- И ведь может добиться, - провожая Люсю взглядом, проговорил Кир, - ты прав, Женька, есть в ней что-то странное, неправильное.
- Мозги у неё неправильные, - проворчала Стеша, которая даже не пыталась скрывать свою неприязнь по отношению к Люсе.
- Не только, - не отрывая взгляда от уходящей Степанцовой, покачал головой Кирилл, - но сформулировать пока не могу. Просто на уровне ощущений…
- А у вас кто-нибудь ещё приехал? - поинтересовалась я. - У нас теперь, с Клео и Люсей, полный комплект.
- Я слышал, как Виктория говорила с Верой Борисовной, что завтра должны приехать те, кто ещё не прибыл, значит, можно будет распределять по группам и всё такое, - отчитался Марк, - так что скоро тоже укомплектуемся.
- А кто где кроме этого здания успел побывать? - неожиданно спросил Женя.
Мы переглянулись, и, судя по задумчивым выражениям лиц, нигде не были не только мы с Клео, но и те, кто приехал раньше.
- Тогда предлагаю исследовать территорию вместе, - на лету подхватил идею Марк, - и начать со спортивного комплекса. Я бы по утрам в тренажёрку не отказался походить, я и дома всегда так делал, - тут он слегка помрачнел, но быстро взял себя в руки.
- Я за, - быстро согласилась Стеша, которая, как мне показалось, положила на блондина глаз, хотя, конечно, я могла и ошибаться. - Вместе однозначно веселее. Давайте тогда встретимся на завтраке и сразу отправимся.
- Главное, чтобы нам на хвост не упала Люся, - хихикнув, сказала Клео, - тогда можно сразу ставить крест на изысканиях.
- А давайте, если что, скажем, что у нас типа свидание, - тут же предложил Марк, и по его горящим глазам было видно, что ему ужасно нравится эта идея. - Вас трое, нас тоже, так что всё нормально.
- Тройное свидание? - Стеша довольно потёрла ладошки. - Прикольно! Тогда, чур, я забираю Марка!
И, передразнивая Люсю, она закатила глаза и простонала:
- О, он теперь мой краш!
- Польщён, - блондин весело подмигнул Стеше, - парни, разбирай девчонок!
- Какое-то у нас стремительное развитие личной жизни, не находите? - скептически хмыкнул Кир, глядя на Клео. - Но в этом что-то есть, я согласен.
- Но это же не по-настоящему? - уточнила наша прорицательница. - Я просто пока как-то не готова морально к новым отношениям. Мне бы от старых отойти…
- А чего загадывать? - пожал плечами Кир. - Но не могу не согласиться — имея постоянную компанию, выжить всегда легче.
- Не возражаешь? - Женя внимательно посмотрел на меня поверх очков и улыбнулся.
- Нет, - я почему-то неожиданно смутилась, хотя и понимала, что эта разбивка на пары происходила, скорее, по необходимости, а не в связи с возникшими чувствами. Им просто некогда было появится за прошедшее время, к тому же у нас у всех свои скелеты в шкафах, с ними бы разобраться. Но Женька мне нравился, было в нём что-то надёжное, основательное, поэтому я была даже рада, что мне достался именно он, а не шебутной Марк, например.
- Отлично, - блондин был явно доволен тем, как развиваются события. Я уже поняла, что Марк относился к тому типу людей, которым необходимо, чтобы вокруг всё бурлило, менялось и, так сказать, било ключом. - Тогда сейчас разбегаемся, а утром встречаемся за завтраком.
- Доброй ночи, - улыбнулся Женя, а Кирилл просто кивнул, явно думая о чём-то своём.
Мы вернулись к себе на «жилую» половину и, попрощавшись, разошлись по гостиным. Тут я заметила, что в каждой двери наверху есть небольшая застеклённая полоска, сделанная, видимо, для того, чтобы было понятно: горит в комнате свет или нет. Открытие стало не то чтобы неприятным, просто я сразу вспомнила, что приехала в закрытое учебное заведение, куда родители — те, кто может себе это позволить, конечно — отправляют провинившихся детей, чтобы те не порочили их «безупречную» репутацию. А то, общаясь с ребятами, я как-то слегка позабыла о том, что нахожусь пусть в комфортабельной, но тюрьме.
