Женщина. Молодая. Длинноволосая. Она бездумно хихикает, раскачиваясь туда-сюда. Большие голые груди раскачиваются в такт - разорванная в хлам кофта съехала с одного плеча. Да ёперный театр!. Они ж обдолбанные в сиську! Их чем-то опоили!
-Лекс! Их надо положить всех! Иначе шальными пулями побьёт!
-Уводить.
-Приглядись! Они одурманены!
-Верно. Кладите всех на землю! Марика! Нико! Слышали?!
Мы валили несчастных на бок. Большинство продолжало лыбиться лёжа на сырой земельке. Одна девушка вдруг на некоторое время выпала из нирваны в нашу реальность и снова впала, но уже в истерику. Марика хрястнула ей пару пощёчин и та отрубилась. Вдруг в разнородный шум стрельбы вломился стрёкот пулемёта. Это по наши души гости! Я снова взял в руки самозарядку. Пулемёт зашёлся длинной очередью. Вдруг справа, от реки, затрещали кусты и на нас вываилась группа. Детей?! Как же. Как так? Стрелять в них? Но как только я разглядел одного из "ребёнков", то сразу нажал на спуск. На руках этого, твою медь, ребёнка были трёхсантиметровые когти, сквозь растрёпанные розовые волосы торчали острые уши. А рожа! Рожа-то! Нос приплюснут, большие, огромные глаза горят злобой. Оскал мелких острых зубов. Какой, мать его через оглоблю, ребёнок? Чертёнок скорее. Пуля разворотила ему шею - аж брызги полетели. Но тварь только захрипела и рванула на нас, как и её сордичи. Кстати - да! "Она", а не "он". Бляха медная, блестящая! Охренеть - стресс. На меня летела дикая, чёрная, голая девочка со зверской рожей и разорванной шеей! Ну нахер!! Я на автомате шмальнул в неё ещё два раза. Один раз попал. Пуля вынесла ей сердце и половину лёгкого наверное. Только тогда девочка-тварь сдохла. А её "одноклассники" пёрли на нас как стая бешенных бабуинов. Пять моих пуль кому-то что-то отстрелили или прострелили, а затвор звякнул в последний раз. Хорошо, что два ПП на близком расстоянии позволяют создать стену свинца, через которую даже исчадия ада не могут пролезть. Я быстро, очень быстро перещёлкнул магазин и дёрнул ручку затвора. Но стрелять пока было не в кого. Перед нами валялись окровавленные тела. Некоторые ещё двигались. Какие живучие!
Мать моя женщина! Чуть менее покруче, чем в фильме "Хищник"! Где, мать его австрийскую, Шварценнегер с "миниганом"?! Он был бы тут очень в тему! От реки больше не стреляли. От поля выстрелы стали редкими. Добивают наверное. Мы стояли возле лежащих пленников, пеереводя дух. Нико с Лексом по очереди перезарядились. Пахло горелой смазкой, порохом, горячим металлом и свежей кровью. Уши заложило и похоже - надолго. Хотя нет. Более-менее слышно. Среди деревьев показались две фигуры, но это были Вэсил с Тимом. От пулемёта шёл лёгкий дымок. Чем хуже "минигана"?
-Что там?
-Всё кончено, командир. Всех положили. Там - Тим ткнул большим пальцем за спину - Там добивают тварей. А у вас как?
-Норма. Не расслабляйтесь.
Мы стали обходить место плена по кругу. Вдруг остались выжившие раловцы? Совсем живых не было. Были раненые. Мы их без особых сожалений добивали. Я лично прикончил пару чертей. Каждому всадил по пуле в лобешник. Одного из них я рассмотрел поподробней. Несмотря на то, что в прошлом это был вэйт, сейчас я видел гуманоидного хищника. Да, похоже учёные, которые говорят о наследственности хищников, не так уж и неправы. По сторонам головы торчат остроконечные уши. Большие, похожие на кошачьи глаза горят недобрым огнём. Лицо вытянуто в высоту, а во рту, вернее - уже в пасти, торчат острые, нечеловеческие зубы. На верхней челюсти яственно выделяются клыки. В остальном тело вполне человеческое, если не считать когтей на руках. Остров доктора Моро какой-то. Мутация? Я не генетик и вообще не знаю - возможно ли такое? Мне почему-то полезли в голову истории про оборотней, вервольфов и прочих упырей. Может тут вирус какой замешан? Типа прказы? Сюда бы вместо фермера - десант наших учёных. А так только одни догадки.
