бежим, — тихо сказала она.
И сжала мою руку сильнее.
Она резко дёрнула меня вперёд.
Мы сорвались с места.
Улица за улицей мелькали перед глазами. Запах пыли и сухого дерева смешивался с дымом факелов, обжигая лёгкие.
Девушка бежала, не оглядываясь.
Чёрные волосы падали вперёд, полностью скрывая её лицо. Я по-прежнему не мог разглядеть ни глаз, ни черт.
Мы резко свернули в переулок.
Тупик.
Высокая глиняная стена преградила путь — грубая, неровная, с вкраплениями камня.
Она даже не замедлилась.
Подняла руку, коснулась стены.
— Залезем наверх.
Она быстро начала цепляться за выступы.
Я последовал за ней.
Стена осыпалась под пальцами, оставляя на коже сухую пыль. Сердце колотилось так быстро, что мешало сосредоточиться.
Я едва успевал за ней.
Наконец мы подтянулись за край.
Крыша.
Плоская, из старого дерева. Она тихо скрипнула под нашим весом.
И в этот момент—
Луна вышла из облаков.
Сильный серебристый свет разлился по крышам города.
Девушка остановилась на краю.
Медленно повернулась.
Я впервые увидел её лицо.
— Кто ты? — спросила она.
Я на секунду замялся.
— Меня зовут Марк Клевер… Я случайно оказался здесь.
Она чуть приподняла брови.
— Больше не попадайся ему на глаза.
И вдруг—
Снизу послышались шаги.
Она мгновенно отвела взгляд в сторону — туда, где возвышался огромный дворец.
— Мне пора.
— Подожди, скажи своё имя—
Но она уже исчезла.
Растворилась в тени крыш.
Я остался один.
Медленно осмотрел город.
Внизу тянулись плотные ряды глиняных домов — однотипных, неровных. Стены потрескавшиеся, между ними узкие улицы переплетались в хаотичную сеть переулков.
Но дальше—
Начиналось другое.
Огромные стены.
Высокие, массивные, они окружали город. Даже отсюда было видно, насколько они укреплены — башни, выступы, дозорные точки.
За этими стенами город менялся.
Крупные дома, аккуратные, с внутренними дворами и арками. Некоторые напоминали настоящие особняки.
А в самом центре возвышался дворец.
Огромный.
Закрытый.
Словно отдельный мир внутри города.
Воздух был прохладным и влажным. Я чувствовал сырость крыши под собой, лёгкий ветер, пробирающийся под одежду.
Я лёг на спину.
Смотрел на огни вдали, на тени, на силуэты башен.
Постепенно всё начало расплываться.
И я сам не заметил, как уснул.
Меня разбудило солнце.
Резкое, жаркое — оно било прямо в глаза, заставляя щуриться и отворачиваться.
Снизу доносился шум.
Голоса людей. Крики торговцев. Звук копыт и тяжёлых шагов.
Я приподнялся, морщась от яркого света.
Осторожно нашёл опору и начал спускаться, цепляясь за выступы в стене.
Пыль осыпалась под пальцами, но через несколько мгновений я уже стоял внизу.
Я оказался на рынке.
Передо мной раскинулась широкая
улица, заполненная людьми и караванами.
Повсюду стояли телеги, нагруженные тканями, мешками, ящиками. Между ними медленно двигались верблюды — десятки, если не сотни, тяжело переступая и таща за собой повозки.
Караван тянулся через всю площадь, словно длинная живая цепь.
Я остался в тени, у самого угла домов, стараясь не привлекать внимание.
Моя одежда слишком сильно выделялась на фоне местных — грубые ткани, однообразные цвета, закрытые силуэты.
Я чувствовал на себе взгляды.
Слишком внимательные.
Слишком подозрительные.
Ко мне направился воин.
Он шёл спокойно, но уверенно, не спеша. На нём была кожаная броня с
металлическими вставками — потёртая, но надёжная.
