На щеках гостьи выступил лёгкий румянец.
— Ну же, милая, не будь недотрогой. Ты что, боишься меня?
— Не то, чтобы… но, я… просто… — Франческа не могла подобрать слов.
— Так, всё, — решительно бросила Мануэла, — Позволь, я помогу тебе. А ну, повернись.
Франческа исполнила.
— А-а, вот оно что. Так у тебя оказывается во всю длину молния. Интересная моделька. Подожди секундочку, милая. Сейчас мы её расстегнём.
Мануэла потянула бегунок вниз. Дойдя до уровня талии, он застопорился. Мануэла подёргала его вниз чуть сильней — безрезультатно. Его закусило.
— Подожди, я попробую что-нибудь сделать.
Она опустилась на колени позади Франчески. Вечернее солнце заливало спальню тёплым карамельным светом, но дверь в спальню открылась вдруг словно раскат грома. На пороге стоял Лео.
— Ам-м, — не успев сказать ни слова, он сходу попал под раздачу.
— А ну, закрыл дверь! Не видишь, тут девочки переодеваются? — проголосила Мануэла, — И принеси из прихожей рюкзак Франчески!
Выполняя приказ, Лео тотчас удалился.
— Сейчас. Я попробую ещё раз. Подожди, дорогуша.
Она стояла на коленях, пытаясь сдвинуть бегунок вниз. Он не поддавался.
— Слушай, а давай я разорву эту долбанную молнию, а? — спросила Мануэла, — Я полагаю, что ты не собираешься более носить это платьице? Или…?
— Даже не знаю, сеньора. Наверное нет, — неуверенно ответила Франческа.
— Зато я знаю, детка, — с уверенностью бросила хозяйка, что есть силы разводя молнию руками в разные стороны.
Не выдержав нагрузки бегунок лопнул, молния разошлась и платьице Франчески в тот же миг распахнулось, обнажив её молодые упругие ягодицы.
— Да что у вас тут происходит, дамы? — спросил вновь неожиданно вошедший Лео.
— Уже ничего, — поднимаясь с колен ответила Мануэла, — Уже всё решили.
— Ясно. Вот твой рюкзак, — сказал Лео, бросив на пол рюкзак Франчески.
— Спасибо, мальчик. А теперь закрой дверь с той стороны. Окей? — проговорила хозяйка.
— Простите, сеньора, я, пожалуй, пойду в ванную, — сказала Франческа, поднимая с пола свой рюкзак. Отстранив Лео, стоявшего в проходе, она энергично покинула спальню.
Закрыв гардероб, Мануэла вышла из спальни на балкон. Усевшись в кресло, она закинула ногу на ногу и прикурила сигарету.
Лео вышел следом. Подойдя к балюстраде, он развернулся и, взглянул на хозяйку.
Выпустив в небо дымок, та посмотрела на него невозмутимым спокойным взглядом.
Они помолчали.
6
— Я могу воспользоваться вашим компьютером? — спросил он спустя полминуты, — У меня что-то с телефоном. Наверное, он попал под полицейскую дубинку вчера ночью и теперь жутко глючит. Мне нужно проверить почту. Это по работе.
— Так, — она задумалась на пару секунд, — Да, по-моему, в этой квартире у меня есть ноутбук. Что, прямо сейчас тебе это нужно сделать? Или потерпишь? Может после ужина?
— Да, да, конечно. После ужина — самое то. Спасибо.
— Что ж, коли так, тогда прошу к столу, — она затушила сигарету и встала, указав на дверь, ведущую с балкона в гостиную — Проходи вон туда.
Они вошли. Хозяйка присела во главе стола, спиной к плите. Лео опустился на стул справа от неё.
— Ну что, перекусим? Хотя всё уже остыло, скорее всего, — она поднесла тарелку со съестным к своему носу, втягивая аромат яичницы с беконом, — Так и есть. Ладно, сейчас мы быстренько всё исправим.
Она взяла одну из тарелок и, поставив в микроволновку, нажала кнопку. То же самое она проделала со второй и третьей тарелкой. Прошло ещё пара минут. Расставив тарелки на столе, она вновь присела.
— Ну вот, теперь всё в норме, — сказала она, бросив взгляд на Лео, — Так, что ещё? По-моему, чего-то не хватает. Ах, да, точно. Вино и приборы.
В гостиную вошла Франческа.
— Дорогая, пожалуйста, достань ножи, вилки, — бросила Мануэла влёт, открывая холодильник, — И присаживайся слева от меня.
