Ответить я не успел, так как дверь распахнулась, и в комнату вошёл её хозяин, высокий худощавый мужчина неопределённого возраста. Его длинные белые — не то седые, не то крашеные — волосы свободно падали на плечи, придавая мужчине какой-то слегка богемный вид.
Увидев вошедшего, человечек резво вскочил на ноги и согнулся в поклоне. К счастью, то, что я лежал, избавило меня от необходимости как-то реагировать на появившегося владельца этой явно непростой недвижимости.
- Сигизмунд, ты всё рассказал нашему гостю?
Точно! Сигизмунд Карлович…
Голос у мужчины был неожиданно мягкий, со странными, едва заметными кошачьими интонациями, но при этом ни малейшего сомнения в силе его обладателя не возникало. Я встречал раньше похожих на него: никаких богатырских плеч, бугрящихся мышц, но в то же время гибкость и прочность связки сыромятных ремней. Такой легко выстоит против трёх качков и даже не вспотеет.
- Он вот буквально только что пришёл в себя, и я просто ещё не успел, ваша светлость! - зачастил человечек. - Я только сообщил, что он находится в Лимбурге… а тут и вы вернулись...
Ваша светлость? Да что вообще происходит-то? Вроде бы так обращались к герцогам или князьям… или к графам? Как-то эти моменты никогда меня не интересовали, и все знания ограничивались сведениями из просмотренных фильмов и прочитанных романов. Когда я работал в охране в той самой кофейной фирме, по ночам всё равно делать нечего было, вот и приходилось книжки читать, какие были в наличии. Мой сменщик увлекался всякой исторической и псевдоисторической литературой, так что и я волей-неволей к ней приобщился.
- Я понял тебя, Сигизмунд, - кивнул человек и вперил в меня внимательный взгляд красных глаз. Стоп… Красных?! Это линзы такие? Но через них же наверняка смотреть неудобно. Впрочем, как говорится, у богатых свои причуды. - Однако кофе ты сварить себе успел и сорт выбрал не первый попавшийся. Это ямайский Blue Mauntain, если я не ошибаюсь.
- Вы же мне сами позволили, ваша светлость…
- Я помню, Сигизмунд, и поэтому просто констатирую данный факт, а не вышвыриваю тебя за порог, - отмахнулся от человечка вошедший.
Какое-то время в комнате царила полная тишина: мы с блондином играли в гляделки, а Сигизмунд старательно делал вид, что его вообще тут нет.
- Я князь Лоренцо Чилларио, - наконец-то соизволил проговорить хозяин кабинета, усаживаясь в кресло за столом, - и я возглавляю службу распределения. Сейчас вы находитесь у меня в гостях, так как кое-кто, - тут он взглянул на съёжившегося Сигизмунда, - перепутал потоки и перенёс вас не в диагностический центр Лимбурга, как положено по инструкции, а ко мне в кабинет. Разумеется, виновный будет наказан в назидание остальным, - тут человечек в кресле побледнел до синевы и, как мне показалось, на полном серьёзе приготовился упасть в обморок, - но, раз уж наша встреча состоялась, то я в качестве компенсации за то, что вы лишены возможности получить исчерпывающую информацию вместе с остальными переместившимися, готов ответить на два… нет, так и быть, пусть будет три… ваших вопроса, уважаемый Леонид Петрович. Но будьте благоразумны: вопросов будет ровно три и ни в коем случае не больше.
- Это неслыханная щедрость, ваша светлость, и она может сравниться лишь с вашей справедливостью, - прошептал Сигизмунд, но, стоило хозяину кабинета недовольно дрогнуть бровью, замолчал и даже рот ладонями зажал. Видимо, на всякий случай.
- Где я? - в очередной раз спросил я, надеясь, что хотя бы этот гламурный блондин сможет внятно мне объяснить, что вообще происходит.
- Это первый вопрос, - мужчина равнодушно кивнул, словно косточку на старых счётах перекинул с одной стороны на другую. - Что же, вы вполне имеете на него право, ведь Сигизмунд, судя по всему, не удосужился вам ничего объяснить.
