событие всего исторического советского бытия, рождение советского мира/вселенной, светлое воспоминание об осуществлении мечты в прошлом и о начале исполнения ещё большей и конечной мечты - коммунизма.
Образ Великого Октября – это не только образец социалистической революции, но и образец советского труда вообще.
Революция 17-го года выполняет в советской мифологии (идеологии) туже функцию, которую в древних мифологиях выполняют, например: «большой взрыв», рождение вселенной, зачатие мира, появление творения/всего, как такового из Небытия, из Хаоса и т. п.
Здесь можно расширить: весь жизненный путь советского общества от октября 17-го до создания советского государства в 1922 году – это архетип победного шествия советского духа/народа: мировая война (первая) - успешная пролетарская революция – победа в Гражданской войне – и наконец создание нового «прекрасного» мира, СССР. Очень вероятно, что этот самый путь (архетипический ряд событий) «затвердится» в душе советского народа, как желанный/позитивный/положительный образ практического действия (труда) и станет образцом (подсознательным трафаретом, шаблоном) для всего его последующего поведения на арене мировой и советской истории; ведь именно этим способом/последовательностью советский народ пришел к своей первой большой победе – созданию первого в мире социалистического государства и общества, доселе невиданных во всем мире. Здесь подсознание работает, конечно, в п. о. Сформирован архетип поведения ШНМ – весьма вероятно.
Труд, разумеется, имел и свой культ. И как всякий культ пути/связи – это был в п. о. комплекс календарных праздников/ритуалов – ось Советского Времени – цикл Советского Пути.
Одно из главных календарных событий культа труда (и революции в т. ч.) – это праздник 7 ноября и парад в его честь – это Новый год по-советски, который до войны в СССР был важнее любого другого праздника (наряду с «1-м мая»). Революция 17-го года – это своеобразный исходный труд по зачатию всего советского мира - Советского Союза, как ойкумены.
По старшинству праздников/ритуалов мы можем установить и главные желанные мистические события для советского человека/народа/общества – это революция по образцу октября 1917-го года с последующим архетипическим рядом желанных событий (см. выше) и Первомай – весенние возрождение советской ойкумены/вселенной.
Сей главный ритуал (7 ноября) включал в себя парад, т. е. шествие, ход; данная форма свещеннослужения используется в религиозных ритуалах с древнейших времен человеческого общества и символизирует вечные движение и покой всей Вселенной (Вечную Жизнь) и все их важнейшие моменты (точки и периоды духовного времени): рождение, рост, апогей, угасание, смерть и другие.
Участники данного ритуала (весь народ в нашем случае) хотят периодически переживать этот волшебный желанный момент всей народной истории (советской в данном случае); это не просто про великое прошлое, это и про великое настоящее и про не менее великое будущее – это вообще про всё, чем живет советский человек/народ/общество (миф говорит обо Всём). Сие переживание продлевает бодрость советского духа, а значит и жизненную стойкость всей советской ойкумены, ведь «не хлебом единым…».
Как понимает читатель, 1 мая (День Весны и Труда) – это Пасха по-советски, другой важнейший праздник советского ритуального календаря, который уже напрямую говорит об идеологеме труда вообще, без революционной специфики, и символизирует весеннее преображение советского мира и «восстание» советского народа к новому циклу трудовых подвигов – священный союз (брак) народа и Родины, и союз этот – это труд.
Классики марксизма-ленинизма говорят в своих трудах и о некой мировой революции, которая установит некое мировое социалистическое государство (республику), после вероятной мировой войны: когда буржуи/капиталисты всего мира передерутся меж собой, а пролетарий будет в таком (рабском) положении, что ему уже нечего будет терять «кроме своих цепей», тут-то всё и случится... И здесь в душе советского народа вероятно опять начинает работать тот самый архетипический ряд событий (о котором говорилось выше), как план по исполнению мечты, как духовный процесс, как ви?дение желанной будущей последовательности событий: мировая война (вторая) – мировая пролетарская революция – создание мирового государства рабочих и крестьян.
