Старшина Борисенко достал из кобуры револьвер, будто-бы почувствовав что-то неладное. В этот момент в глубине остановившейся колонны в ЗИСу Митюшина, копошился боец конвойной роты Хабибулин. Он шарил по кабине в поисках одному ему известной вещи.
-Что ты потерял? – недовольно спросил Константин.
-Звездочку с пилотки, - пожаловался парень.
-Брось. Потом найдешь. Лучше посмотри, в чем заминка, - попросил водитель. Солдат внутренних войск недовольно засопел и шагнул на подножку. Тут и грохнул выстрел, а за ним второй, третий. Митюшин моментально вылетел из кабины и от страха залег за колесо. Его карабин, так и остался в ЗИСу. Перестрелка быстро набирала обороты. Бойцы сопровождения груза, палили в темноту ночи. По вспышкам из-за деревьев можно было определить, что нападавшие устроили им засаду, разместившись по обе стороны дороги. Когда в дело вступили автоматы Шпагина, ситуация поменялась в пользу парней из народного комиссариата внутренних дел. ППШ прошлись свинцовыми струями по ближайшим кустам. В ответ пальнули пару раз и все стихло. Машины, урча моторами, стояли одна за другой, освещая своим светом часть безлюдной дороги. Самое время забрать из кабины карабин. Он придал Митюшину некоторой уверенности.
-Сержант Петренко, возьмите двух бойцов и проверьте правую обочину, - послышался командирский голос Карпова.
-Есть, - раздалось у Константина за спиной. Митюшин обернулся и увидел сержанта.
-Пойдешь со мной, - приказал Петренко.
-Так, я же водитель, - хотел избежать такой роли Костик, но Петренко ничего не хотел слышать. С опаской Митюшин вышел из-за капота машины следом за сержантом. Карабин держал наизготовку. Справа от его грузовика в луже крови лежал Хабибулин. Костя переступил через труп и побежал к лесу, стараясь выйти из полосы света. Среди деревьев стало не по себе. Мало ли откуда могли пальнуть. Прикрываясь стволами деревьев, провели разведку. Нашли в кустах одного убитого и больше никого. Когда вернулись, лейтенант Карпов стоял возле их легкового ГАЗ М-1. «Эмка» была изрешечена пулями, и в ее салоне уткнувшись головой в руль, сидел убитый водитель и на заднем сидении распластался с револьвером в руке старшина Борисенко. От места, где стоял фиктивный комендантский патруль, возвращался Храпач с несколькими солдатами.
-Что там? – коротко спросил Карпов.
-Два трупа. Документов нет. Машина сумела скрыться. Капитан Баранов мертв.
Андрей Храпач протянул Карпову планшет капитана.
-Что будем делать? – немного растерянно задал вопрос лейтенант.
-Командование беру на себя, - уверенно ответил Карпов. С этим никто не перечил. Все ждали четких указаний.
-Задача остается прежней. Трупы убрать с дороги. Личные документы изъять.
-Мы, что бросим их здесь? – удивился Андрей.
-Что ты предлагаешь? – резко спросил молодой лейтенант, принявший на себя командование.
-Надо в управление сообщить и похоронить погибших, - не совсем уверенно заявил Храпач.
-Может нам вернуться? – с издевкой произнес Сергей.
-Если мы попали в засаду к бандитам, то полбеды, а если это диверсионная группа Абвера? Баранов нас об этом предупреждал. У нас нет времени на захоронение. Пусть капитан нас простит. Он бы и сам так поступил. Тела оставить на обочине. Продолжаем движение. Андрей, сантименты в сторону, это война. Теперь мы с тобой ответственные за груз. Остаешься замыкающим. Я еду в головной машине. Понятно?
-Понятно, - процедил сквозь зубы Храпач.
-Что будем делать с банковским работником? В машине его не оказалось, а все сопроводительные документы к грузу у него, - обозначил еще одну проблему Храпач. Его товарищ долго думать не стал.
-Искать мне его не когда. Кому надо, примут по факту. Наша задача добраться до Москвы. По машинам! Продолжить движение!
