Они снова помолчали.
8
— Ну а ты? Что вас связывает с Лео? Расскажи? Я слышала, что он тоже при деньгах. Это так? — спросила вдруг Мануэла.
— Он просто мажор, — задумавшись на мгновение ответила Франческа.
— В каком смысле?
— В прямом. Его отец, царство ему небесное, был топ менеджером автомобильного концерна. После того, как его не стало, Лео унаследовал его состояние. Но никакого веса в корпорации он не имеет. Одна сплошная формальность. Акции, некогда принадлежащие его покойному отцу, он не продал. Да и не собирается. Нынешний владелец заключил с ним сделку и сейчас сильные рулят, а он лишь снимает кое-какие сливки. Кстати, немалые. И ему это выгодно. Ответственности ноль, а денег капает столько, что многие могут только позавидовать.
— Ясно. Ты любишь его?
— Наверное, — задумавшись на миг ответила Франческа, — Даже несмотря на то, что… — она осеклась.
— Договаривай, — потребовала Мануэла.
— Несмотря на то, что он извращенец! — выпалила Франческа.
— Даже так? А я было подумала, что он всего лишь просто кобель, — Мануэла усмехнулась.
— Да, наверное, в этом вы правы, сеньора. Но я не имею над ним никакой, даже маломальской власти. Вы понимаете? Я полностью зависима от этого человека. Нас не связывают никакие узы. Даже секс. Мы знакомы уже более полугода, а я всё ещё бегаю за ним, как собачка на поводке, а он ни разу не удосужился даже трахнуть меня!
Франческа было улыбнулась, но тут же всхлипнула.
— В смысле?! — удивлённо спросила Мануэла, приобняв её за плечо.
— В прямом.
— Что, ни разу?! — спросила хозяйка, широко округлив глаза.
— Франческа помотала головой, — Он извращенец. Заставляет меня ублажать разных мужчин. Причём всегда находится рядом. Он наблюдает. Или слушает. О, боже, как мне уже всё это надоело. Если бы вы только знали, сеньора Мануэла. Но я не могу отказать ему. Во всяком случае пока. Знаете, иногда я думаю, что даже люблю его. Я не знаю. Или я просто подсела на него. Пристрастилась к этому образу жизни. Как наркоман к героину. У меня порой просто ум за разум заходит. Врач прописал мне бензодиазепин.
— Я видела уже. Флакончик в твоём рюкзаке. Я нашла его.
Они снова немного помолчали.
— Ну и? Сколько ему стоят твои услуги?
— По-разному. Десять тысяч в месяц. Иногда больше. Иногда меньше. Плюс ко всему он оплачивает моё обучение в Оксфорде. Мне очень нужен диплом. Я лишь на первом курсе. Из четырёх.
Франческа глубоко вздохнула.
— Когда мы ругаемся он вообще не платит мне. Иногда блокирует мои финансы. У него ведь большие связи. Но ведёт он себя часто не совсем нормально. Ему сорок пять, но взрослеть он и не думает. Ведёт себя как малолетний юноша. У него ветер в голове. И разврат. Сорит деньгами направо и налево. Всё это с его стороны так опрометчиво. Вы был знали, сеньора. Я всё жду когда. Когда он наконец сделает мне предложение. Но, увы, этого до сих пор не произошло. Да и не знаю, произойдёт ли вообще.
— Ладно. Давай не будем пока о нём.
— Как скажете сеньора.
— Но скоро он нам понадобится. Исполнит кое-что для нас с тобой. И тебе понравится. Поверь мне.
Гостья вопросительно взглянула на неё.
Наливай, — озорно сверкнув глазами бросила Мануэла, — После узнаешь.
Франческа плеснула им вина.
— Давай, за тебя! — сделав лёгкий взмах бокала в её сторону, Мануэла пригубила.
Гостья проделала то же самое.
— А обнимашки? — шутливо бросила Мануэла, подмигнув ей одним глазом.
Они по-дружески обнялись, а затем, разорвав объятия, Мануэла вдруг указала на стоящий вдоль стены длинный гостиный гарнитур.
— Там на полке есть проигрыватель. И пластинки. Давай послушаем что-нибудь? Давай-ка, подойди туда.
Франческа встала и, развернувшись, подошла к нему. На одной из полок стояло множество пластинок. Целая пачка. Возможно, в ней была не одна сотня.
