Вера

Я не знаю, что именно случилось у королей двух стран дальше, однако следующие полгода принцесса, приехавшая со мной, была взята под стражу, в то время как меня спасла ссора с бывшей подругой, наличие защитниц в виде принцессы с Риш и выступление принца, в следствии которого я стала полноправной гражданкой Эдинака.
       В ходе сопротивления прошлая королевская династия была свергнута, принцесса и вся ее семья казнена, а Акифр подвергся экспансии короля-завоевателя. Мир между двумя королевствами был шатким, но он был.
       Сейчас же я понимала, что он был разрушен, а мама стала одной из заговорщиков, не желающих «жить под гнетом» другого государства.
       Меня в очередной раз спасал Ос, во время встречи с которым мне благоволила сама судьба. Однако мама сдаваться не любила, из-за чего меня может ждать не просто отсечение головы, как шпионку, а пытки с целью узнать информацию, которой я не владею.
       - Ты не сказал мне, - прошептала я, понимая, что он хотел уберечь меня от подобного разговора.
       Ведь не подойди ко мне та фрейлина и не скажи про письма, я бы даже не узнала про это.
       - Я не хотел, чтобы ты узнала, - честно произнес он, - отец зачитал мне несколько строк из писем твоей матери, - он поднял на меня прохладный взгляд, - она звала тебя вернуться домой.
       По телу прошла ледяная волна.
       Если бы я предприняла попытку бегства, то точно оказалась бы на плахе. Однако, я поняла и другой факт: мама не оставит меня здесь – если ее сподвижники настолько легко пробрались в королевский дворец, то скорее всего меня ждет путешествие в родные пенаты ближайшей замаскированной каретой. Но принцу об этом я не скажу, во-первых, потому, что тогда меня посадят под замок, а во-вторых, по причине, на которую он натолкнул меня своими действиями – он пожелал оставить меня в неведении, в то время как эта информация напрямую касалась меня. А значит, в подобной ситуации он выберет донесение королю, а не желание уберечь меня от чего бы то ни было.
       - Я не дам им даже пальцем тебя коснуться, - сурово произнес принц, глядя на уже успокоившуюся меня.
       Меня смутило слово «им». Звучало так, будто он пытается отобрать игрушку у двух взрослых, думающих, что она принадлежит каждому из них. Но я принадлежала себе, как и имела свое собственное мнение и право решать за себя самостоятельно.
       Я поднялась на ноги, коротко кивнула ему, даже не зная зачем, и направилась на выход, жаждая выйти на свежий воздух из этого пропитанного желчью замка.
       

       Глава 4

       Я потянулась в крепких объятьях Оса, из-за чего его высочество прижал меня к себе в разы сильнее и только после моего приглушенного писка в его грудь понял, что меня лучше отпустить, пока не задохнулась или не получила травмы несовместимые с жизнью.
       - Знаешь, я даже не удивлен твоему раннему пробуждению, - хмыкнул принц и прижался губами к моей щеке, отчего на сердце стало тепло, а на лице расцвела довольная улыбка.
       С того бала прошла уже почти неделя, в течение которой я успела относительно охладеть ко всей этой ситуации, но лишь эмоционально – я смогла побороть тревожность, перестала оглядываться в поисках шпионов и смогла взглянуть в глаза своим страхам. Так, например, мне стало понятно, что даже при угрозах мамы я останусь здесь. Как бы не старалась женщина вложить в мою голову преданность родине, жгучий патриотизм и осознанную зависимость от государства, я была далека от политики и холодна к «служению кому-либо». Я была плохой дочерью и гражданином, но в то же время я не собиралась кого-либо предавать или шпионить. Идеальным вариантом для меня было то место проживания, где я буду чувствовать себя в безопасности.
       Я распутала крепкие руки принца, отцепив их от себя, мигом подскочила на ноги и, уворачиваясь от его цепкой хватки, рванула в туалетную комнату, минуя гостиную. Оскар при этом плелся за мной, прикрывая рукой собственные сонные зевки.