Та исполнила всё, как было сказано.
— Я вчера привезла несколько бутылочек из своего погребка, — продолжала хозяйка, снова присаживаясь на свой стул, — Изумительный вариант. Букет такой, что крышу снесёт. Я серьёзно.
Достав вино, Мануэла захлопнула холодильник и повернулась к столу выставив напоказ две тёмно-зелёные бутылки испанского вина.
— И весьма недешёвое, кстати. Я прикупила один ящичек на аукционе на прошлой неделе. Специально для такого вот случая. Надо же, будто предвидела, что ко мне наведаются гости. Это я про вас, про вас. Но миллионерам оно вполне по карману, — подшутила она, взглянув на Лео. — А знаете, что сказал управляющий винодельней Вега Сицилия? А?
Никакой реакции с их стороны. Кроме двух пар глаз, ожидающих продолжения её речи.
— Не знаете. Тогда я вам скажу. Он сказал, что те, кто только начинает интересоваться вином, предпочитают Францию, но те, кто уже о вине что-то знает, смотрят в сторону Испании. Ну? Как вам? Не гениально ли сказано?
Ей снова не ответили.
— Молчание — знак согласия. Так ведь говорят? Ну и замечательно.
Она поставила бутылки перед Лео, а затем, достав из гарнитура штопор протянула ему, — Это мужское дело. Давай, вперёд. Работай, мальчик. А я нарежу лимон.
Нашинковав лимон тонкими дольками, она сняла с полки три хрустальных бокала и расставив их на столе, глубоко вздохнула, — Теперь вроде бы всё.
Наконец все трое сидели за столом. Тарелки, вилки и ножи — тоже были на своих местах.
— Между прочим, сеньора, это не мы к вам наведались. Это вы притащили нас сюда. Пленили практически, — сказал Лео, состряпав ехидную улыбку. Пробка не поддавалась.
— Ладно, ладно. Давай уже, открывай. Много слов. Вы ещё благодарить меня будете за этот плен, — ответила Мануэла и широко улыбнулась, поглядывая то на Лео, то на Франческу.
Наконец пробка поддалась и Лео закупорив горлышко от руки, поставил бутылку на стол.
— Ну же, Лео. Проснись уже! Давай, наливай, — бодро бросила хозяйка.
Лео разлил вино по бокалам.
За окном томился багряный закат. С моря дул тёплый бриз, наполняя город солоноватыми нотками. В городе зажглись фонари.
— Какие здесь закаты, друзья мои! Ах-х, какие закаты! А как прекрасна Барселона с высоты птичьего полёта в это время суток! — проговорила Мануэла взглянув на полыхающее небо через открытый дверной проём, ведущий на балкон, — А через час вы увидите миллиарды звёзд и ослепительно золотую луну.
— За этим мы сюда и ехали, — сказала Франческа, — Мы путешествуем. Всё это мы планировали, сеньора.
— Путешествие — это хорошо. В участке мне сказали, что у вас свадебное путешествие. Это так?
— Почти, — ответила Франческа.
— Что ж, прекрасно. Свадебное путешествие — это очень романтично. Оно бывает лишь раз в жизни. Как и сама свадьба. Так ведь, Лео? — Мануэла взглянула на него с искоркой в глазах.
— Не знаю, сеньора. Наверное.
— Фи! Ну что за ответ, Лео?
Он не ответил.
Франческа смутилась. Второй раз за сегодня на её лице выступил румянец.
Заметив это, Мануэла взяла со стола вилку и застучала ей по своему бокалу, — У меня есть тост, друзья. Предлагаю выпить за наше знакомство. За нашу встречу.
Раздался звон хрусталя. Пригубив вина, они отведали яичницу с беконом на своих тарелках.
— Как вам вино? — спросила Мануэла.
— Мне очень понравилось, — довольно закивала Франческа.
— Ну, а тебе как? Что скажешь, Лео?
— Знаете, я не особый ценитель вин, сеньора. В основном я предпочитаю что-то покрепче. Вы уж простите, но вино для меня не более, чем просто компотик.
— Что-о-о? Вы слышали, что он сказал? — хозяйка взглянула на Франческу, округлив свои смеющиеся глаза, — Компотик? Ну дела!
Эта ситуация в один миг так рассмешила Франческу, что она, поперхнувшись, зашлась кашлем.
