- Да, это я в отца. – Улыбаюсь, вытирая глаза от слез.
- А красота, должно быть, досталась тебе от матери? – предположила Лидия Михайловна и оказалась права.
Может, сильный характер и выносливость достались мне от отца, а вот внешность точь-в-точь матери: прямые, темно-русые волосы, мраморная кожа, небольшой аккуратный носик, длинные черные ресницы и необычного цвета глаза, серо-зеленые и ободок радужки темно-карий. В общем, ассорти, - присутствуют сразу три цвета.
- Мама была первой красавицей во всей вселенной – это слова папы, и с ним я полностью согласна.
- А жених? - Лукаво подмигнула Лидия Михайловна. – А жених у тебя имеется?
- Нет. – Смущенно мотнула головой.
- Как? Не поверю. Как у такой красавицы нет жениха?
- Не знаю, - пожала плечами. – Не родился, наверное, еще.
Наша беседа плавно перешла от грустной темы на тему о забавных случаях, происходящих в колхозе.
Супруги Пановы охотно поделились со мной парочкой забавных историй.
- Наверное, в колхозе теперь не скоро забудут и мой казус с солидолом? – спросила я Панова. - Теперь я тоже могу смело войти в историю забавных случаев колхоза.
- О каком казусе, Машенька, ты говоришь?
Лидия Михайловна единственный человек на селе, не слышавший о моем казусе.
И я все рассказала ей.
Но, к моему удивлению, она не разразилась звонким смехом и даже не улыбнулась.
- Не вижу здесь ничего смешного. – На полном серьезе произнесла она. – Ты приехала из города, так откуда тебе знать, что такое «солидол»? К тому же ты девушка, а солидол используется для смазки автозапчастей. Это одно и то же, если мужчину спросить, что такое шеллак. – Ее слова сейчас были обращены мужу, на что он лишь пожал плечами. – Или, к примеру, жителя деревни, который ни разу не выезжал в город, посадить в метро или одного отправить в ресторан. Разве над ним не будут смеяться горожане?
- Моя жена, как и вы, приехала из города. До встречи со мной она никогда в жизни не жила в деревне. – Объяснил Панов, и мне все сразу стало ясно, почему она так пылко восприняла мой казус с солидолом.
Сижу, представляю себя на месте Лидии Михайловны, как я перебираюсь жить в село. Навсегда. Брр.
Хотя… Только сильные чувства способны подтолкнуть меня на этот серьезный шаг.
- Машенька, что тебя так развеселило?
Супруги Пановы все это время пристально за мной наблюдали.
- Я просто представила, что я, как и вы, решаюсь переехать в деревню по большой любви.
- И что здесь смешного? – не поняла Лидия Михайловна.
- В голове я стала перебирать возможную подходящую мне кандидатуру в мужья. Но никто кроме трактористов мне не приходит в голову.
- О, нет! – сквозь смех воскликнула Панова.
- Среди трактористов одни дармоеды, а те, кто хоть куда – уже женаты. – Захохотал Михаил Степанович. – Кхм, - вдруг на секунду задумался он. – А ведь у меня есть один женишок на примете. А, Лидия? – обратился к жене с хитрым взглядом.
- Ты о Максимке? – сразу же догадалась она.
- О нем самом. – Довольно закивал Панов.
- Так, все хватит! – остановила я сватовство. – Приехать не успела, а мне уже жениха подобрали?
- А что ты раньше времени носом воротишь? Вот увидишь нашего Максимку – сразу по-другому запоешь. – Продолжила Лидия Михайловна, как ни в чем не бывало. – Знаешь, а ведь в него все девки села влюблены. И замужние, и незамужние. Красавец и душой и телом. Ну, просто вылитый Брэд Питт.
- Зря вы дали такое сравнение. Мне Брэд Питт никогда не нравился.
Пытаюсь воротить носом, показываю свое равнодушие, а самой вдруг стало любопытно, что за это голливудская, а точнее сельская, звезда.
- Максим холост, красив, как я уже сказала, образован, вполне обеспеченный мужчина, если сравнивать по нашим деревенским меркам. Имеет свой дом, свой большой участок. А какой он рукастый мужчина! Если бы ты только знала…. Все умеет. Ну, абсолютно все!
