Душный трюм, тесная кладовая, бутылка с перекисью.
Жадные руки Флавио, прижимающие принца к стене.
И Ксавьер принял первое импульсивное решение в своей жизни.
– Как связаться с Гарсиа?
– На кой черт двое прилично одетых сеньора едут в «Безголовую собаку»? Это ж одно из самых злачных мест в округе! – громко недоумевал таксист в открытое окно. Ксавьер не делал попытки заставить его замолчать, вместо этого в десятый раз погрузился в изучение коротенького досье на человека, с которым ехал на встречу.
Ребекка нашла всего ничего: возраст – двадцать четыре года, полное имя – Мигель Альберто Фидель Кристиан Леонардо Гарсиа – и список заведений, которыми он владел. В одно из них Ксавьер с Йоханом сейчас и направлялись.
– Спасибо, сеньор! – Таксист радостно помахал щедрыми чаевыми и газанул с места так, что завизжали покрышки.
Обшарпанное двухэтажное здание с неуместной новенькой вывеской как нельзя лучше вписывалось в общую обстановку запустения и нищеты. Вокруг громоздились хлипкие лачуги, стая собак облаивала катающихся на проржавевших велосипедах детей. Даже сейчас, в разгар дня снующие вокруг люди в открытую продавали и покупали наркотики, кое-кто, удобно устроившись в тени, доставал стеклянные трубки для курения крэка. Ксавьер вспомнил, что когда-то сам обменивал небольшие пакетики с порошком на засаленные купюры, и его совершенно не волновало, что дальше с ним делают наркоманы.
«Безголовая собака» оказалась бойцовским клубом. Учитывая его расположение, респектабельные господа сюда редко захаживали, поэтому Ксавьер в строгом костюме то и дело ловил на себе подозрительные взгляды. Йохан же, с позволения босса одевшийся неформально, с восторгом оглядывался вокруг – атмосфера подпольного клуба напомнила бурную молодость, когда он боксировал, чтобы заработать на жизнь.
Большой круглый ринг был залит жидкой грязью. Никакого ограждения – все наблюдающие рисковали получить пару десятков пятен на свои и без того грязные лохмотья, но никого это не смущало. Сейчас на ринге было пусто – должно быть, вечер еще не начался.
– Санторо? – прогрохотал над ухом чей-то голос.
Ксавьер повернулся и уткнулся взглядом в лоб коренастого, как табуретка, мужчины в столь же неуместном здесь строгом костюме.
– Санторо, – подтвердил он.
– Вас ждут. Идите за мной.
Коренастый тип без проблем прокладывал путь в густеющей толпе. Ксавьер не отставал от него ни на шаг, размышляя, насколько же легко его сейчас прикончить. Йохан смотрел во все глаза, но при таком скоплении народа нет ничего проще, чем вонзить нож между ребер. Ксавьер в принципе сильно рисковал, связываясь с Гарсиа – он слышал это имя впервые. Но раз Амадео поручился за него, что еще оставалось, кроме как довериться другу?
Все обошлось. Никто не кинулся на него с ножом, не выстрелил в упор, не снес голову мачете. Охранник проводил их по шаткой лестнице на второй этаж и указал на плохо пригнанную дверь.
– Выход на смотровую площадку, – пояснил он. – Сеньор Гарсиа ждет вас там.
Йохан в открытую держал руку за пазухой, готовый в любой момент вытащить пистолет, у Ксавьера под расстегнутым пиджаком болталась кобура, но их даже не обыскали, что удивляло. Неужели этот Гарсиа настолько уверен в собственной неуязвимости?
Некстати зазвонил телефон. На экране высветилось имя Ребекки, и Ксавьер предпочел ответить – извинится перед хозяином клуба позже, если потребуется.
– Слушаю. Что случилось?
– Я насчет Гальярдо. Ты сказал, что тебя проводил до отеля его племянник, так?
– Да, и что? – Дверь со скрипом распахнулась, и Ксавьер шагнул в полумрак. Йохан неотступно следовал за ним.
Смотровая площадка оказалась комнатой с отсутствующей стеной. Вместо нее по краю тянулись невысокие перила, а внизу расстилался ринг. Обзор отсюда и правда был отличный.