Труд/революция - это идеологема идеального обмена между народом и Родиной, которым живут обе половины: связь между ними постоянная, но характер этой связи изменчив (волны революции / режим труда и отдыха). Всякое преобразование в советском мире – это результат взаимодействия народа с Родиной, а значит – это тоже революция.
Мировая революция – это, соответственно, идеологема взаимоотношений половин в планетарном масштабе и здесь уже: народ – это мировой пролетариат (как мировой дух примерно), а Родина – вся планета. Советское же государство – это образец, в котором уже восторжествовали идеалы пролетарской революции (см. выше). Великий Октябрь – это семя мировой революции, программа, которая должна была развернуться в мировом масштабе, как ген, как архив, как пилот-сигнал.
Т. е. мировая революция - это, в отличии от прошедшего Великого Октября, будущий «золотой век», революция-дитя (пока ещё не рожденное), революция-сток, конечная точка творений/трудов народа в масштабах планеты Земля, мечта из будущего, процесс установления «идеального» (социалистического) строя по всему миру.
Сия идеологема, описанная в трудах Карла Маркса, Фридриха Энгельса, Владимира Ленина и др. классиков марксизма, - это романтико-утопическая идея совершения социалистической революции (по типу Октября 1917-го года) в мировом масштабе, в т. ч. и через мировую войну:
«Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови –
Господи, благослови!»
Александр Блок («Двенадцать», 1918 г.)
«Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть лишь достигнуты путём насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять, кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир. Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
К. Маркс и Ф. Энгельс «Манифест коммунистической партии», 1848 г.
Закономерный итог сего «мероприятия» – установление единого мирового социалистического государства, со всеми его «прелестями»: бесклассовым обществом, трудовыми армиями и полным обобществлением всего хозяйства и жизни людей – «La citta del Sole» по-советски (итал. «Город солнца»). Путь, по которому идет такое общество, – социализм. Его конечная цель – коммунизм. Способ осуществления изменений внутри страны – пролетарская революция и диктатура пролетариата (в реальности - диктатура партии и вождя). Снаружи – мировая революция, после «империалистической» войны.
Советские искусство, культура и, разумеется, пропаганда времен Гражданской войны, 1930-х и начала 1940-х годов «как губка» были пропитаны идеей мировой революции, замаскированной в различных словесных формах: «всемирная армия труда», «освободительный поход», «мировой пожар», «Мировая Советская Социалистическая Республика», «Международная Советская Республика» и т. п.
На государственном гербе СССР красуется надпись: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» - главный призыв мировой революции. На том же гербе изображен земной шар, со скрещенными на нем серпе и молоте – это недвусмысленный символ мировой революции. Причем все континенты земного шара до 1946 года были окрашены в красный цвет – цвет социализма, а после 1946 года континенты на гербе СССР стали окрашивать в золотой цвет (!) – это говорит о том, что идеологема мировой революции перестала работать после 1945 года, по крайней мере, в своей оригинальной форме.
