Невысокий, нескладный, парень в очках был «золотыми мозгами» нашего интерната. Уж если кому из нас и могло светить будущее в столице, так это ему. Зачем ему такие сомнительные приключения в выпускном классе? Алекс пожал плечами, ухмыльнулся:
– Кажется, он хочет доказать всем, что он – настоящий мужик, а не просто очкастый ботаник. Ну и себе заодно.
– Хм… – снова издала я.
Компания Алисы меня не прельщала. Компания Алекса… ну, в принципе, к нему я от-носилась спокойно. Видимо, к нему у меня была пусть и первая, но влюблённость, а не любовь. Да и воспоминания о его разбитом носе грели сердце. А вот попасть в «Шисуну» – пусть только в парк, действительно, было интересно. Когда ещё выпадет такая возмож-ность? Может, я в ближайшие десять-пятнадцать лет в Гарэне даже проездом не окажусь. Поэтому…
– Да, я тоже иду.
– Отлично! – обрадовался Алекс. – Тогда после ужина собираемся в нашем с Беннетом номере. Он на первом этаже – через окно легко смоемся, никто и не заметит…
Я задумчиво кивнула.
* * *
И вот мы здесь. Крадёмся вдоль стены огромного здания «Шисуны», и на собственном опыте опровергаем все ходящие о школе слухи. Вчетвером. Дерек – спортивная гордость нашего интерната, лучший бегун нашей куцей интернатовской спортивной команды – умудрился оступиться на лестнице, спускаясь к ужину, и с шумом загреметь с неё. Как результат – вывихнутая лодыжка. Ничего серьёзного, за неделю оклемается – так пообе-щал вызванный на место трагедии усталый доктор. Но вылазка в «Шисуну» ему оказалась заказана. Дерек злился на весь мир, но пообещал нас не сдавать. Немного поколебавшись, мы ему поверили, и выдвинулись в урезанном составе.
До «Шисуны» мы добрались на такси. На машину скидывались все вместе – ни у кого не было иллюзий, что мы сможем по незнакомому городу добраться сюда сами. А немно-го денег у каждого было – с семнадцати лет интернат позволял воспитанникам подраба-тывать. И поначалу всё складывалось удачно. Нам не удалось уговорить водителя такси подождать нас, но он подсказал, что мы можем вызвать машину с уличного телефона-автомата в любое время суток. И перелезать через забор не пришлось. Чему я очень обра-довалась – с детства, до дрожи в коленях, боялась высоты. Но, к счастью, переступать че-рез себя и позориться не пришлось. Нам посчастливилось найти лаз в заборе – то ли сту-денты «Шисуны» им пользовались, когда сбегали по ночам, то ли кто-то извне отпилил один из прутьев в ограде.
На этом удача и закончилась. Выражалось это в осознании того, что мы зря потратили (и ещё потратим) деньги на такси, и время, которое могли бы благополучно проспать. Проходя мимо очередного фонаря, я чуть поотстала от остальных – мне показалось, что в траве что-то едва заметно бликует красным. Я наклонилась, и подобрала… кольцо. Кра-сивое, кажется, серебряное, с небольшим красным камушком. На металле выгравированы какие-то символы. Я не смогла удержаться и померила кольцо. Оно идеально село на ука-зательный палец левой руки. Я вытянула руку, полюбовавшись, как переливается камень в золотистом свете фонаря, и уже собралась окликнуть своих спутников, чтобы похва-статься находкой, как Алиса испуганно вскрикнула:
– Ой… Что это?!
– Где? – услышала я голос Алекса.
– Там, на дереве…
– Я ничего… Ох, чёрт!
– Это же… – дрогнувшим голосом сказал Беннет, – мертвец!
– Что?! – ахнула я, и в несколько шагов догнала их. – Какой ещё мертвец?
– Там, – даже в темноте я увидела, как побледнела Алиса. – На дереве… висельник.
Я посмотрела туда, куда она указывала. В отдалении росло несколько деревьев, выса-женных в круг. Там же кружком стояло три лавочки. И лавочки, и деревья освещались тремя фонарями. И никаких висельников.
– Где? – не поняла я, лихорадочно шаря взглядом по всем деревьям.
– Да вот же он!
