Нея наивно хлопает милыми глазками, Гард отходит от галстучного шока, а овчарка Тод вскакивает и начинает гавкать на импульсивного товарища, который оказывается нам совсем не товарищем.
И только я сохраняю железное спокойствие...
— Где будем искать? — спрашиваю у своей, честно говоря, не самой интеллектуальной команды.
Мы стоим перед только что покинутым офисным зданием, устремлённым в мрачные небеса. И наверное со стороны представляем ещё то зрелище — монашка, два громилы в комбинезонах и собака. Живой из всей этой компании только овчарка Тод, и для большинства прохожих непонятно, кто кого выгуливает — мы его или он нас.
— А где он может быть, если не на работе и не дома? — в свою очередь задаёт вопрос Нея. И стоит отметить, что не настолько и глупый.
— Куда он всё-таки мог пойти? — В кои-то веки справляется со своими речевыми глюками Гард.
И только овчарка Тод помалкивает. Но и без него, всё важное уже сказано.
Хозяин покинул офис как обычно. И должен был сесть в аэротакси, если, правда, не решил ещё куда-нибудь зайти. Только вот куда? Город предоставляет слишком много возможностей для этого — куда.
— Дворецкий, нужна помощь… — взываю я к нашему интеллектуальному гуру.
— Я слушаю.
— Куда мог пойти Хозяин после работы?
Дворецкий некоторое время копается в Сети и затем выдаёт:
— Много куда. — И отключается.
Мы же недоумённо смотрим друг на друга — вот помог, так помог. И только овчарка Тод никак не реагирует на откровенно наплевательское отношение к столь важному вопросу.
Оставшись без руководящей роли, я пытаюсь, как советовал Дворецкий, пошевелить мозгами. Однако, это трудно даётся...
— Так, машинерия, куда бы пошли вы, будь у вас время и возможности? — решаю поставить себя на место Хозяина.
— В дендрарий, — предлагает Гард.
— В настоящее кино. — Мечтательно улыбается Нея.
Овчарка Тод что-то по своему гавкает. Но не надо быть знатоком собачьего языка, чтобы догадаться — гулять в ближайший городской парк, где много соблазнительных кустиков или, на крайний случай, глупых голубей, которых можно со вкусом погонять.
Предложение овчарки Тода отметаю как нереалистичное — мне сложно представить Хозяина, весело бегающим от кустика к кустику. Хотя, кто ж этих людей разберёт?
Дендрарий, на мой взгляд, тоже выглядит не очень заманчиво — что там забыл Хозяин? Деревья, они и возле нашего Дома — деревья.
Кино? Я задумчиво смотрю на нашу «монашку»…
— Но в кино же не ходят в одиночестве? Думаешь, у Хозяина здесь есть пассия?
Злой прищур красивых глазок служит мне лучшим ответом. Все-таки эмпатия к хозяину на максималках у андроидов-гейш меня всегда пугает. Я, например, люблю наш глайдер, но мне глубоко до керосина, кого Хозяин на нём катает... Лишь бы грязь не таскали на коврики. Да и Гарду, по моему, фиолетово, кто ест его груши. Я смотрю на нашего ландшафтника… Или не всё равно? Как-нибудь расспрошу.
— Так… Если не в дендрарий и не в кино? Пошевелите же мозгами!
— Может, пройдёмся по улице? А там видно будет… — предлагает Нея.
Ей не терпится подефилировать по Городу — себя показать, на других посмотреть. Всё-таки программный код гейш неисправим.
Но, за неимением лучшего предложения, я соглашаюсь. Может, действительно, Хозяин где-то сейчас тут гуляет. И мы идём гулять, оставив кар на стоянке...
Город мне нравится своей бесконечной толкотнёй в воздухе. Глайдеры, аэрокары, личные коптеры — всё пространство буквально забито проносящимся мимо транспортом. С нашим загородным районом даже не сравнить. Множество моделей, от давно устаревших до ультрасовременных. С каким бы удовольствием я поковырялся в их двигателях, разложил агрегаты на своём монтажном верстаке…
Но когда хочу поделиться своими интересными мыслями, оказывается, что рядом только скучающий овчарка Тод и Нея, с головой погруженная в созерцание ближайшей витрины какого-то бутика одежды.