Многие считают, что идея мировой революции ушла на отдых вместе с Лениным (в январе 1924 г.) и с созданием СССР. Отнюдь, товарищи! После Гражданской войны (1917-23 г.) идеологема мировой революции не исчезла, но «затаилась», как рысь на охоте, перед решающим броском. Назревал второй раунд революционной борьбы – борьбы за весь мир…
Отказ от оригинальной идеи мировой революции произошел, скорее, во время ВОВ и сразу после неё, о чём и свидетельствует перекрашивание континентов на гербе СССР из красного цвета в золотой в 1946 году и многие другие факты советской духовной истории (обращение Сталина к религиозным идеологиям во время ВОВ и др.). Сии факты говорят о том, что сталинское руководство если и не отказалось от идеи мировой революции, то старую форму этой самой идеи точно уже не эксплуатирует и помышляет о трансформации последней. У Советского Союза было ещё много более важных дел после войны, чем распространение социализма/коммунизма в дальние дали, да и сил-то на это уже не было в довоенных размерах. Внешняя громоздкость, мощь и непобедимость послевоенного СССР скрывала очень много нерешенных внутренних проблем и может быть не все советские люди об этом знали, но бессознательные процессы в душе советского народа уже делали своё дело…
Красноречивым доказательством отказа от оригинальной идеи мировой революции после войны 1941-45 годов является и факт смены официального гимна Советского Союза в 1944 году с мелодии «Интернационал» (фр. «Международный») на мелодию композитора Александрова А. Н., известную нам и по сей день. Никто в 1920-30-х годах от «Интернационала» не отказывался. В тексте «Интернационала» присутствуют недвусмысленные намеки на мировую революцию и мировую войну: «Весь мир насилья мы разрушим», «великая армия труда», «гром великий грянет» и т. п. Ментальная направленность текста «Интернационала» - экспрессивная, т. е. направлена наружу, во внешний мир. В тексте же на музыку Александрова обр. 1944 года уже нет и намека на мировую революцию. В тексте послевоенного гимна речь идёт о дружбе народов внутри СССР (национальный вопрос), о трудовом подвиге (нужно восстанавливать страну), о Сталине как об «отце народов» (культ личности ослаб, но пока его никто не отменял). Ментальная направленность текста гимна на музыку тов. Александрова – импрессивная, т. е. направлена во внутренний мир. На языке образов это означает: «Советскому Союзу нужно заняться своими внутренними проблемами после войны, никакие мировые революции и другие «внешние проекты» его уже не волнуют, по крайней мере так, как волновали до войны».
Да и просто-напросто: если ничего не изменилось, зачем так «круто» менять герб и гимн страны? Герб и гимн страны – это не просто символы, это часть идеологической системы (духовных ценностей) народа, имеющая определенную функцию и содержание, такие вещи просто так не меняют.
Т. е. после войны наблюдается эпохальный/исторический сдвиг/поворот мышления и поведения всего Советского Союза: с внешнестранового вектора на вектор внутристранового развития – не с Брежнева, не с Хрущева это началось, но сразу после войны и даже немного раньше взятия Рейхстага.
Можно сказать и диалектично: произошел переход с преимущественно внешнестранового (общего) вектора на преимущественно внутристрановой (частный) вектор развития всего советского общества – здесь революция уже не нужна, здесь нужна контрреволюция, т. е. доминацию народа над Родиной до войны должна сменить доминация Родины над народом – после: был «папочка с дочкой», стала «мамочка с сыночком». Экстраверт стал становится интровертом – народ стал замыкаться в себе. Характер связи между половинами ойкумены (субъектом и объектом) начал изменяться, а это значит, что и характер общественного труда тоже будет изменятся (в сторону капиталистического, т. е. чисто материалистического, частного, налаживания быта). Ведь труд – это и есть связь.
Объектом действия (труда) народа становится уже не весь мир, а только одна страна (СССР), разрушенная войной «как я не знаю». Да и сам народ (субъект) искалечен войной до невозможности. Кроме того, субъект и объект меняются местами – происходит разворот (преобразование, трансформация) духовной структуры общества и всего остального: ценностей, морали, строя, быта и т. п. - постепенно конечно, не за один год.
В августе 1991-го года СССР «приказал долго жить», после чего в декабре 1991 года был утвержден гимн новой России – «Патриотическая песня» на музыку Глинки М. И., а в ноябре 1993 года был утвержден герб России, с двухголовым орлом который. О чём это нам говорит? Сменился строй (государство), меняются за ним герб, гимн и другие символы страны - «дыма без огня не бывает». Но и обратное также справедливо – если меняются герб и гимн страны, то меняется (или существенно корректируется) и сам строй (государство). Можно с высокой вероятностью констатировать тот факт, что перекрашивание континентов на гербе СССР в 1946 году и смена гимна СССР в 1944 году говорят о начале существенных перемен в Советском Союзе, которые, справедливости ради, уже назрели (с начала войны). Государственные гербы просто так не перекрашивают, официальные гимны «от нечего делать» не меняют.
