- Заодно полежите под капельницей, - улыбнулась я, решив далее никого не ждать. Если ее заберет муж, то в моем присутствии более никто не нуждается. – До связи тогда.
- Да, спасибо вам большое.
Уходя я слышала, как гинеколог вызвала санитара для уборки в кабинете и предложила Ольге пройти в палату. Время под капельницей займет минимум час.
- Это хорошо. Арсений успеет добраться.
- Так вам повезло не только с подругой? - опосредованно похвалила меня врач. – Это большая редкость.
- Ох, мы не друзья, она у нас убирается.
9.
Убираюсь, да.
И это была простая констатация факта, но меня резануло.
Почему?
Я отправилась в пентхаус, заверила девочек, что с их мамой все в порядке, закончила уборку, вынесла мусор и забрала оборудование до того, как супружеская пара вернулась. Стандартная оплата наличными из ящика к вечеру дополнилась очень щедрыми чаевыми, прилетевшими на мой счет и огромной благодарностью, как я понимаю, от Арсения.
То, что можно было уложить в два сообщения он растянул на двадцать шесть, не столько порадовав, сколько смутив. Отчего моя попытка отвлечься от тяжелых дум в кругу новых людей с грохотом провалилась. И не спасли мое настроение ни лепка именной кружки, ни улыбчивый Кирилл. Может зря я согласилась приехать? Среди ночи меня ждет еще и заказ от Метеора, а в запасе ни сил, ни желания заработать.
Пока мастер курса рассказывал, как приделать ручку к чашке, я бездумно смотрела в окно, на закат. По-своему красивый он желтой полосой прорвался сквозь завесу дождевых облаков. Лизнул асфальт городских проспектов, оставил влажные дорожки на тротуарах, замеченный на месте преступления, стыдливо вспыхнул раскаленным золотом и исчез. На мгновение показалось, свет фонарей поблек под гнетом темноты, а затем в окно ударил дождь. Холодные струи заволокли обзор, размыв картинку вечернего города, сильный порыв ветра хлопнул цветными ставнями, кто-то ахнул, и я выпала из созерцательной медитации. Отвлеклась на кривое изделие в моих руках, вздохнула.
Отчего у меня опять появились мысли будто я не тем занимаюсь и не там?
- … Десятый, - произнесла хирург-невролог Даша. Сегодня ее имя я наконец-то узнала и запомнила.
- Восьмой, - поправил ее немногословный Володя в худи с рисковой надписью теперь уже на груди. Шрифт в слове «Правда» магическим образом скрадывала «рав», превращая его в «из». Трактовать можно как конец правде или писец правды. Креативненько.
- Ты пропустил два в самом начале, - качнула головой она, в непонятном мне споре.
- Я думал это были зевки.
- Начинались как вздохи. - Дарья подняла на меня пытливый взгляд. - Правда, Антонина?
- Вы что-то сказали? – не поняла я.
- Вздыхаете часто и очень глубоко.
- Извините.
- У вас что-то случилось?
- А-а-а-а неприятный случай на работе. Сложилось ощущение, что я не создана для нее. Теперь задаюсь вопросом, во мне взыграло эго или это новый жизненный урок.
- Хм-м-м знаете, есть такое явление как парный случай, - аккуратно начала Даша. Чашка в ее руках вышла неровной с волнистым краем, чего не скажешь о вырезанных в глине узорах с идеально деталировкой колосков, полевых маков и зависших над травой шмелей. - В хирургии, например, можно встретить двух пациентов с практически одинаковыми симптомами острого заболевания в одно и то же время или с небольшим временным разрывом. Так вот, если ваш неприятный случай в ближайшее время повторится, можно будет считать, что это жизненный урок.
Вспомнила красные разводы, поежилась.
- Нет! Не дай бог пройти через такое еще раз. Я не хочу на очередном объекте находить едва дышащую девушку, вызывать спасателей или скорую по… - Мой голос еще звучал, а перед взглядом всплыла невменяемая невеста, чей девичник походил на шабаш. – Э-э-эх блин!