Сейчас было видно, что в комнатах Цейс и Люси горит свет, причём у Крис он был менее ярким, видимо, была включена настольная лампа. А Степанцова, скорее всего, разбирала вещи, так как приехала совсем недавно, а чемодан у неё был внушительный.
Интересно, а здесь есть что-то наподобие комендантского часа? Стеша ответа на этот вопрос не знала, так как честно призналась, что вчера уснула совсем рано, потому что приехала чуть ли не ночью, к тому же перенервничала. Ладно, вроде бы нам обещали повесить расписание и всякую прочую животрепещущую информацию. Но я почти уверена, что после одиннадцати вечера здесь запрещено покидать гостиную. Откуда пришла такая уверенность, я сказать не могла, но почти не сомневалась в том, что права.
Сделав себе некрепкий кофе и щедро плеснув в него сливок, я забрала чашку в комнату — нигде же нет никакой чёткой информации, а что не запрещено, то, как известно, разрешено — и вышла на террасу.
В августе темнеет уже достаточно рано, поэтому на улице царил мрак, разгоняемый кое-где стилизованными под старину фонарями. Рассеянными пятнами лежал на траве свет, падающий из чьих-то окон, но я у себя зажгла только настольную лампу. Выходя на террасу, поплотнее задёрнула шторы, чтобы не афишировать своё присутствие. Мне хотелось просто посидеть, глядя на ночной лес, и осмыслить всё, что произошло за этот бесконечный день.
Неужели я только сегодня утром разговаривала с Катей и с отцом? Сейчас мне казалось, что это было в какой-то прошлой жизни, которая осталась где-то там, очень далеко. А ведь ещё и суток с того момента не прошло. Вот что значит — обилие новых впечатлений…
Постепенно стало совсем темно, погасла половина фонарей на территории «Серебряного»: видимо, осталось только дежурное освещение. Я уже встала и, потянувшись, собралась уходить, когда неожиданно заметила в лесу, который высился за забором сплошной монолитной массой, вспышку света.
Сначала я решила, что мне показалось, но огонёк мелькнул ещё раз и ещё, уже немного в другом месте, словно тот, кто его зажёг, перепрыгнул с верхушки одной ели на соседнюю. Интересно, что это такое? Для самолёта или иного летающего объекта слишком низко, для автомобильных фар или фонарика — наоборот, высоко. Глаза зверя? Но, во-первых, слишком далеко, а во-вторых, для того, чтобы они стали видны, нужен источник света — костёр, те же фары или луч от фонарика. Здесь же ничего такого не наблюдалось.
Почему-то при виде этих огоньков сердце тревожно заныло, словно я получила некое предупреждение о грядущих неприятностях.
- Это от усталости, - сказала я сама себе и почувствовала, что звук голоса, пусть даже и своего собственного, подействовал на меня успокаивающе. - Иди спать, Лиза, пока тебе не привиделись зелёные человечки или летающие тарелки.
Прислушавшись к совету, который сама же себе и дала, я вернулась в комнату и поплотнее прикрыла дверь на террасу. Там, конечно, всё застеклено, но комары — это последнее, что мне хотелось бы получить в финале и без того неоднозначного дня.
Тёплый душ помог вернуть душевное равновесие, и я, переодевшись в любимую пижаму, забралась в кровать, уверенная, что усну раньше, чем голова коснётся подушки. Но как бы не так! Ещё пять минут назад глаза просто слипались, а сейчас сна не было и в помине.
Я лежала и, как дура, таращилась в потолок, пытаясь отыскать сбежавший сон, но безуспешно. Из соседних комнат не доносилось ни звука, значит, и Стеша, и Люся тоже легли. Хотя, может, тут прекрасная звукоизоляция и слышно будет только если очень шуметь, откуда я знаю?
