Стоило только услышать своё новое имя, как меня погребла под собой лавина знаний о чужой жизни. Прикрыв глаза и рухнув обратно на подушки, я пережидала нескончаемый поток хлынувшей информации. Жалко, что картинок не показали, только сухие факты.
Ну что сказать, бедная Дарина, в девичестве Айлонс, а ныне Рослейн. Всю её непродолжительную по моим меркам жизнь её шпыняли, изводили, даже голодом морили, а всё для того, чтобы проклятый дар в ней не проснулся. А как проснулся, бедняжку продали замуж за какого-то высокородного козла, у семьи которого имелся, магически закреплённый, долг перед батюшкой Дарины. Вот так, в свои двадцать, девушка оказалась не просто замужем, а крайне неудачно замужем. Муженёк ей достался ну очень не очень – дорвавшийся до денег повеса, мот и жуткий бабник, не пропускающий мимо своих чресел ни одной юбки любого сословия и приютивший в нашем же совместном доме, великодушно подаренным батюшкой Дарины, постоянную любовницу, кою оприходовал на глазах новоиспечённой жены в день бракосочетания.
Да уж, подарок достался мне в наследство просто шикарный, и даже напрашивающиеся параллели из моей старой жизни, явно уступают этой суровой реальности. Каким бы бабником ни был Влад, в открытую он это не демонстрировал, тем более пока мы были официально женаты. Так что, проиграл неведомый лиер Рослейн у Влада всухую.
А самое идиотское это причина, по которой несчастную Дарину так спешно и невыгодно сплавили замуж – она белая ведьма, при этом даже не вступившая в силу. Хоть официально ведьмы любого окраса как бы и не преследуются, но ханжеское общество местных аристократов, считает этот дар проклятым, потому что основными носителями являются простолюдины, это вам не благородная тьма или хотя бы стихии, бережно передаваемая по генетической наследственности у аристократов.
Вообще, справедливость и логика тут явно процветают, то есть кто-то из моей новой родословной покуролесил на стороне и грешок тихонько прикрыл, как иначе у официальной ветки наследников бы ведьмовство в крови оказалось, а гнобят девочку, которая уж точно не сама лишнюю хромосому или как там магия передаётся, добавила. Была бы младшей – отправили к чёрту на кулички и забыли про существование такого клейма на благородном роду, но на свою беду, Дарина – старшая дочь и оставшуюся младшую дочь спихнуть замуж раньше старшей не могут, вот и прикупили для старшей бедовой сестрички младшего отпрыска древнего, но бедного рода, который с радостью пустился во все тяжкие на предусмотрительно выделенные ему средства. Да он и сейчас, спустя почти год, ежемесячно получал сумму на своё содержание, вернее, на совместное, конечно, но Дарине от этих денег не перепадало ни гроша. И конечно же, зашуганная девушка молчала в тряпочку и безропотно жила на чердаке, носила наряды, выделенные ещё в отчем доме, и даже раскланивалась с любовницей, которой перепало всё положенное ей.
Развод! Хочу развод! На фоне этого неприятного существа любой земной альфонс выглядел бы приемлемо, хоть бы баб прятал да толику участия проявлял. А тут не только вечное хамство, но и открытое пренебрежение, этот товарищ даже брак не консумировал, что для меня, конечно, только в плюс.
Волна гнева и злости на весь этот балаган под соусом традиций и приличий, захлестнула от пяток до макушки, и я недолго думая, поклялась себе, в память о настоящей Дарине – унизить и уничтожить и муженька, и родную семейку, ну и силу принять, чтобы легче было. Даром мне их титулы вместе с деньгами не сдались, мне нужна только свобода!
Гаденько улыбаясь и в красках представляя падение своего пока безликого мужа, уселась поудобнее и приготовилась вкушать деликатесы, прописанные моему измученному телу. Деликатесы откровенно подкачали, досталась мне кружка постного бульона и пару ложек склизкой серой каши. Как бы не потолстеть на такой-то диете.