Слыша мое протяжное «э» Даша улыбнулась, Володя оторвался от врезания ручки в чашку, Кирилл даже ухом не повел. Слишком занятый перемигиванием с высокой брюнеткой через стол, он в диалоге не участвовал, поэтому и мое восклицание посчитал проявлением слабости перед гончарным искусством.
- Да, это вам не полы мыть.
- Вы их мыли когда-нибудь? – поинтересовалась я, возвращаясь к своей идеально неидеальной чашке.
- Зачем? – он одним пальцем смахнул челку на лоб, копируя корейских айдолов, возможно, чтобы следующие слова не показались менее обидными. - Я считаю это черной работой, сопряженной с бедностью.
Мой вопросительный взгляд Кирилл встретил улыбкой.
- То есть, я для тебя чернорабочий?
Мой собеседник откинулся на спинку стула, смерил меня ленивым взглядом и спустив голос до мурчащих нот, произнес:
- Я бы так не сказал. Видите ли, если забить ваше имя в поиск и не пожалеть двадцати с лишним минут, можно найти весьма любопытную информацию. Например, о вашей впечатляющей должности на прошлом месте занятости, да и на месте до него… - Кивок головы кому-то за моей спиной, прищур. - Мне бескрайне любопытно, как вы с такой высоты спустились на уровень нынешний?
- Очевидно, по собственному желанию.
- И что вас к этому побудило?
- Перст судьбы.
- Указующий, - по-своему понял он.
- Нет, средний. Когда все, что ранее было важным и нужным превращается в пыль, сие иначе как посылом трактовать невозможно, - честно призналась я
Вернув свое внимание к чашке, подняла тонкий стек и сделала первый узор в виде спирали. Я достаточно обтекаемо ответила Кириллу, чтобы не дать ему зацепок к развитию диалога. Намек мягкий и прозрачный, надеюсь, что ему хватит ума не развивать тему дальше. У меня нет желания ни оправдываться, ни объясняться.
Зря я смолчала, Демченко не заткнулся.
- Странно слышать. Вас до сих пор считают самым эффективным региональным маркетологом, коего когда-либо приглашали во «Вкусс...»
- Всем добрый вечер! - ворвался в наш диалог, невесть откуда появившийся Громов. - Надеюсь я ничего не упустил? – вопросил он, через рукопожатие здороваясь с Володей и Кириллом. Мах другим, вежливый кивок Дарье и внимательный взгляд на меня.
- Как твой день?
- Хочу домой.
- Так… поехали, - он чуть улыбнулся. Откатил мой стул от стола и протянул руку, чтобы помочь подняться. – Это не школа, можно прогулять.
- Не верьте, - шепнул мне Володя. - Школу он тоже прогуливал, а универ посещал через раз.
- И как при таком подходе он учебу не завалил? – спросила Даша.
- У него повышенная договороспособность.
То, что Громов обладает этой способностью, он в считанные минуты подтвердил. Переговорил с мастером, пересадил к Кириллу ту высокую брюнетку, что перемигивалась с ним через стол, а на ее место устроил смущенную Татьяну. Ту самую, что в ходе готовки почти месяц назад наседала на Громова с вопросами. Сейчас свою заинтересованность в процессе лепки она могла обратить к крепко-сбитому блондину с длинной косой и татуировками на руках. Плотная вязь узоров от запястий до локтей меня бы смутила, а ее ничуть. О чем говорили притягательная улыбка и появившиеся на щеках ямочки.
- Здравствуйте! Кажется, ранее я вас не видела. Давно в нашем клубе? – легко завладела она вниманием блондина.
Одновременно с этим за другим столом уже мурчали приятным мужским голосом:
- Рад познакомиться, Аврора, я Кирилл…
- Желаю всем хорошего вечера, - попрощался с группой заядлый активист и вывел меня на воздух. Я только и успела что махнуть рукой Даше и Володе. – Где ты оставила машину?
- На круглосуточной стоянке недалеко отсюда, - ответила я, кутаясь в куртку. Дождь не отступал, потоки воды проносились мимо, собираясь в реки. – У меня в ночи еще один заказ. - На меня посмотрели со скепсисом, затем на часы и снова на меня. – Да, я уже подумала о том, что мне стоит отказаться или перекинуть на кого-нибудь из девочек.