Человечек в кресле убрал от лица ладони и явно хотел что-то сказать в своё оправдание, но блондин спокойно бросил, не глядя на него:
- Три месяца в катакомбах. Каждое произнесённое тобой слово будет увеличивать срок наказания на месяц. Поэтому думай, прежде чем что-то сказать.
Сигизмунд душераздирающе вздохнул и понуро сгорбился в кресле: наверное, три месяца в неведомых мне катакомбах — это было достаточно много.
- Вы, уважаемый Леонид Петрович, находитесь в Лимбурге, это… - тут он прищёлкнул пальцами, и я заметил, что у него длинные алые ногти, на вид достаточно острые. Точно — гламурный такой господин, с ними нужно поаккуратнее, а то впадёт в истерику, и что тогда делать? Хотя на того, кто способен истерить на пустом месте, блондин похож не был совершенно. - Это место, расположенное между мирами, понимаете?
- Нет, - совершенно искренне ответил я, - никогда в подобную чушь не верил.
- Напрасно, - блондин строго погрозил мне пальцем, и я, как загипнотизированный, уставился на крупный кроваво-красный камень в явно старинном перстне. - Миров, как вы скоро узнаете, великое множество, и тот, откуда Сигизмунд вас забрал, лишь один из них, причём далеко не самый интересный, уж мне-то вы можете поверить. Так вот, Леонид Петрович, Лимбург — это центр, откуда существа, попавшие сюда в соответствии с предсказаниями Оракула, распределяются по нужным мирам. Это не город, не страна, не отдельный мир, это — место. Оно вне времени и вне пространства. Когда в своём мире вы умерли… Заметьте, я даже не стал дожидаться, когда вы об этом спросите, и тем самым сэкономил вам вопрос… Так вот, когда вы умерли в своём мире, то оказались здесь, в Лимбурге, так как именно вас Оракул выбрал для выполнения определённой работы. По каким параметрам и критериям, мне не ведомо, Оракул не открывает своих тайн, он просто указывает на того или другого. Раз вы здесь, значит, в каком-то мире возникла необходимость в существе именно вашего склада, темперамента, образа мышления, с вашими умениями и навыками.
Сказав это, он встал и подошёл к высокому застеклённому шкафу, откуда извлёк тёмную бутыль.
- Простите великодушно, вам не предлагаю, - проговорил он, глядя на то, как густая багровая жидкость постепенно заполняет бокал, - не из снобизма, как вы могли бы подумать. Просто моё меню вам, боюсь, не подойдёт.
Тут он улыбнулся, и в ярком свете я увидел, как влажно сверкнули длинные и явно острые клыки.
- Тут главное самому в это меню не попасть, - брякнул я, запоздало подумав, что, может, не стоило озвучивать эту мысль?
- Ну что вы, Леонид Петрович, - укоризненно покачал головой князь Чилларио, - избранные Оракулом неприкосновенны, это аксиома. Тем более, что в таких техногенных мирах, как ваш, чрезвычайно сложно отыскать чистую кровь, не испорченную ни вредной едой, ни курением, ни алкоголем, ни наркотиками. К счастью, есть и другие миры, так что голод мне совершенно точно не грозит, Леонид Петрович. Вы можете взять себе кофе, вон там есть кофемашина. Сам я его не пью, но для посетителей держу. У вас есть ещё два вопроса, так что не стесняйтесь?
- Благодарю.
Я уже почти успокоился, решив, что давно не видел такого интересного сна, и что даже если это галлюцинация, она всяко лучше моего беспросветного существования. Кофемашина, кстати, оказалась самой обычной, а вот кофе порадовал густым насыщенным ароматом.
- Вы сказали, что Оракул выбрал меня для какой-то работы. Это, честно говоря, достаточно странно, ведь я никакими особыми талантами не обладаю. Так что очень может быть, что ваш Оракул промахнулся. Это я просто предупреждаю, чтобы потом неловко не получилось, понимаете? Но спросить я хотел вот о чём: куда мне предстоит отправиться?
- Сигизмунд, - князь едва заметно повернулся в сторону человечка, - напомни мне, в какой мир должны распределить уважаемого Леонида Петровича. Можешь говорить, разрешаю, только строго по делу, понял?