— Пусть будет как русская рулетка. Запусти руку в эту длинную пачку и что выпадет — то выпадет. Вообще без разницы. Там вся музыка что надо.
Франческа сделала, как ей было сказано — вынув одну пластинку, она поднесла её к канделябру, чтобы получше рассмотреть её при свете свечей.
И тут слова полетели из неё как из пулемёта.
О, боже! Джери Саутерн! Госпожа Мануэла, у вас есть Джери Саутерн?! — возбуждённо проговорила она, — Пятьдесят шестой год! Это же раритет! Глазам не верю! Обожаю её!
Она бегала глазами по списку песен в центре пластинки, нанесённому на бумажный круг, который за почти семьдесят лет из цвета спелой вишни поблёк до розовато-лилового.
Это ведь оригинал, сеньора?
— Это? О-о, да-а-а, деточка, представь себе, — кивнула Мануэла и широко улыбнулась, — А ты подумала, что это подделка?
— Нет, нет. Отнюдь. Я просто… я… просто спросила, — Франческа на мгновение почувствовала неловкость от своего вопроса.
— Поставь её, — вдруг сказала Мануэла.
— Ой, прошу прощения. Я не должна была. Извините, — виновато проговорила Франческа, возвращая пластинку на полку.
Мануэла засмеялась, — Нет, нет, дорогая. Я имела в виду заведи её. Проигрыватель на полке. Чуть ниже. Справа от тебя.
Чуть нагнувшись вперёд, Франческа подняла прозрачную крышку, аккуратно накинула пластинку на шпиндель и, нажав пару кнопок, запустила проигрыватель. Платтер завращался. Головка тонарма медленно опустилась на диск, игла коснулась винила. Песня When I fall in love зазвучала, наполняя гостиную по-настоящему сказочной атмосферой.
Свечи тихо плакали, роняя свой горячий воск на дубовый стол. Нагнувшись, Франческа стояла к ней спиной. Сидя за столом в свете огня, она потягивала из бокала ароматное вино, в то время как вторая её рука тайком ласкала под столом то, что с каждой секундой становилось всё более влажным.
— Я знаю, что сейчас вы смотрите на меня, сеньора.
— Это так, — бросила в ответ Мануэла, — Откуда знаешь? У тебя глаза на попе?
— Нет, — чуть усмехнувшись ответила Франческа, — Я просто чувствую это.
— Потанцуем? — неожиданно бросила хозяйка.
Та повернулась к ней. Растерявшись с ходу, она через пару мгновений всё же согласилась, подойдя к ней на расстоянии вытянутой руки.
— Пригласи меня сама, — жарко бросила Мануэла.
— Я приглашаю вас, сеньора, — более уже не раздумывая сказала Франческа, протянув ей руку.
Приняв приглашение, Мануэла взяла её за кисть и встала со стула.
Обнявшись, они соприкоснулись друг с другом своими стройными телами.
И хозяйка повела.
9
Разгорячённые испанским вином они растворялись в этой сладкой неповторимости.
Франческа сейчас не могла понять, почему она здесь. Почему это происходит с ней. В какой-то миг она на мгновение закрыла глаза и отдалась этому моменту, оставив за бортом всё то, что сейчас пыталось остановить её от необдуманных поступков.
Сколько вам лет? — спросила она, открыв глаза.
— А сколько дашь? — спросила Мануэла, не спуская с неё глаз.
— Даже не знаю. Думаю, что лет тридцать, тридцать пять, — сказала Франческа.
— Ты мне явно льстишь, — усмехнулась та, — Мне сорок четыре.
— Нет, не льщу. Вы спросили — я ответила. Вы выглядите моложе. Это правда.
— Что ж, благодарю. Мне приятно.
— А тебе? Сколько тебе ?
— Двадцать пять, сеньора.
— О, боже, ты так молода! — она вздохнула, — Где же мои двадцать пять, деточка. О, если бы мне вернуть те далёкие годы! О, если бы мне вернуть их!
Задумавшись, Франческа промолчала.
Вино и свечи, эта музыка, прикосновения, их тени, танцующие на стене вместе с ними — всё это настолько ударило ей в голову, что она поплыла от удовольствия. Им обоим было хорошо, но резко открывшаяся дверь спальни вмиг спугнула ситуацию.
Перед ними стоял Лео.
— У меня интернет слетел, сеньора Мануэла. На самом интересном месте. Вы не поможете мне?
