Акт 0
Осенним субботним утром, под шуршание сухой листвы, шла девушка с именем заморским, держа в руках свернувшегося в клубок кота. Имя ей – Минако. О ней говорили: «ураган», «мисс беспечность», «немножко то, немножко сё», и каждое определение подходило этой особе. Студентка с активной жизненной позицией, любит французскую поп-музыку, дитя смешанных кровей. Русская мама и японец папа подарили Минако весьма необычную внешность: светло-русые вьющиеся волосы, что так напоминали блеском цветочки золотистого одуванчика, невысокий рост, маленькие ручки и ножки, кожа цвета молока и чёрные узкие глаза. Вот такой была она – дочь самурая, рисовых полей и пестрящих своим нарядом молодых берёз. Столь необычное сочетание породило и два настроения нашей героини: веселость и меланхолию, и в каждом из них Минако прекрасна по-своему, и в этом убедитесь и вы, дорогой читатель.
Вот с плеча Минако предательски съехала лямка сумки и руки отпустили кота, кот мягко приземлился на лапки и бежал от рассеянной хозяйки прочь. Девушка подорвалась за пушистым комочком с криками «Стой! Куда же ты, Тоша?». Только вот так называемый Тоша оказался проворнее хозяйки: пушистик в несколько прыжков взобрался по забору и перелез в сторону шумного города. Запыхавшаяся Минако невольно опустила взгляд себе под ноги, и это стало ошибкой – блондинка в кого-то врезалась, горячий кофе выплеснулся на пальто незнакомца, и на рукав куртки Минако.
- Курица! Куда прёшь!?
То был мужчина среднего роста, на вид ему было ближе к тридцати, тёмные волосы делил на две равные половины пробор, виски и затылок были выбриты и там красовались колючки шести миллиметров, маленькие серые глаза в прищуре делали незнакомца злее. По всей видимости Минако столкнулась с самым настоящим педантом, для которого даже маленькая складочка на рукаве рубашки уже представляла собой катастрофу, а тут ещё огромное пятно, растёкшееся на самом видном месте.
- Извините…- замялась Минако – Просто, мой котик…
- Не хочу ничего слышать! – брюнет тихо чертыхнулся и, оттолкнув девушку от себя, стремительным шагом направился вперёд.
Дочь самурая бросила печальный взгляд, ей было стыдно. Быть может, этот человек идёт на какое-то важное мероприятие, а она, королева неряшливости и беспорядка, испортила его наряд! Блондинка вновь осмотрелась по сторонам: кот исчез, и хозяйка не знала что взбрело в голову её маленькому озорнику.
- Лев Андреевич, поздравляю вас с успешным завершением проекта! Вы внесли огромный вклад в техническое оснащение нашего университета.
Лев – так звали мужчину, утро которого немного не задалось, в привычной манере пожал руку ректору Политехнического университета. Тем самым, они отблагодарили друг друга за продуктивное сотрудничество. Будучи ответственным работником, который, ко всему прочему, страдает от трудоголизма, Льву стало приходить осознание того, что усталость неимоверно рубит с ног. Это означало, что пора брать отпуск. Брюнет понимал – ещё десяток бессонных ночей, и он уж точно впадёт в анабиоз.
- Рад был вам помочь, Виктор Аркадьевич.
- Может, у вас будет какое-нибудь пожелание? – спросил ректор.
- Да. Я хочу взять отпуск на две недели.
- Нет проблем! Сейчас заполнишь необходимые формы и можешь отдыхать! Отпускные перечислим тебе вместе с зарплатой.
Лев чуть заметно улыбнулся, но сделал это лишь из вежливости. Он старался не улыбаться людям, да и не улыбаться вообще. Не видел в этом смысла. Будучи сиротой, брюнет привык сражаться за место под солнцем, стиснув зубы и отключив отголоски человечности. Порой он и сам не мог понять является ли представителем этой расы, и лишь зеркальное отражение напоминало ему о его сущности.
