–Нет, брат Роман, дело не в Совете. Совет – это клоака, это сборище мерзавцев и подлецов, которые никогда не вступаются друг за друга, зато с удовольствием пользуются слабостями друг друга.
Варгоши согласен. Он вспоминает Цепеша, вспоминает Агареса… кто из них был хотя бы раз с ним честен? А Сиире? Нет, они все стоят друг друга, они все используют друг друга и пытаются использовать его! Вот и всё! И никто никогда не хотел всерьёз заступаться за него. Только использовать, чтобы в нужный момент убрать. Такое же было и с Крыткой Малоре, в итоге убитой Томасом, и такое же было с пропавшим Агаресом…
Почему с Лоу – хитрой и коварной Марией Лоу должно быть как-то иначе?
Разве она заслуживает иной участи? Разве сама она не продукт своего же Совета, не полноправный его участник?
–Я говорю о другом, – продолжает Томас, – я говорю о том, что останется после самой Лоу.
–О её слугах? – Варгоши очень хочет догадаться. Ему нужно, чтобы Томас понял – с ним можно советоваться, Роман не глуп! Нет, ни в коем случае он не глуп, он всегда готов предположить и подойти к разгадке, и…
–Слуг, полагаю, разберут себе другие, – но догадка неверна. Томас едва заметно усмехается. – Не хочешь спросить куда мы идём?
–Откровенно говоря, – Роман сбит внезапным переходом темы, – я верю вам, брат Томас, я просто следую за вами, полагая, что вы не предадите меня и не убьёте, ведь иначе вы сделали бы это раньше.
–Ты прав, – соглашается Томас, – и в том прав, что мне нет резона тебя убивать или казнить. Я верю в то, что ты можешь обрести искупление.
Искупление! Как сладко это звучит, как радостно трепещет в груди от одного слова. Неужели искупление? Неужели Томас всё-таки отмечает в нём всё усердие, что усердно пытается демонстрировать Роман Варгоши, подкрепляя важность и искренность своего выбора?
Похоже на то!
–Но неужели тебе неинтересно? – продолжает Томас и Роман чувствует, что это очередное испытание, из числа тех, которые так любит давать и Томас, и сам Святой Престол, да и все слуги его, пожалуй, тоже.
Ему интересно. Но ответить надо правильно, а как правильно? Колючий шарик света из мёртвой груди, помоги!
–Я верую в любой путь, – отвечает Варгоши. Это правильный ответ. Идти, просто идти – это уже выбор и он демонстрирует его. Не стыдится, а гордится. Не скрывается тенью за спиной брата Томаса, а идёт рядом, идёт гордо, пытаясь заставить всё существо своё поверить в то, что обретет однажды искупление.
Томас доволен. Он улыбается, но едва-едва заметно. Однако Роман Варгоши уже знает улыбку брата Томаса и умеет её улавливать.
Ему важно её улавливать.
–Мы идём к Хранителю Святого Престола, – объясняет Томас, довольный ответом Варгоши. – Нам нужно получить от него несколько бумаг. Во-первых, о казни Марии Лоу. Во-вторых, бумаги, позволяющие нам посетить любой из её приютов. Полагаю, для тебя не новость то, что Лоу была наставницей в нескольких домах для сироток?
Не новость, нет, ни для кого в мире вампиров это не новость, но у Варгоши даже шаг сбивается.
–Почему? – искренне изумлён он. – Почему нам нужно попасть в приюты Лоу?
В голосе Томаса холодное спокойствие. На первый взгляд оно такое же как и всегда, но уже вымуштрованный Варгоши понимает – это разочарование!
И ему хочется на стены бросаться и камень грызть за глупость и несдержанность!
–Она отбирала из детей тех, кто в будущем сможет стать вампиром. Достойным вампиром. Это и есть та самая проблема, которая начинается с её смертью. Нам придётся проверить все приюты, находившееся под её крылом, проверить всех детей и всех, кто там работает. Ведь если кто-то окажется нечист…
–Убивать? – голос Варгоши даже охрип от волнения.
Томас смотрит со снисхождением, но отвечает всё также спокойно:
–Карать!
