- Я не знаю, о планах Черного и господина Семплеярова. Но одно могу сказать точно: на органы тебя не отправят, не переживай, и проституцией заниматься тебе тоже не дадут. Если ты, конечно, сама не попросишь об этом. – Объяснил он с ухмылкой.
- Зачем же тогда я ему?
- Будешь домработницей: мыть посуду, полы, готовить завтраки, обеды и ужины, стирать грязные носки, как его, так и всей его охраны. – Рассмеялся Стас.
- Надеюсь, ты шутишь?
- Да откуда мне знать, зачем ты пригодилась Черному? – раздраженно произнес Стас. – Мне нет никакого дела до него и до его невольниц.
- А что, кроме меня есть другие невольницы? - удивилась я.
- Нет, блин, ты у него одна единственная. – Огрызнулся мужчина. – Ты пить сегодня будешь? Сколько уже можно тебя ждать? – Стас всучил мне в руки бокал.
Я сделала глоток, потом еще один, а потом и вовсе осушила свой бокал.
Так хочется напиться и забыться. И проснувшись завтра, я окажусь дома, в своей уютной однокомнатной квартирке.
- Хочешь пить? Давай закажу тебе сока или воды? – саркастически предложил Стас.
- Нет, спасибо. Сегодня я хочу напиться. – Отвечаю на полном серьезе, чем рассмешила Стаса.
- Что же, тогда, пожалуй, закажу я еще бутылку. – Стас подозвал официанта. – Только перед Чёрным сама будешь оправдываться.
После выпитого залпом бокала вина напряжение немного спало. А после плотного ужина и еще одного бокала вина, мне стало казаться, что мое положение не такое уж и плохое. Ну, подумаешь невольница. Главное, жива и здорова, и не нужно ни с кем спать.
- Расскажи мне, кто такой господин Семплеяров? – спросила я, расслабленно откинувшись на спинку стула.
- Даже не думай, что получишь от меня какую-либо информацию о господине. – Раздраженно бросил Стас, потом стал оглядываться по сторонам. – Говори о чем угодно, но только не о господине. Тебе все ясно?
После его слов мое любопытство разгорелось новой силой.
- Нас же никто здесь не слышит. Я просто хочу знать, кто такой господин Семплеяров. – Упрямо продолжаю настаивать на своем.
- С этой информацией тебе будет прямая дорога на кладбище. – Предупредил Стас. – И сейчас я не шучу.
- Ик! – от испуга даже заработала себе икоту. – Знаешь, я согласна поговорить о чем-нибудь другом.
Стук дверь пробудил меня от крепкого сна. Дотянулась до стола, где лежал мой телефон, чтобы посмотреть на время – девятый час утра.
Зачем будить так рано?
Набросила поверх короткой шелковой сорочки легкий халат и отправилась открывать дверь, мысленно задушив того, что сейчас стоял за дверью моего купе. Кем бы он ни был, я готова его убить в эту же секунду.
- Доброе утро!
При виде стюардессы за дверью, с огромным букетом белых роз в руках, у меня даже челюсть немного отвисла.
- Это мне? – спросила я, решив, что женщина просто ошиблась дверью.
- Цветы для Александры от соседа. – Сообщает она, с небольшой завистью на лице.
Взяв букет с ее руки, я тут же почувствовала их тяжесть. Сколько же здесь роз?
Быстренько прошлась взглядом по букету, насчитала пятьдесят одну розу.
Признаться, никогда прежде я не получала букет, количеством роз превышающих число одиннадцать. Одиннадцать роз – это максимум.
- Могли бы вы передать моему соседу огромное спасибо за цветы. – Попросила я проводницу.
- Вы сами сможете его лично поблагодарить. Станислав просил вас предупредить о том, что с минуты на минуту он придет к вам на чашечку кофе.
- Что? – округлились мои глаза. – Придет сейчас?
Проводница улыбнулась и скрылась из виду.
Бросив букет на не заправленное спальное место, и схватив полотенце, зубную щетку с пастой и пенку для умывания, я бросилась бежать в уборную, умудряясь на ходу расчесывать пальцами волосы. А когда я вернулась в свое купе, Стас уже сидел на кровати несостоявшегося соседа.