       - Желаешь скорее увидеть жениха? – поддел меня парень, открыв передо мной дверь и галантно указав на проем рукой.
       Я усмехнулась, после чего резко изменила выражение лица на отстраненно-важное и кивнула, мол «но не тебя точно!». Оскарова улыбка перешла в оскал, глаза полыхнули ревностью, а крылья носа затрепетали, будто он сейчас пойдет бить морду Вейну, и не важно, что тот в нашем разговоре даже не участвовал. Мой смех был сопровожден недовольным бурчанием принца, каждый раз настолько сильно поддающемуся подобным «обманкам», хотя, казалось бы, смысла в этом не было.
       - Ос, ну честное слово! – я сделала шаг к нему, прижавшись к его груди своей, и ласково подняла свои ладони к его щекам, - почему ты такой ревнивый?
       Ладони притянули его не сопротивляющуюся голову, и мы замерли лицом к лицу настолько близко, насколько это было возможно.
       - Ты крайне провокационна, - прошипел тот, кому обычно хочется не просто сказать это, а прокричать в самое ухо, добавив, что он бессовестный и немного подлый.
       Улыбчиво кивнула ему, подтверждая, что в этот раз так и было, и провела рукой по его щеке вниз, отчего он невероятно мило прижался к ладони в ответ. В такие моменты мне казалось, что он любит меня сильнее, чем кто-либо на свете, однако я могла понять и другие причины его тяги ко мне.
       - У тебя борода, - указала я, почувствовав ладонью покалывающие волоски, успевшие отрасти за ту пару дней, когда его высочество решил лениться и не брать в руки острое лезвие бритвы.
       Ос хмыкнул, выпутался из моих объятий, ласково коснулся лба губами и, только спустившись непосредственно к уху, прошептал с задором в голосе:
       - У тебя тоже.
       Дальше следовало тактическое отступление в сторону, дабы не получить мой годами отработанный на нем же удар в плечо. Оставшиеся гигиенические процедуры, привычные для утра, принц весело рассказывал мне очередные шутки, которые он успел услышать у магов или аристократов замка, из-за чего мое обиженное шипение прерывалось или на смешок, или на хохоток от нас двоих. В этом был весь характер Оскара – дождаться от него извинений было сродни чуду, в то время как он заменял их своим заразным весельем, или шутками, вроде этих.
       
       Одеваться мне помогал сам Ос, выразивший сильный негатив по поводу корсета в жаркий летний день, подкрепляя свои слова тем, что я проем ему плешь по поводу неудобства и невозможности дышать. Ко всему прочему, у него всегда было немного раздражающее меня оправдание «Мне тебе жалко», которое помимо того, что действовало мне на нервы, так еще и сильно давило на ту самую «любовную жилку», которая только от осознания заботы парня обо мне, пищала так, что уши закладывало. Так случилось и в этот раз, из-за чего недовольная жизнью только с виду и пытающаяся прекратить вопли сердца о том, какой прекрасный «мужик» мне достался, из комнаты выходила я в пышном, но совершенно не модном платье с кокеткой под грудью и открытыми плечами, укутанными в сетчатую ткань. У принца от моего вида светлело в глазах, а шаловливые руки так и норовили прощупать плечи, будто он никогда этого не делал.
       Единственным, что радовало меня сегодня, были сами скачки. И если непримиримый в плане моей безопасности Оскар не разрешал мне ехать на лошади туда, то приближающееся действо не могло не вселять хорошее настроение. Более того – я чувствовала себя настолько возбужденной предстоящим развлечением, что припустила по коридору и лестнице вприпрыжку, заставляя принца вяло тащиться следом. Но даже этого мне было мало – пробежав вниз ко входной двери в башню и увидев, что его высочество только подошел к началу лестницы, я радостно проскакала обратно, встала сзади и, только подперев его в спину, начала уверенно толкать вперед, дабы он передвигался оперативнее.
