Вы заигрались и ты, и твои бойцы, и Азалия, все заигрались и не понимаете, что как только вас выпустят из учебной части, что-то исправить будет уже невозможно. А из-за необученных бойцов может пострадать огромное количество, как мирного населения, так и военных. Ты хотя бы понимаешь, что происходит в этих горах, почему несмотря на огромные затраты на проживание и обслуживание инфраструктуры здесь держать большое количество военных?
- Ну, я слышал о неизвестных тварях,
- А что Азалия не рассказывала в постели о годах своей службы здесь, не говорила, что впервые годы её службы из-за двух струсивших бойцов были уничтожены две учебные части, разрушено все и пришлось несколько лет восстанавливать заново.
- Мы не трусы! – Воскликнул я.
- Вы безрассудные, агрессивные и импульсивные идиоты, сначала делаете, а потом думаете и ещё неизвестно, что хуже - трусость или ваше безрассудство и импульсивность. Я уже не говорю о неконтролируемой агрессии, отсутствие здравого смысла и склонности анализировать ситуацию.
- Мы не такие! – Воскликнул я, - это наблюдатель сделал такие выводы?
- Её выводы более глубокие и не мене страшные, но она знает, как исправить ситуацию, подкорректировать ваши навыки и поведение, совсем исправить вас не получится, довести до совершенства невозможно, совершенных и идеальных бойцов не бывает, но к этим идеалам нужно стремиться. Вы же вместо того, чтобы прислушаться к умному человеку и стать хорошими бойцами, ищете, где бы схитрить и как бы избежать тяжкого труда. Вас отправят служить на самый опасный участок, и я понимаю беспокойство Астара, он не хочет повторения прошлого, никто не хочет, все хотят жить и военные и мирные жители, а вы должны им обеспечить эту мирную жизнь.
- Это все выводы стороннего наблюдателя, они могут быть ошибочны. Я и мои бойцы пожертвуем жизнью ради защиты страны, и вы это знаете - ответил я.
- Нужно умереть так, чтобы ваша смерть не была бессмысленной, чтобы вы не просто погибли в бою, а спасли мирных граждан и своих товарищей. Да что я тебя воспитываю, прекрасно же знаю твоего отца, он всегда отличался умом и рассудительностью, умел сдерживать агрессию и, главное, он думал, прежде чем действовать и потому добился таких высот в военной карьере и в стае. Он ещё не потерял надежды воспитать из тебя достойного приемника, вот только ты рушишь все его надежды. Откуда у тебя такая непомерная хитрость и приспособленчество? Ты пользуешься своей притягательной силой самца. У оборотней женского пола срабатывает древний как мир рефлекс, отдаться сильному самцу, чтобы потомство переняло сильные гены, правда о потомстве они в этот момент не думают, цивилизованные стали, продвинутые, рефлексы стали стираться из генетической памяти, но на отдаться сильному самцу им рефлекса ещё хватает. А ты пользуешься. Как такое может быть, ты же волк, а не кот-приспособленец?
- Не нужно меня обвинять. Каждый устраивается в этой жизни как может, я не просил отца отправлять меня на военную службу. Он настоял, я поддался, но не обещал ему, что не буду пытаться облегчить себе жизнь, - ответил я, - разрешите идти?
- Иди, надеюсь, что ты все-таки пересмотришь свое поведение, может судьба подкинет тебе трудную загадку, и ты поймешь, что приспособленчество - не выход из ситуации. – Сказал Каур, - может, ты не так безнадежен…..
Отвечать на эту реплику я не стал я не трус и жизнь отдам без сожалений. Я не тупой самец, который поддается инстинктам, но оправдываться не желаю, пусть думает что хочет. Отец меня не понимал, мама прощала все, но тоже не понимала, они надеялись, что меня исправит служба, нет, не исправит, я таким уродился, и буду всегда искать пути, чтобы облегчить свое существование, хотя могу и исправится, вот только желания нет.
Три дня спустя Мадина.
