Перекусы, походы в туалет и смена подгузника – дорога растянулась на девять часов, в середине пути Гришку неожиданно укачало, а таблеток от тошноты у них с собой не было, а последний час дороги Егор верещал, не переставая. Это действительно был ад на колёсах. Но Руслан справился.
Весь следующий день они отходили от перенесённого стресса, а именно спали и ели окрошку, оставив детей на попечении бабушки.
На второй день, когда Валентин увёз Елену, Женю и Гришу за грибами, Руслан не роптал, оставшись присматривать за сыном. Тяги к лесу он никогда не испытывал, есть грибы не любил, науку их собирательства не понимал, и только хмыкал, когда усталые и довольные грибники вернулись домой и стали осматривать друг друга на наличие клещей.
На третий день дома с Егоркой остались женщины, а мужская половина отправилась на рыбалку. Заядлым рыбаком Руслан не был, но постоять с удочкой пару часов в тишине было занятно, хоть скромного улова и хватило ровно для одного ужина на пятерых человек.
Четвёртый день прошёл за подготовкой и сбором съестных припасов, которые поедут в город, а ближе к вечеру был шашлык и баня.
- Есть в деревенском отдыхе что-то притягательное, - глотнув пива из большого запотевшего бокала, поделился с женой мужчина.
- Это посёлок городского типа, - задрав нос, напомнила она.
Наступил сентябрь, Гриша пошёл в четвёртый класс, и Женя осознала, какой отличный собеседник получился из её первенца. До вундеркинда Гриша не дотягивал, но говорить с ним было интересно. А теперь первую половину дня сын был в школе, а возвращаясь из неё, шел в свою комнату делать уроки. Из-за нехватки общение с кем-то, кто в отличие от собаки и младенца, способен ответить словами, а не скулежом, хныканьем и пусканием газов или слюны, Евгения сильнее скучала по будням в «Зевсе».
На работу её никто не гнал, но она знала, что если просидит с Егором до трёх лет, то в струю уже не вернётся. С Гришей мозг был свежем, и работа на магазин Эльвиры Александровны не давала со всем забыть о цифрах, но в тридцать семь лет, если нет острой нужды в средствах, декрет может затянуться до выхода на пенсию.
Но с трудностями столкнулась не только Женя.
Отпраздновав первые полгода жизни Егора Руслановича, гордый отец и старший брат выяснили, что если Егорка узнаёт лица и голоса, радуется, когда берёшь его на руки, восторженно пищит и всячески показывает свою симпатию, это не мешает ему в любой момент превратиться в орущего монстра. Диагноз «режутся зубки» уже через полторы недели перестал казаться достойным оправданием бессонных ночей. И если так пойдёт дальше, слово «засранец» станет ласковым прозвищем самого маленького члена их семьи.
У Жени и Руслана не было разрекламированного кризиса первого года супружеской жизни, но что насчёт полугодового курса молодого родителя?
Руслан любил свою семью. И речь уже шла не о том, что он сам выбрал Женю и захотел наследника, теперь это была безусловная любовь, ставшая частью его личности. Но усталость давала о себе знать, и относиться ко всему с юмором получалось не всегда. Теперь расслабляться и отдыхать - означало спать или урвать часок спокойствия, когда никто тебя не дёргает, и можно полежать в тишине или устроиться в обнимку с Женей у телевизора, а не как раньше пресечься с приятелями в баре или за карточным столом. Руслан не испытывал потребности сбежать из дома к выпивке, стреляющим глазками в поисках пары на интересный вечер барышням или азартным играм, не жалел, что распрощался с холостяцкой жизнью, но признавал, что его новая реальность сильно отличалась от того, как он проводил выходные в прошлом.