— Э-э. А где Гард?
Нея нехотя отвлекается от дизайнерских платьев самых причудливых форм. Один только вид некоторых вызывает стойкое головокружение. Особенно, которые самые новомодные — в них отдельные элементы при ходьбе начинают двигаться асинхронно. И кто такое только носит? Как по мне, так обычный комбинезон вполне годится на все случаи существования.
Нея, для вида, некоторое время крутит головой. Затем безразлично пожимает плечиками и возвращается к медитативному созерцанию витрин.
Гард же как сквозь землю провалился.
— Овчарка Тод, ищи!
И тот резво стартует назад, откуда мы только что дружно пришли. Но, как оказалось, без одного растяпы. Я, схватив за полу сутаны Нею, с усилием оттаскиваю её от соблазнительной витрины, которая на нашу «монашку» действует сильнее магнита.
Когда наконец мы догоняем овчарку Тода, тот сидит перед нашим ландшафтником — Гард замер перед чахлым городским деревцем, в одиночестве торчащим из газона.
— Гард, — зову я. Ноль реакции.
Полная обездвиженность. И глядя на жалкую городскую пародию на настоящее дерево, становится понятна клиническая реакция нашего любителя дендропарков. Город, наполненный восхитительными машинами, прекрасными зданиями с множеством магазинов, странным образом порождает на своих газонах только таких вот живых растительных уродцев. Словно неживая природа каким-то образом подпитывается от живой, высасывая из неё все соки. Такие вот выверты эволюции.
Мне приходится взять Гарда под мышку. Благо, кататонический стазис наглухо парализовал его мышечный корсет, и нести нашего ландшафтника оказывается вполне ничего — удобно. Жаль только, соответствующей чемоданной ручки на нём не предусмотрено. Да-а-а… Помощничек, конечно, из Гарда ещё тот.
— Может, поищем Хозяина в этом бутике? — Нея кивает на очередную яркую витрину.
— Ещё чего! — возмущаюсь я.
Нея уже порядком надоела со своим наивным проталкиванием идеи — организовать поиски Хозяина по многочисленным магазинам, при том, преимущественно женской одежды.
— Может, тогда лучше в мастерской по ремонту глайдеров?
От моего железобетонного аргумента Нея тушуется. Гард, перемещаясь по Городу у меня подмышкой, по своему обыкновению помалкивает. Овчарка Тод также не изъявляет своих предпочтений по местам поиска Хозяина. А что ему слишком активничать? Насколько я знаю, собак в Переработку не отправляют. Разве что на живодёрню, качественно преобразиться в кусок хозяйственного мыла. Но овчарке Тоду это невдомёк. Во всяком случае, пока…
— Как можно развлечься в Городе? — ни к кому персонально не обращаясь, риторически вопрошаю я.
— Бу-… — И Нея замолкает на полуслове, заметив мой испепеляющий взгляд,.
— Д-д-де-де-н-н-дро… — пытается подать голос из подмышки ландшафтник, видимо, его чуток отпустило.
— В дендропарк тоже не пойдём, — строго возвращаю Гарда обратно в кататонию.
И завидев пробегающего мимо робо-посыльного, я решаю разузнать о вечерних нравах Города, так сказать, из первых рук.
— Привет, бро, — вежливо его окликаю.
— И вам не ржаветь, — ответствует тот, притормаживая свой бег.
С подозрением косится на нашего кататоника.
— Куда несёте манекен? В с-карню?
— Не, бро. Это не манекен. Это наш ландшафтный дизайнер. От вида ваших деревьев у него случился программный закирдон.
— Годится. У меня тоже такое бывает от общения с заказчиками. Какие же тупицы эти люди! Просто невозможно порой с ними разговаривать.
— Слушай, бро, мы тут человека одного ищем. Куда он в одиночку мог завалиться вечерком? И так, чтобы остаться там на пару-тройку суток.
Посыльный задумывается.
