- Ты права в одном, ангел – ты почти труп.
Кинув взгляд на черту, я увидела, что демон ногтем миллиметр за миллиметром сцарапывает белый мел, стремясь нарушить целостность преграды. Меня прошиб холодный пот, когда я осознала уровень его силы. Это снаружи ловушка выглядит как очерченный мелом круг, а изнутри, запертого в ней пленника окружают белые непроницаемые стены. Каким же запасом энергии обладает эта тварь?
Нужно было на что-то решаться, пока обезумевший от ярости демон не вырвался на свободу. И я, набрав в легкие побольше воздуха и крепко зажмурившись, сделала шаг вперед. На миг мне показалось, что двигаться приходится через густой кисель, но это ощущение быстро закончилось, а я оказалась в белой комнате с низким потолком. Комната была удивительно светлой, хотя ламп в ловушке по определению быть не могло. Стоящий напротив меня демон в теле девушки, вероятно, не ожидал от меня подобного действа, поэтому весь подобрался, но не нападал: пытался предугадать развитие событий.
- Хочешь заключить сделку? – облизнул он губы, оставив на них свежую кровь.
- Ты видел много ангелов, заключивших сделку с демоном? – я даже удивилась.
- Я много чего видел, девочка, - разорванные губы растянулись в уродливой ухмылке. – И много чего еще увижу.
- Это не тебе решать, - как могла мягко заметила я.
- А кому? Ему? – он насмешливо поднял глаза. – Поверь мне, девочка, скоро решать во всех мирах будет только один властелин, и отнюдь не тот, кому служишь ты.
- Да, да, и я умру в муках – мы это уже слышали.
Я отмахнулась. Демонам свойственна борьба со Светом и как следствие этой непрекращающейся дуэли, в них живет надежда на скорую победу. Только вот не могут они понять, что в случае успеха не будет смысла в самом существовании Тьмы. Она сразу разобьется на несколько кусочков – один чуть светлее, другой гнилее, и состязание начнется по новой. Это суть существования мрака – война и разрушение, ведь созидать он не в состоянии.
- Ты умрешь в муках, - подтвердил демон. – Сначала я распорю тебе брюхо, и ты увидишь свои внутренности…
- Ты забываешь, что разговариваешь не с человеком, - перебила я. – С нами, наверное, нужно действовать немного по-другому.
- Поверь, девочка, - сделал демон шаг ко мне. – Ангелы тоже могут чувствовать боль.
Этот бесполезный диалог пора было прекращать. Я грустно посмотрела на девушку, тело которой так бесцеремонно было занято сущностью. Очень неприятно было осознавать, что это омерзительное существо, когда-то, как и я имело крылья и купалось в лучах солнца. Тогда еще он, наверное, мог смотреть на свет, не щуря глаза...
- Скажи свое имя, - еще раз и сама не зная зачем, попросила я.
Девушка зарычала и бросилась на меня. Мне потребовался миг, чтобы предстать в сиянии славы, в полном боевом облачении, а вот демон вырваться из сковывавшего его человеческого тела не мог. Яркий свет отбросил его к стене, и он дико закричал, закрывая лицо руками. Уверена, во всем доме в этот момент начались перебои с электричеством. Мне некуда было спешить. Я спокойно подошла и присев, опустила руку на лоб девушки. Тело ее конвульсивно задергалось, стремясь освободиться, но такой возможности я ей не дала: с силой надавила и на языке ангелов произнесла:
- Изыди.
Девушка выгнулась, выворачивая позвоночник, сильно раскрыла и так уже разорванный рот, и из нее вырвался черный дым. Он заметался вокруг, не находя выхода из ловушки. Все заволокло темной пеленой так, что казалось, я стою в тумане – это было все, на что способен был демон, лишившись спасительного человеческого тела и запертый в круге. Я извлекла из ножен длинный меч. У каждого ангела он особенный. Мой состоял из света, как и все ему подобные, но закален был жаром рассветного солнца и охлажден утренней росой. Встретившись с черным туманом, он сразу же засветился, рассеивая Тьму, и демону пришлось собраться в некое подобие призрачной темной фигуры.
