Вы, люди, по природе боитесь сил, что могут лишить вас разума и завладеть вашим телом. Это можно назвать защитным механизмом. Замечая в своей голове чужой голос, вы поддаетесь панике, и стараетесь избавиться от дурного наваждения. Но Черное Пламя не простое наваждение, оно не галлюцинация, и не болезнь. Это Первородное Пламя, которое поглощает саму Душу, и забирает ее в Бездну.»
-И только из-за какого-то врожденного страха Джером устроил самоубийство? – задумался Френтос.
«Джером не убил себя. Черное Пламя ему помешало.»
Френтос удивленно поднял глаза на все это время то и дело меняющего мимику под стать словам телепатии дракона. Пускай, от части, он об этом уже думал раньше.
«Он пытался говорить с девушкой в том доме, где вы были недавно, но та увидела Черное Пламя в его глазах, и испугалась его. Она сбежала от Джерома через окно, но тот схватил ее, и не выпускал. Она сильно ударила его по голове, и только тогда старый человек пришел в себя. На секунду, вернув сознание, он понял, что им управляет Черное Пламя, и сам попытался выгнать его из своей головы.»
-Ты видел даже то, что происходило за стенами отеля? – удивленно выпучил глаза Френтос, глядя на постоянно меняющееся мимикой под стать словам телепатии лицо дракона.
«В мире нет ничего абсолютного, Френтос. Идеал и совершенство – всего лишь иллюзия. Выдуманное нами понятие для обозначения степени превосходства вещей над прочими. Наш вид использует телепатию и эхолокацию, чтобы лучше ориентироваться в небе. Иногда мы не видим глазами то, что происходит ниже, под облаками. Издаваемый нами шум волнами отражается от предметов поднебесной, и сие вибрации мы чувствуем рогами. Так мы можем видеть все, до чего не могут добраться наши глаза. Если бы мои рога были достаточно чувствительны, я бы слышал все, все что происходит в мире вокруг нас, над землей, на земле, и под землей. Везде. И я совершенно точно знаю, что твой товарищ еще жив.»
-Но ведь звук исчезает с расстоянием…
«Нет.» - однозначно прервал слова Френтоса Заэль. «Абсолют – иллюзия. Не существует идеальных фигур, не бывает прямых углов, целых чисел, абсолютного нуля, и, точно так же, звук не может утихнуть до абсолютной тишины. С расстоянием он теряет силу, но не пропадает. Даже если его сила уменьшается до того, что мы станем ей пренебрегать.»
-То есть…и свет как-то проходит через любой материал? Даже через…
«Нет.» - так же повторил Заэль, окончательно ломая своими истинами восприятие мира Френтоса. «Свет лишь частицы, отражаемые от объектов, и отражением своим в наших органах зрения рисующие картины. В достаточно плотном материале частицы света теряются, и дальше им пути нет.»
-Д-да… - сглотнул Френтос, только теперь в полной мере осознавая, какую страшную для себя самого и своего слабо развитого восприятия беседу начал. – Сразу видно, что ты не человек.
«?» - многозначительно гортанным звуком удивления изобразил вопрос Заэль.
-По крайней мере «нормальные» люди о таком не разговаривают. – ухмыльнулся Френтос.
Заэль, обдумывая слова Френтос параллельно мыслям собственным и наверняка куда более важным, так же, понимая сарказм собеседника, ухмыльнулся.
-Значит, говоришь…Джером еще жив? Или жив, но…не совсем жив? – вернулся к недавней теме Френтос.
«Как и прочие жители, он стал един с Черным Пламенем. Сложно сказать, лучше ли эта судьба, нежели смерть.»
-Заэль?..
