Мало того, даже полностью определить потенциал будет возможно тоже нескоро. С тех пор от меня отстали. А я сама разрывалась между работой над собой, и оттягиванием времени. Ведь если подумать, то навык боевого мага ценная штука. И вот надо подстроить все так, чтобы быть уже почти дееспособным магом, но еще не получить метку Мерсонереса, которая мне не позволит сбежать уж точно.
И если совсем уж быть честной, я была довольна происходящим. Наконец все между нами с хозяином встало на свои места. Стабильность, спокойствие, уверенность. Почва под ногами. Я послушалась мудрого совета и смирилась со всем этим, отогнала от себя мысли о том, что всего этого со мной могло бы и не быть. Оно есть, от этого никуда не уйти. И так просто и быстро ничего не решить.
Да. Пришлось признать и то, что, вполне возможно, мне навсегда придется остаться на Крайне. Очень бы хотелось надеяться, что не в положении наложницы. И, кстати, если все же я не понесу от хранителя, а этого не произойдет, я уверена, то со временем его койку займут другие. А я смогу стать просто магом. Что не так уж и плохо, и не вызывает во мне отвращения и ужаса.
Сам по себе мир перестал казаться ужасающим и отвратительным. Я скучала только по кофе и интернету, тут да. Но были и свои плюсы. Особенно выделялась бытовая магия! И это не самомоющаяся посуда, например, неет. Это всегда свежий воздух и приятная температура в комнате, например.
Теплая еда или, наоборот, прохладная, сколько угодно. Всегда чистая и выглаженная одежда, которая защищает даже от небольших ушибов и ссадин. И все в этом роде. Шикарно. Мы, живя в техническом мире, настолько уверены, что лучше и быть не может, крупно ошибаемся. Возможно все организовать без технических костылей, а само собой, само по себе, близко к сути вещей.
Человек вообще особое существо, ко всему сумеет привыкнуть, приспособиться, смириться. С одной стороны это кажется слабостью. Но сейчас я понимаю, что это реальное эволюционное преимущество. Что бы со мной было, продолжи я сопротивляться всему, что здесь происходит? Да, поди, выбросилась из окна бы в первые недели пребывания тут, да и все. Безрадостно как-то.
-- Ты чего задумалась? -- я даже не заметила, как пришла Ная, -- сидишь, и в книгу не смотришь, и вид отрешенный.
-- О своей судьбе размышляю, -- не стала обманывать я, -- мне кажется, что уже привыкла тут жить. Планы вот строю…
-- Это же замечательно! -- всплеснула руками девушка, -- нет ничего хуже, когда вокруг все чужое и нежеланное.
-- Видимо, ты знаешь о чем говоришь, -- пожала плечами.
-- Ну, как тебе сказать, -- вздохнула та, -- мне особо решать не приходилось. Я родилась магом, Мерсонерес по своей воле или Мерсонерес волоком. Я шла сама и с радостью. Это значительно лучшая участь, чем оказаться проданной жирному и вонючему старику в качестве жены. Вот действительно, лучше уж гарем здесь. Господа хотя бы красивые…
Какая же она непосредственная. Не зря говорят, что простота хуже воровства. И обижаться на нее глупо, и одергивать смысла нет. Просто обидится как в дороге к Персту безмолвия и все. А потом забудет обиду и все будет как обычно.
-- Господа? -- решила сменить тему, -- я слышала, что у господина Кайла есть, вроде бы, брат, господин Ирвин. А как это все выглядит? Вроде бы у Мерсонереса же один хранитель? Совсем не разобралась в этой иерархии.
-- Ооо! Я с удовольствием все объясню, -- устроилась поудобнее Наяна, -- господин Кайл -- старший брат, хотя дар у него совсем непривычный для хранителя. Через год, примерно, родился господин Ирвин. Он с раннего детства проявлял способности к боевой магии, лидерству. Злая шутка. В итоге их отец решил отступить от традиций и отдать пост хранителя младшему брату.
-- А это законно?