– А то, что у Гальярдо никогда не было племянника. Не знаю, на кого ты нарвался, но из отеля тебе надо съезжать как можно скорее… Ты меня слышишь? Ксавьер!
У перил стояли три кресла с высокими спинками. Из-за одного периодически высовывалась рука с бокалом и воткнутой в него соломинкой. Коктейль был ядовито-зеленого цвета, сбоку торчал красный зонтик.
– Вам стоит присесть, – донесся до них тихий голос, который за гулом толпы внизу был еле слышен. – Бой скоро начнется.
Ксавьер не двинулся с места.
– Слышу, – ответил он Ребекке. Йохан маячил за спиной, готовый в любой момент открыть огонь.
Рука с коктейлем исчезла и через мгновение поставила на столик рядом пустой бокал. Из-за спинки высунулась лохматая голова, черные глаза флегматично смотрели на гостей. Казалось, будто парня только что разбудили.
Внезапно лицо осветила мальчишеская улыбка. Он вскочил, молниеносно собрал волосы в хвост и протянул Ксавьеру руку. На нем была та же просторная цветастая рубашка, что и тогда, в парке «Аламеда Сентрал», но на этот раз она была расстегнута, являя взору черную футболку с надписью «Motorhead».
– Добро пожаловать в «Безголовую собаку»! – радостно возвестил Мигель Гарсиа.
– Ты выяснил, кто это был? – Флавио требовательно постукивал ногтями по столу. Свои связи он задействовать в этом щекотливом вопросе не стал и теперь жалел об этом. Рикардо недостаточно умен, чтобы раскопать что-то выдающееся.
– Выяснил. – Рикардо зевнул и отправил в рот горсть винограда из большой расписной плошки, которую держал на коленях. Ее он десятью минутами ранее позаимствовал на кухне, пока Мануэла собирала апельсины в саду. – Это не хозяин Арманда, он действительно обознался. От него сбежал очень похожий раб, за одним исключением – тот был натуральным блондином. А этого перекрасили вы, Марсело. И зачем было портить такие волосы…
– Вот как? – Флавио поднялся и принялся мерить шагами кабинет. – Однако ж, какое совпадение…
Рикардо затаил дыхание. Если отчим спросит, кто же этот хозяин, что ответить? Имя Ксавьера Санторо тут знали, и если Марсело начнет копать, то может выйти и на Амадео Солитарио. И тогда под раздачу попадут все, и самое главное – Диди.
– Я не еду в Штаты, – выпалил он, пока Марсело не успел зайти достаточно далеко в своих рассуждениях.
Как он и ожидал, тот подпрыгнул едва ли не до потолка. Лицо перекосило от гнева, кулаки сжались.
– Что?! – возопил отчим. – Не едешь?! Какого хрена ты не едешь?!
Теперь он совершенно точно забыл о рабе и его бывшем хозяине, и от сердца у Рикардо отлегло. Как бы теперь объяснить Марсело, почему он решил не подчиняться приказу?
– Диди ужасно себя чувствует! – рявкнул он в ответ, вскакивая. Это была единственная тема, на которую отчим не возражал. Рикардо было задался вопросом, почему, но тут же отбросил посторонние мысли. Главное, что кризис пройден, Марсело напрочь забыл о Санторо. – С каждым днем ему все хуже и хуже! Мне нельзя побыть со своим братом, пока он болеет?!
Голос Марсело тут же стал медоточивым. С этим юнцом кнут редко действовал, приходилось забрасывать его пряниками, многие из которых он впоследствии все же забирал. Главное – результат, ничего страшного, если Рикардо останется без некоторых поощрений.
– Ну что ты, что ты, конечно же, можно. Послушай, Рикки. – Он подошел и положил руки Рикардо на плечи. Тот едва удержался, чтобы не отпрянуть, и ограничился тем, что всунул между ними плошку с виноградом. Марсело автоматически взял ее, и Рикардо воспользовался этим и отступил. – Это всего на неделю. А потом я дам тебе отпуск, обещаю.
– Правда? – Рикардо с недоверием глянул на него, поняв, что его переиграли. – Отпуск? Впервые за несколько лет? С чего такая честь?
Флавио понял, что слегка перегнул с добротой, но отступать не стал. Если что-то пообещал – обещай до конца. Потом можно и передумать, и Рикки ничего не возразит.