       - Ты такая нетерпеливая, Вера! – хмыкнул специально тормозящий меня наглец.
       Я же попыток растолкать еле движимое не оставила, начав натужно и немного деланно пыхтеть.
       - Нас ждут лошадки, - я ущипнула его за мягкое место, отчего тот сверкнул глазами и таки соизволил пойти вперед неспешным шагом, - я сейчас тебя укушу!
       Последняя фраза вышла почти рыча, отчего у принца лицо вытянулось, а глаза закатились мол «Вот это угроза! Я бы так не смог!». Вот после этого - да, я выполнила угрозу. Оскар хохотнул, потер поруганное плечо и спустился с последней ступени, после чего подставил мне локоть и важно кивнул, когда я положила на него руку.
       Так, со счастливыми улыбками и влюблёнными взглядами друг на друга, мы прошли через сад, свернули к обширной подъездной аллее напротив центрального входа во дворец и встали рядом с ожидающими, очевидно, только нас двоих каретами. К счастью обе они были с откидным верхом и замшевыми, а не кожаными сидениями, потому как на последние хотелось только смотреть, а добираться при этом пешком.
       Одна из снаряженных для не очень длительного путешествия карет была отведена тем леди, что являлись мне подругами, в то время как король и несколько лордов, с которыми я по обыкновению не контактировала, сидели в другой. Оба принца планировали ехать верхом и сопровождать женскую повозку вместе с личной охраной королевы, фаворитки короля и двух принцесс. Мне охрана была не положена по статусу, чему я периодически радовалась, когда могла выйти из дворца без донесений его величеству. Другое дело - вездесущий Ос, который, как боевой маг высшей категории, умудрился навесить на меня столько всяких следилок, что порой становилось страшно сделать шаг в сторону, дабы не получить на орехи.
       Кронпринц уже сидел на своем скакуне, а потому поприветствовал брата усмешкой, а меня - кивком, и продолжил нетерпеливо ерзать в седле, отчего это передавалось даже переминающемуся с ноги на ногу коню.
       Оскар, из-за которого мы как обычно пришли последними, довел меня до кареты, вежливо и с улыбкой поздоровался со всеми леди, а после помог мне подняться на ступеньку, где поцеловал руку, заставив всех девушек захихикать. На этом позерства не прекратились, и на мою попытку высвободить руку из его, ее сжали на порядок сильнее и деланно-обиженно попросили о поцелуе. В этот момент мое терпение подходило к концу, однако я смогла сдержаться, обернуться и нагнуться к хитрой синеглазой харе, делающей, кстати, так всегда и везде. Уж я то знала, что он не отпустит, пока его воля не будет исполнена, из-за чего и перечить не стала. Как, собственно говоря, и другие члены экипажа.
       Но Оскар не был бы самим собой, если бы не запечатлел на моих губах сперва один поцелуй, затем второй и нагло ткнулся губами в кончик носа, введя в ступор присутствующих и меня особенно.
       На фоне словно гроза прогремели шуточные слова старшего принца:
       - Ты бы её еще в зад поцеловал!
       Да, его высочество Ричард тактичностью практически не обладал. Посему его не смущал даже зло взглянувший на него король, который успел махнуть кучеру, дабы мы трогались.
       - Ты думаешь, я не делал этого, братец? – усмехнулся мой принц, заставив меня прикрыть от негодования глаза.
       Не скажу, что Ос был словоохотливым, но подобные высказывания у него периодически проскальзывали. Причем, когда я настоятельно просила его о подобном не распыляться, он искренне не понимал почему, уверяя, что подобными словами он может указать только на свою «низменность», в то время как я буду выглядеть чуть ли не богиней, которой стоит поклоняться не только ему одному. В общем, меня это подбешивало – он же был самым упертым человеком в мире, а потому сходить с пути не планировал.
       - А тебе повезло, Вероника! – рассмеялся кронпринц, глядя на ловко запрыгнувшего в седло Оса.
