Аня ожидает, что он плавно упадёт на землю. Но, вместо этого, листок подхватывает неожиданный порыв ветра и несёт. Дальше и дальше от них…
– За ним! – Максим машет ей рукой и первый срывается с места.
– Ты… издеваешься?! – но ответа не дожидается, и Ане больше ничего не остаётся, как бежать за Максимом. И листом…
Они так бегут какое-то время. И Аня уже чувствует, что начинает задыхаться. Бегун из неё, прямо сказать, плохой. Её потолок – лечебная физкультура, которую проводили несколько раз в неделю в больнице. Да и то, Аня посещала эти занятия, из-за своего здоровья, очень нерегулярно. И вот теперь Аня понимает, что ещё несколько минут и она просто упадёт. К счастью, именно в этот момент листок останавливается и плавно опускает-ся посредине какой-то заросшей тропы.
– Это что такое было?! – сразу, как смогла перевести дух, накидывается Аня на Максима.
– Поиск пути к фениксу, – ощущение, что Максим нисколько не устал. – Только так его можно узнать – с помощью природы.
– Какая же… чушь! – снова у Ани не находится других слов.
Когда она может нормально дышать, она оглядывается. Вокруг нет высоких домов, широкой асфальтовой дороги. Только пятиэтажки и заросшие дворы. И фонари, если и горят, то через один. Тропинка, к которой их «привёл» лист, уводит куда-то за гаражи. Туда, где видны только деревья.
«Парк?» – Аня здесь никогда не бывала и в своём выводе не уверена. Да и «парк» издалека выглядит не очень-то облагороженным.
Тем временем, Максим первым встаёт на тропу. И Ане ничего не остаётся, как идти за ним.
– Если с нами что-то случится, виноват будешь ты. Я стану призраком и буду преследовать тебя до конца твоей жизни! – ворчит Аня, нервно смотря по сторонам – слишком часто она читала всякие страшилки, чтобы воображение сейчас услужливо не подкидывало ей маньяков и монстров в кустах.
– Трусишь? – Максим оглядывается на неё через плечо.
– Ещё чего! Просто… непривычно… А тебе что, нисколько не страшно?
– Не-а, – и Ане кажется, что он даже не хвастается. – Когда я был совсем мелким, я жил в деревне с бабушкой. Это потом меня забрали в город, – на этих словах он тяжко вздыхает – видно, что не слишком счастлив факту городской жизни. – А у бабушки… мы с пацанами всегда гуляли допоздна. И по всяким заброшенным классным местам лазили постоянно.
Ане даже представить такое сложно. Вся её жизнь – больница. Она никогда не гуляла с друзьями просто по городу. Впрочем… у Ани и друзей-то нет. В последний год она даже старается, как можно меньше, общаться с соседками по палате. Чтобы не привязываться. Потому что рано или поздно их выпишут. А клятвенные обещания – писать и звонить Ане – никто не сдержит. Так было не раз.
– Откуда ты, вообще, узнал про эту… сказку про феникса? – переводит Аня разговор на другую тему.
– Это – не сказка! – упрямо говорит Максим, вскидывая подбородок. – Это – правда! А узнал давно… когда у бабушки в деревне жил. Там эту историю все знают. В древности перо феникса спасло деревню от захватчиков.
– Как это? – ей, действительно, становится интересно. Несмотря на то, что, всё равно, воспринимает это не более, чем деревенскую легенду.
– Это случилось около восьмисот лет назад, – начинает рассказывать Максим, всё так-же бодро шагая по тропе. – Тогда все ближайшие города и деревни захватывали монголы. И деревню бабушки ждала такая же участь. Все это знали. Но, однажды, старосте деревни во сне явилась огненная птица. Она сказала, что может спасти жителей. Если кто-то, поцелованный солнцем, в летний месяц, в определённый день, поверив её словам, найдёт перо птицы. Перо, которое может исполнить любое желание.
– Поцелованный солнцем… – Аня окидывает взглядом рыжие волосы Максима. – То есть, перо мог найти только рыжий, да?
– Ага. И только следуя пути, которое укажем ему природа. Знаки, символы... Ищущий должен был сам понять, как найти его. Вот, как я сегодня.
– И житель деревни нашёл это перо, да?
– Да. Загадав, чтобы деревню не нашли. Так и случилось. Хотя она находилась на пути торговых путей, на таком видном месте… но монголы её, как будто, в упор не видели. И деревня осталась нетронутой.
– И ты, правда, веришь в эту легенду?