Хриплый голос со стороны, даже в окружающей тишине, легко отвлек дракона и Френтоса от разговора, переведя взгляд обоих в сторону лежащих наполовину в песке, наполовину скрытых им выше ржавых ворот. С усилием сжимая зубы, сдавленно и крайне болезненно дыша, хрустя шейными позвонками поднял голову к самой решетке макушкой Серпион. Кровь уже не текла из его крепко стиснутых губ, но вид его все так же оставлял желать лучшего. По крайней мере, он вернулся в сознание, и, очевидно, еще не собирался умирать от кровопотери. Его повреждения были внутренними, и их восстановление у октолимов в состоянии покоя было куда проще повреждений внешних. Хотя сломанные кости, разумеется, и для октолима были проблемой серьезной. И у Серпиона таких переломов точно было немало.
-Очнулся? Уже хорошо. Будет с кем нормально поговорить. – едва заметно улыбнулся Френтос.
-Ах! Я знаю…где искать твоего б-брата. – со вздохами от боли, от нее же щуря закрытые веки, громко кашлял Серпион.
-Знаешь!? – подскочил на месте Френтос.
-Знаю.
-Где? Нужно срочно туда бежать!
-Не так быстро. – серьезным взглядом теперь направленных в сторону Заэля глаз сверкнул Серпион. – Скажи, Заэль. Чью сторону ты выбрал.
Дракон явно замешкал, чуть тряхнув головой вниз, также сдвинув ниже и веки, меняя выражение лица.
«Я видел, что делала армия Совенрара и Хемирнира на Севере. У людей нет шансов победить в этой войне. Я принял решение…следовать за ними» - транслировал свои мысли Серпиону и Френтосу он.
-Мы оба знаем…как оно на самом деле. Ты просто не можешь бросить Мосселькема одного. – уже проще вздохнул Серпион.
Дракон молчал. И ему, и Серпиону, правота последнего была очевидна.
-Не знаю, о чем вы говорите, да и плевать, если честно. – подвел свой итог Френтос. – Мне нужно найти Соккона, и точка. Если ты знаешь, где его искать, то…
Теперь замолчал Френтос, уже смирившись, что ему, чего он не делал почти никогда в жизни, о чем-то придется просить другого человека, тем более используя для этого слово «пожалуйста». Хоть он и был готов пожертвовать собой для помощи брату, и смертельные бои он начинал без особых раздумий, вопросы личностного характера решались им с большой неохотой, и говорить людям то, чего он не хочет, ему было уже куда сложнее. Тем более, если он к этому не привык, и считал это позором.
-Синокин.
Это слово вырвалось из уст Серпиона так резко, что даже Заэль удивился, услышав его теперь, спустя столько лет. Оно ни о чем не говорило Френтосу, но старый дракон, участвовавший в войне людей и имтердов после Великого Спуска на Севере, часто слышал имя этого города в разговорах трех Богов, правивших Королевством Света. Все они, Бог Света Альберт, Бог Ночи Гимилл, и лучший друг Заэля, Бог Небес Мосселькем, получили свои титулы Богов в том самом городе, и именно он был родиной всей человеческой расы. Что он слышал от Мосселькема – город был подземным, и именно оттуда на поверхность когда-то вышли Археи людей. Он всегда хотел увидеть этот город воочию, но никак не смог бы сделать этого из-за своих размеров. Даже от драконов, он был слишком скрыт, ибо слишком глубоко под землей находился. Это была неприступная территория для всех врагов людей, и именно там люди оставили все свои древние тайны, включая и ту, кем они были до выхода на поверхность.
-Что это? – не понял Френтос.
«Город. Родина всех людей. Он находится под землей, глубоко под городом Ренбиром.» - уточнил Заэль.
-Город под Ренбиром? Родина людей? – икнул Френтос.
-В его окрестностях я и тренировал твою сестру сражаться с имтердами. Как это когда-то делали мы. – приложил левую руку к болезненно трясущейся под нагрудником груди Серпион.
-Это все, конечно, здорово, но какого хрена Соккон делает там? – развел руками Френтос.
-Давай…не сейчас.
Со вздохом, левой рукой придерживая доспех на груди, правой рукой Серпион нащупал под мокрым песком рядом с собой рукоять копья, и, вытащив его оттуда одним сильным движением, осыпая его верхний и еще теплый слой, воткнул его вертикально в прикрывавшую его кучку справа перед собой. С невероятным усилием человека с буквально сломанной спиной, он одной правой рукой, сложив под собой ноги, поднялся на копье, сопровождая все свои движения отвратительными хрустами и стонами, тем не менее самому ему, очевидно, не помешавшими встать на ноги.