- Лира Норра, будьте добры, присаживайтесь, выпейте чаю, - поковыряв в тарелке с клейстером и тяжело вздохнув над пресным бульоном, пригласила присаживаться женщину. Мне жизненно необходимы свежие сплетни и объяснения насчёт моего недавнего состояния.
- Спасибо, лиера, это честь для меня, - чинно уселась дама на краешек кресла и разгладила несуществующие складки на платье.
- Лира Норра, а давайте пропустим этап обмена любезностями, вы ведь догадываетесь, что меня интересует, - решила не ходить вокруг да около. – Я не помню, что привело к моей болезни и сколько я провела в постели.
- Почти две недели, - проговорила женщина, явно раздумывая о том, что следует сказать дальше, и затягивая с пояснениями. – Вы приняли яд, лиера. Я предполагаю, что это был декокт из корня злотопырня, приглашённый втайне от лиера лекарь согласен с моим мнением, но утешительных прогнозов он не давал. Поэтому…
- Стойте, лира, - грубо оборвала рассказ. Знаю некрасиво, но меня до глубины души возмутило такое наплевательское отношение к Дарине. – Меня отравили в моём же доме, а мой недомуженёк об этом не знает?! И даже лекаря приглашали втайне?! – Лира смотрела на меня с таким сочувствием и даже не помышляла обидеться на вспышку, что сама уже устыдилась за неё.
Сделав вид, что стараюсь успокоиться, лихорадочно сопоставляла факты из имеющейся информации, но выходило не очень. Кому нужен хладный труп Дарины? Даже на муженька и то не обвинишь – не будет тела, не будет денег и он это явно понимал.
- Простите, но я уверена, что сознательно не могла принять яд, у меня никогда не было помыслов свести счёты с жизнью, пусть и такой унизительной, – вложила в последнюю фразу всю горечь, какую смогла из себя выдавить, и продолжила более доверительным тоном. – Вы же понимаете, что скорее бы уж яд оказался в чашке у супруга. Прошу, расскажите всё, что знаете. Я очень хочу жить, но боюсь, что доброжелатель не успокоится, пока не завершит начатое.
Пока экономка колебалась с ответом, я слегка пожала её руку и снова вернулась к бульону, не мешая делать правильный выбор.
- Хорошо, лиера, я расскажу всё, что знаю о происходящем в этом доме, - наконец решившись, начала рассказ.
Пока повествование лилось тягучей и очень неприятной рекой, я рассматривала женщину, сидящую напротив. Дородная дама, вполне ухоженная и не такая пожилая, как мне показалось сначала. Лет сорока, но казалась старше из-за строгой одежды и простой причёски. В ней чувствовалась стать и достоинство, явно образована и цену себе знает. И что радует, явного негатива она ко мне не испытывает. А вот рассказ заставил задуматься, травят девочку в этом доме, и в прямом и переносном смысле, супостаты.
Лира Норра, как и остальные слуги, была нанята моим семейством и подарена вместе с домом новоявленной семейной чете. Сдаётся мне, что батюшке плевать с высокой колокольни на реальные условия содержания своей старшенькой, но приличия должны быть соблюдены, им ещё замуж пристраивать свою «гордость и кровиночку». А выбрали в мужья для младшей сестры Дарины – лиеры Дианы, не просто какого-то там аристо, а советника императора и собственно его двоюродного племянника, что делало его не просто завидным женихом, а превозносило на пьедестал среди холостяков. Ну и говорят, что он красив, богат и прочие лестные эпитеты, присущие благородным товарищам.
И вот, пока «кровиночка» не пристроена и жертва матримониальных планов лиера Айлонса не попал в брачные сети, вокруг семейства невесты, должно быть, всё благопристойно, без малейшего пятнышка на репутации, а дальше пусть трава не растёт. Советник императора разводиться точно не посмеет, ну а то жены иногда лакомятся ядом, лира Норра не задумывалась. Как в идеальную картинку рода Айлонс вписывался муж Дарины, над которым местный бомонд в открытую издевался, не гнушаясь разводить его не только на деньги, но и на всякие непристойные действия, пояснить мне женщина не смогла.
