— "Тропа Дерека?“ — зло засмеялся коренастый парнишка, который вышел из тени растущих рядом деревьев, — ее лет двести никто не видел, да и вряд ли она сохранилась за это время…
— Тропа Дерека защищена магией самой Вилмы. Она незрима для врагов, а для отступников тем более. И если ее никто не видел двести лет, это еще не значит, что ее нет. Правильное заклинание на шенге и она откроется вам, — ответила Настя.
Тот коренастый парнишка уже заржал во весь голос.
— Откроется… как же… заклинание-то нужно знать!
— Ударить бы тебя тяжелым обухом по голове, — сказала зло девушка, не заметив, как она опять перешла на шенгу.
Коренастый парнишка, так похожий на мишку, тут же пошатнулся, упал на колени. Недоуменно повернул голову в сторону Зика. На лице парня отразилось удивление, сменившееся на доли секунды страхом, а из носа тихонько побежала капелька крови.
— Дети… Даже не знаю, стоит ли вам открывать тропу. Понаделаете делов… — сказала Настя изменившимся голосом (Вилмы).
Изменилось и лицо девушки. Оно стало серьезным, злым, а в глазах плескались огонь, злость и усталость.
— Как ты, косолапый, — спросила Настя все тем же голосом с рычащим акцентом на родном языке ошарашенного парнишки.
А после она сама зашаталась, словно и ей прилетело обухом по голове. Но не упала, а лишь схватилась за рукав Зика, стоявшего рядом с ней.
— Я знаю нужное заклинание, которое проведет вас по тропе. Но у меня условие — я иду с вами, — сказала уже своим голосом Настя, а потом добавила, — я бы с удовольствием осталась здесь, но вас же схватят сразу же, как только вы зайдете поглубже в лес.
— Давайте не здесь. Уже все должны были прийти, — лишь сухо ответил Зик.
Зик, Настя и парни зашли в ветхий домик.
— Как ты это сделала? — удивленно прошипела Зи, ошарашенно глядя на Вилму.
Несколько секунд назад Вилма напряжено сжимала пульт, что-то говорила Насте. Потом… исчезла, буквально на несколько мгновений. От нее оставалась лишь легкая дымка-силуэт. Но через мгновение светловолосая девушка-воин опять появилась.
Вилма отложила пульт.
— Я была очень зла, сосредоточена на том, что происходит здесь, — она кивком указала на телевизор, — это же дети!!! Куда смотрят их отцы! Да, они кровники, вон из рода медвежьих один точно есть… но это же дети… им еще учиться нужно!
— Не такие уж это и дети. Сама вспомни — именно в этом возрасте ты впервые пошла в поход со своим отцом, — напомнила Зи.
— Да, но там была полноценный отряд, а нас малявок было всего четверо.
— И никто не относился к вам как к малявкам. Это ты уже потом ввела многоступенчатую подготовку, для разных ступеней и рангов, - Зименея вздохнула и сказала дальше очевидное — Похоже у тебя сейчас есть только эти «дети». Чет взрослых боеспособных мужиков в деревне я особо не видела. Либо покалечены, либо их нет вовсе…
А в домике-развалюшке меж тем шли ожесточенные «дебаты». Дом был битком набит народом. Ну как народом? Детьми, мальчишками подростками, да несколькими взрослыми калеками.
— Это из-за нее отступники пришли раньше времени, — кричал кто-то из толпы пришедших мальчишек.
— Её нужно отдать, может тогда они вернут девок… — кто-то вторил в ответ.
— Не, а… не вернут, — сказал Зик, — или вы не знаете этих ублюдков? Они вообще хотят отменить право полнолуния, чтобы забирать девочек, когда им вздумается. Я слышал обрывки их разговора, когда те уводили Малику. И осталась ли твоя сестра после этого жива?
— А сейчас они забрали Зилю и Асту, — грустно подытожил парнишка с раскосыми зелеными глазами.
«Будто кошачьи» — промелькнуло в голове у Насти, лишь только она взглянула на этого мальчишку. Красив, даже очень завораживающе красив. И похож на ту темноволосую девушку, что тащили звероподобные. «Точно, это же ее брат!» — стремительно проскочила мысль-догадка у Насти.