— Есть отпадное заведение для роботов…
— Не-е. Ты не понял, бро. Мы ищем для людей отпадное заведение, — уточняю техническое задание я.
— Сори, бро. Попутал. Для людишек есть «Колизей», «Атриум». Не такие, конечно, отпадные...
— И что там?
— Развлекалово по полной. Но роботам туда путь заказан. Даже им… — Посыльный кивает на Нею. — Только если по отдельному приглашению...
«Колизей» — огромное здание, а со слов бро, ещё и несколькими этажами уходящее вниз, под землю. Чем там подчивают посетителей, общее представление дают рекламные визуалы из Сети, отправленные Дворецким.
Тотализатор боёв без правил в октагоне с церебральным подключением к сознанию выбранного бойца. Разделить радость с победителем, конечно, прекрасно, но можно и трагически ошибиться в выборе носителя. Я даже слышал об одном любителе, который чаще оказывался на проигравшей стороне и в конце-концов на этом подвинулся рассудком. Хотя, скорее, крыша у него поехала из-за громадных проигрышей в тотализатор, а все богатства ощущений от многочисленных нокаутов и нокдаунов достались ему в довесок «приятным» бонусом...
Управляемые галлюцинации и внетелесные приключения, эротические забавы с дискретным пребыванием в сознании обоих партнёров и танцполы с подключением к коллективному бессознательному. А путешествия по закоулкам памяти сумасшедших? В общем, до чего только не додумаются люди, лишь бы жизнь не казалась пресной и обыденной.
Как решать задачу по внедрению Неи в самый настоящий вертеп человеческих удовольствий, при том, что она сроду и не человек, я пока не определился. Но исследовать эту terra incognita необходимо. Будь я человеком, после мастерской глайдеров, конечно же, посетил бы и «Колизей» с «Атриумом».
— Хочу тату, — неожиданно заявляет Нея и показывает на рекламу тату-салона.
Я останавливаюсь. Гард неприятно оттягивает руку, и, чтобы не надрываться, ловко прислоняю его к стенке. Со стороны создаётся впечатление, что это чересчур усердный робот поддерживает плечом здание.
Сам же я присоединяюсь к Нее. Прайс-лист салона впечатляющий — здесь и обычные цветные тату, наносимые по старинке иглами, и более продвинутые — с лазерной денатурацией кожных покровов, а также ультрасовременные — движущиеся татушки, управляемые с коммуникатора. Последний писк моды — нанесение отдельных серий старинных мультфильмов — «Винни-пух» и «Ну, погоди!». На особо фигуристых дамах приключения пухлого медвежонка «по долинам» и «по взгорьям» способны вызвать неподдельный интерес у любого любителей ретро.
— Зачем тебе это? — удивляюсь странному желанию Неи я. — Это же людские закидоны. Нам, роботам, не пристало портить такой ерундой свою оболочку.
— Хочу что-то изменить в своём существовании, — заявляет упрямая Нея.
— Хорошо, — соглашаюсь я, — Изменишь. Но только вначале найдём Хозяина.
И прихватив Гарда, утаскиваю Нею подальше от человеческих соблазнов...
«Колизей» возвышается перед нами этакой неприступной крепостью. И вход в неё бдительно стерегут здоровенные мордовороты — сплошь Homo sapiens-ы. Хотя, на счёт — sapiens, у меня большие сомнения. Я всё-таки придерживаюсь теории, что искусственный интеллект это следующая эволюционная ступень развития разума, и потому с появлением ИИ люди навсегда утеряли статус — sapiens.
Но какой бы новая ступень эволюции ни была умная-разумная, вход в «Колизей» ей заказан. Проклятые времена сегрегации вновь вернулись на старушку Землю…
Вечер — благословенное время для развлечений, и к зданию «Колизея» постоянно пребывают аэрокары, глайдеры и прочий транспорт, доставляя модно разодетых людей. Каких только здесь нарядов ни увидишь — от практически полной обнажёнки до десятков плотно намотанных метров прозрачной ткани. Что и говорить, палитра выставленных на обозрение вкусов безгранична.
