– И зачем так избила? Дура ты, Дора. Мне теперь его лечить придется. Такого на работы нельзя отправлять. Он же ничего не увидит! Мда… Бабы дуры не потому, что дуры, а потому, что бабы.
- Ты не заговаривайся! – Прикрикнула на него Доротея. – Мне все равно, на какие работы ты его определишь, он сильный. Можно и в шахты.
- Посмотрим-посмотрим, - мужчина повернул лицо ветра к себе и Золтан с трудом рассмотрел гнома. – Хорошо. Сколько ты за него хочешь?
- За этого мне ничего не надо, - она отмахнулась. – Мне приятно сделать из него раба, а остальное, не моя забота. – И исчезла.
- Эй! Там! Позовите доктора! – Распорядился гном и в комнату вбежал тощий маленький человечек. – Приведи его в порядок.
Доктор поставил возле ветра вместительный саквояж и принялся доставать из него бутылочки с разными настойками и прикладывать их на тряпочках к больным местам. Настойки жгли и раздражали кожу лица. Ветер мычал от боли, но старался терпеть. Постепенно боль начала проходить, а вместе с ней и проходили отеки с глаз. Синяки на теле становились не такими кровяными.
Он у гномов. Пока это все, что понял ветер. Глова болела, как в тяжелом похмелье. Тело ломило. Связанные руки и ноги затекли. Но доктор исправил ситуацию – он разрезал веревки и кровь снова начала поступать к конечностям.
Около часа он пролежал на холодном полу, приходя в себя. Подняться сам он не мог, а гномы поднять его не в состоянии. Трясущимися руками он приподнял свое тело на локоть, потом с трудом сел. Огляделся. Старый дом. Скорее всего, уже давно не жилой. Рядом стояли два тощих гнома и один довольно упитанный.
« Тощие – доктор и его помощник, а полный – тот с писклявым голосом», - определил ветер.
- Ты какой расы? – Спросил упитанный.
- Ветер, - еле слышно ответил Золтан.
- Ветры у нас есть. Двое. Ты - третий.
Двое ветров? Из каких кланов интересно его соотечественники? Он хотел подумать, но от мыслей голова разболелась еще сильнее. Он застонал и обхватил голову ладонями, закачавшись из стороны в сторону. Доктор и помощник кинулись к нему. Налили какой-то дряни в мензурку и приказали выпить. На самом деле дрянь горькая, но головная боль немного отступила.
- Ты идти сможешь? – Спросил писклявый голос.
Ветер кивнул, хотя и сам не знал, сможет ли подняться и идти на слабых ногах. С трудом поднялся и, пошатываясь, поплелся за доктором. Они перешли в другой дом. Более чистый. Его умыли и положили на кровать.
«Лазарет», - подумал ветер.
Доктор измерил температуру, снова дал микстуры и перед взором ветра все поплыло. Он уснул.
От Гррашана лир Шаррана
Алиса проснулась рано утром в странной кровати: я, будучи в ипостаси дракона, свернулся, на сколько это возможно, калачиком. В центре, расположившись, как в кровати, и накрыл ее крылом.
«Да, к такому вряд ли кто-нибудь захочет приставать ночью», - согласилась она с моими недавними словами.
«Правильно», - услышала Алиса мой довольный голос, но глаза мои еще были закрыты. – «Жить каждый хочет», - хихикнул я. - «Хорошо отдохнула?»
«Замечательно», - моя милая сладко потянулась. – «Ты такой теплый», - она погладила мою синюю чешую, и у меня все внутри сжалось в комок.
Из меня вырвался странный звук, похожий на урчание…горного водопада с падением камней. Та, кого я полюбил так случайно, прижалась щекой к моей шее и дотронулась до крыла. Прочные черные перепонки тоже покрыты мелкими чешуйками. Затих от ее прикосновений. Пусть она привыкает к моей сущности, хотя она ее не смущает. А еще она мысленно называет меня «синей ящерицей». Не знаю, когда мы найдем Золтана, но эта девочка никогда не вырвется из моих рук. Золтан ее берег, как зеницу ока, и я, буду беречь и охранять ее. До определенных пор… и после них.
