- Да. Завтра я взяла выходной. У меня завтра тренировка продлится дольше, чем обычно.
Выйдя из павильона, мы подошли к мотоциклу Яна. Он протянул мне шлем и одел свой. Устроившись на мотоцикле, я обняла парня за талию. Как только я завершила свои манипуляции Ян завел мотор и рванул с места.
Пока мы ехали, я пыталась понять, что произошло. Ян был слишком молчаливый. Я чувствовала то напряжение, которое исходило от него и с чем это связано я не понимала. Я решила, что когда мы остановимся на перекус, то обязательно поговорю с ним. Меня убивает какая-то недосказанность, которая образовалась между нами.
Подъехав к небольшому кафе, он припарковал мотоцикл и снял шлем. Я поступила также. Я не успела слезть, как парень заговорил:
- Я хочу извиниться.
- За что? – удивилась я.
- За то, что сказал, что ты моя собственность.
- И?
- Просто я не хотел как-то тебя обидеть. – он глубоко вздохнул. - Просто я не привык, что у моей девушки могут быть друзья-парни, которые могут ее запросто обнимать даже зная, что у нее есть парень.
Он слез с мотоцикла и повернулся ко мне положив руки на сиденье по бокам от меня.
- Мне не нравится, что есть парни, которые знают тебя с той стороны, с которой не знаю я. И этот факт меня убивает.
Я внимательно вглядывалась в его лицо, которое выражало сомнение и неуверенность с одной стороны и самоуверенность собственника с другой.
- Послушай, ты – парень. И этим все сказано. Мне кажется ты немного торопишься. Мы знаем друг друга меньше месяца, а встречаемся только второй день. – я погладила его по щеке. – Антон тоже проявлял замашки собственника. И мне это не нравилось. – при упоминании имени моего бывшего Ян поморщился. Стало понятно, что разговор о нем ему неприятен. - Но давай договоримся на будущее о том, что свои замашки собственника в отношениях со мной ты будешь оставлять за их пределами. Я не люблю, когда мне указывают с кем общаться или дружить. Даже мой папа не решался это делать, так как понимал, что я поступлю наоборот. – я прижалась к его лбу и посмотрела прямо ему в глаза. На долю секунды в них промелькнули вина и одиночество, те самые эмоции, которые иногда испытываю я. – Мы договорились, что за месяц выясним природу наших отношений. И я собираюсь выполнить свою часть уговора. А ты?
Он внимательно выслушал меня, после чего накрыл своей рукой мою, которая прикасалась к его щеке. В его потемневших глазах плескалась задумчивость. Ян поворачивает голову и целует внутреннюю чувствительную часть моей ладони, при этом его взгляд удерживал мой. От его действий по моему телу пробежала мелкая дрожь. Он, либо заметил это, либо почувствовал, улыбнулся. От его улыбки мое сердце забилось так, как будто я только что участвовала в забеге на длинную дистанцию.
Продолжая покрывать поцелуями внутреннюю часть ладони и запястья, он наблюдал за тем в какое смятение меня вгонял. Я не была готова к тому что именно этот парень будет разрушать все мои возведенные баррикады одну за другой.
- Я тоже не собираюсь отказываться от нашего договора. Думаю, что нам стоит поставить еще одну печать на нем. – он взял в свои ладони мое лицо, медленно наклоняется и прикасается своими губами к моим. Мое сердце стучит так, что его удары отдаются у меня в ушах.
Мое лицо до сих пор пылало, хотя время с нашего поцелуя прошло достаточно. Я не знаю какие эмоции переживает Ян, но меня это выбивает из колеи каждый раз, как его губы касаются моих. Я никогда не понимала, когда слышала рассказы девчонок, что они чуть ли не растекаются, когда целуются с кем-то, но не ожидала, что буду чувствовать схожие эмоции.
Я всегда считала себя слишком рациональной и контролирующей свои чувства. Я не скажу, что у меня огромный опыт в поцелуях, но достаточный, чтобы признать тот факт, что с Яном Митричем все идет не так как обычно.