Заодно под замес сплетен и пересудов попала и сама Дарина, ведь у кумушек есть повод заподозрить неладное, иначе с чего бы, уважаемый лиер взял и отдал бы старшую доченьку такому деревенскому простачку, пусть и аристократу, но не имеющего ничего кроме лужёной глотки и свербящей промежности, а ведь именно за Дарину должны были дать большее приданое. Вот и судачили о ней всякое, то как о развратнице, то как о магически порченной, потому как в глазах уважаемых матрён это было даже хуже внебрачного блуда.
Господи, бедная девочка, да за что её так? Ну, отлучили от рода, выдали денег и нашли купца какого-нибудь, всё лучше бы было, но нет, как же, надо ведь позор семейства уважаемых лиеров прикрыть и плевать, как девочке житься в этом гадюшнике будет.
Ненависть к родному семейству моего тела, набирала обороты и встала уже не просто вровень, а почти обогнала желание отомстить муженьку. Он просто идиот, вкусивший вдруг радости великосветской жизни и не справившийся с искушениями, а тут холодный расчёт. Ууу, гады!
Коротко взглянув на меня и, видимо, уловив отголоски моей злобы, лира Норра быстренько перешла от общих сведений и пересудов к делам домашним. И тут тоже всё было далеко не гладко. Вместе с муженьком сюда, а именно в хозяйские покои сразу же въехала некая лира Кристи, миловидная блондинка, актрисулька из захолустья без особо таланта к сцене. Где повстречались начинающая дама полусвета и сельский ловелас общественность не в курсе, но в столицу прибыли уже вместе. Кто кого в этой дурной парочке использует не очень понятно, но Ангус так и трахает всё, что движется, а Кристи самозабвенно тратит деньги Дарины и играет в хозяйку, строя прислугу, и издевается над ней же.
И вот эту самую то Кристи и видела прислуга недалеко от моего чердака за несколько минут до обнаружения моего полудохлого тельца. Собственно, из-за этого крайне настораживающего явления дамы сердца и других органов господина Ройленса, экономка и побежала проверять хозяйку. Ведь ранее Кристи в крыле слуг не появлялась ни разу.
Лира Норра побоялась огласки, ведь позор жуткий, что любовница мужа дочери уважаемого лиера её же и отравила, а лиер Айлонс Норру по головке не погладит за допущение таких не только слухов, но и разбирательства. А дознаватели, следователи, а потом и публичный суд, ведь все дела аристократов рассматривают именно публично, поставят жирный крест на планах выдать «кровиночку» замуж.
Какой дурдом, однако. Радует, что лира хоть и практически тайно, но хоть как-то поддерживала Дарину, но и полноценной союзницей её не назовёшь. Не сдаст сразу батюшке и то хлеб.
- Благодарю, лира, за заботу о моём самочувствии и вызове лекаря. Это было своевременно, кто знает, чем могло иначе всё закончится, - слегка наклонив голову, мягко поблагодарила женщину. – Я бы хотела отдохнуть и обдумать сложившуюся ситуацию.
- Конечно, лиера. Рози будет неподалёку, если что-то понадобится, только позовите, – с поклоном ретировалась из комнаты экономка.
Прислушиваясь к удаляющемуся стуку каблучков и приглушённым приказам, раздаваемым слугам, я первым делом решила познакомиться с собой. По какой-то странной прихоти я не знала ни как сама выгляжу, ни как выглядит моё окружение. Вот посмотрела на женщин и сразу получила общую справку о том, кто это, как в компьютерной игре - навёл курсором на персонажа и над ним появляется имя и род деятельности, вот и у меня также, только без всплывающих надписей, чистое знание. Поэтому, кряхтя и обливаясь потом, не прошли старания Кристи зазря всё-таки, сил в организме не было совсем, я поползла в сторону большого зеркала, выглядывающего из ниши в углу комнаты.