- Только подумала, но не решила? – Криво улыбнулся он. Я устало пожала плечами, не начинать же оправдывать мою чрезмерную ответственность за результат. Привычка держать все под контролем родилась впереди меня. - Тогда поедем на моей.
Ближайшая махина на колесах подмигнула фарами, мне гостеприимно открыли дверь. То, что Татьяна приехала с Громовым я поняла, только оказавшись внутри идеально вычищенной и пропахшей цветочными духами машины. Салон еще не успел остыть, тепло сохранили и сиденья с подогревом. Курткой привычно прикрыла ноги, сумку подумала бросить назад, но вид роскошного букета, заставил меня аккуратно примостить оную на пол.
- Кажется, я испортила вам вечер, - заметила, пристегиваясь.
- С чего ты взяла? – не понял устроившийся рядом Громов.
- Цветы, - я указала на заднее сиденье.
- Это не мои.
- А чьи?
- Да так…
Включив поворотник, он мягко стронул авто с места и влился в редкий поток машин. В свете фонарей возле ближайшего ТЦ показалось, что скулы у него такие же красные, как обертка чупа-чупса, который он выудил из кармана. Предложил мне, услышав отказ, быстро развернул и запихнул в рот. Слишком поспешно, то ли, чтобы занять его, то ли чтобы успокоиться. Впрочем, неважно. Шорох дождя, тепло от сидения и печки, тихий шелест дворников почти убаюкали меня, когда Громов хрипло произнес:
- Я хотел… Кхм! – прочистил он горло, выудил из рта конфету, кашлянул. - Я хотел вручить, но все пошло не по плану. Я не решился.
Образ Татьяны, которая легко сменила объект интереса и обратила все свое внимание на блондина незамедлительно всплыл в моей памяти. Не уверена, что она не оценила бы букет, но, если сам Громов не решился, то к улыбчивой очаровашке нужен другой подход.
- А-а-а, понятно.
- Возьмешь? – неожиданно спросили у меня, чуть не свернувшей челюсть зевком.
- Что?
- Цветы. – Громов включил поворотник и, выждав немного, плавно перестроился левее. - Мне бы не хотелось везти их домой.
- Неужели в них видится этакий укор смущенной нерешительности?
- Есть такое... Так, что?
- Даже не знаю. – Посмотрев назад, в очередной раз зевнула. - С моим графиком, я вряд ли замечу их присутствие в квартире.
- Все настолько плохо?
- Ну, у нас Пасха на носу, ты в курсе? – кивнул. – А я вот, узнала только сегодня. Когда забыла Виталика недалеко от больницы и укатила вместе с его сумкой.
- Как ты могла его забыть?
- А он не рассказывал? - На ближайшем светофоре на меня воззрились чистым честным взглядом. – Нет? – Взгляд у Громова стал чуть более хитрым, но все еще честным. – Тогда я сейчас такое расскажу! Такое… Ночью кошмары сниться будут, - заверила я, вдруг ощутив приток бодрости. – Все началось утром, с ярко-красных капель крови и падения чего-то тяжелого в санузле!
В бойкое повествование об утреннем случае легко вписалась предыстория о том, что импровизированную роспись талантливого домашнего питомца супруг Ольги мог найти по наитию или же запаху. Его повышенная чувствительность к крови очень пригодилась бы следователю, но человек подался в архитекторы. Впрочем, в этом деле он преуспел, из семейное гнездышко – пентхаус впечатляет своими масштабами и чрезмерной продвинутостью. Не будь дверь гостевого санузла скрытой, мы бы вытащили Ольгу на полчаса раньше. С другой стороны, окажись она на свободе в более вменяемом состоянии, черта с два согласилась бы ехать в больницу.
- Как ни посмотри, все к лучшему, - подвела я черту и ожидаемо услышала короткое «ага!»
Рассказывать что-либо внимательному слушателю одно удовольствие. Он вовремя хмыкает, кивает, смеется, хмурит брови и, погружаясь в развитие событий, приходит к одним и тем же выводам. А именно, Виталий был послан мне свыше, конечно, Громовым.