Я помню, как однажды мама, будучи выпившей сказала, что, если женщина фригидна, это вина не только женщины, но и мужчины. Я спросила: почему? Она ответила, что просто напросто это не ее мужчина. Я поинтересовалась что она имеет ввиду? Она ответила, что не каждый мужик может зажечь женский фитиль. У каждой женщины – есть свой мужчина и это счастье, если ты его встретила. Я тогда хотела еще что-то спросить, но мама перешла в режим обвинения меня в том, что мой отец – это ее мужчина, а с моим рождением она стал любить ее меньше. И что это я виновата в его гибели. Каждый такой разговор вводит меня в жуткую депрессию. И в какой-то момент, я стала обходить темы, которые могли бы вывести нас на разговор о папе.
Из задумчивости меня вывел голос Яна:
- О чем задумалась?
- А с чего ты решил, что я о чем-то задумалась?
- Когда ты гоняешь свои мысли то у тебя становится такое выражение лица, как будто ты где-то в другом месте, а не здесь.
- О. – это все что я смогла сказать.
- И что это значит?
Я повернула голову в сторону парня и слегка наклонила ее. Разглядывая его лицо, я лишний раз убедилась, что он, очень красив или как бы сказали девчонки из школы – горячий. Красивая форма лица, мужественный подбородок с ямочкой, полные губы и длинные ресницы. Я уже сейчас понимала, как фотограф, что когда период взросления завершится, то он будет просто сногсшибательный. Тяжело придется девчонке, которая решится связать с ним свою жизнь. Готова дать сто очков вперед, что он как был бабник, так и останется.
- Вот опять у тебя сейчас это выражение лица, – он вгляделся в мое лицо, - или ты мечтаешь о ком-то другом, а не обо мне?
- Твое самомнение неискоренимо.
- Ну так и о чем ты мечтала?
- Тебе и вправду интересно?
- Конечно.
- Я просто думала, что была права, когда решила, что ты идеально подойдешь как модель для любого фотографа. А когда ты повзрослеешь и возмужаешь, то твой послужной список станет бесконечным.
- А для тебя я подойду как модель?
- Я любитель.
- И все-таки?
- Можно попробовать. Но мои способности не на том уровне, чтобы полностью тебя раскрыть.
- А ты попробуй и тогда решишь. Ну как, договорились?
- Договорились. – я улыбнулась.
Немного помолчав, я нарушила тишину:
- У тебя есть мечта?
- Мечта?
- Да.
- Я даже и не знаю, – он задумался, а потом продолжил, - у меня все есть и мечтать о чем-то еще становится неинтересно.
- Ты не прав. Есть много вещей, которые не купишь за деньги.
- Ты не права. Назови хотя бы пару вещей, которые нельзя купить.
- Дружба, любовь, уважение.
Когда он услышал то что я перечислила, то рассмеялся.
- Детка, ты в каком мире живешь. – он продолжил смеяться. – Дружба, любовь, уважение покупается и легко.
- Например?
- Например? – он перестал смеяться и задумался. – Например, если я буду задаривать подарками кого-то, то они станут моими друзьями. А про девчонок и говорить не приходится. Им только пообещай побрякушку какую-нибудь и подороже, то они будут клясться тебе в любви до гроба. А что касается уважения, то любого чела с деньгами уважают.
- А потом?
- Что потом?
- Ну потом. – я передернула плечами. – Ты заболел или у тебя закончились деньги по какой-либо причине и что будет с твоими «друзьями», «любовью» и купленным уважением. Сколько останется рядом с тобой и реально будут готовы помочь тебе?
Ян отвернулся и задумался. Пожав плечами, он произнес:
- Не знаю. А ты?
- Мой папа всегда говорил, что настоящих друзей и настоящую любовь не купишь. Я не знаю из чего он сделал такие выводы и какие отношения его связывали с мамой, но я точно знаю, что он был прав. – сконцентрировав свой взгляд на огнях ночного города, я продолжила, - Когда папы не стало, все те, кто на протяжении всей моей жизни назывался моими друзьями по исчезали со скоростью света. Да, они продолжают общаться со мной в школе, но каждый раз дают понять, что я уже не принадлежу к их узкому кружку. Единственными друзьями остались Алиса и Коля. Им параллельно есть у меня деньги или нет. Что же касается любви то это из той же оперы. Любовь за деньги – это проституция. Любовь либо есть, либо нет. Уважение должно быть не по отношению к тому факту сколько у тебя денег, а к тому что ты сделал и что из себя представляешь. Я вообще считаю, что отношения, основанные на деньгах – эфемерны. Сейчас есть, а завтра нет.