– Ты хорошо работал, даже слишком хорошо, и заслужил провести время с братом. – Он поставил плошку на стол и сокрушенно вздохнул. – Хотя о чем тебе волноваться, он так сдружился с этим рабом, что вряд ли будет сильно скучать по тебе…
Расчет оказался верным. Глаза Рикардо полыхнули такой яростью, что теперь едва не отпрянул уже Флавио.
– Диего нужна только моя забота. Когда вернусь, то не отойду от него ни на шаг, и только попробуйте выдернуть меня на работу во время отпуска!
– Я все понял. – Флавио уже улыбался. Как же легко манипулировать преданным семье дураком! – Иди, прощайся с братом, а потом бегом в аэропорт. Ты еще успеешь на вечерний рейс.
– Что все это значит? – обескураженно прошептал за спиной Йохан.
Ксавьер же смотрел только на Мигеля. Тот по-прежнему по-мальчишески улыбался, и сейчас ему можно было дать шестнадцать лет вместо действительных двадцати четырех.
Ксавьер спрятал телефон в карман.
– Выходит, вы не племянник Гальярдо, – сказал он. – У него такого родственника никогда не было.
Йохан икнул.
– Верно. – Мигель, не переставая улыбаться, указал на кресла. – Прошу, садитесь. Вы любите поединки?
Ксавьер опустился на предложенное место, Йохан остался стоять позади. Руку с пистолета он так и не убрал.
Мигель покосился на него и восхищенно присвистнул.
– Бывший боксер, да?
Йохан раскрыл рот.
– Как вы узнали?
– По движениям вижу. Этого не вытравить. – Мигель запрыгнул в кресло и растянулся поперек, закинув ноги на подлокотник. – Коктейльчик?
– Нет, благодарю. – Ксавьер все еще не мог прийти в себя от того, как жестоко и легко его надурили. – Объясните, что это за представление вы устроили?
– Представление? – Мигель сдвинул брови к переносице и переместил ноги на спинку кресла, свесив голову вниз. – Ах, вы о том… Мне пришлось.
– Пришлось?
– Я жутко спешил. Видите ли, через полчаса после того, как мы ушли из аэропортовской гостиницы, в ваш номер зашел служащий и перевернул все вверх дном. Наверное, думал, что вы прячетесь под кроватью.
– Что? – Ксавьер уставился на него, не в силах поверить услышанному. От постоянных перемещений собеседника рябило в глазах. – Картель Гальярдо обещал мне защиту, так как же…
– Сеньор Санторо. – Мигель уселся по-турецки и наконец замер. – Вы еще не поняли? Гальярдо предали его собственные люди. Считаете, им был резон вас защищать?
Ксавьер с трудом скрыл потрясение.
– Вот как? – как можно более невозмутимо произнес он.
– Угу. – Мигель помахал бокалом. – Эй, Шон!
В дверях возник недавний охранник, молча забрал бокал и через мгновение вернулся с полным.
– Вы слишком много пьете, босс, – голосом проповедника возвестил он. – Газировка не идет на пользу желудку.
– А я еще и курю! – вредно отозвался Мигель и достал из жестяного портсигара сигарету. – Вот, смотри. – Он сунул ее в рот, не поджигая, а затем, к изумлению Ксавьера и Йохана, откусил.
Ксавьеру потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это всего лишь жевательная конфета. Ребекка предупреждала об эксцентричности Мигеля Гарсиа, но чтобы настолько… Похоже, он зря обратился к этому странному человеку.
– Вы не ответили на вопрос, – прервал он детский сад. – Почему вы увели меня оттуда до того, как появились люди Гальярдо? Какая вам в этом выгода?
Мигель задумчиво жевал сигарету.
– Даже не знаю. Наверное, потому что мне так захотелось. – Он запрыгал в кресле и захлопал в ладоши. – Начинается, начинается!
Ксавьер и Йохан невольно глянули вниз на пришедшую в возбуждение толпу. По грязному рингу прошлепала девушка в купальнике, держа над головой табличку с грубо намалеванной цифрой один. Мигель перегнулся через перила, едва не улетев головой вниз, и гаркнул:
– ПЕРВЫЙ РАУНД!!!