В кармане завибрировал Honor, Лев уже знал отправителя сообщения, ведь круг общения мужчины ограничивался несколькими людьми. Его приятель – Феодор, по кличке «Дядя Фёдор», работал в полиции, но даже на работе зависал в мессенджере, раздражая сообщениями Льва. Высокий, статный, словно жеребец, Феодор Калинин обладал мужественными чертами лица, русые волосы были коротко острижены, а в карих глазах часто пылал огонь, когда на горизонте появлялась красотка в виде дорогой тачки, ну а может просто девица-красавица.
Когда Лев закончил с бумажной бюрократией, он надел испачканное пальто и взял в руки телефон. Как и ожидалось, Дядя Фёдор прислал ему свору мемов и забавных видео с Тик-тока. Брюнет закатил глаза.
- Не исправим.
Вытянутые пальцы с квадратной формой ногтей ловко отметили «мусор», выбранные позиции сиюминутно полетели в «удалённые». Лев не любил сообщения, в которых не было смысловой нагрузки, для него они были сродни грязи, которую необходимо очистить. Нечто похожее он испытывал и по отношению к своему пальто: Льву не нравилось ощущение грязи на своём теле. Мужчина остановился возле скамейки в сквере и снял элемент одежды, затем, аккуратно сложив его в несколько раз, отправил в пакет. Так он остался в черном костюме, из-под которого выглядывал ворот рубашки. Шею Льва защищал от осенней прохлады светло-голубой вязаный шарф, который был связан им в редкий выходной, а на ногах кожаные ботинки от Ralf Ringer. . Теперь он чувствовал себя немного чище, и это чувство не могло не радовать. От прилива эндорфинов Лев совсем не ощущал холода, потому дальнейшим пунктиком дня стал поход в прачечную.
После прачечной, Лев вернулся домой и надел чёрную куртку, портфель сменился на сумку небольших размеров. Следующим пунктом дня - являлась встреча с Дядей Фёдором. Около подъезда уже поджидала полицейская машина, а за рулём был вышеупомянутый друг. В магнитоле звучала песня Ислама Итляшева - "Не играй на моих нервах", и дядя Фёдор, как истинный поклонник, подпевал певцу. Лев слышал импровизированное музицирование через приоткрытое окно, тонкие брови съехались к переносице, на губах всплыла ухмылка. Брюнет тихонько постучал по стеклу, этого хватило, чтобы Феодор вздрогнул и матюкнулся.
- Чёрт! Опять пугаешь меня, бес треклятый? Садись, покатаешься со старым другом. - пригласил русоволосый.
- И тебе здравствуй. Я не против, если только прокачусь не как арестант. - Лев усмехнулся.
- А ты всё не меняешься, Фельдман! - усмехнулся русоволосый.
Лев сел на пассажирское сидение и закрыл за собой дверь.
- А Дядя Фёдор опять слушает своего Ислама!
Фельдман закатил глаза, стоило только Итляшеву запеть припев:
"Ночь — не играй, не играй, не играй не играй, не играй на моих нервах. Прочь, от меня холодная — печаль стерва."
Феодор тихо засмеялся и завёл машину.
- Ты как обычно, кот Матроскин!
- Не напоминай. Сегодня одна дура в меня врезалась, когда бежала за своим кошаком. Итог: испорченное пальто, кофе пролился. Относил в химчистку. - брюнет откинулся на спинку сидения и медленно выдохнул.
Полицейская машина медленно поехала по проспекту.
- Тебе нужно расслабиться, совсем себя замучил. Даже я на дежурствах так не изматываюсь. - дал совет Дядя Фёдор.
Автомобиль вырулил к старому домику, на первом этаже которого находилась лавка рукоделия.
- Зачем ты меня сюда привёз? - спросил Лев.
- Когда ты вязал, был куда добрее. Думаю, в отпуске тебе следует вернуться к своему хобби. - Феодор хитренько улыбнулся.
- Возможно, ты прав. Свяжу себе новый шарф, для начала. Подожди меня здесь.
Лев вышел из машины и зашёл в магазин. Брюнет бродил меж полок и присматривался к составам и оттенкам. К нему подошла консультантка и начала задавать типичные вопросы, на которые Льву не хотелось отвечать от слова совсем. Потому он поспешил взять два мотка пряжи чёрного и белого цвета и пошёл расплачиваться на кассу. Оплатив покупки, Лев вновь посмотрел на цвета. Две противоположности, две стороны силы - добро и зло, грязь и чистота, воля и разум, ночь и день. Это можно очень долго перечислять, но Льва привлекло такое сочетание, оно заставляло задуматься о некоторых вещах. И так, с ворохом мыслей, мужчина вернулся в полицейскую машину, Феодор завёл двигатель и они поехали гулять.