– Конечно! Я, ведь, сам чуть не нашёл его! Упустил только… Но в этот раз – вот увидишь – всё получится!
Аня решает, что спрашивать Максима про тот раз, когда он «упустил перо»… убеж-дать его в чём-то… сейчас бесполезно. Слишком сильно он верит во всё это. И заходит с другой стороны:
– Ну, предположим, я поверила в легенду. Что всё так и было. Но, подумай. Неужели никто их жителей деревни не думал о том, что тот, кто найдёт перо, загадает другое же-лание? Разбогатеть там… князем стать – или кто там главным был в то время… Если перо исполняет любое желание, то зачем тратить его на всех? Или почему нельзя было зага-дать, чтобы вся страна спаслась от нашествия врагов?
Аня хочет посеять в мальчике зёрна сомнений. Чтобы он задумался хоть немного. Но…
– Невозможно. Во-первых, перо исполняет только хорошие желания. А во-вторых, феникс не всесилен. Его перья творят чудеса, но… не в больших масштабах.
– Как удобно, – фыркает Аня. – Исполняет любые желания, но не в масштабах страны и только хорошие… А кто хорошесть желания-то определяет? Феникс? И что будет если твоё желание таким не окажется? Феникс тебя съест?
– Нет. Ты просто не сможешь найти перо.
– Избирательная птичка… Ну а ты чего хочешь пожелать у этого волшебного пера?
В этот момент Максим останавливается, поворачивается к ней с таким серьёзным видом… что Аня, от неожиданности, отступает. А потом он улыбается… улыбается во весь рот:
– Буду желать чуда!
Аня хочет ответить в своей манере: «Какая чушь!», но… не может. Она… не хочет омрачать своим скептицизмом эту улыбку. По крайней мере, не прямо сейчас.
«Размякла, – делает она неутешительный вывод, снова идя за Максимом. – А, ведь, увязалась за ним, чтобы, по возможности, убедить его вернуться. Что все эти сказки – бред…».
Громко урчит живот. И Аня вспоминает, что ужин был давно.
– Есть хочется… – произносит она, вздыхая: «Всё-таки, надеюсь, что за пару часов мы наиграемся в искателей сказок и вернёмся в больницу».
– А я всё предусмотрел! – Максим роется в поясной сумке, которую Аня и не замечала. И достаёт оттуда пирожок, завёрнутый в целлофановый пакет и протягивает ей.
Ане неожиданно становится стыдно. Она, ведь, пошла с Максимом, чтобы присмотреть. Даже успела представить себя старшей сестрой, присматривающей за младшим братом. Какая же чушь… Не умеет она заботиться. Несмотря на то, что у неё есть настоящий младший брат, видит она его редко. И отношения, честно говоря, у них… просто никакие. Словно, чужие люди.
– У тебя есть младшие братья или сёстры? – спрашивает она, беря протянутый пирожок и надкусывая: «Невероятно вкусно!».
– Нет, – он о чём-то задумывается, а потом продолжает. – Но мне всегда нравилось возиться с малышнёй. Почему-то, там, где я жил, было много тех, кто был младше меня. Сначала дружил с ними просто потому что было скучно. А потом… понравилось. Это когда я уже в городе жил. Ты на них похожа.
Аня чуть не спотыкается:
– Это чем же?!
– Ну… пытаешься казаться взрослой. Серьёзной, ответственной… а на самом деле, даже о еде не подумала.
– Ты странный, – резюмирует Аня. Это было сказать легче, чем начать спорить и доказывать, что Максим сказал глупость – где она и где малышня?
В этот момент, по тропинке, они выходят к круглому озеру. Что вводит Аню в ступор: «Неужели мы вышли за городскую черту? Слишком это всё… похоже на лес. И лесное озеро… Но может, это просто такой заросший лесопарк?».
Аня никогда не задумывалась о том, насколько далеко находится их больница от окраин города. Могли ли они, на самом деле, выйти в лес? Вспоминая тот район, с которого они встали на тропинку, Аня думает, что вполне может и – да.
«Если это так, то точно надо возвращаться. В лесу не может быть безопасно. Тем более, ночью. Тем более, детям» – она хочет всё это высказать Максиму, но… не находит его рядом. Она, в растерянности, оглядывается и видит, как он уже, почти бегом, спуска-ется к берегу озера.
– Эх, подожди! – кричит она ему и бежит следом. Но Максим, словно, её не слышит. И останавливается лишь у самого берега.
– Блин… - Аня почти задыхается, когда ей, наконец-то, удаётся добежать до него. – Ну ты и… Ты…
– Смотри! – не даёт Максим ей договорить.