-- В целом то, что братьев оказалось двое, уже нестандартная ситуация, -- покачала головой Ная, -- потому это допустимо, так скажем.
Я закивала головой. Понятно, мол.
-- И все были согласны. Кроме самого господина Ирвина. Тот попросту сбежал в момент передачи силы. Но его дождались. И добились от него согласия стать хранителем. Все же, целитель и менталист -- не совсем то, что хотелось бы видеть в качестве силы и опоры государства.
И снова вполне понятно и логично.
-- Вот только… -- чуть помедлила девушка, -- Мерсонерес его не принял, совсем. Когда же ритуал провели с господином Кайлом, все прошло отлично.
-- Интересная история, -- задумчиво протянула я, -- очень интересная. И поучительная.
-- И в чем же ты видишь здесь поучительность? -- подняла бровь Ная.
-- Себя не обманешь, -- подмигнула ей я.
Та все равно не поняла, но я решила не спорить. Просто пожала плечами и улыбнулась. Все же, хорошая девушка, легкая, искренняя, честная и открытая. Как хорошо, что я ее встретила. Без нее мне здесь было бы в сотни раз тяжелее.
Ная открыла учебник, сегодня будут общие занятия по теории, к которым следует подготовиться. Сильно с нами не возились. Читаем сами, задаем вопросы, проверяем знания устно. Далее вырабатываем навыки, проверяем на практике. Все просто. Никаких сложных методик или замороченной педагогики. И, скажу я вам, ввиду серьезной мотивации присутствующих, результаты очевидны.
Никто не отлынивает, хотя, многие ученики ведут достаточно разгульный образ жизни. Слишком дисциплиной нас не мучают. Но очень уж зависит дальнейшая судьба от того, как сложится с магией и какие будут успехи. Так что все, как миленькие, трудятся, учатся. И в библиотеке пусто не бывает.
Но на полноценное образовательное заведение Мерсонерес, конечно, не тянет. Учеников меньше сотни, половина из них уже приставлена к своим обязанностям. Больше те, кто не обладает особым даром и смысла его сильно развивать все равно нет. Ну или совсем сильные маги, они помогают в охране, поддерживают магические инженерные системы замка.
А я со своими культяпными магическими каналами больше грела койку хранителя и училась теории. Девяноста процентов моей практики заключалось в медитации и попытке ощутить Силу, свои каналы и хоть как-то ей распорядиться. Прогресс мизерный. И это еще после купания в источнике. Что бы было без него -- страшно представить. Точнее, ничего бы не было и все.
В библиотеку зашла Риса и прямиком направилась ко мне. Заметив, что я смотрю на нее, поманила пальцем к себе, я кивнула. Подошла к библиотекарю, попросила записать, что эту книгу я взяла с собой, захватила еще два учебника, ибо нельзя отставать от программы.
-- Господин Кайл изъявил желание взять тебя с собой в поездку, -- как только мы остались без свидетелей, сообщила Риса, -- выезжать уже через пару часов. Потому сейчас отправишься в купальник, там приведут тебя в порядок, а Лесна соберет пока твои вещи.
Конечно, хотелось спросить, что за поездка. Но не в моей спутницы. Она просто подожмет губы и посмотрит на меня как на мерзкую раздавленную улитку. Наложница не смеет интересоваться такими вопросами. У нее совсем иные задачи. И она мне уже не раз намекала, что я могла бы посещать занятия для таких как я. Учиться ублажать господина. Меня от этого с души воротит.
Так что я оставалась в умеренно счастливом неведении, пока меня терли, скоблили, намазывали, расчесывали. Процедуры стали привычными, я стала находить в них даже некоторое удовольствие. Тем более, что кожа действительно становится особенно нежной и мягкой, а тело легким и полным энергии.
А то что это делается лишь для того, чтобы я была приятной, бодрой и находчивой в постели… что ж, я старалась просто об этом особо не думать, не заострять на этом внимание. Потому что если концентрироваться на неприятном, ничего хорошего не будет. Унывать не в моих правилах.