- Даже спорить не буду, - усмехнулась я. - И тем забавнее, что я забыла забрать его от ближайшей пекарни. Проехала мимо не заметив активно машущего Виталика. Еще подумала, какое странное поведение у мужика, куличами торгует, размахивая пакетом, как флагом.
- Как долго он там простоял?
- Минут десять. На ближайшем повороте, его сумка свалилась с сиденья и вырвала меня из забытья. – Я глубоко вздохнула, в смущении потерла нос. – Удивлена, что он тебе не позвонил.
- Зачем? Ты достаточно быстро со всем разобралась.
- Ну, если не пожаловаться на меня, то сказать, что я из Хорошей знакомой стала Забывашкой. И не нужно улыбаться, меня демонстративно записали в контактах под этим позывным.
- Я не с тебя смеюсь, а с ситуации, - улыбнулся Громов. - Ты не первая потерпевшая и далеко не последняя.
- Он что, всех так записывает?
- Всех.
- То есть ему не просто некий Достал названивал четыре раза, - смекнула я, вспомнив сколько раз Виталий его звонки сбрасывал.
- Не просто… - кивнул Громов и, перекинув конфету на другую сторону, вдруг недоуменно заметил: - Не было четырех раз, меньше!
Мы пересеклись взглядами. Кажется, скулы у кое-кого опять заалели.
- Вот так поворот, - протянула я. Мне он не звонил, но друга несколько раз побеспокоил. Вероятно, из любопытства. – А значение у этого позывного есть? Достал в смысле до печенок доставучий?
- Кхм… - Громов быстро догрыз чупа-чупс, бросил пластиковую трубочку в отделение на двери, вернул руку на руль. - Нет, в смысле, достать могу все, что нужно. Или найти кого нужно.
- Теперь ясно. – Откинувшись в кресле, выше подтянула куртку, вздохнула. - Я бы назвала иначе.
Дождь сошел или же мы выехали из зоны его распространения, пейзаж за стеклом стал отчетливее, горящие окна многоэтажек перестали сливаться в единые пятна, на тротуаре появились одинокие фигуры прохожих. Кто-то перебегал из одного укрытия к другому, кто-то давно промокнув уверенно шел по лужам, не обращая внимания на брызги летящие от машин. Будучи за рулем все это ускользает от внимания, концентрация сосредоточена на движении, сигналах светофора, знаках, разметке и общей ситуации на дороге. Куда сильнее запоминается, как кто-то тебя подрезал, а не как отражаются темные силуэты деревьев в сплошном остеклении ТЦ. Загадочно.
- Так, а пример будет? – сквозь ускользающие мысли прорвался ко мне голос Громова.
- Мастер поиска, - промямлила в полудреме. – Или просто, Я Найду. Можно слитно.
Когда рядом что-то ярко вспыхнуло и замигало, ударив резким светом по глазам, я вырвалась из пустоты сновидений и вернулась в настоящий момент. В тишину теплого салона, где чуть слышно работает радио,.
- Фонарь, - пробурчали рядом, – нужно было лампу заменить.
- Уже приехали?
- Да. Проверь твой телефон, пришло несколько сообщений.
Все еще пребывая в полусонном состоянии, потянулась за сумкой, выудила телефон и воззрилась на горящий экран с трудом собирая буквы в слова.
- А-а-а-а хорошо, что мы уехали.
- Что там?
- Метеор не смог перевести средства. Карту заблокировали. Пообещал оплатить наличкой и предложил перенести уборку на завтра.
- То есть все удачно сложилось? – спросили у меня.
- Угу. Спа-а-а-сибо, что подвез, - зевнула я и отстегнула ремень. – С меня кофе.
- Букет, - вдруг сообщили мне, совершенно сбив с мысли.
- Чего?
- Букет забери и зачтемся, - предложили мне, вдруг развив бурную деятельность. Громов выбрался из джипа, обошел ее, открыл мою дверь и выгрузил меня, затем открыл заднюю дверь и выудил цветы, о которых мы говорили ранее. Роскошный букет оказался быстрее, чем я успела напомнить, что отказалась от них.
- Бери.
- Но… уверен, что не хочешь вручить их брюнетке? – спросила я, глядя на пионовидные розовые розы в сочетании с бледно-зелеными веточками эвкалипта. Если Громов передумает, я вряд ли эту прелесть из рук выпущу.