– Да где?! Что за тупые шутки?! – я начала злиться, потому что заподозрила, что эта троица решила меня по-идиотски разыграть. Но на моё негодование никто внимания не обратил.
– Что это? – сдавленно пискнула Алиса. – Что там шуршит?
Я видела, что взгляды Алисы, Беннета и Алекса лихорадочно шарят по траве. Нет, на шутку было не похоже – не такие они хорошие актёры. Но и никакого шуршания, кроме обычных ночных звуков, я не слышала. Я открыла рот, чтобы сказать об этом, как Алиса закричала, и Беннет ей вторил:
– Крысы!
– Огромные!
Алекс громко и очень нецензурно выругался. А я только и успела подумать, что теперь нас точно обнаружат. В следующий миг, мои спутники развернулись, и бросились бе-жать. На пару секунд я застыла как вкопанная, пытаясь понять, что происходит. Висель-ник? Огромные крысы? Чушь какая-то… Дальше я предпочла не рассуждать – сорвалась с места, и понеслась вслед за ними. Не знаю, спятили ли они, или это очень хорошо спла-нированный розыгрыш, но мне совершенно не улыбалось остаться одной на территории закрытой школы.
Я нагнала их уже у самого лаза, когда Беннет и Алиса были уже по ту сторону ограды, а Алекс как раз перебирался через неё. Я протиснулась между решёток. Ещё несколько минут мы неслись по улице, прочь от «Шисуны», пугая своим видом немногочисленных прохожих. У меня билась в голове только одна мысль – не наткнуться бы нам на поли-цейский патруль. Если простые прохожие просто крутили пальцем у виска, то стражи за-кона обязательно заинтересуются кто мы такие, и куда (а главное – откуда) так спешим.
Но нам повезло. Мы свернули в какой-то проулок и, наконец-то, остановились. Со-гнувшись, упираясь ладонями в колени, я пыталась отдышаться. Я в неплохой физической форме, но такие забеги для меня – это слишком. Заговорить я смогла минут через пять, не раньше.
– Кто… – начала я, хватая ртом воздух. – Кто-нибудь… объяснить мне, какого чёрта мы так драпали?
– А что? – так же между вдохами спросил Беннет. – Мертвец на ветке, и стая огромных крыс – для тебя не повод бежать?
– Да не было там никаких крыс, и никаких мертвецов! – дыхание потихоньку восста-навливалось. К сожалению, восстанавливалось оно не только у меня.
– Ты совсем слепая, Бэлоу? – презрительно поинтересовалась Алиса. – Глаза в гости-нице оставила? Или мозги?
– Да пошла ты, – огрызнулась я.
Понятно – у кого-то из нас проблемы с восприятием действительности. Понять бы – у меня, или у этих троих.
– Что ты вякнула?! – Алиса шагнула ко мне, я напряглась.
Но вот отдышался и Алекс:
– Так, уймитесь обе. Сейчас надо вернуться в гостиницу. Там можете друг друга за во-лосы таскать хоть до утра. Благо, вас в одну комнату поселили…
Мы с Алисой мигом повернулись к нему, и парень понял, что теперь мы обе настроены оттаскать за что-нибудь его самого.
– Ребят, – жалобно позвал Беннет, чувствуя, что у нас назревает конфликт. – Давайте, правда, вернёмся гостиницу. Пока нас не хватились… Если уже не хватились.
Алиса смерила его взглядом, тряхнула собранными в высокий хвост волосами, и с не-зависимым видом пошла к выходу из проулка. Покосившись на меня, Алекс пошёл сле-дом. Мы с Беннетом тоже не стали задерживаться.
Телефонный автомат нашёлся почти сразу. На корпусе ярко-красного аппарата, за-креплённого на невысоком столбике под стеклянным куполом, были выгравированы но-мера экстренных служб. Полиция, пожарная охрана, медицинская помощь, такси, служба магических ситуаций, единая служба по межрасовым вопросам.
Такси приехало через восемь минут. Алекс влез на переднее сиденье, назвал таксисту адрес. Мы втроем разместились сзади. Мы с Алисой – у окон, а Беннет – посредине, меж-ду нами. Я уставилась в окно, сцепив руки на коленях… и вздрогнула, нащупав кольцо у себя на пальце.