- Конечно, ваша светлость, - торопливо ответил Сигизмунд, всем своим видом демонстрируя готовность быть максимально полезным. - Леонид Петрович выбран Оракулом для работы в мире Оверхилл, это восемнадцатый сектор пятого уровня. Я лично занимался комплектованием отдела, об организации которого настойчиво просило правительство Оверхилла. Уже, говорят, несколько прошений подавали, а ответа всё нет и нет.
- Ах да, помню, - кивнул князь, - забавный такой мирок. Небольшой, достаточно густо населённый, десятка три городов и прочих более или менее крупных поселений. Ну тогда всё понятно, почему им понадобились услуги Оракула. Свои-то не подходят, так как видовые симпатии и антипатии никто не отменял. Ну что же, - тут он повернулся ко мне, - это очень интересное назначение, Леонид Петрович, уверен, вам понравится. К тому же, если я правильно помню, Оверхилл совершенно не техногенный мир, там всё по-простому, так сказать, патриархально, порой примитивно, зато экологически чисто.
- И что я буду делать в этом Оверхилле?
- Это был третий вопрос, уважаемый Леонид Петрович, - князь бросил на меня быстрый внимательный взгляд, - он последний, если помните. Надо отдать вам должное, вы неплохо справились: все три вопроса заданы по существу, в порядке важности. Где я? Куда отправлюсь? Что буду делать? Повторюсь: очень даже неплохо. Вы не стали спрашивать, кто я такой, хотя вам очень хотелось, я видел. Не спросили, почему именно вы, так как Оракула здесь нет, а кроме него ответа на этот вопрос никто не знает. Я доволен вами, Леонид Петрович. Поверьте, я нечасто это говорю.
Сигизмунд тут же активно закивал лысой головой, мол, так и есть, совсем нечасто. Я же лишь благодарно прижал ладонь к груди, показывая, что комплимент оценил и признателен за него.
- Что касается вашего вопроса, то извольте пару минуток подождать, я взгляну на документы, - князь улыбнулся, на этот раз воздержавшись от демонстрации клыков, - так… что тут у нас… ага… интересно… Вам, уважаемый Леонид Петрович, предстоит трудиться в агентстве «РОНИН».
- Ронин? - изумился я. - А какое отношение я к ним имею? Я и в Японии-то ни разу не был.
Князь нахмурился, явно не понимая, что я имею в виду, и мне пришлось пояснить.
- Ронинами у нас, точнее, в одной из стран, называют воина, потерявшего покровителя, но оставшегося верным данному слову. Иногда так же называли странствующего воина.
- Надо же, как интересно, - удивился князь Чилларио, - вот уж поистине: никогда не перестанешь узнавать новое. Но могу вас уверить, Леонид Петрович, к воинской службе ваша будущая работа имеет весьма опосредованное отношение. Агентство «РОНИН» - это аббревиатура, сокращение. Полное название звучит так: Регистрационный Отдел для Нежити И Нечисти».
Глава 2
Надо же, какой долгий, а главное, затейливый и креативный у меня сон, это что-то! Я удивлённо покачал головой, а потом потихоньку ущипнул себя за руку. Стало больно, так как щипнул я от души, а князь, заметивший мои манипуляции, откровенно ухмыльнулся.
- Не знаю, обрадую я вас или огорчу, Леонид Петрович, - мурлыкнул он, отставляя пустой бокал и сладко, до хруста, потягиваясь, - но то, что с вами происходит, это не сон и не галлюцинация. Всё, во что вам, как и любому перемещённому существу, сложно поверить, реально, насколько может быть реальным существование в Лимбурге. Там, в вашем мире, вас уже нашли и... - он на пару мгновений прикрыл глаза, - и уже отвезли в морг. Хотите туда вернуться?
- А можно?
Не то чтобы я собирался возвращаться, но не спросить не мог.