- Ты бескомпромиссна. Есть не только черно и белое, но и серые оттенки.
- Жизнь жестока и когда ты сталкиваешься с ней лицом к лицу, то сантименты не к чему.
- Ты – циник.
- Какая есть.
- Ты слишком взрослая для своего возраста.
- Ну знаешь ли когда твой отец погибает и мать ведет себя как избалованный ребенок у которой ты виновата во всем, то твое взросление происходит быстрее, чем у тех, кто живет в своем маленьком уютном мирке.
- Ты завидуешь им! – воскликнул парень, как будто открыл закон Архимеда.
- Завидую? Возможно. А возможно просто реальнее смотрю на этот мир.
- Интересно, как так получилось, что мы стали разговаривать на такие темы? – задался вопросом Ян.
- Не знаю. Наверное, мне надо было спросить не про мечту, а кем ты хочешь стать в будущем?
- Наверное. – он усмехнулся. – Ну что пойдем?
- Пойдем.
Подъехав к подъезду, мы слезли с мотоцикла, и Ян обнял меня.
- Знаешь, что мне нравится в тебе на данный момент?
- И что?
- Ты маленькая и при виде тебя у меня острое желание тебя защитить от этого жестокого мира.
- А ты не думал, что это я могу защитить тебя от этого жестокого мира? - я подняла голову и посмотрела на него.
- Нет, не думал, но обещаю, что подумаю.
Он наклонил голову и поцеловал меня. Наверное, не надо было это делать прямо напротив моих окон, но если уж это произошло, то не стоит переживать об этом. Если даже кто-то увидит меня, мне все равно кто и что скажет по этому поводу.
Наш поцелуй углубляется, и он прижимается ко мне так близко, что я могу ощущать звук его сердцебиения. То с какой скоростью бьется его сердце дает мне знать, что он тоже не остался равнодушным к нашим поцелуйным забегам. Те эмоции, что зарождаются внутри моей крепости, могут разнести ее, сравняв с землей. Но меня пугает то, что они могут разрушить и меня. И если это произойдет, то восстановить свои стены мне будет тяжело.
- Я каждый раз убеждаюсь, что твои губы мягкие. – его голос хриплый от возбуждения.
Я смотрю в его глаза и вижу больше, чем он показывает другим. В его глазах сплелись и грусть, и высокомерие, и желание, и неуверенность, еще что-то что я не могу пока понять.
Заглядывая через глаза в его мир, я поддалась, тому природному очарованию, которым обладает Ян и облизываю губы, предвкушая поцелуй.
Ян не заставил себя долго ждать и очередной забег поцелуя стартовал.
Я не знаю сколько прошло времени, когда мы прервались. Мои губы припухли и пульсировали, то ли от переизбытка поцелуев, то ли от их недостачи.
Ян провел большим пальцем по губам и улыбнулся.
- Мне нравится, когда твои такие как сейчас. Это доказывает, что ты испытываешь то же, что и я.
- Самомнение тебя не покидает, - я улыбнулась в ответ.
- Я такой какой есть. – он прикоснулся к моим губам легким поцелуем. – Мне пора. Увидимся завтра.
Он подошел к своему мотоциклу, одел шлем, завел мотор и рванул с места.
Я бросила взгляд туда, где только что скрылся Ян, после чего посмотрела на свои окна и пошла к своему подъезду.
Мне не хотелось возвращаться домой из-за новых родственников, но я не могу ночевать на улице. Сегодня мне некуда пойти. Алисы и Кольки нет в городе, а, чтобы поехать к Яну домой речи быть не могла. Я и так зачастила с ночевками по выходным. И это расстраивало больше всего.