Я все также приходила на работу, смотрела видеоматериалы, составляла аналитические записки и отсылала их Астару. Слушала, о чем шептались коллеги, они специально говорили громко, чтобы я могла быть в курсе всех последних событий. Азалию вызвали к руководству, она улетела тем же вечером, сейчас всем в учебной части заправлял Каур, он отдавал приказания каждый день и загружал всех работой по самые уши, коллеги жаловались на усталость и недосыпание, жалели, что Азалии нет, мол, она понимала и давала время на отдых и развлечения. Они привыкли работать спустя рукава, а сейчас их всех заставляют напрягать мозги. Понимаю, им очень нравилось, что кошка была занята мужчиной и к ним не лезла с приказами и заданиями. Видимо с её стороны была большая любовь, если она забросила работу, теперь Каур пытается прижать всех к ногтю, а коллеги уже расслабились и не хотят интенсивно работать. Каур придирается к мелочам и требует полного и беспрекословного выполнения его приказов и инструкций, и им приходится напрягаться, а мозг уже заплыл жиром и отказывается работать. И опять я вспомнила тетю, она много раз повторяла, что мозги должны работать всегда, иначе они быстро теряют свою способность трезво мыслить, хоть примеры решай из задачника для школьников, но мозг напрягай. Как же мне повезло с ней, жаль, что её в наш дом привело большое горе, но я рада, что стала её воспитанницей, если бы не она не достигла бы таких успехов. Хотя если судить о том месте, где я служу, меня скорее наказали за ум, чем вознаградили, но в уныние впадать нельзя, нужно работать.
Приказ о моем переводе в отряд Таира все-таки издали, но у меня были широкие полномочия, я не подчинялась ему, только Астару, который теперь курировал этот отряд, странно, но видимо их решили отдать ему на перевоспитание. Я могла выбирать, как и какими способами могу вести наблюдение за учебой и тренировками отряда. Прекрасно, я могла не появляться рядом с ними. Право выбора, как и какими способами делать свою работу, оставался за мной, такое доверие подкупало. Астар извинялся передо мной за умышленные промахи коллег, я его понимала, он возлагал большие надежды на меня, но ему помешала ревнивая кошка. В жизни не всегда бывает так, как мы хотим, есть много внешних и внутренних факторов, которые могут испортить наши замыслы и надежды, ему ли об этом не знать. Но ситуацию нужно исправлять обязательно иначе на выходе мы будем иметь неуправляемый отряд, а это может принести много бед в будущем. Что ж, я могу работать в любых обстоятельствах, отчеты и аналитические записки от меня требуют раз в неделю, но они должны быть подробными и аргументированными, а где и когда я их буду писать, в приказе не сказано. После получения приказа, я подчистила стол, удалила из компьютера все файлы, переслала на свой компьютер все видеоматериалы и, захватив с собой личные дела бойцов, отправилась к себе в комнату. Буду работать там, не желаю слушать стенания на тяжелую жизнь соседей по кабинету, пусть жалуются друг другу, как им тяжело живется. Азалия вернется через месяц, а может раньше, я же буду работать там, где мне удобно, чтобы лишний раз не столкнутся с ней в коридоре.
Астар выслал мне план учебных занятий отряда, я подкорректировала свое расписание и завтра начну наблюдать за бойцами вживую, а не по видеоматериалам. Утреннюю тренировку я буду смотреть из окна своей комнаты, откуда прекрасно видно тренировочный полигон. Обычно тренировки проходят на малом полигоне, но я отправила Астрау свои рекомендации по изменению учебного процесса, сделала аналитические выкладки по учебным программа и тестам, и он прислушался к моим рекомендациям и прислал измененный план занятий именно для этого отряда, других бойцов эти изменения не коснутся. Спасибо ему, что прислушался ко мне, я теперь могу подкорректировать свои действия, не хочу лишний раз появляться рядом с оборотнями, уверена они не слишком рады меня видеть.
Моя утренняя тренировка прошла, как всегда, под пристальным взглядом чужака, кто за мной наблюдает, я не знала, и знать не хотела, пусть наблюдает, я отключилась от действительности. Сегодня я немного увеличила свои нагрузки, через пару недель мне предстоит выйти в горы на полевые учения вместе с отрядом. Я пока ещё не знаю плана учений. Тактику и стратегию будут разрабатывать бойцы под моим наблюдением, мне же предстоит разработать для себя систему наблюдения за ними в горах, и этим я начну заниматься сегодня вечером. Одно радует свитер и шапку с шарфом я уже связала, остались только носки.