«Твоя выносливость все еще на уровне Бога. Отрадно видеть, что ты можешь оправиться даже после таких ранений.» - скорее всего улыбнулся (сложно судить по мимике столь огромной челюсти) Заэль.
-Бывало…и хуже. – все равно бессильно, трясясь сложно лист на ветру, упирался в древко копья правой рукой Серпион.
«Дело не только в телесных ранах.»
-Разве ты не видишь?.. – уже сдвинувшись с места, медленно и максимально аккуратно, с каждым шагом тяжело упираясь в копье как трость, шагал в сторону Френтоса он. – Наш пассажир торопится в Ренбир. Давай не будем…заставлять его ждать.
-Пассажир? – удивился Френтос.
Заэль многозначительно ухмыльнулся, тем самым обратив внимание Френтоса на себя самого, и в частности свои разминаемые активной тряской могучие крылья. Лицо Френтоса изменилось как-то само при осознании того, что будет происходить с ним дальше. Особой детской радостью залились его глаза, растеклась по лицу и не менее ребяческая улыбка. Охнув от самой возможности взглянуть на мир со спины драконы, тем более если тот быстро доставит его напрямую к брату, он буквально забыл обо всем, что происходило с ним совсем недавно, и из-за чего теперь у него болела голова, от бессилия тряслись руки, а с одной из тех рук еще текла кровь. Хотя, возможно, руки его тряслись и не только от бессилия. По крайней мере от бессилия «устоять перед полетом верхом на драконе», что, пожалуй, за всю историю мира удавалось лишь избранным единицам людей.
«Вместе мы доберемся до Ренбира за считаные часы.» - уверенно и гордо вытянул голову ввысь Заэль довольный возможностью по крайней мере сверху взглянуть на легендарную столицу расы людей самому, ведь прежде он не бывал на Западе, и только пару дней назад смог, наконец, перелететь туда через Бездну Марконнор с самого разрушенного войной Севера.
-Надеюсь, ты готов к этому путешествию. Тебе придется держаться самому, и держать меня. Понимаешь? – ухмыльнулся Серпион, лицом уже куда спокойней, будто Френтос и вправду выполнил свое обещание в ходе битвы, данное им перед ее началом. Он и вправду выбил из его головы дурные мысли, пускай и без обещанных зубов.
-Заодно, расскажешь мне, как Соккон попал в какой-то там город людей. – весело кивнул Серпиону Френтос, так же быстро переводя взгляд на Заэля. – Надеюсь, в небе не так холодно, как здесь?
Все они были готовы отправляться в Ренбир, и Серпион не собирался больше ничего скрывать от Френтоса. То была удивительная компания. Дракон, принявший сторону имтердов. Бог Природы, принявший сторону людей. И Френтос – потомок Археев имтердов, с кровью Архея людей, не принимающий никаких сторон до тех пор, пока не найдет брата. Все они были друзьями теперь, сведенными вместе не иначе, как судьбой.
«Судьба – забавная штука.» - невидимо всей троицей где-то рядом, из горы мусора вокруг арены, наблюдал за происходящим впереди небольшой, но очень насыщенный сгусток Черного Пламени. «На все есть воля Создателя. И коли нет Создателя - на все есть воля его Правителей.»
Наблюдая, как неумело и взволнованно Френтос поднимался по крылу великого дракона на самую его шею, таща за собой на спине постоянно скрипящего зубами от боли Серпиона, Заэль слишком о многом думал, и совсем не обращал внимания на звуки, что окружали его, и были тогда совсем рядом. За той же картиной наблюдал и Ультра, еще стоя совсем недалеко, за горами мусора, там найдя для себя место наблюдения, уже из остатков интереса к судьбе старого товарища Серпиона наблюдая за его изредка мелькающей на лице улыбки, чего тот не видел уже очень давно, и о виде чего совсем позабыл. Сгусток Черного Пламени висел в воздухе рядом с ним, и через него, из самой Бездны, на остатки арены цирка горящими Синим Пламенем глазами с интересом взирал сам Правитель Бездны.