Акт 1
Феодор и Лев пару часиков посидели в кафе. Друзья обсуждали работу, которую только-только завершил Фельдман. Брюнет уже погрузился мыслями в разработку пособия для студентов, стоило ему начать делиться мыслями, как в глазах загорался тот редкий огонёк, что слишком редко радовал людей своим сиянием (а, вернее, никогда. Феодор - исключение). Сам Дядя Фёдор был далёк от математических наук, и рассказы Фельдмана являли собой тёмный лес, но зато работа в полиции приносила ему моральное и финансовое удовлетворение, и ничего другого ему попросту не хотелось.
- Матроскин, может возьмёшь паузу? Ты в отпуске, надо отдыхать. - выдвинул мысль Феодор.
- Я уж и забыл что такое отдых. - буркнул Лев.
- Доходяга!
- Сам такой! Так ты ещё и двухметровый! Страшное зрелище. - поддел друга брюнет.
- Про твой рост я вежливо промолчу. - Феодор, словив злобный взгляд Льва, поспешил добавить - Но тебе идёт. Не просто ж так я тебя Матроскиным называю: уж больно на кошака похож.
- Поясни. - Фельдман приподнял тонковатую бровь.
- Ну, у тебя тонкие гармоничные черты лица, складное телосложение, не худой и не плотный, ходишь тихо, пластичен.. Как вспомню 23 февраля, когда у меня на хате с коллегами и с тобой играли в "Твистер", так вообще глаза на лоб лезут! Ты точно не занимался гимнастикой? - Феодор склонил голову на бок.
- Нет. Детство было тяжёлое, вот и пришлось улучшить некоторые параметры своего тела. - сухо ответил брюнет.
Феодор тяжело вздохнул.
- Ничего страшного, я понимаю. Просто пошутил. Ну так что? Куда-нибудь ещё сходим?
- В парк. Хотел немного пройтись, кровь погонять.
- Скучный ты! Кровь можно и в клубе погонять! - протянул Дядя Фёдор.
Лев бросил на друга убийственный взгляд.
- Ты за рулём.
- Ой, ну ладно! Парк, так парк. Иногда мне кажется, что в полиции надо было тебе работать. Совсем зануда! – Феодор раскинул руками.
Лев рассчитался за двоих и стал собираться.
- Идём.
Друзья прогуливались по вечернему парку, асфальт намок от редкого дождика, который покрапывал несколько часов. Золотистый свет фонарей освещал пышные деревья, которые уж начали терять листву. Некоторые тропы привалило разноцветными заплатками, чаще всего там искрили рыжие и жёлтые оттенки, но встречались и красные, иногда иссохшая охра, что так напоминала увяданье. Фельдману больше нравились спокойные цвета, осенние краски были чужды его спокойному уму, а порой и вовсе вымораживали. А вот его друг наоборот – любил яркие краски! Его гражданская одежда чаще всего и пестрила подобными оттенками, в особенности красным. Как-то раз Лев увидел в гардеробе Дяди Фёдора розовую рубашку и задался некоторыми неприличными вопросами, но очень быстро их откинул, ведь друг не из «этих».
Территория парка очень быстро опустела, вокруг было тихо-тихо, и лишь свистящий ветер разбавлял окружающую пустоту. Вслед за ветром стал усиливаться дождь. Лев раскрыл зонт.
- Наклонишься, гигант? Аль сам возьмёшь? – поинтересовался брюнет.
- Вот всегда тебя тянет гулять в мерзостную погоду! Б-р-р-р! – Феодор выхватил у друга зонт, и теперь они помещались под ним вдвоём – Давай в машину вернёмся! Там тепло и уютно.
- Тебе даже в автозаке удобно. – буркнул Лев.
- Ну, да. Он большой, просторный, можно в картишки поиграть на пассажирском, столик есть. – Дядя Фёдор начал перечислять достоинства полицейского авто.