Мгновенно наступила тишина, в которой эхом замер жалобный звон стекол в оконных рамах. Девушка уронила табличку, та шлепнулась в грязь, издав тихий «чавк». Кое-кто в толпе присел, закрывая голову руками. Йохан ошеломленно покрутил мизинцем в ухе, проверяя, не оглох ли – трудно было поверить, что человеческое горло способно издать такой звук.
Ксавьер же и бровью не повел – только побледнел, да пальцы вцепились в подлокотник кресла, едва не содрав обивку.
– Начинайте, начинайте! – подбодрил Мигель ошарашенных бойцов и впился губами в соломинку. – Вы же пришли не только затем, чтобы оценить мой косплей.
– Верно. – Ксавьер, как мог, взял себя в руки, но про себя проклинал принца, заставившего его приехать сюда. – Вы знаете работорговца по имени Марсело Флавио?
– Положим. – Мигель грыз соломинку и не сводил взгляда с возящихся в грязи бойцов.
– Мой друг оказался у него в плену. Вы его видели, длинноволосый блондин в парке «Аламеда сентрал». В одиночку мне его не вытащить, и…
– Конечно, не вытащить, он же сам отказался тогда уходить. – Мигель отставил бокал. – Насильно мил не будешь, хотя я бы поспорил. И Марсело Флавио тоже.
Ксавьер с трудом подавил раздражение. Непривычная манера общения этого странного типа выводила из себя. Если ему все известно, зачем заставлять пересказывать?
– Чего вы хотите от меня? – Мигель лукаво покосился на него. – Чтобы я помог вам сокрушить рабовладельческий строй? Чур, я пишу гимн.
– Именно, – подтвердил Ксавьер. – То есть… без гимна. Мой друг хочет уничтожить Флавио, но нам не справиться без поддержки. Говорят, вы независимы от картелей и имеете большую свободу действий.
– И отсутствие рабов, – закончил Мигель. – Ладно, а теперь назовите мне хоть одну причину, по которой я должен вам помочь.
Ксавьер разозлился. Ему уже изрядно поднадоел этот цирк.
– Сколько вы хотите? – почти прорычал он.
Мигель выглядел оскорбленным.
– Деньги? Считаете, мне нужны деньги? Посмотрите вокруг: этот клуб – один из многих, принадлежащих мне, и не единственный, где принимаются ставки.
– Тогда что вам нужно?
Мигель, не оборачиваясь, ткнул пальцем в Йохана.
– Он.
Тот раскрыл рот.
– Чего?
– Выстоит два боя из трех против моего бойца – помогу. – Мигель снова зажевал мнимую сигарету.
Ксавьер скрипнул зубами. Что за невыносимый юнец! С другой стороны, условие казалось вполне выполнимым – когда-то Йохану не было равных на подпольных рингах, так почему же сейчас он должен оплошать?
– Сделай это, – коротко бросил он. Йохан поджал губы и кивнул.
Амадео как раз дочитывал волнительный эпизод о скачках в Гонконге, когда Рикардо схватил его за локоть и потянул прочь из комнаты.
– Что случилось? – воскликнул Диего. – Рико! Эй!
– Поговорить надо, Диди, это ненадолго. – Он затащил Амадео в патио и выпустил его руку. – Слушай меня внимательно. Я сказал отчиму, что Санторо обознался. Ты никогда не видел его и не знаешь, кто это. Если отступишь от этой версии, пострадает в первую очередь Диди. Все ясно?
– Конечно. Но, Рикардо…
– Что еще?! – рявкнул он. – Я уезжаю на неделю и оставляю Диди на тебя, и если с ним что-то случится, живьем тебя съем и не подавлюсь! – Он ткнул Амадео пальцем в грудь. – Не знаю, в какие игры ты играешь с Санторо, но не впутывай сюда моего брата.
– Мне меньше всего хочется приплести к моим делам Диего, – ответил Амадео.
– К твоим делам! – рыкнул Рикардо. – Но твои дела напрямую касаются Марсело, а он…
– …хозяин Диего.
Рикардо застыл, не в силах двинуться от сковавшей его ярости.
– Как ты смеешь? – выдавил он. – Как смеешь говорить такое? Диди не какой-нибудь раб!
– Тем не менее, он зависит от лекарств, которые дает ему отчим, а это ли не рабство? Вы так и не выяснили, что это, но продолжаете утверждать, что они идут на пользу!