На поясе висел изогнутый меч, слегка покачиваясь при каждом шаге.
Он остановился прямо передо мной.
— Ты не местный?
Голос ровный. Спокойный.
Я замер.
Как объяснить то, чего я сам не понимаю?..
И в этот момент—
Раздался топот копыт.
Кто-то быстро приближался.
Я резко обернулся.
К нам подъехал всадник.
Мужчина лет сорока, полностью укутанный в тёмную джуббу. Плотная ткань почти чёрного цвета — без узоров, в отличие от воинов вокруг, чьи одежды были украшены красными элементами.
Лицо частично скрывал платок, но глаза были открыты.
Он внимательно посмотрел на меня.
Задержал взгляд.
Затем перевёл его на воина.
Поднял руку.
— Брат мой, это мой знакомый. Видимо, затерялся в толпе. Альхамдулилях, что я смог его найти.
Воин нахмурился, перевёл взгляд с него на меня и обратно.
Короткая пауза.
— Смотрите за своими людьми.
— Разумеется, — спокойно ответил всадник.
Он снова посмотрел на меня.
— Пошли.
Я кивнул и быстро последовал за ним.
Мы пробирались через плотную толпу, лавируя между людьми и повозками.
Шум рынка постепенно остался позади.
Мы остановились у основания стены, в тени.
Здесь было прохладнее.
Из сумки он достал длинную джуббу и протянул мне.
— Надень. Ты слишком выделяешься.
Я взял ткань.
— Спасибо… — сказал я, всё ещё не до конца понимая происходящее. — Я правда не знал, что делать. Вы меня сильно выручили.
Он слегка кивнул.
— Сейчас у всех непростые времена. Помогаю, чем могу.
Небольшая пауза.
— Меня зовут Хамза ибн Ариз.
Он на мгновение замолчал.
— И я тоже… не отсюда.
— а меня Марк Клевер и... скажите, пожалуйста… что это за место?
Он задержал на мне взгляд чуть
дольше обычного.
В его глазах мелькнуло настоящее удивление.
— Ты и вправду ничего не знаешь…
Он отвёл взгляд, будто собираясь с мыслями.
— Это земли Аль-Андалус. Когда-то здесь существовал единый Кордовский халифат. Крупные города — такие как Кордова — славились учёными, ремеслом и богатством. Здесь жили не только мусульмане, но и христиане, и иудеи, а также обращённые — мавали.
— «Когда-то»? — я нахмурился. — А что с этим местом сейчас?
Он тихо выдохнул.
— Началась Фитна аль-Андалуса. Смута. Дворец раздирали интриги, один переворот сменял другой. В итоге халифат распался.
Он сделал паузу.
— Теперь вместо единого государства — десятки тайф. Независимые города и области. У каждого свой правитель, своя армия… и свои амбиции.
Я скрестил руки, задумавшись.
— Значит… скоро начнётся борьба за власть? Каждый захочет объединить земли и стать новым халифом.
Он чуть усмехнулся.
— Уже началась.
Он поднял руку и указал вперёд.
— Это Севилья — столица Севильская тайфа. Один из самых сильных и богатых городов, оставшихся после распада халифата.
Короткая пауза.
— Нынешний правитель — Аббад II аль-Мутадид. Он тяжело болен. Фактически власть уже переходит к его сыну — Аль-Мутамид ибн Аббаду.
Он замолчал на секунду, затем добавил:
— Но управлять страной — не то же самое, что унаследовать её.
Его голос стал тише.
— Поэтому… некоторым приходится вмешиваться.
Я посмотрел на него внимательнее.
— Например… вам?
Он слегка улыбнулся.
— Когда-то я служил визирем при дворе Хишам II.
Небольшая пауза.
— а сейчас я визирь Аббада
II аль-Мутадида, и временный правитель этой Тайфы.
— Понятно… — ответил я, и в голосе всё же проскользнула лёгкая дрожь.
