Чья-то рука похлопала Эмильена по плечу тот резко обернулся — к столику подошла Оливия. Она хоть и работает его секретарем или помощницей, но сейчас явно не помогает.
— Где разместить ретро автомобили у вас или в выставочном центре?
— У меня, — тихо ответил Фрир.
Они обменялись ещё парой фраз. Ресторан жил собственными буднями широкие окна, бордовые диваны, плавные тарелки, коллекции десертов, коллекция приятных мгновений.
— Мне всё-таки кажется вы встречаетесь не только со мной, — пожурила Эрика, — Пока вы говорите я заметила — один лысый субъект держа в руках кредитную карту с вафлей принял одно за другое.
— Пытался съесть карту? Или заплатить кремовой?
— Догадаетесь сами!
Эмильен с медовой улыбкой сказал «до свидания», выразив надежду на следующие встречи. Когда он уходил, его окликнули, кто-то легко потянул его за рукав.
— Вы забыли вашу визитницу, — сказал охранник звёзды, — протягивая небольшую безделушку.
— Ой, спасибо.
***
Эрика вернулась к себе — в гостиницу. Люстра занимает больше половины номера, цветущего фотообоями с розовым шиповником.
Её директор Шарлотта на компьютерном кресле смотрела на такой же монитор.
— А он довольно смазливый, симпатичный этот Фрир. Хотя не пойму почему ты запала именно на него — столько известных поклонников… По меркам тех, кто присылает тебе на рассвете бриллианты он не так уж и богат… — Шарлотта повернулась на кресле к вошедшей, но что-то не рассчитав, закрутилась на нем.
— Есть какая-то энергия… Не могу пока объяснить, — Эрика помогла Шарлотте остановить «головокружение.»
Шарлотта в долгу не осталась:
— Кстати поклонники тут такое вытворяли, ну как обычно… Один даже забрался в гостиницу и хотел привезти тележку с продуктами. Сейчас он в полиции.
Эрика обычно не любила всяких «сталкеров», но сейчас оживилась.
***
Немного позже Эмильен у себя, но немного не в себе. Какое-то странное ощущение, как будто душа переехала к другой. Наверное, это и есть влюбленность.
Появился Бреге в очках блестящих круглой золотой оправой. Значит есть возможность выговориться немного.
— Бреге, мне кажется я совершил все ошибки, что только возможно на первом свидании!
Он хвастался, идеализировал, несколько раз взял её за руку, много говорил и о доходах тоже. А ещё и недостатки напоказ всякие.
— Она тоже знает, что у вас иногда напитки выливаются с носа?
— Да.
— Знаете в одном журнале видел распространенные ошибки девушек на свидание, — Бреге вынул с бумажника бумагу.
Фрир увлекся.
— У нее их много, единственное она не была слишком скромной, — вывел итог он.
— Вот видите, — кивнул Бреге.
Вообще помощник оказывается разбирается по вопросу отношений.
Сначала на свиданке парень оценивает внешнюю привлекательность дамы. А потом переключается на её качества, характер, личное.
Фрир слушал, иногда закрывая глаза. Бреге отчаянно жестикулируя выдал продолжение:
А девушка сначала оценивает встречу с парнем и собственно самого эмоционально, а потом опять-таки включает логики: не слишком ли он вредный, жадный, не женат ли, серьезный ли…
— У вас так было? — повернулся помощник.
— Не совсем, — оценил Эмильен, — Что же она подумала обо мне?
— Вам лучше знать, — осторожничал хитрый Бреге.
Фрир помолчал, найдя все больше нестыковок.
— Как же тогда крутят романы на стороне женатые. По вашему это не возможно?
— Я просто обрисовал один из сценариев рандеву, для серьезных отношений, — скорректировал версии Бреге.
Перед тем как уйти в оффлайн помощник напомнил о завтрашней дороге в оффшор. Он конечно уже всю поездку приготовил по «рецепту».
Эмильен долго-долго смотрел то на ночь без звезд, то на репродукции картин с ночью звёздной.
***
Утром — воздушная гавань, ещё лёгкий шторм, но он похоже никого не смущает, рейс выпустят, не замечая капризов природы.