От той стороны рощи слышалась перекличка казаков, азартно добивающих "чертей". Щёлкали одиночные выстрелы. Мы закончили обход и теперь собрались возле бывших пленников. Было решительно непонятно - как их выводить из-под кайфа? Идти они не могут, говорить не могут, нихрена не соображают. Как их отсюда увозить? Хорошо, что не мне решать эту задачу. От берега показалась группа людей с винтовками. Это оказался Фрол с частью засадников.Он с брезгливостью обошёл кучку практически детских тел и поинтересовался:
-Вижу, что и вам досталось. Все целы?
Лекс ответил, вешая автомат на плечо:
-Да. А у вас?
-У нас тоже. Вот у большого отряда один убитый. Шею разорвали ему, сволочи.
Фрол вздохнул, а потом уставился на сидячих людей:
-А.. А чего это?
-Одурманеные они. Чем - неизвестно. Когда придут в себя - непонятно. С ними надо что-то делать.
-Ага. Пришлю сюда грузовик. Основные силы уйдут пешком.
Понятно. Присылай сюда охрану и мы тоже двинемся. Наше дело сделано. Только проследи, чтобы тела стащили в кучу. Их нужно обязательно сжечь.
-Не сомневайся. Сожжем. Огнём очистим нашу землю от дьявольщины! Пойду распоряжаться.
Ещё бы. Операция закончена и Лекс больше им не командир. Я повесил самозарядку на плечо и осмотрелся в поисках пятачка земли, не залитого кровью или не засыпанного гильзами. Такой нашёлся возле дерева. Я прислонился спиной к стволу, съехал и блаженно вытянул ноги. Самозарядка лежала под рукой. Остальные тоже расслабились. Победа, чо. Марика присела возле девки, которой надавала лещей и пыталась привести её в чувство. Вэсил ковырялся с пулемётом. Тим пытался прикрыть обрывками одежды ту бабу, с сиськами. Мне, лично, было пофиг. Лекс отошёл в сторону, достал из-за пазухи большой блокнот и стал в нём что-то писать. Отчёт наверное. Ничто, как говорится, не предвещало. И вдруг...
Произошедшее длилось несколько секунд. Я только прищурился на пробивавшийся сквозь листву свет, как боковым зрением увидел стремительную тёмную фигуру, метнувшуюся откуда-то сверху, но не на меня. Она прыгнула на Лекса. Пока мои руки вскидывали карабин к плечу, пока глаза брали фигуру в прицел - фигура сцепилась с командиром. Стрелять было нельзя. Можно попасть в него. Вдруг прозвучал глухой выстрел "Вина" и тварь подбросило над Лексом. Я не успел нажать на курок от неожиданности, зато грохнул выстрел "Отверженного" Марики. Раловца отбросило на ствол дерева, словно ему вдарили в грудак кувалдой с размаху. Он не успел упасть. Ещё три почти слитных бабаха превратили его голову и грудь в кровавое месиво из мозгов, плоти и костей. На землю ссыпалась каша. Марика стояла в классической стойке для стрельбы с двух рук. Из чертовски внушительного ствола револьвера тянулся дымок. Секунды три-четыре всё длилось. Максимум-пять. Все бросились к Лексу. Тот уже поднимался, держа в руке спасший его "Вин". На правом плече, возле шеи, куртка была разодрана, а на коже кроваво проступал след от укуса. Видимо тварь хотела вцепиться в шею, но немного промахнулась. Чёртово зверьё! Лекс как-то заторможенно опустился на землю, словно был в шоке. Нико на ходу рванул нить перевязочного пакета, я достал аптечку. Роняя содержимое, достал ампулу с противошоком и одноразовый флакон с дезинфектором. Плеснул на укус из флакона, прижал протянутый Нико пакет к ране. Сорвал с ампулы колпачок, вотнул её иглой в плечо недалеко от укуса. Выдавил содержимое, отбросил израсходованный шприц-тюбик. Пока приматывали пакет, Лекс молчал. Вдруг рядом с ним опустилась на колени Марика. Лекс, которго начала бить мелкая дрожь, каким-то неверным, расфокусированным взглядом посмотрел на неё и прошептал:
-Ма... Мари... Ты здесь?