Он на секунду замедлил шаг, затем заговорил:
— Слушай.
Я посмотрел на него.
— Если тебе некуда идти — оставайся со
мной. Будешь моим учеником. Я как раз искал себе преемника.
Я невольно остановился.
— Чего?.. — вырвалось у меня. — Не думаю, что вашим преемником может стать первый встречный. И… как я уже говорил, я вообще ничего не знаю об этом мире.
Он покачал головой.
Спокойно. Без раздражения.
— За свою жизнь я обучил десятки учеников. И почти все они… потеряли себя.
Он на мгновение отвёл взгляд, будто вспоминая что-то.
— Я не ищу идеального. Я ищу того, кто ещё не выбрал путь.
Он снова посмотрел на меня — уже внимательнее.
— И, возможно, смогу помочь тебе его найти.
Пауза.
Его голос стал тише.
— Если мои знания помогут тебе стать человеком, который понимает, что делает… этого будет достаточно.
Я молчал.
В голове всё ещё был хаос: незнакомый город, стража, обвинения… и теперь это.
Но выбора у меня почти не было.
Я сжал руки, затем выдохнул.
— Хорошо… — сказал я медленно. — Я попробую. Постараюсь стать для вас хорошим учеником.
Пройдя ещё несколько десятков метров, мы вышли на широкую дорогу.
Она тянулась прямо к воротам внутреннего города — ровная, выложенная камнем, почти без пыли. По обе стороны стояли более аккуратные дома: светлые стены,
резные арки, закрытые дворы.
Мы пошли вперёд.
Уже у входа становилось ясно, насколько здесь всё отличается от внешних кварталов. Улицы чище, людей меньше, но каждый одет богаче. Слуги сновали туда-сюда, неся кувшины, ткани, корзины с едой.
— Удивлён, Марк? — спросил он, не оборачиваясь.
— Д… да, — ответил я, всё ещё оглядываясь по сторонам.
Он усмехнулся.
— Жизнь за стенами и внутри них — это разные миры. Здесь живут те, у кого есть власть и деньги.
Он сделал короткий жест рукой.
— Ровные дороги, красивые дома, слуги… всё это принадлежит знатным семьям.
Мы прошли через ворота.
Тень от стен сменилась открытым пространством.
Мы стояли на крыше домов. Лунный свет мягко ложился на её волосы — чёрные, гладкие, словно шёлк. Голубые глаза отражали свет луны, будто в них пряталось целое ночное небо.
Она была полностью укрыта длинным химаром — плотным, почти как плед, защищающий от холода. Ткань скрывала не только силуэт, но даже намёк на одежду под ним.
Она медленно обернулась.
Её взгляд остановился на мне.
В её глазах — глубоких, как бескрайний океан — чётко отражалась луна.
— Кто ты такой? — тихо спросила она.
Голос был спокойным, без эмоций.
Я на секунду замялся.
— Меня зовут Марк Клевер… Я не помню, как сюда попал.
Она слегка приподняла брови. Взгляд
стал внимательнее, но лицо осталось невозмутимым.
— Больше не попадайся ему на глаза.
Она отвела взгляд в сторону.
— Х-хорошо… Спасибо, что помогли мне. Могу ли я узнать ваше имя?
* * *
Несколько часов назад
— Марк, пойдём домой вместе.
Кайрод стоял, облокотившись на край парты, и смотрел на меня с привычной лёгкой улыбкой. Его лицо буквально светилось: глаза блестели, уголки губ были приподняты, брови расслаблены.
Так он выглядел всегда, когда мыслями уже был где-то в другом месте — скорее всего, за экраном компьютера.
Похоже, он снова собирался после школы в клуб.
Я невольно задержал на нём взгляд.
Даже так… он мой единственный друг.
Остальные либо игнорируют меня, либо смотрят с тихим раздражением — как на кого-то лишнего.
Но мне хватало и одного. Того, кто не отводит глаза во время разговора.