Митюшин лично оттащил с дороги Хабибулина, забрав его документы и оружие. Колонна, оставив у расстрелянной «эмки» тела погибших воинов, продолжила свой путь.
Причину своей головной боли Владимир узнал из включенного в машине радиоприемника. Оказывается, метеорологи предупреждали о магнитной буре, которая возможно продлится в течение нескольких дней. Его организм всегда реагировал на подобные природные изменения и теперь ничего хорошего ждать не приходилось. Ему повезло, что эта напасть приключилась в конце рабочего дня. Он припарковал своего старенького «Опеля» напротив цветочной клумбы в их дворе. Это место он отвоевал у соседа из первого этажа после долгих споров и теперь нигде, кроме, как у клумбы, не парковался. Прихватил с собой портфель, в котором Владимир носил канцелярские принадлежности, иногда деловые бумаги и тормозок, приготовленный заботливой женой. В офисе своей фирмы Кузнецов предпочитал обедать не в кафе, как зачастую делали молодые сотрудники, а в специально отведенной для этого комнате и только продуктами, которые ежедневно готовила для него Ольга. Контейнеры с разными блюдами, Оля, как и полагается женщине из Донбасса, называла тормозком, чем всегда вызывала добродушную улыбку у Владимира. Сколько они живут в Смоленске, а Олька все переиначивала на донецкий лад. Тещины гены, и с этим ничего не поделать. Едва он переступил порог квартиры, как жена сразу-же поняла, что с мужем, что-то не так.
-Проблемы на работе? – поинтересовалась Ольга, забирая из его рук портфель.
-Да, нет, - поспешил заверить ее Владимир, снимая туфли, и надевая домашние тапочки.
-Гидрометцентр предупредил о магнитных бурях и у меня просто раскалывается голова, - признался Кузнецов. Не успел он выйти из ванной, как жена стояла с таблеткой цитрамона и стаканом воды. Какая она у него все-таки обходительная! Никогда не жалел, что судьба свела его с Оленькой. Пока женушка возилась на кухне, готовя ужин, Владимир устроился на диване и включил телевизор. Первый канал предоставил его вниманию художественный фильм «Обоз», о команде девушек во главе со старшиной, которые доставляли во время войны спирт на передовую.
-Что это тебя на военную тематику потянуло? – прощебетала жена, заметив, что смотрин Володька.
-Люблю фильмы о войне и актеры здесь ничего, - ответил, не оборачиваясь Кузнецов.
-Говоришь, голова болит, а сам на девок пялишься, - пошутила Олька.
-Иди ужинать, - пригласили мужчину. Владимир досмотрел фильм, ровно до второй рекламы. За столом Олька, как обычно, рассказала парочку сплетен, со своей работы и Володя поделился новостями из офиса. Потом он досмотрел фильм и поплелся в спальню. Цитрамон помог, но ненадолго. Мужчина рассчитывал пораньше лечь спать, пока головная боль не вернулась с новой силой. Натянул пижаму и умостился на кровати спиной к жене, чтобы свет от торшера, который горел у ее изголовья, не мешал ему заснуть. Оля любила перед сном почитать книгу, и сегодня тоже соблюдала сложившуюся традицию. Владимир немного поворочался и закрыл глаза.
Из приятной неги его вывел сильный удар. Такое чувство, словно автомобиль влетел в глубокую яму. Весь вопрос, какой автомобиль? Глаза автоматически открылись. Кругом ночь и он сидит в какой-то деревянной коробке со стеклянными бортами. Нет, это даже не коробка, а кабина. Кабина машины. Это можно понять по гулу мотора и узкому лучу света от фар. Лоб зудел от удара. Он приложился головой в лобовое стекло, если его так можно было назвать. Скорее оно было похоже на раму в каком-то курятнике, чем на лобовуху. Все сделано из дерева, наспех окрашенного в зеленый цвет. Сидение жесткое и неудобное. Обескураженный Володя повернул голову влево и встретился взглядом с перепуганным водителем, одетым в армейскую гимнастерку старого образца, с красными петлицами на вороте. Сон настолько реалистичен, что он чувствовал одним местом каждую ухабину на дороге, под колесами этого грузовика. С рессорами у машины были явно нелады. Водила, заорал, что-то нечленораздельное и нажал на тормоза. Кузнецов вторично совершил таран головой, благо оба удара пришлись на деревянную раму, и стекло осталось целым. Военный метнулся в кювет. Сзади засигналили. Теперь Владимир догадался, что его машина находилась в составе колонны. Впереди идущий грузовик, задний борт которого находился в свете их фар, сбавил ход. Таких реалистических снов Володька не видел никогда. Сквозь брошенную открытой дверцу кабины, мужчина видел водителя, орущего благим матом и тыкающего пальцем в его сторону. В свете их фар появился военный в фуражке с синей тульей и малиновым околышем. Через плечо портупея, а на правом боку кобура с пистолетом, а в руках автомат с дисковым магазином.