— Обмена эти ублюдки не примут, — начал Зик. — Они привыкли брать все силой. Нужно забрать девок, пока они начали куражиться. Сая рассказывала, что шаман сначала маринует их страхом, а сами «развлечения» начинаются ближе к полуночи. У нас осталось мало времени. Нужно вытащить девчонок, и спрятать их. Не нашли же они других.
— И дать бой! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Мы готовы. А с тропой Дерека нам удастся прокрасться незаметно, — сказал крепыш, так напоминавший своей фигурой медведя.
— Берг, какая еще тропа Дерека? — переспросил кто-то из пришедших парней.
— Самая настоящая, — сказал, шмыгнув носом и машинально проведя по нему рукой, Берг. — Она знает нужное заклинание и откроет ее, — он указал на Настю, — я ей верю, Она нас проведет по ней.
Парнишки еще немного погудели, но Зик припечатал их гомон своим твердым решением:
— Я тоже ей почему-то верю. И если вы доверяете мне, то идем с нами. Так что идем тропой Дерека, выручать Зилю и Асту?!
На самом деле, как таковой проложенной тропы Дерека не существует. Это особое заклинание, что-то вроде полога невидимости, который защищает всех тех, кто идет по «тропе». А «тропа» ведет кратчайшим путем туда, куда сердце больше всего стремится. Чуть позже объяснила Вилма Насте. После того, как был сформирован небольшой «спасательный» отряд, который вышел на улицу.
— А теперь возьми за руку Зика и сосредоточься.
Небольшой отряд из 11 человек был готов идти выручать своих. В него вошли Зик, Берг, Кит (тот самый с кошачьими глазами), Кодик (тот, что больше всех предлагал идею обмена), Редж младший (с естественной жаждой мести) и еще 5 парнишек, имен и кличек которых Настя так и толком не расслышала.
— Дай мне свою руку, — кротко сказала Настя Зику.
Девушка сосредоточилась. Она почувствовала тепло в ладонях. Доли секунд и Настя уже шепчет на шенге:
— Дерек – я знаю твой секрет, найди кратчайший путь к тому, что сердце жаждет, и защити всех тех, кто со мной пойдет.
Зик стоял неподвижно. Когда он вложил свою ладонь в руку Насти, то в какой-то момент почувствовал тяжесть металла, словно кто-то дал ему в руки кинжал. Он явственно почувствовал рукоять от тяжелого оружия. Парень невольно взглянул на руку, кода освободил свою ладонь. Но кинжала как не бывало.
Перед домиком появилась четко очерченная по краям дорожка. Ее граница светилась, словно на нее разом присело скопище светлячков, которые выстроились в четкую светодиодную линию.
В начале тропа шла по обычной дорожке, потом сворачивала и уходила вглубь леса.
Если хотите, чтобы вас не заметили, ни за что не переступайте и не перешагивайте за границы тропы, — сказала девушка, указав на светящиеся полоски. — Пошли.
Спасти любой ценой
Звероподобные оттащили свою добычу на бывший тренировочный полигон, на развалины грандиозной искусной полосы препятствий, соседствующий когда-то с аскетичными домами и «казармами». Сложные сооружения, служившие препятствиями и тренажерами были сломаны, где-то вместо них буйно произрастали заросли, а где-то торчали их обломки, как горький упрек.
Когда-то здесь тренировались лучшие воины, а сейчас ютились отступники-предатели. Со временем превратившиеся в бандитскую шайку, что держала в страхе все близлежащие к Ваарламскому лесу деревеньки.
Членам стаи не нужны были тренировки. Они полагались на свое звериное чутье и магический одурманивающий напиток, периодически изготавливаемый шаманом. Этот напиток вытаскивал наружу их звериную суть и усиливал без того нечеловеческие способности.