- Доброе утро! – Мужчина пристально разглядывал меня, потом скривил губы в усмешке и отвел взгляд в сторону. – Прости, что пришел без приглашения и не дал тебе времени… - Он запнулся, подбирая нужное слово. - … проснуться.
- Спасибо за цветы. – Смущаясь, поблагодарила я.
Стою перед ним в коротеньком халате, в тапочках, с отекшим лицом после ночной посиделки в ресторане, сжимая в руках мыльно-рыльные принадлежности.
Стас же, напротив, сидел уже бодрый, свежий как огурчик, будто вчера вовсе не пил со мною. На нем была светлая, выглаженная рубашка и черные брюки.
Везет же мужчинам: умылся, побрился, причесался и красавец. Нельзя отрицать, что этот мужчина красив. Очень красив. Он сам это прекрасно знает и умело пользуется своим природным даром при знакомстве с женщинами. Уверена, я не единственная, с кем он заводит знакомство во время своего путешествия на поезде.
Но мне-то что от этого? Я свободна, ни в кого не влюбленная, и в него не собираюсь влюбляться. Он, конечно, красив, обаятелен, но не настолько, чтобы я лишилась разума и отдала ему свое сердце. Может, со временем это и случилось, если бы у нас было больше времени на общение. Но к счастью, завтра после восьми утра я сойду с поезда и мы с ним больше никогда не увидимся. А пока, я не против легкого флирта с незнакомым и очень привлекательным мужчиной.
- Саша? – Стас пристально смотрит на меня, выгнув бровь. – Все нормально?
Я так задумалась, что не сразу ответила ему.
- Ах, да, - прихожу в себя. – Спасибо за цветы. – Благодарю еще раз, складывая мыльно-рыльные принадлежности в сумочку.
- Я уже сказал, пожалуйста. – Не сводит с меня своего пристального взгляда.
Я быстро заправила кровать, расчесала волосы и только потом села и взглянула на Стаса.
- Ты меня смущаешь. – С укором произношу ему. – Не мог предупредить о своем желании прийти ко мне хотя бы за час?
- Прости, - даже улыбка у него красивая. Ведь должен же быть в нем хоть один изъян? – Я хотел позавтракать, но одному мне этого делать не хочется. Не составишь мне компанию?
- Хорошо. – Пожимаю плечами, показывая равнодушие, хотя сама в этот момент была взволнована, как никогда прежде. – Мне нужно переодеться.
- Зачем? Если ты не против, я бы хотел позавтракать с тобой здесь. А твой крошечный сексуальный халатик меня ничуть не смущает.
Я сглотнула, через силу кивнула. Стас смотрел на меня так, будто раздевал глазами. К счастью, в дверь моего купе постучались, и вошла проводница с подносом в руках, рассеяв своим приходом возникшее между мной и Стасом напряжение.
- А вот и завтрак! – задорно сообщила она, ставя поднос на стол: две порции яичницы с беконом, два овощных салата и два стакана свежевыжатого апельсинового сока.
Слюнки потекли при виде всего этого. Слишком хорошо все это начинается. Даже чересчур. Будто это мираж или сон. Вот закрою сейчас глаза, и я тотчас проснусь. И всего этого уже не будет.
- Принести вам вазу для цветов? – спросила меня проводница.
- Да, спасибо. – Растерянно киваю головой.
- Не знаю почему, но проснувшись этим утром, я вдруг понял, что не хочу тебя терять. – Вдруг признался Стас, как только проводница оставила нас наедине.
- Что ты имеешь в виду? – тихо спросила я и одновременно тянусь к стакану с соком.
- Кажется, я влюбился в тебя.
- Кажется? – вырвалось прежде, чем до меня дошел смысл его слов.
- Я не влюбляюсь в первый же день знакомства, для этого мне всегда нужно было какое-то время: месяц, полгода, год…. Но с тобой все по-другому. Я чувствую, что не смогу тебя отпустить. Это будет самой глупой ошибкой, какую я когда-либо совершал в своей жизни.
Мне до крайности стало неловко. Признания Стаса повергли меня в шок. От волнения я даже выпила весь стакан сока. И ни слова не слетело с моих губ после его признания.