Хоть в ловушке и не было углов, демону некуда было деться. Он замер, а я услышала странный полушепот, и это было тем удивительнее, что обычные демоны в таком полутуманном состоянии звуков издавать не могут:
- Не смей, давай заключим сделку…
Я, даже не дослушав, пронзила его своим мечом. Лицо мое опалило жаром преисподней, и казалось, вокруг на разные лады заговорили тысячи голосов, повторяя мое «Изыди». В ловушке, как будто пронесся ветер, да такой сильный, что я на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла, то белых, сдерживавших демона стен, уже не было. Была лишь обычная квартира с нарисованным на старом линолеуме кругом.
Я приняла человеческий облик и упала, прижимая дрожащие ладони к прохладному полу. Теперь на моем счету значился один убитый демон. Иные ангелы этим очень гордятся, а мне было так плохо, что едва не стошнило. К тому же холодной дрожью прожигала мысль о количестве моих нарушений и неминуемом теперь наказании.
Когда девушка закашлялась, я даже вздрогнула от неожиданности и не поверила своим ушам. Я видела разорванные губы, слышала, как булькает в горле кровь и помнила, как неестественно выгибалось хрупкое человеческое тело, ломая кости и выворачивая сухожилия. Мне казалось, что люди с такими повреждениями не живут, но девушка все еще хрипло дышала, не приходя, впрочем, в сознание. К ней сразу же подскочил мужчина, про которого я уже успела позабыть, и, оттолкнув меня, на коленях застыл над девушкой.
- Вызывай скорую! – это он крикнул женщине, испуганно застывшей в дверях, и резко обернувшись, схватил меня за руку.
- Помоги ей! Спаси ее! Ты же ангел! Я слышал, что эта тварь говорила! Помоги! Ты должна…- речь его была жаркой, он говорил все быстрее и быстрее, так, что слова в конце оборвались в пустоту, оставляя чувство недосказанности.
- Я не могу, - стыд жаром опалил щеки. – Она умирает, значит пришло ее время. У меня инструкции.
Последнюю фразу я проговорила шепотом, опустив глаза и боясь взглянуть в глаза своего мучителя. Как странно: просил помощи он, а я мысленно умоляла его остановиться и не заставлять меня делать то, на что совершенно не имею права.
- Какое время? – закричал мужчина, схватив меня за подбородок и вынуждая смотреть на него. – Если бы не эта тварь, она бы еще жила и жила.
Мужчина явно не привык к беспомощности. Я прищурилась, упрямо поджав губы, и старалась не отводить взгляда от его удивительно глубоких карих глаз, сейчас ставших совсем черными от ярости и отчаяния.
- Ты не можешь этого знать.
- Помоги! – прорычал мужчина. На секунду мне показалось, что сейчас я получу удар кулаком в лицо. Но лежащая подле нас девушка вдруг захрипела и забилась в агонии. Мужчина отпустил мою руку и склонился к ее лицу.
- Не умирай! Слышишь? Скорая уже едет, потерпи, милая!
Я не могла на это просто так смотреть. В конце концов, количество моих нарушений и так уже превышает допустимые значения, поэтому еще одно погоды явно не сделает.
Я встала на колени рядом с девушкой и, положив руки на ее тяжело вздымающуюся грудь, призвала все доступные в человеческом облике силы. На руках синими жилками проявились вены, а ладони засветились красноватым согревающим светом, понемногу охватывая и тело лежащей передо мной несчастной. Мужчина охнул и отшатнулся. Вовремя - свет язычком призрачного пламени потянулся было за ним, но, потеряв связь, оборвался. Я же чувствовала на себе, как срастается каждый позвонок, каждая косточка незнакомки. Я разделила ее боль на двоих, но даже этого для нее было много, и она закричала, забилась под моими руками. От невыносимой боли мне самой хотелось кричать, но я не человек, такая слабость мне не позволительна.