-Ты, что творишь, гаденыш? Дезертировать вздумал? Да я тебя под трибунал отправлю! – повел в его сторону автоматом офицер.
-Там, там, мужик какой-то в пижаме! – залепетал водитель, не спуская глаз с кабины. У Кузнецова вспотели ладошки. Что за сон такой? Ему стало страшно. Захотелось проснуться. Начальник, ослепленный светом фар, пока еще не видел трясущегося от страха Кузнецова.
-Митюшин, что ты несешь? Какой мужик? Ты часом не пьян?
-Ни как нет, товарищ лейтенант! Какая пьянка? – отрицал такую возможность шофер.
-Тогда почему покинул машину? – не понимал офицер причину такого поведения.
-Так я же говорю, что в машине, откуда ни возьмись, мужик в пижаме появился! – стоял на своем Митюшин.
-Мужик говоришь? – процедил сквозь зубы лейтенант, поворачиваясь к машине. Даже несмотря, что это был сон, Володя вспомнил свою покойную мамочку.
-Мамочка! – зашептал Кузнецов и проснулся весь в холодном поту. Над ним склонилась жена.
-Тебе, что-то приснилось? Кошмары? – участливо спросила Ольга. Он вытер пот со лба.
-Еще какие!
Владимир встал и прошел на кухню. Выпил стакан воды и в открытую форточку выкурил сигарету. И приснится же такое? Немного пошаркивая ногами в тапочках, вернулся в спальню. Оля погасила торшер и лежала под одеялом, мирно посапывая.
-Неужели спит? – подумал Володя. Везет же людям! Скрипнула кровать под его весом и он, лежа на спине, уставился в потолок. Спать хотелось, но мужчина почему-то боялся, что вдруг этот кошмар повторится? Впрочем, так и получилось. Переход от спальни до кабины ЗИСа прошел моментально, лишь едва он закрыл глаза. Кузнецов рассмотрел цифры номера, нарисованные белой краской, на борту идущего впереди грузовика. Водитель снова в немом ужасе подвинулся к деревянной дверце. Кто больше испугался, это еще вопрос? Таких настырных ночных ужасов Кузнецов не испытывал никогда.
-Только не ори. Давай поговорим, - попросил он шофера. Парень боялся призраков, но еще больше он боялся лейтенанта, который точно его прибьет, если он выкинет еще один подобный фортель. Уж лучше ехать с призраком, чем с лейтенантом. К тому же потустороннее явление не проявляло агрессии.
-Давай, - согласился Митюшин.
-Как тебя зовут? – миролюбиво поинтересовался Володя.
-Константин, - представился шофер.
-А меня Владимир.
-У призраков есть имена? – покосился на спутника Костя.
-Каких призраков? Ты думаешь, что я призрак? – догадался Кузнецов о ком идет речь.
-А кто же ты тогда если не призрак? Как очутился в моей машине? Я пассажиров не брал.
Вопрос логичный. Что на него ответить? Сказать, что это сон? Уж больно этот сон похож на реальность. Но с другой стороны, что это может быть, если не сновидение? Он ведь уже просыпался, и ничего этого не было. Игры разума какие-то! Он конечно не научный сотрудник и во всяких теориях не разбирается, поэтому сам ничего не понимал и толком объяснить не мог. Да и к чему это, если как только он откроет глаза, Константин исчезнет.