Наверное, если бы я хотя бы дремала, то ни за что не обратила бы внимания на слабый, на грани слышимости, шорох в гостиной. Было впечатление, что там кто-то ходит, стараясь делать это максимально осторожно. Может быть, администратор проверяет, все ли разошлись по комнатам? Но зачем крадучись ходить по гостиной, когда достаточно просто заглянуть из коридора?
Я почувствовала, как ладони стали влажными, а сердце укатилось куда-то в район желудка и там притаилось, колотясь, как сумасшедшее. Ложась спать, я, конечно, заперла дверь, но при желании взломать можно любой замок.
Тем временем шорох стал чуть громче: было впечатление, что невидимый гость подошёл вплотную к моей двери. Мне показалось даже, что я слышу ровное размеренное дыхание очень сильного и крупного существа. Боясь даже пошевелиться, я слегка прикрыла глаза и постаралась сделать вид, что сплю.
Слабый свет, который проникал в комнату через застеклённую полоску сверху и служил своеобразным ночником, неожиданно исчез, и я поняла, что его что-то заслонило. Кто-то смотрел на меня через это своеобразное окошко, и я не знаю, как смогла удержаться и не заорать в полный голос.
К счастью, тень, заслонившая свет, скоро исчезла, а шорох раздался чуть дальше: видимо, неизвестный изучал комнату Люси. Но как? Как он мог смотреть в окошко, расположенное в двух метрах от пола?
Воображение тут же нарисовало высоченную зловещую фигуру, закутанную в чёрный плащ в полном соответствии с канонами фильмов ужасов, этакий вариант Чёрных Всадников из «Властелина колец».
Ну а если серьёзно: не многовато ли непонятных вещей произошло в течение первого же вечера в «Серебряном»? Странный свет в верхушках векового леса, некто, заглядывающий в комнаты через окошко, расположенное чуть ли не под потолком, постоянное изматывающее чувство тревоги…
А может, всё это — просто результат стресса из-за столь кардинальных изменений в жизни? Не каждый же день на год переселяешься из дома в закрытый пансион, каким бы комфортабельным он ни был… Только где-то в душе с каждой минутой зрела уверенность в том, что никакой это не стресс, а самая что ни есть реальность. Это «Серебряное» — очень странное место, судя по всему, так что завтра во время исследования территории нужно быть внимательными и очень, просто очень осторожными.
Тут раздался едва слышный щелчок, и я поняла, что это закрылась дверь в гостиную: кто бы ни ходил по ней недавно, сейчас он ушёл. Не знаю, что заставило меня тихонько соскользнуть с кровати и на цыпочках подбежать к окну. Отодвинув самый краешек плотной шторы я смотрела на улицу, сама не понимая, что хочу увидеть, но, честное слово, лучше бы я этого не делала.
Сгусток мрака, практически незаметный в ночной темноте, выскользнул откуда-то сбоку и неспешно поплыл в сторону леса. Было в его движениях что-то такое, чему я даже не сразу смогла подобрать определение, а поняв, чуть ли не до крови закусила губу. Тень — я не знала, как правильно назвать то, что сейчас пересекало двор — двигалась спокойно, не прячась, словно… словно чувствуя себя дома.
Я смотрела на неё до тех пор, пока она не растворилась в ночном мраке где-то возле поворота к флигелю, где, по словам Веры Борисовны, обитали преподаватели и обслуживающий персонал. Больше всего я боялась, что жуткое существо обернётся и непременно заметит, что я за ним наблюдаю. Но всё равно смотрела, словно загипнотизированная. К счастью, оно не оглянулось и бесследно растаяло в ночи, оставив меня в абсолютной растерянности.
На всякий случай я подёргала ручку двери, ведущей на террасу, убедилась, что всё в порядке, и бегом вернулась в кровать, закопавшись в одеяло чуть ли не с головой. Понятно, что от таинственного существа оно меня не защитит, но детская привычка прятаться «в домике» оказалась сильнее голоса разума. С ним вообще всё было непросто — я имею в виду разум. Головой я понимала, что никаких монстров не существует, но, с другой стороны, я же его точно видела! И в комнату он заглядывал, и по гостиной крадучись ходил… Мне же всё это не приснилось! На всякий случай я ущипнула себя за руку, и вполне реальная боль подтвердила, что я не сплю.