Разум заполнила тьма. Я чувствовала не только боль физическую, которую причиняла разорванная плоть и изломанные кости, но и боль, которую чувствовала израненная душа. В затуманенном сознании яркими вспышками проносились воспоминания девушки, и ее ужас, и ее отчаяние становились моими.
Казалось, эта пытка продолжается вечность, но на деле прошло не больше минуты. Как-то совсем уж неожиданно я почувствовала, что повреждений на теле больше нет, и оборвала связь. Не было больше соединяющего нас призрачного пламени, но тело помнило боль, а душа саднила от страданий. У девушки единственным напоминанием остались только два отпечатка моих ладоней на груди, бледнеющие едва заметными застарелыми пятнами.
- У вас кровь, - тихо сказал мужчина.
Я повела мутным взглядом и молча уставилась на него. Тяжело было прийти в себя и осознать окружающую реальность.
- Вот здесь, - пояснил он, и осторожно протянув руку, вытер кровь с моих губ. – Вы, наверное, прикусили их, когда старались не кричать. От боли.
- Вы заметили? – хрипло спросила я. Горло першило. Скорее всего, демон повредил девушке гортань, а я теперь испытывала на себе остатки ранения.
- Я впервые видел ангела, излечивающего человека.
- Странно. Судя по тому, с какой уверенностью вы мне говорили о том, что я должна, вы каждый день ангелов в роли лекарей наблюдаете.
- Извините, - немного смутился мужчина. – Я не должен был кричать на вас.
- Вы многого не должны были делать. Например, пытаться изгнать демона.
- Ну да, конечно, - огрызнулся мужчина. – Нужно было ждать, пока он изнутри разрушит мою невесту.
- Если бы я вовремя не появилась, он бы вас снаружи разрушил! – возмутилась я. – Вам не под силу было его уничтожить, слишком силен. Я вообще удивлена, что вы его в круг заключили.
Мужчина смутился и отвернулся к девушке, скрывая свое лицо. Она еще не пришла в себя, но это уже было делом пяти минут.
- Как вы заперли демона в ловушке, - злясь на молчание, прошипела я. И, решив, что нарушать, так нарушать, на ангельском языке добавила: - Отвечайте.
Мужчина спокойно повернулся и, еле сдерживая улыбку, ответил:
- Нет.
Я опешила. Как нет-то? Не могут люди вот так просто не выполнить приказ. Я даже в книгах о таком упоминаний не встречала. А мужчина, наслаждаясь моими изумлением и растерянностью, наклонился и явно издеваясь, сказал:
- В следующий раз просто примените слово «пожалуйста». Поверьте, оно иногда действует намного более эффективно, чем приказы.
И, глядя на мое ошарашенное лицо, откинул голову назад и расхохотался.
- У вас истерика, - ядовито сказала я. Затем встала и, пошатнувшись на дрожащих от напряжения ногах, добавила: - И прежде чем учить меня хорошим манерам, самому следовало выучить слово «спасибо».
- Я учту, - серьезно кивнул мужчина, резко прекратив смеяться. – Но я был бы больше благодарен, если бы не пришлось вас упрашивать помочь.
- Если бы да кабы, - передразнила я. Ну да, это было не очень достойно, но что делать, если этот человек меня так бесит. И от размышлений, что бы еще такого обидного ввернуть, меня спасла женщина, которая должна была вызвать скорую. Она влетела в комнату и, заламывая руки, закричала:
- Здесь, здесь она лежит, моя кровиночка.
Дальнейшие ее слова потонули в слезах. В комнату, нисколько не спеша, вошел грузный мужчина в белом халате и с чемоданчиком. По-видимому, приехал доктор.
- Что у вас тут произошло? – позевывая, спросил он, неприязненно окидывая взглядом комнату, мебель в которой была сдвинута к одной стене. Представляю, как мы выглядели со стороны – просто сборище алкашей, ночью устроившие пьяную драку. Я, с помятым от исцеления лицом и с опаленными жаром преисподней бровями, женщина с опухшими от слез глазами, мужчина в нарисованном мелом круге и, как апофеоз происходящего - лежащая в этом же круге девушка без сознания и в порванной одежде. Неудивительно, что оглядев наш квартет, врач поставил чемоданчик на пол и безмятежно уточнил:
- Какой день пьете?