- При определённом старании с моей стороны, - на этот раз ухмылка князя не была ни добродушной, ни снисходительной. Передо мной сидело существо, от которого исходили ледяные волны опасности. - И поверьте мне на слово: второго шанса не будет, ведь вы подписали договор, а теперь планируете его разорвать в одностороннем, так сказать, порядке. Ну что, отправить вас в морг? Но вернётесь вы в своё мёртвое тело, а не просто в свой мир, надеюсь, это вы осознаёте? Подарить вам вторую жизнь в вашем мире даже мне не под силу, да я и не стал бы, ибо не вижу смысла. У вас три секунды, Леонид Петрович. Раз… Два…
- Не нужно, - остановил я его, внезапно осознав, что не хочу проверять на практике, правду ли сказал князь. А вдруг всё так и есть? И я окажусь в своём теле, в морге, в холоде и тишине. И угасающий мозг в последние оставшиеся у него мгновения осознает, что я сам отказался от уникального шанса. Как там говорил Сигизмунд: возродиться… прожить ещё одну жизнь…
- Ну вот и замечательно, - передо мной снова был гостеприимный хозяин, но теперь я знал, ощущал, понимал, насколько опасна и непредсказуема сидящая напротив меня сущность. Нет уж! С таким ссориться — себе дороже. Понятно, почему так перекосило Сигизмунда, когда он понял, что накосячил и придётся отвечать. Что-то подсказывало мне, что три месяца в катакомбах — это не самое страшное, что с ним могло произойти.
- Сигизмунд, проводи Леонида Петровича в центр, познакомь с остальными или передай мэтру Лагиусу. Так сказать, из рук в руки, ты меня понял? А потом возвращайся, катакомбы тебя ждут.
- Будет исполнено, ваша светлость, - Сигизмунд низко поклонился, практически переломившись пополам, что при его комплекции было весьма и весьма затруднительно.
- Я буду присматривать за вами, Леонид Петрович, - князь отсалютовал мне бокалом, который загадочным образом вновь был полон, - ненавязчиво, не волнуйтесь, вы этого даже не заметите. Этот ваш Оверхилл — дыра дырой, скука смертная. Не для вас, для меня… Но… Раз уж вы попали в поле моего зрения, то в нём и оставайтесь.
- Спасибо, - я тоже поклонился, пусть и не так низко, как Сигизмунд. - Надеюсь, всё сложится хорошо, и скучный Оверхилл окажется именно тем, что мне нужно.
- Не исключено, - сверкнул клыками князь Чилларио, - ну что вы мнётесь, Леонид Петрович? Спрашивайте уж, так и быть, я сегодня на редкость благодушен.
- Вы вампир? - ляпнул я прежде, чем успел сформулировать свой вопрос более вежливо.
- Не совсем, - усмехнулся князь, - но эта форма кажется мне наиболее удачной из всех. Мне в ней комфортно, к тому же она прекрасно объясняет мои гастрономические пристрастия.
Я хотел было спросить, как же выглядит князь Чилларио на самом деле, но воздержался и по его насмешливому взгляду понял, что, скорее всего, правильно сделал. Не факт, что моя и без того расшатанная последней шокирующей информацией психика этот самый истинный облик выдержит.
Поднявшись с дивана и сделав несколько шагов к двери, я обернулся и увидел, как князь задумчиво барабанит алыми ногтями по полированной крышке стола. Почувствовав мой взгляд, он неожиданно подмигнул мне и что-то шепнул, но я, разумеется, не расслышал.
- Уф, отпустил, - остановившись в нескольких шагах от кабинета, Сигизмунд привалился спиной к стене, оклеенной самыми обычными обоями в легкомысленных мелких цветочках, и вытер лоб извлечённым из кармана большим носовым платком в крупную сине-красную клетку. - А ведь мог бы и всерьёз осерчать, и тогда всё, дорогой мой Леонид Петрович, никто бы нам с вами не помог.
- Но вам-то всё равно катакомбы светят, - напомнил я и проигнорировал полный немого упрёка взгляд, - хотя я так предполагаю, что могло бы быть и хуже.
- Вы даже себе не представляете, насколько, - согласился Сигизмунд, зябко передёргивая плечами, хотя в коридоре было достаточно тепло, - катакомбы — ерунда. Подумаешь, погоняю пару месяцев землероек и кротов, в первый раз, что ли… Вот вас сейчас сдам с рук на руки, как и было велено, да и отправлюсь, чего тянуть-то, правильно?