Другое дело, что герб и гимн, были единственными, что Сталин смог существенно изменить в послевоенном советском строе, а ведь он и его соратники необходимость «крутых» перемен в послевоенном СССР понимали очень хорошо (подробнее об этом в других главах трактата).
Т. о., идеологема труда в существующей форме (как революции в ш. с.) изжила себя в душе советского народа, пришла в негодность, испортилась во время и после войны, которая (война) спутала вообще все карты советскому руководству, особенно её катастрофическое начало. Советский народ не хотел уже ни с кем и ни за что воевать, а советское государство не могло уже ни с кем воевать, тут бы сохранить то, что осталось от страны.
Духовная связь советского мира (идеологема революционного социалистического труда эпохи Ленина-Сталина), если и не исчезла полностью, то была подавлена чрезвычайно и нуждалась в переформировании (не может народ быть без глобальной, без большой цели, но и с гнилой целью – тоже нельзя). Эта духовная/идейная связь после войны, как уже говорилось, поменяла направление/полярность: с мирового (общего) на страновое (частное) – с собственно революции на контрреволюцию (с труда на всех на труд на себя). А это значит что? Частнособственнический интерес – материальный. А это значит что? Служение Мамоне и путь в Никуда, здрасте-приехали.
В этом смысле, распад СССР – это закономерное явление, как заход солнца в ночное время. Вышесказанное не означает, что до войны Советский Союз не занимался внутренними делами, занимался, но внутренние проекты были поставлены на службу внешнему – мировой революции, после войны такое положение вещей не сразу, но начало меняться.
На смену пламенному народу-революционеру, идейному человеку, трудящемуся пролетарию, энтузиасту к власти в стране стала приходить торгашеская кремлевщина, торгашеская московщина, комсомольщина и криминалитет с культом материальных благ; это такое купечество в худших его проявлениях: за деньги Родину продадут - так всё и вышло.
Т. е. по сути дела: классический период советской
Образ Великого Октября – это не только образец социалистической революции, но и образец советского труда вообще.
Революция 17-го года выполняет в советской мифологии (идеологии) туже функцию, которую в древних мифологиях выполняют, например: «большой взрыв», рождение вселенной, зачатие мира, появление творения/всего, как такового из Небытия, из Хаоса и т. п.
Здесь можно расширить: весь жизненный путь советского общества от октября 17-го до создания советского государства в 1922 году – это архетип победного шествия советского духа/народа: мировая война (первая) - успешная пролетарская революция – победа в Гражданской войне – и наконец создание нового «прекрасного» мира, СССР. Очень вероятно, что этот самый путь (архетипический ряд событий) «затвердится» в душе советского народа, как желанный/позитивный/положительный образ практического действия (труда) и станет образцом (подсознательным трафаретом, шаблоном) для всего его последующего поведения на арене мировой и советской истории; ведь именно этим способом/последовательностью советский народ пришел к своей первой большой победе – созданию первого в мире социалистического государства и общества, доселе невиданных во всем мире. Здесь подсознание работает, конечно, в п. о. Сформирован архетип поведения ШНМ – весьма вероятно.
Труд, разумеется, имел и свой культ. И как всякий культ пути/связи – это был в п. о. комплекс календарных праздников/ритуалов – ось Советского Времени – цикл Советского Пути.
Одно из главных календарных событий культа труда (и революции в т. ч.) – это праздник 7 ноября и парад в его честь – это Новый год по-советски, который до войны в СССР был важнее любого другого праздника (наряду с «1-м мая»). Революция 17-го года – это своеобразный исходный труд по зачатию всего советского мира - Советского Союза, как ойкумены.
По старшинству праздников/ритуалов мы можем установить и главные желанные мистические события для советского человека/народа/общества – это революция по образцу октября 1917-го года с последующим архетипическим рядом желанных событий (см. выше) и Первомай – весенние возрождение советской ойкумены/вселенной.