Мы с Лесной вышли во двор. Она со мной не поедет, просто провожает. Девушка зачем-то пылко обняла меня и расцеловала. Странно. Как на войну отправляет. Может быть я чего-то не знаю. Спросила ее об этом, но та смутилась и сообщила, что будет скучать. Приятно. Я тоже, наверное, буду. Она хорошая.
Кайла я не видела. Оказывается, поедем в карете. Ну, или чем-то подобном, я не запомнила мудреное слово, которым называли это странное сооружение. Как небольшой фургончик на колесах. Вроде бы и лошади запряжены, но непонятно, как они потащат такую махину. Но расспрашивать не стала. В голове и так было слишком много мыслей.
Хранителя Мерсонереса я увидела только когда загрузилась в тот самый фургончик. Он сидел на удобном диване, за столом и пил что-то прохладительное из бокала. Кайл выглядел несколько усталым, задумчивым. Но не сказать, что в плохом настроении или чем-то расстроен. Скорее озабочен, не более того.
-- Как учеба? -- он внимательно посмотрел на меня.
-- Прекрасно, спасибо, -- вежливо ответила.
-- Я рад, -- он снова уткнулся в свой бокал, -- есть продвижения в практике?
-- Незначительные, -- пожала плечами я.
Сесть так и не решалась. Господин не приглашал.
-- Не хочу ехать один, -- зачем-то сообщил маг, -- будешь пить?
Я вздохнула и все же села рядом. Кайл повернулся, за спиной у него, оказывается, небольшой бар. Налил мне в стакан из небольшого графина, поставил на стол.
-- Спасибо, -- поблагодарила я. Он кивнул.
Легкое спиртное, чем-то напоминает джин с тоником. И по крепости, и в запахе что-то есть. Люблю такое. Отпила еще немного. Да, это должно скрасить путешествие.
-- Мы едем ко двору. В королевский дворец, -- не увидев во мне никакой реакции, он продолжил, -- я обязан хотя бы пару недель проводить там, а лучше и месяц, в году. Муторно, скучно, утомительно.
-- Сочувствую, -- вздохнула я.
-- Ну, думаю, с тобой это все будет значительно веселее, -- подмигнул Кайл, -- заодно посмотришь, как живут здесь аристократы. И другие маги.
-- При дворе их много?
-- Магов, или аристократов? -- наклонил голову он, -- много. Аристократы обычно сами владеют даром. А те, кому не повезло, редко появляются в обществе. Родиться без дара, без способностей считается большой неудачей. Так что семьи прячут таких отпрысков.
-- Звучит логично.
-- Ага, -- кивнул он, -- но это редко достаточно. От двух магов очень вероятно, что родится одаренный ребенок. А если учесть, что каждый из этих магов тоже рожден от одаренных, и их родители тоже были магами, и родители их родителей…
-- Династии, поколения магов.
-- Именно. Думаю, тебе будет интересно, -- он налил себе еще напитка.
-- А разве они будут со мной разговаривать?
-- О, -- оживился Кайл, -- конечно будут и с большим удовольствием. Во-первых, попаданка, у нас такое крайне редко. А во-вторых, новый человек. Им же скучно. С простолюдинами они не говорят. И потому что те их недостойны, и потому что они живут с ними в совершенно разных мирах, мыслят разными категориями.
Это мне было как раз отлично понятно. На Земле ситуация очень близкая. И даже сейчас, когда кажется, что расслоение не настолько сильное… все равно, грузчику будет сложно взаимно интересно и содержательно поддерживать беседу с дочкой олигарха. Не потому что кто-то умнее, глупее, лучше или хуже.
-- Буду работать клоуном.
Кайл рассмеялся.
Мне стало легче. Словно камень с души свалился. Женщины -- странные существа. То я радуюсь, что господин со мной не разговаривает и в душу не лезет. То наоборот, мне легче оттого, что он стал ко мне относиться как к человеку. Наверное это что-то типа Стокгольмского синдрома. Главное не забывать, что он держит меня в рабстве, против моей воли. И что это нехорошо и не отвечает морали моего мира.