«Я же не собиралась забирать его! – с нарастающей паникой подумала я, опуская взгляд на свою руку – в темноте салона машины кольцо зловеще поблёскивало красным. – Хотела только померить, и оставить там, на одной из скамеек в парке. А потом эти разорались со своим воображаемым висельником, и я забыла о кольце...»
Я покосилась на спутников. Алиса отвернулась к окну, Беннет сидел, откинувшись на спинку сидения, прикрыв глаза. Я постаралась незаметно снять кольцо. Но… оно не сни-малось. Сидело плотно, но при этом не сдавливало палец, и должно было соскользнуть при небольшом усилии. Свободно поворачивалось на пальце, не доставляло дискомфор-та… но совершенно не хотело слезать с пальца.
– Чертовщина какая-то, – пробормотала я.
Беннет открыл глаза, посмотрел на меня:
– Ты что-то сказала?
– Нет, ничего, – ответила я, и отвернулась к окну. Кольцо я развернула камнем к ладо-ни, чтобы не сильно бросалось в глаза.
«В гостинице сниму с мылом, – решила я. - А потом попрошу на ресепшене отправить его обратно в «Шисуну». Пусть там сами ищут хозяина этой бижутерии».
– Милена, ты ещё в кровати? – меня разбудил безжалостный голос воспитательницы, заглянувшей в номер. – А ну, быстро вставай! Иначе без завтрака оставлю.
– Угу… – сонно промычала я, разлепляя глаза.
Миссис Страстбери убедилась, что я начала шевелиться, и вышла. Через несколько се-кунд, я услышала, как она стучит в дверь соседнего номера, и велит его обитателям про-сыпаться.
Вставать не хотелось. Я посмотрела на свою руку, надеясь на чудо. Увы, чуда не слу-чилось. Кольцо было на пальце, и, как мне показалось, издевательски блеснуло красным камнем. А ещё я заметила, что в глубине камня видна тёмная трещина, из-за чего он был похож на красный глаз с вертикальным зрачком.
Наш побег прошлой ночью прошёл незамеченным. Мы вернулись в гостиницу, про-крались мимо дремлющего за стойкой консьержа, и разбрелись по своим комнатам.
В ванной я минут двадцать пыталась снять проклятое кольцо, измылив на руку чуть ли не половину куска мыла. Бесполезно — кольцо сидело свободно, на палец не давило, но слезать отказывалось категорически. В итоге, я сдалась и отправилась спать, под недо-вольное шипение Алисы о любителях занимать ванну на полночи.
Приподняв голову с подушки, я увидела, что кровати соседок уже застелены, а самих их нет в комнате. А ведь Алиса улеглась ещё позже меня, но уже успела проснуться и умотать на завтрак.
– Судьба, покарай всех «жаворонков», – вяло взмолилась я, нехотя вылезая из постели.
После завтрака нам велели собираться. Через два часа мы должны были выдвигаться на вокзал, чтобы возвращаться в Лайпир. Мне собирать было особо нечего и поэтому, пока было время, я улеглась на кровать, прямо поверх покрывала, чтобы доспать то, что не хва-тило с ночи. Но даже заснуть нормально мне не дали. Стоило мне суметь более-менее аб-страгироваться от болтовни Алисы с её подружкой, укладывающих свои немногочислен-ные вещи по сумкам, как щёлкнула открывающаяся дверь.
– Милена, опять спишь? – меня тронули за плечо. Я открыла глаза и уставилась на миссис Страстбери. – Вставай. И пойдём-ка со мной.
Захотелось ругнуться, но я сдержалась. Поднялась с кровати, пошла следом за воспита-тельницей.
– А куда мы? – спросила я, уловив в молчании миссис Страстбери какую-то напряжён-ность.
– Тебя хотят видеть, – коротко ответила она.
– Кто? – напряглась я. – Я же в Гарэне никого не знаю.
– Вот и познакомишься, – буркнула женщина – вид у неё был очень недовольный и мне на ум пришло: «А не узнала ли она о нашей ночной вылазке?».