- Да, спасибо вам большое.
Уходя я слышала, как гинеколог вызвала санитара для уборки в кабинете и предложила Ольге пройти в палату. Время под капельницей займет минимум час.
- Это хорошо. Арсений успеет добраться.
- Так вам повезло не только с подругой? - опосредованно похвалила меня врач. – Это большая редкость.
- Ох, мы не друзья, она у нас убирается.
9.
Убираюсь, да.
И это была простая констатация факта, но меня резануло.
Почему?
Я отправилась в пентхаус, заверила девочек, что с их мамой все в порядке, закончила уборку, вынесла мусор и забрала оборудование до того, как супружеская пара вернулась. Стандартная оплата наличными из ящика к вечеру дополнилась очень щедрыми чаевыми, прилетевшими на мой счет и огромной благодарностью, как я понимаю, от Арсения.
То, что можно было уложить в два сообщения он растянул на двадцать шесть, не столько порадовав, сколько смутив. Отчего моя попытка отвлечься от тяжелых дум в кругу новых людей с грохотом провалилась. И не спасли мое настроение ни лепка именной кружки, ни улыбчивый Кирилл. Может зря я согласилась приехать? Среди ночи меня ждет еще и заказ от Метеора, а в запасе ни сил, ни желания заработать.
Пока мастер курса рассказывал, как приделать ручку к чашке, я бездумно смотрела в окно, на закат. По-своему красивый он желтой полосой прорвался сквозь завесу дождевых облаков. Лизнул асфальт городских проспектов, оставил влажные дорожки на тротуарах, замеченный на месте преступления, стыдливо вспыхнул раскаленным золотом и исчез. На мгновение показалось, свет фонарей поблек под гнетом темноты, а затем в окно ударил дождь. Холодные струи заволокли обзор, размыв картинку вечернего города, сильный порыв ветра хлопнул цветными ставнями, кто-то ахнул, и я выпала из созерцательной медитации. Отвлеклась на кривое изделие в моих руках, вздохнула.
Отчего у меня опять появились мысли будто я не тем занимаюсь и не там?
- … Десятый, - произнесла хирург-невролог Даша. Сегодня ее имя я наконец-то узнала и запомнила.
- Восьмой, - поправил ее немногословный Володя в худи с рисковой надписью теперь уже на груди. Шрифт в слове «Правда» магическим образом скрадывала «рав», превращая его в «из». Трактовать можно как конец правде или писец правды. Креативненько.
- Ты пропустил два в самом начале, - качнула головой она, в непонятном мне споре.
- Я думал это были зевки.
- Начинались как вздохи. - Дарья подняла на меня пытливый взгляд. - Правда, Антонина?
- Вы что-то сказали? – не поняла я.
- Вздыхаете часто и очень глубоко.
- Извините.
- У вас что-то случилось?
- А-а-а-а неприятный случай на работе. Сложилось ощущение, что я не создана для нее. Теперь задаюсь вопросом, во мне взыграло эго или это новый жизненный урок.
- Хм-м-м знаете, есть такое явление как парный случай, - аккуратно начала Даша. Чашка в ее руках вышла неровной с волнистым краем, чего не скажешь о вырезанных в глине узорах с идеально деталировкой колосков, полевых маков и зависших над травой шмелей. - В хирургии, например, можно встретить двух пациентов с практически одинаковыми симптомами острого заболевания в одно и то же время или с небольшим временным разрывом. Так вот, если ваш неприятный случай в ближайшее время повторится, можно будет считать, что это жизненный урок.
Вспомнила красные разводы, поежилась.
- Нет! Не дай бог пройти через такое еще раз. Я не хочу на очередном объекте находить едва дышащую девушку, вызывать спасателей или скорую по… - Мой голос еще звучал, а перед взглядом всплыла невменяемая невеста, чей девичник походил на шабаш. – Э-э-эх блин!
Слыша мое протяжное «э» Даша улыбнулась, Володя оторвался от врезания ручки в чашку, Кирилл даже ухом не повел. Слишком занятый перемигиванием с высокой брюнеткой через стол, он в диалоге не участвовал, поэтому и мое восклицание посчитал проявлением слабости перед гончарным искусством.