-Наверное, ты прав. Скорее всего, я призрак, только этого еще сам не понял.
-Умер своей смертью или под бомбежку попал? – продолжал странную беседу Митюшин. Что ответить? Признать себя покойником? Но, ведь живых призраков не бывает и значит, по логике вещей, он должен был умереть. Если заговорил о бомбежке, то Володька непонятным образом оказался в информационном поле, связанном с Великой отечественной войной. Отсутствие погон у соседа говорило, что сейчас 1941 или 1942 год. Мысль о возможной смерти от взрыва авиационной бомбы вызывала у него неприятные ощущения.
-Наверное, своей. Не помню. Лег в постель, закрыл глаза и очутился здесь, - не соврал Кузнецов.
-Это понятно, - кивнул водитель на его пижаму.
-И каково быть призраком?
-Не знаю. Полностью не осмыслил. Образовались какие-то пробелы в памяти.
Костя весело хмыкнул.
-Не мудрено.
-Может, поможешь мне их восполнить? – попросил помощи Владимир.
-Я? Ну, ты даешь! Чем я могу призраку помочь?
-Ответь на несколько вопросов. Какой сейчас год?
- 1941 понятное дело. Ты когда представился то? – продолжал общение Митюшин. Этот вопрос Володька оставил без ответа.
-Где мы сейчас? – продолжал интересоваться Кузнецов.
-Под Смоленском.
-И куда едем? Что везем? – посыпались вопросы. Тут Митюшин насторожился.
-Не похож ты на призрака. Уж больно любопытен, и не прозрачный, как они бывают. Шпион ты, немецкий, - потянулся Костя за карабином, который стоял у него за спиной. Как бы он тут с ним развернулся, непонятно, но то, что парень принял его за врага, было не очень хорошо. В молодости Володьке снились женщины, и в своих эротических грезах присутствовало ощущение реальности, но сейчас реальность просто била фонтаном. От того, что водитель потянулся за оружием и отвлекся от управления транспортным средством, грузовик повело в сторону кювета. Кузнецов перехватил руль и всем телом прижал шофера к дверце.
-Какой шпион? В пижаме? Пусти ствол! Пусти, говорю. Сейчас слетим с дороги и перевернемся.
Это предупреждение подействовало. Костя взялся за баранку двумя руками.
-Ты кто такой и откуда здесь взялся? Руки теплые, значит не покойник.
-Молодец! Догадливый.
-Послушай Вова или как тебя там? Я сейчас остановлюсь и тебе конец. Ты влез в машину с секретным грузом, и лейтенант тебя поставит к стенке. Никто с тобой разбираться не станет. Ты явно немецкий агент, - угрожающе сообщил водитель, все еще косо посматривая на карабин.
-Дурак, ты Костя! Ты видел, как я садился к тебе в кабину? Нет? А когда выскакивал из машины, то почему тогда твой лейтенант меня не застрелил? Молчишь? А может он меня не обнаружил? Может меня просто не стало?
-Но, так не бывает! – не знал, как это все объяснить военный.
-Ты ведь не призрак?
-Не призрак, призрак, какая разница? - сопел Володя.
-Если остановишься, то я снова исчезну, а тебе влетит от твоего лейтенанта. Хочешь попробовать еще один раз? – схитрил Кузнецов, сам не зная механизма перехода в другое состояние. Судя по физиономии Митюшина, рисковать он не собирался.
-Это какой-то фокус? – хотел Константин хоть что-то услышать для пояснения возникшей ситуации.
-Что тебе надо?
-Мне? Ничего мне не надо. Я хочу проснуться и забыть этот кошмар, - нервничал Владимир.
-Так ты спишь или помер? – задавал наводящие вопросы Костя.
-В том то и дело, что сам не разобрался. Лег дома в постель, закрыл глаза и оказался здесь с тобой.
-А-а, пижама! – не договорил Митюшин, отнеся эту улику с формой одежды, как доказательство версии гостя.
-Я же говорю, что лег спать, - пытался пояснить необъяснимую ситуацию Кузнецов.
-Чертовщина какая-то! – не верил ему солдат.