Интересно, кроме меня это существо кто-нибудь видел? Только совершенно непонятно, как это выяснить. Не будешь же у каждого спрашивать, мол, не видел ли ты ночью монстра, похожего на Чёрного Всадника из фильма «Властелин колец»? Так и репутацию ненормальной получить недолго, а оно мне надо?
За всеми этими размышлениями я не заметила, как провалилась в сон, который оказался ненамного лучше реальности.
В нём я шла по какому-то узкому мрачному коридору, стены которого были покрыты не то мхом, не то плесенью. То и дело встречались ниши, бог весть когда заколоченные старыми досками с нарисованными на них непонятными знаками, и порой мне казалось, что в тёмной глубине прячется нечто до обморока жуткое. Оно только и ждёт, когда доски окончательно сгниют, и тогда уже ничто не будет мешать им выйти на свободу, туда, где много существ с горячей кровью и вкусными страхами. Коридор, казавшийся мне бесконечным, наконец-то закончился возле испещрённой знаками двери. Она была слегка приоткрыта, словно приглашала меня войти, но мне почему-то отчаянно не хотелось это делать. Я даже руки убрала за спину, чтобы не поддаться соблазну и не взяться за ручку в форме черепа. В том, что там, за дверью, меня не ждёт ничего хорошего, я не сомневалась ни на мгновение. Неожиданно какая-то непонятная сила подхватила меня и выбросила из коридора на воздух, в тёплую летнюю ночь, я лишь успела заметить голубоватый отблеск. Оглядевшись, чуть не разревелась от отчаяния, так как даже приблизительно не могла сказать, где находилась. Лишь спустя пару минут, за которые невероятным усилием воли — даже не предполагала, что способна на такое — заставила себя успокоиться, впереди за деревьями я рассмотрела неяркий, но самый обычный свет.
Спотыкаясь, пачкая босые ноги в пыли и песке, я бежала на свет, забыв о том, что на мне только достаточно легкомысленная пижама. Наплевать, главное сейчас — выбраться туда, где есть обычные живые люди. Казалось, что длинные стебли травы, отливающие в лунном свете каким-то мертвенным сиянием, стараются схватить меня за ноги, чтобы не дать уйти, чтобы задержать в этом непонятном жутком месте. Я даже упала несколько раз, но упрямо поднималась на ноги и, не думая ни о чём кроме спасения, мчалась вперёд. Вывалившись на свободное пространство, я испытала такое облегчение, какого не переживала, наверное, ещё никогда в жизни.
Здесь был пусть и не очень яркий, но знакомый и привычный свет электрических фонарей, а прямо передо мной в высоком заборе едва заметно вспыхивал серебристыми искорками тонкий контур калитки. Не думая ни о чём, я подбежала, толкнула её и оказалась на территории «Серебряного». Впереди белело здание пансиона, погружённого в мирный сон: свет был только в одном окне рядом с главным входом. Видимо, именно там располагалась комната круглосуточной охраны. Я разжала стиснутые кулаки и с некоторым удивлением уставилась на пучок серой травы, среди которой затесались неизвестные мне лиловые цветочки. Почему-то, стоило мне посмотреть на них внимательнее, перед глазами поплыли цветные круги, и я словно провалилась в очередной омут.
К счастью, больше меня сегодня никуда не занесло, открыла я глаза в своей комнате, которой обрадовалась, как любимому дому. Вот уж поистине — всё познаётся в сравнении. Пошастаешь по непонятным коридорам, пусть и во сне, так потом и тюремная камера сказкой покажется. Впрочем, тут я не совсем объективна: если моя комната и была камерой, то более чем комфортабельной и уютной.