Пока я мчался по автостраде домой, то постоянно возвращался к нашему разговору и поцелуям. То, что Лана циник, я это понял практически сразу, но я не думал, что предательство друзей нанесет ей такую травму. Она не доверяет никому, но при всем при этом она испытывает зависть к своим бывшим друзьям. Единственное с чем я ошибся, это с тем что решил, что она завидует их материальному благополучию, но это не так. Она завидовала тому, что у них есть родители, которые так или иначе заботятся о них. А ей приходится делать это самой после гибели близкого для нее человека. Уже не в первый раз я замечаю, что она чаще говорит об отце, чем о матери. И когда она это делает, то на ее лице появляется печаль.
Я хотел бы, чтобы она смогла отпустить эту историю, но как это сделать не знаю.
Надеюсь я смогу найти ответы на свои вопросы и дать ответы на те вопросы, которые еще не задала мне Лана.
Подъехав к дому, я обратил внимание, что в окнах нет света, да и машина отца отсутствует.
Зайдя в дом, я встретил Валентину Алексеевну, нашу экономку.
- Ты сегодня поздно, Ян.
- Девушку подвозил домой.
- Девушку? – я кивнул. – Это хорошо.
- Отец дома?
- Нет. Они уехали на какой-то прием.
- Отлично. – я стал подниматься по лестнице. – Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Зайдя в свою комнату, я переоделся и завалился на постель. То, что в доме я один меня радовало. Я любил эти минуты тишины и сегодня мне есть, о чем подумать.
Гоняя свои мысли, я не заметил, как уснул.
???
Я наблюдал через окно как подъехал мотоцикл и Лана слезла с него. Сняв шлем, она повернулась к водителю и подождала, когда он сделает также. Парень обнял ее и поцеловал.
- Вот дерьмо!
- Ты чего пап? – Вадим посмотрел на меня.
- Наблюдаю как какой-то мудак тискает Веркину дочку.
- Где? – Вадим подскочил ко мне, уставился во окно и воскликнул. – Да это тот самый мажорчик про которого я тебе рассказывал.
Я внимательно присмотрелся к парочке. Надо будет попросить ребят пробить что за перец руки тянет к тому что принадлежит мне.
- Значит это тот самый пацан, который в прошлую пятницу испугал тебя?
- Он меня не пугал! Просто я решил, что надо отступить и поговорить с тобой.
- Ты поговорил, но не сказал, что видимо парень непростой.
- А с чего ты взял? – сын продолжал наблюдать за тем что происходит на улице.
- Во-первых байк не из дешевых, а во-вторых прикид не хилый.
- И это все?
Я посмотрел на сына и и ухмыльнулся:
- Мальчик мой, поживи с моё, и ты научишься издалека отличать дешевку от премиум-класса. И если я тебе говорю, что этот, - я указал на парня, - непростой – значит он непростой. И чтобы прищемить ему хвост надо, что-то большее чем кулаки, - я продолжал наблюдать за падчерицей и ее хахалем, - и поверь мне я разберусь с этим.
- Пап, а что с нашим планом?
- Все в силе. – посмотрев на сына, я глубоко вздохнул. Вадим, конечно, не блещет умом, но не плохой исполнитель и точно не хочет опять вернуться в общагу.
- А что по поводу денег девчонки?
- Если будет упираться, то я знаю, как сломить ее. Главное, чтобы ее мамашка сделала все как надо по поводу хаты.
- А где Верка?
- В комнате. Отдыхает.
- А что с вашим мелким?
- Все норм.
- А твой бизнес не повредит ему?
- А почему он должен повредить? – я оторвался от наблюдения и сел за стол напротив сына. – Все в порядке. Я же рядом.
- Ясненько. А она не сопротивляется? А то мало ли ей все это не нравится.
- Послушай, сын, я – мужчина и если я сказал сделать, то она все сделает. А если будет кочевряжатся, то моя жена знает какое наказание ее ждет. – немного подумав, я заключил, - да и не будет она противиться. Она привыкла, что за нее мужик все решает. Как я понял, из наших разговоров, бывший муж полностью брал на себя заботу о ней и поэтому после его смерти она не смогла жить самостоятельно.