-Разве можно, вот так лечь спать, и проснуться неизвестно где?
В ответ Владимир только тяжело вздохнул.
-Что ты потерял? – недовольно спросил Константин.
-Звездочку с пилотки, - пожаловался парень.
-Брось. Потом найдешь. Лучше посмотри, в чем заминка, - попросил водитель. Солдат внутренних войск недовольно засопел и шагнул на подножку. Тут и грохнул выстрел, а за ним второй, третий. Митюшин моментально вылетел из кабины и от страха залег за колесо. Его карабин, так и остался в ЗИСу. Перестрелка быстро набирала обороты. Бойцы сопровождения груза, палили в темноту ночи. По вспышкам из-за деревьев можно было определить, что нападавшие устроили им засаду, разместившись по обе стороны дороги. Когда в дело вступили автоматы Шпагина, ситуация поменялась в пользу парней из народного комиссариата внутренних дел. ППШ прошлись свинцовыми струями по ближайшим кустам. В ответ пальнули пару раз и все стихло. Машины, урча моторами, стояли одна за другой, освещая своим светом часть безлюдной дороги. Самое время забрать из кабины карабин. Он придал Митюшину некоторой уверенности.
-Сержант Петренко, возьмите двух бойцов и проверьте правую обочину, - послышался командирский голос Карпова.
-Есть, - раздалось у Константина за спиной. Митюшин обернулся и увидел сержанта.
-Пойдешь со мной, - приказал Петренко.
-Так, я же водитель, - хотел избежать такой роли Костик, но Петренко ничего не хотел слышать. С опаской Митюшин вышел из-за капота машины следом за сержантом. Карабин держал наизготовку. Справа от его грузовика в луже крови лежал Хабибулин. Костя переступил через труп и побежал к лесу, стараясь выйти из полосы света. Среди деревьев стало не по себе. Мало ли откуда могли пальнуть. Прикрываясь стволами деревьев, провели разведку. Нашли в кустах одного убитого и больше никого. Когда вернулись, лейтенант Карпов стоял возле их легкового ГАЗ М-1. «Эмка» была изрешечена пулями, и в ее салоне уткнувшись головой в руль, сидел убитый водитель и на заднем сидении распластался с револьвером в руке старшина Борисенко. От места, где стоял фиктивный комендантский патруль, возвращался Храпач с несколькими солдатами.
-Что там? – коротко спросил Карпов.
-Два трупа. Документов нет. Машина сумела скрыться. Капитан Баранов мертв.
Андрей Храпач протянул Карпову планшет капитана.
-Что будем делать? – немного растерянно задал вопрос лейтенант.
-Командование беру на себя, - уверенно ответил Карпов. С этим никто не перечил. Все ждали четких указаний.
-Задача остается прежней. Трупы убрать с дороги. Личные документы изъять.
-Мы, что бросим их здесь? – удивился Андрей.
-Что ты предлагаешь? – резко спросил молодой лейтенант, принявший на себя командование.
-Надо в управление сообщить и похоронить погибших, - не совсем уверенно заявил Храпач.
-Может нам вернуться? – с издевкой произнес Сергей.
-Если мы попали в засаду к бандитам, то полбеды, а если это диверсионная группа Абвера? Баранов нас об этом предупреждал. У нас нет времени на захоронение. Пусть капитан нас простит. Он бы и сам так поступил. Тела оставить на обочине. Продолжаем движение. Андрей, сантименты в сторону, это война. Теперь мы с тобой ответственные за груз. Остаешься замыкающим. Я еду в головной машине. Понятно?
-Понятно, - процедил сквозь зубы Храпач.
-Что будем делать с банковским работником? В машине его не оказалось, а все сопроводительные документы к грузу у него, - обозначил еще одну проблему Храпач. Его товарищ долго думать не стал.
-Искать мне его не когда. Кому надо, примут по факту. Наша задача добраться до Москвы. По машинам! Продолжить движение!
Митюшин лично оттащил с дороги Хабибулина, забрав его документы и оружие. Колонна, оставив у расстрелянной «эмки» тела погибших воинов, продолжила свой путь.