Маленькая бастарда магически очень сильна и вся ее магия странна и непонятна. Ей только надо захотеть и все сделано! Такого никогда не видел. Она все еще лежала и нежилась в тепле моего чешуйчатого тела. Такая легонькая. Я почти не ощущал ее веса. Алиса… Странное имя, как и она сама. Милая и любимая, с самой первой секунды, поразившая меня своими умениями.
- Надо подниматься, а то тебя раздавлю, - она хихикнула и ловкой белочкой спрыгнула с меня.
Это она меня раздавит? Да во мне тонн пять веса!
Я обратился в человека. Пока она ушла умываться к ручью, разжег костер и поставил котелок с травяным чаем на огонь. После умывания в прохладной воде ручья, личико моей любимой раскраснелось. Какая она была красивая. Аж сердце зашлось. Она счастливо улыбалась, на время, забыв об исчезновении ветра.
Золтан, Золтан. Как бы я хотел, чтоб эта магиня улыбалась нам обоим. Никогда не подозревал, что все в моей заскорузлой душе может изменить хрупкая смешная девчонка.
Чай поспел и мы позавтракали. Алиса собрала наши пожитки в сумки и поставила посреди поляны. Мне снова предстояло стать на несколько часов синей ящерицей.
От Золтана вен Ойделна.
Я проснулся в незнакомом месте. Солнце стояло уже высоко. Оглядел комнату и постарался припомнить последние события. Вспомнилось почти все. Хотел поднять голову, но тяжелая и больная часть тела не желала подниматься. Подошел доктор, посмотрел на меня, сунул мне в рот мензурку с горькой гадостью, но выпил. Мое лицо кривилось вне моего желания.
- Сколько я здесь сплю? – Спросил, едва шевеля пересохшими губами..
- Сегодня третьи сутки, - серьезно ответил маленький тощий доктор. – Синяки почти сошли, осталось до конца убрать отеки.
- А зеркало можно?
Доктор подал мне зеркало. Я увидел в нем незнакомое мне лицо. В ссадинах, почти все синее от кровоподтеков. Вместо глаз щелки отекшие. Сволочь! Руки чесались самому ее задушить!
Алиса…
Хорошо, что она меня не видит в такого. Знаю, что в такие минуты она не плакала бы, а принялась меня лечить, во всю мощь своей магической силы. Любимая моя… Как же ты далеко… И как мне сейчас хочется к тебе прижаться… Я прикрыл веки и на физическом уровне ощутил, как меня обнимают не две ее тоненькие ручки, а четыре. Наверное, это руки Раша. Он с ней сейчас рядом. Возможно даже в ее покоях. Нет. Во мне нет ревности к нему, просто хотелось быть с ними.
По щеке к уху сползла одна единственная слеза. Хотелось думать, что это от боли в глазах. Кто-то меня окликнул. Я открыл веки насколько это возможно и увидел гнома с тарелками в руках. Он поставил их рядом с кроватью на табуретку и принялся меня кормить наваристым супом. Глотать больно. Потом что-то протертое и травяной чай. Первый раз я поел нормально. Телу стало тепло, и снова стал проваливаться в сон.
Когда я проснулся, было раннее утро. На табуретке был компот и свежая выпечка. Попробовал подняться. Получилось сесть на кровать. Тело ослабело и едва слушалось. Взял в руки кружку и булочку. Понюхал – вкусно пахнет. Попробовал, тоже вкусно. Завтрак закончился быстро.
В комнату вошел доктор и уже улыбался.
- Вы сегодня хорошо выглядите, господин ветер, - он подал мне зеркало: лицо почти приняло свой прежний вид. Осталось немного еще подлечить. – Вы можете, по мере сил, конечно, выйти погулять, а то за пять дней мышцы ослабли.
Пять дней! Это столько времени проспал? Попробовал привстать, держась за спинку кровати. Ноги тряслись мелкой дрожью. Прошел пару шагов – ходить могу. Дошел до окна. За ним на дереве пела маленькая птичка. Снова вспомнил Алису. Она похожа на такую же птичку, которая сидит в замке и ждет меня. А когда я приду? Скорее всего, никогда. Она останется с Рашем. Это даже хорошо.
- Можно мне выйти во двор?
- Обязательно! Вам нужно ходить, господин ветер, - доктор даже вызвался меня поддержать в случае чего непредвиденного.