Мануэла тоже смеялась, похлопывая ту ладонью по спине, — Ну же, давай, давай, милая. А ну, запей вином. Скорее! – бросила она, протягивая той бокал.
— Компотик! Ну надо же! Ну сказанул! — продолжала смеяться хозяйка.
Лео сидел, не зная, как реагировать на ситуацию.
Франческа залпом выпила вино.
— Ну что? Получше? — Мануэла снова легонько похлопала гостью по спине.
— Всё хорошо, сеньора. Вроде бы всё прошло. Благодарю.
— Так, всё. Я курить, — не сумевший скрыть обиду бросил Лео, вставая из-за стола.
— Постой, Лео, — окликнула его всё ещё смеющаяся Мануэла.
Но он уже развернулся и зашагал на балкон.
— Лео, ну не обижайся ты. Слышишь? Котичек! Я просто шучу! — бросила ему вдогонку хозяйка, но он, опустившись в балконное кресло, уже прикуривал сигарету.
— Забавно вышло. Что скажешь, Чесс? — спросила Мануэла.
— Да, — коротко отстрелилась та.
Ковыряясь вилками в своих тарелках, он немного помолчали.
— Он в самом деле не любит вино, — сказала Франческа, разрядив тишину, — Он предпочитает крепкие напитки.
— Я поняла, — сделав ударение на последнем слоге сказала Мануэла.
Она встала, подошла к холодильнику и, достав из него бутылку Джек Дэниэлс, громко поставила её на стол, — Лео, вот. Это для тебя. Эй! Ты слышишь меня? Где ты там делся? Хватит курить уже! Пора пить виски! Тебе с колой? Или будешь пить не разбавляя, как русские пьют водку? — сказав это, она вновь громко рассмеялась.
Солнце зашло и на небе стали появляться первые звёзды. Из-за горизонта показалась четвертинка кроваво-огненной луны. Всё ещё активный бриз разносил по округе пьянящий запах магнолий и прочей ароматной зелени, в которой под неугомонное стрекотание цикад утопал засыпающий город.
7
— Ну вот, другое дело, — пробормотал входящий в гостиную Леонардо, — С этого и надо было начинать.
Он подошёл к столу, налил себе полбокала виски, разом осушил его и, присев на стул, немного закусил из своей тарелки.
— Оу! Вот это круто! — удивлённо бросила Мануэла, — Вот это по-мужски!
Франческа не придала этому особого внимания. Она сидела, ковыряясь вилкой в своей тарелке.
— Так, я сейчас кое-что сделаю, — резко вскочив со стула, Мануэла метнулась на балкон. Через мгновение она уже снова стояла у стола с зажигалкой в руке, — Чесс, а ну-ка, погаси свет. Выключатель у тебя за спиной.
Та встала и, развернувшись, щёлкнула по выключателю.
В гостиной воцарилась полная темнота.
Щёлкая зажигалкой, Мануэла поджигала свечу за свечой. Гостиная медленно наполнялась светом от огня, — Хватило бы газу на все свечи. У меня их тут целых пятнадцать, — пошутила она.
Когда последняя, пятнадцатая свеча зажглась, атмосфера в гостиной стала настолько сказочной, что описать пером всю её прелесть практически невозможно.
Они посидели в тишине. Несколько минут.
— Я заметила, что там есть гитара, сеньора. Я могла бы? — Франческа указала на дверь в спальню.
— О, да, конечно. А ты умеешь?
— О, лишь самую малость. Не более того.
— Тогда скорее неси её сюда! — зажигательно произнесла хозяйка, — С превеликим удовольствием послушаю под гитару твой голос. Надеюсь, это стоит того. Я сама не играю. Кто-то подарил мне её. Не помню уже кто и когда, но некоторые мои гости иногда бренчат на ней. Особенно романсы. О, эти романсы! Они так бередят мне душу!
Франческа отошла за гитарой, а Лео, плеснув себе ещё треть бокала виски, выпил.
— Вы обещали мне ноутбук, сеньора Мануэла, — произнёс он, закусывая долькой лимона.
— Ах, да. Он в спальне, Лео. На подоконнике. Пароль не установлен, если что. Включай и пользуйся сколько влезет. На здоровье.
— Благодарю вас. Это займёт у меня полчаса. Не более.
— Да сколько угодно, котичек, — игриво бросила она.
Они переглянулись.
— Но от тебя тоже потребуется кое-что. Сиди в спальне и не высовывайся, пока я не прикажу тебе явиться. Ты понял меня?