Лев резко остановился и Феодор влетел ему в спину.
- Ай! Левчик, ты чего?
Феодор обошёл брюнета и увидел тоже, что и он. На мокром асфальте лежала миниатюрная девушка с копной вьющихся золотистых волос. Лев узнал в ней ту кошатницу, что влетела в него с утра. Брюнет вышел из-под зонта и подбежал. Он опустился на корточки и первым делом прощупал пульс. К нему поспешил и Феодор.
- Живая? Может, напилась? – предположил Дядя Фёдор.
- Живая.
Лев наклонился к её губам и принюхался.
- Нет, алкоголем не пахнет.
- Может, наркотики? – всё не унимался полицейский.
- Завались! Задрал уже во всём видеть что-то противозаконное! Может ей плохо стало и никто не подошёл! – рявкнул Лев.
Феодор замолчал и уставился на свои ботинки. Лев приложил ладонь ко лбу девушки.
- Жар. Очень сильный. Итак, я возьму её на руки, а ты обеспечишь нам защиту от дождя. В машине разберёмся что с ней делать. – сказал Лев и тут же подхватил несчастную на руки.
Акт 2
- Японка, значит? – задумчиво проговорил Феодор, изучая документы девушки.
- Обрусевшая. Да, ещё и учится в универе, в котором я преподаю. – также задумчиво протянул Лев.
- Совпадение? – усмехнулся Феодор – Скоро к тебе студентки начнут буквально с неба сваливаться. Эта вот уже свалилась тебе на шею два раза!
Лев закатил глаза.
- В жизни бывают и не такие сюрпризы. – буркнул брюнет.
- Вот дам ей кличку «попаданка»! – теперь уже полицейский засмеялся в голос.
- Начитался своих глупых книжек, вот теперь и с ума сходишь от какой-то там девки. – Фельдман смахнул прядь волос с лица незнакомки, дабы рассмотреть её тонкие черты получше.
Нежная, утончённое личико с острым подбородком, небольшой носик, румяный маленький ротик, чуть прямые реснички – всё так естественно, неброско, но по-своему красиво. Не входит ни в какое сравнение с инста-гёрл, лишь красота смешения кровей. Смотришь с одной стороны – маленькая японка, а с другой – прелестная славянка. Губы Льва на мгновенье растянулись в чуть заметной улыбке, пока полицейский вбил юную деву в базу данных и занимался поиском.
Дождь уж давно прекратился, Феодор припарковал машину неподалёку от круглосуточной аптеки. Он не спешил везти незнакомку в участок, ведь она выглядела совсем неважно, а кожа казалась такой горячей, словно касаешься ладонью закипевшего чайника. Пока друг искал информацию, Фельдман тоже без дела не сидел: он читал в интернете способы лечения простуды в домашних условиях на случай, если девушке не станет хуже, но останутся симптомы. Феодор предчувствовал, что таинственная Минако будет спать весьма долго, потому Лев морально готовил себя к тому, что ему придётся помогать этой девчонке как минимум пару дней. Почему-то ему не хотелось отправлять её в больницу. Может быть, это как-то связано с неприятными ассоциациями, возникшими на фоне частых травм Льва, и иных болячек, пережитых в юности. Так он старался держаться подальше от больниц, потому правильно питался и одевался по погоде.
Внезапно Лев услышал голос Дяди Фёдора:
- Нашёл! Живёт в общежитии при вашем универе, родители работают в другом городе, иных родственников поблизости нет. В криминале не замешана, мелких правонарушений тоже нет.
- Да уж, вот что значит двойственность! С законом всё в порядке, а сбагрить её совсем некому. – проворчал Фельдман.
- Честно, Лёвка, мне не хочется везти её в участок. Местная алкашня с проститутнёй её пожрут там. – Дядя Фёдор заметно погрустнел.
Лев тяжело вздохнул.
- И ты предлагаешь мне приютить её?
- Ага. Извини, но я слишком безответственный и не смогу в случае чего ей помочь. Это ты на все руки мастер. – Феодор невинно улыбнулся, но за этой невинностью скрывался несколько хитрый помысел.