С другой стороны, появились иные развлечения, услышав о которых ещё пару лет назад, он бы только посочувствовал бедняге, не умеющему развлекаться. Домашние турниры по домино и шашкам были очень динамичны, с денежными ставками, обвинениями в жульничестве и насмешками над неудачами соперников – они могли вызвать не меньший прилив адреналина, чем Руслан получал, обыгрывая кого-нибудь в карты, или во время быстрой езды. Гришка дорос, чтобы понимать большую часть юмора мультиков «Симпсоны» и «Американский папаша», и хоть Женя закатывала глаза, когда её мужчины по выходным смотрели серии на планшете, вслух не возмущалась, а иногда и сама прислушивалась и кидала взгляды на небольшой экран, расхаживая у них за спиной с младшим сыном на руках. А ещё Руслан учил стихи. Конечно, стихи – это громко сказано, но прибаутки и четверостишья он декларировал по памяти, успокаивая плачущего Егора.
Короче, теперь свободное от работы время мужчина проводил не то чтобы хуже, но совершенно иначе, будто совсем другой человек.
В один прекрасный день Егор Русланович пополз, и Женина жизнь заиграла новыми красками. Впрочем, как и Тонькина, которой теперь не только мыли лапы после каждой прогулки, но и купали гораздо чаще, ведь вместо того, чтобы просто отойти от тянущего к ней ручонки ребёнка, она предпочитала быть жертвой детского любопытства, позволяя ему себе трогать и даже кусать. А Женя осознала, насколько успела полюбить свою работу в Зевсе.
Этот этап развития начался в ноябре, и в декабре малыш активно изучал свою жилплощадь, поэтому вопрос с покупкой ёлки не стоял, потому что защищать праздничное дерево и от таксы, и от ребёнка было хлопотно. Да и саму новогоднюю ночь решили провести у себя.
- Придётся тебе Новый год с мужем встречать, - сказала Евгения подруге, когда в середине декабря Адоевы заглянули в гости.
- Ты нашла себе компанию с домом побольше? - лениво поинтересовался Олег, подобрав закатившийся под стол мягкий мячик размером с мандарин и пытаясь определить, собачья это игрушка или детская. У Балу был похожий, но более упругий.
- Зачем? Меня ваш дом полностью устраивает, - широко улыбнулась Женя. - Но пусть свой первый Новый год Егорка проспит не в гостях, а в своей родной кроватке.
- Мы же тоже дома останемся? - обратилась к мужу Саша. - Первого к родителям заедем, а потом уже на турбазу.
- Угу, - кивнул Адоев, бросив мячик на пол. Собака и ухом не повела, а вот сидевший на руках отца малыш, стал извиваться.
«Значит, за мячиками в этой квартире охотится ребёнок», - сделал вывод он.
Уже никто не помнил, кому именно пришла идея провести новогодние выходные за городом на турбазе, но все её подхватили, у кого-то нашёлся дальний родственник, имеющий бизнес в этой сфере, и вот уже десять давно знакомых приятелей условились собраться вместе, прихватив с собой жён или подруг, потому что отдых семейный, и каждый, кто не хочет быть один, должен приехать со своим самоваром.
Прокат лыж, бильярд, сауна, бассейн, бар, ресторан и зал с караоке – без излишков, но всё, что нужно для отдыха в доброй компании, было в выбранном месте предоставлено.
Женя предстоящую поездку рассматривала как первый выход в свет после родов, поэтому если Саша волновалась, со всеми ли удастся найти общий язык, и не случится ли ссор, то она выбирала, в какой одежде будет выглядеть максимально стройной, и обдумывала, что делать с Гришей и Егором.
- Артемий с Ольгой приедут со своим сыном, она его ещё до нашей свадьбы родила, - прикинул примерный возраст мальца Олег, когда Женя спросила, приедет ли кто-нибудь с детьми.
- Ольга это сестра бывшей жены? - вспомнила она громкую барышню, которую видела, когда Руслан взял её с собой в ресторан на встречу старых знакомых. - Они ещё у вас жить оставались?
- Она.
- Значиться, рожала она, когда ты на её сестре женат был. И Наталья будет? - сделала большие глаза Женя. - Новый год семейный праздник, под шумок можно и маму Ильи пригласить.