Увидев вошедшего, человечек резво вскочил на ноги и согнулся в поклоне. К счастью, то, что я лежал, избавило меня от необходимости как-то реагировать на появившегося владельца этой явно непростой недвижимости.
- Сигизмунд, ты всё рассказал нашему гостю?
Точно! Сигизмунд Карлович…
Голос у мужчины был неожиданно мягкий, со странными, едва заметными кошачьими интонациями, но при этом ни малейшего сомнения в силе его обладателя не возникало. Я встречал раньше похожих на него: никаких богатырских плеч, бугрящихся мышц, но в то же время гибкость и прочность связки сыромятных ремней. Такой легко выстоит против трёх качков и даже не вспотеет.
- Он вот буквально только что пришёл в себя, и я просто ещё не успел, ваша светлость! - зачастил человечек. - Я только сообщил, что он находится в Лимбурге… а тут и вы вернулись...
Ваша светлость? Да что вообще происходит-то? Вроде бы так обращались к герцогам или князьям… или к графам? Как-то эти моменты никогда меня не интересовали, и все знания ограничивались сведениями из просмотренных фильмов и прочитанных романов. Когда я работал в охране в той самой кофейной фирме, по ночам всё равно делать нечего было, вот и приходилось книжки читать, какие были в наличии. Мой сменщик увлекался всякой исторической и псевдоисторической литературой, так что и я волей-неволей к ней приобщился.
- Я понял тебя, Сигизмунд, - кивнул человек и вперил в меня внимательный взгляд красных глаз. Стоп… Красных?! Это линзы такие? Но через них же наверняка смотреть неудобно. Впрочем, как говорится, у богатых свои причуды. - Однако кофе ты сварить себе успел и сорт выбрал не первый попавшийся. Это ямайский Blue Mauntain, если я не ошибаюсь.
- Вы же мне сами позволили, ваша светлость…
- Я помню, Сигизмунд, и поэтому просто констатирую данный факт, а не вышвыриваю тебя за порог, - отмахнулся от человечка вошедший.
Какое-то время в комнате царила полная тишина: мы с блондином играли в гляделки, а Сигизмунд старательно делал вид, что его вообще тут нет.
- Я князь Лоренцо Чилларио, - наконец-то соизволил проговорить хозяин кабинета, усаживаясь в кресло за столом, - и я возглавляю службу распределения. Сейчас вы находитесь у меня в гостях, так как кое-кто, - тут он взглянул на съёжившегося Сигизмунда, - перепутал потоки и перенёс вас не в диагностический центр Лимбурга, как положено по инструкции, а ко мне в кабинет. Разумеется, виновный будет наказан в назидание остальным, - тут человечек в кресле побледнел до синевы и, как мне показалось, на полном серьёзе приготовился упасть в обморок, - но, раз уж наша встреча состоялась, то я в качестве компенсации за то, что вы лишены возможности получить исчерпывающую информацию вместе с остальными переместившимися, готов ответить на два… нет, так и быть, пусть будет три… ваших вопроса, уважаемый Леонид Петрович. Но будьте благоразумны: вопросов будет ровно три и ни в коем случае не больше.
- Это неслыханная щедрость, ваша светлость, и она может сравниться лишь с вашей справедливостью, - прошептал Сигизмунд, но, стоило хозяину кабинета недовольно дрогнуть бровью, замолчал и даже рот ладонями зажал. Видимо, на всякий случай.
- Где я? - в очередной раз спросил я, надеясь, что хотя бы этот гламурный блондин сможет внятно мне объяснить, что вообще происходит.
- Это первый вопрос, - мужчина равнодушно кивнул, словно косточку на старых счётах перекинул с одной стороны на другую. - Что же, вы вполне имеете на него право, ведь Сигизмунд, судя по всему, не удосужился вам ничего объяснить.
Человечек в кресле убрал от лица ладони и явно хотел что-то сказать в своё оправдание, но блондин спокойно бросил, не глядя на него:
- Три месяца в катакомбах. Каждое произнесённое тобой слово будет увеличивать срок наказания на месяц. Поэтому думай, прежде чем что-то сказать.