Мануэла глубоко вздохнула, словно он сейчас был совсем не кстати.
— Извини, дорогая, — проговорила хозяйка, — Ты позволишь мне помочь твоему мужчине?
Франческа кивнула.
— Разорвав объятия, Мануэла удалилась за ним в спальню.
— Что тут у тебя случилось? — спросила она, остановившись у столика.
Лео присел на банкетку, — Понимаете, я вёл переписку и вдруг всё зависло.
Нагнувшись, Мануэла несколько раз кликнула мышкой.
— Хм-м, — произнёс Лео, — Теперь работает.
— Обращайся, ковбой, — бросила хозяйка, щёлкнув его по кончику носа, — А знаешь, что, мальчик, пойдём-ка со мной — она распрямилась и протянула ему руку, — Твоя переписка подождёт. Я уверена в этом.
— Простите, сеньора, но мне нужно лишь … — начал было он, но тут же был прерван, — Никаких «но», — отрезала она, — То, что тебе нужно, я объясню на балконе. Ты понял? Больше повторять не стану.
Лео подчинился. Взяв её за руку, он поднялся с банкетки, и они вышли из спальни на балкон.
— Покурим? — заглянув в гостиную бросила она Франческе, — Только свечи захвати. Окей?
Взяв со стола один канделябр со свечами, та вышла на балкон.
— Присаживайся, Чесс, — сказала Мануэла, — А ты, Лео, налей-ка нам ещё вина.
Они присели за балконный столик.
10
Лео вошёл в гостиную и, взяв со стола бутылки, вернулся на балкон. Разлив вино, он плеснул себе немного виски и, отойдя к балюстраде, взглянул на ночное море.
Взяв со стола тонкую дамскую сигарету, Мануэла вставила её в длинный стеклянный мундштук, прикурила и, сделав короткую затяжку, передала гостье.
— Ты только посмотри какая сегодня луна.
— Да-а, луна сегодня чертовски привлекательна, сеньора, — ответила Франческа, затянувшись сладким дымом.
Расстегнув свой халатик, Мануэла подняла голову в небо, — Уау! Ты только взгляни какие звёзды!
Франческа взглянула вверх, — Да-а, это неописуемо, сеньора, — ответила она, вглядываясь в небосвод.
Опустив руку, Мануэла вдруг принялась медленно водить пальчиками по своей бритой киске. Её дыхание чуть участилось. В пещерке становилось влажно. Не вставая, она стянула с себя трусики.
— Лео, мальчик, подойди ко мне, — произнесла она, поманив его пальчиком.
Услышав это, он повернулся и взглянул на неё.
Она сидела с бокалом вина в руке. Её ноги были широко раздвинуты в стороны.
Подойди же. Не бойся, — чуть более строгим тоном повторила она, — Я хочу, чтобы ты отлизал мне.
Внутри Франчески вдруг что-то вздрогнуло. Потеряв дар речи, она наблюдала за происходящим.
Лео подошёл
— Давай. На колени, — хозяйка указала пальцем в пол.
— Хорошо, я попробую, — тихо ответил он, — Если вы так просите.
— Я не прошу, котик. Это приказ, — отрезала она.
Покорно встав на колени, Лео коснулся ладонями её тёплых бёдер и взглянул ей в глаза.
— Я хочу ещё одну сигарету, — сказала она, продолжая теребить свой влажный бутон, — Франческа, девочка моя, ты не могла бы…?
Взяв со стола пачку, та протянула её Мануэле.
— Прикури мне её, пожалуйста.
Франческа прикурила от свечи и протянула ей.
Взяв из её рук сигарету, Мануэла ещё раз пригубила вина, затянулась сладким дымом и откинулась на спинку кресла.
— Благодарю тебя, милая.
— Вот теперь, пожалуй, можешь приступать, котик. Отлижи как следует, — игриво произнесла она, заводя левую ногу на столик.
Нежно прикоснувшись к его шее, она резко притянула его голову себе между ног.
Уперевшись губами во влажное лоно хозяйки Лео ощутил тот самый запах, от которого возбудился ещё сильнее.
— Ну же, соси её! Проникни в неё язычком! Глубже, я прошу тебя, глубже! — вскричала она, что было сил прижимая его за затылок к своей клокочущей плоти.
Словно раб, исполняющий указания своей госпожи, он проникал язычком в её лоно всё глубже. Посасывая разгорячённый влажный клитор, он пробовал на вкус её сок. Всё было очень влажно.