Жадные руки Флавио, прижимающие принца к стене.
И Ксавьер принял первое импульсивное решение в своей жизни.
– Как связаться с Гарсиа?
– На кой черт двое прилично одетых сеньора едут в «Безголовую собаку»? Это ж одно из самых злачных мест в округе! – громко недоумевал таксист в открытое окно. Ксавьер не делал попытки заставить его замолчать, вместо этого в десятый раз погрузился в изучение коротенького досье на человека, с которым ехал на встречу.
Ребекка нашла всего ничего: возраст – двадцать четыре года, полное имя – Мигель Альберто Фидель Кристиан Леонардо Гарсиа – и список заведений, которыми он владел. В одно из них Ксавьер с Йоханом сейчас и направлялись.
– Спасибо, сеньор! – Таксист радостно помахал щедрыми чаевыми и газанул с места так, что завизжали покрышки.
Обшарпанное двухэтажное здание с неуместной новенькой вывеской как нельзя лучше вписывалось в общую обстановку запустения и нищеты. Вокруг громоздились хлипкие лачуги, стая собак облаивала катающихся на проржавевших велосипедах детей. Даже сейчас, в разгар дня снующие вокруг люди в открытую продавали и покупали наркотики, кое-кто, удобно устроившись в тени, доставал стеклянные трубки для курения крэка. Ксавьер вспомнил, что когда-то сам обменивал небольшие пакетики с порошком на засаленные купюры, и его совершенно не волновало, что дальше с ним делают наркоманы.
«Безголовая собака» оказалась бойцовским клубом. Учитывая его расположение, респектабельные господа сюда редко захаживали, поэтому Ксавьер в строгом костюме то и дело ловил на себе подозрительные взгляды. Йохан же, с позволения босса одевшийся неформально, с восторгом оглядывался вокруг – атмосфера подпольного клуба напомнила бурную молодость, когда он боксировал, чтобы заработать на жизнь.
Большой круглый ринг был залит жидкой грязью. Никакого ограждения – все наблюдающие рисковали получить пару десятков пятен на свои и без того грязные лохмотья, но никого это не смущало. Сейчас на ринге было пусто – должно быть, вечер еще не начался.
– Санторо? – прогрохотал над ухом чей-то голос.
Ксавьер повернулся и уткнулся взглядом в лоб коренастого, как табуретка, мужчины в столь же неуместном здесь строгом костюме.
– Санторо, – подтвердил он.
– Вас ждут. Идите за мной.
Коренастый тип без проблем прокладывал путь в густеющей толпе. Ксавьер не отставал от него ни на шаг, размышляя, насколько же легко его сейчас прикончить. Йохан смотрел во все глаза, но при таком скоплении народа нет ничего проще, чем вонзить нож между ребер. Ксавьер в принципе сильно рисковал, связываясь с Гарсиа – он слышал это имя впервые. Но раз Амадео поручился за него, что еще оставалось, кроме как довериться другу?
Все обошлось. Никто не кинулся на него с ножом, не выстрелил в упор, не снес голову мачете. Охранник проводил их по шаткой лестнице на второй этаж и указал на плохо пригнанную дверь.
– Выход на смотровую площадку, – пояснил он. – Сеньор Гарсиа ждет вас там.
Йохан в открытую держал руку за пазухой, готовый в любой момент вытащить пистолет, у Ксавьера под расстегнутым пиджаком болталась кобура, но их даже не обыскали, что удивляло. Неужели этот Гарсиа настолько уверен в собственной неуязвимости?
Некстати зазвонил телефон. На экране высветилось имя Ребекки, и Ксавьер предпочел ответить – извинится перед хозяином клуба позже, если потребуется.
– Слушаю. Что случилось?
– Я насчет Гальярдо. Ты сказал, что тебя проводил до отеля его племянник, так?
– Да, и что? – Дверь со скрипом распахнулась, и Ксавьер шагнул в полумрак. Йохан неотступно следовал за ним.
Смотровая площадка оказалась комнатой с отсутствующей стеной. Вместо нее по краю тянулись невысокие перила, а внизу расстилался ринг. Обзор отсюда и правда был отличный.
– А то, что у Гальярдо никогда не было племянника. Не знаю, на кого ты нарвался, но из отеля тебе надо съезжать как можно скорее… Ты меня слышишь? Ксавьер!