- Не будет, - тихо ответила ей Саша, шепнув. - Я уже спрашивала.
Спрашивать при друзьях у Руслана, будет ли там кто-то из его бывших временных подруг, Евгения не стала. Не хотелось бы, чтобы её обычное любопытство приняли за ревность. Саша тут же начнёт убеждать, что никто с её замечательной подругой не сравнится, Олег притворится глухой мебелью, а сам благоверный, теша своё самолюбие, начнёт рассказывать, что каждая первая к нему клеились, но он не дался.
До конца года оставалась неделя, когда жене и сыну Руслана понадобилась посетить врача. Разумеется, каждому своего. Женя собиралась вернуться к контрацепции с помощью спирали, а у Егора был плановый осмотр.
К педиатру она с сыном ездила на своей машине и вечером отчиталась мужу, что все показатели в пределах нормы, и у них здоровый без пары дней восьмимесячный мальчик.
- А других детей видела? - спросил у мамы Гриша. - Они такие же?
- Там была удивительно волосатая девочка с крупными тёмными кудрями и рыжий плакса.
- Егор там самым симпатичным был? - утвердительно спросил Руслан.
Если Гриша мастью пошёл чётко в Женю, и его брови с ресницами были почти такого же цвета как макушка, то Егор тёмными глазами явно походил на своего папочку, и диссонанс между светлым волосиками на голове и практически чёрными густыми ресницами сбивал его маму с толку. Она видела своих детей красивыми, и хоть любила обоих сыновей, считала, что, как минимум в возрасте младшего, старший на личико был помилее. Естественно, делиться этими мыслями Женя в семейном кругу не собиралась.
- Мы там были главными красавчиками.
По своим делам Евгения записалась на приём в субботу, и Руслан вызвался её отвезти.
-… и малого возьмём.
- В моей карточке написано, что я родила. Доказательство с собой привозить ненужно.
Шутку мужчина оставил без внимания и объяснил, что Егору нужно выбрать новогодний прикид. Жене он скормил версию, что обновка нужна по традиции наряжаться во что-то симпатичное к новогоднему столу, а сам же думал, что если ребёнок поедет на турбазу с ними, то он сможет с гордостью представить наследника новым лицам. Отклонений у Руслана не было, он не олицетворял себя с сыном, свои нереализованные амбиции на него не примерял, не убеждал всех подряд, что растит гения, а всего лишь любил. И как большинство родителей хотел, чтобы отпрыск производил наилучшее впечатление на окружающих.
Как бы там Женя его не подкалывала, хвастуном её муж не был, он признавал чужие успехи и не считал нужным скрывать свои. Несколько лет назад мужчина, разъезжая на новом дорогостоящем авто, на которое долго облизывался и откладывал, с удовольствием слушал одобрительные, а иногда и завистливые комментарии, а теперь вот объектом его гордости стал двузубый карапуз.
- Раз гулять не собираемся, бери тот, который Лёшка с Женей подарили, а то в сером в машине жарко будет, - сказала Женя Руслану, взявшему на себя миссию по одеванию сына.
У Егора Руслановича для прогулок зимой был фирменный комбинезон цвета мокрого асфальта. Вещь настолько качественная, что стоила почти столько же, сколько Женин комплект для прогулок с коляской из горнолыжной куртки и штанов. А ещё в его гардеробе имелся комбинезон красного цвета с пришитыми к капюшону ушами, доставшийся в подарок от Майоровых. Но речь не об отношениях с родственниками бывшего мужа, а о том, что отец упаковал сына в умилительный комбинезончик.
Высадив жену у клиники, Руслан решил посетить ближайшие детские магазины, указанные в навигаторе. Первый напоминал павильон на рынке и не произвёл на мужчину положительного впечатления, а вот следующий пункт маршрута выглядел хорошо, пусть и соседствовал с обувным магазином и ломбардом.