Он усмехнулся. — Что ж, хорошо. Как скажете.
— Умница. Хороший мальчик. А теперь иди. Ноутбук ждёт тебя на подоконнике. Розетку найдёшь.
Он встал. В этот момент дверь спальни открылась и появилась Франческа. В её руке была рыжая испанская гитара.
— Ну, тогда я пойду? — замявшись произнёс Лео.
— Ага. Иди, иди, сладкий мой, — Мануэла помахала рукой в сторону спальни.
Лео ушёл, закрыв за собой дверь.
Франческа присела и принялась потихонечку перебирать струну за струной, настраивая инструмент.
— Ну и как тебе? — спросила хозяйка, кивнув на гитару.
— Впечатляет! Звучание что надо! У меня раньше была, но не такая крутая.
— Что ж, давай, сыграй что-нибудь. Такое, чтобы душа сначала развернулась, а потом снова свернулась.
Закончив настройку, Франческа уже было ударила по струне, но Мануэла вмиг прервала её, — Подожди, милая. Давай-ка мы с тобой ещё выпьем вина. Ты не против?
Подняв бутылку, гостья налила им по полбокала.
— Может на брудершафт, — весело предложила Мануэла.
— Я не против, — тихо ответила Франческа.
— Тогда подсядь поближе.
Франческа подсела, они чокнулись и завели руки как это того требует.
— До дна, — бросила хозяйка.
Дело было сделано, и пустые бокалы вернулись на стол.
— Как же вкусно, то! — бросила Мануэла.
— Да-а, бесподобное вино, сеньора!
— Ну что, Чесс, самое время тебе сыграть для меня?
— Разгорячённая вином, Франческа взяла гитару и некоторое время Мануэла предавалась наслаждению, слушая чудесный голос молодой гостьи.
— Так ладно, — она вдруг резко прервала концерт, покрыв гриф гитары своей ладонью поверх руки Франчески.
— Я играю что-то не то? – спросила Франческа, отставляя гитару к стене.
— О, нет. Вовсе нет, девочка моя, — ответила хозяйка, - На её глазах были слёзы.
С полминуты между ними весела пауза. Под треск свечей с улицы через открытую балконную дверь в гостиную доносилась возбуждённая трескотня неугомонных цикад.
— Чем вы зарабатываете на жизнь, сеньора? — спросила вдруг Франческа, — Полагаю, что у вас большие связи, раз вы смогли вытащить нас с Лео из полиции. К тому же так быстро.
— Зачем тебе знать? Это так важно для тебя?
— Да нет. Просто спросила. Вы испанка? По внешнему виду вроде бы так, но, спешу заметить, ваш английский просто идеален.
— Что есть — то есть, — горделиво бросила хозяйка. — Я десять лет прожила в Нью-Йорке.
— А-а, тогда понятно, - произнесла в ответ Франческа, — Мой отец тоже однажды уехал в Нью-Йорк. Хотел разбогатеть. Открыть свой бизнес, чтобы мы ни в чём не нуждались. Так говорила мне мама. К сожалению, этому не суждено было сбыться. Он был убит в драке в одном из тамошних чёрных кварталов. Нож негодяя рассёк его сердце пополам. Хотя…он и сам был далеко не святошей…
Она вздохнула.
— Прости, милая, — участливо произнесла Мануэла.
— Ничего, — ответила Франческа. — Ну а вы, сеньора? Как вы попали в Нью-Йорк?
— О, нет ничего проще попасть в штаты. Мне было тогда четырнадцать, — ответила Мануэла, — Меня просто взяли, что называется под белые рученьки и увезли туда. Вот и всё. Отец открыл и развивал там сеть медицинских клиник, но в две тысячи первом он погиб при крушении башен-близнецов. Через год от сердечного приступа умерла и мама. Оставшись одна, я всё же смогла окончить медколледж. Казалось, всё начало складываться, но один влиятельный человек стал настаивать, чтобы я продала ему папины активы. Сначала я отказывалась, но в две тысячи четвёртом всё же сдалась. Вырученные деньги я перевела в швейцарский банк и вернулась обратно на родину, сюда, в Барселону. С тех пор и живу здесь. Я врач, милочка. Пошла по стопам своего папочки. И здесь моя мечта всё же сбылась. Я вложила деньги в медицинский бизнес. Построила сначала одну клинику, затем другую, потом ещё и ещё. Теперь у меня по всей Испании более сотник отделений. Как-то так.