Выйдя из павильона, мы подошли к мотоциклу Яна. Он протянул мне шлем и одел свой. Устроившись на мотоцикле, я обняла парня за талию. Как только я завершила свои манипуляции Ян завел мотор и рванул с места.
Пока мы ехали, я пыталась понять, что произошло. Ян был слишком молчаливый. Я чувствовала то напряжение, которое исходило от него и с чем это связано я не понимала. Я решила, что когда мы остановимся на перекус, то обязательно поговорю с ним. Меня убивает какая-то недосказанность, которая образовалась между нами.
Подъехав к небольшому кафе, он припарковал мотоцикл и снял шлем. Я поступила также. Я не успела слезть, как парень заговорил:
- Я хочу извиниться.
- За что? – удивилась я.
- За то, что сказал, что ты моя собственность.
- И?
- Просто я не хотел как-то тебя обидеть. – он глубоко вздохнул. - Просто я не привык, что у моей девушки могут быть друзья-парни, которые могут ее запросто обнимать даже зная, что у нее есть парень.
Он слез с мотоцикла и повернулся ко мне положив руки на сиденье по бокам от меня.
- Мне не нравится, что есть парни, которые знают тебя с той стороны, с которой не знаю я. И этот факт меня убивает.
Я внимательно вглядывалась в его лицо, которое выражало сомнение и неуверенность с одной стороны и самоуверенность собственника с другой.
- Послушай, ты – парень. И этим все сказано. Мне кажется ты немного торопишься. Мы знаем друг друга меньше месяца, а встречаемся только второй день. – я погладила его по щеке. – Антон тоже проявлял замашки собственника. И мне это не нравилось. – при упоминании имени моего бывшего Ян поморщился. Стало понятно, что разговор о нем ему неприятен. - Но давай договоримся на будущее о том, что свои замашки собственника в отношениях со мной ты будешь оставлять за их пределами. Я не люблю, когда мне указывают с кем общаться или дружить. Даже мой папа не решался это делать, так как понимал, что я поступлю наоборот. – я прижалась к его лбу и посмотрела прямо ему в глаза. На долю секунды в них промелькнули вина и одиночество, те самые эмоции, которые иногда испытываю я. – Мы договорились, что за месяц выясним природу наших отношений. И я собираюсь выполнить свою часть уговора. А ты?
Он внимательно выслушал меня, после чего накрыл своей рукой мою, которая прикасалась к его щеке. В его потемневших глазах плескалась задумчивость. Ян поворачивает голову и целует внутреннюю чувствительную часть моей ладони, при этом его взгляд удерживал мой. От его действий по моему телу пробежала мелкая дрожь. Он, либо заметил это, либо почувствовал, улыбнулся. От его улыбки мое сердце забилось так, как будто я только что участвовала в забеге на длинную дистанцию.
Продолжая покрывать поцелуями внутреннюю часть ладони и запястья, он наблюдал за тем в какое смятение меня вгонял. Я не была готова к тому что именно этот парень будет разрушать все мои возведенные баррикады одну за другой.
- Я тоже не собираюсь отказываться от нашего договора. Думаю, что нам стоит поставить еще одну печать на нем. – он взял в свои ладони мое лицо, медленно наклоняется и прикасается своими губами к моим. Мое сердце стучит так, что его удары отдаются у меня в ушах.
***
Мое лицо до сих пор пылало, хотя время с нашего поцелуя прошло достаточно. Я не знаю какие эмоции переживает Ян, но меня это выбивает из колеи каждый раз, как его губы касаются моих. Я никогда не понимала, когда слышала рассказы девчонок, что они чуть ли не растекаются, когда целуются с кем-то, но не ожидала, что буду чувствовать схожие эмоции.
Я всегда считала себя слишком рациональной и контролирующей свои чувства. Я не скажу, что у меня огромный опыт в поцелуях, но достаточный, чтобы признать тот факт, что с Яном Митричем все идет не так как обычно.
