Таинственная степь Первая и вторая части

20.10.2018, 17:53 Автор: Алекс Ларь

Закрыть настройки

Показано 1 из 36 страниц

1 2 3 4 ... 35 36


Всё в мире покроется пылью забвенья;
       Лишь двое не знают ни смерти, ни тленья;
       Лишь дело героя да речь мудреца
       Проходят столетья, не зная конца.
       И солнце, и бури - всё выдержат смело
       Высокое слово и доброе дело.
       


       Пролог первой части


       
       В такт рёву труб буцинаторов, раздаётся на двух континентах грозная поступь легионеров Римской Республики по окруженным руинами и пожарищами пыльным дорогам. Тем самым дорогам, которые ещё утром были вражескими, а вечером будут нанесены на карты, и на века станут Римскими.
       
       Бог Марс на аверсе монет, которыми платят жалование, золотой орёл на знамени и гений полководцев, ведут легионеров под окрики центурионов, на смерть, преторов с консулами к славе и почестям, а сам Рим к могуществу и процветанию.
       
       Не важно, в какой семье ты родился, патрицианской или плебейской, но если тебя угораздило родиться первенцем, легион, война и укреплённый лагерь будут неотъемлемой частью твоей жизни, а интересы Сената и народа Рима, её смыслом. И никому нет дела по душе ли тебе такая жизнь? "Не можешь, научим. Не хочешь, заставим"- суровая армейская реальность, как и строгие приговоры трибуналов. Такова участь всех старших сыновей Рима эпохи Республики, если сочтут годными для войны.
       
       Рим как алчный зверь отбирает у побеждённых народов их богатства, земли, и самих жителей, делая рабами. Но ещё Рим у них, словно сухая губка, впитывающая живительную влагу, очень бережно перенимает, осваивает и развивает все знания и технологии покорённых народов, ставя их себе на службу и извлекая выгоду. Канули в лету массивные бронзовые мечи дедов, уступив место оружию и доспехам из железа.
       
       На дворе самый кровопролитный за всю античность, второй век до нашей эры. По всему материку от Пиренеев до побережья Тихого океана текут реки крови. Гибнут могущественные державы. Под натиском Рима пал Карфаген и покорена Эллада. Несметные богатства рекой текут в закрома Республики, деньги позволяют перевооружать армию и флот, готовя их к новым завоеваниям.
       
       Но и за пределами Ойкумены не спокойно. На Северном Кавказе набирает силу племенной союз сарматов. В самом сердце Азии Хорезм и Греко - Бактрия подвергаются постоянным набегам кочевников. На Дальнем Востоке усилиями легендарного Модэ родилась грозная Империя хуннских Шаньюев, которая десятилетиями воюет с Империей Хань.
       
       Угораздило же одного красивого и талантливого римского юношу родиться первенцем в не богатой но знатной семье, и после обучения в военной академии, попасть на войну в составе третьего легиона, в самый разгар Греческой кампании. Благодаря отваге, выносливости, пытливому гибкому уму и удивительному везению, этому юноше удалось не только выжить и возмужать на многолетней войне, но даже сделать какую – ни какую карьеру в армейской разведке.
       
       И вот после очередной блистательной победы римских войск над Ахейцами, молодой трибун стоя среди руин, пепелищ и трупного смрада разорённой Эллады, собрался провести среди своих родных заслуженный годами верной службы продолжительный отпуск, а может даже и жениться.
       
       Но на его беду какой то мародёр нашел среди трофеев очередную нужную его стране диковину, и не с того ни с сего интересы Сената и народа Рима, заставили отложить тёплое общение с родными, на маленькой вилле среди благоухающих рощ и садов, на весьма неопределённое время.
       
       Именно так начинаются опасные и полные тяжёлых испытаний приключения героев романа, где любимые будут предавать, верные друзья подставлять, а враги помогать. Добродетель и верность будет осмеяна, подвиг забыт, и лишь по нелепой случайности многолетние риск и лишения не пропадут даром.
       