У перил стояли три кресла с высокими спинками. Из-за одного периодически высовывалась рука с бокалом и воткнутой в него соломинкой. Коктейль был ядовито-зеленого цвета, сбоку торчал красный зонтик.
– Вам стоит присесть, – донесся до них тихий голос, который за гулом толпы внизу был еле слышен. – Бой скоро начнется.
Ксавьер не двинулся с места.
– Слышу, – ответил он Ребекке. Йохан маячил за спиной, готовый в любой момент открыть огонь.
Рука с коктейлем исчезла и через мгновение поставила на столик рядом пустой бокал. Из-за спинки высунулась лохматая голова, черные глаза флегматично смотрели на гостей. Казалось, будто парня только что разбудили.
Внезапно лицо осветила мальчишеская улыбка. Он вскочил, молниеносно собрал волосы в хвост и протянул Ксавьеру руку. На нем была та же просторная цветастая рубашка, что и тогда, в парке «Аламеда Сентрал», но на этот раз она была расстегнута, являя взору черную футболку с надписью «Motorhead».
– Добро пожаловать в «Безголовую собаку»! – радостно возвестил Мигель Гарсиа.
– Ты выяснил, кто это был? – Флавио требовательно постукивал ногтями по столу. Свои связи он задействовать в этом щекотливом вопросе не стал и теперь жалел об этом. Рикардо недостаточно умен, чтобы раскопать что-то выдающееся.
– Выяснил. – Рикардо зевнул и отправил в рот горсть винограда из большой расписной плошки, которую держал на коленях. Ее он десятью минутами ранее позаимствовал на кухне, пока Мануэла собирала апельсины в саду. – Это не хозяин Арманда, он действительно обознался. От него сбежал очень похожий раб, за одним исключением – тот был натуральным блондином. А этого перекрасили вы, Марсело. И зачем было портить такие волосы…
– Вот как? – Флавио поднялся и принялся мерить шагами кабинет. – Однако ж, какое совпадение…
Рикардо затаил дыхание. Если отчим спросит, кто же этот хозяин, что ответить? Имя Ксавьера Санторо тут знали, и если Марсело начнет копать, то может выйти и на Амадео Солитарио. И тогда под раздачу попадут все, и самое главное – Диди.
– Я не еду в Штаты, – выпалил он, пока Марсело не успел зайти достаточно далеко в своих рассуждениях.
Как он и ожидал, тот подпрыгнул едва ли не до потолка. Лицо перекосило от гнева, кулаки сжались.
– Что?! – возопил отчим. – Не едешь?! Какого хрена ты не едешь?!
Теперь он совершенно точно забыл о рабе и его бывшем хозяине, и от сердца у Рикардо отлегло. Как бы теперь объяснить Марсело, почему он решил не подчиняться приказу?
– Диди ужасно себя чувствует! – рявкнул он в ответ, вскакивая. Это была единственная тема, на которую отчим не возражал. Рикардо было задался вопросом, почему, но тут же отбросил посторонние мысли. Главное, что кризис пройден, Марсело напрочь забыл о Санторо. – С каждым днем ему все хуже и хуже! Мне нельзя побыть со своим братом, пока он болеет?!
Голос Марсело тут же стал медоточивым. С этим юнцом кнут редко действовал, приходилось забрасывать его пряниками, многие из которых он впоследствии все же забирал. Главное – результат, ничего страшного, если Рикардо останется без некоторых поощрений.
– Ну что ты, что ты, конечно же, можно. Послушай, Рикки. – Он подошел и положил руки Рикардо на плечи. Тот едва удержался, чтобы не отпрянуть, и ограничился тем, что всунул между ними плошку с виноградом. Марсело автоматически взял ее, и Рикардо воспользовался этим и отступил. – Это всего на неделю. А потом я дам тебе отпуск, обещаю.
– Правда? – Рикардо с недоверием глянул на него, поняв, что его переиграли. – Отпуск? Впервые за несколько лет? С чего такая честь?
Флавио понял, что слегка перегнул с добротой, но отступать не стал. Если что-то пообещал – обещай до конца. Потом можно и передумать, и Рикки ничего не возразит.