Да, карать. Именно карать. Варгоши кивает, мелко-мелко, спеша согласиться с поправкой. Да, они не убийцы. Они каратели. Они пришли вести к искуплению.
–По моим сведениям у Лоу приютов шесть на сегодня, – Томас продолжает прежним тоном, но слегка ускоряет шаг, улицы вот-вот заполнятся вечерне-радостным народом, который поспешит на службы да на радостные встречи с друзьями и близкими, а это значит, что надо спешить.
А ещё это значит что Варгоши нельзя отставать и он также ускоряет шаг, снова желая попадать в ритм шага брата Томаса. Это оказывается несложно – маленький шарик колюче-яростного света подталкивает всё его существо, ускоряет, наделяет какой-то новой силой и Роман идёт, идёт, соглашаясь со словами Томаса как с единственно верными.
–Мой принц, я всё ещё могу быть вам полезен! – в глазах лорда Агареса отвратительная липкая надежда. В былое время Сиире бы не стал с ним связываться и высмеял бы такое подобострастие, но сегодня изменились времена и события – и даже в самом ничтожном кусочке сущности может таиться что-то важное.
Поэтому принц Сиире взял себя в руки. Более того, вернулся в состояние милосердия. В последнее время его все подводили, и кому-либо доверять свои размышления больше не имело смысла. Но лорд Агарес был так виноват и так слаб, что, в общем-то, ему и не нужно было доверять. Достаточно было лишь использовать.
–Полезен? Может быть и так, но я не желаю проверять тебя, – самое главное, выбрать для ответа правильный тон. Такой, в котором жестокий отказ, но в котором одновременно и открыта надежда на то, чтобы тебя можно переубедить. – У меня нет времени, Агарес, выяснять, насколько ты можешь мне пригодиться.
–Принц! – Агарес в отчаянии. Конечно, ему хотелось к своим вампирам, которых уже прогнали по всем допросам, разобрали каждую личность, проверили всю память…
Всё, лишь бы найти Агареса. А Агарес в плену Сиире. В безнадёжном.
–Лорд! – в тон отозвался Сиире, – я говорю серьёзно, Агарес. Я, быть может, и хотел бы дать тебе ещё один шанс на исправление, слишком уж ты запутался во всём, перестал отличать верное от неверного, но, право слово…
Самое главное – это подтолкнуть дурака к нужному ответу.
–Я могу быть полезен. Все мои силы – это ваши силы! – Агарес давно забыл про стеснение и гордость, пластаться у ног вампира, пусть и того, кто выше тебя по рангу, будучи самому вампиром, да ещё и тем, кто и сам недавно был вхож в Совет?
Это унизительно. Слишком унизительно. Но вечность длинная. Посмертие вампиром длиннее посмертия людей, а память коротка.
–Дать тебе шанс, что ли…– Сиире размышлял сам с собою. Разумеется, это тоже было уловкой, но уже куда более тонкой. Сиире давал Агаресу запомнить и уяснить навсегда: принц Сиире ему царь и бог!
Только он один.
–Принц, я сделаю всё, лишь бы вернуться к прежнему.
К прежнему вернуться не получится, лорд Агарес. Ты был слишком самовлюблён, чтобы решить посоветоваться однажды с Советом. Скажешь, что это одно преступление и нельзя тебя за него судить? Может быть, ты и будешь прав. Но именно это преступление, именно эта одна попытка самому справиться с ситуацией, вышла тебе боком и не выбраться тебе, Агарес!
–Ну хорошо, – согласиться тоже надо уметь. Надо выждать паузу, чтобы твой собеседник успел подумать, успел испугаться, и чтобы облегчение упало такой же плитой на его плечи, как и отказ. – Хорошо, Агарес, ты поедешь с маркизом Лерайе. К старому знакомому поедешь!
Агарес выслушал всё, не бледнея. Общество маркиза Лерайе, вышедшего из-за спины принца Сиире – пугало, да ещё как. Учитывая же то, что теперь Лерайе очевидно был в сговоре с принцем и вёл дела мимо Совета, становилось ещё страшнее, но не для того пластался и унижался лорд Агарес, чтобы сдаться и спасовать сейчас.