— Опять пойдёшь зависать в клубе? — спросил я, едва заметно улыбнувшись.
За окном дети играли на школьном поле. Небо медленно окрашивалось в ярко-красный цвет заката.
— Тебе-то повезло: можешь играть дома, и никто слова не скажет… — он на секунду замолчал, затем пожал плечами. — Ладно, я тогда один.
Он быстро схватил рюкзак, закинул его на плечо, развернулся и вышел.
Шаги за дверью постепенно стихли.
Быстро же он передумал…
Я остался сидеть ещё несколько минут.
Небо окончательно потемнело, красный закат медленно растворился.
Я поднялся и направился к выходу.
Дорога домой была привычно пустой.
Я шёл, глядя себе под ноги, почти не замечая людей вокруг.
Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я был ещё ребёнком. Я почти их не помню.
С тех пор меня воспитывал дед.
Я живу в его старом доме — со скрипучими стенами и устаревшей мебелью. Деньги получаю по пособию для сирот, и этого едва хватает.
Дед… всегда был странным человеком.
Археология для него — не просто работа, а смысл жизни. Особенно его тянет к древнему Востоку, к песчаным руинам и забытым городам.
Дома он бывает редко.
Иногда возвращается, приносит какие-то находки и сразу запирается у себя в комнате.
Экспедиции, раскопки — всё это для него важнее обычной жизни.
Я привык к его отсутствию.
Но сейчас его нет уже больше трёх месяцев.
Ни звонка. Ни одного сообщения.
Я на секунду остановился, сжав кулаки.
Наверное, снова чем-то увлёкся… — подумал я, стараясь отогнать неприятные мысли.
Как обычно, я зашёл домой и, не включая свет, начал переобуваться у двери.
Щёлкнул замок.
Дом погрузился в знакомую тишину.
Я поставил обувь на место и медленно прошёл вперёд.
Передо мной тянулся узкий коридор. На старых стенах висели карты и картины, которые дед привозил из своих поездок.
Когда я почти дошёл до конца, взгляд сам собой зацепился за дверь его комнаты.
Я остановился.
Дверь была приоткрыта.
Не просто не заперта — именно открыта. Будто её кто-то распахнул и не стал закрывать.
Хотя раньше она всегда была на замке.
И ключ был только у деда.
Сердце неприятно дёрнулось.
— Неужели… он вернулся?
Я резко толкнул дверь.
— Дедушка, ты вернулся?!
В комнате никого не было.
Всё выглядело как обычно.
Тяжёлый письменный стол у окна,
заваленный бумагами. Полки до потолка, заставленные книгами с потёртыми корешками.
Я сделал несколько шагов вперёд.
И тогда заметил это.
На столе, прямо в центре, стояли песочные часы.
Я замер.
Их точно не было раньше.
Они выглядели слишком… чужими среди всего этого беспорядка.
Металл корпуса напоминал чистое золото. По поверхности тянулись тонкие узоры, похожие на древние письмена.
Стекло — идеально чистое, без единой царапины.
Я медленно наклонился.
Песок внутри всё ещё сыпался — тонкой, ровной струёй.
Он падал сверху вниз, собираясь в
аккуратную горку.
И… не издавал ни звука.
Я осторожно взял часы в руки.
Они оказались неожиданно лёгкими. И холодными.
Песка оставалось всё меньше.
Я смотрел, не отрываясь.
Пока последняя песчинка не упала вниз.
Я медленно перевернул часы.
И в тот же миг—
Вспышка.
Ослепительный свет ударил в глаза. Я резко прикрыл лицо рукой.
Звук исчез.
Ощущения — тоже.
На мгновение мир будто перестал существовать.
…а затем —
Холодный воздух.
Я резко открыл глаза.
Я был не дома.
Передо мной тянулась узкая улица, зажатая между глиняными домами. Неровные стены, покрытые трещинами, потемневшие от времени. Крыши из старого дерева — перекошенные, будто вот-вот рухнут.