- Если он такой идеальный мужчина, что даже придраться не к чему, то почему тогда он один? Разве в селе нет достойных ему женщин? – спросила я, сгорая от любопытства.
- Да черт его знает. – Отмахнулся Михаил Степанович. – Слишком уж большие требования имеет к женщинам.
- А вот и его недостаток! Он самовлюблённый и высокомерный! - весело проговорила я, и сама тут же вспомнила шефа. Он так же безумно самовлюбленный, и ко всему прочему гордый аж до тошноты.
- Ну, ничего, завтра вы с ним познакомитесь. – Снова этот хитрый взгляд Панова.
- Зачем мне с ним знакомиться? Меня не нужно ни с кем знакомить! – как-то даже растерялась я.
- Максим работает в нашем колхозе машинистом. Вам в любом случае предстоит познакомиться. – Объяснил Панов, и я облегченно выдохнула.
Больше мы не говорили об этом «совершенном» Максиме, разговор плавно перешел на нейтральную тему: о погоде.
- Мария Сергеевна! – стоило мне переступить порог конторы, ко мне с криками подбежала Лена, при этом еще эмоционально размахивая руками. – Мария Сергеевна!
- Что случилось? – первое, о чем подумала я – что-то произошло на ферме. – Пожар?
- Где пожар? – остановилась Лена в ступоре.
- Это я спрашиваю, где пожар? – теперь и я в замешательстве. – Почему ты так кричишь?
- Ах, - наконец-то стало проясняться. – Да нет же, - отмахнулась девушка. – Вам тут с утра одна ненормальная женщина все дозванивается. Ну, честное слово, уже так достала! Звонит и звонит, звонит и звонит. – Ворчала Ленка, направляясь в свой кабинет, где и располагался один на все село стационарный телефон.
- Илона, - первое, о ком подумала я. Ведь Лена сказала, что звонит ненормальная женщина. А по описанию только она подходит из числа всех моих знакомых.
Телефон лежал на столе. Это значит, звонившая все еще на проводе, ждет моего ответа.
- Алло. – Сонно зеваю, глядя наручные часы. Время восемь утра.
- Маша! Машка! Это ты? Ты где? Что с тобой? Ты зачем отключила свой мобильный? Знаешь, сколько раз я тебе звонила? Да я всю полицию в городе на уши поставила!
- Катя?
Я совершенно позабыла о второй своей «ненормальной» знакомой.
- Где ты? Тебя держат в заложниках? Моргни, если это так? Моргнула? Черт, мы же разговариваем не по видеосвязи. Тогда скажи слово «пудель».
- Зачем мне говорить это слово?
- Это первое, что пришло мне на ум. – Продолжила нести чушь подруга. – Так, значит, тебя держат в заложниках? Говори точный адрес, я вышлю к тебе на помощь ОМОН.
- Не нужно ко мне никого присылать, тем более ОМОН. – Глаза Лены тотчас округлились. – Кать, со мной все в порядке. Я там, где и должна быть – в селе «Речка», как и было указано в контракте.
- Так, значит, этот странный контракт взаправду? Равиль тебя не обманул?
- Не совсем.
- Что это значит?
- Никакое это не промышленное предприятие, как я думала прежде. А колхоз.
- В смысле, колхоз?
- В прямом. Я управляющая колхозом. Ну, коровы тут, телята, трактористы… - Звонкий смех в трубке не дал мне договорить. – Ну, спасибо, подруга, посочувствовала мне… - Проворчала я и положила трубку.
Зная свою подругу, она еще не скоро успокоится.
- Это моя подруга Катя. – Объяснила я Лене. – Когда она позвонит снова, а она обязательно позвонит, скажи ей, чтобы перезвонила вечером часов в шесть. А сейчас я иду работать в свой кабинет.
Выхожу из кабинета Лены, как вдруг в меня влетает, в прямом смысле, высокий, под два метра с небольшим преувеличением, будулай в темном спортивном костюме и в огромных белых кроссах. Эти-то белые кроссы и оказались поверх моих миниатюрных туфель.
- Ай! – взвизгнула я словно свинья на убое.
- Простите, - холодно извинился мужчина, и даже не попытался скрыть своего равнодушия, а потом и вовсе отодвинул меня в сторону, как ненужный субъект на своем пути. – Лена, где председатель? – не обращая на меня никакого внимания, обратился к моей секретарше.