- Да, это вам не полы мыть.
- Вы их мыли когда-нибудь? – поинтересовалась я, возвращаясь к своей идеально неидеальной чашке.
- Зачем? – он одним пальцем смахнул челку на лоб, копируя корейских айдолов, возможно, чтобы следующие слова не показались менее обидными. - Я считаю это черной работой, сопряженной с бедностью.
Мой вопросительный взгляд Кирилл встретил улыбкой.
- То есть, я для тебя чернорабочий?
Мой собеседник откинулся на спинку стула, смерил меня ленивым взглядом и спустив голос до мурчащих нот, произнес:
- Я бы так не сказал. Видите ли, если забить ваше имя в поиск и не пожалеть двадцати с лишним минут, можно найти весьма любопытную информацию. Например, о вашей впечатляющей должности на прошлом месте занятости, да и на месте до него… - Кивок головы кому-то за моей спиной, прищур. - Мне бескрайне любопытно, как вы с такой высоты спустились на уровень нынешний?
- Очевидно, по собственному желанию.
- И что вас к этому побудило?
- Перст судьбы.
- Указующий, - по-своему понял он.
- Нет, средний. Когда все, что ранее было важным и нужным превращается в пыль, сие иначе как посылом трактовать невозможно, - честно призналась я
Вернув свое внимание к чашке, подняла тонкий стек и сделала первый узор в виде спирали. Я достаточно обтекаемо ответила Кириллу, чтобы не дать ему зацепок к развитию диалога. Намек мягкий и прозрачный, надеюсь, что ему хватит ума не развивать тему дальше. У меня нет желания ни оправдываться, ни объясняться.
Зря я смолчала, Демченко не заткнулся.
- Странно слышать. Вас до сих пор считают самым эффективным региональным маркетологом, коего когда-либо приглашали во «Вкусс...»
- Всем добрый вечер! - ворвался в наш диалог, невесть откуда появившийся Громов. - Надеюсь я ничего не упустил? – вопросил он, через рукопожатие здороваясь с Володей и Кириллом. Мах другим, вежливый кивок Дарье и внимательный взгляд на меня.
- Как твой день?
- Хочу домой.
- Так… поехали, - он чуть улыбнулся. Откатил мой стул от стола и протянул руку, чтобы помочь подняться. – Это не школа, можно прогулять.
- Не верьте, - шепнул мне Володя. - Школу он тоже прогуливал, а универ посещал через раз.
- И как при таком подходе он учебу не завалил? – спросила Даша.
- У него повышенная договороспособность.
То, что Громов обладает этой способностью, он в считанные минуты подтвердил. Переговорил с мастером, пересадил к Кириллу ту высокую брюнетку, что перемигивалась с ним через стол, а на ее место устроил смущенную Татьяну. Ту самую, что в ходе готовки почти месяц назад наседала на Громова с вопросами. Сейчас свою заинтересованность в процессе лепки она могла обратить к крепко-сбитому блондину с длинной косой и татуировками на руках. Плотная вязь узоров от запястий до локтей меня бы смутила, а ее ничуть. О чем говорили притягательная улыбка и появившиеся на щеках ямочки.
- Здравствуйте! Кажется, ранее я вас не видела. Давно в нашем клубе? – легко завладела она вниманием блондина.
Одновременно с этим за другим столом уже мурчали приятным мужским голосом:
- Рад познакомиться, Аврора, я Кирилл…
- Желаю всем хорошего вечера, - попрощался с группой заядлый активист и вывел меня на воздух. Я только и успела что махнуть рукой Даше и Володе. – Где ты оставила машину?
- На круглосуточной стоянке недалеко отсюда, - ответила я, кутаясь в куртку. Дождь не отступал, потоки воды проносились мимо, собираясь в реки. – У меня в ночи еще один заказ. - На меня посмотрели со скепсисом, затем на часы и снова на меня. – Да, я уже подумала о том, что мне стоит отказаться или перекинуть на кого-нибудь из девочек.