- Да расслабься ты. Что так напряглась? – засмеялся Стас, глядя на мое исказившееся лицо. – Я тебе просто признался в симпатии, а не позвал замуж. Я просто хочу, чтобы наше общение продолжилось и дальше. Где бы ты ни была, мы будем созваниваться, и если будет возможность, даже видеться.
Я вздохнула с облегчением, вдруг расслабившись. Поняла, что его признание ни к чему меня не обязывает.
- А сегодня ты не такая смелая в словах и поведении, как вчера. – Заметил Стас, ставя перед собой тарелку с яичницей. – Приятного аппетита. – Сухо пожелал он и принялся завтракать.
Мне показалось, мое молчание задело его самоуверенность и мужское самолюбие. Еще бы, он признался в своей симпатии, а я, можно сказать, проигнорировала его.
- Стас, я тоже не против продолжить с тобой общение. – Отозвалась я, стараясь, чтобы это прозвучало хоть немного убедительно. – Ты тоже… мне… понравился.
На лице Стаса появилась довольная улыбка. Но он ничего мне не ответил, продолжил есть свой завтрак.
Вскоре вернулась проводница, несся в руках вазу с водой. Она молча поставила цветы в вазу и так же молча удалилась.
В ту ночь я видела странный сон. Очень странный. Я сидела на пенечке в лесу и ждала. Терпеливо и долго ждала чего-то, пока неожиданно не пришел он: огромный черный волк с устрашающими черными глазами.
Он наводил на меня непомерный ужас, сердце забилось так, что вот-вот выпрыгнет из груди, и я замерла в ожидании, что же будет дальше? Зверь набросится на меня, разорвет своими острыми клыками или же пройдет мимо?
Ничего из предложенного не произошло. Волк подошел ко мне, сел рядом и стал смотреть мне прямо в глаза. Я чувствую, как начинаю падать в пропасть его черных, бездонных глаз. Он словно гипнотизирует меня. А я все падаю, падаю, падаю….
И упала с кровати.
- Черт! - выругалась я, больно ударившись головой об пол.
Как ужасно болит голова. Но это не только от падения с кровати. Причина была еще в другом.
На кой леший я вчера столько выпила? И где я?
С трудом подняв веки, я осмотрелась: знакомая комната, я в доме Черного. Но как я приехала сюда? Последнее, что я помню, то это ресторан, Виктор, бутылка вина, улица, потом еще бутылка, которую я пила уже по дороге сюда…. И все, больше никаких воспоминаний.
Признаюсь, вчера я хотела напиться и забыться. И это получилось у меня. Но зачем я не подумала о последствиях? После подобной амнезии обычно бывает ужасный похмельный синдром, сопровождающийся головной болью, слабостью и тошнотой. А еще нежеланием проживать этот день.
Кряхтя, я с трудом поднялась на ноги и снова упала на кровать. На мне сейчас было одно нижнее белье. Я сама разделась или кто-то раздел меня? Нет, подумаю об этом позже, когда станет легче. А сейчас я постараюсь снова уснуть. Может, мне вновь приснится этот загадочный черный волк….
Стоило мне сомкнуть глаза, как я тут же погрузилась в сон.
Когда я проснулась, голова уже не так сильно болела. Вместе с чувством жажды появилось желание жить.
Странно, времени уже второй час дня, а меня так и никто не потревожил. Знают, что с больного нечего взять.
С нетвердым шагом отправилась в душ. Сделала воду попрохладнее, и где-то полчаса просто простояла под живительной струей воды. Умывшись, я укуталась в белый махровый халат, и сразу же, с еще мокрыми волосами, отправилась на первый этаж в поисках лекарства от похмелья.
- Проснулась, алкоголичка? – на лестничной площадке, между первым и вторым этажом я столкнулась со Скатом, он поднимался наверх.
- Блин, Скат, говори тише. – Пробормотала еле слышно я, морщась от боли.
Слова Ската звучали так, будто говорил он сейчас в громкоговоритель.
Скат ухмыльнулся.
- Ладно, пойдем, постараюсь тебе помочь. – Сказал уже тише. Сочувствует.
Мужчина повел меня прямо по коридору первого этажа и привел в очень светлую, уютную комнату с огромными панорамными окнами вместо стен. Это была столовая.