Я помню, как однажды мама, будучи выпившей сказала, что, если женщина фригидна, это вина не только женщины, но и мужчины. Я спросила: почему? Она ответила, что просто напросто это не ее мужчина. Я поинтересовалась что она имеет ввиду? Она ответила, что не каждый мужик может зажечь женский фитиль. У каждой женщины – есть свой мужчина и это счастье, если ты его встретила. Я тогда хотела еще что-то спросить, но мама перешла в режим обвинения меня в том, что мой отец – это ее мужчина, а с моим рождением она стал любить ее меньше. И что это я виновата в его гибели. Каждый такой разговор вводит меня в жуткую депрессию. И в какой-то момент, я стала обходить темы, которые могли бы вывести нас на разговор о папе.
Из задумчивости меня вывел голос Яна:
- О чем задумалась?
- А с чего ты решил, что я о чем-то задумалась?
- Когда ты гоняешь свои мысли то у тебя становится такое выражение лица, как будто ты где-то в другом месте, а не здесь.
- О. – это все что я смогла сказать.
- И что это значит?
Я повернула голову в сторону парня и слегка наклонила ее. Разглядывая его лицо, я лишний раз убедилась, что он, очень красив или как бы сказали девчонки из школы – горячий. Красивая форма лица, мужественный подбородок с ямочкой, полные губы и длинные ресницы. Я уже сейчас понимала, как фотограф, что когда период взросления завершится, то он будет просто сногсшибательный. Тяжело придется девчонке, которая решится связать с ним свою жизнь. Готова дать сто очков вперед, что он как был бабник, так и останется.
- Вот опять у тебя сейчас это выражение лица, – он вгляделся в мое лицо, - или ты мечтаешь о ком-то другом, а не обо мне?
- Твое самомнение неискоренимо.
- Ну так и о чем ты мечтала?
- Тебе и вправду интересно?
- Конечно.
- Я просто думала, что была права, когда решила, что ты идеально подойдешь как модель для любого фотографа. А когда ты повзрослеешь и возмужаешь, то твой послужной список станет бесконечным.
- А для тебя я подойду как модель?
- Я любитель.
- И все-таки?
- Можно попробовать. Но мои способности не на том уровне, чтобы полностью тебя раскрыть.
- А ты попробуй и тогда решишь. Ну как, договорились?
- Договорились. – я улыбнулась.
Немного помолчав, я нарушила тишину:
- У тебя есть мечта?
- Мечта?
- Да.
- Я даже и не знаю, – он задумался, а потом продолжил, - у меня все есть и мечтать о чем-то еще становится неинтересно.
- Ты не прав. Есть много вещей, которые не купишь за деньги.
- Ты не права. Назови хотя бы пару вещей, которые нельзя купить.
- Дружба, любовь, уважение.
Когда он услышал то что я перечислила, то рассмеялся.
- Детка, ты в каком мире живешь. – он продолжил смеяться. – Дружба, любовь, уважение покупается и легко.
- Например?
- Например? – он перестал смеяться и задумался. – Например, если я буду задаривать подарками кого-то, то они станут моими друзьями. А про девчонок и говорить не приходится. Им только пообещай побрякушку какую-нибудь и подороже, то они будут клясться тебе в любви до гроба. А что касается уважения, то любого чела с деньгами уважают.
- А потом?
- Что потом?
- Ну потом. – я передернула плечами. – Ты заболел или у тебя закончились деньги по какой-либо причине и что будет с твоими «друзьями», «любовью» и купленным уважением. Сколько останется рядом с тобой и реально будут готовы помочь тебе?
Ян отвернулся и задумался. Пожав плечами, он произнес:
- Не знаю. А ты?
- Мой папа всегда говорил, что настоящих друзей и настоящую любовь не купишь. Я не знаю из чего он сделал такие выводы и какие отношения его связывали с мамой, но я точно знаю, что он был прав. – сконцентрировав свой взгляд на огнях ночного города, я продолжила, - Когда папы не стало, все те, кто на протяжении всей моей жизни назывался моими друзьями по исчезали со скоростью света. Да, они продолжают общаться со мной в школе, но каждый раз дают понять, что я уже не принадлежу к их узкому кружку. Единственными друзьями остались Алиса и Коля. Им параллельно есть у меня деньги или нет. Что же касается любви то это из той же оперы. Любовь за деньги – это проституция. Любовь либо есть, либо нет. Уважение должно быть не по отношению к тому факту сколько у тебя денег, а к тому что ты сделал и что из себя представляешь. Я вообще считаю, что отношения, основанные на деньгах – эфемерны. Сейчас есть, а завтра нет.
