Прода от 21.05.2026, 18:11
Девушка пододвинула стул ближе к кровати, проигнорировав напрягшегося от ее действий Макса. Она опустилась на твердую поверхность и положила себе на колени папку с документами.
На больничной койке лежал мужчина лет пятидесяти. Необычайно высокий, худощавого телосложения – он походил скорее на оживший скелет из страшных сказок, не предназначенных для детей. Крепкие кожаные ремни сковывали руки, ноги и туловище маньяка, намертво припечатав его к койке. Под действием высоких доз лекарства, которыми его обкололи, Инквизитор лежал спокойно. Сперва могло показаться, что это жуткая страшная кукла или же труп, и только ленивое, медленное движение зрачков говорило, что перед ними все-таки находилось живое существо.
Лишь с появлением в палате Гримм Инквизитор заметно оживился. Не успела она зайти, как маньяк обратил все внимание к ней. Взгляд Инквизитора – страшный, не человеческий, излучал бесконечный холод. Он не моргал, не отводил глаз. Две бесчувственные, безэмоциональные ледышки следили за Гримм, словно никого другого не существовало вокруг. Невозможно было понять, что на самом деле испытывал маньяк. В бездне не было ничего – всепоглощающая пустота. Только какая-то по-особенному злая, ехидная ухмылка искривила губы маньяка, изуродовав его лицо еще больше. Девушка явно заинтересовала Инквизитора, будто он одну ее и ждал.
Кира закинула ногу на ногу и с деловитым видом открыла специальную записную книжку.
- Для начала, сэр, расскажите, как вы себя чувствуете? Комфортно ли вам находиться в нашей скромной обители? Безмерно рада такому особенному гостю, как вы, - простые вопросы, которые многие бы приняли за издевательства, Гримм задавала каждому поступившему к ним пациенту. Таким образом девушка показывала кто здесь хозяйка положения – мнимое гостеприимство. Все понимали, что скрывается за этой учтивостью.
Кира подождала – ответа не поступило.
- Буду считать молчание знаком согласия. Хорошо. Могу ли я узнать ваше настоящее имя? Так будет честно, не находите? Я вам назвала свое, теперь хотелось бы услышать ваше, - Кира ждала ответа, только вот все ее ожидания разбивались о глухую стену молчания Инквизитора.
Легкий вздох сорвался с губ Гримм. Этот пациент во всех смыслах уникален – разговорить его будет не просто, но это лишь разжигало врачебный интерес. Чем сложнее, тем веселее. Не в ее правилах сдаваться. Она умела находить подход даже к самым тяжелым пациентам.
- Скажите, вы помните, что с вами произошло? Может, расскажете, как попали в наше прекрасное заведение? - Кира вопросительно смотрела на мужчину. Девушка, точно назло, продолжала улыбаться, стоически сохраняя непоколебимую настойчивость.
- Хорошо, не хотите представляться, не буду вас заставлять. Давайте поговорим на какую-нибудь более приятную для вас тему. Может, вам будет интересно поведать о тех «грешниках», которых вы очистили огнем? Мне хотелось бы послушать ваши истории. Уверена, у вас их много, - что бы Гримм ни говорила, Инквизитор точно и не слышал ее. Он бесстыдно пялился на Киру, заставляя всех присутствующих томиться в ожидании. Непонятно кто кого переигрывал в негласной игре, но Кира была терпелива.
- Сэр, пока что мы просто беседуем. Я хочу вам помочь. Вы осознаете, где сейчас находитесь? Если вы понимаете меня, подайте знак.
- Я наслаждаюсь, - немного хрипловатый, но, к всеобщему удивлению, достаточно приятный голос маньяка наконец-то ответил Гримм.
- Чем же? - тут же деловито поинтересовалась Кира, тут же отреагировав на слова Инквизитора. Упустить первый контакт было нельзя.
- Твоим голосом, Кира. У тебя такой чудесный голосок, - с насмешливыми нотками обманчиво ласково посмеивался мужчина. Из-за лекарств Инквизитору было тяжело говорить – губы еле шевелились, слова шли с трудом, но он все же через силу отвечал.