Сигизмунд душераздирающе вздохнул и понуро сгорбился в кресле: наверное, три месяца в неведомых мне катакомбах — это было достаточно много.
- Вы, уважаемый Леонид Петрович, находитесь в Лимбурге, это… - тут он прищёлкнул пальцами, и я заметил, что у него длинные алые ногти, на вид достаточно острые. Точно — гламурный такой господин, с ними нужно поаккуратнее, а то впадёт в истерику, и что тогда делать? Хотя на того, кто способен истерить на пустом месте, блондин похож не был совершенно. - Это место, расположенное между мирами, понимаете?
- Нет, - совершенно искренне ответил я, - никогда в подобную чушь не верил.
- Напрасно, - блондин строго погрозил мне пальцем, и я, как загипнотизированный, уставился на крупный кроваво-красный камень в явно старинном перстне. - Миров, как вы скоро узнаете, великое множество, и тот, откуда Сигизмунд вас забрал, лишь один из них, причём далеко не самый интересный, уж мне-то вы можете поверить. Так вот, Леонид Петрович, Лимбург — это центр, откуда существа, попавшие сюда в соответствии с предсказаниями Оракула, распределяются по нужным мирам. Это не город, не страна, не отдельный мир, это — место. Оно вне времени и вне пространства. Когда в своём мире вы умерли… Заметьте, я даже не стал дожидаться, когда вы об этом спросите, и тем самым сэкономил вам вопрос… Так вот, когда вы умерли в своём мире, то оказались здесь, в Лимбурге, так как именно вас Оракул выбрал для выполнения определённой работы. По каким параметрам и критериям, мне не ведомо, Оракул не открывает своих тайн, он просто указывает на того или другого. Раз вы здесь, значит, в каком-то мире возникла необходимость в существе именно вашего склада, темперамента, образа мышления, с вашими умениями и навыками.
Сказав это, он встал и подошёл к высокому застеклённому шкафу, откуда извлёк тёмную бутыль.
- Простите великодушно, вам не предлагаю, - проговорил он, глядя на то, как густая багровая жидкость постепенно заполняет бокал, - не из снобизма, как вы могли бы подумать. Просто моё меню вам, боюсь, не подойдёт.
Тут он улыбнулся, и в ярком свете я увидел, как влажно сверкнули длинные и явно острые клыки.
- Тут главное самому в это меню не попасть, - брякнул я, запоздало подумав, что, может, не стоило озвучивать эту мысль?
- Ну что вы, Леонид Петрович, - укоризненно покачал головой князь Чилларио, - избранные Оракулом неприкосновенны, это аксиома. Тем более, что в таких техногенных мирах, как ваш, чрезвычайно сложно отыскать чистую кровь, не испорченную ни вредной едой, ни курением, ни алкоголем, ни наркотиками. К счастью, есть и другие миры, так что голод мне совершенно точно не грозит, Леонид Петрович. Вы можете взять себе кофе, вон там есть кофемашина. Сам я его не пью, но для посетителей держу. У вас есть ещё два вопроса, так что не стесняйтесь?
- Благодарю.
Я уже почти успокоился, решив, что давно не видел такого интересного сна, и что даже если это галлюцинация, она всяко лучше моего беспросветного существования. Кофемашина, кстати, оказалась самой обычной, а вот кофе порадовал густым насыщенным ароматом.
- Вы сказали, что Оракул выбрал меня для какой-то работы. Это, честно говоря, достаточно странно, ведь я никакими особыми талантами не обладаю. Так что очень может быть, что ваш Оракул промахнулся. Это я просто предупреждаю, чтобы потом неловко не получилось, понимаете? Но спросить я хотел вот о чём: куда мне предстоит отправиться?
- Сигизмунд, - князь едва заметно повернулся в сторону человечка, - напомни мне, в какой мир должны распределить уважаемого Леонида Петровича. Можешь говорить, разрешаю, только строго по делу, понял?