- Ты бескомпромиссна. Есть не только черно и белое, но и серые оттенки.
- Жизнь жестока и когда ты сталкиваешься с ней лицом к лицу, то сантименты не к чему.
- Ты – циник.
- Какая есть.
- Ты слишком взрослая для своего возраста.
- Ну знаешь ли когда твой отец погибает и мать ведет себя как избалованный ребенок у которой ты виновата во всем, то твое взросление происходит быстрее, чем у тех, кто живет в своем маленьком уютном мирке.
- Ты завидуешь им! – воскликнул парень, как будто открыл закон Архимеда.
- Завидую? Возможно. А возможно просто реальнее смотрю на этот мир.
- Интересно, как так получилось, что мы стали разговаривать на такие темы? – задался вопросом Ян.
- Не знаю. Наверное, мне надо было спросить не про мечту, а кем ты хочешь стать в будущем?
- Наверное. – он усмехнулся. – Ну что пойдем?
- Пойдем.
***
Подъехав к подъезду, мы слезли с мотоцикла, и Ян обнял меня.
- Знаешь, что мне нравится в тебе на данный момент?
- И что?
- Ты маленькая и при виде тебя у меня острое желание тебя защитить от этого жестокого мира.
- А ты не думал, что это я могу защитить тебя от этого жестокого мира? - я подняла голову и посмотрела на него.
- Нет, не думал, но обещаю, что подумаю.
Он наклонил голову и поцеловал меня. Наверное, не надо было это делать прямо напротив моих окон, но если уж это произошло, то не стоит переживать об этом. Если даже кто-то увидит меня, мне все равно кто и что скажет по этому поводу.
Наш поцелуй углубляется, и он прижимается ко мне так близко, что я могу ощущать звук его сердцебиения. То с какой скоростью бьется его сердце дает мне знать, что он тоже не остался равнодушным к нашим поцелуйным забегам. Те эмоции, что зарождаются внутри моей крепости, могут разнести ее, сравняв с землей. Но меня пугает то, что они могут разрушить и меня. И если это произойдет, то восстановить свои стены мне будет тяжело.
- Я каждый раз убеждаюсь, что твои губы мягкие. – его голос хриплый от возбуждения.
Я смотрю в его глаза и вижу больше, чем он показывает другим. В его глазах сплелись и грусть, и высокомерие, и желание, и неуверенность, еще что-то что я не могу пока понять.
Заглядывая через глаза в его мир, я поддалась, тому природному очарованию, которым обладает Ян и облизываю губы, предвкушая поцелуй.
Ян не заставил себя долго ждать и очередной забег поцелуя стартовал.
Я не знаю сколько прошло времени, когда мы прервались. Мои губы припухли и пульсировали, то ли от переизбытка поцелуев, то ли от их недостачи.
Ян провел большим пальцем по губам и улыбнулся.
- Мне нравится, когда твои такие как сейчас. Это доказывает, что ты испытываешь то же, что и я.
- Самомнение тебя не покидает, - я улыбнулась в ответ.
- Я такой какой есть. – он прикоснулся к моим губам легким поцелуем. – Мне пора. Увидимся завтра.
Он подошел к своему мотоциклу, одел шлем, завел мотор и рванул с места.
Я бросила взгляд туда, где только что скрылся Ян, после чего посмотрела на свои окна и пошла к своему подъезду.
Мне не хотелось возвращаться домой из-за новых родственников, но я не могу ночевать на улице. Сегодня мне некуда пойти. Алисы и Кольки нет в городе, а, чтобы поехать к Яну домой речи быть не могла. Я и так зачастила с ночевками по выходным. И это расстраивало больше всего.