- Садись за стол.
Я послушно села за дубовый стол, длиной в два метра, и стала наблюдать за тем, как Скат начинает хлопотать на кухне. Вскоре он поставил передо мной красную рыбу на гриле, которую он только подогрел в микроволновке, легкий овощной салат и бокал белого вина.
- Ой, убери это от меня. – Сморщилась я при виде алкоголя. Один только его вид выворачивал все внутри меня.
- Пей, - настойчиво сует бокал мне в руки. – Подобное нужно лечить подобным.
- Это только алкаши так лечатся. – Упрямо отталкиваю от себя бокал.
- Алкаш никогда не признает себя алкашом. – Саркастически бросил Скат. – Выпей бокал вина и тебе станет легче.
По взгляду Ската поняла, что он не отстанет от меня, пока я не выполню то, что он хочет. Упрямец.
- Ну, хорошо. – Нехотя, борясь с чувством тошноты, начинаю мелкими глотками пить приторное, сухое белое вино.
- А теперь рассказывай, что вчера произошло. – Спросил Скат, приняв серьезный вид, как только я поставила пустой бокал на стол. – Тебя насильно заставляли пить алкоголь? Они тебя пытали?
Мир вокруг начал вращаться. Вино начало действовать. Головная боль прошла, разум стал яснеть.
Боже, я начинающий алкоголик.
- Отвечай! – прикрикнул Скат.
- После того, как я отдала кейс Стасу, мы поехали в ресторан…. – Начала я рассказ, но меня тут же прервали.
- Какому еще Стасу? – не понял Скат.
- То есть, Виктору, - поправила я.
Скат принял недоверчивый вид, но продолжил внимательно слушать:
- В ресторане никто меня насильно не поил. Я сама хотела напиться, что и сделала.
- Стоп. – Резко остановил Скат. – Ты хочешь сказать, Виктор не заставлял тебя что-либо делать? И напилась вчера ты по своему желанию?
- Верно, - кивнула головой, отправив в рот кусок сочной рыбки. – А что было дальше, я не помню.
Минут две Скат задумчиво стоял возле моей душой, потом отошел к окну. Я уже съела рыбу и принялась за салат, как он продолжил:
- Александра, теперь ты наложница Чёрного. А значит, ты не можешь делать то, что тебе заблагорассудится. Ты понимаешь, что вчера своей неразумной выходкой ты чуть не начала войну между двумя группировками?
Услышав его слова, я поперхнулась салатом.
- Кхм – кхм, - закашлялась я.
Скат поднес мне стакан воды, и я тут же сделала несколько больших глотков.
- Ты – собственность Чёрного, неприкосновенна. Понимаешь? Никто, кроме Чёрного и господина, не вправе трогать тебя.
С моих губ слетел смешок. Меня смутили его слова.
- Я – чья-то собственность. Пфф... Крепостное право отменили еще в 19 веке.
- Мало того, что алкоголичка, так еще и тупая. – Заворчал Скат. – Мне кажется, Чёрный и сам не рад, что взял тебя к себе. Смотри, допрыгаешься, и отдаст тебя кому-нибудь в другой город. Не факт, что там тебе будет лучше.
- А зачем я Чёрному? – спросила я.
- Будешь выполнять его различные поручения, вроде вчерашней. – Кратко объяснил мужчина, потом добавил, приняв мягкое выражение лица: - За свою работу ты будешь получать деньги. Считай это неофициальным трудоустройством. Увы, никакой пенсии в старости тебе не видать.
- Деньги… - мелькнуло в моей голове. – Деньги! – вскрикнула я, что даже Скат вздрогнул. – Вчера в моем пиджаке лежала пачка с пятитысячными купюрами. Где они? Ты видел?
- Видел, - кивнул он.
- Так, значит, ты вчера меня раздел, да? – разозлилась я.
- Я. – Ехидно заулыбался Скат.
- Где деньги? – яростно бросила я.
- Не беспокойся, они в целости и в сохранности. Чужого мне не нужно. Но я их тебе не верну, пока ты не скажешь, откуда они у тебя. Не переживай, я никому ничего не сказал о деньгах. Пока.