Только побоялся принять его помощь – я в два раза выше его, могу и придавить, если упаду. На улице было приятно тепло. Солнце начинало пригревать. Интересно, куда меня продала Доротея? На какие работы. Вспомнил, что начальствующий гном говорил что-то про двух ветров. Надо бы с ними связаться. Здесь, наверное, намешано работников из разных рас.
Главное, что меня тревожило, это чтобы Алиса не бросилась меня искать. Сам выберусь. Но, если она и соберется, то дракон ее одну нипочем не отпустит. Неслышно прервал мои мысли доктор. Он подошел неслышно сзади и, кашлянув, произнес:
- Вас на днях переведут в более просторное помещение, только и народу там будет очень много – сплошные нары, - казалось, что ему неловко мне такое говорить, но он продолжал: - Я там кое-кому дал вас на заметочку… Дня два-три смогу здесь подержать, но, судя потому, что вы быстро пошли на поправку, дольше не получится. – Он опасливо оглянулся вокруг и шепотом спросил: - Чем вы так насолили леди Доротее, что она за вас даже денег не взяла? Кто вы?
- Примите мою искреннюю благодарность вам, доктор, за участие в моей горемычной судьбе. А Доротея на меня злится за то, что не стал игрушкой в ее постели. Я же, младший сын вождя Южного клана ветров, Золтан вен Ойделн.
Доктор осуждающе покачал головой:
- Она не должна была с вами так обходиться и, тем более, доставлять вас сюда, - он болезненно сдвинул брови и сжал маленькие кулачки. – Это копи, дорогой князь. Глубоко в горах добывают различные ресурсы – золото, серебро, камни. Мне неприятно такое говорить вам, но здесь долго не живут. Жаль всех работников, но ничего не могу сделать. Я - доктор и стараюсь их вылечить, а потом они снова спускаются в штольни, где холодно и мокро. – Он посмотрел мне в глаза. – Постарайтесь выжить, мальчик. Я бы всех освободил, но… - доктор пожал тощими плечиками.
- Благодарю вас доктор за все. Как мне к вам обращаться?
- Метр Анграш Картруш, к вашим услугам, - он, ласково и в тоже время виновато, улыбнулся.
- Ничего, метр Картруш, мне есть, для кого стараться выжить, - я протянул ему руку и он горячо ее пожал.
От Алисы Зверевой
Мы продолжали свой путь уже четвертый день. Когда дракон уставал меня везти и махать крыльями, то мы приземлялись где-нибудь. Я разводила костер, а он летел охотиться. Весь провиант мы уже истребили. У нас остались только сумки с вещами. Каждй раз старались остановиться возле какой-нибудь воды – ручейка, речки или озера. А еще старались избегать населенных пунктов и не заходили в лежащие под нами деревни.
Иногда связывались с братьями или Тентаром. Оказывается, Дели заявила, что не выйдет замуж, пока мы не освободим Золтана. Вечерами я медитировала и мечтала. Как мы будем счастливы, когда освободим ветра. Как у нас родятся дети. На кого они будут похожи? Да какая разница. Лишь бы дожить до них. Много думала о ветре. Нет. Не так. Я не переставала думать о нем.
Вот и сейчас сидела у костра, смотрела, как веселится огонь на поленьях, и думала о нем. Вдруг сзади услышала треск ветки. Обернулась посмотреть и получила сильную пощечину…Вторую по другой щеке. Не могла понять, кто на меня напал? Упав на траву, только и смогла разглядеть двух хмырей, собиравшихся на меня надеть браслет. Я быстро выбросила вперед руку с раскрытой ладонью и крикнула:
- Замри! – Оба хмыря замерли в неудобных позах. Один не выдержал и упал на траву.
Поднялась на дрожащих от страха или собственной смелости, ногах. Да в моем организме вообще все дрожало! Подошла к ним. Они были живы. Их глаза могли следить за моими действиями. Что-то мне подсказывает, что это они выкрали ветра. Стало спокойнее, когда услышала шум крыльев. Бросив тушу какой-то животины, Раш быстро обернулся и подбежал ко мне. Беспокойные глаза осматривали меня, а руки ощупывали, все ли со мной в порядке. Я повернула голову и он проследил за мной – на него испуганно смотрели две замершие статуи.