Хотя, стая все-таки иногда использовала тренировочный полигон. Но большей частью не по назначению. В центре площадки то и дело торчали мишени — проломанные и уцелевшие под напором метательных ножей и кулаков. А несколько из них использовалась как «вешалки» для одежды. На них были напялены платья, выгоревшие на солнце. Их цвет слабо напоминал тот жизнерадостный голубой и желтый. Они болтались на ветру, как бесполезные тряпки. Разодранный в клочья и на полоски подол голубого платья выглядел жалко и убого. Не лучше смотрелось и желтое — в бурых разводах и пятнах.
За рядом мишеней когда-то стояла бойцовская арена. Раньше здесь бравые воины оттачивали мастерство своего рукопашного боя. А теперь… А теперь это была пыточная, тюрьма и «арена развлечений», как прозвал ее шаман.
Пленниц поместили небольшой загончик, обставленный кольями и заросшей ядреной жалящей травой. Достаточно легкого касания, и можно получить сильнейший ожог. Так что при всем желании выбраться из заточения было весьма проблематично. Если и пленник и выберется из-под этих кустов, то, скорее всего, он умрет от болевого шока.
Раньше этот закуток был местом, где участники спаррингов ждали своей очереди. А теперь пленницы ждали своей участи.
Шаман неспроста любил зрелищность. Он подпитывал свою магическую силу эмоциями. Особенно эмоциями страха и ужаса.
Театрализованность давала ему этих эмоций сверх меры. Ему даже не нужен был жетс, напиток силы, на который он подсадил всю стаю. Его фирменный, обновленный напиток содержал в себе один секретный ингредиент — кровь умирающего человека.
Все эти травки, ягодки — да бодрили, пьянили, но не шли ни в какое сравнение с некроманскими ингредиентами, которые по-своему усиливали зелья и заклинания в сто крат.
— Помести Ханта в центр и пусти ему кровь. Пусть наберется. Если перестанет течь, то режь снова, — сказал шаман Мей одному из дуболомов, — да режь вдоль, а не поперек…
— Мэй, ты обещал, что я перегрызу ему глотку, — сказал красавчик Джо, ткнув пальцем в тело охотника — он не окочурится раньше времени-то?
— Мне нужно то немного, а как начнется развлекуха ты его … — шаман показал Джо характерный жест около шеи.
— А с девчонками что делать? Одна из них в отключке, — спросил второй дуболом у мужчин.
По пути он ненароком вновь «успокоил» Зилю, и та потеряла сознание.
Шаман подошел к загону с девушками.
— Ты, рыжая, а ну-ка, приведи ее в чувство — отдал он приказ девушке.
Аста подползла к Зиле. Размяла свою шею, согрела друг об друга ледяные руки и приложила ладони к лицу брюнетки. Ладошки юной врачевательницы слегка засветились, и девушка стала что-то шептать себе под нос.
Шаман прислушался к шепоту Асты.
— Ах ты дрянь! — взревел шаман и стремглав вбежал в загончик, и с размаху ударил рыжульку.
Девушка отлетела назад, на переплетенные травой прутья. А после, кое-как, поднялась. На ее лице красовались кровавые ожоги, которые медленно и словно «нехотя» затягивались.
Шаман шагнул к Асте, схватил ее за подбородок.
— Смотри на меня, дрянь! Сними с нее сон!
— Нет, — твердо ответила девушка, — вы не разбудите ее, даже если будете резать на кусочки. Она проспит три дня, — и девушка плюнула в лицо озверевшего мужчины.
Юная целительница хотела было добавить, что теперь она вряд ли сможет вывести ее из этого состояния, ведь на заклинание она истратила почти все свои силы. Но девушка промолчала.
Шаман ненадолго отвернулся, стерев плевок с лица, и зло посмотрел на Асту.
— Что ж, посмотрим, как ты заговоришь через сейм, — он уставился немигающим взглядом на девушку. Руками он удерживал ее лицо, чтобы она не могла отвести свой взгляд от него.
Через минуту девушка обмякла и со стеклянными глазами уселась на полу. Схватила свои коленки и стала раскачиваться из стороны в сторону.
— Джо идем, мне нужно кое-что принести сюда для ритуала. Да и тебя подлатать неплохо было бы, опять раны закровили. А ты следи, чтобы полная чаша набралась, — отдавал последние приказы дуболому и вожаку стаи шаман.