       Скорее переворачивай страницу - тебя ждёт полный интриг, коварства и отваги удивительный мир давно минувших дней
       


       Часть первая


       Тайна сарматской фляги
       


       Глава первая. По воле Сената и народа Рима


       
       Жирные крикливые чайки красиво планируя над водной гладью ловили клювами зазевавшуюся мелкую рыбёшку, и добыв трофеи взмывали в безоблачную высь. Ветер странствий приятно дул прямо в затылок гоня меня с товарищами в загадочную неизвестность, на встречу новым приключениям. Тёплый ветерок и ласковое солнце успокаивало и дарило крохотную надежду на успех в нашем безнадёжном деле, а это уже не мало.
       
       Меня зовут Марк Вергинй Гракх, родившись 28 лет назад в патрицианской семье, я вышел ростом и лицом, спасибо матери с отцом, и получил самое лучщее военное образование. Даже не отметив окончание своей учёбы, я сразу после окончания академии, по воле богов попал на войну в составе третьего легиона, который под командованием легата Луция Эмилия Павла, принимал самое активное участие в затяжной Греческой кампании.
       
       Так что в отличии от своих товарищей по учёбе, вместо весёлой пирушки среди распутных красавиц, я с честью проходил традиционные испытания, которым подвергали всех прибывших в легион новичков. Меня сразу приняли в отряд конной армейской разведки, и послали в самое пекло войны.
       
       Спустя годы опасностей и лишений, за которые легион стал мне семьёй, а военный лагерь домом, я благодаря уму и везению дослужился до табурета трибуна в штабной палатке. Теперь же по капризу судьбы, я превратился в скитальца, которого отправили не ясно куда, добыть не понятно что или того кто умеет это делать. Весело одним словом, если бы не было так грустно.
       
       Теперь же, получив в своё полное распоряжение вторую центурию Квинта Мария, 7 секстилиса 610 года от основания Рима (25 июля 143г. до н.э.) на крепкой, но скрипучей трофейной греческой биреме с тремя торговыми судами, я вынужден ради Сената и народа Рима, слушая скрип дерева, плеск вёсел и кряхтение от натуги загорелых гребцов – греков, плыть по мутным водам Меотийского озера (Азовского моря), куда не заплывал ещё ни один римский корабль.
       
       К центурии Мария в легионе относились с каким то предубеждением, имея отличную выучку и снаряжение, она вместе с личной охраной Павла всегда была в резерве. В бой же вступала только в самый решающий момент, словно свирепые волки врываясь в ряды изнурённых битвой врагов, обращая их в бегство. Солдаты чувствовали себя со мной на корабле весьма вольготно, и избавленные от жёсткого распорядка и постоянной муштры военного лагеря, орали песни, шутили, играли в кости, боролись и всячески дурью маялись.
       
       Квинта Мария это время от времени начинало раздражать, и он взяв в руки палку – стимулус, находил им какое либо нелепое занятие "с этого места и до вечера", которое выполнялось без особого рвения, и разъярённый Марий начинал гоняться за ними по всему кораблю, колотя стимулусом по спинам тех, кого догонит.
       Эта забава веселила не только её участников, но и всех вокруг, кроме Мария. Устав гонять легионеров, центурион крепко напивался и начинал мне молоть всякую чушь, про то что он думает о руководстве легиона, самом легате Павле, о всех римских сенаторах, и даже о некоторых богах.
       
       Отправившись в плаванье из покорённого мощью Рима греческого порта Пирей, и набив торговые суда, всем что нашли на разграбленных портовых складах, мы преодолев Босфор и Понт Эвксинский (Чёрное море), держим путь на самую окраину Ойкумены, в расположенный среди таинственных варварских земель, загадочный греческий город Танаис. Город, где по сведениям купцов греки живут вместе с варварами, и толком не известно кто там правит, так как все, кому не лень считают себя хозяевами Танаиса.
       