Пока я мчался по автостраде домой, то постоянно возвращался к нашему разговору и поцелуям. То, что Лана циник, я это понял практически сразу, но я не думал, что предательство друзей нанесет ей такую травму. Она не доверяет никому, но при всем при этом она испытывает зависть к своим бывшим друзьям. Единственное с чем я ошибся, это с тем что решил, что она завидует их материальному благополучию, но это не так. Она завидовала тому, что у них есть родители, которые так или иначе заботятся о них. А ей приходится делать это самой после гибели близкого для нее человека. Уже не в первый раз я замечаю, что она чаще говорит об отце, чем о матери. И когда она это делает, то на ее лице появляется печаль.
Я хотел бы, чтобы она смогла отпустить эту историю, но как это сделать не знаю.
Надеюсь я смогу найти ответы на свои вопросы и дать ответы на те вопросы, которые еще не задала мне Лана.
Подъехав к дому, я обратил внимание, что в окнах нет света, да и машина отца отсутствует.
Зайдя в дом, я встретил Валентину Алексеевну, нашу экономку.
- Ты сегодня поздно, Ян.
- Девушку подвозил домой.
- Девушку? – я кивнул. – Это хорошо.
- Отец дома?
- Нет. Они уехали на какой-то прием.
- Отлично. – я стал подниматься по лестнице. – Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Зайдя в свою комнату, я переоделся и завалился на постель. То, что в доме я один меня радовало. Я любил эти минуты тишины и сегодня мне есть, о чем подумать.
Гоняя свои мысли, я не заметил, как уснул.
???
Я наблюдал через окно как подъехал мотоцикл и Лана слезла с него. Сняв шлем, она повернулась к водителю и подождала, когда он сделает также. Парень обнял ее и поцеловал.
- Вот дерьмо!
- Ты чего пап? – Вадим посмотрел на меня.
- Наблюдаю как какой-то мудак тискает Веркину дочку.
- Где? – Вадим подскочил ко мне, уставился во окно и воскликнул. – Да это тот самый мажорчик про которого я тебе рассказывал.
Я внимательно присмотрелся к парочке. Надо будет попросить ребят пробить что за перец руки тянет к тому что принадлежит мне.
- Значит это тот самый пацан, который в прошлую пятницу испугал тебя?
- Он меня не пугал! Просто я решил, что надо отступить и поговорить с тобой.
- Ты поговорил, но не сказал, что видимо парень непростой.
- А с чего ты взял? – сын продолжал наблюдать за тем что происходит на улице.
- Во-первых байк не из дешевых, а во-вторых прикид не хилый.
- И это все?
Я посмотрел на сына и и ухмыльнулся:
- Мальчик мой, поживи с моё, и ты научишься издалека отличать дешевку от премиум-класса. И если я тебе говорю, что этот, - я указал на парня, - непростой – значит он непростой. И чтобы прищемить ему хвост надо, что-то большее чем кулаки, - я продолжал наблюдать за падчерицей и ее хахалем, - и поверь мне я разберусь с этим.
- Пап, а что с нашим планом?
- Все в силе. – посмотрев на сына, я глубоко вздохнул. Вадим, конечно, не блещет умом, но не плохой исполнитель и точно не хочет опять вернуться в общагу.
- А что по поводу денег девчонки?
- Если будет упираться, то я знаю, как сломить ее. Главное, чтобы ее мамашка сделала все как надо по поводу хаты.
- А где Верка?
- В комнате. Отдыхает.
- А что с вашим мелким?
- Все норм.
- А твой бизнес не повредит ему?
- А почему он должен повредить? – я оторвался от наблюдения и сел за стол напротив сына. – Все в порядке. Я же рядом.
- Ясненько. А она не сопротивляется? А то мало ли ей все это не нравится.
- Послушай, сын, я – мужчина и если я сказал сделать, то она все сделает. А если будет кочевряжатся, то моя жена знает какое наказание ее ждет. – немного подумав, я заключил, - да и не будет она противиться. Она привыкла, что за нее мужик все решает. Как я понял, из наших разговоров, бывший муж полностью брал на себя заботу о ней и поэтому после его смерти она не смогла жить самостоятельно.