Осенним субботним утром, под шуршание сухой листвы, шла девушка с именем заморским, держа в руках свернувшегося в клубок кота. Имя ей – Минако. О ней говорили: «ураган», «мисс беспечность», «немножко то, немножко сё», и каждое определение подходило этой особе. Студентка с активной жизненной позицией, любит французскую поп-музыку, дитя смешанных кровей. Русская мама и японец папа подарили Минако весьма необычную внешность: светло-русые вьющиеся волосы, что так напоминали блеском цветочки золотистого одуванчика, невысокий рост, маленькие ручки и ножки, кожа цвета молока и чёрные узкие глаза. Вот такой была она – дочь самурая, рисовых полей и пестрящих своим нарядом молодых берёз. Столь необычное сочетание породило и два настроения нашей героини: веселость и меланхолию, и в каждом из них Минако прекрасна по-своему, и в этом убедитесь и вы, дорогой читатель.
Вот с плеча Минако предательски съехала лямка сумки и руки отпустили кота, кот мягко приземлился на лапки и бежал от рассеянной хозяйки прочь. Девушка подорвалась за пушистым комочком с криками «Стой! Куда же ты, Тоша?». Только вот так называемый Тоша оказался проворнее хозяйки: пушистик в несколько прыжков взобрался по забору и перелез в сторону шумного города. Запыхавшаяся Минако невольно опустила взгляд себе под ноги, и это стало ошибкой – блондинка в кого-то врезалась, горячий кофе выплеснулся на пальто незнакомца, и на рукав куртки Минако.
- Курица! Куда прёшь!?
То был мужчина среднего роста, на вид ему было ближе к тридцати, тёмные волосы делил на две равные половины пробор, виски и затылок были выбриты и там красовались колючки шести миллиметров, маленькие серые глаза в прищуре делали незнакомца злее. По всей видимости Минако столкнулась с самым настоящим педантом, для которого даже маленькая складочка на рукаве рубашки уже представляла собой катастрофу, а тут ещё огромное пятно, растёкшееся на самом видном месте.
- Извините…- замялась Минако – Просто, мой котик…
- Не хочу ничего слышать! – брюнет тихо чертыхнулся и, оттолкнув девушку от себя, стремительным шагом направился вперёд.
Дочь самурая бросила печальный взгляд, ей было стыдно. Быть может, этот человек идёт на какое-то важное мероприятие, а она, королева неряшливости и беспорядка, испортила его наряд! Блондинка вновь осмотрелась по сторонам: кот исчез, и хозяйка не знала что взбрело в голову её маленькому озорнику.
***
- Лев Андреевич, поздравляю вас с успешным завершением проекта! Вы внесли огромный вклад в техническое оснащение нашего университета.
Лев – так звали мужчину, утро которого немного не задалось, в привычной манере пожал руку ректору Политехнического университета. Тем самым, они отблагодарили друг друга за продуктивное сотрудничество. Будучи ответственным работником, который, ко всему прочему, страдает от трудоголизма, Льву стало приходить осознание того, что усталость неимоверно рубит с ног. Это означало, что пора брать отпуск. Брюнет понимал – ещё десяток бессонных ночей, и он уж точно впадёт в анабиоз.
- Рад был вам помочь, Виктор Аркадьевич.
- Может, у вас будет какое-нибудь пожелание? – спросил ректор.
- Да. Я хочу взять отпуск на две недели.
- Нет проблем! Сейчас заполнишь необходимые формы и можешь отдыхать! Отпускные перечислим тебе вместе с зарплатой.
Лев чуть заметно улыбнулся, но сделал это лишь из вежливости. Он старался не улыбаться людям, да и не улыбаться вообще. Не видел в этом смысла. Будучи сиротой, брюнет привык сражаться за место под солнцем, стиснув зубы и отключив отголоски человечности. Порой он и сам не мог понять является ли представителем этой расы, и лишь зеркальное отражение напоминало ему о его сущности.