- Конечно, ваша светлость, - торопливо ответил Сигизмунд, всем своим видом демонстрируя готовность быть максимально полезным. - Леонид Петрович выбран Оракулом для работы в мире Оверхилл, это восемнадцатый сектор пятого уровня. Я лично занимался комплектованием отдела, об организации которого настойчиво просило правительство Оверхилла. Уже, говорят, несколько прошений подавали, а ответа всё нет и нет.
- Ах да, помню, - кивнул князь, - забавный такой мирок. Небольшой, достаточно густо населённый, десятка три городов и прочих более или менее крупных поселений. Ну тогда всё понятно, почему им понадобились услуги Оракула. Свои-то не подходят, так как видовые симпатии и антипатии никто не отменял. Ну что же, - тут он повернулся ко мне, - это очень интересное назначение, Леонид Петрович, уверен, вам понравится. К тому же, если я правильно помню, Оверхилл совершенно не техногенный мир, там всё по-простому, так сказать, патриархально, порой примитивно, зато экологически чисто.
- И что я буду делать в этом Оверхилле?
- Это был третий вопрос, уважаемый Леонид Петрович, - князь бросил на меня быстрый внимательный взгляд, - он последний, если помните. Надо отдать вам должное, вы неплохо справились: все три вопроса заданы по существу, в порядке важности. Где я? Куда отправлюсь? Что буду делать? Повторюсь: очень даже неплохо. Вы не стали спрашивать, кто я такой, хотя вам очень хотелось, я видел. Не спросили, почему именно вы, так как Оракула здесь нет, а кроме него ответа на этот вопрос никто не знает. Я доволен вами, Леонид Петрович. Поверьте, я нечасто это говорю.
Сигизмунд тут же активно закивал лысой головой, мол, так и есть, совсем нечасто. Я же лишь благодарно прижал ладонь к груди, показывая, что комплимент оценил и признателен за него.
- Что касается вашего вопроса, то извольте пару минуток подождать, я взгляну на документы, - князь улыбнулся, на этот раз воздержавшись от демонстрации клыков, - так… что тут у нас… ага… интересно… Вам, уважаемый Леонид Петрович, предстоит трудиться в агентстве «РОНИН».
- Ронин? - изумился я. - А какое отношение я к ним имею? Я и в Японии-то ни разу не был.
Князь нахмурился, явно не понимая, что я имею в виду, и мне пришлось пояснить.
- Ронинами у нас, точнее, в одной из стран, называют воина, потерявшего покровителя, но оставшегося верным данному слову. Иногда так же называли странствующего воина.
- Надо же, как интересно, - удивился князь Чилларио, - вот уж поистине: никогда не перестанешь узнавать новое. Но могу вас уверить, Леонид Петрович, к воинской службе ваша будущая работа имеет весьма опосредованное отношение. Агентство «РОНИН» - это аббревиатура, сокращение. Полное название звучит так: Регистрационный Отдел для Нежити И Нечисти».
Глава 2
Надо же, какой долгий, а главное, затейливый и креативный у меня сон, это что-то! Я удивлённо покачал головой, а потом потихоньку ущипнул себя за руку. Стало больно, так как щипнул я от души, а князь, заметивший мои манипуляции, откровенно ухмыльнулся.
- Не знаю, обрадую я вас или огорчу, Леонид Петрович, - мурлыкнул он, отставляя пустой бокал и сладко, до хруста, потягиваясь, - но то, что с вами происходит, это не сон и не галлюцинация. Всё, во что вам, как и любому перемещённому существу, сложно поверить, реально, насколько может быть реальным существование в Лимбурге. Там, в вашем мире, вас уже нашли и... - он на пару мгновений прикрыл глаза, - и уже отвезли в морг. Хотите туда вернуться?
- А можно?
Не то чтобы я собирался возвращаться, но не спросить не мог.