Я стоял в тени, в углу одного из домов.
Сердце забилось быстрее.
Как я здесь оказался?..
Я резко опустил взгляд на руки.
Часов не было.
Я снова поднял голову.
Ночь.
Улицу освещали редкие факелы, закреплённые на стенах, и холодный свет луны.
И вдруг—
Чья-то рука легла мне на плечо.
Я вздрогнул.
Медленно обернулся.
Передо мной стоял старик.
Длинная седая борода, неухоженная, спутанная. Лицо изрезано морщинами и старыми шрамами. Глаза прищурены, изучающие.
Он медленно почесал бороду.
— Сынок… кто ты такой? Я тебя здесь впервые вижу. И одежда у тебя… явно не для пустыни.
Я на секунду растерялся.
— А… вы не подскажете, где я? Я сам не понимаю, как сюда попал.
Старик нахмурился.
Его взгляд стал жёстче.
Он оглянулся по сторонам.
И вдруг резко вдохнул.
— СТРАЖА! — крик разрезал тишину. — Здесь византийский шпион!
Эхо прокатилось по узкой улице.
Что?..
— Византийский шпион?..
Он про меня?..
Я даже не успел осознать происходящее.
Из глубины улицы уже доносились голоса.
Грубые. Резкие.
Тяжёлые шаги быстро приближались, гулко отдаваясь по камню.
Я замер.
Сделал шаг назад.
Бежать… некуда.
И в этот момент—
Чья-то рука резко схватила меня за запястье.
Я дёрнулся.
Передо мной стояла девушка.
Она была укутана в длинное одеяние, похожее на мантию — плотная ткань скрывала почти всё тело.
Лица почти не было видно.
Только глаза.
— Бежим, — тихо сказала она.
И сжала мою руку сильнее.
Она резко дёрнула меня вперёд.
Мы сорвались с места.
Улица за улицей мелькали перед глазами. Запах пыли и сухого дерева смешивался с дымом факелов, обжигая лёгкие.
Девушка бежала, не оглядываясь.
Чёрные волосы падали вперёд, полностью скрывая её лицо. Я по-прежнему не мог разглядеть ни глаз, ни черт.
Мы резко свернули в переулок.
Тупик.
Высокая глиняная стена преградила путь — грубая, неровная, с вкраплениями камня.
Она даже не замедлилась.
Подняла руку, коснулась стены.
— Залезем наверх.
Она быстро начала цепляться за выступы.
Я последовал за ней.
Стена осыпалась под пальцами, оставляя на коже сухую пыль. Сердце колотилось так быстро, что мешало сосредоточиться.
Я едва успевал за ней.
Наконец мы подтянулись за край.
Крыша.
Плоская, из старого дерева. Она тихо скрипнула под нашим весом.
И в этот момент—
Луна вышла из облаков.
Сильный серебристый свет разлился по крышам города.
Девушка остановилась на краю.
Медленно повернулась.
Я впервые увидел её лицо.
— Кто ты? — спросила она.
Я на секунду замялся.
— Меня зовут Марк Клевер… Я случайно оказался здесь.
Она чуть приподняла брови.
— Больше не попадайся ему на глаза.
И вдруг—
Снизу послышались шаги.
Она мгновенно отвела взгляд в сторону — туда, где возвышался огромный дворец.
— Мне пора.
— Подожди, скажи своё имя—
Но она уже исчезла.
Растворилась в тени крыш.
Я остался один.
Медленно осмотрел город.
Внизу тянулись плотные ряды глиняных домов — однотипных, неровных. Стены потрескавшиеся, между ними узкие улицы переплетались в хаотичную сеть переулков.
Но дальше—
Начиналось другое.
Огромные стены.
Высокие, массивные, они окружали город. Даже отсюда было видно, насколько они укреплены — башни, выступы, дозорные точки.
За этими стенами город менялся.
Крупные дома, аккуратные, с внутренними дворами и арками. Некоторые напоминали настоящие особняки.