— Ну же, милая, не будь недотрогой. Ты что, боишься меня?
— Не то, чтобы… но, я… просто… — Франческа не могла подобрать слов.
— Так, всё, — решительно бросила Мануэла, — Позволь, я помогу тебе. А ну, повернись.
Франческа исполнила.
— А-а, вот оно что. Так у тебя оказывается во всю длину молния. Интересная моделька. Подожди секундочку, милая. Сейчас мы её расстегнём.
Мануэла потянула бегунок вниз. Дойдя до уровня талии, он застопорился. Мануэла подёргала его вниз чуть сильней — безрезультатно. Его закусило.
— Подожди, я попробую что-нибудь сделать.
Она опустилась на колени позади Франчески. Вечернее солнце заливало спальню тёплым карамельным светом, но дверь в спальню открылась вдруг словно раскат грома. На пороге стоял Лео.
— Ам-м, — не успев сказать ни слова, он сходу попал под раздачу.
— А ну, закрыл дверь! Не видишь, тут девочки переодеваются? — проголосила Мануэла, — И принеси из прихожей рюкзак Франчески!
Выполняя приказ, Лео тотчас удалился.
— Сейчас. Я попробую ещё раз. Подожди, дорогуша.
Она стояла на коленях, пытаясь сдвинуть бегунок вниз. Он не поддавался.
— Слушай, а давай я разорву эту долбанную молнию, а? — спросила Мануэла, — Я полагаю, что ты не собираешься более носить это платьице? Или…?
— Даже не знаю, сеньора. Наверное нет, — неуверенно ответила Франческа.
— Зато я знаю, детка, — с уверенностью бросила хозяйка, что есть силы разводя молнию руками в разные стороны.
Не выдержав нагрузки бегунок лопнул, молния разошлась и платьице Франчески в тот же миг распахнулось, обнажив её молодые упругие ягодицы.
— Да что у вас тут происходит, дамы? — спросил вновь неожиданно вошедший Лео.
— Уже ничего, — поднимаясь с колен ответила Мануэла, — Уже всё решили.
— Ясно. Вот твой рюкзак, — сказал Лео, бросив на пол рюкзак Франчески.
— Спасибо, мальчик. А теперь закрой дверь с той стороны. Окей? — проговорила хозяйка.
— Простите, сеньора, я, пожалуй, пойду в ванную, — сказала Франческа, поднимая с пола свой рюкзак. Отстранив Лео, стоявшего в проходе, она энергично покинула спальню.
Закрыв гардероб, Мануэла вышла из спальни на балкон. Усевшись в кресло, она закинула ногу на ногу и прикурила сигарету.
Лео вышел следом. Подойдя к балюстраде, он развернулся и, взглянул на хозяйку.
Выпустив в небо дымок, та посмотрела на него невозмутимым спокойным взглядом.
Они помолчали.
6
— Я могу воспользоваться вашим компьютером? — спросил он спустя полминуты, — У меня что-то с телефоном. Наверное, он попал под полицейскую дубинку вчера ночью и теперь жутко глючит. Мне нужно проверить почту. Это по работе.
— Так, — она задумалась на пару секунд, — Да, по-моему, в этой квартире у меня есть ноутбук. Что, прямо сейчас тебе это нужно сделать? Или потерпишь? Может после ужина?
— Да, да, конечно. После ужина — самое то. Спасибо.
— Что ж, коли так, тогда прошу к столу, — она затушила сигарету и встала, указав на дверь, ведущую с балкона в гостиную — Проходи вон туда.
Они вошли. Хозяйка присела во главе стола, спиной к плите. Лео опустился на стул справа от неё.
— Ну что, перекусим? Хотя всё уже остыло, скорее всего, — она поднесла тарелку со съестным к своему носу, втягивая аромат яичницы с беконом, — Так и есть. Ладно, сейчас мы быстренько всё исправим.
Она взяла одну из тарелок и, поставив в микроволновку, нажала кнопку. То же самое она проделала со второй и третьей тарелкой. Прошло ещё пара минут. Расставив тарелки на столе, она вновь присела.
— Ну вот, теперь всё в норме, — сказала она, бросив взгляд на Лео, — Так, что ещё? По-моему, чего-то не хватает. Ах, да, точно. Вино и приборы.
В гостиную вошла Франческа.
— Дорогая, пожалуйста, достань ножи, вилки, — бросила Мануэла влёт, открывая холодильник, — И присаживайся слева от меня.