Спасательный отряд благополучно добрался до полигона. Было весьма странно видеть на пути контрольные посты с патрулями буквально у себя перед носом. Но отступники словно не видели их. Даже когда те подходили к тропе на расстоянии вытянутой руки. Они не видели парней, что стояли в «боевой стойке», готовые сражаться и защищать себя и хрупкую светловолосую девушку.
До полигона оставалось метров сто, как вдруг тропа разделилась. Дорожка разбежалась в разные, противоположные стороны.
— Как так? Почему две дороги? — спросил кто-то из отряда.
— Наверное, потому, что цели разделились, сказала задумчиво Настя, — девушек же две.
— Значит, и нам нужно разделиться. Парни без самодеятельности. Берем девчонок и уходим. А если нет… — Зик побледнел, — вы знаете, что делать. Так, Берг, Кит Зонг, Кодик и Стрелок идите по правой дороге. А мы пойдем налево.
Отряд разделился. Настя отправилась к пленницам, а вторая половина следовала прямо к «резиденции» красавчика Джо, где шаман вновь латал его раскрывающиеся раны. Сердце Зика жаждало не только спасения сестры, но и расправы с главарем шайки.
«Красавчик Джо» — прозвище, что прилипло к его имени, стало теперь издевкой. Такого «красавчика» увидеть жутко даже в самом страшном сне, а не то чтобы в реальности. Но от этого он стал еще злее и яростнее. Теперь уж точно, истинный вожак стаи, а не хитрый делец, что обманом выиграл бывшего «старичка».
Довольно быстро Настя и мальчишки вышли к девушкам. Тропа привела их к тому самому закутку, но с противоположной стороны. Громила дуболом, что стерег пленниц не заметил приближение отряда. Заклинание «тропы Дерека» все также укрывало их пологом невидимости.
Аста сидела на земле, скрючившись и обнимая свои коленки. Смотрела в пустоту стеклянными глазами. А Зиля мирно спала, как младенец. Девушка даже улыбалась во сне.
Аста не реагировала, даже когда в нее бросили маленькие камушки. Те лишь отлетели от ее тела, а она продолжала сидеть и раскачиваться. Казалось, вот протяни руку сквозь прутья импровизированной заросшей решетки, и дотронешься до девушки. Настя так и сделала.
Сотни жалящих иголок вонзились в ее обнаженную кисть. Неимоверным усилием воли девушка сдержала крик и лишь машинально одернула руку, на которой появились огромные волдыри. К счастью, они постепенно стали затягиваться. Постепенно стала уходить и боль.
— Дай я попробую, — прошептал Редж младший. Он, надел перчатки, взял нож и попытался срезать растения и сломать прутья. Но лишь только он приблизился к ограде, как живо отдернул руку. Легкое касание, и он был готов уже истошно заорать, но не успел. Другой парнишка ловко закрыл ему рот.
— Больно, — едва не плача, проскулил парнишка и содрал с себя перчатки.
Его правая рука была вся красная, словно ее ошпарили кипятком.
— Дай, посмотрю,— прошептала Настя, — Зименея помоги, — и девушка стала шептать на шенге заживляющее заклинание.
Через мгновение рука парня вновь приобрела здоровый вид. Он осторожно пошевелил пальцами, не веря в благополучный исход.
— Дай мне нож, — сказала девушка, — жженка мне не причинит такого вреда, как вам, — и она показала свою руку, — отвлеките громилу.
Настя осторожно стала прорубать проход. А парни не нашли другого способа отвлечь дуболома, как вступить с ним в открытый бой.
Громила поначалу отбивался от парней, как прошкадивший медведь, разозливший улей с пчелами. Парни изо всех сил старались повалить своего противника, но все было без толку. Время от времени они отлетали от громилы, словно ничего не весили, как пушинки. Вот неудачно упал «Тощий», за ним Редж младший, сбив и подвинув импровизированный каменный стол, на котором лежало тело Ханта. Оба парня потеряли сознание.
С озверевшим громилой сражались трое, в том числе и Рик. Злость противника придавала ему дополнительные силы. Отступник стал принимать звероподобную форму. Огромные руки превращались в медвежьи лапы, лицо стало напоминать звериную морду.