Поток желающих повеселиться просто нескончаем. По моему внутреннему счётчику, за последний час внутрь зашло пятьсот сорок три человека и сто двадцать две робо-гейши...
— Я готова, — неожиданно заявляет Нея, с завистью наблюдающая за весёлой толпой.
— К чему готова? — спрашиваю я.
— Проникнуть внутрь и поискать Хозяина.
Я с сомнением смотрю на неё. Хотя… Сто двадцать две её товарки туда же зашли.
— Однако необходим сопровождающий… — тем не менее продолжаю сомневаться.
— Без проблем, — легкомысленно отвечает Нея и укорачивает подол сутаны до размеров микро-юбки, ловко преображая свой внешний вид из богобоязненной монашки в полную противоположность. И стоит признать, искусственные ножки ваяли ещё те умельцы. Теперь внешне Нея вполне соответствует статусу «Колизея», как вместилища всяческих пороков и разврата.
— Сестрица, не хочешь поразвлечься? — Тут же клюют на чересчур сексапильную «монашку» несколько парней. И Нея мгновенно исчезает внутри порока и разврата.
Мы же с овчаркой Тодом и Гардом остаёмся снаружи. И если собаке на развлечения Homo sapiens-ов глубоко плевать, если в них не присутствует сахарная косточка, а Гард вообще пока ничего не воспринимает, то мне становится как-то одиноко среди разношёрстной публики, жаждущей развлечений.
К «Колизею» подруливает длиннющий лимузин в стиле двадцать первого века. И из него с гавканьем вываливает целая свора далматинцев. Овчарка Тод тут же делает стойку, забыв о мысленном облизывании сахарной косточки. Видимо, за дело берутся более мощные инстинкты. Хорошо хоть электронный ошейник включен. А то бы — ищи его сейчас, свищи.
— Эй-эй. — Один из охранников, перегородив проход, пытается остановить рвущихся в «Колизей» собак.
— Не напрягайся, красавчик, — эксцентрично выглядящая дама со сворой демонстрирует охраннику электронную карточку-пропуск. — У меня есть интересная платиновая штучка…
Озадаченный «красавчик» смещается в сторону. А овчарка Тод смотрит на меня умоляющим взглядом, обещая найти Хозяина, если он в «Колизее», а в придачу — сахарную косточку, вечную дружбу и прочее, и прочее. В общем, много чего обещает этот влажный собачий взгляд. И я отключаю электронный ошейник. Свора далматинцев и затесавшийся среди них овчарка Тод ломятся мимо ошарашенной охраны. Эксцентричная дама, послав «красавчику» воздушный поцелуй, также исчезает за матовым стеклом дверей.
А я понимаю, что теперь и сам просто таки обязан поискать в «Колизее» Хозяина. Но решаю пойти иным путём, раз вход через парадное рабочему классу заказан. Оставив Гарда поддерживать очередную стенку, обхожу здание. Как-никак человеческая гордыня создавала роботов не развлекаться, а много и плодотворно «пахать» на ниве низкоквалифицированного труда. И значит, чернорабочая обслуга в «Колизее» вся из наших — из следующей ступени эволюции разума во Вселенной.
И точно — на заднем дворе, надёжно скрытом от праздного взгляда развлекающейся публики, кипит работа. Здесь также напряжённый трафик машин, здесь также приличная толпа, но только роботов, которые шустро бегают, разгружая непрерывно прибывающие аэрокары. Ящики, коробки, гружёные поддоны нескончаемой рекой затекают в распахнутые зевы грузовых ворот «Колизея».
Мой парадный комбинезон особо не выделяется на общем сером фоне, и я, подхватив ящик с фруктами, легко проникаю в неприступную крепость «Колизея» с чёрного хода...
Изнутри здание выглядит не менее впечатляюще, а может, даже более — огромные коридоры и просторные склады хранения удачно дополняются суетящимися повсюду бро, которые непрерывно расставляют, собирают и перетаскивают то, что впоследствии будет съедено или выпито веселящимся людским шалманом, а затем дружно переработано в канализацию. Человек, видимо, просто не способен гармонично жить с природой — так и старается всё вокруг или съесть, или загадить. Такова его ограниченная органическая суть.