И вот Егор Русланович, притихнув на руках отца, разглядывал потолок с многочисленными лампочками, а его родитель предоставленный ассортимент. Их дуэт выделялся на фоне одной сильно беременной девушки, двух тёток возрастом ближе к бабушкам, а не мамам и двух женщин с детьми.
Мужчина остановился у вешалки с боди с пришитой спереди жилеткой и бабочкой под горлом. Минуту поразглядывав, пошёл дальше, пропустив костюмы «Деда Мороза» из кофты, штанишек и знакомой всем шапочки, и присмотрелся к спортивным костюмам. Взгляд зацепился за что-то блестящее, при ближайшем осмотре этим чем-то оказалась такса, наклеенная стразами на кофте с молнией.
- Стиль наш, но твоего размерчика нет, - сказал Руслан, посмотрев на сына. А сбоку от себя услышал:
- Доченька на папу похожа, счастливой будет.
Повернувшись на звук, озадаченный мужчина обнаружил рядом одну из тёток.
Уже через пару минут, усадив сына в специальное кресло и устроившись на водительском месте, Руслан влился в поток машин, став одним из тех странных водителей, которые за рулём корчат рожи и разговаривают сами с собой. Точнее, так это видели остальные участники дорожного движения, а на самом деле своим возмущением мужчина делился с сыном.
- Ну что за редкостная дура!
- Ну что за редкостная дура! Какая из тебя девчонка?
Егор на слова посторонней тётки никак не отреагировал, но отца слушал внимательно и даже повизгивал на особенно эмоциональных выпадах отца в сторону некой «слепой клуши». Должно быть, это было вызвано тем, что он реагировал на громкий звук, но Руслан посчитала, что так сын разделяет его негодование.
- … и запомни, вот так вот приставать к чужим людям грубо. И…и опасно для здоровья! Это мы с тобой интеллигентные мужчины, а вот попадись этой тётке какие-нибудь вспыльчивые ребята, так она получила бы по шапке за свои инсинуации.
Ехать в следующий магазин мужчина не стал, а вернулся к клинике. Высказавшись, он подуспокоился, но тут в голове мелькнуло самое глупое предположение, какое можно представить:
«А вдруг эта перечница накаркала, и Егорка через восемнадцать лет нам заявит, что он того… или вообще пол сменить захочет?»
За этой безумной мыслью, последовал логичный вопрос.
«И как дальше жить? Он всё равно останется моим ребёнком, я буду его любить. Возможно, чуть-чуть поменьше».
Но стоило Руслану взглянуть на Егора, как весь этот бред перестал быть важным.
«Какой к чёрту гей? Бабка плохо видела и приняла красный цвет комбинезона за розовый».
- И чего я так разозлился? - спросил у ребёнка мужчина. - Но больше ты это носить не будешь.
Егор в ответ сильно сморщился, как бывало перед тем, когда он собирался начать реветь, если уставал или не получал того, что хотел.
- Не расстраивайся, малой, сейчас мама вернётся, - потянулся Руслан к сыну. - Ветра вроде нет, давай её у на улице подождём.
И вот Руслан Кимович, натянув на Егора Руслановича капюшон с ушками, принялся наматывать круги вокруг своего авто. Плакать малыш передумал и теперь следил за рукой отца, который тот указывал стороны, называя название улиц.
- Я тут лишь пару раз проезжал. Однажды твою маму ждал и ещё… - тут рассказ мужчины прервался, ведь он вспомнил, чем закончилось его прошлое ожидание Жени у этой самой клиники. Случайная встреча, его растерянность, сменившаяся истеричной мыслью, что он свободный человек, и Марина, переживающая потерю любимой матери. Он всего-то был вежлив с женщиной, с которой когда-то делил постель и расстался без негатива, но для Жени он выглядел в этой истории не в лучшем свете. Урок он извлёк и пришёл к выводу, что кардинально меняться, превращаясь из эгоистичного циника в доброго малого, для него не только невозможно, но и ненужно. Достаточно не быть козлом по отношению к самым близким.