- Только подумала, но не решила? – Криво улыбнулся он. Я устало пожала плечами, не начинать же оправдывать мою чрезмерную ответственность за результат. Привычка держать все под контролем родилась впереди меня. - Тогда поедем на моей.
Ближайшая махина на колесах подмигнула фарами, мне гостеприимно открыли дверь. То, что Татьяна приехала с Громовым я поняла, только оказавшись внутри идеально вычищенной и пропахшей цветочными духами машины. Салон еще не успел остыть, тепло сохранили и сиденья с подогревом. Курткой привычно прикрыла ноги, сумку подумала бросить назад, но вид роскошного букета, заставил меня аккуратно примостить оную на пол.
- Кажется, я испортила вам вечер, - заметила, пристегиваясь.
- С чего ты взяла? – не понял устроившийся рядом Громов.
- Цветы, - я указала на заднее сиденье.
- Это не мои.
- А чьи?
- Да так…
Включив поворотник, он мягко стронул авто с места и влился в редкий поток машин. В свете фонарей возле ближайшего ТЦ показалось, что скулы у него такие же красные, как обертка чупа-чупса, который он выудил из кармана. Предложил мне, услышав отказ, быстро развернул и запихнул в рот. Слишком поспешно, то ли, чтобы занять его, то ли чтобы успокоиться. Впрочем, неважно. Шорох дождя, тепло от сидения и печки, тихий шелест дворников почти убаюкали меня, когда Громов хрипло произнес:
- Я хотел… Кхм! – прочистил он горло, выудил из рта конфету, кашлянул. - Я хотел вручить, но все пошло не по плану. Я не решился.
Образ Татьяны, которая легко сменила объект интереса и обратила все свое внимание на блондина незамедлительно всплыл в моей памяти. Не уверена, что она не оценила бы букет, но, если сам Громов не решился, то к улыбчивой очаровашке нужен другой подход.
- А-а-а, понятно.
- Возьмешь? – неожиданно спросили у меня, чуть не свернувшей челюсть зевком.
- Что?
- Цветы. – Громов включил поворотник и, выждав немного, плавно перестроился левее. - Мне бы не хотелось везти их домой.
- Неужели в них видится этакий укор смущенной нерешительности?
- Есть такое... Так, что?
- Даже не знаю. – Посмотрев назад, в очередной раз зевнула. - С моим графиком, я вряд ли замечу их присутствие в квартире.
- Все настолько плохо?
- Ну, у нас Пасха на носу, ты в курсе? – кивнул. – А я вот, узнала только сегодня. Когда забыла Виталика недалеко от больницы и укатила вместе с его сумкой.
- Как ты могла его забыть?
- А он не рассказывал? - На ближайшем светофоре на меня воззрились чистым честным взглядом. – Нет? – Взгляд у Громова стал чуть более хитрым, но все еще честным. – Тогда я сейчас такое расскажу! Такое… Ночью кошмары сниться будут, - заверила я, вдруг ощутив приток бодрости. – Все началось утром, с ярко-красных капель крови и падения чего-то тяжелого в санузле!
В бойкое повествование об утреннем случае легко вписалась предыстория о том, что импровизированную роспись талантливого домашнего питомца супруг Ольги мог найти по наитию или же запаху. Его повышенная чувствительность к крови очень пригодилась бы следователю, но человек подался в архитекторы. Впрочем, в этом деле он преуспел, из семейное гнездышко – пентхаус впечатляет своими масштабами и чрезмерной продвинутостью. Не будь дверь гостевого санузла скрытой, мы бы вытащили Ольгу на полчаса раньше. С другой стороны, окажись она на свободе в более вменяемом состоянии, черта с два согласилась бы ехать в больницу.
- Как ни посмотри, все к лучшему, - подвела я черту и ожидаемо услышала короткое «ага!»
Рассказывать что-либо внимательному слушателю одно удовольствие. Он вовремя хмыкает, кивает, смеется, хмурит брови и, погружаясь в развитие событий, приходит к одним и тем же выводам. А именно, Виталий был послан мне свыше, конечно, Громовым.
- Даже спорить не буду, - усмехнулась я. - И тем забавнее, что я забыла забрать его от ближайшей пекарни. Проехала мимо не заметив активно машущего Виталика. Еще подумала, какое странное поведение у мужика, куличами торгует, размахивая пакетом, как флагом.