Вообще, комната никак не походила на покои хозяйки чего-либо. Хотя мне, наоборот, понравилась. Просторная, с большой кроватью без всяких балдахинов и рюшей, с небольшим камином, парой узких кресел, туалетным столиком и комодом, ну и с зеркалом, почему-то стыдливо спрятанном в нишу и даже имеющем свою собственную шторку. Всё в светлых тонах, ничего лишнего, никаких ненужных украшательств, только голый функционал. Довершало праздник минимализма панорамное окно.
Невольно сменила первоначальный маршрут и приблизилась к окну. Красиво.
Заходящее солнце окрашивало крыши аккуратных домиков в тёплый багряный свет. Подсвечивало неровность каменной мостовой и искусные кованые заборчики. И всё такое новое, чистое, словно на открытку любуешься. А послышавший вдалеке стук копыт по мостовой окончательно убедил, что я попала в нечто похожее на старую Европу, века так девятнадцатого. Радовало, что не дремучее средневековье с льющимся содержимым ночных горшков из окон, крысами и прочими антисанитарными вещами.
Заодно прояснилось, отчего слугам так неловко за такое убранство в комнате хозяйки. Очень любят тут всяческие рюшечки, статуэточки, картиночки. Роскошь любят, в общем, а мне не досталось ничего, от слова совсем.
В очередной раз задумалась над оригинальностью своего мышления, вот как выгляжу не знаю, зато в модных интерьерах разбираюсь. Интересно, насколько реально образована и эрудированна была Дарина, в противном случае придётся ну очень многое нагонять, мне ведь и законы все выучить надо и ведьмовство освоить, а попутно желательно на костёр не попасть. Кстати, получила-таки я справку о попаданцах, из неё следовало, что при обнаружении такого несчастного, проводят какой-то ритуал на проверку, грубо говоря, лояльности здешнему коллективу, проводят в тайной канцелярии и по официальной версии, никто из прошедших ритуал – проверку не прошёл. Инквизиция во всех мирах, видимо, одинаковая, как её ни назови. Сначала на костёр или в речку, а потом – «упс, зато не ведьма».
Добравшись до зеркала, я уже привычно офигела над превратностями судьбы, рассматривая своё отражение. Без ложной скромности можно сказать, что Дарина была довольна красива, особенно если синяки под глазами, впалые щёки и выпирающие рёбра — это временная награда за дегустацию яда. Невысокая, хрупкая шатенка, с миловидным личиком и большими карими глазами. Не куколка, конечно, но имея такую базу и, пользуясь благами косметической индустрии всего за пару штрихов и процедур, можно преобразить красивую, нежную девчушку в настоящую роковую соблазнительницу, что я с успехом научилась применять в прошлой жизни, ведь самое смешное заключалось в том, что из зеркала смотрела, по сути, я в молодости. В этом возрасте я была несколько больших габаритов, сначала из-за беременности, потом из-за гормонов, но если опустить нехватку килограммов пятнадцати и общую болезненность, то Дарина и я старая – это копии друг друга.
Присев в жёсткое кресло у камина, стала размышлять и раскладывать по полочкам все вводные данные. Итак, что мы имеем: во-первых, я получила реальный шанс на новую жизнь и даже омолодилась; во-вторых, получила магию, пусть пока и неизвестную, но что она есть и мир сам по себе магический – это факт; в-третьих, есть шанс на свободу, развод тут допустим, а у меня все козыри на руках, а что попутно грязным бельём перед общественностью потрясу, да и плевать, меня заморочки с репутацией не трогают, можно и самой от рода отказаться и приставку лиера потерять, одни проблемы от неё только.
Работы, конечно, предстоит много, ведь знания о том, что это возможно, не равно знанию, как это сделать. Но и лапки опускать и плыть по течению я не стану. Поэтому спать и набираться сил, а на свежую голову – чёткий план, установка минимум – развод, а дальше уже по обстоятельствам.