Скат приподнял бровь, ожидая объяснений.
- Мне их дал Виктор. – Признаюсь ему.
- Зачем же тогда я ему?
- Будешь домработницей: мыть посуду, полы, готовить завтраки, обеды и ужины, стирать грязные носки, как его, так и всей его охраны. – Рассмеялся Стас.
- Надеюсь, ты шутишь?
- Да откуда мне знать, зачем ты пригодилась Черному? – раздраженно произнес Стас. – Мне нет никакого дела до него и до его невольниц.
- А что, кроме меня есть другие невольницы? - удивилась я.
- Нет, блин, ты у него одна единственная. – Огрызнулся мужчина. – Ты пить сегодня будешь? Сколько уже можно тебя ждать? – Стас всучил мне в руки бокал.
Я сделала глоток, потом еще один, а потом и вовсе осушила свой бокал.
Так хочется напиться и забыться. И проснувшись завтра, я окажусь дома, в своей уютной однокомнатной квартирке.
- Хочешь пить? Давай закажу тебе сока или воды? – саркастически предложил Стас.
- Нет, спасибо. Сегодня я хочу напиться. – Отвечаю на полном серьезе, чем рассмешила Стаса.
- Что же, тогда, пожалуй, закажу я еще бутылку. – Стас подозвал официанта. – Только перед Чёрным сама будешь оправдываться.
После выпитого залпом бокала вина напряжение немного спало. А после плотного ужина и еще одного бокала вина, мне стало казаться, что мое положение не такое уж и плохое. Ну, подумаешь невольница. Главное, жива и здорова, и не нужно ни с кем спать.
- Расскажи мне, кто такой господин Семплеяров? – спросила я, расслабленно откинувшись на спинку стула.
- Даже не думай, что получишь от меня какую-либо информацию о господине. – Раздраженно бросил Стас, потом стал оглядываться по сторонам. – Говори о чем угодно, но только не о господине. Тебе все ясно?
После его слов мое любопытство разгорелось новой силой.
- Нас же никто здесь не слышит. Я просто хочу знать, кто такой господин Семплеяров. – Упрямо продолжаю настаивать на своем.
- С этой информацией тебе будет прямая дорога на кладбище. – Предупредил Стас. – И сейчас я не шучу.
- Ик! – от испуга даже заработала себе икоту. – Знаешь, я согласна поговорить о чем-нибудь другом.
***
Стук дверь пробудил меня от крепкого сна. Дотянулась до стола, где лежал мой телефон, чтобы посмотреть на время – девятый час утра.
Зачем будить так рано?
Набросила поверх короткой шелковой сорочки легкий халат и отправилась открывать дверь, мысленно задушив того, что сейчас стоял за дверью моего купе. Кем бы он ни был, я готова его убить в эту же секунду.
- Доброе утро!
При виде стюардессы за дверью, с огромным букетом белых роз в руках, у меня даже челюсть немного отвисла.
- Это мне? – спросила я, решив, что женщина просто ошиблась дверью.
- Цветы для Александры от соседа. – Сообщает она, с небольшой завистью на лице.
Взяв букет с ее руки, я тут же почувствовала их тяжесть. Сколько же здесь роз?
Быстренько прошлась взглядом по букету, насчитала пятьдесят одну розу.
Признаться, никогда прежде я не получала букет, количеством роз превышающих число одиннадцать. Одиннадцать роз – это максимум.
- Могли бы вы передать моему соседу огромное спасибо за цветы. – Попросила я проводницу.
- Вы сами сможете его лично поблагодарить. Станислав просил вас предупредить о том, что с минуты на минуту он придет к вам на чашечку кофе.
- Что? – округлились мои глаза. – Придет сейчас?
Проводница улыбнулась и скрылась из виду.
Бросив букет на не заправленное спальное место, и схватив полотенце, зубную щетку с пастой и пенку для умывания, я бросилась бежать в уборную, умудряясь на ходу расчесывать пальцами волосы. А когда я вернулась в свое купе, Стас уже сидел на кровати несостоявшегося соседа.
- Доброе утро! – Мужчина пристально разглядывал меня, потом скривил губы в усмешке и отвел взгляд в сторону. – Прости, что пришел без приглашения и не дал тебе времени… - Он запнулся, подбирая нужное слово. - … проснуться.