Я сама чуть не прыснула от своих феерических умозаключений. Ну что за бред? Мне было бы значительно проще считать своего хозяина моральным уродом, плохим и злым. Но он таким не был, даже со всеми натяжками от моих обид. Просто мне не повезло. Но он в этом не виноват совершенно.
Он рассказал мне как устроено наше транспортное средство. Предметная магия облегчает вес до почти минимального. Силовые поля поддерживают его в балансе, не допуская и малейшего крена. Потому тянуть его может всего-лишь одна лошадь. Запрягают больше, но это для солидности и только. Потому и не качается, движение почти неощутимо, ибо мы буквально плывем по воздуху.
Кайл поднялся и поманил меня за собой. Оказывается, за узкой и низкой дверью располагалась спальня. Точнее, ее подобие. Просто помещение, состоящее из кровати.
-- Я хочу прекратить все это, -- тихо и глядя мне в глаза проговорил он.
-- Что это? -- искренне не понимаю.
-- Ты вздрогнула, а потом расслабилась и едва заметно покачала головой, точно прогоняя ненужные мысли. И я ощущаю, что твое настроение несколько раз изменилось. Ты нервничаешь.
-- Такие вещи я не могу контролировать, господин, -- образцово-показательно посмотрела в пол. Точнее, в покрывало.
Освещение было приглушенным, только магические шары, самые некрупные и неяркие. Достаточно, чтобы спокойно раздеться и сложить вещи на специальные полки, дойти до уборной, которая находится справа от входной двери. Но не настолько ярко, чтобы мешать уснуть.
-- Мы все, в той или иной мере, можем контролировать. Вопрос в средствах.
Он принялся неторопливо раздеваться. Я же просто сидела скрестив ноги, и смотрела на него. Привлекательный мужчина. Уверенный в себе. Он отлично понимает, что мне нравится смотреть. Потому и не торопится, аккуратно стягивает каждый предмет гардероба, педантично складывает его.
-- Я могу закрыть глаза. Это легко. Могу задержать дыхание. На минуту -- это запросто. На две -- уже сложнее. Но не дышать неделю я смогу только после серьезного магического вмешательства. Вот то же и с твоими эмоциями, реакциями и поведением.
Он уже снял куртку, шейный платок, верхнюю рубашку, нижнюю рубашку. Сейчас неспешно расстегивал брючный ремень. От обуви он избавился еще в соседней комнате, в самом начале вечера.
-- Ты легко можешь не хамить вслух. Это у тебя отлично получается. Не показывать открытой неприязни -- уже сложнее. Но с этим тоже дела обстоят неплохо. А вот отказаться от своих принципов, взглядов -- не выходит.
-- Может быть я не хочу… -- решила не лебезить. Раз уж мы разговариваем начистоту, тем более что.
-- А ты подумала, почему не хочешь? -- мне нечего на это сказать. Но хозяин определенно ждет внятного ответа, -- сними одежду, -- привычное указание, привычным тоном.
На нем же ничего уже не осталось. Он сидел напротив меня, словно копируя позу, скрестив ноги. И внимательно смотрел.
-- Я считаю, что мои принципы -- часть меня. Основа, суть моей личности. Отказаться от них -- потерять себя.
Все платья наложниц удобно снимать. Даже рабочие, для поездок и путешествий. Мало ли, вдруг прямо сейчас хозяин настроен насладиться своей собственностью. Я расстегивала пуговицы спереди. Старалась делать это спокойно, без подчеркнутой сухости или раздражения.
-- И где конкретно среди твоих принципов располагается тот, который отвечает за ненависть ко мне? -- поднял бровь маг.
-- Я вас не ненавижу, господин, -- ровно ответила я.
-- Но и не рада видеть. Не ищешь встречи. Скрываешь свое удовольствие в постели, хотя, поверь неплохому менталисту, ты его получаешь еще как, -- он зажмурился и покачал головой, будто вспоминая мои чувства.