- При определённом старании с моей стороны, - на этот раз ухмылка князя не была ни добродушной, ни снисходительной. Передо мной сидело существо, от которого исходили ледяные волны опасности. - И поверьте мне на слово: второго шанса не будет, ведь вы подписали договор, а теперь планируете его разорвать в одностороннем, так сказать, порядке. Ну что, отправить вас в морг? Но вернётесь вы в своё мёртвое тело, а не просто в свой мир, надеюсь, это вы осознаёте? Подарить вам вторую жизнь в вашем мире даже мне не под силу, да я и не стал бы, ибо не вижу смысла. У вас три секунды, Леонид Петрович. Раз… Два…
- Не нужно, - остановил я его, внезапно осознав, что не хочу проверять на практике, правду ли сказал князь. А вдруг всё так и есть? И я окажусь в своём теле, в морге, в холоде и тишине. И угасающий мозг в последние оставшиеся у него мгновения осознает, что я сам отказался от уникального шанса. Как там говорил Сигизмунд: возродиться… прожить ещё одну жизнь…
- Ну вот и замечательно, - передо мной снова был гостеприимный хозяин, но теперь я знал, ощущал, понимал, насколько опасна и непредсказуема сидящая напротив меня сущность. Нет уж! С таким ссориться — себе дороже. Понятно, почему так перекосило Сигизмунда, когда он понял, что накосячил и придётся отвечать. Что-то подсказывало мне, что три месяца в катакомбах — это не самое страшное, что с ним могло произойти.
- Сигизмунд, проводи Леонида Петровича в центр, познакомь с остальными или передай мэтру Лагиусу. Так сказать, из рук в руки, ты меня понял? А потом возвращайся, катакомбы тебя ждут.
- Будет исполнено, ваша светлость, - Сигизмунд низко поклонился, практически переломившись пополам, что при его комплекции было весьма и весьма затруднительно.
- Я буду присматривать за вами, Леонид Петрович, - князь отсалютовал мне бокалом, который загадочным образом вновь был полон, - ненавязчиво, не волнуйтесь, вы этого даже не заметите. Этот ваш Оверхилл — дыра дырой, скука смертная. Не для вас, для меня… Но… Раз уж вы попали в поле моего зрения, то в нём и оставайтесь.
- Спасибо, - я тоже поклонился, пусть и не так низко, как Сигизмунд. - Надеюсь, всё сложится хорошо, и скучный Оверхилл окажется именно тем, что мне нужно.
- Не исключено, - сверкнул клыками князь Чилларио, - ну что вы мнётесь, Леонид Петрович? Спрашивайте уж, так и быть, я сегодня на редкость благодушен.
- Вы вампир? - ляпнул я прежде, чем успел сформулировать свой вопрос более вежливо.
- Не совсем, - усмехнулся князь, - но эта форма кажется мне наиболее удачной из всех. Мне в ней комфортно, к тому же она прекрасно объясняет мои гастрономические пристрастия.
Я хотел было спросить, как же выглядит князь Чилларио на самом деле, но воздержался и по его насмешливому взгляду понял, что, скорее всего, правильно сделал. Не факт, что моя и без того расшатанная последней шокирующей информацией психика этот самый истинный облик выдержит.
Поднявшись с дивана и сделав несколько шагов к двери, я обернулся и увидел, как князь задумчиво барабанит алыми ногтями по полированной крышке стола. Почувствовав мой взгляд, он неожиданно подмигнул мне и что-то шепнул, но я, разумеется, не расслышал.
- Уф, отпустил, - остановившись в нескольких шагах от кабинета, Сигизмунд привалился спиной к стене, оклеенной самыми обычными обоями в легкомысленных мелких цветочках, и вытер лоб извлечённым из кармана большим носовым платком в крупную сине-красную клетку. - А ведь мог бы и всерьёз осерчать, и тогда всё, дорогой мой Леонид Петрович, никто бы нам с вами не помог.
- Но вам-то всё равно катакомбы светят, - напомнил я и проигнорировал полный немого упрёка взгляд, - хотя я так предполагаю, что могло бы быть и хуже.
- Вы даже себе не представляете, насколько, - согласился Сигизмунд, зябко передёргивая плечами, хотя в коридоре было достаточно тепло, - катакомбы — ерунда. Подумаешь, погоняю пару месяцев землероек и кротов, в первый раз, что ли… Вот вас сейчас сдам с рук на руки, как и было велено, да и отправлюсь, чего тянуть-то, правильно?