- Ты должен с уважением относиться к девочкам, когда начнёшь на них заглядываться.
Весь следующий день они отходили от перенесённого стресса, а именно спали и ели окрошку, оставив детей на попечении бабушки.
На второй день, когда Валентин увёз Елену, Женю и Гришу за грибами, Руслан не роптал, оставшись присматривать за сыном. Тяги к лесу он никогда не испытывал, есть грибы не любил, науку их собирательства не понимал, и только хмыкал, когда усталые и довольные грибники вернулись домой и стали осматривать друг друга на наличие клещей.
На третий день дома с Егоркой остались женщины, а мужская половина отправилась на рыбалку. Заядлым рыбаком Руслан не был, но постоять с удочкой пару часов в тишине было занятно, хоть скромного улова и хватило ровно для одного ужина на пятерых человек.
Четвёртый день прошёл за подготовкой и сбором съестных припасов, которые поедут в город, а ближе к вечеру был шашлык и баня.
- Есть в деревенском отдыхе что-то притягательное, - глотнув пива из большого запотевшего бокала, поделился с женой мужчина.
- Это посёлок городского типа, - задрав нос, напомнила она.
Наступил сентябрь, Гриша пошёл в четвёртый класс, и Женя осознала, какой отличный собеседник получился из её первенца. До вундеркинда Гриша не дотягивал, но говорить с ним было интересно. А теперь первую половину дня сын был в школе, а возвращаясь из неё, шел в свою комнату делать уроки. Из-за нехватки общение с кем-то, кто в отличие от собаки и младенца, способен ответить словами, а не скулежом, хныканьем и пусканием газов или слюны, Евгения сильнее скучала по будням в «Зевсе».
На работу её никто не гнал, но она знала, что если просидит с Егором до трёх лет, то в струю уже не вернётся. С Гришей мозг был свежем, и работа на магазин Эльвиры Александровны не давала со всем забыть о цифрах, но в тридцать семь лет, если нет острой нужды в средствах, декрет может затянуться до выхода на пенсию.
Но с трудностями столкнулась не только Женя.
Отпраздновав первые полгода жизни Егора Руслановича, гордый отец и старший брат выяснили, что если Егорка узнаёт лица и голоса, радуется, когда берёшь его на руки, восторженно пищит и всячески показывает свою симпатию, это не мешает ему в любой момент превратиться в орущего монстра. Диагноз «режутся зубки» уже через полторы недели перестал казаться достойным оправданием бессонных ночей. И если так пойдёт дальше, слово «засранец» станет ласковым прозвищем самого маленького члена их семьи.
У Жени и Руслана не было разрекламированного кризиса первого года супружеской жизни, но что насчёт полугодового курса молодого родителя?
Глава КАК ОТЦОВСТВО МЕНЯЕТ ЖИЗНЬ
Руслан любил свою семью. И речь уже шла не о том, что он сам выбрал Женю и захотел наследника, теперь это была безусловная любовь, ставшая частью его личности. Но усталость давала о себе знать, и относиться ко всему с юмором получалось не всегда. Теперь расслабляться и отдыхать - означало спать или урвать часок спокойствия, когда никто тебя не дёргает, и можно полежать в тишине или устроиться в обнимку с Женей у телевизора, а не как раньше пресечься с приятелями в баре или за карточным столом. Руслан не испытывал потребности сбежать из дома к выпивке, стреляющим глазками в поисках пары на интересный вечер барышням или азартным играм, не жалел, что распрощался с холостяцкой жизнью, но признавал, что его новая реальность сильно отличалась от того, как он проводил выходные в прошлом.