- Мы не пьем! – возмущенно всплеснула руками женщина. – Мы дьявола изгоняли.
- Ну вот, а говорите не пьете, - укоризненно покачал головой врач и кивнул сидящему на коленях мужчине. Что тут говорить, из нас всех он выглядел приличнее всего. – Девушку по голове били?
- Нет, просто сознание потеряла, - последовал спокойный ответ. – Мы немного испугались, осмотрите ее, пожалуйста, - и, посмотрев на меня, ехидно добавил. – Она, в отличие от других присутствующих здесь дам, абсолютно трезва.
Я задохнулась возмущением, и даже не сопротивляясь, последовала за женщиной на кухню. Там я была усажена на стул, напоена чаем, и узнала, что женщина, просившая помощи - Карина Сергеевна, а дочь ее, в настоящий момент лежащая в комнате на полу – Дарья. Женщина была крайне общительной, рассказала обо всех родственниках, вплоть до пятого колена, но тему одержимости своей дочери почему-то избегала, что было странно, учитывая, какую роль я сыграла в ее спасении. Меня это злило, но настаивать я не решалась.
Карина Сергеевна поставила передо мной чай, немного кособокое, но все равно аппетитное на вид печенье и желудок опять заворчал, напоминая о себе.
- Вы голодны? – обрадовалась женщина. И тут же из холодильника под тусклый свет старой лампочки появились борщ и котлеты. Карина Сергеевна мигом нарезала хлеб крупными ломтями, а я даже и не думала отказываться, радуясь, что хотя бы одной проблемой стало меньше.
Утолив голод, в квартире я задерживаться не стала. Карина Сергеевна проводила меня до лестничной площадки, беспрестанно заверяя в своей искренней благодарности. Эти слова, только в разных вариациях, я слушала последние 15 минут, поэтому даже ничего не отвечала, а просто кивала.
Спросить о самочувствии Дарьи очень хотелось, но я не решилась. Ни она сама, ни этот хамоватый мужчина, имени которого я так и не узнала, из комнаты не вышли даже после ухода врача. Я чувствовала, что все в порядке. Тело девушки было полностью здорово, а душе ее, подвергшейся насилию демона, просто необходим был отдых и любимый человек рядом.
Честно говоря, я жутко устала. Поэтому просто поднялась к себе, и, приняв душ, рухнула на диван, мгновенно погрузившись в вязкие объятия сна.
Я не люблю когда мне врут,
Но от правды я тоже устал,
Я пытался найти приют,
Говорят, что плохо искал.
И я не знаю каков процент
Сумасшедших на данный час,
Но, если верить глазам и ушам –
Больше в несколько раз…
В.Цой
Пробуждение было, мягко говоря, не очень приятным. В мою распухшую от недосыпа голову, жутким грохотом, вызывающим боль в висках, ворвался обычный вроде бы стук в дверь. Недовольно застонав, я открыла глаза. Стук повторился, но уже гораздо настойчивее. Кстати, по моему мнению, колотить стали ногой.
Решив, что это уже хамство, я решила сделать вид, что меня дома нет, и пусть стучат хоть обстучатся. Как говорят на Земле – на незвано не ходи, на нестлано не ложись. Но, недовольно ерзая на скрипучем диване, я неудачно повернулась и, коротко вскрикнув, оказалась на полу. Удары в дверь ненадолго прекратились, по-видимому, стоящий на пороге дверной террорист меня услышал, но надолго его не хватило - подождав две секунды, он вновь принялся тарабанить. Каждый из стуков болью отдавался в моих висках, и если верить ощущениям, дверь скоро должна была слететь с петель, заодно, своим грохотом, сделав брешь и в моем черепе.
Пришлось вставать. Поминая райские кущи, я тяжело поднялась, и, пошатываясь, поплелась открывать дверь. Стук не прекращался, и чем ближе я была к его источнику, тем большие страдания моей бедной голове он причинял.