— Тропа Дерека защищена магией самой Вилмы. Она незрима для врагов, а для отступников тем более. И если ее никто не видел двести лет, это еще не значит, что ее нет. Правильное заклинание на шенге и она откроется вам, — ответила Настя.
Тот коренастый парнишка уже заржал во весь голос.
— Откроется… как же… заклинание-то нужно знать!
— Ударить бы тебя тяжелым обухом по голове, — сказала зло девушка, не заметив, как она опять перешла на шенгу.
Коренастый парнишка, так похожий на мишку, тут же пошатнулся, упал на колени. Недоуменно повернул голову в сторону Зика. На лице парня отразилось удивление, сменившееся на доли секунды страхом, а из носа тихонько побежала капелька крови.
— Дети… Даже не знаю, стоит ли вам открывать тропу. Понаделаете делов… — сказала Настя изменившимся голосом (Вилмы).
Изменилось и лицо девушки. Оно стало серьезным, злым, а в глазах плескались огонь, злость и усталость.
— Как ты, косолапый, — спросила Настя все тем же голосом с рычащим акцентом на родном языке ошарашенного парнишки.
А после она сама зашаталась, словно и ей прилетело обухом по голове. Но не упала, а лишь схватилась за рукав Зика, стоявшего рядом с ней.
— Я знаю нужное заклинание, которое проведет вас по тропе. Но у меня условие — я иду с вами, — сказала уже своим голосом Настя, а потом добавила, — я бы с удовольствием осталась здесь, но вас же схватят сразу же, как только вы зайдете поглубже в лес.
— Давайте не здесь. Уже все должны были прийти, — лишь сухо ответил Зик.
Зик, Настя и парни зашли в ветхий домик.
— Как ты это сделала? — удивленно прошипела Зи, ошарашенно глядя на Вилму.
Несколько секунд назад Вилма напряжено сжимала пульт, что-то говорила Насте. Потом… исчезла, буквально на несколько мгновений. От нее оставалась лишь легкая дымка-силуэт. Но через мгновение светловолосая девушка-воин опять появилась.
Вилма отложила пульт.
— Я была очень зла, сосредоточена на том, что происходит здесь, — она кивком указала на телевизор, — это же дети!!! Куда смотрят их отцы! Да, они кровники, вон из рода медвежьих один точно есть… но это же дети… им еще учиться нужно!
— Не такие уж это и дети. Сама вспомни — именно в этом возрасте ты впервые пошла в поход со своим отцом, — напомнила Зи.
— Да, но там была полноценный отряд, а нас малявок было всего четверо.
— И никто не относился к вам как к малявкам. Это ты уже потом ввела многоступенчатую подготовку, для разных ступеней и рангов, - Зименея вздохнула и сказала дальше очевидное — Похоже у тебя сейчас есть только эти «дети». Чет взрослых боеспособных мужиков в деревне я особо не видела. Либо покалечены, либо их нет вовсе…
А в домике-развалюшке меж тем шли ожесточенные «дебаты». Дом был битком набит народом. Ну как народом? Детьми, мальчишками подростками, да несколькими взрослыми калеками.
— Это из-за нее отступники пришли раньше времени, — кричал кто-то из толпы пришедших мальчишек.
— Её нужно отдать, может тогда они вернут девок… — кто-то вторил в ответ.
— Не, а… не вернут, — сказал Зик, — или вы не знаете этих ублюдков? Они вообще хотят отменить право полнолуния, чтобы забирать девочек, когда им вздумается. Я слышал обрывки их разговора, когда те уводили Малику. И осталась ли твоя сестра после этого жива?
— А сейчас они забрали Зилю и Асту, — грустно подытожил парнишка с раскосыми зелеными глазами.
«Будто кошачьи» — промелькнуло в голове у Насти, лишь только она взглянула на этого мальчишку. Красив, даже очень завораживающе красив. И похож на ту темноволосую девушку, что тащили звероподобные. «Точно, это же ее брат!» — стремительно проскочила мысль-догадка у Насти.