С другой стороны, появились иные развлечения, услышав о которых ещё пару лет назад, он бы только посочувствовал бедняге, не умеющему развлекаться. Домашние турниры по домино и шашкам были очень динамичны, с денежными ставками, обвинениями в жульничестве и насмешками над неудачами соперников – они могли вызвать не меньший прилив адреналина, чем Руслан получал, обыгрывая кого-нибудь в карты, или во время быстрой езды. Гришка дорос, чтобы понимать большую часть юмора мультиков «Симпсоны» и «Американский папаша», и хоть Женя закатывала глаза, когда её мужчины по выходным смотрели серии на планшете, вслух не возмущалась, а иногда и сама прислушивалась и кидала взгляды на небольшой экран, расхаживая у них за спиной с младшим сыном на руках. А ещё Руслан учил стихи. Конечно, стихи – это громко сказано, но прибаутки и четверостишья он декларировал по памяти, успокаивая плачущего Егора.
Короче, теперь свободное от работы время мужчина проводил не то чтобы хуже, но совершенно иначе, будто совсем другой человек.
В один прекрасный день Егор Русланович пополз, и Женина жизнь заиграла новыми красками. Впрочем, как и Тонькина, которой теперь не только мыли лапы после каждой прогулки, но и купали гораздо чаще, ведь вместо того, чтобы просто отойти от тянущего к ней ручонки ребёнка, она предпочитала быть жертвой детского любопытства, позволяя ему себе трогать и даже кусать. А Женя осознала, насколько успела полюбить свою работу в Зевсе.
Этот этап развития начался в ноябре, и в декабре малыш активно изучал свою жилплощадь, поэтому вопрос с покупкой ёлки не стоял, потому что защищать праздничное дерево и от таксы, и от ребёнка было хлопотно. Да и саму новогоднюю ночь решили провести у себя.
- Придётся тебе Новый год с мужем встречать, - сказала Евгения подруге, когда в середине декабря Адоевы заглянули в гости.
- Ты нашла себе компанию с домом побольше? - лениво поинтересовался Олег, подобрав закатившийся под стол мягкий мячик размером с мандарин и пытаясь определить, собачья это игрушка или детская. У Балу был похожий, но более упругий.
- Зачем? Меня ваш дом полностью устраивает, - широко улыбнулась Женя. - Но пусть свой первый Новый год Егорка проспит не в гостях, а в своей родной кроватке.
- Мы же тоже дома останемся? - обратилась к мужу Саша. - Первого к родителям заедем, а потом уже на турбазу.
- Угу, - кивнул Адоев, бросив мячик на пол. Собака и ухом не повела, а вот сидевший на руках отца малыш, стал извиваться.
«Значит, за мячиками в этой квартире охотится ребёнок», - сделал вывод он.
Уже никто не помнил, кому именно пришла идея провести новогодние выходные за городом на турбазе, но все её подхватили, у кого-то нашёлся дальний родственник, имеющий бизнес в этой сфере, и вот уже десять давно знакомых приятелей условились собраться вместе, прихватив с собой жён или подруг, потому что отдых семейный, и каждый, кто не хочет быть один, должен приехать со своим самоваром.
Прокат лыж, бильярд, сауна, бассейн, бар, ресторан и зал с караоке – без излишков, но всё, что нужно для отдыха в доброй компании, было в выбранном месте предоставлено.
Женя предстоящую поездку рассматривала как первый выход в свет после родов, поэтому если Саша волновалась, со всеми ли удастся найти общий язык, и не случится ли ссор, то она выбирала, в какой одежде будет выглядеть максимально стройной, и обдумывала, что делать с Гришей и Егором.
- Артемий с Ольгой приедут со своим сыном, она его ещё до нашей свадьбы родила, - прикинул примерный возраст мальца Олег, когда Женя спросила, приедет ли кто-нибудь с детьми.
- Ольга это сестра бывшей жены? - вспомнила она громкую барышню, которую видела, когда Руслан взял её с собой в ресторан на встречу старых знакомых. - Они ещё у вас жить оставались?
- Она.
- Значиться, рожала она, когда ты на её сестре женат был. И Наталья будет? - сделала большие глаза Женя. - Новый год семейный праздник, под шумок можно и маму Ильи пригласить.
- Не будет, - тихо ответила ей Саша, шепнув. - Я уже спрашивала.