Мы спустились на первый этаж. Девушка за ресепшеном указала нам на дверь справа от стойки. Мы прошли туда. Судя по обстановке, это был чей-то рабочий кабинет. Стол, книжный шкаф, пара кресел. Но на обстановку я почти не обратила внимания. Я смотрела на двух мужчин, находящихся в кабинете.
Одному было лет тридцать – тридцать пять. Среднего роста, хорошо сложен. Тёмные, слегка растрёпанные, волосы, трёхдневная щетина на лице. Бледная кожа и тёмно-зелёные глаза. Вместе с тем, как он был одет – белая рубашка, брюки и кожаные туфли – я, без преувеличения, могла бы назвать его красивым. Только взгляд у него был… скуча-ющим, что ли. Словно всё то, что происходило вокруг, его нисколько не интересовало. Он расположился на краю рабочего стола. Сидел, покачивая ногой и поглядывал на цифер-блат наручных часов, выглядывающий из-под его рукава на левой руке.
Второй выглядел моложе – лет двадцать пять, не больше. Он подпирал спиной стену возле книжного шкафа. Высокий, но, на мой вкус, слишком худощавый. Чёрные длинные волосы, в беспорядке, лежали на плечах, вызывая желание взять ножницы. Очень яркие, будто ненастоящие, голубые глаза, наталкивали на мысль о какой-нибудь нечеловеческой расе у него в предках. Одет он был просто: в чёрную рубашку, синие джинсы и кроссовки.
Вместе эта парочка смотрелась несколько... несуразно. Как хулиган и ботаник. Однако, было в них что-то, что делало их очень похожими. Но я никак не могла уловить, что именно.
– Вот, это – Милена Бэлоу, – сказала миссис Страстбери, как только мы вошли. – Одна из наших воспитанниц. Милена, – обратилась она ко мне, – эти люди из руководства школы «Шисуны». Они говорят, что ты и ещё несколько ребят проникли этой ночью на территорию их школы. Это так? И не пытайся мне солгать – знаешь, что я прекрасно чув-ствую, когда ты врёшь.
«Ну, всё, попали, – подвела я печальный итог. – Нас, всё-таки, кто-то видел. Или слы-шал».
Я припомнила, как орали Алиса, Алекс и Беннет, драпая от каких-то воображаемых крыс.
– Послушайте, мы ничего плохого не хотели, просто посмотреть, – стала оправдывать-ся я. – Мы столько рассказов о «Шисуне» слышали, а тут такой шанс…
– От лица нашего интерната, и от себя лично, я приношу вам извинения, – вмешалась Страстбери. – Тем более, как я понимаю, наши воспитанники ничего не повредили? – и, дождавшись кивка, продолжила. – Ребята просто проявили неуемное любопытство, ока-завшись впервые в большом городе и так близко к тому, о чём только слышали. Их можно понять. Конечно, такое поведение поощрять мы не будем – мы проведём с ребятами бесе-ду. И их ждёт наказание сразу после возвращения в Лайпир.
– Миссис Страстбери, ежегодно на территорию «Шисуны» совершается до двух десят-ков несанкционированных проникновений, – заговорил старший из мужчин. – Это, если можно так сказать, обычная практика. Если бы мы требовали извинений с каждого, кто пытается пробраться в школьный парк, пришлось бы выделять под эту процедуру специ-альное время. Ваши извинения нам без надобности, как и то, накажите вы своих воспи-танников или нет.
– Но… тогда почему вы здесь? – растерянно спросила воспитательница. – И зачем вы просили меня привести Милену?
– Нам нужно с ней поговорить, – мужчина улыбнулся фальшивой, какой-то канцеляр-ской улыбкой. – В связи с этим, уважаемая миссис Страстбери, я прошу вас ненадолго оставить нас.
Несколько мгновений женщина в немом изумлении взирала на него. Потом перевела взгляд на второго представителя школы, словно надеялась, что он сейчас опровергнет просьбу первого. Но тот молчал, с любопытством поглядывая то на неё, то на меня. Тогда миссис Страстбери ответила с неожиданной решимостью:
– Я не знаю, о чём вы хотите поговорить с моей воспитанницей, но… я не могу оста-вить её наедине с вами. Милена ещё несовершеннолетняя – ей нет девятнадцати. И я яв-ляюсь её законным представителем. Если вы хотите о чём-то с ней побеседовать, то вы можете сделать это только в моём присутствии.