– Ты хорошо работал, даже слишком хорошо, и заслужил провести время с братом. – Он поставил плошку на стол и сокрушенно вздохнул. – Хотя о чем тебе волноваться, он так сдружился с этим рабом, что вряд ли будет сильно скучать по тебе…
Расчет оказался верным. Глаза Рикардо полыхнули такой яростью, что теперь едва не отпрянул уже Флавио.
– Диего нужна только моя забота. Когда вернусь, то не отойду от него ни на шаг, и только попробуйте выдернуть меня на работу во время отпуска!
– Я все понял. – Флавио уже улыбался. Как же легко манипулировать преданным семье дураком! – Иди, прощайся с братом, а потом бегом в аэропорт. Ты еще успеешь на вечерний рейс.
– Что все это значит? – обескураженно прошептал за спиной Йохан.
Ксавьер же смотрел только на Мигеля. Тот по-прежнему по-мальчишески улыбался, и сейчас ему можно было дать шестнадцать лет вместо действительных двадцати четырех.
Ксавьер спрятал телефон в карман.
– Выходит, вы не племянник Гальярдо, – сказал он. – У него такого родственника никогда не было.
Йохан икнул.
– Верно. – Мигель, не переставая улыбаться, указал на кресла. – Прошу, садитесь. Вы любите поединки?
Ксавьер опустился на предложенное место, Йохан остался стоять позади. Руку с пистолета он так и не убрал.
Мигель покосился на него и восхищенно присвистнул.
– Бывший боксер, да?
Йохан раскрыл рот.
– Как вы узнали?
– По движениям вижу. Этого не вытравить. – Мигель запрыгнул в кресло и растянулся поперек, закинув ноги на подлокотник. – Коктейльчик?
– Нет, благодарю. – Ксавьер все еще не мог прийти в себя от того, как жестоко и легко его надурили. – Объясните, что это за представление вы устроили?
– Представление? – Мигель сдвинул брови к переносице и переместил ноги на спинку кресла, свесив голову вниз. – Ах, вы о том… Мне пришлось.
– Пришлось?
– Я жутко спешил. Видите ли, через полчаса после того, как мы ушли из аэропортовской гостиницы, в ваш номер зашел служащий и перевернул все вверх дном. Наверное, думал, что вы прячетесь под кроватью.
– Что? – Ксавьер уставился на него, не в силах поверить услышанному. От постоянных перемещений собеседника рябило в глазах. – Картель Гальярдо обещал мне защиту, так как же…
– Сеньор Санторо. – Мигель уселся по-турецки и наконец замер. – Вы еще не поняли? Гальярдо предали его собственные люди. Считаете, им был резон вас защищать?
Ксавьер с трудом скрыл потрясение.
– Вот как? – как можно более невозмутимо произнес он.
– Угу. – Мигель помахал бокалом. – Эй, Шон!
В дверях возник недавний охранник, молча забрал бокал и через мгновение вернулся с полным.
– Вы слишком много пьете, босс, – голосом проповедника возвестил он. – Газировка не идет на пользу желудку.
– А я еще и курю! – вредно отозвался Мигель и достал из жестяного портсигара сигарету. – Вот, смотри. – Он сунул ее в рот, не поджигая, а затем, к изумлению Ксавьера и Йохана, откусил.
Ксавьеру потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это всего лишь жевательная конфета. Ребекка предупреждала об эксцентричности Мигеля Гарсиа, но чтобы настолько… Похоже, он зря обратился к этому странному человеку.
– Вы не ответили на вопрос, – прервал он детский сад. – Почему вы увели меня оттуда до того, как появились люди Гальярдо? Какая вам в этом выгода?
Мигель задумчиво жевал сигарету.
– Даже не знаю. Наверное, потому что мне так захотелось. – Он запрыгал в кресле и захлопал в ладоши. – Начинается, начинается!
Ксавьер и Йохан невольно глянули вниз на пришедшую в возбуждение толпу. По грязному рингу прошлепала девушка в купальнике, держа над головой табличку с грубо намалеванной цифрой один. Мигель перегнулся через перила, едва не улетев головой вниз, и гаркнул:
– ПЕРВЫЙ РАУНД!!!