Я вздрогнула. Он прав. Я так и делаю. Мне хорошо с ним в постели, это безусловно. Даже когда он перестал так сильно стараться, все равно хорошо. И так сладко.
И если совсем уж быть честной, я была довольна происходящим. Наконец все между нами с хозяином встало на свои места. Стабильность, спокойствие, уверенность. Почва под ногами. Я послушалась мудрого совета и смирилась со всем этим, отогнала от себя мысли о том, что всего этого со мной могло бы и не быть. Оно есть, от этого никуда не уйти. И так просто и быстро ничего не решить.
Да. Пришлось признать и то, что, вполне возможно, мне навсегда придется остаться на Крайне. Очень бы хотелось надеяться, что не в положении наложницы. И, кстати, если все же я не понесу от хранителя, а этого не произойдет, я уверена, то со временем его койку займут другие. А я смогу стать просто магом. Что не так уж и плохо, и не вызывает во мне отвращения и ужаса.
Сам по себе мир перестал казаться ужасающим и отвратительным. Я скучала только по кофе и интернету, тут да. Но были и свои плюсы. Особенно выделялась бытовая магия! И это не самомоющаяся посуда, например, неет. Это всегда свежий воздух и приятная температура в комнате, например.
Теплая еда или, наоборот, прохладная, сколько угодно. Всегда чистая и выглаженная одежда, которая защищает даже от небольших ушибов и ссадин. И все в этом роде. Шикарно. Мы, живя в техническом мире, настолько уверены, что лучше и быть не может, крупно ошибаемся. Возможно все организовать без технических костылей, а само собой, само по себе, близко к сути вещей.
Человек вообще особое существо, ко всему сумеет привыкнуть, приспособиться, смириться. С одной стороны это кажется слабостью. Но сейчас я понимаю, что это реальное эволюционное преимущество. Что бы со мной было, продолжи я сопротивляться всему, что здесь происходит? Да, поди, выбросилась из окна бы в первые недели пребывания тут, да и все. Безрадостно как-то.
-- Ты чего задумалась? -- я даже не заметила, как пришла Ная, -- сидишь, и в книгу не смотришь, и вид отрешенный.
-- О своей судьбе размышляю, -- не стала обманывать я, -- мне кажется, что уже привыкла тут жить. Планы вот строю…
-- Это же замечательно! -- всплеснула руками девушка, -- нет ничего хуже, когда вокруг все чужое и нежеланное.
-- Видимо, ты знаешь о чем говоришь, -- пожала плечами.
-- Ну, как тебе сказать, -- вздохнула та, -- мне особо решать не приходилось. Я родилась магом, Мерсонерес по своей воле или Мерсонерес волоком. Я шла сама и с радостью. Это значительно лучшая участь, чем оказаться проданной жирному и вонючему старику в качестве жены. Вот действительно, лучше уж гарем здесь. Господа хотя бы красивые…
Какая же она непосредственная. Не зря говорят, что простота хуже воровства. И обижаться на нее глупо, и одергивать смысла нет. Просто обидится как в дороге к Персту безмолвия и все. А потом забудет обиду и все будет как обычно.
-- Господа? -- решила сменить тему, -- я слышала, что у господина Кайла есть, вроде бы, брат, господин Ирвин. А как это все выглядит? Вроде бы у Мерсонереса же один хранитель? Совсем не разобралась в этой иерархии.
-- Ооо! Я с удовольствием все объясню, -- устроилась поудобнее Наяна, -- господин Кайл -- старший брат, хотя дар у него совсем непривычный для хранителя. Через год, примерно, родился господин Ирвин. Он с раннего детства проявлял способности к боевой магии, лидерству. Злая шутка. В итоге их отец решил отступить от традиций и отдать пост хранителя младшему брату.
-- А это законно?
-- В целом то, что братьев оказалось двое, уже нестандартная ситуация, -- покачала головой Ная, -- потому это допустимо, так скажем.
Я закивала головой. Понятно, мол.