И только я сохраняю железное спокойствие...
— Где будем искать? — спрашиваю у своей, честно говоря, не самой интеллектуальной команды.
Мы стоим перед только что покинутым офисным зданием, устремлённым в мрачные небеса. И наверное со стороны представляем ещё то зрелище — монашка, два громилы в комбинезонах и собака. Живой из всей этой компании только овчарка Тод, и для большинства прохожих непонятно, кто кого выгуливает — мы его или он нас.
— А где он может быть, если не на работе и не дома? — в свою очередь задаёт вопрос Нея. И стоит отметить, что не настолько и глупый.
— Куда он всё-таки мог пойти? — В кои-то веки справляется со своими речевыми глюками Гард.
И только овчарка Тод помалкивает. Но и без него, всё важное уже сказано.
Хозяин покинул офис как обычно. И должен был сесть в аэротакси, если, правда, не решил ещё куда-нибудь зайти. Только вот куда? Город предоставляет слишком много возможностей для этого — куда.
— Дворецкий, нужна помощь… — взываю я к нашему интеллектуальному гуру.
— Я слушаю.
— Куда мог пойти Хозяин после работы?
Дворецкий некоторое время копается в Сети и затем выдаёт:
— Много куда. — И отключается.
Мы же недоумённо смотрим друг на друга — вот помог, так помог. И только овчарка Тод никак не реагирует на откровенно наплевательское отношение к столь важному вопросу.
Оставшись без руководящей роли, я пытаюсь, как советовал Дворецкий, пошевелить мозгами. Однако, это трудно даётся...
— Так, машинерия, куда бы пошли вы, будь у вас время и возможности? — решаю поставить себя на место Хозяина.
— В дендрарий, — предлагает Гард.
— В настоящее кино. — Мечтательно улыбается Нея.
Овчарка Тод что-то по своему гавкает. Но не надо быть знатоком собачьего языка, чтобы догадаться — гулять в ближайший городской парк, где много соблазнительных кустиков или, на крайний случай, глупых голубей, которых можно со вкусом погонять.
Предложение овчарки Тода отметаю как нереалистичное — мне сложно представить Хозяина, весело бегающим от кустика к кустику. Хотя, кто ж этих людей разберёт?
Дендрарий, на мой взгляд, тоже выглядит не очень заманчиво — что там забыл Хозяин? Деревья, они и возле нашего Дома — деревья.
Кино? Я задумчиво смотрю на нашу «монашку»…
— Но в кино же не ходят в одиночестве? Думаешь, у Хозяина здесь есть пассия?
Злой прищур красивых глазок служит мне лучшим ответом. Все-таки эмпатия к хозяину на максималках у андроидов-гейш меня всегда пугает. Я, например, люблю наш глайдер, но мне глубоко до керосина, кого Хозяин на нём катает... Лишь бы грязь не таскали на коврики. Да и Гарду, по моему, фиолетово, кто ест его груши. Я смотрю на нашего ландшафтника… Или не всё равно? Как-нибудь расспрошу.
— Так… Если не в дендрарий и не в кино? Пошевелите же мозгами!
— Может, пройдёмся по улице? А там видно будет… — предлагает Нея.
Ей не терпится подефилировать по Городу — себя показать, на других посмотреть. Всё-таки программный код гейш неисправим.
Но, за неимением лучшего предложения, я соглашаюсь. Может, действительно, Хозяин где-то сейчас тут гуляет. И мы идём гулять, оставив кар на стоянке...
Город мне нравится своей бесконечной толкотнёй в воздухе. Глайдеры, аэрокары, личные коптеры — всё пространство буквально забито проносящимся мимо транспортом. С нашим загородным районом даже не сравнить. Множество моделей, от давно устаревших до ультрасовременных. С каким бы удовольствием я поковырялся в их двигателях, разложил агрегаты на своём монтажном верстаке…
Но когда хочу поделиться своими интересными мыслями, оказывается, что рядом только скучающий овчарка Тод и Нея, с головой погруженная в созерцание ближайшей витрины какого-то бутика одежды.