Мгновенно наступила тишина, в которой эхом замер жалобный звон стекол в оконных рамах. Девушка уронила табличку, та шлепнулась в грязь, издав тихий «чавк». Кое-кто в толпе присел, закрывая голову руками. Йохан ошеломленно покрутил мизинцем в ухе, проверяя, не оглох ли – трудно было поверить, что человеческое горло способно издать такой звук.
Ксавьер же и бровью не повел – только побледнел, да пальцы вцепились в подлокотник кресла, едва не содрав обивку.
– Начинайте, начинайте! – подбодрил Мигель ошарашенных бойцов и впился губами в соломинку. – Вы же пришли не только затем, чтобы оценить мой косплей.
– Верно. – Ксавьер, как мог, взял себя в руки, но про себя проклинал принца, заставившего его приехать сюда. – Вы знаете работорговца по имени Марсело Флавио?
– Положим. – Мигель грыз соломинку и не сводил взгляда с возящихся в грязи бойцов.
– Мой друг оказался у него в плену. Вы его видели, длинноволосый блондин в парке «Аламеда сентрал». В одиночку мне его не вытащить, и…
– Конечно, не вытащить, он же сам отказался тогда уходить. – Мигель отставил бокал. – Насильно мил не будешь, хотя я бы поспорил. И Марсело Флавио тоже.
Ксавьер с трудом подавил раздражение. Непривычная манера общения этого странного типа выводила из себя. Если ему все известно, зачем заставлять пересказывать?
– Чего вы хотите от меня? – Мигель лукаво покосился на него. – Чтобы я помог вам сокрушить рабовладельческий строй? Чур, я пишу гимн.
– Именно, – подтвердил Ксавьер. – То есть… без гимна. Мой друг хочет уничтожить Флавио, но нам не справиться без поддержки. Говорят, вы независимы от картелей и имеете большую свободу действий.
– И отсутствие рабов, – закончил Мигель. – Ладно, а теперь назовите мне хоть одну причину, по которой я должен вам помочь.
Ксавьер разозлился. Ему уже изрядно поднадоел этот цирк.
– Сколько вы хотите? – почти прорычал он.
Мигель выглядел оскорбленным.
– Деньги? Считаете, мне нужны деньги? Посмотрите вокруг: этот клуб – один из многих, принадлежащих мне, и не единственный, где принимаются ставки.
– Тогда что вам нужно?
Мигель, не оборачиваясь, ткнул пальцем в Йохана.
– Он.
Тот раскрыл рот.
– Чего?
– Выстоит два боя из трех против моего бойца – помогу. – Мигель снова зажевал мнимую сигарету.
Ксавьер скрипнул зубами. Что за невыносимый юнец! С другой стороны, условие казалось вполне выполнимым – когда-то Йохану не было равных на подпольных рингах, так почему же сейчас он должен оплошать?
– Сделай это, – коротко бросил он. Йохан поджал губы и кивнул.
Амадео как раз дочитывал волнительный эпизод о скачках в Гонконге, когда Рикардо схватил его за локоть и потянул прочь из комнаты.
– Что случилось? – воскликнул Диего. – Рико! Эй!
– Поговорить надо, Диди, это ненадолго. – Он затащил Амадео в патио и выпустил его руку. – Слушай меня внимательно. Я сказал отчиму, что Санторо обознался. Ты никогда не видел его и не знаешь, кто это. Если отступишь от этой версии, пострадает в первую очередь Диди. Все ясно?
– Конечно. Но, Рикардо…
– Что еще?! – рявкнул он. – Я уезжаю на неделю и оставляю Диди на тебя, и если с ним что-то случится, живьем тебя съем и не подавлюсь! – Он ткнул Амадео пальцем в грудь. – Не знаю, в какие игры ты играешь с Санторо, но не впутывай сюда моего брата.
– Мне меньше всего хочется приплести к моим делам Диего, – ответил Амадео.
– К твоим делам! – рыкнул Рикардо. – Но твои дела напрямую касаются Марсело, а он…
– …хозяин Диего.
Рикардо застыл, не в силах двинуться от сковавшей его ярости.
– Как ты смеешь? – выдавил он. – Как смеешь говорить такое? Диди не какой-нибудь раб!
– Тем не менее, он зависит от лекарств, которые дает ему отчим, а это ли не рабство? Вы так и не выяснили, что это, но продолжаете утверждать, что они идут на пользу!