Кинув взгляд на черту, я увидела, что демон ногтем миллиметр за миллиметром сцарапывает белый мел, стремясь нарушить целостность преграды. Меня прошиб холодный пот, когда я осознала уровень его силы. Это снаружи ловушка выглядит как очерченный мелом круг, а изнутри, запертого в ней пленника окружают белые непроницаемые стены. Каким же запасом энергии обладает эта тварь?
Нужно было на что-то решаться, пока обезумевший от ярости демон не вырвался на свободу. И я, набрав в легкие побольше воздуха и крепко зажмурившись, сделала шаг вперед. На миг мне показалось, что двигаться приходится через густой кисель, но это ощущение быстро закончилось, а я оказалась в белой комнате с низким потолком. Комната была удивительно светлой, хотя ламп в ловушке по определению быть не могло. Стоящий напротив меня демон в теле девушки, вероятно, не ожидал от меня подобного действа, поэтому весь подобрался, но не нападал: пытался предугадать развитие событий.
- Хочешь заключить сделку? – облизнул он губы, оставив на них свежую кровь.
- Ты видел много ангелов, заключивших сделку с демоном? – я даже удивилась.
- Я много чего видел, девочка, - разорванные губы растянулись в уродливой ухмылке. – И много чего еще увижу.
- Это не тебе решать, - как могла мягко заметила я.
- А кому? Ему? – он насмешливо поднял глаза. – Поверь мне, девочка, скоро решать во всех мирах будет только один властелин, и отнюдь не тот, кому служишь ты.
- Да, да, и я умру в муках – мы это уже слышали.
Я отмахнулась. Демонам свойственна борьба со Светом и как следствие этой непрекращающейся дуэли, в них живет надежда на скорую победу. Только вот не могут они понять, что в случае успеха не будет смысла в самом существовании Тьмы. Она сразу разобьется на несколько кусочков – один чуть светлее, другой гнилее, и состязание начнется по новой. Это суть существования мрака – война и разрушение, ведь созидать он не в состоянии.
- Ты умрешь в муках, - подтвердил демон. – Сначала я распорю тебе брюхо, и ты увидишь свои внутренности…
- Ты забываешь, что разговариваешь не с человеком, - перебила я. – С нами, наверное, нужно действовать немного по-другому.
- Поверь, девочка, - сделал демон шаг ко мне. – Ангелы тоже могут чувствовать боль.
Этот бесполезный диалог пора было прекращать. Я грустно посмотрела на девушку, тело которой так бесцеремонно было занято сущностью. Очень неприятно было осознавать, что это омерзительное существо, когда-то, как и я имело крылья и купалось в лучах солнца. Тогда еще он, наверное, мог смотреть на свет, не щуря глаза...
- Скажи свое имя, - еще раз и сама не зная зачем, попросила я.
Девушка зарычала и бросилась на меня. Мне потребовался миг, чтобы предстать в сиянии славы, в полном боевом облачении, а вот демон вырваться из сковывавшего его человеческого тела не мог. Яркий свет отбросил его к стене, и он дико закричал, закрывая лицо руками. Уверена, во всем доме в этот момент начались перебои с электричеством. Мне некуда было спешить. Я спокойно подошла и присев, опустила руку на лоб девушки. Тело ее конвульсивно задергалось, стремясь освободиться, но такой возможности я ей не дала: с силой надавила и на языке ангелов произнесла:
- Изыди.
Девушка выгнулась, выворачивая позвоночник, сильно раскрыла и так уже разорванный рот, и из нее вырвался черный дым. Он заметался вокруг, не находя выхода из ловушки. Все заволокло темной пеленой так, что казалось, я стою в тумане – это было все, на что способен был демон, лишившись спасительного человеческого тела и запертый в круге. Я извлекла из ножен длинный меч. У каждого ангела он особенный. Мой состоял из света, как и все ему подобные, но закален был жаром рассветного солнца и охлажден утренней росой. Встретившись с черным туманом, он сразу же засветился, рассеивая Тьму, и демону пришлось собраться в некое подобие призрачной темной фигуры.