-- И все были согласны. Кроме самого господина Ирвина. Тот попросту сбежал в момент передачи силы. Но его дождались. И добились от него согласия стать хранителем. Все же, целитель и менталист -- не совсем то, что хотелось бы видеть в качестве силы и опоры государства.
И снова вполне понятно и логично.
-- Вот только… -- чуть помедлила девушка, -- Мерсонерес его не принял, совсем. Когда же ритуал провели с господином Кайлом, все прошло отлично.
-- Интересная история, -- задумчиво протянула я, -- очень интересная. И поучительная.
-- И в чем же ты видишь здесь поучительность? -- подняла бровь Ная.
-- Себя не обманешь, -- подмигнула ей я.
Та все равно не поняла, но я решила не спорить. Просто пожала плечами и улыбнулась. Все же, хорошая девушка, легкая, искренняя, честная и открытая. Как хорошо, что я ее встретила. Без нее мне здесь было бы в сотни раз тяжелее.
Ная открыла учебник, сегодня будут общие занятия по теории, к которым следует подготовиться. Сильно с нами не возились. Читаем сами, задаем вопросы, проверяем знания устно. Далее вырабатываем навыки, проверяем на практике. Все просто. Никаких сложных методик или замороченной педагогики. И, скажу я вам, ввиду серьезной мотивации присутствующих, результаты очевидны.
Никто не отлынивает, хотя, многие ученики ведут достаточно разгульный образ жизни. Слишком дисциплиной нас не мучают. Но очень уж зависит дальнейшая судьба от того, как сложится с магией и какие будут успехи. Так что все, как миленькие, трудятся, учатся. И в библиотеке пусто не бывает.
Но на полноценное образовательное заведение Мерсонерес, конечно, не тянет. Учеников меньше сотни, половина из них уже приставлена к своим обязанностям. Больше те, кто не обладает особым даром и смысла его сильно развивать все равно нет. Ну или совсем сильные маги, они помогают в охране, поддерживают магические инженерные системы замка.
А я со своими культяпными магическими каналами больше грела койку хранителя и училась теории. Девяноста процентов моей практики заключалось в медитации и попытке ощутить Силу, свои каналы и хоть как-то ей распорядиться. Прогресс мизерный. И это еще после купания в источнике. Что бы было без него -- страшно представить. Точнее, ничего бы не было и все.
В библиотеку зашла Риса и прямиком направилась ко мне. Заметив, что я смотрю на нее, поманила пальцем к себе, я кивнула. Подошла к библиотекарю, попросила записать, что эту книгу я взяла с собой, захватила еще два учебника, ибо нельзя отставать от программы.
-- Господин Кайл изъявил желание взять тебя с собой в поездку, -- как только мы остались без свидетелей, сообщила Риса, -- выезжать уже через пару часов. Потому сейчас отправишься в купальник, там приведут тебя в порядок, а Лесна соберет пока твои вещи.
Конечно, хотелось спросить, что за поездка. Но не в моей спутницы. Она просто подожмет губы и посмотрит на меня как на мерзкую раздавленную улитку. Наложница не смеет интересоваться такими вопросами. У нее совсем иные задачи. И она мне уже не раз намекала, что я могла бы посещать занятия для таких как я. Учиться ублажать господина. Меня от этого с души воротит.
Так что я оставалась в умеренно счастливом неведении, пока меня терли, скоблили, намазывали, расчесывали. Процедуры стали привычными, я стала находить в них даже некоторое удовольствие. Тем более, что кожа действительно становится особенно нежной и мягкой, а тело легким и полным энергии.
А то что это делается лишь для того, чтобы я была приятной, бодрой и находчивой в постели… что ж, я старалась просто об этом особо не думать, не заострять на этом внимание. Потому что если концентрироваться на неприятном, ничего хорошего не будет. Унывать не в моих правилах.
Мы с Лесной вышли во двор. Она со мной не поедет, просто провожает. Девушка зачем-то пылко обняла меня и расцеловала. Странно. Как на войну отправляет. Может быть я чего-то не знаю. Спросила ее об этом, но та смутилась и сообщила, что будет скучать. Приятно. Я тоже, наверное, буду. Она хорошая.