- Спасибо за цветы. – Смущаясь, поблагодарила я.
Стою перед ним в коротеньком халате, в тапочках, с отекшим лицом после ночной посиделки в ресторане, сжимая в руках мыльно-рыльные принадлежности.
Стас же, напротив, сидел уже бодрый, свежий как огурчик, будто вчера вовсе не пил со мною. На нем была светлая, выглаженная рубашка и черные брюки.
Везет же мужчинам: умылся, побрился, причесался и красавец. Нельзя отрицать, что этот мужчина красив. Очень красив. Он сам это прекрасно знает и умело пользуется своим природным даром при знакомстве с женщинами. Уверена, я не единственная, с кем он заводит знакомство во время своего путешествия на поезде.
Но мне-то что от этого? Я свободна, ни в кого не влюбленная, и в него не собираюсь влюбляться. Он, конечно, красив, обаятелен, но не настолько, чтобы я лишилась разума и отдала ему свое сердце. Может, со временем это и случилось, если бы у нас было больше времени на общение. Но к счастью, завтра после восьми утра я сойду с поезда и мы с ним больше никогда не увидимся. А пока, я не против легкого флирта с незнакомым и очень привлекательным мужчиной.
- Саша? – Стас пристально смотрит на меня, выгнув бровь. – Все нормально?
Я так задумалась, что не сразу ответила ему.
- Ах, да, - прихожу в себя. – Спасибо за цветы. – Благодарю еще раз, складывая мыльно-рыльные принадлежности в сумочку.
- Я уже сказал, пожалуйста. – Не сводит с меня своего пристального взгляда.
Я быстро заправила кровать, расчесала волосы и только потом села и взглянула на Стаса.
- Ты меня смущаешь. – С укором произношу ему. – Не мог предупредить о своем желании прийти ко мне хотя бы за час?
- Прости, - даже улыбка у него красивая. Ведь должен же быть в нем хоть один изъян? – Я хотел позавтракать, но одному мне этого делать не хочется. Не составишь мне компанию?
- Хорошо. – Пожимаю плечами, показывая равнодушие, хотя сама в этот момент была взволнована, как никогда прежде. – Мне нужно переодеться.
- Зачем? Если ты не против, я бы хотел позавтракать с тобой здесь. А твой крошечный сексуальный халатик меня ничуть не смущает.
Я сглотнула, через силу кивнула. Стас смотрел на меня так, будто раздевал глазами. К счастью, в дверь моего купе постучались, и вошла проводница с подносом в руках, рассеяв своим приходом возникшее между мной и Стасом напряжение.
- А вот и завтрак! – задорно сообщила она, ставя поднос на стол: две порции яичницы с беконом, два овощных салата и два стакана свежевыжатого апельсинового сока.
Слюнки потекли при виде всего этого. Слишком хорошо все это начинается. Даже чересчур. Будто это мираж или сон. Вот закрою сейчас глаза, и я тотчас проснусь. И всего этого уже не будет.
- Принести вам вазу для цветов? – спросила меня проводница.
- Да, спасибо. – Растерянно киваю головой.
- Не знаю почему, но проснувшись этим утром, я вдруг понял, что не хочу тебя терять. – Вдруг признался Стас, как только проводница оставила нас наедине.
- Что ты имеешь в виду? – тихо спросила я и одновременно тянусь к стакану с соком.
- Кажется, я влюбился в тебя.
- Кажется? – вырвалось прежде, чем до меня дошел смысл его слов.
- Я не влюбляюсь в первый же день знакомства, для этого мне всегда нужно было какое-то время: месяц, полгода, год…. Но с тобой все по-другому. Я чувствую, что не смогу тебя отпустить. Это будет самой глупой ошибкой, какую я когда-либо совершал в своей жизни.
Мне до крайности стало неловко. Признания Стаса повергли меня в шок. От волнения я даже выпила весь стакан сока. И ни слова не слетело с моих губ после его признания.