Ну что сказать, бедная Дарина, в девичестве Айлонс, а ныне Рослейн. Всю её непродолжительную по моим меркам жизнь её шпыняли, изводили, даже голодом морили, а всё для того, чтобы проклятый дар в ней не проснулся. А как проснулся, бедняжку продали замуж за какого-то высокородного козла, у семьи которого имелся, магически закреплённый, долг перед батюшкой Дарины. Вот так, в свои двадцать, девушка оказалась не просто замужем, а крайне неудачно замужем. Муженёк ей достался ну очень не очень – дорвавшийся до денег повеса, мот и жуткий бабник, не пропускающий мимо своих чресел ни одной юбки любого сословия и приютивший в нашем же совместном доме, великодушно подаренным батюшкой Дарины, постоянную любовницу, кою оприходовал на глазах новоиспечённой жены в день бракосочетания.
Да уж, подарок достался мне в наследство просто шикарный, и даже напрашивающиеся параллели из моей старой жизни, явно уступают этой суровой реальности. Каким бы бабником ни был Влад, в открытую он это не демонстрировал, тем более пока мы были официально женаты. Так что, проиграл неведомый лиер Рослейн у Влада всухую.
А самое идиотское это причина, по которой несчастную Дарину так спешно и невыгодно сплавили замуж – она белая ведьма, при этом даже не вступившая в силу. Хоть официально ведьмы любого окраса как бы и не преследуются, но ханжеское общество местных аристократов, считает этот дар проклятым, потому что основными носителями являются простолюдины, это вам не благородная тьма или хотя бы стихии, бережно передаваемая по генетической наследственности у аристократов.
Вообще, справедливость и логика тут явно процветают, то есть кто-то из моей новой родословной покуролесил на стороне и грешок тихонько прикрыл, как иначе у официальной ветки наследников бы ведьмовство в крови оказалось, а гнобят девочку, которая уж точно не сама лишнюю хромосому или как там магия передаётся, добавила. Была бы младшей – отправили к чёрту на кулички и забыли про существование такого клейма на благородном роду, но на свою беду, Дарина – старшая дочь и оставшуюся младшую дочь спихнуть замуж раньше старшей не могут, вот и прикупили для старшей бедовой сестрички младшего отпрыска древнего, но бедного рода, который с радостью пустился во все тяжкие на предусмотрительно выделенные ему средства. Да он и сейчас, спустя почти год, ежемесячно получал сумму на своё содержание, вернее, на совместное, конечно, но Дарине от этих денег не перепадало ни гроша. И конечно же, зашуганная девушка молчала в тряпочку и безропотно жила на чердаке, носила наряды, выделенные ещё в отчем доме, и даже раскланивалась с любовницей, которой перепало всё положенное ей.
Развод! Хочу развод! На фоне этого неприятного существа любой земной альфонс выглядел бы приемлемо, хоть бы баб прятал да толику участия проявлял. А тут не только вечное хамство, но и открытое пренебрежение, этот товарищ даже брак не консумировал, что для меня, конечно, только в плюс.
Волна гнева и злости на весь этот балаган под соусом традиций и приличий, захлестнула от пяток до макушки, и я недолго думая, поклялась себе, в память о настоящей Дарине – унизить и уничтожить и муженька, и родную семейку, ну и силу принять, чтобы легче было. Даром мне их титулы вместе с деньгами не сдались, мне нужна только свобода!
Глава 4.
Гаденько улыбаясь и в красках представляя падение своего пока безликого мужа, уселась поудобнее и приготовилась вкушать деликатесы, прописанные моему измученному телу. Деликатесы откровенно подкачали, досталась мне кружка постного бульона и пару ложек склизкой серой каши. Как бы не потолстеть на такой-то диете.