Та исполнила всё, как было сказано.
— Я вчера привезла несколько бутылочек из своего погребка, — продолжала хозяйка, снова присаживаясь на свой стул, — Изумительный вариант. Букет такой, что крышу снесёт. Я серьёзно.
Достав вино, Мануэла захлопнула холодильник и повернулась к столу выставив напоказ две тёмно-зелёные бутылки испанского вина.
— И весьма недешёвое, кстати. Я прикупила один ящичек на аукционе на прошлой неделе. Специально для такого вот случая. Надо же, будто предвидела, что ко мне наведаются гости. Это я про вас, про вас. Но миллионерам оно вполне по карману, — подшутила она, взглянув на Лео. — А знаете, что сказал управляющий винодельней Вега Сицилия? А?
Никакой реакции с их стороны. Кроме двух пар глаз, ожидающих продолжения её речи.
— Не знаете. Тогда я вам скажу. Он сказал, что те, кто только начинает интересоваться вином, предпочитают Францию, но те, кто уже о вине что-то знает, смотрят в сторону Испании. Ну? Как вам? Не гениально ли сказано?
Ей снова не ответили.
— Молчание — знак согласия. Так ведь говорят? Ну и замечательно.
Она поставила бутылки перед Лео, а затем, достав из гарнитура штопор протянула ему, — Это мужское дело. Давай, вперёд. Работай, мальчик. А я нарежу лимон.
Нашинковав лимон тонкими дольками, она сняла с полки три хрустальных бокала и расставив их на столе, глубоко вздохнула, — Теперь вроде бы всё.
Наконец все трое сидели за столом. Тарелки, вилки и ножи — тоже были на своих местах.
— Между прочим, сеньора, это не мы к вам наведались. Это вы притащили нас сюда. Пленили практически, — сказал Лео, состряпав ехидную улыбку. Пробка не поддавалась.
— Ладно, ладно. Давай уже, открывай. Много слов. Вы ещё благодарить меня будете за этот плен, — ответила Мануэла и широко улыбнулась, поглядывая то на Лео, то на Франческу.
Наконец пробка поддалась и Лео закупорив горлышко от руки, поставил бутылку на стол.
— Ну же, Лео. Проснись уже! Давай, наливай, — бодро бросила хозяйка.
Лео разлил вино по бокалам.
За окном томился багряный закат. С моря дул тёплый бриз, наполняя город солоноватыми нотками. В городе зажглись фонари.
— Какие здесь закаты, друзья мои! Ах-х, какие закаты! А как прекрасна Барселона с высоты птичьего полёта в это время суток! — проговорила Мануэла взглянув на полыхающее небо через открытый дверной проём, ведущий на балкон, — А через час вы увидите миллиарды звёзд и ослепительно золотую луну.
— За этим мы сюда и ехали, — сказала Франческа, — Мы путешествуем. Всё это мы планировали, сеньора.
— Путешествие — это хорошо. В участке мне сказали, что у вас свадебное путешествие. Это так?
— Почти, — ответила Франческа.
— Что ж, прекрасно. Свадебное путешествие — это очень романтично. Оно бывает лишь раз в жизни. Как и сама свадьба. Так ведь, Лео? — Мануэла взглянула на него с искоркой в глазах.
— Не знаю, сеньора. Наверное.
— Фи! Ну что за ответ, Лео?
Он не ответил.
Франческа смутилась. Второй раз за сегодня на её лице выступил румянец.
Заметив это, Мануэла взяла со стола вилку и застучала ей по своему бокалу, — У меня есть тост, друзья. Предлагаю выпить за наше знакомство. За нашу встречу.
Раздался звон хрусталя. Пригубив вина, они отведали яичницу с беконом на своих тарелках.
— Как вам вино? — спросила Мануэла.
— Мне очень понравилось, — довольно закивала Франческа.
— Ну, а тебе как? Что скажешь, Лео?
— Знаете, я не особый ценитель вин, сеньора. В основном я предпочитаю что-то покрепче. Вы уж простите, но вино для меня не более, чем просто компотик.
— Что-о-о? Вы слышали, что он сказал? — хозяйка взглянула на Франческу, округлив свои смеющиеся глаза, — Компотик? Ну дела!
Эта ситуация в один миг так рассмешила Франческу, что она, поперхнувшись, зашлась кашлем.