- На ферме, наверное. – Пожала плечами та.
Я продолжаю стоять с раскрытым от изумления ртом.
Вот так наглость! Наступил даме на ногу, и не смог даже должным образом извиниться.
Чувствую сильную боль в ногах. Перелом, - дала себе заключение вместо врача.
- Наверное? – нахмурился мужчина.
- А мне откуда знать, где ходит председатель? - голос девушки вздрогнул. Обиделась. – Он мне не докладывает о каждом своем шаге.
- Ладно, не обижайся. День мой еще с утра не задался. Нужно ехать в город, а у меня, как назло, машина сломалась. И Андрей куда-то уехал на другой машине. – Тут он резко оборачивается и смотрит на меня каким-то странным взглядом. И ведь нагло так рассматривает с ног до головы.
Сегодня я одета как обычно: белая рубашка, темно-синяя, облегающая юбка длиной до колен и туфли на каблуке. А этот грубый, невоспитанный мужлан смотрит на меня так, будто я сейчас стою перед ним совершенно голая, осуждающе и с некоем отвращением во взгляде.
- Максим, - обратилась к нему Лена. – А зачем тебе Михаил Степанович, когда уже есть управляющий колхозом? Обратись к ней. Может, она тебе чем поможет?
- Эта глупая баба даже не знает, что такое солидол. – Он наконец-то оторвал от меня свои наглые, бесстыжие, серые глаза, отвернувшись. – Думаешь, она сможет устранить поломку моей машины? Да у нее нет ни опыта, ни мозгов.
Максим?! Это то, о чем я думаю?
- Тоже мне, мистер совершенство. – Со злостью вырвалось у меня.
- Простите? – вновь поворачивается ко мне Максим.
- Прощаю. – Гордо вскинула подбородок и, хромая, направилась на второй этаж, в свой кабинет.
Невероятно! Он в точности, как мой шеф!
«Красив душой и телом», - вспомнились слова Лидии Михайловны. Что ж, нехотя, признаю, внешность Максима привлекательная: высок, прекрасная комплектация тела, и мордашкой вышел: русые волосы, прямой аристократический нос, выделяющиеся скулы, выразительные глаза. А вот душа его черна, как ночь. Как у Рустамова. Оба высокомерные гордецы с высокой самооценкой.
Он мне чуть ногу не отдавил! Извинился так, будто одолжение мне сделал.
Присаживаюсь за свой рабочий стол и открываю дневник.
«Дорогой Дневник. Прошло два дня с тех пор, как я приехала в это Богом забытое место, где нет ни супермаркета, ни кинотеатров, нет даже интернета, что меня больше всего расстроило.
Теперь нет никакого сомнения в том, что Рустамов целенаправленно отправил меня сюда, чтобы поглумиться и показать свое превосходство надо мною. Что же, ему это удалось. Я посмешище в глазах всего колхоза, обо мне еще долго будут говорить байки. «Управляющая колхозом даже не знает, что такое солидол».
Но, ничего, я не дам Равилю так легко сломать себя. Он даже не знает, с кем связался. Я докажу ему, что я сильная и смелая женщина, а не просто слабый пол. Я стану лучшим управляющим года! Колхоз будет процветать и приносить невероятный доход! Это я обещаю, иначе я не Синицына Мария Сергеевна – дочь успешного бизнесмена и его красавицы жены.
P.S Я ненавижу тебя, Рустамов Равиль Абдульджалиевич.»
В дверь моего кабинета кто-то громко постучал. От неожиданности я даже вздрогнула.
- Можно к вам? – в дверях стоял Максим, собственной персоной.
Передо мною предстал выбор: сразу послать его к черту или же выслушать, с чем пришел?
Скрипя сердцем, выбрала второе.
- Входите. – Произношу я строгим тоном начальника.
Нахмурилась. Скрестила перед собой руки. Всех своим неприступным видом показываю, как он мне неприятен.
Но что я вижу? Он ухмыляется?
Вот, гад!
- Я хочу извиниться за ранее сказанные грубые слова в ваш адрес. – Медленно, растягивая каждое слово, словно кот растягивает приятные минуты удовольствия во время поедания сметаны, проговорил Максим, но на его лице я так и не увидела искреннего раскаяния. – Я жалею, что вам пришлось это услышать.