Нет, ну приснится же такое! И это с учётом того, что я вообще сны видела крайне редко — ну вот такая вот особенность организма.
- Мозги у неё неправильные, - проворчала Стеша, которая даже не пыталась скрывать свою неприязнь по отношению к Люсе.
- Не только, - не отрывая взгляда от уходящей Степанцовой, покачал головой Кирилл, - но сформулировать пока не могу. Просто на уровне ощущений…
- А у вас кто-нибудь ещё приехал? - поинтересовалась я. - У нас теперь, с Клео и Люсей, полный комплект.
- Я слышал, как Виктория говорила с Верой Борисовной, что завтра должны приехать те, кто ещё не прибыл, значит, можно будет распределять по группам и всё такое, - отчитался Марк, - так что скоро тоже укомплектуемся.
- А кто где кроме этого здания успел побывать? - неожиданно спросил Женя.
Мы переглянулись, и, судя по задумчивым выражениям лиц, нигде не были не только мы с Клео, но и те, кто приехал раньше.
- Тогда предлагаю исследовать территорию вместе, - на лету подхватил идею Марк, - и начать со спортивного комплекса. Я бы по утрам в тренажёрку не отказался походить, я и дома всегда так делал, - тут он слегка помрачнел, но быстро взял себя в руки.
- Я за, - быстро согласилась Стеша, которая, как мне показалось, положила на блондина глаз, хотя, конечно, я могла и ошибаться. - Вместе однозначно веселее. Давайте тогда встретимся на завтраке и сразу отправимся.
- Главное, чтобы нам на хвост не упала Люся, - хихикнув, сказала Клео, - тогда можно сразу ставить крест на изысканиях.
- А давайте, если что, скажем, что у нас типа свидание, - тут же предложил Марк, и по его горящим глазам было видно, что ему ужасно нравится эта идея. - Вас трое, нас тоже, так что всё нормально.
- Тройное свидание? - Стеша довольно потёрла ладошки. - Прикольно! Тогда, чур, я забираю Марка!
И, передразнивая Люсю, она закатила глаза и простонала:
- О, он теперь мой краш!
- Польщён, - блондин весело подмигнул Стеше, - парни, разбирай девчонок!
- Какое-то у нас стремительное развитие личной жизни, не находите? - скептически хмыкнул Кир, глядя на Клео. - Но в этом что-то есть, я согласен.
- Но это же не по-настоящему? - уточнила наша прорицательница. - Я просто пока как-то не готова морально к новым отношениям. Мне бы от старых отойти…
- А чего загадывать? - пожал плечами Кир. - Но не могу не согласиться — имея постоянную компанию, выжить всегда легче.
- Не возражаешь? - Женя внимательно посмотрел на меня поверх очков и улыбнулся.
- Нет, - я почему-то неожиданно смутилась, хотя и понимала, что эта разбивка на пары происходила, скорее, по необходимости, а не в связи с возникшими чувствами. Им просто некогда было появится за прошедшее время, к тому же у нас у всех свои скелеты в шкафах, с ними бы разобраться. Но Женька мне нравился, было в нём что-то надёжное, основательное, поэтому я была даже рада, что мне достался именно он, а не шебутной Марк, например.
- Отлично, - блондин был явно доволен тем, как развиваются события. Я уже поняла, что Марк относился к тому типу людей, которым необходимо, чтобы вокруг всё бурлило, менялось и, так сказать, било ключом. - Тогда сейчас разбегаемся, а утром встречаемся за завтраком.
- Доброй ночи, - улыбнулся Женя, а Кирилл просто кивнул, явно думая о чём-то своём.
Мы вернулись к себе на «жилую» половину и, попрощавшись, разошлись по гостиным. Тут я заметила, что в каждой двери наверху есть небольшая застеклённая полоска, сделанная, видимо, для того, чтобы было понятно: горит в комнате свет или нет. Открытие стало не то чтобы неприятным, просто я сразу вспомнила, что приехала в закрытое учебное заведение, куда родители — те, кто может себе это позволить, конечно — отправляют провинившихся детей, чтобы те не порочили их «безупречную» репутацию. А то, общаясь с ребятами, я как-то слегка позабыла о том, что нахожусь пусть в комфортабельной, но тюрьме.