- Они на меня напали и хотели напялить черный браслет, - объяснила я. – Еще и по физиономии пару раз прилетело.
- Они тебя ударили? – Ох, что сейчас будет! Крылья тонкого носа раздулись, черные брови сдвинулись и он двинулся к лежащим хмырям. – Можешь сделать так, чтобы они говорили? – Я кивнула.
- Голова отомри! – Произнесла глупые слова, но они сработали!
- Зачем вы напали на девушку? – Грозно спрашивал дракон.
- Нам приказали, - пропищал один из них.
- Кто?
- Леди Доротея послала следить за вами, но мы вас случайно увидели только недавно.
- Их нельзя оставлять в живых, - безапелляционно произнес суровый дракон. – Можешь сама привести все в исполнение… Или я?
- Сама, - твердо ответила. – Это меня они били. Это они забрали у нас ветра. Но куда они его перенесли? – Глянула на них.
- Мы не можем сказать, - пропищал другой хмырь.
- Нет, так нет, - и выпустив вперед две руки с направленными на хмырей ладонями, произнесла: - Распылись! – Через секунду на месте двух мерзких людишек ничего не осталось. Я первый раз убила… Было противно и страшно. Затравленно, посмотрела на Раша. – Давай разделывать…кого ты там принес?
- Кабана, - не отводя черных глаз от места, где только что были две живые статуи. – Знаешь, мне страшно от твоей силы.
- Не бойся, любимый, тебе это не грозит, - и прижалась к нему, обняв за талию. – За вас я отдам последнюю каплю крови, если понадобится.
- Что ты сказала? – Он схватил меня за плечи и, не верящими глазами уставился мне в лицо. – Повтори, что ты сию минуту сказала!
- А чего тебе не нравится? – Устало пожала я плечами. – Влюбилась в синюю ящерицу, которая иногда становится потрясающим мужчиной и старается меня терпеть, - проворчала на него. – И незачем меня так трясти. Всю вытрясешь. Меня и так сейчас оплеухами наградили, аж два раза, - дотронулась пальцами до щек.
- Малышка моя! - Дракон схватил меня на руки, закружил по полянке, потом впился мне в губы быстрым поцелуем. Прижимал к груди и снова вглядывался в мое лицо. Что он там нашел интересного? Счастье выплескивалось из него салютами. – Магиня моя! Весь я, моя душа и жизнь, все, что я имею, отныне принадлежит тебе. Любимая...Солнышко мое. – Он держал меня на руках. Его черные глаза светились. – Скажи еще, может мне послышалось, - попросил он и глаза впились в меня с великим ожиданием.
- Я люблю тебя, Раш, - обняла его за мощную шею и сама поцеловала в губы.
Он ответил. Ох, как ответил! Меня снова закружили, держа на сильных руках. Как приятно, когда тебя носят на руках. Как приятно, когда тебя любят двое, такие разные и такие великолепные, мужчины.
- Ты выйдешь за меня замуж?
- Нет, - спокойно ответила я. Мне показалось, что он сейчас заплачет. – За тебя – не выйду. За вас – с удовольствием!.
- Ты меня до сердечного приступа доведешь! – Он поставил меня на землю и схватился рукой за сердце.
- Я вас воспринимаю, как общее. Целое. А без Золтана у нас нет целого, понимаешь? – Мой голос был тих и грустен.
Дракон обнял меня. Он все понял. Знаю. Мы просто стояли и чувствовали друг друга. Я гладила, лежавшие под моей ладошкой синие волосы. Перебирала их пальцами. Хорошо, что можно вот так просто стоять и думать, и молчать. Так было и с ветром. Мы могли не говорить ничего, но знали все. Вот произошло наше признание в любви и во всем остальном. Я не хотела его обманывать ни в чем. И ждала от него того же. В любви не может быть недоговоренностей и лжи.
- Знаешь, хочу помыться в ручье. Три дня уже, немытая, хожу и летаю.
- Летаешь удобно? – Глаза дракона снова стали хулиганскими.
- Просто отлично, мой хороший! – Я ласково провела ладошкой по щеке с легкой щетиной. А щетина-то не синяя – черная. – Все! Пошла! – Выбралась из его рук, взяла полотенце и направилась к воде.