- Лира Норра, будьте добры, присаживайтесь, выпейте чаю, - поковыряв в тарелке с клейстером и тяжело вздохнув над пресным бульоном, пригласила присаживаться женщину. Мне жизненно необходимы свежие сплетни и объяснения насчёт моего недавнего состояния.
- Спасибо, лиера, это честь для меня, - чинно уселась дама на краешек кресла и разгладила несуществующие складки на платье.
- Лира Норра, а давайте пропустим этап обмена любезностями, вы ведь догадываетесь, что меня интересует, - решила не ходить вокруг да около. – Я не помню, что привело к моей болезни и сколько я провела в постели.
- Почти две недели, - проговорила женщина, явно раздумывая о том, что следует сказать дальше, и затягивая с пояснениями. – Вы приняли яд, лиера. Я предполагаю, что это был декокт из корня злотопырня, приглашённый втайне от лиера лекарь согласен с моим мнением, но утешительных прогнозов он не давал. Поэтому…
- Стойте, лира, - грубо оборвала рассказ. Знаю некрасиво, но меня до глубины души возмутило такое наплевательское отношение к Дарине. – Меня отравили в моём же доме, а мой недомуженёк об этом не знает?! И даже лекаря приглашали втайне?! – Лира смотрела на меня с таким сочувствием и даже не помышляла обидеться на вспышку, что сама уже устыдилась за неё.
Сделав вид, что стараюсь успокоиться, лихорадочно сопоставляла факты из имеющейся информации, но выходило не очень. Кому нужен хладный труп Дарины? Даже на муженька и то не обвинишь – не будет тела, не будет денег и он это явно понимал.
- Простите, но я уверена, что сознательно не могла принять яд, у меня никогда не было помыслов свести счёты с жизнью, пусть и такой унизительной, – вложила в последнюю фразу всю горечь, какую смогла из себя выдавить, и продолжила более доверительным тоном. – Вы же понимаете, что скорее бы уж яд оказался в чашке у супруга. Прошу, расскажите всё, что знаете. Я очень хочу жить, но боюсь, что доброжелатель не успокоится, пока не завершит начатое.
Пока экономка колебалась с ответом, я слегка пожала её руку и снова вернулась к бульону, не мешая делать правильный выбор.
- Хорошо, лиера, я расскажу всё, что знаю о происходящем в этом доме, - наконец решившись, начала рассказ.
Пока повествование лилось тягучей и очень неприятной рекой, я рассматривала женщину, сидящую напротив. Дородная дама, вполне ухоженная и не такая пожилая, как мне показалось сначала. Лет сорока, но казалась старше из-за строгой одежды и простой причёски. В ней чувствовалась стать и достоинство, явно образована и цену себе знает. И что радует, явного негатива она ко мне не испытывает. А вот рассказ заставил задуматься, травят девочку в этом доме, и в прямом и переносном смысле, супостаты.
Лира Норра, как и остальные слуги, была нанята моим семейством и подарена вместе с домом новоявленной семейной чете. Сдаётся мне, что батюшке плевать с высокой колокольни на реальные условия содержания своей старшенькой, но приличия должны быть соблюдены, им ещё замуж пристраивать свою «гордость и кровиночку». А выбрали в мужья для младшей сестры Дарины – лиеры Дианы, не просто какого-то там аристо, а советника императора и собственно его двоюродного племянника, что делало его не просто завидным женихом, а превозносило на пьедестал среди холостяков. Ну и говорят, что он красив, богат и прочие лестные эпитеты, присущие благородным товарищам.
И вот, пока «кровиночка» не пристроена и жертва матримониальных планов лиера Айлонса не попал в брачные сети, вокруг семейства невесты, должно быть, всё благопристойно, без малейшего пятнышка на репутации, а дальше пусть трава не растёт. Советник императора разводиться точно не посмеет, ну а то жены иногда лакомятся ядом, лира Норра не задумывалась. Как в идеальную картинку рода Айлонс вписывался муж Дарины, над которым местный бомонд в открытую издевался, не гнушаясь разводить его не только на деньги, но и на всякие непристойные действия, пояснить мне женщина не смогла.