Хотя не нравился ему спутник, ещё больше не нравился пункт прибытия – замок короля Стефана, но он не отказался.
–Передадите ему это письмо, – объяснил Сиире, поколебался, как бы решая кому из них отдать запечатанный и клейменный собственной печатью конверт. Для себя он решил всё давно, но вся жизнь его и всё его посмертие всегда были набором театральных жестов.
Поколебавшись для вида,он отдал письмо маркизу Лерайе, тот криво ухмыльнулся, демонстрируя уже пожелтевший вампирский клык.
–Передадите королю письмо, – повторил Сиире. В последнее время его подводили даже на самых простых инструкциях, поэтому приходилось убеждаться, что каждый шаг его поручений поставлен чётко и не может толковаться как-то иначе.
–А что в письме? – лорд Агарес невовремя поверил в себя. Он решил, что уже прощён или почти прощён, а значит, вроде бы имеет право на знание. Сиире его веры не разделил и ответил мягко, но всё же так, чтобы не возникало сомнений в том, что препирательство и попытки выяснить содержание можно продолжать:
–Важная информация для короля. Он должен получить письмо запечатанным. В обмен он отдаст вам свёрток. Его вы тоже трогать не будете. Ясно?
Им было всё ясно. Агареса вёл страх, что вело Лерайе? Агарес размышлял об этом краешком сознания и не мог определиться – власть? Страх? Давние счёты?
–Точно ясно? – Сиире сомневался. – Лерайе, будь добр…
Лерайе повторил хрипло. С лёгкой насмешливостью, но покладисто:
–Письмо передать королю. Запечатанным. Получить от него свёрток. Передать сюда. Не трогать содержимое.
–Агарес? – Сиире откровенно демонстрировал недоверие к интеллектуальным способностям и выдержке обоих. Но Агаресу это было обиднее, он был моложе и, хотя понимал, как шатко его положение, попытался вывернуться:
–Я всё понял.
–повтори, – настоял Сиире и Агарес решил не испытывать судьбу, и всё-таки повторил всё то же, что прежде повторил маркиз.
А дальше была дорога. Быстрая для вампиров, но тяжёлая, ибо прошла она в молчании и полном презрении. Маркиз Лерайе не поддерживал ни одной попытки к беседе. Он не отвечал на вопросы, он не желал размышлять о содержимом письма или будущего свитка. И здесь Агарес был ещё молод, чтобы понять, в чём причина такого молчания. Она была не только в презрении Лерайе к Агаресу, она была в уязвлённой гордости!
Насмешничая, улыбаясь, словно ему известно больше, чем Агаресу, упиваясь, маркиз тоже играл – ему самому не было ничего известно ни о письме, ни о каком-то, очевидно существовавшем договоре между Сиире и Стефаном, но он делал вид, что знает, и ложь этого вида, начавшаяся как игра, жгла больно.
Потому он отмалчивался. Принцу Сиире можно было показать, что он не знает чего-то, принц Сиире был сильнее, в его руках было больше власти и знания. Ему можно было открыться, тем более и ставки были высоки.
Но ничтожеству вроде Агареса? Нет уж, молчать приятнее!
Тем более – молчать не так и долго, если сосредоточиться на визите к королю Стефану, у которого нет ни одной причины любить вампиров! Более того – у него сто причин для ненависти к ним, и возглавляет эту причину Роман Варгоши, убивший дочь короля Стефана.
Но приняли их хоть и мрачно, а всё же так, словно они были почётными гостями. Даже не стали унижать обыском или вопросами о том, куда и зачем им нужно. Их ждали.
Стражи было много, и она вся была сосредоточена в зале для приёма. Когда-то величественном тронном зале, в котором хорошо было бы устраивать пышные приёмы послов. Но сейчас тут всё ещё царил траур – чернота покрывал, приспущенные знамёна короля Стефана, чёрные драпировки на троне и ближайших к трону скамьях, да и сам король встретил их в тёмных одеждах.
Говорить стал, конечно, Лерайе.