-Наш соглядатай Кенн ведет себя очень странно. Он выполнил мою просьбу, но…меня не покидает предчувствие, что он донес Унзару наши планы не так, как мы об этом просили. – как оказалось, именно голосом некогда настоящего Бога Душ, запершего свою душу в доспехах, а именно ножнах на спине, проговорил Ультра.
-Их контракт завершен. Они более не станут нас слушать. – ухмыльнулся высоким смеющимся и двоящимся голосом сгусток Черного Пламени по имени Доран.
-Остальное мы предоставим Геллару?
-Хотелось бы, чтобы он сделал все так, как мы договаривались. Но я больше не вижу его. Черное Пламя внутри него скрыто от моего взора телом Актониса, отделяющего его от всех Миров. Хе-хе. – про себя тише и самоувереннее смеялся Доран. – Ты такой предсказуемый, Геллар. Тебе помог старый слепой дурак, и ты решил, что я ничего не узнаю? Хочешь меня провести?
Шепот, вечно сопровождавший Черное Пламя, вдруг стал громче, пусть и так оставался тихим, но уже куда более понятным. Ультра повернул шлем своих доспехов в сторону того сгустка совсем рядом с собой, и прислушался к его голосу. Именно голосом мыслей Дорана был тот шепот.
«Тогда ты думал, что используешь нас. Спустился в саму Бездну просить меня о помощи, и столь дерзким тоном, будто сам над нами властвовал. – думал про себя Доран, мелькая Синим Пламенем своих глаз в беспросветной Бездне, продолжая через небольшой осколок своего Пламени наблюдать за уже забравшимися на шею Заэля, устроившимися поудобнее между его шипов, Френтосом и Серпионом. – Я подарил тебе символ своего могущества, и попросил лишь об одной услуге взамен. Теперь ты уклоняешься от выплаты этого долга. Это обидно. Ведь мы на самом деле хотели помочь тебе…Геллар Кацера.»
На едва различимом лице самого крупного, похожего на крылатое живое существо, сгустка Черного Пламени, особенно жутко и неприятно на фоне бесконечной тьмы Бездны, вырывающимся из уголков его рта Синим Пламенем вырисовалась улыбка. На все протяжение пустот Бездны, от всего его Пламени, что еще носил на себе тяжелым грузом Мир Гармонии, затих шепот его мыслей, в которых он, в предвкушении настоящего представления совсем скоро, не мог сдержать смеха.
-Скажи, если что-то придумаешь. Я выполню любые просьбы. – будто в никуда сказал Ультра. (все близкие Дорану живые существа общаются с ним как к себе равному – он не любит, когда его возвышают, поскольку считает себя такой же «жертвой жестокости Создателя», как и все окружающие, и как раз последствия этой жестокости пытается исправить.)
-Все в порядке. Подождите немного, я сделаю все сам. Твой сюрприз для наших друзей уже на месте, и уже скоро я за ним зайду.
-Френтос поможет нам?
-Да. И не только он.
Ультра многозначительно вздохнул. Забавно, ведь в его доспехах правда была лишь пустота, но иногда он еще пытался имитировать свою прежнюю жизнь, что давно их покинула. План Дорана был абсолютно ему ясен, и ему не с чем было спорить. Он знал, когда закончится Эпоха Тишины, и какое событие начнет настоящее затишье всего мира в ее последний день. Всего день, и Геллар выполнит свое обязательно перед Бездной, пускай даже он этого не захочет. И, если это произойдет, исход Последней Войны будет уже предрешен.
?
Будучи зажатыми между шипов на самой голове Заэля, Френтос и Серпион были совершенно спокойны за безопасность полета, тем более уже имея опыт передвижения по воздуху, хоть и не сравнимый с полетом на драконе, но, по крайней мере, имеющий хоть малые с ним схожести. С высоты в сотню метров над особенно завораживающе залитой лунным светом землей, Френтос с некоторой печалью, но в то же время и сарказмом в мыслях, осматривал серьезно разрушенный бурей Серпиона Дафар, думая «жители не справились – мы им помогли».