- Вы только об этом жалеете? – моему возмущению не было предела.
Да что он себе возомнил?!
- Я бы не стал называть вас глупой бабой в вашем же присутствии. Я не знал, что это вы и есть управляющий колхозом.
Он издевается надо мною?!
- То есть, за моей спиной вы с удовольствием называете меня глупой бабой?
- Если вы, конечно, не мужчина… - ухмыляясь, произносит он.
- Нет! - выскакиваю из-за стола. – Я больше не в силах слушать вас! Вы просто невероятный… бескультурный… - Я задыхаюсь от возмущения, мне даже не сразу удается подобрать нужное слово, в точности описывающее его. – Невоспитанное чудовище! Вот вы кто!
Мои последние слова прозвучали так громко, что, кажется, меня слышала вся контора.
Ну и пусть. Ничего нового для них не прозвучало. Уверена, все знают, о его несносном характере.
- Продолжайте. – Спокойно произносит Максим, приняв ожидающую позу, скрестив перед собою руки и облокотившись об стену.
- Я все сказала. – Краснею от злости.
- Раз вы сказали все, можно я продолжу?
- А вы разве не все сказали?
- Я только начал, но вы меня перебили. – Улыбается, гад.
- Я вас слушаю. – Возвращаюсь обратно на свое кресло. Мужчина подходит к моему столу и своей близостью начинает меня нервировать. – Только излагайте быстрее, у меня еще много работ.
- О да, заполнение личного дневника – очень важное занятие. – Съязвил Максим, кося на раскрытый дневник на моем столе.
С шумом захлопнула книгу и убрала ее в самый дальний ящик стола.
- Обо мне напишете? – продолжает издеваться надо мной.
- Обязательно. – Без всякого смущения отвечаю я.
- Дадите потом почитать?
- Не дождётесь.
- Очень жаль.
- Вы пытаетесь сейчас флиртовать со мной? – спрашиваю, глядя прямо в глаза.
- Это так заметно?
- Ваш флирт заметит даже слепой и глухой. Но мне придется вас расстроить: вы не в моем вкусе. Даже не пытайтесь флиртовать со мной.
- Что ж, я рад этому. Никаких сексуальных домогательств со стороны начальства.
- Бедненький, неужели вы прежде подвергались сексуальному домогательству со стороны начальства? – отшутилась на его иронию, и не смогла сдержать улыбки, только представив эту картину. Ведь, как мне известно, прежним владельцем колхоза был семидесятилетний старичок.
Максима тоже рассмешили мои слова.
А у него прекрасная улыбка, - поймала себя на мысли, и тотчас же отогнала их. Не хватало еще запасть на этого грубияна.
- А вы забавная, Мария Сергеевна. – Произнес он с обворожительной улыбкой на лице.
Где-то я это уже слышала.
- Глупая и забавная? Какие еще слова-комплименты я услышу в свой адрес?
- Нет, вы совсем даже не глупая. Свои слова о глупой бабе я забираю назад. – На полном серьезе произносит он.
В кабинете образовалось неловкое молчание. И его пристальный взгляд начинает меня смущать.
- Так зачем вы пришли ко мне? Уверена, не только с тем, чтобы извиниться. Какое у вас ко мне дело? – спросила я, первой нарушив тишину.
Да, вы правы. Я пришел к вам не только с тем, чтобы извиниться. Я пришел к вам, как подчиненный к своему начальнику.
- Я вас внимательно слушаю. – Чувствую свое превосходство над грубияном, и мне это безумно нравится.
- Мне нужны деньги, чтобы купить запчасти для рабочего автомобиля.
- И где мне их взять? – вылетает вопрос прежде, чем я подумала. Как обычно.
- Это вы у меня спрашиваете? – удивляется, приподнимая бровь.
- Сейчас я решу вашу проблему. Дайте мне пять минут. – Встаю со своего кресла и иду. А куда я иду?
- Вы куда? – окликнул меня Максим, когда я оказалась в коридоре. – Вы же не спросили, сколько мне нужно!
- Изложите все на бумаге: какая сумма и на что именно хотите ее потратить. – Бросила через плечо и побежала вниз по ступенькам.