- Да расслабься ты. Что так напряглась? – засмеялся Стас, глядя на мое исказившееся лицо. – Я тебе просто признался в симпатии, а не позвал замуж. Я просто хочу, чтобы наше общение продолжилось и дальше. Где бы ты ни была, мы будем созваниваться, и если будет возможность, даже видеться.
Я вздохнула с облегчением, вдруг расслабившись. Поняла, что его признание ни к чему меня не обязывает.
- А сегодня ты не такая смелая в словах и поведении, как вчера. – Заметил Стас, ставя перед собой тарелку с яичницей. – Приятного аппетита. – Сухо пожелал он и принялся завтракать.
Мне показалось, мое молчание задело его самоуверенность и мужское самолюбие. Еще бы, он признался в своей симпатии, а я, можно сказать, проигнорировала его.
- Стас, я тоже не против продолжить с тобой общение. – Отозвалась я, стараясь, чтобы это прозвучало хоть немного убедительно. – Ты тоже… мне… понравился.
На лице Стаса появилась довольная улыбка. Но он ничего мне не ответил, продолжил есть свой завтрак.
Вскоре вернулась проводница, несся в руках вазу с водой. Она молча поставила цветы в вазу и так же молча удалилась.
Глава 9
В ту ночь я видела странный сон. Очень странный. Я сидела на пенечке в лесу и ждала. Терпеливо и долго ждала чего-то, пока неожиданно не пришел он: огромный черный волк с устрашающими черными глазами.
Он наводил на меня непомерный ужас, сердце забилось так, что вот-вот выпрыгнет из груди, и я замерла в ожидании, что же будет дальше? Зверь набросится на меня, разорвет своими острыми клыками или же пройдет мимо?
Ничего из предложенного не произошло. Волк подошел ко мне, сел рядом и стал смотреть мне прямо в глаза. Я чувствую, как начинаю падать в пропасть его черных, бездонных глаз. Он словно гипнотизирует меня. А я все падаю, падаю, падаю….
И упала с кровати.
- Черт! - выругалась я, больно ударившись головой об пол.
Как ужасно болит голова. Но это не только от падения с кровати. Причина была еще в другом.
На кой леший я вчера столько выпила? И где я?
С трудом подняв веки, я осмотрелась: знакомая комната, я в доме Черного. Но как я приехала сюда? Последнее, что я помню, то это ресторан, Виктор, бутылка вина, улица, потом еще бутылка, которую я пила уже по дороге сюда…. И все, больше никаких воспоминаний.
Признаюсь, вчера я хотела напиться и забыться. И это получилось у меня. Но зачем я не подумала о последствиях? После подобной амнезии обычно бывает ужасный похмельный синдром, сопровождающийся головной болью, слабостью и тошнотой. А еще нежеланием проживать этот день.
Кряхтя, я с трудом поднялась на ноги и снова упала на кровать. На мне сейчас было одно нижнее белье. Я сама разделась или кто-то раздел меня? Нет, подумаю об этом позже, когда станет легче. А сейчас я постараюсь снова уснуть. Может, мне вновь приснится этот загадочный черный волк….
Стоило мне сомкнуть глаза, как я тут же погрузилась в сон.
Когда я проснулась, голова уже не так сильно болела. Вместе с чувством жажды появилось желание жить.
Странно, времени уже второй час дня, а меня так и никто не потревожил. Знают, что с больного нечего взять.
С нетвердым шагом отправилась в душ. Сделала воду попрохладнее, и где-то полчаса просто простояла под живительной струей воды. Умывшись, я укуталась в белый махровый халат, и сразу же, с еще мокрыми волосами, отправилась на первый этаж в поисках лекарства от похмелья.
- Проснулась, алкоголичка? – на лестничной площадке, между первым и вторым этажом я столкнулась со Скатом, он поднимался наверх.
- Блин, Скат, говори тише. – Пробормотала еле слышно я, морщась от боли.
Слова Ската звучали так, будто говорил он сейчас в громкоговоритель.
Скат ухмыльнулся.
- Ладно, пойдем, постараюсь тебе помочь. – Сказал уже тише. Сочувствует.
Мужчина повел меня прямо по коридору первого этажа и привел в очень светлую, уютную комнату с огромными панорамными окнами вместо стен. Это была столовая.
- Садись за стол.