-И только из-за какого-то врожденного страха Джером устроил самоубийство? – задумался Френтос.
«Джером не убил себя. Черное Пламя ему помешало.»
Френтос удивленно поднял глаза на все это время то и дело меняющего мимику под стать словам телепатии дракона. Пускай, от части, он об этом уже думал раньше.
«Он пытался говорить с девушкой в том доме, где вы были недавно, но та увидела Черное Пламя в его глазах, и испугалась его. Она сбежала от Джерома через окно, но тот схватил ее, и не выпускал. Она сильно ударила его по голове, и только тогда старый человек пришел в себя. На секунду, вернув сознание, он понял, что им управляет Черное Пламя, и сам попытался выгнать его из своей головы.»
-Ты видел даже то, что происходило за стенами отеля? – удивленно выпучил глаза Френтос, глядя на постоянно меняющееся мимикой под стать словам телепатии лицо дракона.
«В мире нет ничего абсолютного, Френтос. Идеал и совершенство – всего лишь иллюзия. Выдуманное нами понятие для обозначения степени превосходства вещей над прочими. Наш вид использует телепатию и эхолокацию, чтобы лучше ориентироваться в небе. Иногда мы не видим глазами то, что происходит ниже, под облаками. Издаваемый нами шум волнами отражается от предметов поднебесной, и сие вибрации мы чувствуем рогами. Так мы можем видеть все, до чего не могут добраться наши глаза. Если бы мои рога были достаточно чувствительны, я бы слышал все, все что происходит в мире вокруг нас, над землей, на земле, и под землей. Везде. И я совершенно точно знаю, что твой товарищ еще жив.»
-Но ведь звук исчезает с расстоянием…
«Нет.» - однозначно прервал слова Френтоса Заэль. «Абсолют – иллюзия. Не существует идеальных фигур, не бывает прямых углов, целых чисел, абсолютного нуля, и, точно так же, звук не может утихнуть до абсолютной тишины. С расстоянием он теряет силу, но не пропадает. Даже если его сила уменьшается до того, что мы станем ей пренебрегать.»
-То есть…и свет как-то проходит через любой материал? Даже через…
«Нет.» - так же повторил Заэль, окончательно ломая своими истинами восприятие мира Френтоса. «Свет лишь частицы, отражаемые от объектов, и отражением своим в наших органах зрения рисующие картины. В достаточно плотном материале частицы света теряются, и дальше им пути нет.»
-Д-да… - сглотнул Френтос, только теперь в полной мере осознавая, какую страшную для себя самого и своего слабо развитого восприятия беседу начал. – Сразу видно, что ты не человек.
«?» - многозначительно гортанным звуком удивления изобразил вопрос Заэль.
-По крайней мере «нормальные» люди о таком не разговаривают. – ухмыльнулся Френтос.
Заэль, обдумывая слова Френтос параллельно мыслям собственным и наверняка куда более важным, так же, понимая сарказм собеседника, ухмыльнулся.
-Значит, говоришь…Джером еще жив? Или жив, но…не совсем жив? – вернулся к недавней теме Френтос.
«Как и прочие жители, он стал един с Черным Пламенем. Сложно сказать, лучше ли эта судьба, нежели смерть.»
-Заэль?..
Хриплый голос со стороны, даже в окружающей тишине, легко отвлек дракона и Френтоса от разговора, переведя взгляд обоих в сторону лежащих наполовину в песке, наполовину скрытых им выше ржавых ворот. С усилием сжимая зубы, сдавленно и крайне болезненно дыша, хрустя шейными позвонками поднял голову к самой решетке макушкой Серпион. Кровь уже не текла из его крепко стиснутых губ, но вид его все так же оставлял желать лучшего. По крайней мере, он вернулся в сознание, и, очевидно, еще не собирался умирать от кровопотери. Его повреждения были внутренними, и их восстановление у октолимов в состоянии покоя было куда проще повреждений внешних. Хотя сломанные кости, разумеется, и для октолима были проблемой серьезной. И у Серпиона таких переломов точно было немало.