Быстро приведя себя в порядок после тренировки, я села с блокнотом у окна и приготовилась наблюдать за тренировкой отряда, на завтрак пойду позже, сейчас я только выпью чаю с галетами, чтобы голод не отвлекал от работы.
Астар лично руководил тренировкой, а он может быть злым, как он гонял бойцов, как кричал на них. Волки рычали и огрызались, но приказы выполняли. Астар не хвалил, только подгонял и резко осаживал их словами. Я записывала свои наблюдения, обращала внимание на выражение лиц, эмоции и движения тела, после завтрака составлю краткую записку, вечером дополню и расширю. После обеда мне придется присутствовать на теоретических занятиях их отряда, Астар сам будет преподавать им теорию, видимо взялся за них всерьез. Я же буду наблюдать и записывать. До обеда у бойцов дежурство в казарме они будут приводить в порядок помещения и территорию, так что мое присутствие необязательно, хотя можно понаблюдать как они ведут себя на такой работе, только определю точку наблюдения, чтобы они меня не видели. Моя задача усложнилась, но работу нужно делать.
Я уже сидела в классе, когда туда вошли оборотни, меня в лицо знали только двое, они кинули лишь мимолетный взгляд и демонстративно отвернувшись, сели на свои места, остальные же рассматривали меня несколько минут, принюхивались, а потом сделали вид, что потеряли ко мне интерес и тоже сели на свои места. Я сидела на задней парте, с блокнотом в руках. Астар зашел минута в минуту, и сразу приступил к лекции. Он прекрасно подавал материал слушать его одно удовольствие, раскладывал все по полочкам. Он рассказывал так, что у слушателей не возникало дополнительных вопросов, педагогика входила в учебный план и моего обучения, но я не уверена, что смогу так преподавать материал. Оборотни слушали, записывали и вопросов не задавали. Я наблюдала за их позами, жестами и делала краткие записи, анализировать буду потом. Спустя положенное время, Астар остановился, раздал оборотням тесты и удалился из учебного класса на полчаса. Это стандартное время для выполнения теста. Когда он вышел, оборотни расслабили спины, зашуршали бумагой и начали жестами передавать друг другу информацию. Наивные, мне знакомы все их жесты и знаки, а ещё я могу читать по губам на нескольких языках. Я открыла тест, который прислал мне Астар вчера вечером, и сделала несколько пометок.
Он зашел ровно через полчаса собрал листки с ответами и начал проверять. Я смотрела на него, сейчас он задаст мне вопрос. Астар поднял голову и кивнул головой, разрешая говорить.
- Бенед, Дан, Орес не знают ответы на 10, 7, и 6 вопросы - ответила я.
Волки зарычали, обернулись ко мне и приняли угрожающие позы. Я даже бровью не повела.
- Молчать! – Крикнул Астар и ударил ладонью по столу, - в бою вы тоже будете спрашивать товарищей, как поступить?
- Откуда она знает? – Спросил Таир.
- Хорошо проверим, - ответил Астар и достав из папки три листа раздал их бойцам. Сам же встал между их столами и начал смотреть, как они справляются с тестом.
- Это другой тест! – Воскликнул Орис.
- Тот же, только вопросы сформулированы по-другому, - ответил Астар, - у вас пять минут время пошло.
Через пять минут он забрал листки и положил их перед Таиром. Тот вчитывался недолго и, подняв глаза на Астара, кивнул головой.
- Ты должен проверить их знания сегодня вечером, я оставлю тебе лекции и тесты, завтра перед занятием я опять проведу тестирование всех бойцов, если хотя бы один облажается я увеличу количество теоретических часов, будем заниматься ещё и после ужина до самого отбоя.
- Откуда она могла об этом узнать? – Спросил Таир, кивая в мою сторону головой.