И Аня не верит своим глазам…
– За ним! – Максим машет ей рукой и первый срывается с места.
– Ты… издеваешься?! – но ответа не дожидается, и Ане больше ничего не остаётся, как бежать за Максимом. И листом…
Они так бегут какое-то время. И Аня уже чувствует, что начинает задыхаться. Бегун из неё, прямо сказать, плохой. Её потолок – лечебная физкультура, которую проводили несколько раз в неделю в больнице. Да и то, Аня посещала эти занятия, из-за своего здоровья, очень нерегулярно. И вот теперь Аня понимает, что ещё несколько минут и она просто упадёт. К счастью, именно в этот момент листок останавливается и плавно опускает-ся посредине какой-то заросшей тропы.
– Это что такое было?! – сразу, как смогла перевести дух, накидывается Аня на Максима.
– Поиск пути к фениксу, – ощущение, что Максим нисколько не устал. – Только так его можно узнать – с помощью природы.
– Какая же… чушь! – снова у Ани не находится других слов.
Когда она может нормально дышать, она оглядывается. Вокруг нет высоких домов, широкой асфальтовой дороги. Только пятиэтажки и заросшие дворы. И фонари, если и горят, то через один. Тропинка, к которой их «привёл» лист, уводит куда-то за гаражи. Туда, где видны только деревья.
«Парк?» – Аня здесь никогда не бывала и в своём выводе не уверена. Да и «парк» издалека выглядит не очень-то облагороженным.
Тем временем, Максим первым встаёт на тропу. И Ане ничего не остаётся, как идти за ним.
– Если с нами что-то случится, виноват будешь ты. Я стану призраком и буду преследовать тебя до конца твоей жизни! – ворчит Аня, нервно смотря по сторонам – слишком часто она читала всякие страшилки, чтобы воображение сейчас услужливо не подкидывало ей маньяков и монстров в кустах.
– Трусишь? – Максим оглядывается на неё через плечо.
– Ещё чего! Просто… непривычно… А тебе что, нисколько не страшно?
– Не-а, – и Ане кажется, что он даже не хвастается. – Когда я был совсем мелким, я жил в деревне с бабушкой. Это потом меня забрали в город, – на этих словах он тяжко вздыхает – видно, что не слишком счастлив факту городской жизни. – А у бабушки… мы с пацанами всегда гуляли допоздна. И по всяким заброшенным классным местам лазили постоянно.
Ане даже представить такое сложно. Вся её жизнь – больница. Она никогда не гуляла с друзьями просто по городу. Впрочем… у Ани и друзей-то нет. В последний год она даже старается, как можно меньше, общаться с соседками по палате. Чтобы не привязываться. Потому что рано или поздно их выпишут. А клятвенные обещания – писать и звонить Ане – никто не сдержит. Так было не раз.
– Откуда ты, вообще, узнал про эту… сказку про феникса? – переводит Аня разговор на другую тему.
– Это – не сказка! – упрямо говорит Максим, вскидывая подбородок. – Это – правда! А узнал давно… когда у бабушки в деревне жил. Там эту историю все знают. В древности перо феникса спасло деревню от захватчиков.
– Как это? – ей, действительно, становится интересно. Несмотря на то, что, всё равно, воспринимает это не более, чем деревенскую легенду.
– Это случилось около восьмисот лет назад, – начинает рассказывать Максим, всё так-же бодро шагая по тропе. – Тогда все ближайшие города и деревни захватывали монголы. И деревню бабушки ждала такая же участь. Все это знали. Но, однажды, старосте деревни во сне явилась огненная птица. Она сказала, что может спасти жителей. Если кто-то, поцелованный солнцем, в летний месяц, в определённый день, поверив её словам, найдёт перо птицы. Перо, которое может исполнить любое желание.
– Поцелованный солнцем… – Аня окидывает взглядом рыжие волосы Максима. – То есть, перо мог найти только рыжий, да?
– Ага. И только следуя пути, которое укажем ему природа. Знаки, символы... Ищущий должен был сам понять, как найти его. Вот, как я сегодня.
– И житель деревни нашёл это перо, да?
– Да. Загадав, чтобы деревню не нашли. Так и случилось. Хотя она находилась на пути торговых путей, на таком видном месте… но монголы её, как будто, в упор не видели. И деревня осталась нетронутой.
– И ты, правда, веришь в эту легенду?
– Конечно! Я, ведь, сам чуть не нашёл его! Упустил только… Но в этот раз – вот увидишь – всё получится!