-Очнулся? Уже хорошо. Будет с кем нормально поговорить. – едва заметно улыбнулся Френтос.
-Ах! Я знаю…где искать твоего б-брата. – со вздохами от боли, от нее же щуря закрытые веки, громко кашлял Серпион.
-Знаешь!? – подскочил на месте Френтос.
-Знаю.
-Где? Нужно срочно туда бежать!
-Не так быстро. – серьезным взглядом теперь направленных в сторону Заэля глаз сверкнул Серпион. – Скажи, Заэль. Чью сторону ты выбрал.
Дракон явно замешкал, чуть тряхнув головой вниз, также сдвинув ниже и веки, меняя выражение лица.
«Я видел, что делала армия Совенрара и Хемирнира на Севере. У людей нет шансов победить в этой войне. Я принял решение…следовать за ними» - транслировал свои мысли Серпиону и Френтосу он.
-Мы оба знаем…как оно на самом деле. Ты просто не можешь бросить Мосселькема одного. – уже проще вздохнул Серпион.
Дракон молчал. И ему, и Серпиону, правота последнего была очевидна.
-Не знаю, о чем вы говорите, да и плевать, если честно. – подвел свой итог Френтос. – Мне нужно найти Соккона, и точка. Если ты знаешь, где его искать, то…
Теперь замолчал Френтос, уже смирившись, что ему, чего он не делал почти никогда в жизни, о чем-то придется просить другого человека, тем более используя для этого слово «пожалуйста». Хоть он и был готов пожертвовать собой для помощи брату, и смертельные бои он начинал без особых раздумий, вопросы личностного характера решались им с большой неохотой, и говорить людям то, чего он не хочет, ему было уже куда сложнее. Тем более, если он к этому не привык, и считал это позором.
-Синокин.
Это слово вырвалось из уст Серпиона так резко, что даже Заэль удивился, услышав его теперь, спустя столько лет. Оно ни о чем не говорило Френтосу, но старый дракон, участвовавший в войне людей и имтердов после Великого Спуска на Севере, часто слышал имя этого города в разговорах трех Богов, правивших Королевством Света. Все они, Бог Света Альберт, Бог Ночи Гимилл, и лучший друг Заэля, Бог Небес Мосселькем, получили свои титулы Богов в том самом городе, и именно он был родиной всей человеческой расы. Что он слышал от Мосселькема – город был подземным, и именно оттуда на поверхность когда-то вышли Археи людей. Он всегда хотел увидеть этот город воочию, но никак не смог бы сделать этого из-за своих размеров. Даже от драконов, он был слишком скрыт, ибо слишком глубоко под землей находился. Это была неприступная территория для всех врагов людей, и именно там люди оставили все свои древние тайны, включая и ту, кем они были до выхода на поверхность.
-Что это? – не понял Френтос.
«Город. Родина всех людей. Он находится под землей, глубоко под городом Ренбиром.» - уточнил Заэль.
-Город под Ренбиром? Родина людей? – икнул Френтос.
-В его окрестностях я и тренировал твою сестру сражаться с имтердами. Как это когда-то делали мы. – приложил левую руку к болезненно трясущейся под нагрудником груди Серпион.
-Это все, конечно, здорово, но какого хрена Соккон делает там? – развел руками Френтос.
-Давай…не сейчас.
Со вздохом, левой рукой придерживая доспех на груди, правой рукой Серпион нащупал под мокрым песком рядом с собой рукоять копья, и, вытащив его оттуда одним сильным движением, осыпая его верхний и еще теплый слой, воткнул его вертикально в прикрывавшую его кучку справа перед собой. С невероятным усилием человека с буквально сломанной спиной, он одной правой рукой, сложив под собой ноги, поднялся на копье, сопровождая все свои движения отвратительными хрустами и стонами, тем не менее самому ему, очевидно, не помешавшими встать на ноги.
