Когда Гриша в примерочной кабинке пытался самостоятельно застегнуть крохотную пуговичку на манжете рубашки, Жене ответила на вызов от абонента Алексея Майорова.
- Привет, невестушка. Если ты планировала скрывать дату свадьбы, то миссии провалена.
- Привет, зубодёр. Что и кому ты растрепал?
- У меня утром консультация была, а после неё я к Андрею на обед заскочил, а то моя Женя опять холодец варила. Есть его можно, но сегодня не хочется, - углубился в предысторию Лёша. - Жую я гречку с курицей, и тут Софья спрашивает, слышал ли я о том, что ты замуж собралась.
- Так я Андрея ещё на прошлой неделе предупредила.
- А он тебя внимательно слушал? А то когда я сказал, что в пятницу тебя с бракосочетанием в модном ресторане поздравлять буду, реакция была странной. Софья с Андреем удивились, побледнели и стали вопросы задавать.
- А ты что? - не понимая, что удивило бывшего мужа и его подругу, полюбопытствовала Женя.
- Быстренько доел, поблагодарил за обед, попрощался, вышел из дома и тебе вот набрал, - отрапортовал Алексей. - Может, Андрейка от тебя приглашение ждал?
- А ты бы пригласил?
- Да, он же мне почти как родня.
Предположение младшего Майорова было ошибочным. Его старший брат не только не ждал приглашения отметить Женину свадьбу, вместе с Софьей он пришёл к выводу, что разговоры о свадьбе несколько преждевременны.
Когда первый шок от того, что бывшая жена вместе с сыном переехала к чужому мужику, прошёл, и Андрей смог адекватно рассуждать, то признал, что легкомысленностью Евгения не страдает и на влюблённую дурочку не тянет ни возрастом, ни складом ума. А значит, сорвалась она с насиженного места не ради того, чтобы было удобно вести половую жизнь, а ради какой-то серьёзности и выгоды в перспективе. НО…
- Какая может быть свадьба, если они живут вместе несколько недель? - никак не мог уложить это в голове Андрей. Младший брат ушёл несколько минут назад, а он так и остался сидеть за кухонным столом, переваривая полученную информацию.
- Лёшка вечно дурачится. Может, он нас обманул, и это будет не настоящее бракосочетание, а только подача заявления?
- Мог и приврать, поганец. Они в этом с Женей похожи, оба любят надо мной поиздеваться.
- Не злись, - подойдя со спины, стала массировать его плечи Софья. - Всё это лишь подтверждает, что ты им небезразличен, и они хотят хоть как-то привлечь твоё внимание.
- Допустим, в пятницу они подадут заявление. Уже не помню, сколько времени у нас прошло с подачи до свадьбы.
- По новым законам от месяца до года, - сообщила девушка, не имеющая в прошлом подобного опыта и не соприкасающаяся с темой регистрации браков. - Разрешено раньше, если жених уходит в армию, или невеста беременна.
- Жених к пенсионному возрасту ближе, чем к призывному, а у Женьки спираль стоит.
Софью покоробило то, что по истечению нескольких лет после развода, Майоров помнит столь интимный аспект о бывшей жене и уверен, что ничего не изменилось.
- Или ты преподал ей урок о том, что не стоит слепо доверять партнёру, - уколола она мужчину. - Тогда, став свободной, Женя перешла на презервативы, а они могут дать осечку.
- И о чём тогда она думает? Рожать ребёнка от первого встречного? - опешил Андрей, позабыв свои же умозаключения касательно того, что мать его сына особа неглупая и расчетливая.
- Если расписываются, то малыш будет под фамилией отца.
- Если хочет, пусть Майоровых рожает, будет проще, если дети и мать под одной фамилией, - не увидел он в этом проблемы, даже на секунду не заподозрив, что Женя как-то его этим подставит. - Но какой это эгоизм и неуважение – не сообщить мне обо всём!
- Не ты же будущий отец.
- Достаточно того, что я отец Гриши. Надо будет с ним ещё поговорить.