Сей главный ритуал (7 ноября) включал в себя парад, т. е. шествие, ход; данная форма свещеннослужения используется в религиозных ритуалах с древнейших времен человеческого общества и символизирует вечные движение и покой всей Вселенной (Вечную Жизнь) и все их важнейшие моменты (точки и периоды духовного времени): рождение, рост, апогей, угасание, смерть и другие.
Участники данного ритуала (весь народ в нашем случае) хотят периодически переживать этот волшебный желанный момент всей народной истории (советской в данном случае); это не просто про великое прошлое, это и про великое настоящее и про не менее великое будущее – это вообще про всё, чем живет советский человек/народ/общество (миф говорит обо Всём). Сие переживание продлевает бодрость советского духа, а значит и жизненную стойкость всей советской ойкумены, ведь «не хлебом единым…».
Как понимает читатель, 1 мая (День Весны и Труда) – это Пасха по-советски, другой важнейший праздник советского ритуального календаря, который уже напрямую говорит об идеологеме труда вообще, без революционной специфики, и символизирует весеннее преображение советского мира и «восстание» советского народа к новому циклу трудовых подвигов – священный союз (брак) народа и Родины, и союз этот – это труд.
Классики марксизма-ленинизма говорят в своих трудах и о некой мировой революции, которая установит некое мировое социалистическое государство (республику), после вероятной мировой войны: когда буржуи/капиталисты всего мира передерутся меж собой, а пролетарий будет в таком (рабском) положении, что ему уже нечего будет терять «кроме своих цепей», тут-то всё и случится... И здесь в душе советского народа вероятно опять начинает работать тот самый архетипический ряд событий (о котором говорилось выше), как план по исполнению мечты, как духовный процесс, как ви?дение желанной будущей последовательности событий: мировая война (вторая) – мировая пролетарская революция – создание мирового государства рабочих и крестьян.
Труд/революция - это идеологема идеального обмена между народом и Родиной, которым живут обе половины: связь между ними постоянная, но характер этой связи изменчив (волны революции / режим труда и отдыха). Всякое преобразование в советском мире – это результат взаимодействия народа с Родиной, а значит – это тоже революция.
Мировая революция – это, соответственно, идеологема взаимоотношений половин в планетарном масштабе и здесь уже: народ – это мировой пролетариат (как мировой дух примерно), а Родина – вся планета. Советское же государство – это образец, в котором уже восторжествовали идеалы пролетарской революции (см. выше). Великий Октябрь – это семя мировой революции, программа, которая должна была развернуться в мировом масштабе, как ген, как архив, как пилот-сигнал.
Т. е. мировая революция - это, в отличии от прошедшего Великого Октября, будущий «золотой век», революция-дитя (пока ещё не рожденное), революция-сток, конечная точка творений/трудов народа в масштабах планеты Земля, мечта из будущего, процесс установления «идеального» (социалистического) строя по всему миру.
Сия идеологема, описанная в трудах Карла Маркса, Фридриха Энгельса, Владимира Ленина и др. классиков марксизма, - это романтико-утопическая идея совершения социалистической революции (по типу Октября 1917-го года) в мировом масштабе, в т. ч. и через мировую войну:
«Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови –
Господи, благослови!»
Александр Блок («Двенадцать», 1918 г.)
«Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть лишь достигнуты путём насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять, кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир. Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
К. Маркс и Ф. Энгельс «Манифест коммунистической партии», 1848 г.
Закономерный итог сего «мероприятия» – установление единого мирового социалистического государства, со всеми его «прелестями»: бесклассовым обществом, трудовыми армиями и полным обобществлением всего хозяйства и жизни людей – «La citta del Sole» по-советски (итал. «Город солнца»). Путь, по которому идет такое общество, – социализм. Его конечная цель – коммунизм. Способ осуществления изменений внутри страны – пролетарская революция и диктатура пролетариата (в реальности - диктатура партии и вождя). Снаружи – мировая революция, после «империалистической» войны.