Марика взяла его за руку. Он как-то успокоился:
-Слава Семье... Мари.. Я ничего не.. Не вижу. И.. Не слышу... Мысли путаются.. Мари. Позаботься о дочке.. О Рине.. Не.. Не бросай... Её...
Лекс как-то резко замолчал, перекосился, словно скрученный судорогой. Ешь твою дивизию! Это что - укус ядовитый?! Но он дышал. Мелко, прерывисто, но - дышал! Марика же... Твердокаменная Марика молчала, сжимая одервеневшую руку Сомова. По её лицу текли крупные слёзы. Она провела ладонью по щеке Лекса:
-Не уходи. Как ты можешь бросать меня, дочь, родителей?. Останься.. Борись! Борись, говорю тебе!!. Сопротивляйся же!!!
Мы, пряча взгляды друг от друга бессильно отстранились. Невыносимо было смотреть на мучения нашего командира и друга, на горе Марики. А она отпустив руку, взяла лицо Лекса, немигающую маску, в ладони. Приблизилась почти вплотную:
-Ты же не трус? Не сдавайся, милый мой! Ну поборись же! Прошу тебя! Умоляю, Лекс!.. Не уходи, Сомов, мать твою!
Лицо Лекса не дёрнулось. Он был неподвижен. Только дышал быстро, с присвистом. Марика зажмурилась, брызнув горькими горячими слезами и уткнулась в грудь Сомова. Её плечи тряслись, но наружу не прорывались рыдания. Я только расслышал:
-Сволочь ты, Сомов. Я же люблю тебя.
Твою дивизию. Я поднял лицо к Свету, что начал меркнуть. Как погано устроен мир. Почему хорошие люди уходят недожив, недопев, недолюбив, а всякая мразь и скверна живёт и здравствует? Что Земля, что Мир. Везде несправедливость. Да стоят ли они хоть копейку? Вдруг меня пронзило озарение. Я скомандовал оторпевшему Тиму:
-За мной. Всё тяжёлое бросай здесь.
Сам стянул РПС, положил самозарядку и присел рядом с Марикой:
-Продержитесь пару часов. Разожгите большой костёр - мне нужен будет свет. Он не умрёт. Обещаю тебе, сестрёнка. Мы ещё на вашей свадьбе напьёмся. Продержитесь. Я скоро.
Я никогда в жизни так не бегал. Мы пробегали мимо потянувшихся к дороге казаков, встретился нам и грузовик, едущий за пленниками. Дыхание пропало и открылось вновь. Сзади упрямо топал Тим. Мне не было дела до возможных опасностей. Я не думал о них. Думал только о скорости, как не попасть ногой в яму и не упасть. Вот и вездеход. Двигатель взревел, протестуя. Да нахрен тебя! Тим плюхнулся на сиденье позже, чем машина рванула с места. Безумная гонка по лесной дороге. Потом я такого повторить точно не смогу. А сейчас я слился с вездеходом, крутя руль, играя педалью газа так, чтобы выдрать из мотора максимум мощности. Временами вездеход не улетал с дороги только благодаря колее, по которой катился как по рельсам. Стало заметно темнее. Я врубил фары. Тим сидел вцепившись в поручень, белый как полотно, но спокойный. Уверен - если бы я сказал, то он ещё бы и подталкивал машину. В ворота форта я влетел не оглянувшись даже на молодняк, порскнувший в стороны. Слышались возмущённые крики, ругань. Нахрен их тоже. Некогда мне. Вездеход ещё юзил по сырому грунту возле ТЗГМа, когда я, не глуша движка и не выключая фар выскочил наружу. Тим за мной. Тент зашнурован? Некогда расшнуровывать! Охотничий нож с треском вспорол ткань. Я взлетел в кузов, крикнул Тиму:
-Лови!