–Ваше величество, – сказал он, выступая вперёд, – мы благодарим вас за то, что так скоро приняли нас. Это большая честь, и мы…
–Я не имею ни малейшего желания видеть вас здесь. Я знаю кто вы. Наслышан. Более того, с некоторыми из вас знаком, – король Стефан не желал дослушивать. Маркиз Лерайе растерялся ненадолго – он не был дипломатом даже в лучшие свои дни и сам был удивлён тем, что принц Сиире выбрал именно его для дипломатической поездки.
Даже хотел отказаться. Но Сиире сказал, что другие его верные соратники уже заметны, примелькались, а Лерайе доберётся легко и безопасно, никто и не заметит. Это было похоже на правду. Лерайе очень хотелось, чтобы Сиире хоть немного чувстовал себя ег должником, потому маркиз и согласился. Но сейчас, встретив холодную, неприкрытую враждебность короля Стефана, он запоздало спохватился, что это всё-таки была не лучшая идея!
Но куда отступать?
–У нас письмо! – выпалил Агарес, проламывая паузу неловкости. Маркиз наградил лорда Агареса тяжёлым, многообещающим взглядом, но это, пожалуй, был лучший выход. Король Стефан не желал церемоний, что ж, можно было и уважить его, тем более, если они приехали к нему действительно с письмом, и, видимо, с важным, раз Сиире не послал кого-то из своих вампиров, а воспользовался совершенно вроде бы несвязанными с собой.
–В самом деле, ваше величество, – согласился Лерайе, поклонился ещё раз, и, выставив перед собой руку с письмом, сделал шаг к трону. Стража отреагировала незамедлительно, но король Стефан отозвал её взмахом руки и позволил вампиру приблизиться. Взял брезгливо конверт из руки его, Лерайе понял и, передав письмо, тотчас отошёл назад.
Король сломал печать, вгляделся в строчки. Лицо его пошло красными пятнами, затем побелело, и затяжелели черты его, будто бы налились камнем.
Лерайе вздохнул. Он прикинул возможную драку. Едва ли этого хотел Сиире! Да и стражи много! Не такой план они получили, не такую инструкцию, неужели не сработает?
Но король Стефан боролся с собой. Видимо, письмо удивило его. Разгневало, обеспокоило и всё же привело к нужному Сиире решению.
–Хорошо, – тяжело молвил Стефан, – вы получите то, что просите, но если и в этот раз обман…
–Никакого обмана! – на всякий случай поручился ни разу не дипломатичный Лерайе.
Король не отреагировал, подозвал к себе одного из ближайших стражников и шёпотом сказал ему наухо несколько слов.
–Но, мой король…– стражник в изумлении воззрился на него.
–Выполняй! – велел Стефан, и стражник поклонился, принимая какую-то удивившую даже его волю. Мгновение, и он исчез за спинами других стражников.
Вернулся он быстро, Агарес и Лерайе не успели прожить ещё одно неловкое молчание, а стражник уже вернулся, бережно неся в руках свёрток. Это был кусок ткани, прошитый по всему контуру, а в нём что-то будто бы пульсировало…
–Мой король, - стражник передал принесённый свёрток осторожно, словно ребёнка, своему королю. Стефан принял его с поклоном и сам, держа его в руках, сошёл к вампирам.
–Я расстаюсь с этим, повинуясь договору, тому слову, что я получил от принца Сиире. Если вы нарушите своё же слово – на вас сойдёт кара, – сказал Стефан и передал маленький пульсирующий свёрток из ткани Лерайе. Сочтя, по логике, его главнее Агареса.
Свёрток был лёгкий – теперь Агарес это видел, но Лерайе взял с тем же вниманием и почтением его из рук короля Стефана и тот демонстративно отёр руки о свой плащ.
–Благодарим, – сказал Лерайе и пошёл из зала. Как человек. Видимо, имел на этот счёт тоже инструкцию. Агарес, неловко откланявшись, метнулся за ним.
–Вроде нормально…– шепотом попытался порадоваться Агарес, нагнав в черноте коридора своего спутника, но Лерайе не ответил, во-первых, потому что не желал и всё ещё не понимал значения свершённого. Во-вторых, потому что не ожидал столкнуться с маленькой девочкой в коридоре.