- А красота, должно быть, досталась тебе от матери? – предположила Лидия Михайловна и оказалась права.
Может, сильный характер и выносливость достались мне от отца, а вот внешность точь-в-точь матери: прямые, темно-русые волосы, мраморная кожа, небольшой аккуратный носик, длинные черные ресницы и необычного цвета глаза, серо-зеленые и ободок радужки темно-карий. В общем, ассорти, - присутствуют сразу три цвета.
- Мама была первой красавицей во всей вселенной – это слова папы, и с ним я полностью согласна.
- А жених? - Лукаво подмигнула Лидия Михайловна. – А жених у тебя имеется?
- Нет. – Смущенно мотнула головой.
- Как? Не поверю. Как у такой красавицы нет жениха?
- Не знаю, - пожала плечами. – Не родился, наверное, еще.
Наша беседа плавно перешла от грустной темы на тему о забавных случаях, происходящих в колхозе.
Супруги Пановы охотно поделились со мной парочкой забавных историй.
- Наверное, в колхозе теперь не скоро забудут и мой казус с солидолом? – спросила я Панова. - Теперь я тоже могу смело войти в историю забавных случаев колхоза.
- О каком казусе, Машенька, ты говоришь?
Лидия Михайловна единственный человек на селе, не слышавший о моем казусе.
И я все рассказала ей.
Но, к моему удивлению, она не разразилась звонким смехом и даже не улыбнулась.
- Не вижу здесь ничего смешного. – На полном серьезе произнесла она. – Ты приехала из города, так откуда тебе знать, что такое «солидол»? К тому же ты девушка, а солидол используется для смазки автозапчастей. Это одно и то же, если мужчину спросить, что такое шеллак. – Ее слова сейчас были обращены мужу, на что он лишь пожал плечами. – Или, к примеру, жителя деревни, который ни разу не выезжал в город, посадить в метро или одного отправить в ресторан. Разве над ним не будут смеяться горожане?
- Моя жена, как и вы, приехала из города. До встречи со мной она никогда в жизни не жила в деревне. – Объяснил Панов, и мне все сразу стало ясно, почему она так пылко восприняла мой казус с солидолом.
Сижу, представляю себя на месте Лидии Михайловны, как я перебираюсь жить в село. Навсегда. Брр.
Хотя… Только сильные чувства способны подтолкнуть меня на этот серьезный шаг.
- Машенька, что тебя так развеселило?
Супруги Пановы все это время пристально за мной наблюдали.
- Я просто представила, что я, как и вы, решаюсь переехать в деревню по большой любви.
- И что здесь смешного? – не поняла Лидия Михайловна.
- В голове я стала перебирать возможную подходящую мне кандидатуру в мужья. Но никто кроме трактористов мне не приходит в голову.
- О, нет! – сквозь смех воскликнула Панова.
- Среди трактористов одни дармоеды, а те, кто хоть куда – уже женаты. – Захохотал Михаил Степанович. – Кхм, - вдруг на секунду задумался он. – А ведь у меня есть один женишок на примете. А, Лидия? – обратился к жене с хитрым взглядом.
- Ты о Максимке? – сразу же догадалась она.
- О нем самом. – Довольно закивал Панов.
- Так, все хватит! – остановила я сватовство. – Приехать не успела, а мне уже жениха подобрали?
- А что ты раньше времени носом воротишь? Вот увидишь нашего Максимку – сразу по-другому запоешь. – Продолжила Лидия Михайловна, как ни в чем не бывало. – Знаешь, а ведь в него все девки села влюблены. И замужние, и незамужние. Красавец и душой и телом. Ну, просто вылитый Брэд Питт.
- Зря вы дали такое сравнение. Мне Брэд Питт никогда не нравился.
Пытаюсь воротить носом, показываю свое равнодушие, а самой вдруг стало любопытно, что за это голливудская, а точнее сельская, звезда.
- Максим холост, красив, как я уже сказала, образован, вполне обеспеченный мужчина, если сравнивать по нашим деревенским меркам. Имеет свой дом, свой большой участок. А какой он рукастый мужчина! Если бы ты только знала…. Все умеет. Ну, абсолютно все!