Хоть в ловушке и не было углов, демону некуда было деться. Он замер, а я услышала странный полушепот, и это было тем удивительнее, что обычные демоны в таком полутуманном состоянии звуков издавать не могут:
- Не смей, давай заключим сделку…
Я, даже не дослушав, пронзила его своим мечом. Лицо мое опалило жаром преисподней, и казалось, вокруг на разные лады заговорили тысячи голосов, повторяя мое «Изыди». В ловушке, как будто пронесся ветер, да такой сильный, что я на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла, то белых, сдерживавших демона стен, уже не было. Была лишь обычная квартира с нарисованным на старом линолеуме кругом.
Я приняла человеческий облик и упала, прижимая дрожащие ладони к прохладному полу. Теперь на моем счету значился один убитый демон. Иные ангелы этим очень гордятся, а мне было так плохо, что едва не стошнило. К тому же холодной дрожью прожигала мысль о количестве моих нарушений и неминуемом теперь наказании.
Когда девушка закашлялась, я даже вздрогнула от неожиданности и не поверила своим ушам. Я видела разорванные губы, слышала, как булькает в горле кровь и помнила, как неестественно выгибалось хрупкое человеческое тело, ломая кости и выворачивая сухожилия. Мне казалось, что люди с такими повреждениями не живут, но девушка все еще хрипло дышала, не приходя, впрочем, в сознание. К ней сразу же подскочил мужчина, про которого я уже успела позабыть, и, оттолкнув меня, на коленях застыл над девушкой.
- Вызывай скорую! – это он крикнул женщине, испуганно застывшей в дверях, и резко обернувшись, схватил меня за руку.
- Помоги ей! Спаси ее! Ты же ангел! Я слышал, что эта тварь говорила! Помоги! Ты должна…- речь его была жаркой, он говорил все быстрее и быстрее, так, что слова в конце оборвались в пустоту, оставляя чувство недосказанности.
- Я не могу, - стыд жаром опалил щеки. – Она умирает, значит пришло ее время. У меня инструкции.
Последнюю фразу я проговорила шепотом, опустив глаза и боясь взглянуть в глаза своего мучителя. Как странно: просил помощи он, а я мысленно умоляла его остановиться и не заставлять меня делать то, на что совершенно не имею права.
- Какое время? – закричал мужчина, схватив меня за подбородок и вынуждая смотреть на него. – Если бы не эта тварь, она бы еще жила и жила.
Мужчина явно не привык к беспомощности. Я прищурилась, упрямо поджав губы, и старалась не отводить взгляда от его удивительно глубоких карих глаз, сейчас ставших совсем черными от ярости и отчаяния.
- Ты не можешь этого знать.
- Помоги! – прорычал мужчина. На секунду мне показалось, что сейчас я получу удар кулаком в лицо. Но лежащая подле нас девушка вдруг захрипела и забилась в агонии. Мужчина отпустил мою руку и склонился к ее лицу.
- Не умирай! Слышишь? Скорая уже едет, потерпи, милая!
Я не могла на это просто так смотреть. В конце концов, количество моих нарушений и так уже превышает допустимые значения, поэтому еще одно погоды явно не сделает.
Я встала на колени рядом с девушкой и, положив руки на ее тяжело вздымающуюся грудь, призвала все доступные в человеческом облике силы. На руках синими жилками проявились вены, а ладони засветились красноватым согревающим светом, понемногу охватывая и тело лежащей передо мной несчастной. Мужчина охнул и отшатнулся. Вовремя - свет язычком призрачного пламени потянулся было за ним, но, потеряв связь, оборвался. Я же чувствовала на себе, как срастается каждый позвонок, каждая косточка незнакомки. Я разделила ее боль на двоих, но даже этого для нее было много, и она закричала, забилась под моими руками. От невыносимой боли мне самой хотелось кричать, но я не человек, такая слабость мне не позволительна.