Спрашивать при друзьях у Руслана, будет ли там кто-то из его бывших временных подруг, Евгения не стала. Не хотелось бы, чтобы её обычное любопытство приняли за ревность. Саша тут же начнёт убеждать, что никто с её замечательной подругой не сравнится, Олег притворится глухой мебелью, а сам благоверный, теша своё самолюбие, начнёт рассказывать, что каждая первая к нему клеились, но он не дался.
До конца года оставалась неделя, когда жене и сыну Руслана понадобилась посетить врача. Разумеется, каждому своего. Женя собиралась вернуться к контрацепции с помощью спирали, а у Егора был плановый осмотр.
К педиатру она с сыном ездила на своей машине и вечером отчиталась мужу, что все показатели в пределах нормы, и у них здоровый без пары дней восьмимесячный мальчик.
- А других детей видела? - спросил у мамы Гриша. - Они такие же?
- Там была удивительно волосатая девочка с крупными тёмными кудрями и рыжий плакса.
- Егор там самым симпатичным был? - утвердительно спросил Руслан.
Если Гриша мастью пошёл чётко в Женю, и его брови с ресницами были почти такого же цвета как макушка, то Егор тёмными глазами явно походил на своего папочку, и диссонанс между светлым волосиками на голове и практически чёрными густыми ресницами сбивал его маму с толку. Она видела своих детей красивыми, и хоть любила обоих сыновей, считала, что, как минимум в возрасте младшего, старший на личико был помилее. Естественно, делиться этими мыслями Женя в семейном кругу не собиралась.
- Мы там были главными красавчиками.
По своим делам Евгения записалась на приём в субботу, и Руслан вызвался её отвезти.
-… и малого возьмём.
- В моей карточке написано, что я родила. Доказательство с собой привозить ненужно.
Шутку мужчина оставил без внимания и объяснил, что Егору нужно выбрать новогодний прикид. Жене он скормил версию, что обновка нужна по традиции наряжаться во что-то симпатичное к новогоднему столу, а сам же думал, что если ребёнок поедет на турбазу с ними, то он сможет с гордостью представить наследника новым лицам. Отклонений у Руслана не было, он не олицетворял себя с сыном, свои нереализованные амбиции на него не примерял, не убеждал всех подряд, что растит гения, а всего лишь любил. И как большинство родителей хотел, чтобы отпрыск производил наилучшее впечатление на окружающих.
Как бы там Женя его не подкалывала, хвастуном её муж не был, он признавал чужие успехи и не считал нужным скрывать свои. Несколько лет назад мужчина, разъезжая на новом дорогостоящем авто, на которое долго облизывался и откладывал, с удовольствием слушал одобрительные, а иногда и завистливые комментарии, а теперь вот объектом его гордости стал двузубый карапуз.
- Раз гулять не собираемся, бери тот, который Лёшка с Женей подарили, а то в сером в машине жарко будет, - сказала Женя Руслану, взявшему на себя миссию по одеванию сына.
У Егора Руслановича для прогулок зимой был фирменный комбинезон цвета мокрого асфальта. Вещь настолько качественная, что стоила почти столько же, сколько Женин комплект для прогулок с коляской из горнолыжной куртки и штанов. А ещё в его гардеробе имелся комбинезон красного цвета с пришитыми к капюшону ушами, доставшийся в подарок от Майоровых. Но речь не об отношениях с родственниками бывшего мужа, а о том, что отец упаковал сына в умилительный комбинезончик.
Высадив жену у клиники, Руслан решил посетить ближайшие детские магазины, указанные в навигаторе. Первый напоминал павильон на рынке и не произвёл на мужчину положительного впечатления, а вот следующий пункт маршрута выглядел хорошо, пусть и соседствовал с обувным магазином и ломбардом.
И вот Егор Русланович, притихнув на руках отца, разглядывал потолок с многочисленными лампочками, а его родитель предоставленный ассортимент. Их дуэт выделялся на фоне одной сильно беременной девушки, двух тёток возрастом ближе к бабушкам, а не мамам и двух женщин с детьми.