- Если он такой идеальный мужчина, что даже придраться не к чему, то почему тогда он один? Разве в селе нет достойных ему женщин? – спросила я, сгорая от любопытства.
- Да черт его знает. – Отмахнулся Михаил Степанович. – Слишком уж большие требования имеет к женщинам.
- А вот и его недостаток! Он самовлюблённый и высокомерный! - весело проговорила я, и сама тут же вспомнила шефа. Он так же безумно самовлюбленный, и ко всему прочему гордый аж до тошноты.
- Ну, ничего, завтра вы с ним познакомитесь. – Снова этот хитрый взгляд Панова.
- Зачем мне с ним знакомиться? Меня не нужно ни с кем знакомить! – как-то даже растерялась я.
- Максим работает в нашем колхозе машинистом. Вам в любом случае предстоит познакомиться. – Объяснил Панов, и я облегченно выдохнула.
Больше мы не говорили об этом «совершенном» Максиме, разговор плавно перешел на нейтральную тему: о погоде.
Глава 8
- Мария Сергеевна! – стоило мне переступить порог конторы, ко мне с криками подбежала Лена, при этом еще эмоционально размахивая руками. – Мария Сергеевна!
- Что случилось? – первое, о чем подумала я – что-то произошло на ферме. – Пожар?
- Где пожар? – остановилась Лена в ступоре.
- Это я спрашиваю, где пожар? – теперь и я в замешательстве. – Почему ты так кричишь?
- Ах, - наконец-то стало проясняться. – Да нет же, - отмахнулась девушка. – Вам тут с утра одна ненормальная женщина все дозванивается. Ну, честное слово, уже так достала! Звонит и звонит, звонит и звонит. – Ворчала Ленка, направляясь в свой кабинет, где и располагался один на все село стационарный телефон.
- Илона, - первое, о ком подумала я. Ведь Лена сказала, что звонит ненормальная женщина. А по описанию только она подходит из числа всех моих знакомых.
Телефон лежал на столе. Это значит, звонившая все еще на проводе, ждет моего ответа.
- Алло. – Сонно зеваю, глядя наручные часы. Время восемь утра.
- Маша! Машка! Это ты? Ты где? Что с тобой? Ты зачем отключила свой мобильный? Знаешь, сколько раз я тебе звонила? Да я всю полицию в городе на уши поставила!
- Катя?
Я совершенно позабыла о второй своей «ненормальной» знакомой.
- Где ты? Тебя держат в заложниках? Моргни, если это так? Моргнула? Черт, мы же разговариваем не по видеосвязи. Тогда скажи слово «пудель».
- Зачем мне говорить это слово?
- Это первое, что пришло мне на ум. – Продолжила нести чушь подруга. – Так, значит, тебя держат в заложниках? Говори точный адрес, я вышлю к тебе на помощь ОМОН.
- Не нужно ко мне никого присылать, тем более ОМОН. – Глаза Лены тотчас округлились. – Кать, со мной все в порядке. Я там, где и должна быть – в селе «Речка», как и было указано в контракте.
- Так, значит, этот странный контракт взаправду? Равиль тебя не обманул?
- Не совсем.
- Что это значит?
- Никакое это не промышленное предприятие, как я думала прежде. А колхоз.
- В смысле, колхоз?
- В прямом. Я управляющая колхозом. Ну, коровы тут, телята, трактористы… - Звонкий смех в трубке не дал мне договорить. – Ну, спасибо, подруга, посочувствовала мне… - Проворчала я и положила трубку.
Зная свою подругу, она еще не скоро успокоится.
- Это моя подруга Катя. – Объяснила я Лене. – Когда она позвонит снова, а она обязательно позвонит, скажи ей, чтобы перезвонила вечером часов в шесть. А сейчас я иду работать в свой кабинет.
Выхожу из кабинета Лены, как вдруг в меня влетает, в прямом смысле, высокий, под два метра с небольшим преувеличением, будулай в темном спортивном костюме и в огромных белых кроссах. Эти-то белые кроссы и оказались поверх моих миниатюрных туфель.
- Ай! – взвизгнула я словно свинья на убое.
- Простите, - холодно извинился мужчина, и даже не попытался скрыть своего равнодушия, а потом и вовсе отодвинул меня в сторону, как ненужный субъект на своем пути. – Лена, где председатель? – не обращая на меня никакого внимания, обратился к моей секретарше.