Глава 2
Причину своей головной боли Владимир узнал из включенного в машине радиоприемника. Оказывается, метеорологи предупреждали о магнитной буре, которая возможно продлится в течение нескольких дней. Его организм всегда реагировал на подобные природные изменения и теперь ничего хорошего ждать не приходилось. Ему повезло, что эта напасть приключилась в конце рабочего дня. Он припарковал своего старенького «Опеля» напротив цветочной клумбы в их дворе. Это место он отвоевал у соседа из первого этажа после долгих споров и теперь нигде, кроме, как у клумбы, не парковался. Прихватил с собой портфель, в котором Владимир носил канцелярские принадлежности, иногда деловые бумаги и тормозок, приготовленный заботливой женой. В офисе своей фирмы Кузнецов предпочитал обедать не в кафе, как зачастую делали молодые сотрудники, а в специально отведенной для этого комнате и только продуктами, которые ежедневно готовила для него Ольга. Контейнеры с разными блюдами, Оля, как и полагается женщине из Донбасса, называла тормозком, чем всегда вызывала добродушную улыбку у Владимира. Сколько они живут в Смоленске, а Олька все переиначивала на донецкий лад. Тещины гены, и с этим ничего не поделать. Едва он переступил порог квартиры, как жена сразу-же поняла, что с мужем, что-то не так.
-Проблемы на работе? – поинтересовалась Ольга, забирая из его рук портфель.
-Да, нет, - поспешил заверить ее Владимир, снимая туфли, и надевая домашние тапочки.
-Гидрометцентр предупредил о магнитных бурях и у меня просто раскалывается голова, - признался Кузнецов. Не успел он выйти из ванной, как жена стояла с таблеткой цитрамона и стаканом воды. Какая она у него все-таки обходительная! Никогда не жалел, что судьба свела его с Оленькой. Пока женушка возилась на кухне, готовя ужин, Владимир устроился на диване и включил телевизор. Первый канал предоставил его вниманию художественный фильм «Обоз», о команде девушек во главе со старшиной, которые доставляли во время войны спирт на передовую.
-Что это тебя на военную тематику потянуло? – прощебетала жена, заметив, что смотрин Володька.
-Люблю фильмы о войне и актеры здесь ничего, - ответил, не оборачиваясь Кузнецов.
-Говоришь, голова болит, а сам на девок пялишься, - пошутила Олька.
-Иди ужинать, - пригласили мужчину. Владимир досмотрел фильм, ровно до второй рекламы. За столом Олька, как обычно, рассказала парочку сплетен, со своей работы и Володя поделился новостями из офиса. Потом он досмотрел фильм и поплелся в спальню. Цитрамон помог, но ненадолго. Мужчина рассчитывал пораньше лечь спать, пока головная боль не вернулась с новой силой. Натянул пижаму и умостился на кровати спиной к жене, чтобы свет от торшера, который горел у ее изголовья, не мешал ему заснуть. Оля любила перед сном почитать книгу, и сегодня тоже соблюдала сложившуюся традицию. Владимир немного поворочался и закрыл глаза.
Из приятной неги его вывел сильный удар. Такое чувство, словно автомобиль влетел в глубокую яму. Весь вопрос, какой автомобиль? Глаза автоматически открылись. Кругом ночь и он сидит в какой-то деревянной коробке со стеклянными бортами. Нет, это даже не коробка, а кабина. Кабина машины. Это можно понять по гулу мотора и узкому лучу света от фар. Лоб зудел от удара. Он приложился головой в лобовое стекло, если его так можно было назвать. Скорее оно было похоже на раму в каком-то курятнике, чем на лобовуху. Все сделано из дерева, наспех окрашенного в зеленый цвет. Сидение жесткое и неудобное. Обескураженный Володя повернул голову влево и встретился взглядом с перепуганным водителем, одетым в армейскую гимнастерку старого образца, с красными петлицами на вороте. Сон настолько реалистичен, что он чувствовал одним местом каждую ухабину на дороге, под колесами этого грузовика. С рессорами у машины были явно нелады. Водила, заорал, что-то нечленораздельное и нажал на тормоза. Кузнецов вторично совершил таран головой, благо оба удара пришлись на деревянную раму, и стекло осталось целым. Военный метнулся в кювет. Сзади засигналили. Теперь Владимир догадался, что его машина находилась в составе колонны. Впереди идущий грузовик, задний борт которого находился в свете их фар, сбавил ход. Таких реалистических снов Володька не видел никогда. Сквозь брошенную открытой дверцу кабины, мужчина видел водителя, орущего благим матом и тыкающего пальцем в его сторону. В свете их фар появился военный в фуражке с синей тульей и малиновым околышем. Через плечо портупея, а на правом боку кобура с пистолетом, а в руках автомат с дисковым магазином.