В кармане завибрировал Honor, Лев уже знал отправителя сообщения, ведь круг общения мужчины ограничивался несколькими людьми. Его приятель – Феодор, по кличке «Дядя Фёдор», работал в полиции, но даже на работе зависал в мессенджере, раздражая сообщениями Льва. Высокий, статный, словно жеребец, Феодор Калинин обладал мужественными чертами лица, русые волосы были коротко острижены, а в карих глазах часто пылал огонь, когда на горизонте появлялась красотка в виде дорогой тачки, ну а может просто девица-красавица.
Когда Лев закончил с бумажной бюрократией, он надел испачканное пальто и взял в руки телефон. Как и ожидалось, Дядя Фёдор прислал ему свору мемов и забавных видео с Тик-тока. Брюнет закатил глаза.
- Не исправим.
Вытянутые пальцы с квадратной формой ногтей ловко отметили «мусор», выбранные позиции сиюминутно полетели в «удалённые». Лев не любил сообщения, в которых не было смысловой нагрузки, для него они были сродни грязи, которую необходимо очистить. Нечто похожее он испытывал и по отношению к своему пальто: Льву не нравилось ощущение грязи на своём теле. Мужчина остановился возле скамейки в сквере и снял элемент одежды, затем, аккуратно сложив его в несколько раз, отправил в пакет. Так он остался в черном костюме, из-под которого выглядывал ворот рубашки. Шею Льва защищал от осенней прохлады светло-голубой вязаный шарф, который был связан им в редкий выходной, а на ногах кожаные ботинки от Ralf Ringer. . Теперь он чувствовал себя немного чище, и это чувство не могло не радовать. От прилива эндорфинов Лев совсем не ощущал холода, потому дальнейшим пунктиком дня стал поход в прачечную.
***
После прачечной, Лев вернулся домой и надел чёрную куртку, портфель сменился на сумку небольших размеров. Следующим пунктом дня - являлась встреча с Дядей Фёдором. Около подъезда уже поджидала полицейская машина, а за рулём был вышеупомянутый друг. В магнитоле звучала песня Ислама Итляшева - "Не играй на моих нервах", и дядя Фёдор, как истинный поклонник, подпевал певцу. Лев слышал импровизированное музицирование через приоткрытое окно, тонкие брови съехались к переносице, на губах всплыла ухмылка. Брюнет тихонько постучал по стеклу, этого хватило, чтобы Феодор вздрогнул и матюкнулся.
- Чёрт! Опять пугаешь меня, бес треклятый? Садись, покатаешься со старым другом. - пригласил русоволосый.
- И тебе здравствуй. Я не против, если только прокачусь не как арестант. - Лев усмехнулся.
- А ты всё не меняешься, Фельдман! - усмехнулся русоволосый.
Лев сел на пассажирское сидение и закрыл за собой дверь.
- А Дядя Фёдор опять слушает своего Ислама!
Фельдман закатил глаза, стоило только Итляшеву запеть припев:
"Ночь — не играй, не играй, не играй не играй, не играй на моих нервах. Прочь, от меня холодная — печаль стерва."
Феодор тихо засмеялся и завёл машину.
- Ты как обычно, кот Матроскин!
- Не напоминай. Сегодня одна дура в меня врезалась, когда бежала за своим кошаком. Итог: испорченное пальто, кофе пролился. Относил в химчистку. - брюнет откинулся на спинку сидения и медленно выдохнул.
Полицейская машина медленно поехала по проспекту.
- Тебе нужно расслабиться, совсем себя замучил. Даже я на дежурствах так не изматываюсь. - дал совет Дядя Фёдор.
Автомобиль вырулил к старому домику, на первом этаже которого находилась лавка рукоделия.
- Зачем ты меня сюда привёз? - спросил Лев.
- Когда ты вязал, был куда добрее. Думаю, в отпуске тебе следует вернуться к своему хобби. - Феодор хитренько улыбнулся.
- Возможно, ты прав. Свяжу себе новый шарф, для начала. Подожди меня здесь.
Лев вышел из машины и зашёл в магазин. Брюнет бродил меж полок и присматривался к составам и оттенкам. К нему подошла консультантка и начала задавать типичные вопросы, на которые Льву не хотелось отвечать от слова совсем. Потому он поспешил взять два мотка пряжи чёрного и белого цвета и пошёл расплачиваться на кассу. Оплатив покупки, Лев вновь посмотрел на цвета. Две противоположности, две стороны силы - добро и зло, грязь и чистота, воля и разум, ночь и день. Это можно очень долго перечислять, но Льва привлекло такое сочетание, оно заставляло задуматься о некоторых вещах. И так, с ворохом мыслей, мужчина вернулся в полицейскую машину, Феодор завёл двигатель и они поехали гулять.