- На ферме, наверное. – Пожала плечами та.
Я продолжаю стоять с раскрытым от изумления ртом.
Вот так наглость! Наступил даме на ногу, и не смог даже должным образом извиниться.
Чувствую сильную боль в ногах. Перелом, - дала себе заключение вместо врача.
- Наверное? – нахмурился мужчина.
- А мне откуда знать, где ходит председатель? - голос девушки вздрогнул. Обиделась. – Он мне не докладывает о каждом своем шаге.
- Ладно, не обижайся. День мой еще с утра не задался. Нужно ехать в город, а у меня, как назло, машина сломалась. И Андрей куда-то уехал на другой машине. – Тут он резко оборачивается и смотрит на меня каким-то странным взглядом. И ведь нагло так рассматривает с ног до головы.
Сегодня я одета как обычно: белая рубашка, темно-синяя, облегающая юбка длиной до колен и туфли на каблуке. А этот грубый, невоспитанный мужлан смотрит на меня так, будто я сейчас стою перед ним совершенно голая, осуждающе и с некоем отвращением во взгляде.
- Максим, - обратилась к нему Лена. – А зачем тебе Михаил Степанович, когда уже есть управляющий колхозом? Обратись к ней. Может, она тебе чем поможет?
- Эта глупая баба даже не знает, что такое солидол. – Он наконец-то оторвал от меня свои наглые, бесстыжие, серые глаза, отвернувшись. – Думаешь, она сможет устранить поломку моей машины? Да у нее нет ни опыта, ни мозгов.
Максим?! Это то, о чем я думаю?
- Тоже мне, мистер совершенство. – Со злостью вырвалось у меня.
- Простите? – вновь поворачивается ко мне Максим.
- Прощаю. – Гордо вскинула подбородок и, хромая, направилась на второй этаж, в свой кабинет.
Невероятно! Он в точности, как мой шеф!
«Красив душой и телом», - вспомнились слова Лидии Михайловны. Что ж, нехотя, признаю, внешность Максима привлекательная: высок, прекрасная комплектация тела, и мордашкой вышел: русые волосы, прямой аристократический нос, выделяющиеся скулы, выразительные глаза. А вот душа его черна, как ночь. Как у Рустамова. Оба высокомерные гордецы с высокой самооценкой.
Он мне чуть ногу не отдавил! Извинился так, будто одолжение мне сделал.
Присаживаюсь за свой рабочий стол и открываю дневник.
«Дорогой Дневник. Прошло два дня с тех пор, как я приехала в это Богом забытое место, где нет ни супермаркета, ни кинотеатров, нет даже интернета, что меня больше всего расстроило.
Теперь нет никакого сомнения в том, что Рустамов целенаправленно отправил меня сюда, чтобы поглумиться и показать свое превосходство надо мною. Что же, ему это удалось. Я посмешище в глазах всего колхоза, обо мне еще долго будут говорить байки. «Управляющая колхозом даже не знает, что такое солидол».
Но, ничего, я не дам Равилю так легко сломать себя. Он даже не знает, с кем связался. Я докажу ему, что я сильная и смелая женщина, а не просто слабый пол. Я стану лучшим управляющим года! Колхоз будет процветать и приносить невероятный доход! Это я обещаю, иначе я не Синицына Мария Сергеевна – дочь успешного бизнесмена и его красавицы жены.
P.S Я ненавижу тебя, Рустамов Равиль Абдульджалиевич.»
В дверь моего кабинета кто-то громко постучал. От неожиданности я даже вздрогнула.
- Можно к вам? – в дверях стоял Максим, собственной персоной.
Передо мною предстал выбор: сразу послать его к черту или же выслушать, с чем пришел?
Скрипя сердцем, выбрала второе.
- Входите. – Произношу я строгим тоном начальника.
Нахмурилась. Скрестила перед собой руки. Всех своим неприступным видом показываю, как он мне неприятен.
Но что я вижу? Он ухмыляется?
Вот, гад!
- Я хочу извиниться за ранее сказанные грубые слова в ваш адрес. – Медленно, растягивая каждое слово, словно кот растягивает приятные минуты удовольствия во время поедания сметаны, проговорил Максим, но на его лице я так и не увидела искреннего раскаяния. – Я жалею, что вам пришлось это услышать.