-Ты, что творишь, гаденыш? Дезертировать вздумал? Да я тебя под трибунал отправлю! – повел в его сторону автоматом офицер.
-Там, там, мужик какой-то в пижаме! – залепетал водитель, не спуская глаз с кабины. У Кузнецова вспотели ладошки. Что за сон такой? Ему стало страшно. Захотелось проснуться. Начальник, ослепленный светом фар, пока еще не видел трясущегося от страха Кузнецова.
-Митюшин, что ты несешь? Какой мужик? Ты часом не пьян?
-Ни как нет, товарищ лейтенант! Какая пьянка? – отрицал такую возможность шофер.
-Тогда почему покинул машину? – не понимал офицер причину такого поведения.
-Так я же говорю, что в машине, откуда ни возьмись, мужик в пижаме появился! – стоял на своем Митюшин.
-Мужик говоришь? – процедил сквозь зубы лейтенант, поворачиваясь к машине. Даже несмотря, что это был сон, Володя вспомнил свою покойную мамочку.
-Мамочка! – зашептал Кузнецов и проснулся весь в холодном поту. Над ним склонилась жена.
-Тебе, что-то приснилось? Кошмары? – участливо спросила Ольга. Он вытер пот со лба.
-Еще какие!
Владимир встал и прошел на кухню. Выпил стакан воды и в открытую форточку выкурил сигарету. И приснится же такое? Немного пошаркивая ногами в тапочках, вернулся в спальню. Оля погасила торшер и лежала под одеялом, мирно посапывая.
-Неужели спит? – подумал Володя. Везет же людям! Скрипнула кровать под его весом и он, лежа на спине, уставился в потолок. Спать хотелось, но мужчина почему-то боялся, что вдруг этот кошмар повторится? Впрочем, так и получилось. Переход от спальни до кабины ЗИСа прошел моментально, лишь едва он закрыл глаза. Кузнецов рассмотрел цифры номера, нарисованные белой краской, на борту идущего впереди грузовика. Водитель снова в немом ужасе подвинулся к деревянной дверце. Кто больше испугался, это еще вопрос? Таких настырных ночных ужасов Кузнецов не испытывал никогда.
-Только не ори. Давай поговорим, - попросил он шофера. Парень боялся призраков, но еще больше он боялся лейтенанта, который точно его прибьет, если он выкинет еще один подобный фортель. Уж лучше ехать с призраком, чем с лейтенантом. К тому же потустороннее явление не проявляло агрессии.
-Давай, - согласился Митюшин.
-Как тебя зовут? – миролюбиво поинтересовался Володя.
-Константин, - представился шофер.
-А меня Владимир.
-У призраков есть имена? – покосился на спутника Костя.
-Каких призраков? Ты думаешь, что я призрак? – догадался Кузнецов о ком идет речь.
-А кто же ты тогда если не призрак? Как очутился в моей машине? Я пассажиров не брал.
Вопрос логичный. Что на него ответить? Сказать, что это сон? Уж больно этот сон похож на реальность. Но с другой стороны, что это может быть, если не сновидение? Он ведь уже просыпался, и ничего этого не было. Игры разума какие-то! Он конечно не научный сотрудник и во всяких теориях не разбирается, поэтому сам ничего не понимал и толком объяснить не мог. Да и к чему это, если как только он откроет глаза, Константин исчезнет.
-Наверное, ты прав. Скорее всего, я призрак, только этого еще сам не понял.