Прода от 26.05.2026, 18:11
Гримм чуть склонила голову на бок, прищурилась, внимательно глядя на мужчину.
- Неожиданно, но интересно. Это честь получить комплимент от вас, - не без издевки хмыкнула Гримм в ответ.
- О нет, Кира, это для меня честь быть здесь. Наконец-то мы встретились. Не узнаешь меня? Ты так выросла, Ки-ра, - по слогам проговорил имя девушки Инквизитор и рассмеялся. - Ты изменилась. Жаль, что только внешне. Как же вы похожи. Ты стала ее копией.
- С кем похожа? - Кира вопросительно изогнула бровь.
- С ней, - неопределенно произнес Инквизитор. Вновь хрипловатый смех заполнил палату. Гримм передернула плечом, чувствуя спиной, как Макс, что все это время по-прежнему стоял позади, буквально закипал от гнева.
- Боюсь, вы меня с кем-то путаете. Мы никогда с вами не виделись раньше. Тем не менее давайте не будем отвлекаться. У меня к вам еще много вопросов, - девушка взяла ручку, приготовившись делать заметки. - Итак...
Инквизитор не позволил Кире продолжить речь, сразу же перебив девушку:
- Ой ли? Сажи, Кира, все ли из того, что ты помнишь, является правдой? - неожиданный вопрос прозвучал прямо в лоб.
Инквизитор следил за реакцией Киры. Сомнений оставалось все меньше – персона девушки особо интересовала маньяка. Он игрался, умело манипулировал, ловко провоцируя жертву. Непонятно, кто к кому пришел на прием. Складывалось ощущение, что это Инквизитор проводил сеанс психотерапии с целью вытащить на поверхность все сокровенное, хранившееся под самым тяжелым замком в душе Гримм. Она никому не открывала его, но вот механизм попытались сломать.
Слова мужчины на секунду заставили девушку потерять хладнокровие и непонимающе нахмуриться. Они выбили почву из-под ног девушки. Можно было ожидать чего угодно – любых, даже самых страшных откровений от маньяка, но не такого. Роль ведущего в игре нагло украдена, а самообладание нарушено. Кира не предполагала, что дело коснется ее. С одной стороны, это и вправду походило на бредовое состояние тяжело больного человека, но с другой, его слова, нетривиальные намеки рождали в сердце странное чувство – неоправданную тревогу. Мужчина обращался к Кире так, словно он давний друг ее семьи, что знал о ней куда больше, чем она сама.
Девушка пребывала в недоумении. За годы работы с психически больными людьми Кира видела и слышала такое, после чего многие еще долгое время не смогли бы спокойно спать. Не раз пациенты сами рассказывали Гримм, каким образом и почему убивали своих жертв, со сладостным воодушевлением описывали каждую деталь, а Кира лишь слушала. Каждый из них не скрывал своего наслаждения от процесса, выдавая такие подробности, от которых волосы вставали дыбом. Психика самой Гримм никак не реагировала на все эти ужасы. Казалось, уже никто и ничто не мог ее удивить, но у Инквизитора был припрятан туз в рукаве.
Только вот Кира привыкла быть не бабочкой в липких сетях хитрого паука, а той, кто оборвет эту паутину и сразится с самим пауком. Девушка точно знала, что до этого момента она никогда раньше не видела этого мужчину. Гримм видела неподдельный интерес, замечала его странноватую улыбку, внимание, обращенное лишь к ней, и это не могло не смущать. Возможно, в больном сознании Инквизитора все настолько перемешалось, что он ее с кем-то спутал, или она отчего-то вызвала в нем стойкие ассоциации с одной из жертв. По крайней мере, Кира пыталась найти оправдание поведению маньяка с профессиональной. Только вот, сколько бы Гримм себя ни успокаивала, она чувствовала – что-то тут не так.
- Не понимаю о чем вы. Я...