Варгоши согласен. Он вспоминает Цепеша, вспоминает Агареса… кто из них был хотя бы раз с ним честен? А Сиире? Нет, они все стоят друг друга, они все используют друг друга и пытаются использовать его! Вот и всё! И никто никогда не хотел всерьёз заступаться за него. Только использовать, чтобы в нужный момент убрать. Такое же было и с Крыткой Малоре, в итоге убитой Томасом, и такое же было с пропавшим Агаресом…
Почему с Лоу – хитрой и коварной Марией Лоу должно быть как-то иначе?
Разве она заслуживает иной участи? Разве сама она не продукт своего же Совета, не полноправный его участник?
–Я говорю о другом, – продолжает Томас, – я говорю о том, что останется после самой Лоу.
–О её слугах? – Варгоши очень хочет догадаться. Ему нужно, чтобы Томас понял – с ним можно советоваться, Роман не глуп! Нет, ни в коем случае он не глуп, он всегда готов предположить и подойти к разгадке, и…
–Слуг, полагаю, разберут себе другие, – но догадка неверна. Томас едва заметно усмехается. – Не хочешь спросить куда мы идём?
–Откровенно говоря, – Роман сбит внезапным переходом темы, – я верю вам, брат Томас, я просто следую за вами, полагая, что вы не предадите меня и не убьёте, ведь иначе вы сделали бы это раньше.
–Ты прав, – соглашается Томас, – и в том прав, что мне нет резона тебя убивать или казнить. Я верю в то, что ты можешь обрести искупление.
Искупление! Как сладко это звучит, как радостно трепещет в груди от одного слова. Неужели искупление? Неужели Томас всё-таки отмечает в нём всё усердие, что усердно пытается демонстрировать Роман Варгоши, подкрепляя важность и искренность своего выбора?
Похоже на то!
–Но неужели тебе неинтересно? – продолжает Томас и Роман чувствует, что это очередное испытание, из числа тех, которые так любит давать и Томас, и сам Святой Престол, да и все слуги его, пожалуй, тоже.
Ему интересно. Но ответить надо правильно, а как правильно? Колючий шарик света из мёртвой груди, помоги!
–Я верую в любой путь, – отвечает Варгоши. Это правильный ответ. Идти, просто идти – это уже выбор и он демонстрирует его. Не стыдится, а гордится. Не скрывается тенью за спиной брата Томаса, а идёт рядом, идёт гордо, пытаясь заставить всё существо своё поверить в то, что обретет однажды искупление.
Томас доволен. Он улыбается, но едва-едва заметно. Однако Роман Варгоши уже знает улыбку брата Томаса и умеет её улавливать.
Ему важно её улавливать.
–Мы идём к Хранителю Святого Престола, – объясняет Томас, довольный ответом Варгоши. – Нам нужно получить от него несколько бумаг. Во-первых, о казни Марии Лоу. Во-вторых, бумаги, позволяющие нам посетить любой из её приютов. Полагаю, для тебя не новость то, что Лоу была наставницей в нескольких домах для сироток?
Не новость, нет, ни для кого в мире вампиров это не новость, но у Варгоши даже шаг сбивается.
–Почему? – искренне изумлён он. – Почему нам нужно попасть в приюты Лоу?
В голосе Томаса холодное спокойствие. На первый взгляд оно такое же как и всегда, но уже вымуштрованный Варгоши понимает – это разочарование!
И ему хочется на стены бросаться и камень грызть за глупость и несдержанность!
–Она отбирала из детей тех, кто в будущем сможет стать вампиром. Достойным вампиром. Это и есть та самая проблема, которая начинается с её смертью. Нам придётся проверить все приюты, находившееся под её крылом, проверить всех детей и всех, кто там работает. Ведь если кто-то окажется нечист…
–Убивать? – голос Варгоши даже охрип от волнения.
Томас смотрит со снисхождением, но отвечает всё также спокойно:
–Карать!
Да, карать. Именно карать. Варгоши кивает, мелко-мелко, спеша согласиться с поправкой. Да, они не убийцы. Они каратели. Они пришли вести к искуплению.