Советские искусство, культура и, разумеется, пропаганда времен Гражданской войны, 1930-х и начала 1940-х годов «как губка» были пропитаны идеей мировой революции, замаскированной в различных словесных формах: «всемирная армия труда», «освободительный поход», «мировой пожар», «Мировая Советская Социалистическая Республика», «Международная Советская Республика» и т. п.
На государственном гербе СССР красуется надпись: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» - главный призыв мировой революции. На том же гербе изображен земной шар, со скрещенными на нем серпе и молоте – это недвусмысленный символ мировой революции. Причем все континенты земного шара до 1946 года были окрашены в красный цвет – цвет социализма, а после 1946 года континенты на гербе СССР стали окрашивать в золотой цвет (!) – это говорит о том, что идеологема мировой революции перестала работать после 1945 года, по крайней мере, в своей оригинальной форме.
Многие считают, что идея мировой революции ушла на отдых вместе с Лениным (в январе 1924 г.) и с созданием СССР. Отнюдь, товарищи! После Гражданской войны (1917-23 г.) идеологема мировой революции не исчезла, но «затаилась», как рысь на охоте, перед решающим броском. Назревал второй раунд революционной борьбы – борьбы за весь мир…
Отказ от оригинальной идеи мировой революции произошел, скорее, во время ВОВ и сразу после неё, о чём и свидетельствует перекрашивание континентов на гербе СССР из красного цвета в золотой в 1946 году и многие другие факты советской духовной истории (обращение Сталина к религиозным идеологиям во время ВОВ и др.). Сии факты говорят о том, что сталинское руководство если и не отказалось от идеи мировой революции, то старую форму этой самой идеи точно уже не эксплуатирует и помышляет о трансформации последней. У Советского Союза было ещё много более важных дел после войны, чем распространение социализма/коммунизма в дальние дали, да и сил-то на это уже не было в довоенных размерах. Внешняя громоздкость, мощь и непобедимость послевоенного СССР скрывала очень много нерешенных внутренних проблем и может быть не все советские люди об этом знали, но бессознательные процессы в душе советского народа уже делали своё дело…
Красноречивым доказательством отказа от оригинальной идеи мировой революции после войны 1941-45 годов является и факт смены официального гимна Советского Союза в 1944 году с мелодии «Интернационал» (фр. «Международный») на мелодию композитора Александрова А. Н., известную нам и по сей день. Никто в 1920-30-х годах от «Интернационала» не отказывался. В тексте «Интернационала» присутствуют недвусмысленные намеки на мировую революцию и мировую войну: «Весь мир насилья мы разрушим», «великая армия труда», «гром великий грянет» и т. п. Ментальная направленность текста «Интернационала» - экспрессивная, т. е. направлена наружу, во внешний мир. В тексте же на музыку Александрова обр. 1944 года уже нет и намека на мировую революцию. В тексте послевоенного гимна речь идёт о дружбе народов внутри СССР (национальный вопрос), о трудовом подвиге (нужно восстанавливать страну), о Сталине как об «отце народов» (культ личности ослаб, но пока его никто не отменял). Ментальная направленность текста гимна на музыку тов. Александрова – импрессивная, т. е. направлена во внутренний мир. На языке образов это означает: «Советскому Союзу нужно заняться своими внутренними проблемами после войны, никакие мировые революции и другие «внешние проекты» его уже не волнуют, по крайней мере так, как волновали до войны».
Да и просто-напросто: если ничего не изменилось, зачем так «круто» менять герб и гимн страны? Герб и гимн страны – это не просто символы, это часть идеологической системы (духовных ценностей) народа, имеющая определенную функцию и содержание, такие вещи просто так не меняют.
Т. е. после войны наблюдается эпохальный/исторический сдвиг/поворот мышления и поведения всего Советского Союза: с внешнестранового вектора на вектор внутристранового развития – не с Брежнева, не с Хрущева это началось, но сразу после войны и даже немного раньше взятия Рейхстага.