Акт 1
Феодор и Лев пару часиков посидели в кафе. Друзья обсуждали работу, которую только-только завершил Фельдман. Брюнет уже погрузился мыслями в разработку пособия для студентов, стоило ему начать делиться мыслями, как в глазах загорался тот редкий огонёк, что слишком редко радовал людей своим сиянием (а, вернее, никогда. Феодор - исключение). Сам Дядя Фёдор был далёк от математических наук, и рассказы Фельдмана являли собой тёмный лес, но зато работа в полиции приносила ему моральное и финансовое удовлетворение, и ничего другого ему попросту не хотелось.
- Матроскин, может возьмёшь паузу? Ты в отпуске, надо отдыхать. - выдвинул мысль Феодор.
- Я уж и забыл что такое отдых. - буркнул Лев.
- Доходяга!
- Сам такой! Так ты ещё и двухметровый! Страшное зрелище. - поддел друга брюнет.
- Про твой рост я вежливо промолчу. - Феодор, словив злобный взгляд Льва, поспешил добавить - Но тебе идёт. Не просто ж так я тебя Матроскиным называю: уж больно на кошака похож.
- Поясни. - Фельдман приподнял тонковатую бровь.
- Ну, у тебя тонкие гармоничные черты лица, складное телосложение, не худой и не плотный, ходишь тихо, пластичен.. Как вспомню 23 февраля, когда у меня на хате с коллегами и с тобой играли в "Твистер", так вообще глаза на лоб лезут! Ты точно не занимался гимнастикой? - Феодор склонил голову на бок.
- Нет. Детство было тяжёлое, вот и пришлось улучшить некоторые параметры своего тела. - сухо ответил брюнет.
Феодор тяжело вздохнул.
- Ничего страшного, я понимаю. Просто пошутил. Ну так что? Куда-нибудь ещё сходим?
- В парк. Хотел немного пройтись, кровь погонять.
- Скучный ты! Кровь можно и в клубе погонять! - протянул Дядя Фёдор.
Лев бросил на друга убийственный взгляд.
- Ты за рулём.
- Ой, ну ладно! Парк, так парк. Иногда мне кажется, что в полиции надо было тебе работать. Совсем зануда! – Феодор раскинул руками.
Лев рассчитался за двоих и стал собираться.
- Идём.
***
Друзья прогуливались по вечернему парку, асфальт намок от редкого дождика, который покрапывал несколько часов. Золотистый свет фонарей освещал пышные деревья, которые уж начали терять листву. Некоторые тропы привалило разноцветными заплатками, чаще всего там искрили рыжие и жёлтые оттенки, но встречались и красные, иногда иссохшая охра, что так напоминала увяданье. Фельдману больше нравились спокойные цвета, осенние краски были чужды его спокойному уму, а порой и вовсе вымораживали. А вот его друг наоборот – любил яркие краски! Его гражданская одежда чаще всего и пестрила подобными оттенками, в особенности красным. Как-то раз Лев увидел в гардеробе Дяди Фёдора розовую рубашку и задался некоторыми неприличными вопросами, но очень быстро их откинул, ведь друг не из «этих».
Территория парка очень быстро опустела, вокруг было тихо-тихо, и лишь свистящий ветер разбавлял окружающую пустоту. Вслед за ветром стал усиливаться дождь. Лев раскрыл зонт.
- Наклонишься, гигант? Аль сам возьмёшь? – поинтересовался брюнет.
- Вот всегда тебя тянет гулять в мерзостную погоду! Б-р-р-р! – Феодор выхватил у друга зонт, и теперь они помещались под ним вдвоём – Давай в машину вернёмся! Там тепло и уютно.
- Тебе даже в автозаке удобно. – буркнул Лев.
- Ну, да. Он большой, просторный, можно в картишки поиграть на пассажирском, столик есть. – Дядя Фёдор начал перечислять достоинства полицейского авто.