Кайла я не видела. Оказывается, поедем в карете. Ну, или чем-то подобном, я не запомнила мудреное слово, которым называли это странное сооружение. Как небольшой фургончик на колесах. Вроде бы и лошади запряжены, но непонятно, как они потащат такую махину. Но расспрашивать не стала. В голове и так было слишком много мыслей.
Хранителя Мерсонереса я увидела только когда загрузилась в тот самый фургончик. Он сидел на удобном диване, за столом и пил что-то прохладительное из бокала. Кайл выглядел несколько усталым, задумчивым. Но не сказать, что в плохом настроении или чем-то расстроен. Скорее озабочен, не более того.
-- Как учеба? -- он внимательно посмотрел на меня.
-- Прекрасно, спасибо, -- вежливо ответила.
-- Я рад, -- он снова уткнулся в свой бокал, -- есть продвижения в практике?
-- Незначительные, -- пожала плечами я.
Сесть так и не решалась. Господин не приглашал.
-- Не хочу ехать один, -- зачем-то сообщил маг, -- будешь пить?
Я вздохнула и все же села рядом. Кайл повернулся, за спиной у него, оказывается, небольшой бар. Налил мне в стакан из небольшого графина, поставил на стол.
-- Спасибо, -- поблагодарила я. Он кивнул.
Легкое спиртное, чем-то напоминает джин с тоником. И по крепости, и в запахе что-то есть. Люблю такое. Отпила еще немного. Да, это должно скрасить путешествие.
-- Мы едем ко двору. В королевский дворец, -- не увидев во мне никакой реакции, он продолжил, -- я обязан хотя бы пару недель проводить там, а лучше и месяц, в году. Муторно, скучно, утомительно.
-- Сочувствую, -- вздохнула я.
-- Ну, думаю, с тобой это все будет значительно веселее, -- подмигнул Кайл, -- заодно посмотришь, как живут здесь аристократы. И другие маги.
-- При дворе их много?
-- Магов, или аристократов? -- наклонил голову он, -- много. Аристократы обычно сами владеют даром. А те, кому не повезло, редко появляются в обществе. Родиться без дара, без способностей считается большой неудачей. Так что семьи прячут таких отпрысков.
-- Звучит логично.
-- Ага, -- кивнул он, -- но это редко достаточно. От двух магов очень вероятно, что родится одаренный ребенок. А если учесть, что каждый из этих магов тоже рожден от одаренных, и их родители тоже были магами, и родители их родителей…
-- Династии, поколения магов.
-- Именно. Думаю, тебе будет интересно, -- он налил себе еще напитка.
-- А разве они будут со мной разговаривать?
-- О, -- оживился Кайл, -- конечно будут и с большим удовольствием. Во-первых, попаданка, у нас такое крайне редко. А во-вторых, новый человек. Им же скучно. С простолюдинами они не говорят. И потому что те их недостойны, и потому что они живут с ними в совершенно разных мирах, мыслят разными категориями.
Это мне было как раз отлично понятно. На Земле ситуация очень близкая. И даже сейчас, когда кажется, что расслоение не настолько сильное… все равно, грузчику будет сложно взаимно интересно и содержательно поддерживать беседу с дочкой олигарха. Не потому что кто-то умнее, глупее, лучше или хуже.
-- Буду работать клоуном.
Кайл рассмеялся.
Мне стало легче. Словно камень с души свалился. Женщины -- странные существа. То я радуюсь, что господин со мной не разговаривает и в душу не лезет. То наоборот, мне легче оттого, что он стал ко мне относиться как к человеку. Наверное это что-то типа Стокгольмского синдрома. Главное не забывать, что он держит меня в рабстве, против моей воли. И что это нехорошо и не отвечает морали моего мира.