Сейчас было видно, что в комнатах Цейс и Люси горит свет, причём у Крис он был менее ярким, видимо, была включена настольная лампа. А Степанцова, скорее всего, разбирала вещи, так как приехала совсем недавно, а чемодан у неё был внушительный.
Интересно, а здесь есть что-то наподобие комендантского часа? Стеша ответа на этот вопрос не знала, так как честно призналась, что вчера уснула совсем рано, потому что приехала чуть ли не ночью, к тому же перенервничала. Ладно, вроде бы нам обещали повесить расписание и всякую прочую животрепещущую информацию. Но я почти уверена, что после одиннадцати вечера здесь запрещено покидать гостиную. Откуда пришла такая уверенность, я сказать не могла, но почти не сомневалась в том, что права.
Сделав себе некрепкий кофе и щедро плеснув в него сливок, я забрала чашку в комнату — нигде же нет никакой чёткой информации, а что не запрещено, то, как известно, разрешено — и вышла на террасу.
В августе темнеет уже достаточно рано, поэтому на улице царил мрак, разгоняемый кое-где стилизованными под старину фонарями. Рассеянными пятнами лежал на траве свет, падающий из чьих-то окон, но я у себя зажгла только настольную лампу. Выходя на террасу, поплотнее задёрнула шторы, чтобы не афишировать своё присутствие. Мне хотелось просто посидеть, глядя на ночной лес, и осмыслить всё, что произошло за этот бесконечный день.
Неужели я только сегодня утром разговаривала с Катей и с отцом? Сейчас мне казалось, что это было в какой-то прошлой жизни, которая осталась где-то там, очень далеко. А ведь ещё и суток с того момента не прошло. Вот что значит — обилие новых впечатлений…
Постепенно стало совсем темно, погасла половина фонарей на территории «Серебряного»: видимо, осталось только дежурное освещение. Я уже встала и, потянувшись, собралась уходить, когда неожиданно заметила в лесу, который высился за забором сплошной монолитной массой, вспышку света.
Сначала я решила, что мне показалось, но огонёк мелькнул ещё раз и ещё, уже немного в другом месте, словно тот, кто его зажёг, перепрыгнул с верхушки одной ели на соседнюю. Интересно, что это такое? Для самолёта или иного летающего объекта слишком низко, для автомобильных фар или фонарика — наоборот, высоко. Глаза зверя? Но, во-первых, слишком далеко, а во-вторых, для того, чтобы они стали видны, нужен источник света — костёр, те же фары или луч от фонарика. Здесь же ничего такого не наблюдалось.
Почему-то при виде этих огоньков сердце тревожно заныло, словно я получила некое предупреждение о грядущих неприятностях.
- Это от усталости, - сказала я сама себе и почувствовала, что звук голоса, пусть даже и своего собственного, подействовал на меня успокаивающе. - Иди спать, Лиза, пока тебе не привиделись зелёные человечки или летающие тарелки.
Прислушавшись к совету, который сама же себе и дала, я вернулась в комнату и поплотнее прикрыла дверь на террасу. Там, конечно, всё застеклено, но комары — это последнее, что мне хотелось бы получить в финале и без того неоднозначного дня.
Тёплый душ помог вернуть душевное равновесие, и я, переодевшись в любимую пижаму, забралась в кровать, уверенная, что усну раньше, чем голова коснётся подушки. Но как бы не так! Ещё пять минут назад глаза просто слипались, а сейчас сна не было и в помине.
Я лежала и, как дура, таращилась в потолок, пытаясь отыскать сбежавший сон, но безуспешно. Из соседних комнат не доносилось ни звука, значит, и Стеша, и Люся тоже легли. Хотя, может, тут прекрасная звукоизоляция и слышно будет только если очень шуметь, откуда я знаю?