«Твоя выносливость все еще на уровне Бога. Отрадно видеть, что ты можешь оправиться даже после таких ранений.» - скорее всего улыбнулся (сложно судить по мимике столь огромной челюсти) Заэль.
-Бывало…и хуже. – все равно бессильно, трясясь сложно лист на ветру, упирался в древко копья правой рукой Серпион.
«Дело не только в телесных ранах.»
-Разве ты не видишь?.. – уже сдвинувшись с места, медленно и максимально аккуратно, с каждым шагом тяжело упираясь в копье как трость, шагал в сторону Френтоса он. – Наш пассажир торопится в Ренбир. Давай не будем…заставлять его ждать.
-Пассажир? – удивился Френтос.
Заэль многозначительно ухмыльнулся, тем самым обратив внимание Френтоса на себя самого, и в частности свои разминаемые активной тряской могучие крылья. Лицо Френтоса изменилось как-то само при осознании того, что будет происходить с ним дальше. Особой детской радостью залились его глаза, растеклась по лицу и не менее ребяческая улыбка. Охнув от самой возможности взглянуть на мир со спины драконы, тем более если тот быстро доставит его напрямую к брату, он буквально забыл обо всем, что происходило с ним совсем недавно, и из-за чего теперь у него болела голова, от бессилия тряслись руки, а с одной из тех рук еще текла кровь. Хотя, возможно, руки его тряслись и не только от бессилия. По крайней мере от бессилия «устоять перед полетом верхом на драконе», что, пожалуй, за всю историю мира удавалось лишь избранным единицам людей.
«Вместе мы доберемся до Ренбира за считаные часы.» - уверенно и гордо вытянул голову ввысь Заэль довольный возможностью по крайней мере сверху взглянуть на легендарную столицу расы людей самому, ведь прежде он не бывал на Западе, и только пару дней назад смог, наконец, перелететь туда через Бездну Марконнор с самого разрушенного войной Севера.
-Надеюсь, ты готов к этому путешествию. Тебе придется держаться самому, и держать меня. Понимаешь? – ухмыльнулся Серпион, лицом уже куда спокойней, будто Френтос и вправду выполнил свое обещание в ходе битвы, данное им перед ее началом. Он и вправду выбил из его головы дурные мысли, пускай и без обещанных зубов.
-Заодно, расскажешь мне, как Соккон попал в какой-то там город людей. – весело кивнул Серпиону Френтос, так же быстро переводя взгляд на Заэля. – Надеюсь, в небе не так холодно, как здесь?
Все они были готовы отправляться в Ренбир, и Серпион не собирался больше ничего скрывать от Френтоса. То была удивительная компания. Дракон, принявший сторону имтердов. Бог Природы, принявший сторону людей. И Френтос – потомок Археев имтердов, с кровью Архея людей, не принимающий никаких сторон до тех пор, пока не найдет брата. Все они были друзьями теперь, сведенными вместе не иначе, как судьбой.
«Судьба – забавная штука.» - невидимо всей троицей где-то рядом, из горы мусора вокруг арены, наблюдал за происходящим впереди небольшой, но очень насыщенный сгусток Черного Пламени. «На все есть воля Создателя. И коли нет Создателя - на все есть воля его Правителей.»
Наблюдая, как неумело и взволнованно Френтос поднимался по крылу великого дракона на самую его шею, таща за собой на спине постоянно скрипящего зубами от боли Серпиона, Заэль слишком о многом думал, и совсем не обращал внимания на звуки, что окружали его, и были тогда совсем рядом. За той же картиной наблюдал и Ультра, еще стоя совсем недалеко, за горами мусора, там найдя для себя место наблюдения, уже из остатков интереса к судьбе старого товарища Серпиона наблюдая за его изредка мелькающей на лице улыбки, чего тот не видел уже очень давно, и о виде чего совсем позабыл. Сгусток Черного Пламени висел в воздухе рядом с ним, и через него, из самой Бездны, на остатки арены цирка горящими Синим Пламенем глазами с интересом взирал сам Правитель Бездны.