– Кажется, он хочет доказать всем, что он – настоящий мужик, а не просто очкастый ботаник. Ну и себе заодно.
– Хм… – снова издала я.
Компания Алисы меня не прельщала. Компания Алекса… ну, в принципе, к нему я от-носилась спокойно. Видимо, к нему у меня была пусть и первая, но влюблённость, а не любовь. Да и воспоминания о его разбитом носе грели сердце. А вот попасть в «Шисуну» – пусть только в парк, действительно, было интересно. Когда ещё выпадет такая возмож-ность? Может, я в ближайшие десять-пятнадцать лет в Гарэне даже проездом не окажусь. Поэтому…
– Да, я тоже иду.
– Отлично! – обрадовался Алекс. – Тогда после ужина собираемся в нашем с Беннетом номере. Он на первом этаже – через окно легко смоемся, никто и не заметит…
Я задумчиво кивнула.
* * *
И вот мы здесь. Крадёмся вдоль стены огромного здания «Шисуны», и на собственном опыте опровергаем все ходящие о школе слухи. Вчетвером. Дерек – спортивная гордость нашего интерната, лучший бегун нашей куцей интернатовской спортивной команды – умудрился оступиться на лестнице, спускаясь к ужину, и с шумом загреметь с неё. Как результат – вывихнутая лодыжка. Ничего серьёзного, за неделю оклемается – так пообе-щал вызванный на место трагедии усталый доктор. Но вылазка в «Шисуну» ему оказалась заказана. Дерек злился на весь мир, но пообещал нас не сдавать. Немного поколебавшись, мы ему поверили, и выдвинулись в урезанном составе.
До «Шисуны» мы добрались на такси. На машину скидывались все вместе – ни у кого не было иллюзий, что мы сможем по незнакомому городу добраться сюда сами. А немно-го денег у каждого было – с семнадцати лет интернат позволял воспитанникам подраба-тывать. И поначалу всё складывалось удачно. Нам не удалось уговорить водителя такси подождать нас, но он подсказал, что мы можем вызвать машину с уличного телефона-автомата в любое время суток. И перелезать через забор не пришлось. Чему я очень обра-довалась – с детства, до дрожи в коленях, боялась высоты. Но, к счастью, переступать че-рез себя и позориться не пришлось. Нам посчастливилось найти лаз в заборе – то ли сту-денты «Шисуны» им пользовались, когда сбегали по ночам, то ли кто-то извне отпилил один из прутьев в ограде.
На этом удача и закончилась. Выражалось это в осознании того, что мы зря потратили (и ещё потратим) деньги на такси, и время, которое могли бы благополучно проспать. Проходя мимо очередного фонаря, я чуть поотстала от остальных – мне показалось, что в траве что-то едва заметно бликует красным. Я наклонилась, и подобрала… кольцо. Кра-сивое, кажется, серебряное, с небольшим красным камушком. На металле выгравированы какие-то символы. Я не смогла удержаться и померила кольцо. Оно идеально село на ука-зательный палец левой руки. Я вытянула руку, полюбовавшись, как переливается камень в золотистом свете фонаря, и уже собралась окликнуть своих спутников, чтобы похва-статься находкой, как Алиса испуганно вскрикнула:
– Ой… Что это?!
– Где? – услышала я голос Алекса.
– Там, на дереве…
– Я ничего… Ох, чёрт!
– Это же… – дрогнувшим голосом сказал Беннет, – мертвец!
– Что?! – ахнула я, и в несколько шагов догнала их. – Какой ещё мертвец?
– Там, – даже в темноте я увидела, как побледнела Алиса. – На дереве… висельник.
Я посмотрела туда, куда она указывала. В отдалении росло несколько деревьев, выса-женных в круг. Там же кружком стояло три лавочки. И лавочки, и деревья освещались тремя фонарями. И никаких висельников.
– Где? – не поняла я, лихорадочно шаря взглядом по всем деревьям.
– Да вот же он!
– Да где?! Что за тупые шутки?! – я начала злиться, потому что заподозрила, что эта троица решила меня по-идиотски разыграть. Но на моё негодование никто внимания не обратил.