Я послушно села за дубовый стол, длиной в два метра, и стала наблюдать за тем, как Скат начинает хлопотать на кухне. Вскоре он поставил передо мной красную рыбу на гриле, которую он только подогрел в микроволновке, легкий овощной салат и бокал белого вина.
- Ой, убери это от меня. – Сморщилась я при виде алкоголя. Один только его вид выворачивал все внутри меня.
- Пей, - настойчиво сует бокал мне в руки. – Подобное нужно лечить подобным.
- Это только алкаши так лечатся. – Упрямо отталкиваю от себя бокал.
- Алкаш никогда не признает себя алкашом. – Саркастически бросил Скат. – Выпей бокал вина и тебе станет легче.
По взгляду Ската поняла, что он не отстанет от меня, пока я не выполню то, что он хочет. Упрямец.
- Ну, хорошо. – Нехотя, борясь с чувством тошноты, начинаю мелкими глотками пить приторное, сухое белое вино.
- А теперь рассказывай, что вчера произошло. – Спросил Скат, приняв серьезный вид, как только я поставила пустой бокал на стол. – Тебя насильно заставляли пить алкоголь? Они тебя пытали?
Мир вокруг начал вращаться. Вино начало действовать. Головная боль прошла, разум стал яснеть.
Боже, я начинающий алкоголик.
- Отвечай! – прикрикнул Скат.
- После того, как я отдала кейс Стасу, мы поехали в ресторан…. – Начала я рассказ, но меня тут же прервали.
- Какому еще Стасу? – не понял Скат.
- То есть, Виктору, - поправила я.
Скат принял недоверчивый вид, но продолжил внимательно слушать:
- В ресторане никто меня насильно не поил. Я сама хотела напиться, что и сделала.
- Стоп. – Резко остановил Скат. – Ты хочешь сказать, Виктор не заставлял тебя что-либо делать? И напилась вчера ты по своему желанию?
- Верно, - кивнула головой, отправив в рот кусок сочной рыбки. – А что было дальше, я не помню.
Минут две Скат задумчиво стоял возле моей душой, потом отошел к окну. Я уже съела рыбу и принялась за салат, как он продолжил:
- Александра, теперь ты наложница Чёрного. А значит, ты не можешь делать то, что тебе заблагорассудится. Ты понимаешь, что вчера своей неразумной выходкой ты чуть не начала войну между двумя группировками?
Услышав его слова, я поперхнулась салатом.
- Кхм – кхм, - закашлялась я.
Скат поднес мне стакан воды, и я тут же сделала несколько больших глотков.
- Ты – собственность Чёрного, неприкосновенна. Понимаешь? Никто, кроме Чёрного и господина, не вправе трогать тебя.
С моих губ слетел смешок. Меня смутили его слова.
- Я – чья-то собственность. Пфф... Крепостное право отменили еще в 19 веке.
- Мало того, что алкоголичка, так еще и тупая. – Заворчал Скат. – Мне кажется, Чёрный и сам не рад, что взял тебя к себе. Смотри, допрыгаешься, и отдаст тебя кому-нибудь в другой город. Не факт, что там тебе будет лучше.
- А зачем я Чёрному? – спросила я.
- Будешь выполнять его различные поручения, вроде вчерашней. – Кратко объяснил мужчина, потом добавил, приняв мягкое выражение лица: - За свою работу ты будешь получать деньги. Считай это неофициальным трудоустройством. Увы, никакой пенсии в старости тебе не видать.
- Деньги… - мелькнуло в моей голове. – Деньги! – вскрикнула я, что даже Скат вздрогнул. – Вчера в моем пиджаке лежала пачка с пятитысячными купюрами. Где они? Ты видел?
- Видел, - кивнул он.
- Так, значит, ты вчера меня раздел, да? – разозлилась я.
- Я. – Ехидно заулыбался Скат.
- Где деньги? – яростно бросила я.
- Не беспокойся, они в целости и в сохранности. Чужого мне не нужно. Но я их тебе не верну, пока ты не скажешь, откуда они у тебя. Не переживай, я никому ничего не сказал о деньгах. Пока.
Скат приподнял бровь, ожидая объяснений.
- Мне их дал Виктор. – Признаюсь ему.