И кинул в прореху ящик с артефактом. Выпрыгнул следом. Тим плюхнулся на заднее сиденье с ящиком в обнимку. Именно для этого я и брал его с собой - держать этот ящик, который сейчас ценой был в человеческую жизнь. Движок снова взревел, из-под колёс полетела грязь и мы помчались обратно. Свет фар метался по стене леса, я вёл больше на инстинктах. Пару раз мы чувствительно приложились передним мостом в неровности дороги и в подвеске что-то заскрипело. Фигня. Лишь бы доехать. Свернули с дороги и мчались уже по следу грузовичка. Дорога успела наториться. Впереди показалась россыпь звёзд. Звёзд? Да нет же. Это костры. Немалый отряд казаков остался с ночёвкой. Зачем? Ах да! Кремация завтра. Всё из башки вылетело. А вон в стороне одинокая звезда. Это наш костёр. Молодцы! Разожгли, послушали меня. Скрип в подвеске перешёл в скрежет. Дотянем, не вопрос. Уже видны фигуры людей около огня. Под машиной что-то хрустнуло и правый передний край просел. Ч-ч-чёрт! Рессора!.. Ну да и фиг с ней. Лишь бы мост не вывернуло. Я остановился.
-Тим, вынимай ящик. Вон наши.
Выключил фары, заглушил движок. Мы понесли кофр к костру. Бегом понесли. Нам навстречу побежали Вэсил с Нико. Да мы сами донесём.
На подстилке из травы лежал Лекс. Странно лежал, словно на камнях. Голова его лежала на коленях Марики. Она сидела, подвернув под себя ноги и склонившись над Лексом. Волосы были распущены и лица её я не видел. Мы поставили ящик около них и только тогда Марика взглянула на меня. Красные, припухшие от слёз глаза с надеждой блеснули из-за прядей светлых волос. Я опустился на колени перед ящиком. Марика отвела волосы с лица и спросила:
-Что это? Это же...
-Да. Это он и есть. Артефакт.
-Но чем он может помочь?
-Я скажу. Только не спрашивай про то, откуда что знаю. В этом ящике аппарат для скорой медицинской помощи. Не спрашивай - откуда он. Ты всё равно не поверишь.
Я отщёлкнул крепление. Лёгкий пшик. Медуза на подложке не шевелилась. Блин, как её включить-то?. Хоть бы инструкцию какую. Я осторожно взял прибор в руки. На ощупь медуза напоминала густой кисель в резиновой грелке. На месте медузы обнаружился знак красного креста. Не долго думая, я нажал на него. Спасибо, интуиция. Прямо на внутренней стороне крышки ящика проступили слова: "Активируйте прибор реанимации. Для этого приложите его к чистой коже возле раны.". Я попросил Марику:
- Распахни куртку ему.
Как только она выполнила просьбу, я положил это "солнышко" на грудь Лекса. Ну и что? Медуза лежала как ни в чём ни бывало. Я уж протянул руку, чтобы её снять, как вдруг прибор начал чуть заметно светиться. Словно в том же блюде киселя загорелся красный светодиод. Марика тихо ахнула. Я наоборот затаил дыхание. На крышке текст сменился: "Идёт диагностика. НЕ ТРОГАТЬ ПРИБОР!". Я испуганно отдёрнул руку. И вовремя. Медуза словно покрылась тёмным туманом. Но, приглядевшись, я понял, что это не туман, а тонкие-тонкие нити-щупальца. Они втыкались в кожу одна за одной и вскоре уже казалось, что прибор пришит к коже сотнями тонких стежков. Красный свет в толще медузы сменился жёлтым. Через некоторое время текст на крышке поменялся: "Диагностика завершена. Организм отравлен нервно-паралитическим ядом животного происхождения. Хотите узнать качественный и количественный состав яда? Нажмите ДА или НЕТ". На крышке появились крупные надписи "ДА" и "НЕТ". Я нажал на "НЕТ". Текст снова сменился: "По данным анализа лечение представляется возможным. Успех гарантируется на 90%. Начать процесс синтеза антидота? Нажмите ДА или НЕТ". Конечно же - Да! Нажал на соответствующую надпись. Появилась надпись: "Ожидайте. Антидот синтезируется" и появилась полоса, постепенно сдвигающаяся вправо. Марика шёпотом спросила:
-Ну что? Работает? А?.
-Кажется - да. Противоядие готовит.
Марика с уважением взглянула на светящуюся кляксу:
-Умница. Готовь, хороший мой.
Я впервые видел сюсюкающую Калинину. Ради спасения любимого человека она на всё готова. Тим, Нико и Вэсил смотрели чуть ли не с благоговением на мои действия. Это для них как магия. Для меня-то шок, а для них-то? Полоса дошла до конца. Возник вопрос: "Применить антидот? Нажмите "ДА" или "НЕТ". Да. Прибор сменил цвет на зелёный. Через минуту Лекс вдруг расслабился. Лицо перестало напоминать фаянсовую маску, потеплело. Марика с радостью прошептала:
-Сработало. Смотрите - сработало!