- Ты не заговаривайся! – Прикрикнула на него Доротея. – Мне все равно, на какие работы ты его определишь, он сильный. Можно и в шахты.
- Посмотрим-посмотрим, - мужчина повернул лицо ветра к себе и Золтан с трудом рассмотрел гнома. – Хорошо. Сколько ты за него хочешь?
- За этого мне ничего не надо, - она отмахнулась. – Мне приятно сделать из него раба, а остальное, не моя забота. – И исчезла.
- Эй! Там! Позовите доктора! – Распорядился гном и в комнату вбежал тощий маленький человечек. – Приведи его в порядок.
Доктор поставил возле ветра вместительный саквояж и принялся доставать из него бутылочки с разными настойками и прикладывать их на тряпочках к больным местам. Настойки жгли и раздражали кожу лица. Ветер мычал от боли, но старался терпеть. Постепенно боль начала проходить, а вместе с ней и проходили отеки с глаз. Синяки на теле становились не такими кровяными.
Он у гномов. Пока это все, что понял ветер. Глова болела, как в тяжелом похмелье. Тело ломило. Связанные руки и ноги затекли. Но доктор исправил ситуацию – он разрезал веревки и кровь снова начала поступать к конечностям.
Около часа он пролежал на холодном полу, приходя в себя. Подняться сам он не мог, а гномы поднять его не в состоянии. Трясущимися руками он приподнял свое тело на локоть, потом с трудом сел. Огляделся. Старый дом. Скорее всего, уже давно не жилой. Рядом стояли два тощих гнома и один довольно упитанный.
« Тощие – доктор и его помощник, а полный – тот с писклявым голосом», - определил ветер.
- Ты какой расы? – Спросил упитанный.
- Ветер, - еле слышно ответил Золтан.
- Ветры у нас есть. Двое. Ты - третий.
Двое ветров? Из каких кланов интересно его соотечественники? Он хотел подумать, но от мыслей голова разболелась еще сильнее. Он застонал и обхватил голову ладонями, закачавшись из стороны в сторону. Доктор и помощник кинулись к нему. Налили какой-то дряни в мензурку и приказали выпить. На самом деле дрянь горькая, но головная боль немного отступила.
- Ты идти сможешь? – Спросил писклявый голос.
Ветер кивнул, хотя и сам не знал, сможет ли подняться и идти на слабых ногах. С трудом поднялся и, пошатываясь, поплелся за доктором. Они перешли в другой дом. Более чистый. Его умыли и положили на кровать.
«Лазарет», - подумал ветер.
Доктор измерил температуру, снова дал микстуры и перед взором ветра все поплыло. Он уснул.
От Гррашана лир Шаррана
Алиса проснулась рано утром в странной кровати: я, будучи в ипостаси дракона, свернулся, на сколько это возможно, калачиком. В центре, расположившись, как в кровати, и накрыл ее крылом.
«Да, к такому вряд ли кто-нибудь захочет приставать ночью», - согласилась она с моими недавними словами.
«Правильно», - услышала Алиса мой довольный голос, но глаза мои еще были закрыты. – «Жить каждый хочет», - хихикнул я. - «Хорошо отдохнула?»
«Замечательно», - моя милая сладко потянулась. – «Ты такой теплый», - она погладила мою синюю чешую, и у меня все внутри сжалось в комок.
Из меня вырвался странный звук, похожий на урчание…горного водопада с падением камней. Та, кого я полюбил так случайно, прижалась щекой к моей шее и дотронулась до крыла. Прочные черные перепонки тоже покрыты мелкими чешуйками. Затих от ее прикосновений. Пусть она привыкает к моей сущности, хотя она ее не смущает. А еще она мысленно называет меня «синей ящерицей». Не знаю, когда мы найдем Золтана, но эта девочка никогда не вырвется из моих рук. Золтан ее берег, как зеницу ока, и я, буду беречь и охранять ее. До определенных пор… и после них.
Маленькая бастарда магически очень сильна и вся ее магия странна и непонятна. Ей только надо захотеть и все сделано! Такого никогда не видел. Она все еще лежала и нежилась в тепле моего чешуйчатого тела. Такая легонькая. Я почти не ощущал ее веса. Алиса… Странное имя, как и она сама. Милая и любимая, с самой первой секунды, поразившая меня своими умениями.