А в самом центре возвышался дворец.
Огромный.
Закрытый.
Словно отдельный мир внутри города.
Воздух был прохладным и влажным. Я чувствовал сырость крыши под собой, лёгкий ветер, пробирающийся под одежду.
Я лёг на спину.
Смотрел на огни вдали, на тени, на силуэты башен.
Постепенно всё начало расплываться.
И я сам не заметил, как уснул.
Меня разбудило солнце.
Резкое, жаркое — оно било прямо в глаза, заставляя щуриться и отворачиваться.
Снизу доносился шум.
Голоса людей. Крики торговцев. Звук копыт и тяжёлых шагов.
Я приподнялся, морщась от яркого света.
Осторожно нашёл опору и начал спускаться, цепляясь за выступы в стене.
Пыль осыпалась под пальцами, но через несколько мгновений я уже стоял внизу.
Я оказался на рынке.
Передо мной раскинулась широкая
улица, заполненная людьми и караванами.
Повсюду стояли телеги, нагруженные тканями, мешками, ящиками. Между ними медленно двигались верблюды — десятки, если не сотни, тяжело переступая и таща за собой повозки.
Караван тянулся через всю площадь, словно длинная живая цепь.
Я остался в тени, у самого угла домов, стараясь не привлекать внимание.
Моя одежда слишком сильно выделялась на фоне местных — грубые ткани, однообразные цвета, закрытые силуэты.
Я чувствовал на себе взгляды.
Слишком внимательные.
Слишком подозрительные.
Ко мне направился воин.
Он шёл спокойно, но уверенно, не спеша. На нём была кожаная броня с
металлическими вставками — потёртая, но надёжная.
На поясе висел изогнутый меч, слегка покачиваясь при каждом шаге.
Он остановился прямо передо мной.
— Ты не местный?
Голос ровный. Спокойный.
Я замер.
Как объяснить то, чего я сам не понимаю?..
И в этот момент—
Раздался топот копыт.
Кто-то быстро приближался.
Я резко обернулся.
К нам подъехал всадник.
Мужчина лет сорока, полностью укутанный в тёмную джуббу. Плотная ткань почти чёрного цвета — без узоров, в отличие от воинов вокруг, чьи одежды были украшены красными элементами.
Лицо частично скрывал платок, но глаза были открыты.
Он внимательно посмотрел на меня.
Задержал взгляд.
Затем перевёл его на воина.
Поднял руку.
— Брат мой, это мой знакомый. Видимо, затерялся в толпе. Альхамдулилях, что я смог его найти.
Воин нахмурился, перевёл взгляд с него на меня и обратно.
Короткая пауза.
— Смотрите за своими людьми.
— Разумеется, — спокойно ответил всадник.
Он снова посмотрел на меня.
— Пошли.
Я кивнул и быстро последовал за ним.
Мы пробирались через плотную толпу, лавируя между людьми и повозками.
Шум рынка постепенно остался позади.
Мы остановились у основания стены, в тени.
Здесь было прохладнее.
Из сумки он достал длинную джуббу и протянул мне.
— Надень. Ты слишком выделяешься.
Я взял ткань.
— Спасибо… — сказал я, всё ещё не до конца понимая происходящее. — Я правда не знал, что делать. Вы меня сильно выручили.
Он слегка кивнул.
— Сейчас у всех непростые времена. Помогаю, чем могу.
Небольшая пауза.
— Меня зовут Хамза ибн Ариз.
Он на мгновение замолчал.
— И я тоже… не отсюда.
— а меня Марк Клевер и... скажите, пожалуйста… что это за место?
Он задержал на мне взгляд чуть
дольше обычного.
В его глазах мелькнуло настоящее удивление.
— Ты и вправду ничего не знаешь…
Он отвёл взгляд, будто собираясь с мыслями.