Появилась надпись: "Антидот введён.
-Лекс! Их надо положить всех! Иначе шальными пулями побьёт!
-Уводить.
-Приглядись! Они одурманены!
-Верно. Кладите всех на землю! Марика! Нико! Слышали?!
Мы валили несчастных на бок. Большинство продолжало лыбиться лёжа на сырой земельке. Одна девушка вдруг на некоторое время выпала из нирваны в нашу реальность и снова впала, но уже в истерику. Марика хрястнула ей пару пощёчин и та отрубилась. Вдруг в разнородный шум стрельбы вломился стрёкот пулемёта. Это по наши души гости! Я снова взял в руки самозарядку. Пулемёт зашёлся длинной очередью. Вдруг справа, от реки, затрещали кусты и на нас вываилась группа. Детей?! Как же. Как так? Стрелять в них? Но как только я разглядел одного из "ребёнков", то сразу нажал на спуск. На руках этого, твою медь, ребёнка были трёхсантиметровые когти, сквозь растрёпанные розовые волосы торчали острые уши. А рожа! Рожа-то! Нос приплюснут, большие, огромные глаза горят злобой. Оскал мелких острых зубов. Какой, мать его через оглоблю, ребёнок? Чертёнок скорее. Пуля разворотила ему шею - аж брызги полетели. Но тварь только захрипела и рванула на нас, как и её сордичи. Кстати - да! "Она", а не "он". Бляха медная, блестящая! Охренеть - стресс. На меня летела дикая, чёрная, голая девочка со зверской рожей и разорванной шеей! Ну нахер!! Я на автомате шмальнул в неё ещё два раза. Один раз попал. Пуля вынесла ей сердце и половину лёгкого наверное. Только тогда девочка-тварь сдохла. А её "одноклассники" пёрли на нас как стая бешенных бабуинов. Пять моих пуль кому-то что-то отстрелили или прострелили, а затвор звякнул в последний раз. Хорошо, что два ПП на близком расстоянии позволяют создать стену свинца, через которую даже исчадия ада не могут пролезть. Я быстро, очень быстро перещёлкнул магазин и дёрнул ручку затвора. Но стрелять пока было не в кого. Перед нами валялись окровавленные тела. Некоторые ещё двигались. Какие живучие!
Мать моя женщина! Чуть менее покруче, чем в фильме "Хищник"! Где, мать его австрийскую, Шварценнегер с "миниганом"?! Он был бы тут очень в тему! От реки больше не стреляли. От поля выстрелы стали редкими. Добивают наверное. Мы стояли возле лежащих пленников, пеереводя дух. Нико с Лексом по очереди перезарядились. Пахло горелой смазкой, порохом, горячим металлом и свежей кровью. Уши заложило и похоже - надолго. Хотя нет. Более-менее слышно. Среди деревьев показались две фигуры, но это были Вэсил с Тимом. От пулемёта шёл лёгкий дымок. Чем хуже "минигана"?
-Что там?
-Всё кончено, командир. Всех положили. Там - Тим ткнул большим пальцем за спину - Там добивают тварей. А у вас как?
-Норма. Не расслабляйтесь.
Мы стали обходить место плена по кругу. Вдруг остались выжившие раловцы? Совсем живых не было. Были раненые. Мы их без особых сожалений добивали. Я лично прикончил пару чертей. Каждому всадил по пуле в лобешник. Одного из них я рассмотрел поподробней. Несмотря на то, что в прошлом это был вэйт, сейчас я видел гуманоидного хищника. Да, похоже учёные, которые говорят о наследственности хищников, не так уж и неправы. По сторонам головы торчат остроконечные уши. Большие, похожие на кошачьи глаза горят недобрым огнём. Лицо вытянуто в высоту, а во рту, вернее - уже в пасти, торчат острые, нечеловеческие зубы. На верхней челюсти яственно выделяются клыки. В остальном тело вполне человеческое, если не считать когтей на руках. Остров доктора Моро какой-то. Мутация? Я не генетик и вообще не знаю - возможно ли такое? Мне почему-то полезли в голову истории про оборотней, вервольфов и прочих упырей. Может тут вирус какой замешан? Типа прказы? Сюда бы вместо фермера - десант наших учёных. А так только одни догадки.