- Вы только об этом жалеете? – моему возмущению не было предела.
Да что он себе возомнил?!
- Я бы не стал называть вас глупой бабой в вашем же присутствии. Я не знал, что это вы и есть управляющий колхозом.
Он издевается надо мною?!
- То есть, за моей спиной вы с удовольствием называете меня глупой бабой?
- Если вы, конечно, не мужчина… - ухмыляясь, произносит он.
- Нет! - выскакиваю из-за стола. – Я больше не в силах слушать вас! Вы просто невероятный… бескультурный… - Я задыхаюсь от возмущения, мне даже не сразу удается подобрать нужное слово, в точности описывающее его. – Невоспитанное чудовище! Вот вы кто!
Мои последние слова прозвучали так громко, что, кажется, меня слышала вся контора.
Ну и пусть. Ничего нового для них не прозвучало. Уверена, все знают, о его несносном характере.
- Продолжайте. – Спокойно произносит Максим, приняв ожидающую позу, скрестив перед собою руки и облокотившись об стену.
- Я все сказала. – Краснею от злости.
- Раз вы сказали все, можно я продолжу?
- А вы разве не все сказали?
- Я только начал, но вы меня перебили. – Улыбается, гад.
- Я вас слушаю. – Возвращаюсь обратно на свое кресло. Мужчина подходит к моему столу и своей близостью начинает меня нервировать. – Только излагайте быстрее, у меня еще много работ.
- О да, заполнение личного дневника – очень важное занятие. – Съязвил Максим, кося на раскрытый дневник на моем столе.
С шумом захлопнула книгу и убрала ее в самый дальний ящик стола.
- Обо мне напишете? – продолжает издеваться надо мной.
- Обязательно. – Без всякого смущения отвечаю я.
- Дадите потом почитать?
- Не дождётесь.
- Очень жаль.
- Вы пытаетесь сейчас флиртовать со мной? – спрашиваю, глядя прямо в глаза.
- Это так заметно?
- Ваш флирт заметит даже слепой и глухой. Но мне придется вас расстроить: вы не в моем вкусе. Даже не пытайтесь флиртовать со мной.
- Что ж, я рад этому. Никаких сексуальных домогательств со стороны начальства.
- Бедненький, неужели вы прежде подвергались сексуальному домогательству со стороны начальства? – отшутилась на его иронию, и не смогла сдержать улыбки, только представив эту картину. Ведь, как мне известно, прежним владельцем колхоза был семидесятилетний старичок.
Максима тоже рассмешили мои слова.
А у него прекрасная улыбка, - поймала себя на мысли, и тотчас же отогнала их. Не хватало еще запасть на этого грубияна.
- А вы забавная, Мария Сергеевна. – Произнес он с обворожительной улыбкой на лице.
Где-то я это уже слышала.
- Глупая и забавная? Какие еще слова-комплименты я услышу в свой адрес?
- Нет, вы совсем даже не глупая. Свои слова о глупой бабе я забираю назад. – На полном серьезе произносит он.
В кабинете образовалось неловкое молчание. И его пристальный взгляд начинает меня смущать.
- Так зачем вы пришли ко мне? Уверена, не только с тем, чтобы извиниться. Какое у вас ко мне дело? – спросила я, первой нарушив тишину.
Да, вы правы. Я пришел к вам не только с тем, чтобы извиниться. Я пришел к вам, как подчиненный к своему начальнику.
- Я вас внимательно слушаю. – Чувствую свое превосходство над грубияном, и мне это безумно нравится.
- Мне нужны деньги, чтобы купить запчасти для рабочего автомобиля.
- И где мне их взять? – вылетает вопрос прежде, чем я подумала. Как обычно.
- Это вы у меня спрашиваете? – удивляется, приподнимая бровь.
- Сейчас я решу вашу проблему. Дайте мне пять минут. – Встаю со своего кресла и иду. А куда я иду?
- Вы куда? – окликнул меня Максим, когда я оказалась в коридоре. – Вы же не спросили, сколько мне нужно!
- Изложите все на бумаге: какая сумма и на что именно хотите ее потратить. – Бросила через плечо и побежала вниз по ступенькам.