- Надо подниматься, а то тебя раздавлю, - она хихикнула и ловкой белочкой спрыгнула с меня.
Это она меня раздавит? Да во мне тонн пять веса!
Я обратился в человека. Пока она ушла умываться к ручью, разжег костер и поставил котелок с травяным чаем на огонь. После умывания в прохладной воде ручья, личико моей любимой раскраснелось. Какая она была красивая. Аж сердце зашлось. Она счастливо улыбалась, на время, забыв об исчезновении ветра.
Золтан, Золтан. Как бы я хотел, чтоб эта магиня улыбалась нам обоим. Никогда не подозревал, что все в моей заскорузлой душе может изменить хрупкая смешная девчонка.
Чай поспел и мы позавтракали. Алиса собрала наши пожитки в сумки и поставила посреди поляны. Мне снова предстояло стать на несколько часов синей ящерицей.
Глава 25.
От Золтана вен Ойделна.
Я проснулся в незнакомом месте. Солнце стояло уже высоко. Оглядел комнату и постарался припомнить последние события. Вспомнилось почти все. Хотел поднять голову, но тяжелая и больная часть тела не желала подниматься. Подошел доктор, посмотрел на меня, сунул мне в рот мензурку с горькой гадостью, но выпил. Мое лицо кривилось вне моего желания.
- Сколько я здесь сплю? – Спросил, едва шевеля пересохшими губами..
- Сегодня третьи сутки, - серьезно ответил маленький тощий доктор. – Синяки почти сошли, осталось до конца убрать отеки.
- А зеркало можно?
Доктор подал мне зеркало. Я увидел в нем незнакомое мне лицо. В ссадинах, почти все синее от кровоподтеков. Вместо глаз щелки отекшие. Сволочь! Руки чесались самому ее задушить!
Алиса…
Хорошо, что она меня не видит в такого. Знаю, что в такие минуты она не плакала бы, а принялась меня лечить, во всю мощь своей магической силы. Любимая моя… Как же ты далеко… И как мне сейчас хочется к тебе прижаться… Я прикрыл веки и на физическом уровне ощутил, как меня обнимают не две ее тоненькие ручки, а четыре. Наверное, это руки Раша. Он с ней сейчас рядом. Возможно даже в ее покоях. Нет. Во мне нет ревности к нему, просто хотелось быть с ними.
По щеке к уху сползла одна единственная слеза. Хотелось думать, что это от боли в глазах. Кто-то меня окликнул. Я открыл веки насколько это возможно и увидел гнома с тарелками в руках. Он поставил их рядом с кроватью на табуретку и принялся меня кормить наваристым супом. Глотать больно. Потом что-то протертое и травяной чай. Первый раз я поел нормально. Телу стало тепло, и снова стал проваливаться в сон.
Когда я проснулся, было раннее утро. На табуретке был компот и свежая выпечка. Попробовал подняться. Получилось сесть на кровать. Тело ослабело и едва слушалось. Взял в руки кружку и булочку. Понюхал – вкусно пахнет. Попробовал, тоже вкусно. Завтрак закончился быстро.
В комнату вошел доктор и уже улыбался.
- Вы сегодня хорошо выглядите, господин ветер, - он подал мне зеркало: лицо почти приняло свой прежний вид. Осталось немного еще подлечить. – Вы можете, по мере сил, конечно, выйти погулять, а то за пять дней мышцы ослабли.
Пять дней! Это столько времени проспал? Попробовал привстать, держась за спинку кровати. Ноги тряслись мелкой дрожью. Прошел пару шагов – ходить могу. Дошел до окна. За ним на дереве пела маленькая птичка. Снова вспомнил Алису. Она похожа на такую же птичку, которая сидит в замке и ждет меня. А когда я приду? Скорее всего, никогда. Она останется с Рашем. Это даже хорошо.
- Можно мне выйти во двор?
- Обязательно! Вам нужно ходить, господин ветер, - доктор даже вызвался меня поддержать в случае чего непредвиденного.