— Обмена эти ублюдки не примут, — начал Зик. — Они привыкли брать все силой. Нужно забрать девок, пока они начали куражиться. Сая рассказывала, что шаман сначала маринует их страхом, а сами «развлечения» начинаются ближе к полуночи. У нас осталось мало времени. Нужно вытащить девчонок, и спрятать их. Не нашли же они других.
— И дать бой! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Мы готовы. А с тропой Дерека нам удастся прокрасться незаметно, — сказал крепыш, так напоминавший своей фигурой медведя.
— Берг, какая еще тропа Дерека? — переспросил кто-то из пришедших парней.
— Самая настоящая, — сказал, шмыгнув носом и машинально проведя по нему рукой, Берг. — Она знает нужное заклинание и откроет ее, — он указал на Настю, — я ей верю, Она нас проведет по ней.
Парнишки еще немного погудели, но Зик припечатал их гомон своим твердым решением:
— Я тоже ей почему-то верю. И если вы доверяете мне, то идем с нами. Так что идем тропой Дерека, выручать Зилю и Асту?!
На самом деле, как таковой проложенной тропы Дерека не существует. Это особое заклинание, что-то вроде полога невидимости, который защищает всех тех, кто идет по «тропе». А «тропа» ведет кратчайшим путем туда, куда сердце больше всего стремится. Чуть позже объяснила Вилма Насте. После того, как был сформирован небольшой «спасательный» отряд, который вышел на улицу.
— А теперь возьми за руку Зика и сосредоточься.
Небольшой отряд из 11 человек был готов идти выручать своих. В него вошли Зик, Берг, Кит (тот самый с кошачьими глазами), Кодик (тот, что больше всех предлагал идею обмена), Редж младший (с естественной жаждой мести) и еще 5 парнишек, имен и кличек которых Настя так и толком не расслышала.
— Дай мне свою руку, — кротко сказала Настя Зику.
Девушка сосредоточилась. Она почувствовала тепло в ладонях. Доли секунд и Настя уже шепчет на шенге:
— Дерек – я знаю твой секрет, найди кратчайший путь к тому, что сердце жаждет, и защити всех тех, кто со мной пойдет.
Зик стоял неподвижно. Когда он вложил свою ладонь в руку Насти, то в какой-то момент почувствовал тяжесть металла, словно кто-то дал ему в руки кинжал. Он явственно почувствовал рукоять от тяжелого оружия. Парень невольно взглянул на руку, кода освободил свою ладонь. Но кинжала как не бывало.
Перед домиком появилась четко очерченная по краям дорожка. Ее граница светилась, словно на нее разом присело скопище светлячков, которые выстроились в четкую светодиодную линию.
В начале тропа шла по обычной дорожке, потом сворачивала и уходила вглубь леса.
Если хотите, чтобы вас не заметили, ни за что не переступайте и не перешагивайте за границы тропы, — сказала девушка, указав на светящиеся полоски. — Пошли.
Спасти любой ценой
Звероподобные оттащили свою добычу на бывший тренировочный полигон, на развалины грандиозной искусной полосы препятствий, соседствующий когда-то с аскетичными домами и «казармами». Сложные сооружения, служившие препятствиями и тренажерами были сломаны, где-то вместо них буйно произрастали заросли, а где-то торчали их обломки, как горький упрек.
Когда-то здесь тренировались лучшие воины, а сейчас ютились отступники-предатели. Со временем превратившиеся в бандитскую шайку, что держала в страхе все близлежащие к Ваарламскому лесу деревеньки.
Членам стаи не нужны были тренировки. Они полагались на свое звериное чутье и магический одурманивающий напиток, периодически изготавливаемый шаманом. Этот напиток вытаскивал наружу их звериную суть и усиливал без того нечеловеческие способности.
Хотя, стая все-таки иногда использовала тренировочный полигон. Но большей частью не по назначению. В центре площадки то и дело торчали мишени — проломанные и уцелевшие под напором метательных ножей и кулаков. А несколько из них использовалась как «вешалки» для одежды. На них были напялены платья, выгоревшие на солнце. Их цвет слабо напоминал тот жизнерадостный голубой и желтый. Они болтались на ветру, как бесполезные тряпки. Разодранный в клочья и на полоски подол голубого платья выглядел жалко и убого. Не лучше смотрелось и желтое — в бурых разводах и пятнах.