-Наш соглядатай Кенн ведет себя очень странно. Он выполнил мою просьбу, но…меня не покидает предчувствие, что он донес Унзару наши планы не так, как мы об этом просили. – как оказалось, именно голосом некогда настоящего Бога Душ, запершего свою душу в доспехах, а именно ножнах на спине, проговорил Ультра.
-Их контракт завершен. Они более не станут нас слушать. – ухмыльнулся высоким смеющимся и двоящимся голосом сгусток Черного Пламени по имени Доран.
-Остальное мы предоставим Геллару?
-Хотелось бы, чтобы он сделал все так, как мы договаривались. Но я больше не вижу его. Черное Пламя внутри него скрыто от моего взора телом Актониса, отделяющего его от всех Миров. Хе-хе. – про себя тише и самоувереннее смеялся Доран. – Ты такой предсказуемый, Геллар. Тебе помог старый слепой дурак, и ты решил, что я ничего не узнаю? Хочешь меня провести?
Шепот, вечно сопровождавший Черное Пламя, вдруг стал громче, пусть и так оставался тихим, но уже куда более понятным. Ультра повернул шлем своих доспехов в сторону того сгустка совсем рядом с собой, и прислушался к его голосу. Именно голосом мыслей Дорана был тот шепот.
«Тогда ты думал, что используешь нас. Спустился в саму Бездну просить меня о помощи, и столь дерзким тоном, будто сам над нами властвовал. – думал про себя Доран, мелькая Синим Пламенем своих глаз в беспросветной Бездне, продолжая через небольшой осколок своего Пламени наблюдать за уже забравшимися на шею Заэля, устроившимися поудобнее между его шипов, Френтосом и Серпионом. – Я подарил тебе символ своего могущества, и попросил лишь об одной услуге взамен. Теперь ты уклоняешься от выплаты этого долга. Это обидно. Ведь мы на самом деле хотели помочь тебе…Геллар Кацера.»
На едва различимом лице самого крупного, похожего на крылатое живое существо, сгустка Черного Пламени, особенно жутко и неприятно на фоне бесконечной тьмы Бездны, вырывающимся из уголков его рта Синим Пламенем вырисовалась улыбка. На все протяжение пустот Бездны, от всего его Пламени, что еще носил на себе тяжелым грузом Мир Гармонии, затих шепот его мыслей, в которых он, в предвкушении настоящего представления совсем скоро, не мог сдержать смеха.
-Скажи, если что-то придумаешь. Я выполню любые просьбы. – будто в никуда сказал Ультра. (все близкие Дорану живые существа общаются с ним как к себе равному – он не любит, когда его возвышают, поскольку считает себя такой же «жертвой жестокости Создателя», как и все окружающие, и как раз последствия этой жестокости пытается исправить.)
-Все в порядке. Подождите немного, я сделаю все сам. Твой сюрприз для наших друзей уже на месте, и уже скоро я за ним зайду.
-Френтос поможет нам?
-Да. И не только он.
Ультра многозначительно вздохнул. Забавно, ведь в его доспехах правда была лишь пустота, но иногда он еще пытался имитировать свою прежнюю жизнь, что давно их покинула. План Дорана был абсолютно ему ясен, и ему не с чем было спорить. Он знал, когда закончится Эпоха Тишины, и какое событие начнет настоящее затишье всего мира в ее последний день. Всего день, и Геллар выполнит свое обязательно перед Бездной, пускай даже он этого не захочет. И, если это произойдет, исход Последней Войны будет уже предрешен.
?
Глава 6: Драконьи истории.
Будучи зажатыми между шипов на самой голове Заэля, Френтос и Серпион были совершенно спокойны за безопасность полета, тем более уже имея опыт передвижения по воздуху, хоть и не сравнимый с полетом на драконе, но, по крайней мере, имеющий хоть малые с ним схожести. С высоты в сотню метров над особенно завораживающе залитой лунным светом землей, Френтос с некоторой печалью, но в то же время и сарказмом в мыслях, осматривал серьезно разрушенный бурей Серпиона Дафар, думая «жители не справились – мы им помогли».