Ты слишком напряжён, — негромко бросила она, — Расслабься. Просто делай это.
Градус накала повышался.
— От души делай, негодник! — вдруг громко приказала она, отвесив ему пощёчину, — Старайся!
И его это подстегнуло. Он вновь запустил язык внутрь, смакуя этот вожделенный нектар. Кончиком языка и губами он чувствовал жар, исходящий изнутри влажного лона. А ещё этот запах. Запах женщины. От него уже не требовалось много слюны. Всё и так было влажно. Лео вошёл в раж и с диким неистовством теперь вылизывал уже обе её щёлки. Сейчас его было не остановить.
Глядя на них, Франческа мастурбировала, закинув правую ногу на столик.
Трещали свечи. От возбуждения Мануэла всё кусала и кусала губы, совершенно не ощущая на них привкуса собственной крови.
— А теперь я хочу, чтобы ты попробовал меня снизу, — прошептала она, отстранив за волосы его голову.
Медленно поднявшись с кресла, она встала.
— А теперь иди туда, — указала она на шкуру ягуара, лежащую посредине балкона — Там тебе будет комфортно.
Подойдя к шкуре, Лео прилёг на спину.
— Обожаю шестьдесят девять, — промурлыкала она, раздвигая ноги. Её жаждущая ласки промежность была прямо над его лицом.
— Вот так, — проговорила она, устраиваясь над его лицом, — Продолжай. Поработай там как следует.
Обхватив её бёдра, он приблизил её влажную киску к своим губам, подав голову чуточку вверх, позволяя язычку дотянуться туда, куда следовало. Губы коснулись бутона. В этот миг он вновь ощутил солоноватый привкус её жаркой плоти.
Это была настоящая жара. Жара в сто градусов по Фаренгейту.
Закусывая губу, Мануэла раз за разом сладко кончала, крепко прижимая его за шею к своему горячему мороженому. Уже давно ей не было так хорошо.
Он ласкал её долго. Пять, может быть, десять минут, пока она не остановила это.
— Вставай. Присядь туда, — она указала ему на кресло, с которого всё началось.
Франческа остановилась и на мгновение затихла в ожидании продолжения их лобзаний.
Подойдя к креслу, Лео опустился в него и, откинувшись на спинку, глубоко вздохнул.
Приблизившись к нему, хозяйка встала
— Сильно не расслабляйся, котик, — бросила хозяйка, поставив левую ногу на подлокотник, — Сейчас ты продолжишь.
Её лобок сейчас был лишь в паре дюймов от его лица.
— Чесс, не желаешь присоединиться? Сдаётся мне, что котик хочет отведать кое-что сразу у нас двоих, — улыбнувшись проговорила она.
Поднявшись, Франческа подошла.
— Поставь ножку на столик, милая, — предложила ей Мануэла, — Так ему будет удобнее.
Франческа сделала так, как было сказано.
Лео сидел, глядя снизу попеременно то на одну, то на другую.
— Что смотришь? Приступай к трапезе, — засмеявшись промолвила хозяйка.
Подавшись вперёд, Лео пропустил руки им между ног и страстно сжал в ладонях их ягодички.
— Давай, котик, отлизывай. Поработай ещё чуть-чуть, — схватив его за волосы, Мануэла направила его губы в свою промежность.
Он страстно впился в её щель, запуская в неё свой жаркий язык.
Мануэла активно заработала ягодицами, натягивая его верхнюю губу на свой влажный клитор.
— Ну хватит! — строго отстранила она его полминуты спустя, — Она тоже хочет.
— Теперь давай, лижи ей, — приказала она. Не отпуская его волос, она с силой притянула его голову к лону Франчески.
Приняв язык Лео, Франческа обняла ладонями его щёки, начав возвратно-поступательные движения попкой, насаживая его язык на свою дырочку. Мануэла помогала, направляя лицо Лео куда следует.
— Теперь давай снова мне лижи, — скомандовала она, — Оторвав его от киски Франчески, Мануэла снова заставила его ласкать её бутон.
Каждый раз, когда Лео отлизывал одной, другая с поднятой ногой теребила свои влажные прелести.
Так они развлекались некоторое время, пока Мануэла не произнесла:
— Время шоколадного десерта, котик. А ну поднимайся. Попробуй-ка нас сзади.