Лев резко остановился и Феодор влетел ему в спину.
- Ай! Левчик, ты чего?
Феодор обошёл брюнета и увидел тоже, что и он. На мокром асфальте лежала миниатюрная девушка с копной вьющихся золотистых волос. Лев узнал в ней ту кошатницу, что влетела в него с утра. Брюнет вышел из-под зонта и подбежал. Он опустился на корточки и первым делом прощупал пульс. К нему поспешил и Феодор.
- Живая? Может, напилась? – предположил Дядя Фёдор.
- Живая.
Лев наклонился к её губам и принюхался.
- Нет, алкоголем не пахнет.
- Может, наркотики? – всё не унимался полицейский.
- Завались! Задрал уже во всём видеть что-то противозаконное! Может ей плохо стало и никто не подошёл! – рявкнул Лев.
Феодор замолчал и уставился на свои ботинки. Лев приложил ладонь ко лбу девушки.
- Жар. Очень сильный. Итак, я возьму её на руки, а ты обеспечишь нам защиту от дождя. В машине разберёмся что с ней делать. – сказал Лев и тут же подхватил несчастную на руки.
Акт 2
- Японка, значит? – задумчиво проговорил Феодор, изучая документы девушки.
- Обрусевшая. Да, ещё и учится в универе, в котором я преподаю. – также задумчиво протянул Лев.
- Совпадение? – усмехнулся Феодор – Скоро к тебе студентки начнут буквально с неба сваливаться. Эта вот уже свалилась тебе на шею два раза!
Лев закатил глаза.
- В жизни бывают и не такие сюрпризы. – буркнул брюнет.
- Вот дам ей кличку «попаданка»! – теперь уже полицейский засмеялся в голос.
- Начитался своих глупых книжек, вот теперь и с ума сходишь от какой-то там девки. – Фельдман смахнул прядь волос с лица незнакомки, дабы рассмотреть её тонкие черты получше.
Нежная, утончённое личико с острым подбородком, небольшой носик, румяный маленький ротик, чуть прямые реснички – всё так естественно, неброско, но по-своему красиво. Не входит ни в какое сравнение с инста-гёрл, лишь красота смешения кровей. Смотришь с одной стороны – маленькая японка, а с другой – прелестная славянка. Губы Льва на мгновенье растянулись в чуть заметной улыбке, пока полицейский вбил юную деву в базу данных и занимался поиском.
Дождь уж давно прекратился, Феодор припарковал машину неподалёку от круглосуточной аптеки. Он не спешил везти незнакомку в участок, ведь она выглядела совсем неважно, а кожа казалась такой горячей, словно касаешься ладонью закипевшего чайника. Пока друг искал информацию, Фельдман тоже без дела не сидел: он читал в интернете способы лечения простуды в домашних условиях на случай, если девушке не станет хуже, но останутся симптомы. Феодор предчувствовал, что таинственная Минако будет спать весьма долго, потому Лев морально готовил себя к тому, что ему придётся помогать этой девчонке как минимум пару дней. Почему-то ему не хотелось отправлять её в больницу. Может быть, это как-то связано с неприятными ассоциациями, возникшими на фоне частых травм Льва, и иных болячек, пережитых в юности. Так он старался держаться подальше от больниц, потому правильно питался и одевался по погоде.
Внезапно Лев услышал голос Дяди Фёдора:
- Нашёл! Живёт в общежитии при вашем универе, родители работают в другом городе, иных родственников поблизости нет. В криминале не замешана, мелких правонарушений тоже нет.
- Да уж, вот что значит двойственность! С законом всё в порядке, а сбагрить её совсем некому. – проворчал Фельдман.
- Честно, Лёвка, мне не хочется везти её в участок. Местная алкашня с проститутнёй её пожрут там. – Дядя Фёдор заметно погрустнел.
Лев тяжело вздохнул.
- И ты предлагаешь мне приютить её?
- Ага. Извини, но я слишком безответственный и не смогу в случае чего ей помочь. Это ты на все руки мастер. – Феодор невинно улыбнулся, но за этой невинностью скрывался несколько хитрый помысел.