–По моим сведениям у Лоу приютов шесть на сегодня, – Томас продолжает прежним тоном, но слегка ускоряет шаг, улицы вот-вот заполнятся вечерне-радостным народом, который поспешит на службы да на радостные встречи с друзьями и близкими, а это значит, что надо спешить.
А ещё это значит что Варгоши нельзя отставать и он также ускоряет шаг, снова желая попадать в ритм шага брата Томаса. Это оказывается несложно – маленький шарик колюче-яростного света подталкивает всё его существо, ускоряет, наделяет какой-то новой силой и Роман идёт, идёт, соглашаясь со словами Томаса как с единственно верными.
Глава 27. Полезность
–Мой принц, я всё ещё могу быть вам полезен! – в глазах лорда Агареса отвратительная липкая надежда. В былое время Сиире бы не стал с ним связываться и высмеял бы такое подобострастие, но сегодня изменились времена и события – и даже в самом ничтожном кусочке сущности может таиться что-то важное.
Поэтому принц Сиире взял себя в руки. Более того, вернулся в состояние милосердия. В последнее время его все подводили, и кому-либо доверять свои размышления больше не имело смысла. Но лорд Агарес был так виноват и так слаб, что, в общем-то, ему и не нужно было доверять. Достаточно было лишь использовать.
–Полезен? Может быть и так, но я не желаю проверять тебя, – самое главное, выбрать для ответа правильный тон. Такой, в котором жестокий отказ, но в котором одновременно и открыта надежда на то, чтобы тебя можно переубедить. – У меня нет времени, Агарес, выяснять, насколько ты можешь мне пригодиться.
–Принц! – Агарес в отчаянии. Конечно, ему хотелось к своим вампирам, которых уже прогнали по всем допросам, разобрали каждую личность, проверили всю память…
Всё, лишь бы найти Агареса. А Агарес в плену Сиире. В безнадёжном.
–Лорд! – в тон отозвался Сиире, – я говорю серьёзно, Агарес. Я, быть может, и хотел бы дать тебе ещё один шанс на исправление, слишком уж ты запутался во всём, перестал отличать верное от неверного, но, право слово…
Самое главное – это подтолкнуть дурака к нужному ответу.
–Я могу быть полезен. Все мои силы – это ваши силы! – Агарес давно забыл про стеснение и гордость, пластаться у ног вампира, пусть и того, кто выше тебя по рангу, будучи самому вампиром, да ещё и тем, кто и сам недавно был вхож в Совет?
Это унизительно. Слишком унизительно. Но вечность длинная. Посмертие вампиром длиннее посмертия людей, а память коротка.
–Дать тебе шанс, что ли…– Сиире размышлял сам с собою. Разумеется, это тоже было уловкой, но уже куда более тонкой. Сиире давал Агаресу запомнить и уяснить навсегда: принц Сиире ему царь и бог!
Только он один.
–Принц, я сделаю всё, лишь бы вернуться к прежнему.
К прежнему вернуться не получится, лорд Агарес. Ты был слишком самовлюблён, чтобы решить посоветоваться однажды с Советом. Скажешь, что это одно преступление и нельзя тебя за него судить? Может быть, ты и будешь прав. Но именно это преступление, именно эта одна попытка самому справиться с ситуацией, вышла тебе боком и не выбраться тебе, Агарес!
–Ну хорошо, – согласиться тоже надо уметь. Надо выждать паузу, чтобы твой собеседник успел подумать, успел испугаться, и чтобы облегчение упало такой же плитой на его плечи, как и отказ. – Хорошо, Агарес, ты поедешь с маркизом Лерайе. К старому знакомому поедешь!
Агарес выслушал всё, не бледнея. Общество маркиза Лерайе, вышедшего из-за спины принца Сиире – пугало, да ещё как. Учитывая же то, что теперь Лерайе очевидно был в сговоре с принцем и вёл дела мимо Совета, становилось ещё страшнее, но не для того пластался и унижался лорд Агарес, чтобы сдаться и спасовать сейчас.