       За месяц до описываемых событий меня из душной штабной палатки лагеря моего легиона, неожиданно вызвал к себе наместник Эллады консул Луций Муммий, предавший огню и мечу Коринф. Представ перед облачённым в тогу этим давно не молодым, но подвижным влиятельным сановником, о кровожадности и жестокости которого будучи весьма наслышан, я был неожиданно радушно принят без всякого традиционного великосветского ханжества, в шикарных, богато отделанных мрамором и украшенных барельефами апартаментах его виллы.
       
       После угощения из прохладного кислого вина и сладких фруктов, за резным изящным столом, консул показал мне необычный сосуд явно не греческого происхождения. Это был кувшин неправильной формы с широким горлом, и длинной конусообразной пробкой из белого пористого материала. Кувшин был обтянут грубой кожей, украшенной варварским орнаментом и имел длинный ремень с пряжкой для ношения через плечо. Ёмкость сосуда была 4 - 5 секстариев (2-2,5 литра).
       
       Патриций поведал, что этот сосуд удивительным образом сохраняет в течении дня температуру помещённых в него жидкостей. Таких сосудов во всей Элладе было найдено два. Один разбили и дюжина искусных гончаров попыталась его воссоздать. Мастера перепробовали различные материалы, но всё - без толку. То ли дело в материале, то ли в магическом орнаменте.
       
       - Этот сосуд попал в Грецию с варварского побережья Азовского моря – загадочного греческого города Танаиса. Интересы Сената и народа Рима в не далёком будущем поведут наши сокрушительные легионы в жаркие районы Азии и Африки. В этих кампаниях нашим легионам очень бы пригодились такие сосуды. Луций Эмилий Павел рекомендовал мне тебя, как щедро одарённого различными талантами достойного сына Рима.- произнёс консул придавая пафос каждому звуку, а не то что слову.
       
       Мне предстояло, забыв пока о долгожданном отпуске и встрече с родными, отправиться в далёкий Танаис. Узнать там, кто и как делает эти сосуды. Добыть сюда хоть одного мастера, ну а если не получиться, то купить этих сосудов сколько смогу. Кроме этого изучить какие варварские продукты длительного хранения могут пригодиться войскам, и наладить их поставку на длительный срок. Ну и конечно же закупить зерно, посевы которого в Греции уничтожены войной и пожарами. Но главное - горшки.
       
       Вручив мне свиток дающий широчайшие полномочия от имени Сената и народа Рима и мешок с золотом чуть ли не в пол таланта (18 кг)весом, Луций Муммий напутственно сказал: - Даю под твою команду вторую центурию Квинта Мария. В порту Пирея подберёшь одно военное и три торговых греческих трофейных судна . Из пленных набери команды и гребцов на корабли. Загрузи суда всем, что найдёшь на складах , и в путь. Жду от тебя добрых известий.-
       
       После этого мы довольно тепло распрощались, к моей большой радости, что хоть целым и здоровым покидаю его виллу. Но тот факт, что не видать мне отпуска как своих ушей, пока не найду такие же горшки, приводило меня в тоскливое уныние. Не хотелось даже думать, что меня ждёт в случае неудачи, но было любопытно, отправлялся в этот чёртов Танаис кто то до меня, и что же с ним сталось?
       
       После весьма поспешных сборов, суеты с подборкой подходящих экипажей, конфискацией нужных кораблей, погрузки на них всех товаров и припасов, которые только смогли найти на разграбленных мародёрами складах, многих недель плавания со штормами и полными штилями, наша компания в конце концов приближалась к Танаису. Мы шли по морю, рассекая острым носом биремы мутные набегающие волны, под крики наглых, жирных любопытных чаек, а также скрипы вёсел кряхтящих от натуги гребцов.
       
       Возможность поживиться на складах Пирея дала мне возможность переодеть команды кораблей, избавив их от рабских лохмотьев. Кроме того я скупил массу съестных припасов и вин в портовых тавернах, расплатившись за них векселами военной администрации, и с предвкушением представлял рожи заплывших жиром казначеев, когда им доставят мои расписки.
       