Наверное, если бы я хотя бы дремала, то ни за что не обратила бы внимания на слабый, на грани слышимости, шорох в гостиной. Было впечатление, что там кто-то ходит, стараясь делать это максимально осторожно. Может быть, администратор проверяет, все ли разошлись по комнатам? Но зачем крадучись ходить по гостиной, когда достаточно просто заглянуть из коридора?
Я почувствовала, как ладони стали влажными, а сердце укатилось куда-то в район желудка и там притаилось, колотясь, как сумасшедшее. Ложась спать, я, конечно, заперла дверь, но при желании взломать можно любой замок.
Тем временем шорох стал чуть громче: было впечатление, что невидимый гость подошёл вплотную к моей двери. Мне показалось даже, что я слышу ровное размеренное дыхание очень сильного и крупного существа. Боясь даже пошевелиться, я слегка прикрыла глаза и постаралась сделать вид, что сплю.
Слабый свет, который проникал в комнату через застеклённую полоску сверху и служил своеобразным ночником, неожиданно исчез, и я поняла, что его что-то заслонило. Кто-то смотрел на меня через это своеобразное окошко, и я не знаю, как смогла удержаться и не заорать в полный голос.
К счастью, тень, заслонившая свет, скоро исчезла, а шорох раздался чуть дальше: видимо, неизвестный изучал комнату Люси. Но как? Как он мог смотреть в окошко, расположенное в двух метрах от пола?
Глава 7
Воображение тут же нарисовало высоченную зловещую фигуру, закутанную в чёрный плащ в полном соответствии с канонами фильмов ужасов, этакий вариант Чёрных Всадников из «Властелина колец».
Ну а если серьёзно: не многовато ли непонятных вещей произошло в течение первого же вечера в «Серебряном»? Странный свет в верхушках векового леса, некто, заглядывающий в комнаты через окошко, расположенное чуть ли не под потолком, постоянное изматывающее чувство тревоги…
А может, всё это — просто результат стресса из-за столь кардинальных изменений в жизни? Не каждый же день на год переселяешься из дома в закрытый пансион, каким бы комфортабельным он ни был… Только где-то в душе с каждой минутой зрела уверенность в том, что никакой это не стресс, а самая что ни есть реальность. Это «Серебряное» — очень странное место, судя по всему, так что завтра во время исследования территории нужно быть внимательными и очень, просто очень осторожными.
Тут раздался едва слышный щелчок, и я поняла, что это закрылась дверь в гостиную: кто бы ни ходил по ней недавно, сейчас он ушёл. Не знаю, что заставило меня тихонько соскользнуть с кровати и на цыпочках подбежать к окну. Отодвинув самый краешек плотной шторы я смотрела на улицу, сама не понимая, что хочу увидеть, но, честное слово, лучше бы я этого не делала.
Сгусток мрака, практически незаметный в ночной темноте, выскользнул откуда-то сбоку и неспешно поплыл в сторону леса. Было в его движениях что-то такое, чему я даже не сразу смогла подобрать определение, а поняв, чуть ли не до крови закусила губу. Тень — я не знала, как правильно назвать то, что сейчас пересекало двор — двигалась спокойно, не прячась, словно… словно чувствуя себя дома.
Я смотрела на неё до тех пор, пока она не растворилась в ночном мраке где-то возле поворота к флигелю, где, по словам Веры Борисовны, обитали преподаватели и обслуживающий персонал. Больше всего я боялась, что жуткое существо обернётся и непременно заметит, что я за ним наблюдаю. Но всё равно смотрела, словно загипнотизированная. К счастью, оно не оглянулось и бесследно растаяло в ночи, оставив меня в абсолютной растерянности.
На всякий случай я подёргала ручку двери, ведущей на террасу, убедилась, что всё в порядке, и бегом вернулась в кровать, закопавшись в одеяло чуть ли не с головой. Понятно, что от таинственного существа оно меня не защитит, но детская привычка прятаться «в домике» оказалась сильнее голоса разума. С ним вообще всё было непросто — я имею в виду разум. Головой я понимала, что никаких монстров не существует, но, с другой стороны, я же его точно видела! И в комнату он заглядывал, и по гостиной крадучись ходил… Мне же всё это не приснилось! На всякий случай я ущипнула себя за руку, и вполне реальная боль подтвердила, что я не сплю.