Аня решает, что спрашивать Максима про тот раз, когда он «упустил перо»… убеж-дать его в чём-то… сейчас бесполезно. Слишком сильно он верит во всё это. И заходит с другой стороны:
– Ну, предположим, я поверила в легенду. Что всё так и было. Но, подумай. Неужели никто их жителей деревни не думал о том, что тот, кто найдёт перо, загадает другое же-лание? Разбогатеть там… князем стать – или кто там главным был в то время… Если перо исполняет любое желание, то зачем тратить его на всех? Или почему нельзя было зага-дать, чтобы вся страна спаслась от нашествия врагов?
Аня хочет посеять в мальчике зёрна сомнений. Чтобы он задумался хоть немного. Но…
– Невозможно. Во-первых, перо исполняет только хорошие желания. А во-вторых, феникс не всесилен. Его перья творят чудеса, но… не в больших масштабах.
– Как удобно, – фыркает Аня. – Исполняет любые желания, но не в масштабах страны и только хорошие… А кто хорошесть желания-то определяет? Феникс? И что будет если твоё желание таким не окажется? Феникс тебя съест?
– Нет. Ты просто не сможешь найти перо.
– Избирательная птичка… Ну а ты чего хочешь пожелать у этого волшебного пера?
В этот момент Максим останавливается, поворачивается к ней с таким серьёзным видом… что Аня, от неожиданности, отступает. А потом он улыбается… улыбается во весь рот:
– Буду желать чуда!
Аня хочет ответить в своей манере: «Какая чушь!», но… не может. Она… не хочет омрачать своим скептицизмом эту улыбку. По крайней мере, не прямо сейчас.
«Размякла, – делает она неутешительный вывод, снова идя за Максимом. – А, ведь, увязалась за ним, чтобы, по возможности, убедить его вернуться. Что все эти сказки – бред…».
Громко урчит живот. И Аня вспоминает, что ужин был давно.
– Есть хочется… – произносит она, вздыхая: «Всё-таки, надеюсь, что за пару часов мы наиграемся в искателей сказок и вернёмся в больницу».
– А я всё предусмотрел! – Максим роется в поясной сумке, которую Аня и не замечала. И достаёт оттуда пирожок, завёрнутый в целлофановый пакет и протягивает ей.
Ане неожиданно становится стыдно. Она, ведь, пошла с Максимом, чтобы присмотреть. Даже успела представить себя старшей сестрой, присматривающей за младшим братом. Какая же чушь… Не умеет она заботиться. Несмотря на то, что у неё есть настоящий младший брат, видит она его редко. И отношения, честно говоря, у них… просто никакие. Словно, чужие люди.
– У тебя есть младшие братья или сёстры? – спрашивает она, беря протянутый пирожок и надкусывая: «Невероятно вкусно!».
– Нет, – он о чём-то задумывается, а потом продолжает. – Но мне всегда нравилось возиться с малышнёй. Почему-то, там, где я жил, было много тех, кто был младше меня. Сначала дружил с ними просто потому что было скучно. А потом… понравилось. Это когда я уже в городе жил. Ты на них похожа.
Аня чуть не спотыкается:
– Это чем же?!
– Ну… пытаешься казаться взрослой. Серьёзной, ответственной… а на самом деле, даже о еде не подумала.
– Ты странный, – резюмирует Аня. Это было сказать легче, чем начать спорить и доказывать, что Максим сказал глупость – где она и где малышня?
В этот момент, по тропинке, они выходят к круглому озеру. Что вводит Аню в ступор: «Неужели мы вышли за городскую черту? Слишком это всё… похоже на лес. И лесное озеро… Но может, это просто такой заросший лесопарк?».
Аня никогда не задумывалась о том, насколько далеко находится их больница от окраин города. Могли ли они, на самом деле, выйти в лес? Вспоминая тот район, с которого они встали на тропинку, Аня думает, что вполне может и – да.
«Если это так, то точно надо возвращаться. В лесу не может быть безопасно. Тем более, ночью. Тем более, детям» – она хочет всё это высказать Максиму, но… не находит его рядом. Она, в растерянности, оглядывается и видит, как он уже, почти бегом, спуска-ется к берегу озера.
– Эх, подожди! – кричит она ему и бежит следом. Но Максим, словно, её не слышит. И останавливается лишь у самого берега.
– Блин… - Аня почти задыхается, когда ей, наконец-то, удаётся добежать до него. – Ну ты и… Ты…
– Смотри! – не даёт Максим ей договорить.
И Аня не верит своим глазам…