- Как долго он там простоял?
- Минут десять. На ближайшем повороте, его сумка свалилась с сиденья и вырвала меня из забытья. – Я глубоко вздохнула, в смущении потерла нос. – Удивлена, что он тебе не позвонил.
- Зачем? Ты достаточно быстро со всем разобралась.
- Ну, если не пожаловаться на меня, то сказать, что я из Хорошей знакомой стала Забывашкой. И не нужно улыбаться, меня демонстративно записали в контактах под этим позывным.
- Я не с тебя смеюсь, а с ситуации, - улыбнулся Громов. - Ты не первая потерпевшая и далеко не последняя.
- Он что, всех так записывает?
- Всех.
- То есть ему не просто некий Достал названивал четыре раза, - смекнула я, вспомнив сколько раз Виталий его звонки сбрасывал.
- Не просто… - кивнул Громов и, перекинув конфету на другую сторону, вдруг недоуменно заметил: - Не было четырех раз, меньше!
Мы пересеклись взглядами. Кажется, скулы у кое-кого опять заалели.
- Вот так поворот, - протянула я. Мне он не звонил, но друга несколько раз побеспокоил. Вероятно, из любопытства. – А значение у этого позывного есть? Достал в смысле до печенок доставучий?
- Кхм… - Громов быстро догрыз чупа-чупс, бросил пластиковую трубочку в отделение на двери, вернул руку на руль. - Нет, в смысле, достать могу все, что нужно. Или найти кого нужно.
- Теперь ясно. – Откинувшись в кресле, выше подтянула куртку, вздохнула. - Я бы назвала иначе.
Дождь сошел или же мы выехали из зоны его распространения, пейзаж за стеклом стал отчетливее, горящие окна многоэтажек перестали сливаться в единые пятна, на тротуаре появились одинокие фигуры прохожих. Кто-то перебегал из одного укрытия к другому, кто-то давно промокнув уверенно шел по лужам, не обращая внимания на брызги летящие от машин. Будучи за рулем все это ускользает от внимания, концентрация сосредоточена на движении, сигналах светофора, знаках, разметке и общей ситуации на дороге. Куда сильнее запоминается, как кто-то тебя подрезал, а не как отражаются темные силуэты деревьев в сплошном остеклении ТЦ. Загадочно.
- Так, а пример будет? – сквозь ускользающие мысли прорвался ко мне голос Громова.
- Мастер поиска, - промямлила в полудреме. – Или просто, Я Найду. Можно слитно.
Когда рядом что-то ярко вспыхнуло и замигало, ударив резким светом по глазам, я вырвалась из пустоты сновидений и вернулась в настоящий момент. В тишину теплого салона, где чуть слышно работает радио,.
- Фонарь, - пробурчали рядом, – нужно было лампу заменить.
- Уже приехали?
- Да. Проверь твой телефон, пришло несколько сообщений.
Все еще пребывая в полусонном состоянии, потянулась за сумкой, выудила телефон и воззрилась на горящий экран с трудом собирая буквы в слова.
- А-а-а-а хорошо, что мы уехали.
- Что там?
- Метеор не смог перевести средства. Карту заблокировали. Пообещал оплатить наличкой и предложил перенести уборку на завтра.
- То есть все удачно сложилось? – спросили у меня.
- Угу. Спа-а-а-сибо, что подвез, - зевнула я и отстегнула ремень. – С меня кофе.
- Букет, - вдруг сообщили мне, совершенно сбив с мысли.
- Чего?
- Букет забери и зачтемся, - предложили мне, вдруг развив бурную деятельность. Громов выбрался из джипа, обошел ее, открыл мою дверь и выгрузил меня, затем открыл заднюю дверь и выудил цветы, о которых мы говорили ранее. Роскошный букет оказался быстрее, чем я успела напомнить, что отказалась от них.
- Бери.
- Но… уверен, что не хочешь вручить их брюнетке? – спросила я, глядя на пионовидные розовые розы в сочетании с бледно-зелеными веточками эвкалипта. Если Громов передумает, я вряд ли эту прелесть из рук выпущу.