Софья уже пожалела о том, что произнесла слово на букву «Б», но так и не решила, как относится к возможной беременности Жени. Ревновать своего мужчину к прошлому она перестала, зная, что бывшие супруги никогда не сойдутся. Однако появления у Гриши брата или сестры она связывала с собой и его отцом, и с той стороны такого сюрприза не ожидала.
Андрей чувствовал себя преданным. Привычный мир с идеально выстроенными отношениями менялся на глазах, это был не ветер перемен, а бронепоезд, под который своими единоличными решениями его кидает бывшая жена.
«Может, они и жить вместе начали из-за того, что она залетела? - подумала Софья. - Известный способ женить на себе понравившегося мужчину, но для этого нужно быть совсем отчаянной и не уважать себя».
«Беременная или нет? Даже если нет, то раз женятся, то на что-то надеются. Из-за просто привязанности Женька бы в новый брак не вступала, - был уверен Андрей. - Дурной пример заразителен. Если эта свадьба случится, а потом Лёшкина, придётся Софье кольцо дарить?».
Оказавшись дома, нагруженные пакетами и проголодавшиеся Майоровы обнаружили мужчину и собаку на диване.
После школы, когда взрослых в квартире не было, Гриша позволял домашней любимице забираться на диван, иногда сам её подзывал, чтобы посидеть вместе перед телевизором, но вот Руслан такое никогда не практиковал, и от этого увиденная картина казалась нереальной.
- Они так без нас всегда делают? - недовольный тем, что ему официально такое не позволено, спросил Гриша у мамы и подошёл ближе к отдыхающей парочке.
Женя была куда внимательней, поэтому заметила не только то, что Руслан и Тонька лежат на диване, но и то, что мужчина, завернувшись в плед, задремал, закинув локоть за голову, а такса осталась на месте вместо того, чтобы традиционно обнюхать пришедших с улицы и засунуть любопытный нос в пакеты.
Собака отказывала своим привычкам только при болезни своей или кого-то, кого она жалела и считала достойным своеобразной помощи, заключающейся в лежании рядом и периодическом обслюнявливании больного.
Руслан чувствовал себя разбитым.
Проморгавшись, он вспомнил, как прилёг на пару минут, ожидая, когда подействует таблетка, и теперь пытался понять, сколько времени проспал, и почему ему так плохо. Приподняв голову и опустив взгляд, мужчина увидел таксу, которая использовала его живот в качестве подставки для своей морды.
«Топталась она по мне что ли? Всё тело ломит».
- Мам, что за несправедливость? Пока мы к свадьбе готовимся, они тут дрыхнут.
Отреагировав на звук, Руслан повернулся, открыл рот и, будто подавившись воздухом, закашлял. А потом принялся выводить Женю из себя, отказываясь признать, что заболел.
- Сначала Гриша переболел, теперь ты эстафету принял.
Мужчина на полном серьёзе считал, что насморк и другие симптомы простуды скашивают детей, женщин и стариков. Всех, не входивших в эти категории, но жалующихся на орви, он считал слабаками и нытиками. С одной стороны, Руслан мог себе это позволить, ведь последние двадцать лет испытывал на себе только редкие мигрени, ещё более редкое и в силу опытности слабое похмелье, а также два отравления и один приступ гастрита. А с другой, всё это время он жил один, в автобусах оказывался пару раз в год, с детьми не контактировал и обитал почти в стерильной среде.
- Жень, не нагнетай. Я не могу заболеть за пять дней до свадьбы. Сегодня лягу пораньше, высплюсь, и завтра всё будет в порядке, - прихлёбывая чай с лимоном, обещал Руслан, пока Женя проводила влажную уборку и прятала разбросанные вещи, чтобы не беспокоиться о беспорядке, если придётся запускать в квартиру посторонних.
Глава БУДНИ БОЛЕЮЩЕГО
Заболеть почти муж смог. Пусть и признал это только утром, когда из тяжёлой дрёмы его выдернул настойчивый зов, требующий какого-то дядю Руслана открыть глаза.
- … на меня не злись, пожалуйста. И на маму не злись, - смог уловить он последние слова, осознав себя лежащим в постели в спальне. У приоткрытой двери стоял мальчишка, который к нему и обращался.