Разум заполнила тьма. Я чувствовала не только боль физическую, которую причиняла разорванная плоть и изломанные кости, но и боль, которую чувствовала израненная душа. В затуманенном сознании яркими вспышками проносились воспоминания девушки, и ее ужас, и ее отчаяние становились моими.
Казалось, эта пытка продолжается вечность, но на деле прошло не больше минуты. Как-то совсем уж неожиданно я почувствовала, что повреждений на теле больше нет, и оборвала связь. Не было больше соединяющего нас призрачного пламени, но тело помнило боль, а душа саднила от страданий. У девушки единственным напоминанием остались только два отпечатка моих ладоней на груди, бледнеющие едва заметными застарелыми пятнами.
- У вас кровь, - тихо сказал мужчина.
Я повела мутным взглядом и молча уставилась на него. Тяжело было прийти в себя и осознать окружающую реальность.
- Вот здесь, - пояснил он, и осторожно протянув руку, вытер кровь с моих губ. – Вы, наверное, прикусили их, когда старались не кричать. От боли.
- Вы заметили? – хрипло спросила я. Горло першило. Скорее всего, демон повредил девушке гортань, а я теперь испытывала на себе остатки ранения.
- Я впервые видел ангела, излечивающего человека.
- Странно. Судя по тому, с какой уверенностью вы мне говорили о том, что я должна, вы каждый день ангелов в роли лекарей наблюдаете.
- Извините, - немного смутился мужчина. – Я не должен был кричать на вас.
- Вы многого не должны были делать. Например, пытаться изгнать демона.
- Ну да, конечно, - огрызнулся мужчина. – Нужно было ждать, пока он изнутри разрушит мою невесту.
- Если бы я вовремя не появилась, он бы вас снаружи разрушил! – возмутилась я. – Вам не под силу было его уничтожить, слишком силен. Я вообще удивлена, что вы его в круг заключили.
Мужчина смутился и отвернулся к девушке, скрывая свое лицо. Она еще не пришла в себя, но это уже было делом пяти минут.
- Как вы заперли демона в ловушке, - злясь на молчание, прошипела я. И, решив, что нарушать, так нарушать, на ангельском языке добавила: - Отвечайте.
Мужчина спокойно повернулся и, еле сдерживая улыбку, ответил:
- Нет.
Я опешила. Как нет-то? Не могут люди вот так просто не выполнить приказ. Я даже в книгах о таком упоминаний не встречала. А мужчина, наслаждаясь моими изумлением и растерянностью, наклонился и явно издеваясь, сказал:
- В следующий раз просто примените слово «пожалуйста». Поверьте, оно иногда действует намного более эффективно, чем приказы.
И, глядя на мое ошарашенное лицо, откинул голову назад и расхохотался.
- У вас истерика, - ядовито сказала я. Затем встала и, пошатнувшись на дрожащих от напряжения ногах, добавила: - И прежде чем учить меня хорошим манерам, самому следовало выучить слово «спасибо».
- Я учту, - серьезно кивнул мужчина, резко прекратив смеяться. – Но я был бы больше благодарен, если бы не пришлось вас упрашивать помочь.
- Если бы да кабы, - передразнила я. Ну да, это было не очень достойно, но что делать, если этот человек меня так бесит. И от размышлений, что бы еще такого обидного ввернуть, меня спасла женщина, которая должна была вызвать скорую. Она влетела в комнату и, заламывая руки, закричала:
- Здесь, здесь она лежит, моя кровиночка.
Дальнейшие ее слова потонули в слезах. В комнату, нисколько не спеша, вошел грузный мужчина в белом халате и с чемоданчиком. По-видимому, приехал доктор.
- Что у вас тут произошло? – позевывая, спросил он, неприязненно окидывая взглядом комнату, мебель в которой была сдвинута к одной стене. Представляю, как мы выглядели со стороны – просто сборище алкашей, ночью устроившие пьяную драку. Я, с помятым от исцеления лицом и с опаленными жаром преисподней бровями, женщина с опухшими от слез глазами, мужчина в нарисованном мелом круге и, как апофеоз происходящего - лежащая в этом же круге девушка без сознания и в порванной одежде. Неудивительно, что оглядев наш квартет, врач поставил чемоданчик на пол и безмятежно уточнил:
- Какой день пьете?