-Умер своей смертью или под бомбежку попал? – продолжал странную беседу Митюшин. Что ответить? Признать себя покойником? Но, ведь живых призраков не бывает и значит, по логике вещей, он должен был умереть. Если заговорил о бомбежке, то Володька непонятным образом оказался в информационном поле, связанном с Великой отечественной войной. Отсутствие погон у соседа говорило, что сейчас 1941 или 1942 год. Мысль о возможной смерти от взрыва авиационной бомбы вызывала у него неприятные ощущения.
-Наверное, своей. Не помню. Лег в постель, закрыл глаза и очутился здесь, - не соврал Кузнецов.
-Это понятно, - кивнул водитель на его пижаму.
-И каково быть призраком?
-Не знаю. Полностью не осмыслил. Образовались какие-то пробелы в памяти.
Костя весело хмыкнул.
-Не мудрено.
-Может, поможешь мне их восполнить? – попросил помощи Владимир.
-Я? Ну, ты даешь! Чем я могу призраку помочь?
-Ответь на несколько вопросов. Какой сейчас год?
- 1941 понятное дело. Ты когда представился то? – продолжал общение Митюшин. Этот вопрос Володька оставил без ответа.
-Где мы сейчас? – продолжал интересоваться Кузнецов.
-Под Смоленском.
-И куда едем? Что везем? – посыпались вопросы. Тут Митюшин насторожился.
-Не похож ты на призрака. Уж больно любопытен, и не прозрачный, как они бывают. Шпион ты, немецкий, - потянулся Костя за карабином, который стоял у него за спиной. Как бы он тут с ним развернулся, непонятно, но то, что парень принял его за врага, было не очень хорошо. В молодости Володьке снились женщины, и в своих эротических грезах присутствовало ощущение реальности, но сейчас реальность просто била фонтаном. От того, что водитель потянулся за оружием и отвлекся от управления транспортным средством, грузовик повело в сторону кювета. Кузнецов перехватил руль и всем телом прижал шофера к дверце.
-Какой шпион? В пижаме? Пусти ствол! Пусти, говорю. Сейчас слетим с дороги и перевернемся.
Это предупреждение подействовало. Костя взялся за баранку двумя руками.
-Ты кто такой и откуда здесь взялся? Руки теплые, значит не покойник.
-Молодец! Догадливый.
-Послушай Вова или как тебя там? Я сейчас остановлюсь и тебе конец. Ты влез в машину с секретным грузом, и лейтенант тебя поставит к стенке. Никто с тобой разбираться не станет. Ты явно немецкий агент, - угрожающе сообщил водитель, все еще косо посматривая на карабин.
-Дурак, ты Костя! Ты видел, как я садился к тебе в кабину? Нет? А когда выскакивал из машины, то почему тогда твой лейтенант меня не застрелил? Молчишь? А может он меня не обнаружил? Может меня просто не стало?
-Но, так не бывает! – не знал, как это все объяснить военный.
-Ты ведь не призрак?
-Не призрак, призрак, какая разница? - сопел Володя.
-Если остановишься, то я снова исчезну, а тебе влетит от твоего лейтенанта. Хочешь попробовать еще один раз? – схитрил Кузнецов, сам не зная механизма перехода в другое состояние. Судя по физиономии Митюшина, рисковать он не собирался.
-Это какой-то фокус? – хотел Константин хоть что-то услышать для пояснения возникшей ситуации.
-Что тебе надо?
-Мне? Ничего мне не надо. Я хочу проснуться и забыть этот кошмар, - нервничал Владимир.
-Так ты спишь или помер? – задавал наводящие вопросы Костя.
-В том то и дело, что сам не разобрался. Лег дома в постель, закрыл глаза и оказался здесь с тобой.
-А-а, пижама! – не договорил Митюшин, отнеся эту улику с формой одежды, как доказательство версии гостя.
-Я же говорю, что лег спать, - пытался пояснить необъяснимую ситуацию Кузнецов.
-Чертовщина какая-то! – не верил ему солдат.
-Разве можно, вот так лечь спать, и проснуться неизвестно где?
В ответ Владимир только тяжело вздохнул.