Интересно, кроме меня это существо кто-нибудь видел? Только совершенно непонятно, как это выяснить. Не будешь же у каждого спрашивать, мол, не видел ли ты ночью монстра, похожего на Чёрного Всадника из фильма «Властелин колец»? Так и репутацию ненормальной получить недолго, а оно мне надо?
За всеми этими размышлениями я не заметила, как провалилась в сон, который оказался ненамного лучше реальности.
В нём я шла по какому-то узкому мрачному коридору, стены которого были покрыты не то мхом, не то плесенью. То и дело встречались ниши, бог весть когда заколоченные старыми досками с нарисованными на них непонятными знаками, и порой мне казалось, что в тёмной глубине прячется нечто до обморока жуткое. Оно только и ждёт, когда доски окончательно сгниют, и тогда уже ничто не будет мешать им выйти на свободу, туда, где много существ с горячей кровью и вкусными страхами. Коридор, казавшийся мне бесконечным, наконец-то закончился возле испещрённой знаками двери. Она была слегка приоткрыта, словно приглашала меня войти, но мне почему-то отчаянно не хотелось это делать. Я даже руки убрала за спину, чтобы не поддаться соблазну и не взяться за ручку в форме черепа. В том, что там, за дверью, меня не ждёт ничего хорошего, я не сомневалась ни на мгновение. Неожиданно какая-то непонятная сила подхватила меня и выбросила из коридора на воздух, в тёплую летнюю ночь, я лишь успела заметить голубоватый отблеск. Оглядевшись, чуть не разревелась от отчаяния, так как даже приблизительно не могла сказать, где находилась. Лишь спустя пару минут, за которые невероятным усилием воли — даже не предполагала, что способна на такое — заставила себя успокоиться, впереди за деревьями я рассмотрела неяркий, но самый обычный свет.
Спотыкаясь, пачкая босые ноги в пыли и песке, я бежала на свет, забыв о том, что на мне только достаточно легкомысленная пижама. Наплевать, главное сейчас — выбраться туда, где есть обычные живые люди. Казалось, что длинные стебли травы, отливающие в лунном свете каким-то мертвенным сиянием, стараются схватить меня за ноги, чтобы не дать уйти, чтобы задержать в этом непонятном жутком месте. Я даже упала несколько раз, но упрямо поднималась на ноги и, не думая ни о чём кроме спасения, мчалась вперёд. Вывалившись на свободное пространство, я испытала такое облегчение, какого не переживала, наверное, ещё никогда в жизни.
Здесь был пусть и не очень яркий, но знакомый и привычный свет электрических фонарей, а прямо передо мной в высоком заборе едва заметно вспыхивал серебристыми искорками тонкий контур калитки. Не думая ни о чём, я подбежала, толкнула её и оказалась на территории «Серебряного». Впереди белело здание пансиона, погружённого в мирный сон: свет был только в одном окне рядом с главным входом. Видимо, именно там располагалась комната круглосуточной охраны. Я разжала стиснутые кулаки и с некоторым удивлением уставилась на пучок серой травы, среди которой затесались неизвестные мне лиловые цветочки. Почему-то, стоило мне посмотреть на них внимательнее, перед глазами поплыли цветные круги, и я словно провалилась в очередной омут.
К счастью, больше меня сегодня никуда не занесло, открыла я глаза в своей комнате, которой обрадовалась, как любимому дому. Вот уж поистине — всё познаётся в сравнении. Пошастаешь по непонятным коридорам, пусть и во сне, так потом и тюремная камера сказкой покажется. Впрочем, тут я не совсем объективна: если моя комната и была камерой, то более чем комфортабельной и уютной.
Нет, ну приснится же такое! И это с учётом того, что я вообще сны видела крайне редко — ну вот такая вот особенность организма.