От той стороны рощи слышалась перекличка казаков, азартно добивающих "чертей". Щёлкали одиночные выстрелы. Мы закончили обход и теперь собрались возле бывших пленников. Было решительно непонятно - как их выводить из-под кайфа? Идти они не могут, говорить не могут, нихрена не соображают. Как их отсюда увозить? Хорошо, что не мне решать эту задачу. От берега показалась группа людей с винтовками. Это оказался Фрол с частью засадников.Он с брезгливостью обошёл кучку практически детских тел и поинтересовался:
-Вижу, что и вам досталось. Все целы?
Лекс ответил, вешая автомат на плечо:
-Да. А у вас?
-У нас тоже. Вот у большого отряда один убитый. Шею разорвали ему, сволочи.
Фрол вздохнул, а потом уставился на сидячих людей:
-А.. А чего это?
-Одурманеные они. Чем - неизвестно. Когда придут в себя - непонятно. С ними надо что-то делать.
-Ага. Пришлю сюда грузовик. Основные силы уйдут пешком.
Понятно. Присылай сюда охрану и мы тоже двинемся. Наше дело сделано. Только проследи, чтобы тела стащили в кучу. Их нужно обязательно сжечь.
-Не сомневайся. Сожжем. Огнём очистим нашу землю от дьявольщины! Пойду распоряжаться.
Ещё бы. Операция закончена и Лекс больше им не командир. Я повесил самозарядку на плечо и осмотрелся в поисках пятачка земли, не залитого кровью или не засыпанного гильзами. Такой нашёлся возле дерева. Я прислонился спиной к стволу, съехал и блаженно вытянул ноги. Самозарядка лежала под рукой. Остальные тоже расслабились. Победа, чо. Марика присела возле девки, которой надавала лещей и пыталась привести её в чувство. Вэсил ковырялся с пулемётом. Тим пытался прикрыть обрывками одежды ту бабу, с сиськами. Мне, лично, было пофиг. Лекс отошёл в сторону, достал из-за пазухи большой блокнот и стал в нём что-то писать. Отчёт наверное. Ничто, как говорится, не предвещало. И вдруг...
Произошедшее длилось несколько секунд. Я только прищурился на пробивавшийся сквозь листву свет, как боковым зрением увидел стремительную тёмную фигуру, метнувшуюся откуда-то сверху, но не на меня. Она прыгнула на Лекса. Пока мои руки вскидывали карабин к плечу, пока глаза брали фигуру в прицел - фигура сцепилась с командиром. Стрелять было нельзя. Можно попасть в него. Вдруг прозвучал глухой выстрел "Вина" и тварь подбросило над Лексом. Я не успел нажать на курок от неожиданности, зато грохнул выстрел "Отверженного" Марики. Раловца отбросило на ствол дерева, словно ему вдарили в грудак кувалдой с размаху. Он не успел упасть. Ещё три почти слитных бабаха превратили его голову и грудь в кровавое месиво из мозгов, плоти и костей. На землю ссыпалась каша. Марика стояла в классической стойке для стрельбы с двух рук. Из чертовски внушительного ствола револьвера тянулся дымок. Секунды три-четыре всё длилось. Максимум-пять. Все бросились к Лексу. Тот уже поднимался, держа в руке спасший его "Вин". На правом плече, возле шеи, куртка была разодрана, а на коже кроваво проступал след от укуса. Видимо тварь хотела вцепиться в шею, но немного промахнулась. Чёртово зверьё! Лекс как-то заторможенно опустился на землю, словно был в шоке. Нико на ходу рванул нить перевязочного пакета, я достал аптечку. Роняя содержимое, достал ампулу с противошоком и одноразовый флакон с дезинфектором. Плеснул на укус из флакона, прижал протянутый Нико пакет к ране. Сорвал с ампулы колпачок, вотнул её иглой в плечо недалеко от укуса. Выдавил содержимое, отбросил израсходованный шприц-тюбик. Пока приматывали пакет, Лекс молчал. Вдруг рядом с ним опустилась на колени Марика. Лекс, которго начала бить мелкая дрожь, каким-то неверным, расфокусированным взглядом посмотрел на неё и прошептал:
-Ма... Мари... Ты здесь?
Марика взяла его за руку. Он как-то успокоился:
-Слава Семье... Мари.. Я ничего не.. Не вижу. И.. Не слышу... Мысли путаются.. Мари. Позаботься о дочке.. О Рине.. Не.. Не бросай... Её...