Мануэла тоже смеялась, похлопывая ту ладонью по спине, — Ну же, давай, давай, милая. А ну, запей вином. Скорее! – бросила она, протягивая той бокал.
— Компотик! Ну надо же! Ну сказанул! — продолжала смеяться хозяйка.
Лео сидел, не зная, как реагировать на ситуацию.
Франческа залпом выпила вино.
— Ну что? Получше? — Мануэла снова легонько похлопала гостью по спине.
— Всё хорошо, сеньора. Вроде бы всё прошло. Благодарю.
— Так, всё. Я курить, — не сумевший скрыть обиду бросил Лео, вставая из-за стола.
— Постой, Лео, — окликнула его всё ещё смеющаяся Мануэла.
Но он уже развернулся и зашагал на балкон.
— Лео, ну не обижайся ты. Слышишь? Котичек! Я просто шучу! — бросила ему вдогонку хозяйка, но он, опустившись в балконное кресло, уже прикуривал сигарету.
— Забавно вышло. Что скажешь, Чесс? — спросила Мануэла.
— Да, — коротко отстрелилась та.
Ковыряясь вилками в своих тарелках, он немного помолчали.
— Он в самом деле не любит вино, — сказала Франческа, разрядив тишину, — Он предпочитает крепкие напитки.
— Я поняла, — сделав ударение на последнем слоге сказала Мануэла.
Она встала, подошла к холодильнику и, достав из него бутылку Джек Дэниэлс, громко поставила её на стол, — Лео, вот. Это для тебя. Эй! Ты слышишь меня? Где ты там делся? Хватит курить уже! Пора пить виски! Тебе с колой? Или будешь пить не разбавляя, как русские пьют водку? — сказав это, она вновь громко рассмеялась.
Солнце зашло и на небе стали появляться первые звёзды. Из-за горизонта показалась четвертинка кроваво-огненной луны. Всё ещё активный бриз разносил по округе пьянящий запах магнолий и прочей ароматной зелени, в которой под неугомонное стрекотание цикад утопал засыпающий город.
7
— Ну вот, другое дело, — пробормотал входящий в гостиную Леонардо, — С этого и надо было начинать.
Он подошёл к столу, налил себе полбокала виски, разом осушил его и, присев на стул, немного закусил из своей тарелки.
— Оу! Вот это круто! — удивлённо бросила Мануэла, — Вот это по-мужски!
Франческа не придала этому особого внимания. Она сидела, ковыряясь вилкой в своей тарелке.
— Так, я сейчас кое-что сделаю, — резко вскочив со стула, Мануэла метнулась на балкон. Через мгновение она уже снова стояла у стола с зажигалкой в руке, — Чесс, а ну-ка, погаси свет. Выключатель у тебя за спиной.
Та встала и, развернувшись, щёлкнула по выключателю.
В гостиной воцарилась полная темнота.
Щёлкая зажигалкой, Мануэла поджигала свечу за свечой. Гостиная медленно наполнялась светом от огня, — Хватило бы газу на все свечи. У меня их тут целых пятнадцать, — пошутила она.
Когда последняя, пятнадцатая свеча зажглась, атмосфера в гостиной стала настолько сказочной, что описать пером всю её прелесть практически невозможно.
Они посидели в тишине. Несколько минут.
— Я заметила, что там есть гитара, сеньора. Я могла бы? — Франческа указала на дверь в спальню.
— О, да, конечно. А ты умеешь?
— О, лишь самую малость. Не более того.
— Тогда скорее неси её сюда! — зажигательно произнесла хозяйка, — С превеликим удовольствием послушаю под гитару твой голос. Надеюсь, это стоит того. Я сама не играю. Кто-то подарил мне её. Не помню уже кто и когда, но некоторые мои гости иногда бренчат на ней. Особенно романсы. О, эти романсы! Они так бередят мне душу!
Франческа отошла за гитарой, а Лео, плеснув себе ещё треть бокала виски, выпил.
— Вы обещали мне ноутбук, сеньора Мануэла, — произнёс он, закусывая долькой лимона.
— Ах, да. Он в спальне, Лео. На подоконнике. Пароль не установлен, если что. Включай и пользуйся сколько влезет. На здоровье.
— Благодарю вас. Это займёт у меня полчаса. Не более.
— Да сколько угодно, котичек, — игриво бросила она.
Они переглянулись.
— Но от тебя тоже потребуется кое-что. Сиди в спальне и не высовывайся, пока я не прикажу тебе явиться. Ты понял меня?