— Это земли Аль-Андалус. Когда-то здесь существовал единый Кордовский халифат. Крупные города — такие как Кордова — славились учёными, ремеслом и богатством. Здесь жили не только мусульмане, но и христиане, и иудеи, а также обращённые — мавали.
— «Когда-то»? — я нахмурился. — А что с этим местом сейчас?
Он тихо выдохнул.
— Началась Фитна аль-Андалуса. Смута. Дворец раздирали интриги, один переворот сменял другой. В итоге халифат распался.
Он сделал паузу.
— Теперь вместо единого государства — десятки тайф. Независимые города и области. У каждого свой правитель, своя армия… и свои амбиции.
Я скрестил руки, задумавшись.
— Значит… скоро начнётся борьба за власть? Каждый захочет объединить земли и стать новым халифом.
Он чуть усмехнулся.
— Уже началась.
Он поднял руку и указал вперёд.
— Это Севилья — столица Севильская тайфа. Один из самых сильных и богатых городов, оставшихся после распада халифата.
Короткая пауза.
— Нынешний правитель — Аббад II аль-Мутадид. Он тяжело болен. Фактически власть уже переходит к его сыну — Аль-Мутамид ибн Аббаду.
Он замолчал на секунду, затем добавил:
— Но управлять страной — не то же самое, что унаследовать её.
Его голос стал тише.
— Поэтому… некоторым приходится вмешиваться.
Я посмотрел на него внимательнее.
— Например… вам?
Он слегка улыбнулся.
— Когда-то я служил визирем при дворе Хишам II.
Небольшая пауза.
— а сейчас я визирь Аббада
II аль-Мутадида, и временный правитель этой Тайфы.
— Понятно… — ответил я, и в голосе всё же проскользнула лёгкая дрожь.
Он на секунду замедлил шаг, затем заговорил:
— Слушай.
Я посмотрел на него.
— Если тебе некуда идти — оставайся со
мной. Будешь моим учеником. Я как раз искал себе преемника.
Я невольно остановился.
— Чего?.. — вырвалось у меня. — Не думаю, что вашим преемником может стать первый встречный. И… как я уже говорил, я вообще ничего не знаю об этом мире.
Он покачал головой.
Спокойно. Без раздражения.
— За свою жизнь я обучил десятки учеников. И почти все они… потеряли себя.
Он на мгновение отвёл взгляд, будто вспоминая что-то.
— Я не ищу идеального. Я ищу того, кто ещё не выбрал путь.
Он снова посмотрел на меня — уже внимательнее.
— И, возможно, смогу помочь тебе его найти.
Пауза.
Его голос стал тише.
— Если мои знания помогут тебе стать человеком, который понимает, что делает… этого будет достаточно.
Я молчал.
В голове всё ещё был хаос: незнакомый город, стража, обвинения… и теперь это.
Но выбора у меня почти не было.
Я сжал руки, затем выдохнул.
— Хорошо… — сказал я медленно. — Я попробую. Постараюсь стать для вас хорошим учеником.
Пройдя ещё несколько десятков метров, мы вышли на широкую дорогу.
Она тянулась прямо к воротам внутреннего города — ровная, выложенная камнем, почти без пыли. По обе стороны стояли более аккуратные дома: светлые стены,
резные арки, закрытые дворы.
Мы пошли вперёд.
Уже у входа становилось ясно, насколько здесь всё отличается от внешних кварталов. Улицы чище, людей меньше, но каждый одет богаче. Слуги сновали туда-сюда, неся кувшины, ткани, корзины с едой.
— Удивлён, Марк? — спросил он, не оборачиваясь.
— Д… да, — ответил я, всё ещё оглядываясь по сторонам.
Он усмехнулся.
— Жизнь за стенами и внутри них — это разные миры. Здесь живут те, у кого есть власть и деньги.
Он сделал короткий жест рукой.
— Ровные дороги, красивые дома, слуги… всё это принадлежит знатным семьям.
Мы прошли через ворота.
Тень от стен сменилась открытым пространством.