Поднимаясь по механическому трапу Эмильен увидел стюардессу с прической цвета мёда. Нет, конечно мед случается разной гаммы, например гречишный потемнее или белый люцерновый, но скорее классического.
«Когда такая очаровательная стюардесса, с ней он согласился бы лететь даже без цели.» подумал Эмильен.
Все ближе облака, правда ветреные. На ланч принесли лесные ягоды, теплую овсянку и даже соки холодного отжима.
А ещё Фрир слушал всякие горячие сплетни — не скучал. Про рейс на котором везли туфли в подарок, про капризную кинодиву получившую вынуть всю кукурузу из салата. Про одного мужика, который сел в Цюрихе на полчаса с одной любовницей, а вернулся в самолёт уже с другой.
— Я так смотрю на неё и думаю значит: Хотя бы предупредили бы, что пассажиры другие.
— А может это была она же, только в маскараде. Ну не знаю по разным причинам такое возможно.
— Интересная версия, — согласилась первая стюардесса.
За иллюминатором появились экзотические, почти инопланетные ландшафты. Бело-серые горы в снегу и одновременно незамерзающая гладь воды.
— У нас необычный, удлиненный маршрут через Рейкьявик или типа того? — спросил Фрир в подрагивающем салоне таким же голосом.
— Да это из-за шалостей погоды, — ответила стюардесса.
Эмильен чтобы не скучать, вытащил со столика журнал с глянцем. На обложке он и Эрика выходят с ресторана. «У известной певицы новый спутник-миллионер из Люксембурга. Кто он, надолго ли и к чему бы это.» Но читать не стал, постеснялся. Все таки один вопрос сплетни про других, а другой про себя. Журнал отправился в спячку на полку.
Раз на столе ещё и ноутбук им тоже надо воспользоваться, даже если не понятно зачем. Открыв, Фрир увидел себя на фото вчерашней встречи с Эрикой в ленте новостей. Это напрягает или сбивает с мысли, даже немного ревниво, что фотографирует кто угодно только не они…и в то же время приятно. Эмильен импульсивно репостнул фото себе на страницу. Все таки иногда функция репоста с популярной страницы в каком-то смысле абсолютно простой… нет, ну не плагиат конечно — а взаимовыгодный контент. Это в каком-то смысле проекция чужой популярности к себе, а известный-популярный увеличивает охват аудитории.
***
Дорога дольше и тревожнее чем рассчитывалось. Конфеты ручной работы стучат по тарелке и не попадают в руки. Орхидеи вылетают с вазы.
Эмильен барабанит по креслу.
— Мы ещё не приехали? Или это уже обратно? — отозвался сонно Бреге с дальнего кресла. Он так долго дремал что все остальные уже забыли о его существовании.
— Куда там, — без иллюзий подбадривает Эмильен, — Бермудский треугольник все-таки…
Бреге в мохнатом коричневом пледе ещё раз провалился в сон, будто в спячку или берлогу.
Если другая планета это Исландия, то значит и сверкающие внизу грозовые облака не слишком опасны…
— Все под контролем, — сказала вошедшая стюардесса будто прочитав мысли.
Но все равно всё дрожит: голос, руки, позвякивает лимонный сорбет.
— Можно с вами сфотографироваться? — спросил Фрир.
— Конечно вам будет что вспомнить.
Стюардесса расплылась в медовой улыбке. Они сейчас словно не в герметичном салоне, а парят над грозой в другой стихии — у проводницы кокетливо развевалась шевелюра и юбка-карандаш. А у Фрира дребезжал помятый костюм.
А вокруг перелистывается журнал, остановившись на листе с певичкой, кажется она даже ревниво подсматривает.
— Почему нас двоих не видно на экране? Вдруг не очень получилась?
— Фотокамера плёночная.
— Теперь вам будет что вспомнить в непростые времена? Просто посмотрите на фото…
— Не уверен что у меня такие будут, но спасибо, — мило улыбнулся Эмильен.
***
Вот и «оффшорный» остров, приехали.
Ладно хоть не необитаемый. Там как раз начался сезон дождей.
Вот и принимающая оффшоры сторона — мужик в бермудах. Это такие странные шорты не только для отдыха, но и для повседневности.