Заодно под замес сплетен и пересудов попала и сама Дарина, ведь у кумушек есть повод заподозрить неладное, иначе с чего бы, уважаемый лиер взял и отдал бы старшую доченьку такому деревенскому простачку, пусть и аристократу, но не имеющего ничего кроме лужёной глотки и свербящей промежности, а ведь именно за Дарину должны были дать большее приданое. Вот и судачили о ней всякое, то как о развратнице, то как о магически порченной, потому как в глазах уважаемых матрён это было даже хуже внебрачного блуда.
Господи, бедная девочка, да за что её так? Ну, отлучили от рода, выдали денег и нашли купца какого-нибудь, всё лучше бы было, но нет, как же, надо ведь позор семейства уважаемых лиеров прикрыть и плевать, как девочке житься в этом гадюшнике будет.
Ненависть к родному семейству моего тела, набирала обороты и встала уже не просто вровень, а почти обогнала желание отомстить муженьку. Он просто идиот, вкусивший вдруг радости великосветской жизни и не справившийся с искушениями, а тут холодный расчёт. Ууу, гады!
Коротко взглянув на меня и, видимо, уловив отголоски моей злобы, лира Норра быстренько перешла от общих сведений и пересудов к делам домашним. И тут тоже всё было далеко не гладко. Вместе с муженьком сюда, а именно в хозяйские покои сразу же въехала некая лира Кристи, миловидная блондинка, актрисулька из захолустья без особо таланта к сцене. Где повстречались начинающая дама полусвета и сельский ловелас общественность не в курсе, но в столицу прибыли уже вместе. Кто кого в этой дурной парочке использует не очень понятно, но Ангус так и трахает всё, что движется, а Кристи самозабвенно тратит деньги Дарины и играет в хозяйку, строя прислугу, и издевается над ней же.
И вот эту самую то Кристи и видела прислуга недалеко от моего чердака за несколько минут до обнаружения моего полудохлого тельца. Собственно, из-за этого крайне настораживающего явления дамы сердца и других органов господина Ройленса, экономка и побежала проверять хозяйку. Ведь ранее Кристи в крыле слуг не появлялась ни разу.
Лира Норра побоялась огласки, ведь позор жуткий, что любовница мужа дочери уважаемого лиера её же и отравила, а лиер Айлонс Норру по головке не погладит за допущение таких не только слухов, но и разбирательства. А дознаватели, следователи, а потом и публичный суд, ведь все дела аристократов рассматривают именно публично, поставят жирный крест на планах выдать «кровиночку» замуж.
Какой дурдом, однако. Радует, что лира хоть и практически тайно, но хоть как-то поддерживала Дарину, но и полноценной союзницей её не назовёшь. Не сдаст сразу батюшке и то хлеб.
- Благодарю, лира, за заботу о моём самочувствии и вызове лекаря. Это было своевременно, кто знает, чем могло иначе всё закончится, - слегка наклонив голову, мягко поблагодарила женщину. – Я бы хотела отдохнуть и обдумать сложившуюся ситуацию.
- Конечно, лиера. Рози будет неподалёку, если что-то понадобится, только позовите, – с поклоном ретировалась из комнаты экономка.
Глава 5.
Прислушиваясь к удаляющемуся стуку каблучков и приглушённым приказам, раздаваемым слугам, я первым делом решила познакомиться с собой. По какой-то странной прихоти я не знала ни как сама выгляжу, ни как выглядит моё окружение. Вот посмотрела на женщин и сразу получила общую справку о том, кто это, как в компьютерной игре - навёл курсором на персонажа и над ним появляется имя и род деятельности, вот и у меня также, только без всплывающих надписей, чистое знание. Поэтому, кряхтя и обливаясь потом, не прошли старания Кристи зазря всё-таки, сил в организме не было совсем, я поползла в сторону большого зеркала, выглядывающего из ниши в углу комнаты.