8
— Ну а ты? Что вас связывает с Лео? Расскажи? Я слышала, что он тоже при деньгах. Это так? — спросила вдруг Мануэла.
— Он просто мажор, — задумавшись на мгновение ответила Франческа.
— В каком смысле?
— В прямом. Его отец, царство ему небесное, был топ менеджером автомобильного концерна. После того, как его не стало, Лео унаследовал его состояние. Но никакого веса в корпорации он не имеет. Одна сплошная формальность. Акции, некогда принадлежащие его покойному отцу, он не продал. Да и не собирается. Нынешний владелец заключил с ним сделку и сейчас сильные рулят, а он лишь снимает кое-какие сливки. Кстати, немалые. И ему это выгодно. Ответственности ноль, а денег капает столько, что многие могут только позавидовать.
— Ясно. Ты любишь его?
— Наверное, — задумавшись на миг ответила Франческа, — Даже несмотря на то, что… — она осеклась.
— Договаривай, — потребовала Мануэла.
— Несмотря на то, что он извращенец! — выпалила Франческа.
— Даже так? А я было подумала, что он всего лишь просто кобель, — Мануэла усмехнулась.
— Да, наверное, в этом вы правы, сеньора. Но я не имею над ним никакой, даже маломальской власти. Вы понимаете? Я полностью зависима от этого человека. Нас не связывают никакие узы. Даже секс. Мы знакомы уже более полугода, а я всё ещё бегаю за ним, как собачка на поводке, а он ни разу не удосужился даже трахнуть меня!
Франческа было улыбнулась, но тут же всхлипнула.
— В смысле?! — удивлённо спросила Мануэла, приобняв её за плечо.
— В прямом.
— Что, ни разу?! — спросила хозяйка, широко округлив глаза.
— Франческа помотала головой, — Он извращенец. Заставляет меня ублажать разных мужчин. Причём всегда находится рядом. Он наблюдает. Или слушает. О, боже, как мне уже всё это надоело. Если бы вы только знали, сеньора Мануэла. Но я не могу отказать ему. Во всяком случае пока. Знаете, иногда я думаю, что даже люблю его. Я не знаю. Или я просто подсела на него. Пристрастилась к этому образу жизни. Как наркоман к героину. У меня порой просто ум за разум заходит. Врач прописал мне бензодиазепин.
— Я видела уже. Флакончик в твоём рюкзаке. Я нашла его.
Они снова немного помолчали.
— Ну и? Сколько ему стоят твои услуги?
— По-разному. Десять тысяч в месяц. Иногда больше. Иногда меньше. Плюс ко всему он оплачивает моё обучение в Оксфорде. Мне очень нужен диплом. Я лишь на первом курсе. Из четырёх.
Франческа глубоко вздохнула.
— Когда мы ругаемся он вообще не платит мне. Иногда блокирует мои финансы. У него ведь большие связи. Но ведёт он себя часто не совсем нормально. Ему сорок пять, но взрослеть он и не думает. Ведёт себя как малолетний юноша. У него ветер в голове. И разврат. Сорит деньгами направо и налево. Всё это с его стороны так опрометчиво. Вы был знали, сеньора. Я всё жду когда. Когда он наконец сделает мне предложение. Но, увы, этого до сих пор не произошло. Да и не знаю, произойдёт ли вообще.
— Ладно. Давай не будем пока о нём.
— Как скажете сеньора.
— Но скоро он нам понадобится. Исполнит кое-что для нас с тобой. И тебе понравится. Поверь мне.
Гостья вопросительно взглянула на неё.
Наливай, — озорно сверкнув глазами бросила Мануэла, — После узнаешь.
Франческа плеснула им вина.
— Давай, за тебя! — сделав лёгкий взмах бокала в её сторону, Мануэла пригубила.
Гостья проделала то же самое.
— А обнимашки? — шутливо бросила Мануэла, подмигнув ей одним глазом.
Они по-дружески обнялись, а затем, разорвав объятия, Мануэла вдруг указала на стоящий вдоль стены длинный гостиный гарнитур.
— Там на полке есть проигрыватель. И пластинки. Давай послушаем что-нибудь? Давай-ка, подойди туда.
Франческа встала и, развернувшись, подошла к нему. На одной из полок стояло множество пластинок. Целая пачка. Возможно, в ней была не одна сотня.