– Что это? – сдавленно пискнула Алиса. – Что там шуршит?
Я видела, что взгляды Алисы, Беннета и Алекса лихорадочно шарят по траве. Нет, на шутку было не похоже – не такие они хорошие актёры. Но и никакого шуршания, кроме обычных ночных звуков, я не слышала. Я открыла рот, чтобы сказать об этом, как Алиса закричала, и Беннет ей вторил:
– Крысы!
– Огромные!
Алекс громко и очень нецензурно выругался. А я только и успела подумать, что теперь нас точно обнаружат. В следующий миг, мои спутники развернулись, и бросились бе-жать. На пару секунд я застыла как вкопанная, пытаясь понять, что происходит. Висель-ник? Огромные крысы? Чушь какая-то… Дальше я предпочла не рассуждать – сорвалась с места, и понеслась вслед за ними. Не знаю, спятили ли они, или это очень хорошо спла-нированный розыгрыш, но мне совершенно не улыбалось остаться одной на территории закрытой школы.
Я нагнала их уже у самого лаза, когда Беннет и Алиса были уже по ту сторону ограды, а Алекс как раз перебирался через неё. Я протиснулась между решёток. Ещё несколько минут мы неслись по улице, прочь от «Шисуны», пугая своим видом немногочисленных прохожих. У меня билась в голове только одна мысль – не наткнуться бы нам на поли-цейский патруль. Если простые прохожие просто крутили пальцем у виска, то стражи за-кона обязательно заинтересуются кто мы такие, и куда (а главное – откуда) так спешим.
Но нам повезло. Мы свернули в какой-то проулок и, наконец-то, остановились. Со-гнувшись, упираясь ладонями в колени, я пыталась отдышаться. Я в неплохой физической форме, но такие забеги для меня – это слишком. Заговорить я смогла минут через пять, не раньше.
– Кто… – начала я, хватая ртом воздух. – Кто-нибудь… объяснить мне, какого чёрта мы так драпали?
– А что? – так же между вдохами спросил Беннет. – Мертвец на ветке, и стая огромных крыс – для тебя не повод бежать?
– Да не было там никаких крыс, и никаких мертвецов! – дыхание потихоньку восста-навливалось. К сожалению, восстанавливалось оно не только у меня.
– Ты совсем слепая, Бэлоу? – презрительно поинтересовалась Алиса. – Глаза в гости-нице оставила? Или мозги?
– Да пошла ты, – огрызнулась я.
Понятно – у кого-то из нас проблемы с восприятием действительности. Понять бы – у меня, или у этих троих.
– Что ты вякнула?! – Алиса шагнула ко мне, я напряглась.
Но вот отдышался и Алекс:
– Так, уймитесь обе. Сейчас надо вернуться в гостиницу. Там можете друг друга за во-лосы таскать хоть до утра. Благо, вас в одну комнату поселили…
Мы с Алисой мигом повернулись к нему, и парень понял, что теперь мы обе настроены оттаскать за что-нибудь его самого.
– Ребят, – жалобно позвал Беннет, чувствуя, что у нас назревает конфликт. – Давайте, правда, вернёмся гостиницу. Пока нас не хватились… Если уже не хватились.
Алиса смерила его взглядом, тряхнула собранными в высокий хвост волосами, и с не-зависимым видом пошла к выходу из проулка. Покосившись на меня, Алекс пошёл сле-дом. Мы с Беннетом тоже не стали задерживаться.
Телефонный автомат нашёлся почти сразу. На корпусе ярко-красного аппарата, за-креплённого на невысоком столбике под стеклянным куполом, были выгравированы но-мера экстренных служб. Полиция, пожарная охрана, медицинская помощь, такси, служба магических ситуаций, единая служба по межрасовым вопросам.
Такси приехало через восемь минут. Алекс влез на переднее сиденье, назвал таксисту адрес. Мы втроем разместились сзади. Мы с Алисой – у окон, а Беннет – посредине, меж-ду нами. Я уставилась в окно, сцепив руки на коленях… и вздрогнула, нащупав кольцо у себя на пальце.