- Мы не пьем! – возмущенно всплеснула руками женщина. – Мы дьявола изгоняли.
- Ну вот, а говорите не пьете, - укоризненно покачал головой врач и кивнул сидящему на коленях мужчине. Что тут говорить, из нас всех он выглядел приличнее всего. – Девушку по голове били?
- Нет, просто сознание потеряла, - последовал спокойный ответ. – Мы немного испугались, осмотрите ее, пожалуйста, - и, посмотрев на меня, ехидно добавил. – Она, в отличие от других присутствующих здесь дам, абсолютно трезва.
Я задохнулась возмущением, и даже не сопротивляясь, последовала за женщиной на кухню. Там я была усажена на стул, напоена чаем, и узнала, что женщина, просившая помощи - Карина Сергеевна, а дочь ее, в настоящий момент лежащая в комнате на полу – Дарья. Женщина была крайне общительной, рассказала обо всех родственниках, вплоть до пятого колена, но тему одержимости своей дочери почему-то избегала, что было странно, учитывая, какую роль я сыграла в ее спасении. Меня это злило, но настаивать я не решалась.
Карина Сергеевна поставила передо мной чай, немного кособокое, но все равно аппетитное на вид печенье и желудок опять заворчал, напоминая о себе.
- Вы голодны? – обрадовалась женщина. И тут же из холодильника под тусклый свет старой лампочки появились борщ и котлеты. Карина Сергеевна мигом нарезала хлеб крупными ломтями, а я даже и не думала отказываться, радуясь, что хотя бы одной проблемой стало меньше.
Утолив голод, в квартире я задерживаться не стала. Карина Сергеевна проводила меня до лестничной площадки, беспрестанно заверяя в своей искренней благодарности. Эти слова, только в разных вариациях, я слушала последние 15 минут, поэтому даже ничего не отвечала, а просто кивала.
Спросить о самочувствии Дарьи очень хотелось, но я не решилась. Ни она сама, ни этот хамоватый мужчина, имени которого я так и не узнала, из комнаты не вышли даже после ухода врача. Я чувствовала, что все в порядке. Тело девушки было полностью здорово, а душе ее, подвергшейся насилию демона, просто необходим был отдых и любимый человек рядом.
Честно говоря, я жутко устала. Поэтому просто поднялась к себе, и, приняв душ, рухнула на диван, мгновенно погрузившись в вязкие объятия сна.
Глава 4.
Я не люблю когда мне врут,
Но от правды я тоже устал,
Я пытался найти приют,
Говорят, что плохо искал.
И я не знаю каков процент
Сумасшедших на данный час,
Но, если верить глазам и ушам –
Больше в несколько раз…
В.Цой
Пробуждение было, мягко говоря, не очень приятным. В мою распухшую от недосыпа голову, жутким грохотом, вызывающим боль в висках, ворвался обычный вроде бы стук в дверь. Недовольно застонав, я открыла глаза. Стук повторился, но уже гораздо настойчивее. Кстати, по моему мнению, колотить стали ногой.
Решив, что это уже хамство, я решила сделать вид, что меня дома нет, и пусть стучат хоть обстучатся. Как говорят на Земле – на незвано не ходи, на нестлано не ложись. Но, недовольно ерзая на скрипучем диване, я неудачно повернулась и, коротко вскрикнув, оказалась на полу. Удары в дверь ненадолго прекратились, по-видимому, стоящий на пороге дверной террорист меня услышал, но надолго его не хватило - подождав две секунды, он вновь принялся тарабанить. Каждый из стуков болью отдавался в моих висках, и если верить ощущениям, дверь скоро должна была слететь с петель, заодно, своим грохотом, сделав брешь и в моем черепе.
Пришлось вставать. Поминая райские кущи, я тяжело поднялась, и, пошатываясь, поплелась открывать дверь. Стук не прекращался, и чем ближе я была к его источнику, тем большие страдания моей бедной голове он причинял.