- За что злиться?
- За то, что я тебя заразил.
Спорить с тем, что он болен, Руслан не пытался, потратив все силы на то, чтобы перекатиться на бок, и оказавшись у края кровати, спустить ноги на пол и принять сидячее положение.
- Не вставай, - предостерёг его Гриша. - Мама сказала, что ты сегодня останешься дома, будешь лечиться и отдыхать. Мне уже в школу пора, я тебя разбудил, только чтобы извиниться. Ты не думай, что я это специально сделал.
- Ясно. Ты разбудил меня не, - сделал паузу, чтобы зевнуть мужчина. - Специально.
- Нет, разбудил я тебя специально. А заразил – случайно. Я это и маме сказал, а теперь тебе говорю. Я не пытался испортить свадьбу, - переступив с ноги на ногу, озвучил причину беспокойства мальчик. - Ты мне веришь?
- Верю.
- Тогда я пошёл. Пока.
Оставшись один, он около минуты сидел на месте, пытаясь сообразить, о чём только что говорил с ребёнком. Гришка спрашивал, Руслан отвечал, но из всего запомнилась лишь детская убеждённость, что он болен и останется сегодня дома, ведь так сказала мама. Мужчина встал и, покачиваясь, побрёл в ванную, фокусируясь на том, что ему нужно смыть с себя остатки сна, пот и слабость, а не на том, что происходит в квартире. Под струями душа он почувствовал себя лучше и воду выключил только тогда, когда ноги дали сигнал, что устали стоять, и нужно валить, иначе скоро он немощно сползёт по стеночке вниз или вовсе рухнет.
Руслан не любил быть мокрым, всегда тщательно вытирался после душа, предпочитая или идти голым, или сразу же одеваться, а не разгуливать, обмотав вокруг влажное полотенце. В этот раз одежду он с собой не взял, но и бежать в спальню, спасаясь от холода и прикрывая член и задницу полотенцем, ведь пусть у Гришки всё это тоже есть, сверкать причиндалами при ребёнке желания не было. Поэтому мужчина завернулся в Женин халат. На груди он не сходился, и из-за разницы в росте до колен не доходил, но прикрывал от случайных взглядов самое ценное.
«Я даже в болезни о мальчишке беспокоюсь, - подумал Руслан, взглянув на своё мутное отражение в запотевшем зеркале над раковиной. - Пусть только попробуют надо мной позубоскалить».
Конечно же, смеяться никто не пробовал, ведь к тому времени, как он вышел из ванной, Жени с Гришей в квартире не было, а сытой Тонька не было никакого дела до мужиков в женских халатах.
Поняв, что прятаться не от кого, Руслан до спальни не дошёл, а присел на диван. Раз строить из себя сильного и почти здорового не перед кем, то можно признать, что ты развалила и нуждаешься в отдыхе.
Запрокинув голову на спинку дивана, он закрыл глаза и сидел так, пока не был потревожен звонком.
- Врача вызовешь? - сразу перешла к важному Женя.
- Зачем? - скривился Руслан и озвучил, как ему казалась, своё идеальное предложение. - Гришкины таблетки доем.
- Ты помнишь, как прошла ночь?
- Как?
- Ты стонал, тебя бросало то в жар, то в холод, и успокоиться ты смог только тогда, когда завернулся в одеяло и отобрал у меня подушку.
- А куда делась моя подушка?
- Никуда. Ты спал на двух, - рассказала о событиях ночи Женя. - Что у тебя с аппетитом? В холодильнике есть бутерброды с маслом и рыбой.
- Пока ничего не хочется, - ответил Руслан. - Я сегодня не в форме, поработаю из дома.
Это было не преуменьшением, а наглым враньём. Даже этот простой разговор оказался для него выматывающим, мозг туго соображал, и ни о какой работе не могло быть и речи.
- Ладно.
Женя отключилась, а Руслан завис на целую минуту, пытаясь понять, это её «Ладно» и в самом деле прозвучало угрожающе, или воспалённое от болезни воображение с ним играет?