Мужчина остановился у вешалки с боди с пришитой спереди жилеткой и бабочкой под горлом. Минуту поразглядывав, пошёл дальше, пропустив костюмы «Деда Мороза» из кофты, штанишек и знакомой всем шапочки, и присмотрелся к спортивным костюмам. Взгляд зацепился за что-то блестящее, при ближайшем осмотре этим чем-то оказалась такса, наклеенная стразами на кофте с молнией.
- Стиль наш, но твоего размерчика нет, - сказал Руслан, посмотрев на сына. А сбоку от себя услышал:
- Доченька на папу похожа, счастливой будет.
Повернувшись на звук, озадаченный мужчина обнаружил рядом одну из тёток.
Уже через пару минут, усадив сына в специальное кресло и устроившись на водительском месте, Руслан влился в поток машин, став одним из тех странных водителей, которые за рулём корчат рожи и разговаривают сами с собой. Точнее, так это видели остальные участники дорожного движения, а на самом деле своим возмущением мужчина делился с сыном.
- Ну что за редкостная дура!
Глава СОВПАДЕНИЕ И ШУБА
- Ну что за редкостная дура! Какая из тебя девчонка?
Егор на слова посторонней тётки никак не отреагировал, но отца слушал внимательно и даже повизгивал на особенно эмоциональных выпадах отца в сторону некой «слепой клуши». Должно быть, это было вызвано тем, что он реагировал на громкий звук, но Руслан посчитала, что так сын разделяет его негодование.
- … и запомни, вот так вот приставать к чужим людям грубо. И…и опасно для здоровья! Это мы с тобой интеллигентные мужчины, а вот попадись этой тётке какие-нибудь вспыльчивые ребята, так она получила бы по шапке за свои инсинуации.
Ехать в следующий магазин мужчина не стал, а вернулся к клинике. Высказавшись, он подуспокоился, но тут в голове мелькнуло самое глупое предположение, какое можно представить:
«А вдруг эта перечница накаркала, и Егорка через восемнадцать лет нам заявит, что он того… или вообще пол сменить захочет?»
За этой безумной мыслью, последовал логичный вопрос.
«И как дальше жить? Он всё равно останется моим ребёнком, я буду его любить. Возможно, чуть-чуть поменьше».
Но стоило Руслану взглянуть на Егора, как весь этот бред перестал быть важным.
«Какой к чёрту гей? Бабка плохо видела и приняла красный цвет комбинезона за розовый».
- И чего я так разозлился? - спросил у ребёнка мужчина. - Но больше ты это носить не будешь.
Егор в ответ сильно сморщился, как бывало перед тем, когда он собирался начать реветь, если уставал или не получал того, что хотел.
- Не расстраивайся, малой, сейчас мама вернётся, - потянулся Руслан к сыну. - Ветра вроде нет, давай её у на улице подождём.
И вот Руслан Кимович, натянув на Егора Руслановича капюшон с ушками, принялся наматывать круги вокруг своего авто. Плакать малыш передумал и теперь следил за рукой отца, который тот указывал стороны, называя название улиц.
- Я тут лишь пару раз проезжал. Однажды твою маму ждал и ещё… - тут рассказ мужчины прервался, ведь он вспомнил, чем закончилось его прошлое ожидание Жени у этой самой клиники. Случайная встреча, его растерянность, сменившаяся истеричной мыслью, что он свободный человек, и Марина, переживающая потерю любимой матери. Он всего-то был вежлив с женщиной, с которой когда-то делил постель и расстался без негатива, но для Жени он выглядел в этой истории не в лучшем свете. Урок он извлёк и пришёл к выводу, что кардинально меняться, превращаясь из эгоистичного циника в доброго малого, для него не только невозможно, но и ненужно. Достаточно не быть козлом по отношению к самым близким.
- Ты должен с уважением относиться к девочкам, когда начнёшь на них заглядываться.