       Тот, глядя на мое недовольство, ответил брату:
       - Ей повезло, что она не выбрала тебя, братец.
       - Это еще почему? – возмутился Ричард.
       Мой лорд хмыкнул, подвел лошадь ближе к нашей карете и улыбнулся мне.
       - Статистика говорит, что младшие братья выше старших, - он перевел взгляд на кронпринца и добавил, - и размер у нас больше. Да, Вера?
       Синие глаза вновь обратились ко мне, желающей только тихо и мирно доехать до долгожданного мероприятия. Они уже успели помериться кто чем, а мы еще даже не выехали со двора!
       - Мне то откуда знать? – я оглядела его ожидающий взгляд, - я не измеряла. И могла бы это сделать только с тобой.
       Парень довольно кивнул.
       - А если навскидку? – заинтересованно спросил старший принц.
       В нашей карете уже не было ни одной девушки нормального цвета. Все были или красными от стыда, или белыми от подобных разговоров.
       - А если навскидку, то вам двоим определенно нечем мериться! – сказала я, а только после поняла, что мой мозг переформулировал «незачем» в «нечем».
       Хохот Оса можно было слышать на другом континенте. Кронпринц же хмурил брови и пытался понять мое выражение лица, совместимое в моей голове только с мыслью «Как вышло, так вышло. Оправдываться лень».
       Меня вообще всегда интересовал вопрос, почему Ричард настолько фривольно относится ко мне, когда остальные леди, включая его собственную жену, остаются в стороне. Наверное, потому что я не отвожу взгляд и не смущаюсь, осознавая, что Оскар рядом, и если разговор будет заходить в совсем уж нехорошее русло, то он вывернет его в правильное. А еще он всегда убережет меня от беды – он всегда так делал, пусть и не играл по правилам, но был со мной честен и открыт.
       - Ты так жестока, сестрица, - пропел свою обыденную фразу Ричард.
       Я лишь кивнула и, наконец, обратила все свое внимание к подругам, в то время как мы выезжали за пределы первой крепостной стены.
       
       - Братец Ос, конечно, в последнее время немного… не такой, как обычно, - прошептала Мира, глядя на меня с несказанным вопросом в глазах.
       Я пожала плечами, не особо желая обсуждать сейчас его поведение и то, с чем оно было связано.
       - Это ты не видела его лет пять назад, - на манер рассказывания слухов начала Лив. Она, в отличие от остальных леди, родилась принцессой и была младшей сестрой Ричарда и Оскара, - он до того, как первый раз Нику увидел, был таким скрытным и недружелюбным, что мы с Риком даже побаивались его немного. А вот уже после того, как они хм… «подружились», мы узнали, что братец просто кошмарно шебутной.
       Я улыбнулась ее непосредственности и тем словам, что она начала использовать. Выглядела она при этом как девушка из среднего сословия, «якшающаяся» исключительно с низшим. Происходило это потому, что последние полгода девушка проводила время с Лиззи, которая любила заниматься благотворительностью. Так вот, все эти посещения детских домов и фондов влияли на принцессу, по обыкновению впитывающую все словно губка, не лучшим образом. По крайней мере так считали король и кронпринц, и в попытках сделать из незамужней Лив идеальную для общества леди эти двое естественно терпели крах – принцесса вообще замуж не стремилась. Она была самой младшей из нашей компании и искренне верила в любовь с первого взгляда. К слову, влюблялась подобным образом она часто и почти всегда в не очень приятных даже на вид лордов. Так, при виде приятного, но строгого от природы лица, мужчины старались не приближаться, но узнав о великой непосредственности и ветреном характере принцессы, желали воспользоваться этим и невероятно быстро сватались, жаждая породниться с самим королем.
       Естественно, я, Риш, Лиззи и Мира вырывали из хитрых цепких рук обидчиков нашу Лив, да только если последние двое могли только угрожать и хлестать речевыми оборотами, то мы с Риш привыкли высказывать свое искреннее недовольство другим способом.