В обед ему снова позвонили. Если бы, прежде чем ответить, он не взглянул на имя контакта, то не понял бы, что таким профессионально-серьёзным тоном не то что доктора, а целого прокурора с ним говорит Саша.
Первым делом она буквально приказала ему измерить температуру, а к концу опроса о дыхании и общем самочувствии добила его вопросом:
- Кашля у тебя нет, или ты сдерживаешься, и он у тебя есть?
Только после этого Руслан осознал, что и впрямь сдерживается и старается звучать бодрее, чем чувствует себя на самом деле. Наверное, есть какой-то психологический барьер, из-за которого определенным человеческим особям трудно признать свою слабость. Или это что-то более глубокое и древнее, чем психология, и идёт из первобытных времён, когда мужчина добытчик и охотник, а болезнь синоним старости и скорой смерти?
- Я заболел, - признал Руслан, но спросить, чего жена друга к нему пристала, не успел, потому что она просто-напросто отключилась, даже не пожелав скорейшего выздоровления.
А спустя полчаса ему пришлось впускать гостей. Хорошо, что он уже успел не только пообедать бутербродами и таблетками, но и переодеться, поэтому чету Адоевых в квартиру впустил без задержки. А благодаря пакету с эмблемой аптеки, который ему сразу же впихнули в руки, стала ясна и причина их неожиданного и незапланированного визита.
Незапланированным и неожиданным он был только для Руслана. Обедая, Женя поведала Саше о том, что будущий муж решил сделать её последние холостяцкие деньки незабываемыми и заболел.
- Это меня Гришка заразил, - буркнул мужчина, углядевший в пересказе разговора подруг насмешку.
Пока Саша не просто перечисляла, что и когда ему принимать, а ещё и, потребовав ручку, прямо на коробках с лекарствами писала время приёма и дозу, словно он не заболел, а отупел и не способен прочитать инструкции по применению, которая есть в каждой упаковке, мужчины обменялись сочувственно-понимающими взглядами.
Сам бы Олег не додумался до того, чтобы срываться с клуба, мчаться в аптеку и навещать захворавшего друга. Нет, если бы он сказал, что нуждается в помощи – то сорвался и помчался, но вот просто так, без предварительного обсуждения лезть со своей непрошеной заботой бы никогда не стал.
Да и Руслан бы не стал распространяться о том, что не в форме, и только после, когда абсолютно выздоровел, мог обронить о случившемся с ним недуге, если бы задали прямой вопрос.
Но теперь у них обоих есть женщины, и если Руслан просто не мешается под ногами у своей невесты, то Олег ещё и участвует во всём, чтобы не задумала благоверная, присматривая и оберегая.
Надолго Адоевы не задержались, а стоило им открыть дверь, как из лифта вышел Гришка, успевший снять с себя шапку, расстегнуть куртку и наполовину стащить рюкзак, который теперь держался не на плечах, а на локтях мальчишки.
- Сначала я болел, теперь дядя Руслан болеет, у нас дома ин-фек-ция, - важно проинформировал второклашка. - Вам теперь надо руки вымыть и лук съесть, а то заболеете, и маму разозлите.
По возвращению домой Женя сразу же принялась за готовку: сварила куриный бульон и подсушила в духовке сухари. Мужчина настраивал себя, что должен съесть свою порцию, пусть и через не могу, но сидевший напротив за кухонным столом мальчишка горстями сыпал сухарики в свою тарелку и с видимым удовольствием работал ложкой, подхватывая подразмягшие кусочки хлеба, настроил его на нужный лад, и Руслан с аппетитом поужинал.
Чувствовал он себя вполне сносно, и хоть на такой подвиг, как выйти из дома и выгулять таксу, был не готов, но по квартире передвигался уверенно, не держась за стены и не кряхтя, поэтому и удивился, когда Женя вместо того, чтобы лечь в кровать, начала стелить себе на диване.
- Не буду я у тебя подушку забирать, - пообещал ей Руслан.
- У меня скоро свадьба, мне с заразным спать нельзя, - принеся со спальни свою подушку, сказала Евгения.