Вообще, комната никак не походила на покои хозяйки чего-либо. Хотя мне, наоборот, понравилась. Просторная, с большой кроватью без всяких балдахинов и рюшей, с небольшим камином, парой узких кресел, туалетным столиком и комодом, ну и с зеркалом, почему-то стыдливо спрятанном в нишу и даже имеющем свою собственную шторку. Всё в светлых тонах, ничего лишнего, никаких ненужных украшательств, только голый функционал. Довершало праздник минимализма панорамное окно.
Невольно сменила первоначальный маршрут и приблизилась к окну. Красиво.
Заходящее солнце окрашивало крыши аккуратных домиков в тёплый багряный свет. Подсвечивало неровность каменной мостовой и искусные кованые заборчики. И всё такое новое, чистое, словно на открытку любуешься. А послышавший вдалеке стук копыт по мостовой окончательно убедил, что я попала в нечто похожее на старую Европу, века так девятнадцатого. Радовало, что не дремучее средневековье с льющимся содержимым ночных горшков из окон, крысами и прочими антисанитарными вещами.
Заодно прояснилось, отчего слугам так неловко за такое убранство в комнате хозяйки. Очень любят тут всяческие рюшечки, статуэточки, картиночки. Роскошь любят, в общем, а мне не досталось ничего, от слова совсем.
В очередной раз задумалась над оригинальностью своего мышления, вот как выгляжу не знаю, зато в модных интерьерах разбираюсь. Интересно, насколько реально образована и эрудированна была Дарина, в противном случае придётся ну очень многое нагонять, мне ведь и законы все выучить надо и ведьмовство освоить, а попутно желательно на костёр не попасть. Кстати, получила-таки я справку о попаданцах, из неё следовало, что при обнаружении такого несчастного, проводят какой-то ритуал на проверку, грубо говоря, лояльности здешнему коллективу, проводят в тайной канцелярии и по официальной версии, никто из прошедших ритуал – проверку не прошёл. Инквизиция во всех мирах, видимо, одинаковая, как её ни назови. Сначала на костёр или в речку, а потом – «упс, зато не ведьма».
Добравшись до зеркала, я уже привычно офигела над превратностями судьбы, рассматривая своё отражение. Без ложной скромности можно сказать, что Дарина была довольна красива, особенно если синяки под глазами, впалые щёки и выпирающие рёбра — это временная награда за дегустацию яда. Невысокая, хрупкая шатенка, с миловидным личиком и большими карими глазами. Не куколка, конечно, но имея такую базу и, пользуясь благами косметической индустрии всего за пару штрихов и процедур, можно преобразить красивую, нежную девчушку в настоящую роковую соблазнительницу, что я с успехом научилась применять в прошлой жизни, ведь самое смешное заключалось в том, что из зеркала смотрела, по сути, я в молодости. В этом возрасте я была несколько больших габаритов, сначала из-за беременности, потом из-за гормонов, но если опустить нехватку килограммов пятнадцати и общую болезненность, то Дарина и я старая – это копии друг друга.
Присев в жёсткое кресло у камина, стала размышлять и раскладывать по полочкам все вводные данные. Итак, что мы имеем: во-первых, я получила реальный шанс на новую жизнь и даже омолодилась; во-вторых, получила магию, пусть пока и неизвестную, но что она есть и мир сам по себе магический – это факт; в-третьих, есть шанс на свободу, развод тут допустим, а у меня все козыри на руках, а что попутно грязным бельём перед общественностью потрясу, да и плевать, меня заморочки с репутацией не трогают, можно и самой от рода отказаться и приставку лиера потерять, одни проблемы от неё только.
Работы, конечно, предстоит много, ведь знания о том, что это возможно, не равно знанию, как это сделать. Но и лапки опускать и плыть по течению я не стану. Поэтому спать и набираться сил, а на свежую голову – чёткий план, установка минимум – развод, а дальше уже по обстоятельствам.