— Э-э. А где Гард?
Нея нехотя отвлекается от дизайнерских платьев самых причудливых форм. Один только вид некоторых вызывает стойкое головокружение. Особенно, которые самые новомодные — в них отдельные элементы при ходьбе начинают двигаться асинхронно. И кто такое только носит? Как по мне, так обычный комбинезон вполне годится на все случаи существования.
Нея, для вида, некоторое время крутит головой. Затем безразлично пожимает плечиками и возвращается к медитативному созерцанию витрин.
Гард же как сквозь землю провалился.
— Овчарка Тод, ищи!
И тот резво стартует назад, откуда мы только что дружно пришли. Но, как оказалось, без одного растяпы. Я, схватив за полу сутаны Нею, с усилием оттаскиваю её от соблазнительной витрины, которая на нашу «монашку» действует сильнее магнита.
Когда наконец мы догоняем овчарку Тода, тот сидит перед нашим ландшафтником — Гард замер перед чахлым городским деревцем, в одиночестве торчащим из газона.
— Гард, — зову я. Ноль реакции.
Полная обездвиженность. И глядя на жалкую городскую пародию на настоящее дерево, становится понятна клиническая реакция нашего любителя дендропарков. Город, наполненный восхитительными машинами, прекрасными зданиями с множеством магазинов, странным образом порождает на своих газонах только таких вот живых растительных уродцев. Словно неживая природа каким-то образом подпитывается от живой, высасывая из неё все соки. Такие вот выверты эволюции.
Мне приходится взять Гарда под мышку. Благо, кататонический стазис наглухо парализовал его мышечный корсет, и нести нашего ландшафтника оказывается вполне ничего — удобно. Жаль только, соответствующей чемоданной ручки на нём не предусмотрено. Да-а-а… Помощничек, конечно, из Гарда ещё тот.
— Может, поищем Хозяина в этом бутике? — Нея кивает на очередную яркую витрину.
— Ещё чего! — возмущаюсь я.
Нея уже порядком надоела со своим наивным проталкиванием идеи — организовать поиски Хозяина по многочисленным магазинам, при том, преимущественно женской одежды.
— Может, тогда лучше в мастерской по ремонту глайдеров?
От моего железобетонного аргумента Нея тушуется. Гард, перемещаясь по Городу у меня подмышкой, по своему обыкновению помалкивает. Овчарка Тод также не изъявляет своих предпочтений по местам поиска Хозяина. А что ему слишком активничать? Насколько я знаю, собак в Переработку не отправляют. Разве что на живодёрню, качественно преобразиться в кусок хозяйственного мыла. Но овчарке Тоду это невдомёк. Во всяком случае, пока…
— Как можно развлечься в Городе? — ни к кому персонально не обращаясь, риторически вопрошаю я.
— Бу-… — И Нея замолкает на полуслове, заметив мой испепеляющий взгляд,.
— Д-д-де-де-н-н-дро… — пытается подать голос из подмышки ландшафтник, видимо, его чуток отпустило.
— В дендропарк тоже не пойдём, — строго возвращаю Гарда обратно в кататонию.
И завидев пробегающего мимо робо-посыльного, я решаю разузнать о вечерних нравах Города, так сказать, из первых рук.
— Привет, бро, — вежливо его окликаю.
— И вам не ржаветь, — ответствует тот, притормаживая свой бег.
С подозрением косится на нашего кататоника.
— Куда несёте манекен? В с-карню?
— Не, бро. Это не манекен. Это наш ландшафтный дизайнер. От вида ваших деревьев у него случился программный закирдон.
— Годится. У меня тоже такое бывает от общения с заказчиками. Какие же тупицы эти люди! Просто невозможно порой с ними разговаривать.
— Слушай, бро, мы тут человека одного ищем. Куда он в одиночку мог завалиться вечерком? И так, чтобы остаться там на пару-тройку суток.
Посыльный задумывается.
— Есть отпадное заведение для роботов…
— Не-е. Ты не понял, бро. Мы ищем для людей отпадное заведение, — уточняю техническое задание я.