— Пусть будет как русская рулетка. Запусти руку в эту длинную пачку и что выпадет — то выпадет. Вообще без разницы. Там вся музыка что надо.
Франческа сделала, как ей было сказано — вынув одну пластинку, она поднесла её к канделябру, чтобы получше рассмотреть её при свете свечей.
И тут слова полетели из неё как из пулемёта.
О, боже! Джери Саутерн! Госпожа Мануэла, у вас есть Джери Саутерн?! — возбуждённо проговорила она, — Пятьдесят шестой год! Это же раритет! Глазам не верю! Обожаю её!
Она бегала глазами по списку песен в центре пластинки, нанесённому на бумажный круг, который за почти семьдесят лет из цвета спелой вишни поблёк до розовато-лилового.
Это ведь оригинал, сеньора?
— Это? О-о, да-а-а, деточка, представь себе, — кивнула Мануэла и широко улыбнулась, — А ты подумала, что это подделка?
— Нет, нет. Отнюдь. Я просто… я… просто спросила, — Франческа на мгновение почувствовала неловкость от своего вопроса.
— Поставь её, — вдруг сказала Мануэла.
— Ой, прошу прощения. Я не должна была. Извините, — виновато проговорила Франческа, возвращая пластинку на полку.
Мануэла засмеялась, — Нет, нет, дорогая. Я имела в виду заведи её. Проигрыватель на полке. Чуть ниже. Справа от тебя.
Чуть нагнувшись вперёд, Франческа подняла прозрачную крышку, аккуратно накинула пластинку на шпиндель и, нажав пару кнопок, запустила проигрыватель. Платтер завращался. Головка тонарма медленно опустилась на диск, игла коснулась винила. Песня When I fall in love зазвучала, наполняя гостиную по-настоящему сказочной атмосферой.
Свечи тихо плакали, роняя свой горячий воск на дубовый стол. Нагнувшись, Франческа стояла к ней спиной. Сидя за столом в свете огня, она потягивала из бокала ароматное вино, в то время как вторая её рука тайком ласкала под столом то, что с каждой секундой становилось всё более влажным.
— Я знаю, что сейчас вы смотрите на меня, сеньора.
— Это так, — бросила в ответ Мануэла, — Откуда знаешь? У тебя глаза на попе?
— Нет, — чуть усмехнувшись ответила Франческа, — Я просто чувствую это.
— Потанцуем? — неожиданно бросила хозяйка.
Та повернулась к ней. Растерявшись с ходу, она через пару мгновений всё же согласилась, подойдя к ней на расстоянии вытянутой руки.
— Пригласи меня сама, — жарко бросила Мануэла.
— Я приглашаю вас, сеньора, — более уже не раздумывая сказала Франческа, протянув ей руку.
Приняв приглашение, Мануэла взяла её за кисть и встала со стула.
Обнявшись, они соприкоснулись друг с другом своими стройными телами.
И хозяйка повела.
9
Разгорячённые испанским вином они растворялись в этой сладкой неповторимости.
Франческа сейчас не могла понять, почему она здесь. Почему это происходит с ней. В какой-то миг она на мгновение закрыла глаза и отдалась этому моменту, оставив за бортом всё то, что сейчас пыталось остановить её от необдуманных поступков.
Сколько вам лет? — спросила она, открыв глаза.
— А сколько дашь? — спросила Мануэла, не спуская с неё глаз.
— Даже не знаю. Думаю, что лет тридцать, тридцать пять, — сказала Франческа.
— Ты мне явно льстишь, — усмехнулась та, — Мне сорок четыре.
— Нет, не льщу. Вы спросили — я ответила. Вы выглядите моложе. Это правда.
— Что ж, благодарю. Мне приятно.
— А тебе? Сколько тебе ?
— Двадцать пять, сеньора.
— О, боже, ты так молода! — она вздохнула, — Где же мои двадцать пять, деточка. О, если бы мне вернуть те далёкие годы! О, если бы мне вернуть их!
Задумавшись, Франческа промолчала.
Вино и свечи, эта музыка, прикосновения, их тени, танцующие на стене вместе с ними — всё это настолько ударило ей в голову, что она поплыла от удовольствия. Им обоим было хорошо, но резко открывшаяся дверь спальни вмиг спугнула ситуацию.
Перед ними стоял Лео.
— У меня интернет слетел, сеньора Мануэла. На самом интересном месте. Вы не поможете мне?