- Она пропала без следа двадцать лет назад при загадочных обстоятельствах, - жестко перебил Киру Инквизитор – улыбка тут же исчезла с лица мужчины, взгляд стал еще холоднее и жестче. - Полиция в недоумении, годы поисков, но никакого результата – был человек и вот его нет. Ее маленькая дочь осталась сиротой. Девочку взяла к себе тетя по линии матери и увезла в другой город, но вот незадача – женщина внезапным образом умирает. Затем приют, лекарства, психушки, взросление и еще много всего. Только девочке не дает покое одно – пустота в памяти. Она так хотела вернуть свое прошлое, что сама стала копаться в умах других. Правда, рыться в чужих головах легче, чем в своей собственной. Не так ли, Кира?
Девушка слушала молча. Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Только легкая дрожь в пальцах, между которыми она зажала шариковую ручку, выдавали нарастающее волнение. Гримм медленно подняла взгляд на Макса, что с такими же непониманием взглянул и на нее.
- Даже если это и так, сейчас разговор не обо мне, а о вас. Моя биография скучна. Не знаю, что вас так привлекло в ней, - Кира вернула внимание к Инквизитору.
Смех маньяка стал громче. Кира с силой сжала несчастную ручку. Девушка начинала злиться. Обычно она была беспристрастна к выходкам своих пациентов – некоторые сперва бились в истерике и выкрикивали в ее адрес последние ругательства. Сейчас же Гримм злилась не столько из-за поведения Инквизитора, сколько из-за липкого, тревожного непонимания, что посеял в ее сердце мужчина.
- Хватит уже нести чушь, Инквизитор! Ведет себя, как клоун. Его место в клетке подальше от нормальных людей, - огрызнулся Макс, непроизвольно дернувшись ближе к Кире, но та остановила его жестом руки.
- Он бредит, не надо, - тихо ответила она другу, останавливая Ли.
- Скучна? Твоя биография будет повеселее моей, Кира, - как ни в чем не бывало Инквизитор продолжил вести диалог с одной Кирой, даже не взглянув на Макса.
- Ты так похожа на свою мать. Привлекательна, обворожительна, не в меру умна – прекрасная бабочка, что вздумала упорхнуть к самому солнцу. Опасно и легкомысленно. Такая же грешница, какой была она. Как там люди про меня говорят? Больной психопат, чудовище, монстр, исчадие Ада. А сами-то вы кто? Я всего лишь хотел сделать мир немного чище – очистить его огнем и муками грешников, но ты другая, Кира. Ты чудовище, что наслаждается страданиями других. Кира, милая моя девочка, тебе так нравится носить маску и думать, что ты ангел, спасающий наши черные души, но у тебя души и вовсе нет. Злишься, Кира? Не понимаешь? Это нормально. Знания – боль. Тебе еще будет больно, поверь мне.
Кира только фыркнула в ответ.
- Пускай я чудовище, - спокойно согласилась девушка. Она говорила по-прежнему спокойно, прекрасно понимая, что с больным человеком спорить бесполезно.
- Но разве не чудовище способно понять другого монстра? Вам так интересна я, а вы интересны мне. Видите, какое у нас с вами взаимопонимание. Вы откуда-то знаете обо мне многое, но не хотите делиться.
- Скажи, Кира, для чего ты вернулась в Девилвилл? Думала, что родные места принесут счастье или помогут найти ответы? Она тоже так думала. Сначала сбежала, а потом решила, что весь ужас позади. Напрасно. Кошмары живут в этом городе много лет, они ходят за вами по улицам, а вы и не подозреваете о том, что притаилось во тьме. Бабочку отчаянно манил свет, в котором ей оставалось лишь гореть. Жертва не смогла жить без клетки, что стала для нее домом. Бабочка слишком привыкла к пауку – на свободе ей стало душно. Старый особняк на холме. Черные стены среди густой листвы, засохшая ива – символ умершей любви. Отправляйся туда – много интересных тайн тебе откроется. Например, то, кем твоя мать была на самом деле. Ты ведь так хочешь знать, что с ней случилось? Чтобы ответить на этот вопрос, тебе надо вернуться в прошлое и покопаться в собственной головушке, Ки-ра, - Инквизитор забился в истерике. Он истошно, громко смеялся, дергаясь, точно в конвульсиях, но тугие ремни не позволяли ему сделать лишних движений.