Только побоялся принять его помощь – я в два раза выше его, могу и придавить, если упаду. На улице было приятно тепло. Солнце начинало пригревать. Интересно, куда меня продала Доротея? На какие работы. Вспомнил, что начальствующий гном говорил что-то про двух ветров. Надо бы с ними связаться. Здесь, наверное, намешано работников из разных рас.
Главное, что меня тревожило, это чтобы Алиса не бросилась меня искать. Сам выберусь. Но, если она и соберется, то дракон ее одну нипочем не отпустит. Неслышно прервал мои мысли доктор. Он подошел неслышно сзади и, кашлянув, произнес:
- Вас на днях переведут в более просторное помещение, только и народу там будет очень много – сплошные нары, - казалось, что ему неловко мне такое говорить, но он продолжал: - Я там кое-кому дал вас на заметочку… Дня два-три смогу здесь подержать, но, судя потому, что вы быстро пошли на поправку, дольше не получится. – Он опасливо оглянулся вокруг и шепотом спросил: - Чем вы так насолили леди Доротее, что она за вас даже денег не взяла? Кто вы?
- Примите мою искреннюю благодарность вам, доктор, за участие в моей горемычной судьбе. А Доротея на меня злится за то, что не стал игрушкой в ее постели. Я же, младший сын вождя Южного клана ветров, Золтан вен Ойделн.
Доктор осуждающе покачал головой:
- Она не должна была с вами так обходиться и, тем более, доставлять вас сюда, - он болезненно сдвинул брови и сжал маленькие кулачки. – Это копи, дорогой князь. Глубоко в горах добывают различные ресурсы – золото, серебро, камни. Мне неприятно такое говорить вам, но здесь долго не живут. Жаль всех работников, но ничего не могу сделать. Я - доктор и стараюсь их вылечить, а потом они снова спускаются в штольни, где холодно и мокро. – Он посмотрел мне в глаза. – Постарайтесь выжить, мальчик. Я бы всех освободил, но… - доктор пожал тощими плечиками.
- Благодарю вас доктор за все. Как мне к вам обращаться?
- Метр Анграш Картруш, к вашим услугам, - он, ласково и в тоже время виновато, улыбнулся.
- Ничего, метр Картруш, мне есть, для кого стараться выжить, - я протянул ему руку и он горячо ее пожал.
От Алисы Зверевой
Мы продолжали свой путь уже четвертый день. Когда дракон уставал меня везти и махать крыльями, то мы приземлялись где-нибудь. Я разводила костер, а он летел охотиться. Весь провиант мы уже истребили. У нас остались только сумки с вещами. Каждй раз старались остановиться возле какой-нибудь воды – ручейка, речки или озера. А еще старались избегать населенных пунктов и не заходили в лежащие под нами деревни.
Иногда связывались с братьями или Тентаром. Оказывается, Дели заявила, что не выйдет замуж, пока мы не освободим Золтана. Вечерами я медитировала и мечтала. Как мы будем счастливы, когда освободим ветра. Как у нас родятся дети. На кого они будут похожи? Да какая разница. Лишь бы дожить до них. Много думала о ветре. Нет. Не так. Я не переставала думать о нем.
Вот и сейчас сидела у костра, смотрела, как веселится огонь на поленьях, и думала о нем. Вдруг сзади услышала треск ветки. Обернулась посмотреть и получила сильную пощечину…Вторую по другой щеке. Не могла понять, кто на меня напал? Упав на траву, только и смогла разглядеть двух хмырей, собиравшихся на меня надеть браслет. Я быстро выбросила вперед руку с раскрытой ладонью и крикнула:
- Замри! – Оба хмыря замерли в неудобных позах. Один не выдержал и упал на траву.
Поднялась на дрожащих от страха или собственной смелости, ногах. Да в моем организме вообще все дрожало! Подошла к ним. Они были живы. Их глаза могли следить за моими действиями. Что-то мне подсказывает, что это они выкрали ветра. Стало спокойнее, когда услышала шум крыльев. Бросив тушу какой-то животины, Раш быстро обернулся и подбежал ко мне. Беспокойные глаза осматривали меня, а руки ощупывали, все ли со мной в порядке. Я повернула голову и он проследил за мной – на него испуганно смотрели две замершие статуи.