Лекс как-то резко замолчал, перекосился, словно скрученный судорогой. Ешь твою дивизию! Это что - укус ядовитый?! Но он дышал. Мелко, прерывисто, но - дышал! Марика же... Твердокаменная Марика молчала, сжимая одервеневшую руку Сомова. По её лицу текли крупные слёзы. Она провела ладонью по щеке Лекса:
-Не уходи. Как ты можешь бросать меня, дочь, родителей?. Останься.. Борись! Борись, говорю тебе!!. Сопротивляйся же!!!
Мы, пряча взгляды друг от друга бессильно отстранились. Невыносимо было смотреть на мучения нашего командира и друга, на горе Марики. А она отпустив руку, взяла лицо Лекса, немигающую маску, в ладони. Приблизилась почти вплотную:
-Ты же не трус? Не сдавайся, милый мой! Ну поборись же! Прошу тебя! Умоляю, Лекс!.. Не уходи, Сомов, мать твою!
Лицо Лекса не дёрнулось. Он был неподвижен. Только дышал быстро, с присвистом. Марика зажмурилась, брызнув горькими горячими слезами и уткнулась в грудь Сомова. Её плечи тряслись, но наружу не прорывались рыдания. Я только расслышал:
-Сволочь ты, Сомов. Я же люблю тебя.
Твою дивизию. Я поднял лицо к Свету, что начал меркнуть. Как погано устроен мир. Почему хорошие люди уходят недожив, недопев, недолюбив, а всякая мразь и скверна живёт и здравствует? Что Земля, что Мир. Везде несправедливость. Да стоят ли они хоть копейку? Вдруг меня пронзило озарение. Я скомандовал оторпевшему Тиму:
-За мной. Всё тяжёлое бросай здесь.
Сам стянул РПС, положил самозарядку и присел рядом с Марикой:
-Продержитесь пару часов. Разожгите большой костёр - мне нужен будет свет. Он не умрёт. Обещаю тебе, сестрёнка. Мы ещё на вашей свадьбе напьёмся. Продержитесь. Я скоро.
Я никогда в жизни так не бегал. Мы пробегали мимо потянувшихся к дороге казаков, встретился нам и грузовик, едущий за пленниками. Дыхание пропало и открылось вновь. Сзади упрямо топал Тим. Мне не было дела до возможных опасностей. Я не думал о них. Думал только о скорости, как не попасть ногой в яму и не упасть. Вот и вездеход. Двигатель взревел, протестуя. Да нахрен тебя! Тим плюхнулся на сиденье позже, чем машина рванула с места. Безумная гонка по лесной дороге. Потом я такого повторить точно не смогу. А сейчас я слился с вездеходом, крутя руль, играя педалью газа так, чтобы выдрать из мотора максимум мощности. Временами вездеход не улетал с дороги только благодаря колее, по которой катился как по рельсам. Стало заметно темнее. Я врубил фары. Тим сидел вцепившись в поручень, белый как полотно, но спокойный. Уверен - если бы я сказал, то он ещё бы и подталкивал машину. В ворота форта я влетел не оглянувшись даже на молодняк, порскнувший в стороны. Слышались возмущённые крики, ругань. Нахрен их тоже. Некогда мне. Вездеход ещё юзил по сырому грунту возле ТЗГМа, когда я, не глуша движка и не выключая фар выскочил наружу. Тим за мной. Тент зашнурован? Некогда расшнуровывать! Охотничий нож с треском вспорол ткань. Я взлетел в кузов, крикнул Тиму:
-Лови!
И кинул в прореху ящик с артефактом. Выпрыгнул следом. Тим плюхнулся на заднее сиденье с ящиком в обнимку. Именно для этого я и брал его с собой - держать этот ящик, который сейчас ценой был в человеческую жизнь. Движок снова взревел, из-под колёс полетела грязь и мы помчались обратно. Свет фар метался по стене леса, я вёл больше на инстинктах. Пару раз мы чувствительно приложились передним мостом в неровности дороги и в подвеске что-то заскрипело. Фигня. Лишь бы доехать. Свернули с дороги и мчались уже по следу грузовичка. Дорога успела наториться. Впереди показалась россыпь звёзд. Звёзд? Да нет же. Это костры. Немалый отряд казаков остался с ночёвкой. Зачем? Ах да! Кремация завтра. Всё из башки вылетело. А вон в стороне одинокая звезда. Это наш костёр. Молодцы! Разожгли, послушали меня. Скрип в подвеске перешёл в скрежет. Дотянем, не вопрос. Уже видны фигуры людей около огня. Под машиной что-то хрустнуло и правый передний край просел. Ч-ч-чёрт! Рессора!.. Ну да и фиг с ней. Лишь бы мост не вывернуло. Я остановился.