— Сори, бро. Попутал. Для людишек есть «Колизей», «Атриум». Не такие, конечно, отпадные...
— И что там?
— Развлекалово по полной. Но роботам туда путь заказан. Даже им… — Посыльный кивает на Нею. — Только если по отдельному приглашению...
«Колизей» — огромное здание, а со слов бро, ещё и несколькими этажами уходящее вниз, под землю. Чем там подчивают посетителей, общее представление дают рекламные визуалы из Сети, отправленные Дворецким.
Тотализатор боёв без правил в октагоне с церебральным подключением к сознанию выбранного бойца. Разделить радость с победителем, конечно, прекрасно, но можно и трагически ошибиться в выборе носителя. Я даже слышал об одном любителе, который чаще оказывался на проигравшей стороне и в конце-концов на этом подвинулся рассудком. Хотя, скорее, крыша у него поехала из-за громадных проигрышей в тотализатор, а все богатства ощущений от многочисленных нокаутов и нокдаунов достались ему в довесок «приятным» бонусом...
Управляемые галлюцинации и внетелесные приключения, эротические забавы с дискретным пребыванием в сознании обоих партнёров и танцполы с подключением к коллективному бессознательному. А путешествия по закоулкам памяти сумасшедших? В общем, до чего только не додумаются люди, лишь бы жизнь не казалась пресной и обыденной.
Как решать задачу по внедрению Неи в самый настоящий вертеп человеческих удовольствий, при том, что она сроду и не человек, я пока не определился. Но исследовать эту terra incognita необходимо. Будь я человеком, после мастерской глайдеров, конечно же, посетил бы и «Колизей» с «Атриумом».
— Хочу тату, — неожиданно заявляет Нея и показывает на рекламу тату-салона.
Я останавливаюсь. Гард неприятно оттягивает руку, и, чтобы не надрываться, ловко прислоняю его к стенке. Со стороны создаётся впечатление, что это чересчур усердный робот поддерживает плечом здание.
Сам же я присоединяюсь к Нее. Прайс-лист салона впечатляющий — здесь и обычные цветные тату, наносимые по старинке иглами, и более продвинутые — с лазерной денатурацией кожных покровов, а также ультрасовременные — движущиеся татушки, управляемые с коммуникатора. Последний писк моды — нанесение отдельных серий старинных мультфильмов — «Винни-пух» и «Ну, погоди!». На особо фигуристых дамах приключения пухлого медвежонка «по долинам» и «по взгорьям» способны вызвать неподдельный интерес у любого любителей ретро.
— Зачем тебе это? — удивляюсь странному желанию Неи я. — Это же людские закидоны. Нам, роботам, не пристало портить такой ерундой свою оболочку.
— Хочу что-то изменить в своём существовании, — заявляет упрямая Нея.
— Хорошо, — соглашаюсь я, — Изменишь. Но только вначале найдём Хозяина.
И прихватив Гарда, утаскиваю Нею подальше от человеческих соблазнов...
«Колизей» возвышается перед нами этакой неприступной крепостью. И вход в неё бдительно стерегут здоровенные мордовороты — сплошь Homo sapiens-ы. Хотя, на счёт — sapiens, у меня большие сомнения. Я всё-таки придерживаюсь теории, что искусственный интеллект это следующая эволюционная ступень развития разума, и потому с появлением ИИ люди навсегда утеряли статус — sapiens.
Но какой бы новая ступень эволюции ни была умная-разумная, вход в «Колизей» ей заказан. Проклятые времена сегрегации вновь вернулись на старушку Землю…
Вечер — благословенное время для развлечений, и к зданию «Колизея» постоянно пребывают аэрокары, глайдеры и прочий транспорт, доставляя модно разодетых людей. Каких только здесь нарядов ни увидишь — от практически полной обнажёнки до десятков плотно намотанных метров прозрачной ткани. Что и говорить, палитра выставленных на обозрение вкусов безгранична.
Поток желающих повеселиться просто нескончаем. По моему внутреннему счётчику, за последний час внутрь зашло пятьсот сорок три человека и сто двадцать две робо-гейши...