Хотя не нравился ему спутник, ещё больше не нравился пункт прибытия – замок короля Стефана, но он не отказался.
–Передадите ему это письмо, – объяснил Сиире, поколебался, как бы решая кому из них отдать запечатанный и клейменный собственной печатью конверт. Для себя он решил всё давно, но вся жизнь его и всё его посмертие всегда были набором театральных жестов.
Поколебавшись для вида,он отдал письмо маркизу Лерайе, тот криво ухмыльнулся, демонстрируя уже пожелтевший вампирский клык.
–Передадите королю письмо, – повторил Сиире. В последнее время его подводили даже на самых простых инструкциях, поэтому приходилось убеждаться, что каждый шаг его поручений поставлен чётко и не может толковаться как-то иначе.
–А что в письме? – лорд Агарес невовремя поверил в себя. Он решил, что уже прощён или почти прощён, а значит, вроде бы имеет право на знание. Сиире его веры не разделил и ответил мягко, но всё же так, чтобы не возникало сомнений в том, что препирательство и попытки выяснить содержание можно продолжать:
–Важная информация для короля. Он должен получить письмо запечатанным. В обмен он отдаст вам свёрток. Его вы тоже трогать не будете. Ясно?
Им было всё ясно. Агареса вёл страх, что вело Лерайе? Агарес размышлял об этом краешком сознания и не мог определиться – власть? Страх? Давние счёты?
–Точно ясно? – Сиире сомневался. – Лерайе, будь добр…
Лерайе повторил хрипло. С лёгкой насмешливостью, но покладисто:
–Письмо передать королю. Запечатанным. Получить от него свёрток. Передать сюда. Не трогать содержимое.
–Агарес? – Сиире откровенно демонстрировал недоверие к интеллектуальным способностям и выдержке обоих. Но Агаресу это было обиднее, он был моложе и, хотя понимал, как шатко его положение, попытался вывернуться:
–Я всё понял.
–повтори, – настоял Сиире и Агарес решил не испытывать судьбу, и всё-таки повторил всё то же, что прежде повторил маркиз.
А дальше была дорога. Быстрая для вампиров, но тяжёлая, ибо прошла она в молчании и полном презрении. Маркиз Лерайе не поддерживал ни одной попытки к беседе. Он не отвечал на вопросы, он не желал размышлять о содержимом письма или будущего свитка. И здесь Агарес был ещё молод, чтобы понять, в чём причина такого молчания. Она была не только в презрении Лерайе к Агаресу, она была в уязвлённой гордости!
Насмешничая, улыбаясь, словно ему известно больше, чем Агаресу, упиваясь, маркиз тоже играл – ему самому не было ничего известно ни о письме, ни о каком-то, очевидно существовавшем договоре между Сиире и Стефаном, но он делал вид, что знает, и ложь этого вида, начавшаяся как игра, жгла больно.
Потому он отмалчивался. Принцу Сиире можно было показать, что он не знает чего-то, принц Сиире был сильнее, в его руках было больше власти и знания. Ему можно было открыться, тем более и ставки были высоки.
Но ничтожеству вроде Агареса? Нет уж, молчать приятнее!
Тем более – молчать не так и долго, если сосредоточиться на визите к королю Стефану, у которого нет ни одной причины любить вампиров! Более того – у него сто причин для ненависти к ним, и возглавляет эту причину Роман Варгоши, убивший дочь короля Стефана.
Но приняли их хоть и мрачно, а всё же так, словно они были почётными гостями. Даже не стали унижать обыском или вопросами о том, куда и зачем им нужно. Их ждали.
Стражи было много, и она вся была сосредоточена в зале для приёма. Когда-то величественном тронном зале, в котором хорошо было бы устраивать пышные приёмы послов. Но сейчас тут всё ещё царил траур – чернота покрывал, приспущенные знамёна короля Стефана, чёрные драпировки на троне и ближайших к трону скамьях, да и сам король встретил их в тёмных одеждах.
Говорить стал, конечно, Лерайе.