- Они на меня напали и хотели напялить черный браслет, - объяснила я. – Еще и по физиономии пару раз прилетело.
- Они тебя ударили? – Ох, что сейчас будет! Крылья тонкого носа раздулись, черные брови сдвинулись и он двинулся к лежащим хмырям. – Можешь сделать так, чтобы они говорили? – Я кивнула.
- Голова отомри! – Произнесла глупые слова, но они сработали!
- Зачем вы напали на девушку? – Грозно спрашивал дракон.
- Нам приказали, - пропищал один из них.
- Кто?
- Леди Доротея послала следить за вами, но мы вас случайно увидели только недавно.
- Их нельзя оставлять в живых, - безапелляционно произнес суровый дракон. – Можешь сама привести все в исполнение… Или я?
- Сама, - твердо ответила. – Это меня они били. Это они забрали у нас ветра. Но куда они его перенесли? – Глянула на них.
- Мы не можем сказать, - пропищал другой хмырь.
- Нет, так нет, - и выпустив вперед две руки с направленными на хмырей ладонями, произнесла: - Распылись! – Через секунду на месте двух мерзких людишек ничего не осталось. Я первый раз убила… Было противно и страшно. Затравленно, посмотрела на Раша. – Давай разделывать…кого ты там принес?
- Кабана, - не отводя черных глаз от места, где только что были две живые статуи. – Знаешь, мне страшно от твоей силы.
- Не бойся, любимый, тебе это не грозит, - и прижалась к нему, обняв за талию. – За вас я отдам последнюю каплю крови, если понадобится.
- Что ты сказала? – Он схватил меня за плечи и, не верящими глазами уставился мне в лицо. – Повтори, что ты сию минуту сказала!
- А чего тебе не нравится? – Устало пожала я плечами. – Влюбилась в синюю ящерицу, которая иногда становится потрясающим мужчиной и старается меня терпеть, - проворчала на него. – И незачем меня так трясти. Всю вытрясешь. Меня и так сейчас оплеухами наградили, аж два раза, - дотронулась пальцами до щек.
- Малышка моя! - Дракон схватил меня на руки, закружил по полянке, потом впился мне в губы быстрым поцелуем. Прижимал к груди и снова вглядывался в мое лицо. Что он там нашел интересного? Счастье выплескивалось из него салютами. – Магиня моя! Весь я, моя душа и жизнь, все, что я имею, отныне принадлежит тебе. Любимая...Солнышко мое. – Он держал меня на руках. Его черные глаза светились. – Скажи еще, может мне послышалось, - попросил он и глаза впились в меня с великим ожиданием.
- Я люблю тебя, Раш, - обняла его за мощную шею и сама поцеловала в губы.
Он ответил. Ох, как ответил! Меня снова закружили, держа на сильных руках. Как приятно, когда тебя носят на руках. Как приятно, когда тебя любят двое, такие разные и такие великолепные, мужчины.
- Ты выйдешь за меня замуж?
- Нет, - спокойно ответила я. Мне показалось, что он сейчас заплачет. – За тебя – не выйду. За вас – с удовольствием!.
- Ты меня до сердечного приступа доведешь! – Он поставил меня на землю и схватился рукой за сердце.
- Я вас воспринимаю, как общее. Целое. А без Золтана у нас нет целого, понимаешь? – Мой голос был тих и грустен.
Дракон обнял меня. Он все понял. Знаю. Мы просто стояли и чувствовали друг друга. Я гладила, лежавшие под моей ладошкой синие волосы. Перебирала их пальцами. Хорошо, что можно вот так просто стоять и думать, и молчать. Так было и с ветром. Мы могли не говорить ничего, но знали все. Вот произошло наше признание в любви и во всем остальном. Я не хотела его обманывать ни в чем. И ждала от него того же. В любви не может быть недоговоренностей и лжи.
- Знаешь, хочу помыться в ручье. Три дня уже, немытая, хожу и летаю.
- Летаешь удобно? – Глаза дракона снова стали хулиганскими.
- Просто отлично, мой хороший! – Я ласково провела ладошкой по щеке с легкой щетиной. А щетина-то не синяя – черная. – Все! Пошла! – Выбралась из его рук, взяла полотенце и направилась к воде.