Можно сказать и диалектично: произошел переход с преимущественно внешнестранового (общего) вектора на преимущественно внутристрановой (частный) вектор развития всего советского общества – здесь революция уже не нужна, здесь нужна контрреволюция, т. е. доминацию народа над Родиной до войны должна сменить доминация Родины над народом – после: был «папочка с дочкой», стала «мамочка с сыночком». Экстраверт стал становится интровертом – народ стал замыкаться в себе. Характер связи между половинами ойкумены (субъектом и объектом) начал изменяться, а это значит, что и характер общественного труда тоже будет изменятся (в сторону капиталистического, т. е. чисто материалистического, частного, налаживания быта). Ведь труд – это и есть связь.
Объектом действия (труда) народа становится уже не весь мир, а только одна страна (СССР), разрушенная войной «как я не знаю». Да и сам народ (субъект) искалечен войной до невозможности. Кроме того, субъект и объект меняются местами – происходит разворот (преобразование, трансформация) духовной структуры общества и всего остального: ценностей, морали, строя, быта и т. п. - постепенно конечно, не за один год.
В августе 1991-го года СССР «приказал долго жить», после чего в декабре 1991 года был утвержден гимн новой России – «Патриотическая песня» на музыку Глинки М. И., а в ноябре 1993 года был утвержден герб России, с двухголовым орлом который. О чём это нам говорит? Сменился строй (государство), меняются за ним герб, гимн и другие символы страны - «дыма без огня не бывает». Но и обратное также справедливо – если меняются герб и гимн страны, то меняется (или существенно корректируется) и сам строй (государство). Можно с высокой вероятностью констатировать тот факт, что перекрашивание континентов на гербе СССР в 1946 году и смена гимна СССР в 1944 году говорят о начале существенных перемен в Советском Союзе, которые, справедливости ради, уже назрели (с начала войны). Государственные гербы просто так не перекрашивают, официальные гимны «от нечего делать» не меняют.
Другое дело, что герб и гимн, были единственными, что Сталин смог существенно изменить в послевоенном советском строе, а ведь он и его соратники необходимость «крутых» перемен в послевоенном СССР понимали очень хорошо (подробнее об этом в других главах трактата).
Т. о., идеологема труда в существующей форме (как революции в ш. с.) изжила себя в душе советского народа, пришла в негодность, испортилась во время и после войны, которая (война) спутала вообще все карты советскому руководству, особенно её катастрофическое начало. Советский народ не хотел уже ни с кем и ни за что воевать, а советское государство не могло уже ни с кем воевать, тут бы сохранить то, что осталось от страны.
Духовная связь советского мира (идеологема революционного социалистического труда эпохи Ленина-Сталина), если и не исчезла полностью, то была подавлена чрезвычайно и нуждалась в переформировании (не может народ быть без глобальной, без большой цели, но и с гнилой целью – тоже нельзя). Эта духовная/идейная связь после войны, как уже говорилось, поменяла направление/полярность: с мирового (общего) на страновое (частное) – с собственно революции на контрреволюцию (с труда на всех на труд на себя). А это значит что? Частнособственнический интерес – материальный. А это значит что? Служение Мамоне и путь в Никуда, здрасте-приехали.
В этом смысле, распад СССР – это закономерное явление, как заход солнца в ночное время. Вышесказанное не означает, что до войны Советский Союз не занимался внутренними делами, занимался, но внутренние проекты были поставлены на службу внешнему – мировой революции, после войны такое положение вещей не сразу, но начало меняться.
На смену пламенному народу-революционеру, идейному человеку, трудящемуся пролетарию, энтузиасту к власти в стране стала приходить торгашеская кремлевщина, торгашеская московщина, комсомольщина и криминалитет с культом материальных благ; это такое купечество в худших его проявлениях: за деньги Родину продадут - так всё и вышло.
Т. е. по сути дела: классический период советской