Мануэла глубоко вздохнула, словно он сейчас был совсем не кстати.
— Извини, дорогая, — проговорила хозяйка, — Ты позволишь мне помочь твоему мужчине?
Франческа кивнула.
— Разорвав объятия, Мануэла удалилась за ним в спальню.
— Что тут у тебя случилось? — спросила она, остановившись у столика.
Лео присел на банкетку, — Понимаете, я вёл переписку и вдруг всё зависло.
Нагнувшись, Мануэла несколько раз кликнула мышкой.
— Хм-м, — произнёс Лео, — Теперь работает.
— Обращайся, ковбой, — бросила хозяйка, щёлкнув его по кончику носа, — А знаешь, что, мальчик, пойдём-ка со мной — она распрямилась и протянула ему руку, — Твоя переписка подождёт. Я уверена в этом.
— Простите, сеньора, но мне нужно лишь … — начал было он, но тут же был прерван, — Никаких «но», — отрезала она, — То, что тебе нужно, я объясню на балконе. Ты понял? Больше повторять не стану.
Лео подчинился. Взяв её за руку, он поднялся с банкетки, и они вышли из спальни на балкон.
— Покурим? — заглянув в гостиную бросила она Франческе, — Только свечи захвати. Окей?
Взяв со стола один канделябр со свечами, та вышла на балкон.
— Присаживайся, Чесс, — сказала Мануэла, — А ты, Лео, налей-ка нам ещё вина.
Они присели за балконный столик.
10
Лео вошёл в гостиную и, взяв со стола бутылки, вернулся на балкон. Разлив вино, он плеснул себе немного виски и, отойдя к балюстраде, взглянул на ночное море.
Взяв со стола тонкую дамскую сигарету, Мануэла вставила её в длинный стеклянный мундштук, прикурила и, сделав короткую затяжку, передала гостье.
— Ты только посмотри какая сегодня луна.
— Да-а, луна сегодня чертовски привлекательна, сеньора, — ответила Франческа, затянувшись сладким дымом.
Расстегнув свой халатик, Мануэла подняла голову в небо, — Уау! Ты только взгляни какие звёзды!
Франческа взглянула вверх, — Да-а, это неописуемо, сеньора, — ответила она, вглядываясь в небосвод.
Опустив руку, Мануэла вдруг принялась медленно водить пальчиками по своей бритой киске. Её дыхание чуть участилось. В пещерке становилось влажно. Не вставая, она стянула с себя трусики.
— Лео, мальчик, подойди ко мне, — произнесла она, поманив его пальчиком.
Услышав это, он повернулся и взглянул на неё.
Она сидела с бокалом вина в руке. Её ноги были широко раздвинуты в стороны.
Подойди же. Не бойся, — чуть более строгим тоном повторила она, — Я хочу, чтобы ты отлизал мне.
Внутри Франчески вдруг что-то вздрогнуло. Потеряв дар речи, она наблюдала за происходящим.
Лео подошёл
— Давай. На колени, — хозяйка указала пальцем в пол.
— Хорошо, я попробую, — тихо ответил он, — Если вы так просите.
— Я не прошу, котик. Это приказ, — отрезала она.
Покорно встав на колени, Лео коснулся ладонями её тёплых бёдер и взглянул ей в глаза.
— Я хочу ещё одну сигарету, — сказала она, продолжая теребить свой влажный бутон, — Франческа, девочка моя, ты не могла бы…?
Взяв со стола пачку, та протянула её Мануэле.
— Прикури мне её, пожалуйста.
Франческа прикурила от свечи и протянула ей.
Взяв из её рук сигарету, Мануэла ещё раз пригубила вина, затянулась сладким дымом и откинулась на спинку кресла.
— Благодарю тебя, милая.
— Вот теперь, пожалуй, можешь приступать, котик. Отлижи как следует, — игриво произнесла она, заводя левую ногу на столик.
Нежно прикоснувшись к его шее, она резко притянула его голову себе между ног.
Уперевшись губами во влажное лоно хозяйки Лео ощутил тот самый запах, от которого возбудился ещё сильнее.
— Ну же, соси её! Проникни в неё язычком! Глубже, я прошу тебя, глубже! — вскричала она, что было сил прижимая его за затылок к своей клокочущей плоти.
Словно раб, исполняющий указания своей госпожи, он проникал язычком в её лоно всё глубже. Посасывая разгорячённый влажный клитор, он пробовал на вкус её сок. Всё было очень влажно.