— Кофе, пальмовое масло, кокосы и оффшоры, — улыбнулся мужик.
— Звучит как реклама шоколадного батончика, — сыпал шутками Бреге.
— А мне лишь бы на налогах сэкономить, — выдал кредо Эмильен, одновременно внимательно читая договор.
Потом ему вручили сувениры жемчужины и что-то из драгоценных металлов.
Обратная дорога будто проходит в сне.
На одно ухо гул шепчет: «Мы приехали. Подпишите ваши траты на благотворительность.»
На второе: «Знаете фургон с коллекцией ретро автомобилей выехал в ваш салон, а приехал уже пустым.» Третьего уха у него нет, поэтому он услышал ещё раз первым «Приятного дня.»
Миллионер открыл глаза, впереди очаровательная стюардесса, справа радостный Бреге, слева хмурится Оливия. Кто с них что говорил непонятно, но художник фламандской школы написал бы хороший групповой портрет. А ему не до чего. Никак.
— И где авто? На складе?
— Вообще не знаю, — уныло сказала помощница, — я обратилась в полицию.
— Значит у меня нет коллекции и ещё всё идёт к тому что же надо платить неустойки всем тем кто предоставлял свои машины?
— Пока так.
***
Особняк без него похоже не скучал, искусственный интеллект с системой умный дом шалил. Жалюзи закрыты, кто-то вялым голосом в шесть часов вечера желает спокойной ночи. Самая подходящая атмосфера для подсчётов.
Вдобавок у этому Оливия спотыкается с помощью:
— В вашем плотном графике опять нестыковки — на одно и то же время значится и визит в ночной клуб к Ларсу и… поездка в замок к Дакоте Кирш.
Фрир закрыл глаза и потер голову.
Все такое привычное, но одновременно странное. В ночной клуб днём? В замок в 21веке?
— Лучше в замок. Там тише. А на дискотеку пойдет Бреге. Вместо меня. Он сегодня в каком-то неестественно приподнятом настроение.
***
Вот и рисуется замок, идёт дождь. Замечательно, даже ветры с Адриатики качают ветки рощи. Один из мандаринов даже отвесил Фриру пощечину. Тот, уворачиваясь от второй ветки, увидел Дакоту в чем-то горчичного цвета, которая что-то говорит. Ветра донесли её голос:
— Дожди связаны с этим замком, как венецианские дожи с Адриатикой… Ну что пойдем в замок, там похоже больше безопасности? Ты сам то как думаешь?
— Давай, — с опаской согласился Эмильен.
В полумраке горели свечи, рыба угорь на углу тарелки горела специями. Ещё какая-то каша, Фрир даже не знает, как она называется.
— Сейчас модно готовить по рецепту прошлых веков. Но, заметь, с нотками настоящего, — решила провести экскурс в историю Кирш.
— А ещё камбэки с прошлого есть? — расслабленно спросил с серебристого стула Фрир, не ожидая дальнейшего развития событий.
Дакота в коктейльном платье цвета сердцевины киви интригующе кивнула:
— Представь, мне кто-то неизвестный прислал фотоснимок с места той аварии. И все, больше ничего.
Секунда и фото уже перед ним.
Миллионер поменял настроение, но пока держался за самообладание.
— У тебя есть предположения кто почтальон, кто присылает?
— Только то, что ему очень скучно, — мрачно заметила Дакота, — Я на всякий случай навела справки об этом происшествии.
— И? — Эмильен озвучил висящее в воздухе электрическое напряжение.
— В машине с которой нам не повезло столкнуться ехали двое: Агнесса Реццо и её отец. Второго выписали через неделю, а она пострадала больше. Долго лечилась в больнице…
В зале повисло молчание. Статическое электричество от пиджака щёлкнуло Фрира.
— Я теперь езжу исключительно с шофером.
— Но ты же можешь пешком под замок сходить за мороженым?
— Да… Неужто тоже по старинке сделано?
— Да, Эм, и хранится не в холодильнике, а как в старину в подвале.
Молчание миллионера будто уже просит объяснения.