«Я же не собиралась забирать его! – с нарастающей паникой подумала я, опуская взгляд на свою руку – в темноте салона машины кольцо зловеще поблёскивало красным. – Хотела только померить, и оставить там, на одной из скамеек в парке. А потом эти разорались со своим воображаемым висельником, и я забыла о кольце...»
Я покосилась на спутников. Алиса отвернулась к окну, Беннет сидел, откинувшись на спинку сидения, прикрыв глаза. Я постаралась незаметно снять кольцо. Но… оно не сни-малось. Сидело плотно, но при этом не сдавливало палец, и должно было соскользнуть при небольшом усилии. Свободно поворачивалось на пальце, не доставляло дискомфор-та… но совершенно не хотело слезать с пальца.
– Чертовщина какая-то, – пробормотала я.
Беннет открыл глаза, посмотрел на меня:
– Ты что-то сказала?
– Нет, ничего, – ответила я, и отвернулась к окну. Кольцо я развернула камнем к ладо-ни, чтобы не сильно бросалось в глаза.
«В гостинице сниму с мылом, – решила я. - А потом попрошу на ресепшене отправить его обратно в «Шисуну». Пусть там сами ищут хозяина этой бижутерии».
Глава 2
– Милена, ты ещё в кровати? – меня разбудил безжалостный голос воспитательницы, заглянувшей в номер. – А ну, быстро вставай! Иначе без завтрака оставлю.
– Угу… – сонно промычала я, разлепляя глаза.
Миссис Страстбери убедилась, что я начала шевелиться, и вышла. Через несколько се-кунд, я услышала, как она стучит в дверь соседнего номера, и велит его обитателям про-сыпаться.
Вставать не хотелось. Я посмотрела на свою руку, надеясь на чудо. Увы, чуда не слу-чилось. Кольцо было на пальце, и, как мне показалось, издевательски блеснуло красным камнем. А ещё я заметила, что в глубине камня видна тёмная трещина, из-за чего он был похож на красный глаз с вертикальным зрачком.
Наш побег прошлой ночью прошёл незамеченным. Мы вернулись в гостиницу, про-крались мимо дремлющего за стойкой консьержа, и разбрелись по своим комнатам.
В ванной я минут двадцать пыталась снять проклятое кольцо, измылив на руку чуть ли не половину куска мыла. Бесполезно — кольцо сидело свободно, на палец не давило, но слезать отказывалось категорически. В итоге, я сдалась и отправилась спать, под недо-вольное шипение Алисы о любителях занимать ванну на полночи.
Приподняв голову с подушки, я увидела, что кровати соседок уже застелены, а самих их нет в комнате. А ведь Алиса улеглась ещё позже меня, но уже успела проснуться и умотать на завтрак.
– Судьба, покарай всех «жаворонков», – вяло взмолилась я, нехотя вылезая из постели.
После завтрака нам велели собираться. Через два часа мы должны были выдвигаться на вокзал, чтобы возвращаться в Лайпир. Мне собирать было особо нечего и поэтому, пока было время, я улеглась на кровать, прямо поверх покрывала, чтобы доспать то, что не хва-тило с ночи. Но даже заснуть нормально мне не дали. Стоило мне суметь более-менее аб-страгироваться от болтовни Алисы с её подружкой, укладывающих свои немногочислен-ные вещи по сумкам, как щёлкнула открывающаяся дверь.
– Милена, опять спишь? – меня тронули за плечо. Я открыла глаза и уставилась на миссис Страстбери. – Вставай. И пойдём-ка со мной.
Захотелось ругнуться, но я сдержалась. Поднялась с кровати, пошла следом за воспита-тельницей.
– А куда мы? – спросила я, уловив в молчании миссис Страстбери какую-то напряжён-ность.
– Тебя хотят видеть, – коротко ответила она.
– Кто? – напряглась я. – Я же в Гарэне никого не знаю.
– Вот и познакомишься, – буркнула женщина – вид у неё был очень недовольный и мне на ум пришло: «А не узнала ли она о нашей ночной вылазке?».
Мы спустились на первый этаж. Девушка за ресепшеном указала нам на дверь справа от стойки. Мы прошли туда. Судя по обстановке, это был чей-то рабочий кабинет. Стол, книжный шкаф, пара кресел. Но на обстановку я почти не обратила внимания. Я смотрела на двух мужчин, находящихся в кабинете.