За рядом мишеней когда-то стояла бойцовская арена. Раньше здесь бравые воины оттачивали мастерство своего рукопашного боя. А теперь… А теперь это была пыточная, тюрьма и «арена развлечений», как прозвал ее шаман.
Пленниц поместили небольшой загончик, обставленный кольями и заросшей ядреной жалящей травой. Достаточно легкого касания, и можно получить сильнейший ожог. Так что при всем желании выбраться из заточения было весьма проблематично. Если и пленник и выберется из-под этих кустов, то, скорее всего, он умрет от болевого шока.
Раньше этот закуток был местом, где участники спаррингов ждали своей очереди. А теперь пленницы ждали своей участи.
Шаман неспроста любил зрелищность. Он подпитывал свою магическую силу эмоциями. Особенно эмоциями страха и ужаса.
Театрализованность давала ему этих эмоций сверх меры. Ему даже не нужен был жетс, напиток силы, на который он подсадил всю стаю. Его фирменный, обновленный напиток содержал в себе один секретный ингредиент — кровь умирающего человека.
Все эти травки, ягодки — да бодрили, пьянили, но не шли ни в какое сравнение с некроманскими ингредиентами, которые по-своему усиливали зелья и заклинания в сто крат.
— Помести Ханта в центр и пусти ему кровь. Пусть наберется. Если перестанет течь, то режь снова, — сказал шаман Мей одному из дуболомов, — да режь вдоль, а не поперек…
— Мэй, ты обещал, что я перегрызу ему глотку, — сказал красавчик Джо, ткнув пальцем в тело охотника — он не окочурится раньше времени-то?
— Мне нужно то немного, а как начнется развлекуха ты его … — шаман показал Джо характерный жест около шеи.
— А с девчонками что делать? Одна из них в отключке, — спросил второй дуболом у мужчин.
По пути он ненароком вновь «успокоил» Зилю, и та потеряла сознание.
Шаман подошел к загону с девушками.
— Ты, рыжая, а ну-ка, приведи ее в чувство — отдал он приказ девушке.
Аста подползла к Зиле. Размяла свою шею, согрела друг об друга ледяные руки и приложила ладони к лицу брюнетки. Ладошки юной врачевательницы слегка засветились, и девушка стала что-то шептать себе под нос.
Шаман прислушался к шепоту Асты.
— Ах ты дрянь! — взревел шаман и стремглав вбежал в загончик, и с размаху ударил рыжульку.
Девушка отлетела назад, на переплетенные травой прутья. А после, кое-как, поднялась. На ее лице красовались кровавые ожоги, которые медленно и словно «нехотя» затягивались.
Шаман шагнул к Асте, схватил ее за подбородок.
— Смотри на меня, дрянь! Сними с нее сон!
— Нет, — твердо ответила девушка, — вы не разбудите ее, даже если будете резать на кусочки. Она проспит три дня, — и девушка плюнула в лицо озверевшего мужчины.
Юная целительница хотела было добавить, что теперь она вряд ли сможет вывести ее из этого состояния, ведь на заклинание она истратила почти все свои силы. Но девушка промолчала.
Шаман ненадолго отвернулся, стерев плевок с лица, и зло посмотрел на Асту.
— Что ж, посмотрим, как ты заговоришь через сейм, — он уставился немигающим взглядом на девушку. Руками он удерживал ее лицо, чтобы она не могла отвести свой взгляд от него.
Через минуту девушка обмякла и со стеклянными глазами уселась на полу. Схватила свои коленки и стала раскачиваться из стороны в сторону.
— Джо идем, мне нужно кое-что принести сюда для ритуала. Да и тебя подлатать неплохо было бы, опять раны закровили. А ты следи, чтобы полная чаша набралась, — отдавал последние приказы дуболому и вожаку стаи шаман.