Кира с громким хлопком резко закрыла записную книжку. Взгляд Гримм блуждал где-то по белоснежным стенам палаты. Не так она себе представляла первый разговор с маньяком. Это был первый случай в ее практике, когда та самая железная ведьма, которую недолюбливали в лечебнице, боялись, считая непробиваемо холодной и бесчувственной, сама испугалась. Мужчина говорил странные вещи – половина смахивала на бред, но вот другая была понятна Гримм. Стало очевидно – маньяк действительно откуда-то знал о Кире. Эта встреча не была случайной. Как знать, возможно, он и вправду неспроста оказался в «Блэк Хоул».
- Думаю, на этом наш диалог пока можно закончить. Вам надо отдохнуть и хорошо подумать. Мы поговорим позже. Вколите ему два кубика препарата, - ледяным тоном скомандовала Гримм санитару, что стоял у противоположной стены, сложив руки в замок. Девушка вскочила со стула и спешно покинула палату под истеричный хохот маньяка.
Прода от 28.05.2026, 18:42
- Я знал, что найду тебя здесь, - железная дверь, ведущая на задний двор лечебницы, со скрипом отворилась. На пороге показался Макс. Он оперся одной рукой о косяк, взглянув на Киру. В голубых глазах мужчины читались невысказанные вопросы, помноженные на беспокойство за девушку.
- Скоро будешь ориентироваться здесь лучше моего, - отшутилась Гримм, хотя ей было совершенно не смешно. То и дело в голове Киры надоедливым, мерзким червем вертелась мысль: откуда Инквизитор знает такие подробности о ее семье. Случайные люди, не посвященные в тайны прошлого Гримм, не могли узнать подобного. То, что сперва хотелось принять за абсурд, рожденный в больном разуме умалишенного, приобрело личный окрас и перестало казаться таким уж бессмысленным. Кира не ожидала, что долгожданное знакомство с маньяком обернется чем-то большим, чем врачебный интерес. Было здесь что-то, неведомое девушке. Совпадением это не назвать. Инквизитор явно знал ее куда лучше, чем кажется, но Кира не могла понять откуда. Чернота в памяти зияла дырой, убеждая девушку, что они с маньяком не знакомы, но внутри все отчего-то уверяло в обратном. Сомнения множились. Кем на самом деле был Инквизитор и почему его так интересовала Гримм?
- Что это было, Кира?
Девушка ответила не сразу, да и толкового ответа у нее, честно говоря, не было. Она и сама хотела бы знать, что произошло.
- Ты у меня спрашиваешь? - Кира выпустила изо рта струю табачного дыма. Девушка спешно затянулась сигаретой вновь, пытаясь сдержать дрожь. Никотин не помогал справиться с тревогой – глупый самообман, но Гримм неустанно представляла, как с очередной порцией едкого дыма из ее души выходит нечто мрачное, скопившееся за долгие годы. Правда, оно неизменно возвращалось, но даже секундное облегчение казалось наградой.
- Он говорил так, словно хорошо тебя знает. Откуда? Интересные у тебя знакомые.
Кира без настроения повернулась к полицейскому и обратила на того убийственный взгляд.
- Знакомые? Издеваешься, Макс? Я вижу его впервые в жизни, - огрызнулась девушка. - Ты полиция, вот и скажи мне, откуда. Он болен, причем сильно. Инквизитор впадает в бредовое состояние. Сейчас в его голове царит хаос, это заметно невооруженным взглядом. В его больном сознании бредовые идеи смешиваются с реальностью. Он уже не осознает, что вымысел, что было в действительности. Ты же сам слышал – он одержим и свято верит, что делает великое и полезное для общества дело. Типичное маниакально-бредовое состояние, как с учебника по психиатрии списали. Конечно, для более точного заключения мне понадобится больше информации, дополнительные исследования, сеансы, но то, что он нездоров, я могу тебе сказать сразу. Может, я найду что-то еще, но в любом случае полное заключение будет позже.