Одному было лет тридцать – тридцать пять. Среднего роста, хорошо сложен. Тёмные, слегка растрёпанные, волосы, трёхдневная щетина на лице. Бледная кожа и тёмно-зелёные глаза. Вместе с тем, как он был одет – белая рубашка, брюки и кожаные туфли – я, без преувеличения, могла бы назвать его красивым. Только взгляд у него был… скуча-ющим, что ли. Словно всё то, что происходило вокруг, его нисколько не интересовало. Он расположился на краю рабочего стола. Сидел, покачивая ногой и поглядывал на цифер-блат наручных часов, выглядывающий из-под его рукава на левой руке.
Второй выглядел моложе – лет двадцать пять, не больше. Он подпирал спиной стену возле книжного шкафа. Высокий, но, на мой вкус, слишком худощавый. Чёрные длинные волосы, в беспорядке, лежали на плечах, вызывая желание взять ножницы. Очень яркие, будто ненастоящие, голубые глаза, наталкивали на мысль о какой-нибудь нечеловеческой расе у него в предках. Одет он был просто: в чёрную рубашку, синие джинсы и кроссовки.
Вместе эта парочка смотрелась несколько... несуразно. Как хулиган и ботаник. Однако, было в них что-то, что делало их очень похожими. Но я никак не могла уловить, что именно.
– Вот, это – Милена Бэлоу, – сказала миссис Страстбери, как только мы вошли. – Одна из наших воспитанниц. Милена, – обратилась она ко мне, – эти люди из руководства школы «Шисуны». Они говорят, что ты и ещё несколько ребят проникли этой ночью на территорию их школы. Это так? И не пытайся мне солгать – знаешь, что я прекрасно чув-ствую, когда ты врёшь.
«Ну, всё, попали, – подвела я печальный итог. – Нас, всё-таки, кто-то видел. Или слы-шал».
Я припомнила, как орали Алиса, Алекс и Беннет, драпая от каких-то воображаемых крыс.
– Послушайте, мы ничего плохого не хотели, просто посмотреть, – стала оправдывать-ся я. – Мы столько рассказов о «Шисуне» слышали, а тут такой шанс…
– От лица нашего интерната, и от себя лично, я приношу вам извинения, – вмешалась Страстбери. – Тем более, как я понимаю, наши воспитанники ничего не повредили? – и, дождавшись кивка, продолжила. – Ребята просто проявили неуемное любопытство, ока-завшись впервые в большом городе и так близко к тому, о чём только слышали. Их можно понять. Конечно, такое поведение поощрять мы не будем – мы проведём с ребятами бесе-ду. И их ждёт наказание сразу после возвращения в Лайпир.
– Миссис Страстбери, ежегодно на территорию «Шисуны» совершается до двух десят-ков несанкционированных проникновений, – заговорил старший из мужчин. – Это, если можно так сказать, обычная практика. Если бы мы требовали извинений с каждого, кто пытается пробраться в школьный парк, пришлось бы выделять под эту процедуру специ-альное время. Ваши извинения нам без надобности, как и то, накажите вы своих воспи-танников или нет.
– Но… тогда почему вы здесь? – растерянно спросила воспитательница. – И зачем вы просили меня привести Милену?
– Нам нужно с ней поговорить, – мужчина улыбнулся фальшивой, какой-то канцеляр-ской улыбкой. – В связи с этим, уважаемая миссис Страстбери, я прошу вас ненадолго оставить нас.
Несколько мгновений женщина в немом изумлении взирала на него. Потом перевела взгляд на второго представителя школы, словно надеялась, что он сейчас опровергнет просьбу первого. Но тот молчал, с любопытством поглядывая то на неё, то на меня. Тогда миссис Страстбери ответила с неожиданной решимостью:
– Я не знаю, о чём вы хотите поговорить с моей воспитанницей, но… я не могу оста-вить её наедине с вами. Милена ещё несовершеннолетняя – ей нет девятнадцати. И я яв-ляюсь её законным представителем. Если вы хотите о чём-то с ней побеседовать, то вы можете сделать это только в моём присутствии.