Я сама чуть не прыснула от своих феерических умозаключений. Ну что за бред? Мне было бы значительно проще считать своего хозяина моральным уродом, плохим и злым. Но он таким не был, даже со всеми натяжками от моих обид. Просто мне не повезло. Но он в этом не виноват совершенно.
Он рассказал мне как устроено наше транспортное средство. Предметная магия облегчает вес до почти минимального. Силовые поля поддерживают его в балансе, не допуская и малейшего крена. Потому тянуть его может всего-лишь одна лошадь. Запрягают больше, но это для солидности и только. Потому и не качается, движение почти неощутимо, ибо мы буквально плывем по воздуху.
Кайл поднялся и поманил меня за собой. Оказывается, за узкой и низкой дверью располагалась спальня. Точнее, ее подобие. Просто помещение, состоящее из кровати.
-- Я хочу прекратить все это, -- тихо и глядя мне в глаза проговорил он.
-- Что это? -- искренне не понимаю.
-- Ты вздрогнула, а потом расслабилась и едва заметно покачала головой, точно прогоняя ненужные мысли. И я ощущаю, что твое настроение несколько раз изменилось. Ты нервничаешь.
-- Такие вещи я не могу контролировать, господин, -- образцово-показательно посмотрела в пол. Точнее, в покрывало.
Освещение было приглушенным, только магические шары, самые некрупные и неяркие. Достаточно, чтобы спокойно раздеться и сложить вещи на специальные полки, дойти до уборной, которая находится справа от входной двери. Но не настолько ярко, чтобы мешать уснуть.
-- Мы все, в той или иной мере, можем контролировать. Вопрос в средствах.
Он принялся неторопливо раздеваться. Я же просто сидела скрестив ноги, и смотрела на него. Привлекательный мужчина. Уверенный в себе. Он отлично понимает, что мне нравится смотреть. Потому и не торопится, аккуратно стягивает каждый предмет гардероба, педантично складывает его.
-- Я могу закрыть глаза. Это легко. Могу задержать дыхание. На минуту -- это запросто. На две -- уже сложнее. Но не дышать неделю я смогу только после серьезного магического вмешательства. Вот то же и с твоими эмоциями, реакциями и поведением.
Он уже снял куртку, шейный платок, верхнюю рубашку, нижнюю рубашку. Сейчас неспешно расстегивал брючный ремень. От обуви он избавился еще в соседней комнате, в самом начале вечера.
-- Ты легко можешь не хамить вслух. Это у тебя отлично получается. Не показывать открытой неприязни -- уже сложнее. Но с этим тоже дела обстоят неплохо. А вот отказаться от своих принципов, взглядов -- не выходит.
-- Может быть я не хочу… -- решила не лебезить. Раз уж мы разговариваем начистоту, тем более что.
-- А ты подумала, почему не хочешь? -- мне нечего на это сказать. Но хозяин определенно ждет внятного ответа, -- сними одежду, -- привычное указание, привычным тоном.
На нем же ничего уже не осталось. Он сидел напротив меня, словно копируя позу, скрестив ноги. И внимательно смотрел.
-- Я считаю, что мои принципы -- часть меня. Основа, суть моей личности. Отказаться от них -- потерять себя.
Все платья наложниц удобно снимать. Даже рабочие, для поездок и путешествий. Мало ли, вдруг прямо сейчас хозяин настроен насладиться своей собственностью. Я расстегивала пуговицы спереди. Старалась делать это спокойно, без подчеркнутой сухости или раздражения.
-- И где конкретно среди твоих принципов располагается тот, который отвечает за ненависть ко мне? -- поднял бровь маг.
-- Я вас не ненавижу, господин, -- ровно ответила я.
-- Но и не рада видеть. Не ищешь встречи. Скрываешь свое удовольствие в постели, хотя, поверь неплохому менталисту, ты его получаешь еще как, -- он зажмурился и покачал головой, будто вспоминая мои чувства.
Я вздрогнула. Он прав. Я так и делаю. Мне хорошо с ним в постели, это безусловно. Даже когда он перестал так сильно стараться, все равно хорошо. И так сладко.