***
Спасательный отряд благополучно добрался до полигона. Было весьма странно видеть на пути контрольные посты с патрулями буквально у себя перед носом. Но отступники словно не видели их. Даже когда те подходили к тропе на расстоянии вытянутой руки. Они не видели парней, что стояли в «боевой стойке», готовые сражаться и защищать себя и хрупкую светловолосую девушку.
До полигона оставалось метров сто, как вдруг тропа разделилась. Дорожка разбежалась в разные, противоположные стороны.
— Как так? Почему две дороги? — спросил кто-то из отряда.
— Наверное, потому, что цели разделились, сказала задумчиво Настя, — девушек же две.
— Значит, и нам нужно разделиться. Парни без самодеятельности. Берем девчонок и уходим. А если нет… — Зик побледнел, — вы знаете, что делать. Так, Берг, Кит Зонг, Кодик и Стрелок идите по правой дороге. А мы пойдем налево.
Отряд разделился. Настя отправилась к пленницам, а вторая половина следовала прямо к «резиденции» красавчика Джо, где шаман вновь латал его раскрывающиеся раны. Сердце Зика жаждало не только спасения сестры, но и расправы с главарем шайки.
«Красавчик Джо» — прозвище, что прилипло к его имени, стало теперь издевкой. Такого «красавчика» увидеть жутко даже в самом страшном сне, а не то чтобы в реальности. Но от этого он стал еще злее и яростнее. Теперь уж точно, истинный вожак стаи, а не хитрый делец, что обманом выиграл бывшего «старичка».
Довольно быстро Настя и мальчишки вышли к девушкам. Тропа привела их к тому самому закутку, но с противоположной стороны. Громила дуболом, что стерег пленниц не заметил приближение отряда. Заклинание «тропы Дерека» все также укрывало их пологом невидимости.
Аста сидела на земле, скрючившись и обнимая свои коленки. Смотрела в пустоту стеклянными глазами. А Зиля мирно спала, как младенец. Девушка даже улыбалась во сне.
Аста не реагировала, даже когда в нее бросили маленькие камушки. Те лишь отлетели от ее тела, а она продолжала сидеть и раскачиваться. Казалось, вот протяни руку сквозь прутья импровизированной заросшей решетки, и дотронешься до девушки. Настя так и сделала.
Сотни жалящих иголок вонзились в ее обнаженную кисть. Неимоверным усилием воли девушка сдержала крик и лишь машинально одернула руку, на которой появились огромные волдыри. К счастью, они постепенно стали затягиваться. Постепенно стала уходить и боль.
— Дай я попробую, — прошептал Редж младший. Он, надел перчатки, взял нож и попытался срезать растения и сломать прутья. Но лишь только он приблизился к ограде, как живо отдернул руку. Легкое касание, и он был готов уже истошно заорать, но не успел. Другой парнишка ловко закрыл ему рот.
— Больно, — едва не плача, проскулил парнишка и содрал с себя перчатки.
Его правая рука была вся красная, словно ее ошпарили кипятком.
— Дай, посмотрю,— прошептала Настя, — Зименея помоги, — и девушка стала шептать на шенге заживляющее заклинание.
Через мгновение рука парня вновь приобрела здоровый вид. Он осторожно пошевелил пальцами, не веря в благополучный исход.
— Дай мне нож, — сказала девушка, — жженка мне не причинит такого вреда, как вам, — и она показала свою руку, — отвлеките громилу.
Настя осторожно стала прорубать проход. А парни не нашли другого способа отвлечь дуболома, как вступить с ним в открытый бой.
Громила поначалу отбивался от парней, как прошкадивший медведь, разозливший улей с пчелами. Парни изо всех сил старались повалить своего противника, но все было без толку. Время от времени они отлетали от громилы, словно ничего не весили, как пушинки. Вот неудачно упал «Тощий», за ним Редж младший, сбив и подвинув импровизированный каменный стол, на котором лежало тело Ханта. Оба парня потеряли сознание.
С озверевшим громилой сражались трое, в том числе и Рик. Злость противника придавала ему дополнительные силы. Отступник стал принимать звероподобную форму. Огромные руки превращались в медвежьи лапы, лицо стало напоминать звериную морду.