–Ваше величество, – сказал он, выступая вперёд, – мы благодарим вас за то, что так скоро приняли нас. Это большая честь, и мы…
–Я не имею ни малейшего желания видеть вас здесь. Я знаю кто вы. Наслышан. Более того, с некоторыми из вас знаком, – король Стефан не желал дослушивать. Маркиз Лерайе растерялся ненадолго – он не был дипломатом даже в лучшие свои дни и сам был удивлён тем, что принц Сиире выбрал именно его для дипломатической поездки.
Даже хотел отказаться. Но Сиире сказал, что другие его верные соратники уже заметны, примелькались, а Лерайе доберётся легко и безопасно, никто и не заметит. Это было похоже на правду. Лерайе очень хотелось, чтобы Сиире хоть немного чувстовал себя ег должником, потому маркиз и согласился. Но сейчас, встретив холодную, неприкрытую враждебность короля Стефана, он запоздало спохватился, что это всё-таки была не лучшая идея!
Но куда отступать?
–У нас письмо! – выпалил Агарес, проламывая паузу неловкости. Маркиз наградил лорда Агареса тяжёлым, многообещающим взглядом, но это, пожалуй, был лучший выход. Король Стефан не желал церемоний, что ж, можно было и уважить его, тем более, если они приехали к нему действительно с письмом, и, видимо, с важным, раз Сиире не послал кого-то из своих вампиров, а воспользовался совершенно вроде бы несвязанными с собой.
–В самом деле, ваше величество, – согласился Лерайе, поклонился ещё раз, и, выставив перед собой руку с письмом, сделал шаг к трону. Стража отреагировала незамедлительно, но король Стефан отозвал её взмахом руки и позволил вампиру приблизиться. Взял брезгливо конверт из руки его, Лерайе понял и, передав письмо, тотчас отошёл назад.
Король сломал печать, вгляделся в строчки. Лицо его пошло красными пятнами, затем побелело, и затяжелели черты его, будто бы налились камнем.
Лерайе вздохнул. Он прикинул возможную драку. Едва ли этого хотел Сиире! Да и стражи много! Не такой план они получили, не такую инструкцию, неужели не сработает?
Но король Стефан боролся с собой. Видимо, письмо удивило его. Разгневало, обеспокоило и всё же привело к нужному Сиире решению.
–Хорошо, – тяжело молвил Стефан, – вы получите то, что просите, но если и в этот раз обман…
–Никакого обмана! – на всякий случай поручился ни разу не дипломатичный Лерайе.
Король не отреагировал, подозвал к себе одного из ближайших стражников и шёпотом сказал ему наухо несколько слов.
–Но, мой король…– стражник в изумлении воззрился на него.
–Выполняй! – велел Стефан, и стражник поклонился, принимая какую-то удивившую даже его волю. Мгновение, и он исчез за спинами других стражников.
Вернулся он быстро, Агарес и Лерайе не успели прожить ещё одно неловкое молчание, а стражник уже вернулся, бережно неся в руках свёрток. Это был кусок ткани, прошитый по всему контуру, а в нём что-то будто бы пульсировало…
–Мой король, - стражник передал принесённый свёрток осторожно, словно ребёнка, своему королю. Стефан принял его с поклоном и сам, держа его в руках, сошёл к вампирам.
–Я расстаюсь с этим, повинуясь договору, тому слову, что я получил от принца Сиире. Если вы нарушите своё же слово – на вас сойдёт кара, – сказал Стефан и передал маленький пульсирующий свёрток из ткани Лерайе. Сочтя, по логике, его главнее Агареса.
Свёрток был лёгкий – теперь Агарес это видел, но Лерайе взял с тем же вниманием и почтением его из рук короля Стефана и тот демонстративно отёр руки о свой плащ.
–Благодарим, – сказал Лерайе и пошёл из зала. Как человек. Видимо, имел на этот счёт тоже инструкцию. Агарес, неловко откланявшись, метнулся за ним.
–Вроде нормально…– шепотом попытался порадоваться Агарес, нагнав в черноте коридора своего спутника, но Лерайе не ответил, во-первых, потому что не желал и всё ещё не понимал значения свершённого. Во-вторых, потому что не ожидал столкнуться с маленькой девочкой в коридоре.