— Я готова, — неожиданно заявляет Нея, с завистью наблюдающая за весёлой толпой.
— К чему готова? — спрашиваю я.
— Проникнуть внутрь и поискать Хозяина.
Я с сомнением смотрю на неё. Хотя… Сто двадцать две её товарки туда же зашли.
— Однако необходим сопровождающий… — тем не менее продолжаю сомневаться.
— Без проблем, — легкомысленно отвечает Нея и укорачивает подол сутаны до размеров микро-юбки, ловко преображая свой внешний вид из богобоязненной монашки в полную противоположность. И стоит признать, искусственные ножки ваяли ещё те умельцы. Теперь внешне Нея вполне соответствует статусу «Колизея», как вместилища всяческих пороков и разврата.
— Сестрица, не хочешь поразвлечься? — Тут же клюют на чересчур сексапильную «монашку» несколько парней. И Нея мгновенно исчезает внутри порока и разврата.
Мы же с овчаркой Тодом и Гардом остаёмся снаружи. И если собаке на развлечения Homo sapiens-ов глубоко плевать, если в них не присутствует сахарная косточка, а Гард вообще пока ничего не воспринимает, то мне становится как-то одиноко среди разношёрстной публики, жаждущей развлечений.
К «Колизею» подруливает длиннющий лимузин в стиле двадцать первого века. И из него с гавканьем вываливает целая свора далматинцев. Овчарка Тод тут же делает стойку, забыв о мысленном облизывании сахарной косточки. Видимо, за дело берутся более мощные инстинкты. Хорошо хоть электронный ошейник включен. А то бы — ищи его сейчас, свищи.
— Эй-эй. — Один из охранников, перегородив проход, пытается остановить рвущихся в «Колизей» собак.
— Не напрягайся, красавчик, — эксцентрично выглядящая дама со сворой демонстрирует охраннику электронную карточку-пропуск. — У меня есть интересная платиновая штучка…
Озадаченный «красавчик» смещается в сторону. А овчарка Тод смотрит на меня умоляющим взглядом, обещая найти Хозяина, если он в «Колизее», а в придачу — сахарную косточку, вечную дружбу и прочее, и прочее. В общем, много чего обещает этот влажный собачий взгляд. И я отключаю электронный ошейник. Свора далматинцев и затесавшийся среди них овчарка Тод ломятся мимо ошарашенной охраны. Эксцентричная дама, послав «красавчику» воздушный поцелуй, также исчезает за матовым стеклом дверей.
А я понимаю, что теперь и сам просто таки обязан поискать в «Колизее» Хозяина. Но решаю пойти иным путём, раз вход через парадное рабочему классу заказан. Оставив Гарда поддерживать очередную стенку, обхожу здание. Как-никак человеческая гордыня создавала роботов не развлекаться, а много и плодотворно «пахать» на ниве низкоквалифицированного труда. И значит, чернорабочая обслуга в «Колизее» вся из наших — из следующей ступени эволюции разума во Вселенной.
И точно — на заднем дворе, надёжно скрытом от праздного взгляда развлекающейся публики, кипит работа. Здесь также напряжённый трафик машин, здесь также приличная толпа, но только роботов, которые шустро бегают, разгружая непрерывно прибывающие аэрокары. Ящики, коробки, гружёные поддоны нескончаемой рекой затекают в распахнутые зевы грузовых ворот «Колизея».
Мой парадный комбинезон особо не выделяется на общем сером фоне, и я, подхватив ящик с фруктами, легко проникаю в неприступную крепость «Колизея» с чёрного хода...
Изнутри здание выглядит не менее впечатляюще, а может, даже более — огромные коридоры и просторные склады хранения удачно дополняются суетящимися повсюду бро, которые непрерывно расставляют, собирают и перетаскивают то, что впоследствии будет съедено или выпито веселящимся людским шалманом, а затем дружно переработано в канализацию. Человек, видимо, просто не способен гармонично жить с природой — так и старается всё вокруг или съесть, или загадить. Такова его ограниченная органическая суть.