-Тим, вынимай ящик. Вон наши.
Выключил фары, заглушил движок. Мы понесли кофр к костру. Бегом понесли. Нам навстречу побежали Вэсил с Нико. Да мы сами донесём.
На подстилке из травы лежал Лекс. Странно лежал, словно на камнях. Голова его лежала на коленях Марики. Она сидела, подвернув под себя ноги и склонившись над Лексом. Волосы были распущены и лица её я не видел. Мы поставили ящик около них и только тогда Марика взглянула на меня. Красные, припухшие от слёз глаза с надеждой блеснули из-за прядей светлых волос. Я опустился на колени перед ящиком. Марика отвела волосы с лица и спросила:
-Что это? Это же...
-Да. Это он и есть. Артефакт.
-Но чем он может помочь?
-Я скажу. Только не спрашивай про то, откуда что знаю. В этом ящике аппарат для скорой медицинской помощи. Не спрашивай - откуда он. Ты всё равно не поверишь.
Я отщёлкнул крепление. Лёгкий пшик. Медуза на подложке не шевелилась. Блин, как её включить-то?. Хоть бы инструкцию какую. Я осторожно взял прибор в руки. На ощупь медуза напоминала густой кисель в резиновой грелке. На месте медузы обнаружился знак красного креста. Не долго думая, я нажал на него. Спасибо, интуиция. Прямо на внутренней стороне крышки ящика проступили слова: "Активируйте прибор реанимации. Для этого приложите его к чистой коже возле раны.". Я попросил Марику:
- Распахни куртку ему.
Как только она выполнила просьбу, я положил это "солнышко" на грудь Лекса. Ну и что? Медуза лежала как ни в чём ни бывало. Я уж протянул руку, чтобы её снять, как вдруг прибор начал чуть заметно светиться. Словно в том же блюде киселя загорелся красный светодиод. Марика тихо ахнула. Я наоборот затаил дыхание. На крышке текст сменился: "Идёт диагностика. НЕ ТРОГАТЬ ПРИБОР!". Я испуганно отдёрнул руку. И вовремя. Медуза словно покрылась тёмным туманом. Но, приглядевшись, я понял, что это не туман, а тонкие-тонкие нити-щупальца. Они втыкались в кожу одна за одной и вскоре уже казалось, что прибор пришит к коже сотнями тонких стежков. Красный свет в толще медузы сменился жёлтым. Через некоторое время текст на крышке поменялся: "Диагностика завершена. Организм отравлен нервно-паралитическим ядом животного происхождения. Хотите узнать качественный и количественный состав яда? Нажмите ДА или НЕТ". На крышке появились крупные надписи "ДА" и "НЕТ". Я нажал на "НЕТ". Текст снова сменился: "По данным анализа лечение представляется возможным. Успех гарантируется на 90%. Начать процесс синтеза антидота? Нажмите ДА или НЕТ". Конечно же - Да! Нажал на соответствующую надпись. Появилась надпись: "Ожидайте. Антидот синтезируется" и появилась полоса, постепенно сдвигающаяся вправо. Марика шёпотом спросила:
-Ну что? Работает? А?.
-Кажется - да. Противоядие готовит.
Марика с уважением взглянула на светящуюся кляксу:
-Умница. Готовь, хороший мой.
Я впервые видел сюсюкающую Калинину. Ради спасения любимого человека она на всё готова. Тим, Нико и Вэсил смотрели чуть ли не с благоговением на мои действия. Это для них как магия. Для меня-то шок, а для них-то? Полоса дошла до конца. Возник вопрос: "Применить антидот? Нажмите "ДА" или "НЕТ". Да. Прибор сменил цвет на зелёный. Через минуту Лекс вдруг расслабился. Лицо перестало напоминать фаянсовую маску, потеплело. Марика с радостью прошептала:
-Сработало. Смотрите - сработало!
Появилась надпись: "Антидот введён.