       Я пообещал грекам по окончании экспедиции вольную и по серебряной монете подъёмных, так что моряки добросовестно трудились ради общего успеха. Ещё перед отплытием я выбил из военных казначеев жалованье вверенных мне солдат, за что отряд сопровождающих легионеров и их центурион Марий были мне искренне признательны, успев не только покутить с красавицами в портовых тавернах , но и переслать на родину часть денег с подарками.
       
       Я тоже отправил матери и брату с сёстрами на латифундию под Капуей несколько предметов изящной греческой мебели, дюжину предметов серебряной посуды с рулонами яркой ткани. Искренне надеясь что им всё это очень понравиться.
       
       На кораблях царила чистота и строгая дисциплина. Я всячески поощрял расторопных и был безжалостен к нерадивым: первое замечание - порка, второе - за борт. Все мы качаясь на волнах, с надеждой смотрели в будущее, готовые с честью преодолеть грядущие испытания, а сравнительно хорошая еда, на много лучше той сытной вязкой жижи, которой кормят в легионе, и хорошее вино, довольно эффективно развевало тоскливое уныние.
       
       Утренняя прохлада сменилась полуденным зноем. Солнце игриво искрясь множеством бликов отражалось в набегающих волнах. На горизонте, среди бескрайней морской глади, появилась тёмная точка, при приближении плавно принимающая очертания большой рыбацкой лодки. Люди на лодке снялись с якоря и направились к нам. За стадий (180 метров) до нашей биремы лучник с лодки пустил в нас стрелу, со свистом воткнувшуюся в мачту на локоть выше головы Квинта Мария.
       
       Оценив искусство лучника, и с досадой понимая что нас занесло туда где часто стреляют и редко промахиваются, мы прочли записку, прикреплённую к стреле: "Бросьте якорь. Впереди мели. К вам поднимется кормчий. Он проводит вас в порт". В скором времени, чётко следуя моим указаниям, наш караван судов выстроился в линию, и остановился в ожидании гостей. Солдаты быстро поправив броню и оружие, торжественно замерли на палубе, приняв бравый вид разудалых вояк.
       
       С подплывшей лодки на палубу поднялся загорелый молодой бородатый и не стриженный худосочный грек среднего роста в хитоне, варварских кожаных штанах и мягких сапогах. Грек представился Прокопом, от него резко пахло вяленой рыбой и кислым вином. Прокоп должен был убедиться что что у нас на борту нет испорченных товаров и больных, перед тем как проводить к пристани Танаиса.
       
       Ему поднесли большую чашу хорошего критского вина и поднос с финиками, я же стал изучать пергамент на греческом, подтверждающий полномочия нашего гостя. Прокоп большими глотками с удовольствием выпил вина, попробовал финик, и пару добрых жменей фиников засунув себе за пазуху. Позвав своих товарищей с лодки он помчался осматривать наш корабль. На борт поднялись ещё один грек и коренастый рыжеволосый скиф - лучник в короткой кожаной куртке с длинными рукавами и таких же как у Прокопа штанах и сапогах. Они также с удовольствием угостились вином и финиками.
       
       Скиф в смущении поглядывая на меня и солдат что то спросил у грека. Тот с усмешкой успокоил товарища. - У нас не принято брить лицо, мой друг подумал что вы - дети, и поинтересовался, какого размера вы будете когда вырастите.- объяснил нам смущение варвара грек, чем нас весьма позабавил. В оставленной нашими гостями лодке лежало около ведра свежевыловленой рыбы, которую они до нашего появления чистили и пересыпали солью, небольшая сеть и несколько глиняных горшков.
       
       Осмотрев бирему Прокоп отправился на торговые корабли, вернувшись, сказал что всё в порядке и став у рулевого весла, скомандовал малый вперёд. Бирема резко тронулась и обходя мели двинулась к Танаису.
       
       Спутники Прокопа спустились обратно в лодку и тут же в глиняном горшке запалили костёр с белёсым дымом. На мой вопрос всё ли нормально, Прокоп ответил, что это всего лишь сигнал городской страже о нашем прибытии.
       

Показано 1 из 36 страниц

1 2 3 4 ... 35 36