— Просто я подвернула ногу, а слуга простудился. Кроме тебя однако некому. Я скажу тебе как пройти.
— Будь добра!
Стены замка пышут мрачноватой историей и запахом плесени. Про какой-то замок на Апеннинском полуострове бизнесмен читал, что там количество комнат совпадает с числом дней в году.
Неслучайно — так задумывалось.
А здесь каждая темная (а они все такие) комната будто отражает его фобии. Там темно вечером, а ещё пауки, скрипы и мрачные картины.
Часы Фрира с изображением якоря на циферблате упали и скрылись в расщелине. Ну не якорь же тянет их вниз?
Эмильен прилёг на холодный, идеально вымытый пол, взглянул в след пропаже, но ничего не видно.
Холодно, сыро, лучше побыстрее уйти из подвала сонного прочь… Взяв мороженое с киви, обратно он бежал чуть ли не бегом.
На лестнице прозрачная труба по которой плыли пыльные серые частицы. Потом там что-то звякнуло лёгкое, не тяжёлое.
Наконец то! Вот и комната с камином, а Кирш нет. Наугад прошло предположительно (хронометра то нет) полчаса, и Фриру стало тревожно. Мимо прошел хромой человек в черном костюме, где заплаток больше самого костюма.
— Вы не знаете… где хозяйка замка?
— В соседней комнате.
Дакота Кирш смерила его любопытным взглядом:
— Ну как кругозамковое путешествие, Эм?
— Мороженое успело растаять. В следующий раз распечатай карту по владениям в большом масштабе. Можно, даже лучше раздавать её всем на входе. Если бы я не встретил дворецкого…
— Я учту твои предложения. Я же говорила — у слуги выходной…
Разговоры тоже ушли на выходные. В тишине мороженое стекает по кофте Кирш, по костюму Фрира. Он всё-таки пожаловался:
— Я потерял часы. Пока ходил тут. А ещё набрёл тут на пустой зал с невесть почему включенным камином.
— Сочувствую, Эм. У нас тут многие замечают, что все что даже косвенно мое — с характером. Это автоматическая система уборки пыли, — тут Дакота успокаивает знакомого, —Но не волнуйся, часы попали не в мешок пылесборник, а в фильтр для крупных вещей…
"Бюро находок" оказывается находится на первом этаже замка.
— Спасибо. Провел время тут, теперь верну часы и поеду проводить время у себя, — кивнул Фрир.
— Счастливо, насколько это возможно.
Дакота смотрела ему вслед. Она сначала простудилась и растопила камин. А потом появился жар и Дакота выбрала залу похолоднее. Но зачем рассказывать все. С иллюзиями интереснее?
***
Глава — 3
Позже, в особняке Эмильена охранник почесал лысину, с видом сбитого с панталыку:
— Пока вас не было, здесь кто-то был. Потому что… Появилась фотография и газетная статья. Все остальное по старому.
— Вам известно их содержание? — стрессово спросил Фрир.
— Да, на фото оцепление у места дорожной аварии, а статья — журналистское расследование про уход от налогов. Там кажется и вас, господин Фрир, не забыли упомянуть…
— Спасибо. Вы очень внимательны, — оценил тот. — Я пока отдохну пару часов с чашкой мокко. А потом дам пару намеков на ценные указания… По крайней мере они мне такими покажутся.
Мимо в и без того плотном движении коридора промелькнула Оливия. А потом будто включив «ручной тормоз» повернулась к Эмильену:
— В вашем плотном графике сейчас поездка в Стокгольм, в офис инвестиционной компании.
— А кому она принадлежит? Компания? — как так и надо спросил мажор.
— Как же… Вам, — растерялась та, — Чтобы все помнить и везде успевать вам надо поменять или себя или график.
Перед отъездом Фрир достал ручку с мрамором наверху и серебристой запонкой. Потом вручил Оливии записку и слова: «Переведите на имя Агнесса Реццо.»
Охраннику он шепнул:
Увеличьте количество моих охранников в два, нет в четыре раза… Вместо нынешней сигнализации поставьте сразу несколько других. И уплотните качество видеонаблюдения, чтобы не было «близоруких» участков. Все передвижения только на бронированном автомобиле.