Ты слишком напряжён, — негромко бросила она, — Расслабься. Просто делай это.
Градус накала повышался.
— От души делай, негодник! — вдруг громко приказала она, отвесив ему пощёчину, — Старайся!
И его это подстегнуло. Он вновь запустил язык внутрь, смакуя этот вожделенный нектар. Кончиком языка и губами он чувствовал жар, исходящий изнутри влажного лона. А ещё этот запах. Запах женщины. От него уже не требовалось много слюны. Всё и так было влажно. Лео вошёл в раж и с диким неистовством теперь вылизывал уже обе её щёлки. Сейчас его было не остановить.
Глядя на них, Франческа мастурбировала, закинув правую ногу на столик.
Трещали свечи. От возбуждения Мануэла всё кусала и кусала губы, совершенно не ощущая на них привкуса собственной крови.
— А теперь я хочу, чтобы ты попробовал меня снизу, — прошептала она, отстранив за волосы его голову.
Медленно поднявшись с кресла, она встала.
— А теперь иди туда, — указала она на шкуру ягуара, лежащую посредине балкона — Там тебе будет комфортно.
Подойдя к шкуре, Лео прилёг на спину.
— Обожаю шестьдесят девять, — промурлыкала она, раздвигая ноги. Её жаждущая ласки промежность была прямо над его лицом.
— Вот так, — проговорила она, устраиваясь над его лицом, — Продолжай. Поработай там как следует.
Обхватив её бёдра, он приблизил её влажную киску к своим губам, подав голову чуточку вверх, позволяя язычку дотянуться туда, куда следовало. Губы коснулись бутона. В этот миг он вновь ощутил солоноватый привкус её жаркой плоти.
Это была настоящая жара. Жара в сто градусов по Фаренгейту.
Закусывая губу, Мануэла раз за разом сладко кончала, крепко прижимая его за шею к своему горячему мороженому. Уже давно ей не было так хорошо.
Он ласкал её долго. Пять, может быть, десять минут, пока она не остановила это.
— Вставай. Присядь туда, — она указала ему на кресло, с которого всё началось.
Франческа остановилась и на мгновение затихла в ожидании продолжения их лобзаний.
Подойдя к креслу, Лео опустился в него и, откинувшись на спинку, глубоко вздохнул.
Приблизившись к нему, хозяйка встала
— Сильно не расслабляйся, котик, — бросила хозяйка, поставив левую ногу на подлокотник, — Сейчас ты продолжишь.
Её лобок сейчас был лишь в паре дюймов от его лица.
— Чесс, не желаешь присоединиться? Сдаётся мне, что котик хочет отведать кое-что сразу у нас двоих, — улыбнувшись проговорила она.
Поднявшись, Франческа подошла.
— Поставь ножку на столик, милая, — предложила ей Мануэла, — Так ему будет удобнее.
Франческа сделала так, как было сказано.
Лео сидел, глядя снизу попеременно то на одну, то на другую.
— Что смотришь? Приступай к трапезе, — засмеявшись промолвила хозяйка.
Подавшись вперёд, Лео пропустил руки им между ног и страстно сжал в ладонях их ягодички.
— Давай, котик, отлизывай. Поработай ещё чуть-чуть, — схватив его за волосы, Мануэла направила его губы в свою промежность.
Он страстно впился в её щель, запуская в неё свой жаркий язык.
Мануэла активно заработала ягодицами, натягивая его верхнюю губу на свой влажный клитор.
— Ну хватит! — строго отстранила она его полминуты спустя, — Она тоже хочет.
— Теперь давай, лижи ей, — приказала она. Не отпуская его волос, она с силой притянула его голову к лону Франчески.
Приняв язык Лео, Франческа обняла ладонями его щёки, начав возвратно-поступательные движения попкой, насаживая его язык на свою дырочку. Мануэла помогала, направляя лицо Лео куда следует.
— Теперь давай снова мне лижи, — скомандовала она, — Оторвав его от киски Франчески, Мануэла снова заставила его ласкать её бутон.
Каждый раз, когда Лео отлизывал одной, другая с поднятой ногой теребила свои влажные прелести.
Так они развлекались некоторое время, пока Мануэла не произнесла:
— Время шоколадного десерта, котик. А ну поднимайся. Попробуй-ка нас сзади.