Он усмехнулся. — Что ж, хорошо. Как скажете.
— Умница. Хороший мальчик. А теперь иди. Ноутбук ждёт тебя на подоконнике. Розетку найдёшь.
Он встал. В этот момент дверь спальни открылась и появилась Франческа. В её руке была рыжая испанская гитара.
— Ну, тогда я пойду? — замявшись произнёс Лео.
— Ага. Иди, иди, сладкий мой, — Мануэла помахала рукой в сторону спальни.
Лео ушёл, закрыв за собой дверь.
Франческа присела и принялась потихонечку перебирать струну за струной, настраивая инструмент.
— Ну и как тебе? — спросила хозяйка, кивнув на гитару.
— Впечатляет! Звучание что надо! У меня раньше была, но не такая крутая.
— Что ж, давай, сыграй что-нибудь. Такое, чтобы душа сначала развернулась, а потом снова свернулась.
Закончив настройку, Франческа уже было ударила по струне, но Мануэла вмиг прервала её, — Подожди, милая. Давай-ка мы с тобой ещё выпьем вина. Ты не против?
Подняв бутылку, гостья налила им по полбокала.
— Может на брудершафт, — весело предложила Мануэла.
— Я не против, — тихо ответила Франческа.
— Тогда подсядь поближе.
Франческа подсела, они чокнулись и завели руки как это того требует.
— До дна, — бросила хозяйка.
Дело было сделано, и пустые бокалы вернулись на стол.
— Как же вкусно, то! — бросила Мануэла.
— Да-а, бесподобное вино, сеньора!
— Ну что, Чесс, самое время тебе сыграть для меня?
— Разгорячённая вином, Франческа взяла гитару и некоторое время Мануэла предавалась наслаждению, слушая чудесный голос молодой гостьи.
— Так ладно, — она вдруг резко прервала концерт, покрыв гриф гитары своей ладонью поверх руки Франчески.
— Я играю что-то не то? – спросила Франческа, отставляя гитару к стене.
— О, нет. Вовсе нет, девочка моя, — ответила хозяйка, - На её глазах были слёзы.
С полминуты между ними весела пауза. Под треск свечей с улицы через открытую балконную дверь в гостиную доносилась возбуждённая трескотня неугомонных цикад.
— Чем вы зарабатываете на жизнь, сеньора? — спросила вдруг Франческа, — Полагаю, что у вас большие связи, раз вы смогли вытащить нас с Лео из полиции. К тому же так быстро.
— Зачем тебе знать? Это так важно для тебя?
— Да нет. Просто спросила. Вы испанка? По внешнему виду вроде бы так, но, спешу заметить, ваш английский просто идеален.
— Что есть — то есть, — горделиво бросила хозяйка. — Я десять лет прожила в Нью-Йорке.
— А-а, тогда понятно, - произнесла в ответ Франческа, — Мой отец тоже однажды уехал в Нью-Йорк. Хотел разбогатеть. Открыть свой бизнес, чтобы мы ни в чём не нуждались. Так говорила мне мама. К сожалению, этому не суждено было сбыться. Он был убит в драке в одном из тамошних чёрных кварталов. Нож негодяя рассёк его сердце пополам. Хотя…он и сам был далеко не святошей…
Она вздохнула.
— Прости, милая, — участливо произнесла Мануэла.
— Ничего, — ответила Франческа. — Ну а вы, сеньора? Как вы попали в Нью-Йорк?
— О, нет ничего проще попасть в штаты. Мне было тогда четырнадцать, — ответила Мануэла, — Меня просто взяли, что называется под белые рученьки и увезли туда. Вот и всё. Отец открыл и развивал там сеть медицинских клиник, но в две тысячи первом он погиб при крушении башен-близнецов. Через год от сердечного приступа умерла и мама. Оставшись одна, я всё же смогла окончить медколледж. Казалось, всё начало складываться, но один влиятельный человек стал настаивать, чтобы я продала ему папины активы. Сначала я отказывалась, но в две тысячи четвёртом всё же сдалась. Вырученные деньги я перевела в швейцарский банк и вернулась обратно на родину, сюда, в Барселону. С тех пор и живу здесь. Я врач, милочка. Пошла по стопам своего папочки. И здесь моя мечта всё же сбылась. Я вложила деньги в медицинский бизнес. Построила сначала одну клинику, затем другую, потом ещё и ещё. Теперь у меня по всей Испании более сотник отделений. Как-то так.