- Она в отличие от вас очень хорошо училась и её приставили к вам, чтобы избежать таких или подобных ситуаций, она сторонний наблюдатель и может дать профессиональную подсказку, указать на ошибки и даже подсказать, как их исправить, но вы этого не понимаете. Я вижу по вашим скептическим взглядам, что вы не понимаете, зачем за вами наблюдать, но пройдет время, и вы поймете, как были неправы, главное чтобы не было поздно, - сказал Астар, - Мадина, мы уходим на ужин.
Встав, я быстро прошла к двери, на меня не смотрели. Оборотни опустили глаза, пусть демонстрируют равнодушие, если им так хочется. До завтрашних теоретических занятий я с ними не увижусь, ночную тренировку буду наблюдать из окна своей квартиры.
Неделю спустя. Мадина.
После первого теоретического занятия проведенного Астаром, проколов при тестировании больше не случалось. Бойцы делали тесты самостоятельно, не жестикулируя и не подсказывая друг другу, были, конечно, небольшие недочеты, но к следующему занятию их с успехом исправляли. Дополнительных занятий не потребовалось, видимо Таир и его бойцы поняли, что с Астаром шутки плохи. Я написала развернутую аналитическую записку, предложила немного подкорректировать теоретическую подготовку бойцов, что же касается боевой и физической подготовки, то Астар гонял бойцов так, что даже у спокойной и равнодушной меня проскальзывали искры жалости, правда они быстро затухали, пусть занимаются. Полгода бойцы провели в блаженном состоянии благодаря способности Таира укладывать на спину нужных самок. Им никто не продлит срок обучения, а полгода они потеряли, так что пусть наверстывают упущенное.
Неделю я работала по одному графику, а сегодня у бойцов после обеда занятия по стратегии и тактике, они должны разработать план операции, цель им поставили, а когда план будет разработан и утвержден, начнутся полевые учения. Я должна присутствовать при обсуждениях плана, впервые без Астара. Как поведут себя бойцы в моем присутствии можно конечно предположить, но дело в том, что именно эти бойцы были непредсказуемы. Я не опускала руки, пыталась предугадать их действия, но всегда могут, возникнут неожиданности.
Все расселись за парты, я как всегда сидела в самом углу класса, чтобы мне было видно всех бойцов. Таир прочитал задание и начал рисовать на доске схематическую карту местности, где будут проводиться полевые учения. Я делала пометки в блокноте, задание мне прислали заранее, и я уже набросала примерный план операции. Сначала все высказали свои соображения, потом разобрали их и отбросили невыполнимые, после началось обсуждение, я молча делала пометки, бойцы вели себя так, как будто меня нет в этом классе, но периодически я замечала, как они косились на меня, поворачивали головы, принюхивались и пытались уловить мои эмоции.
Через два часа план был разработан. Его ещё раз обсудили, внесли мелкие корректировки и все замолчали. Я подняла глаза от блокнота, где записывала замечания, все оборотни повернулись и смотрели на меня.
- Ничего не скажешь? – Спросил Таир.
Они по-прежнему испытывали ко мне негативные чувства и никогда не обращались по имени, как бы подчеркивая свое отношение ко мне. Я пожала плечами, свои соображения я передам Астару им я говорить не обязана.
- Ну, я слышал о неизвестных тварях,
- А что Азалия не рассказывала в постели о годах своей службы здесь, не говорила, что впервые годы её службы из-за двух струсивших бойцов были уничтожены две учебные части, разрушено все и пришлось несколько лет восстанавливать заново.
- Мы не трусы! – Воскликнул я.
- Вы безрассудные, агрессивные и импульсивные идиоты, сначала делаете, а потом думаете и ещё неизвестно, что хуже - трусость или ваше безрассудство и импульсивность. Я уже не говорю о неконтролируемой агрессии, отсутствие здравого смысла и склонности анализировать ситуацию.
- Мы не такие! – Воскликнул я, - это наблюдатель сделал такие выводы?
- Её выводы более глубокие и не мене страшные, но она знает, как исправить ситуацию, подкорректировать ваши навыки и поведение, совсем исправить вас не получится, довести до совершенства невозможно, совершенных и идеальных бойцов не бывает, но к этим идеалам нужно стремиться. Вы же вместо того, чтобы прислушаться к умному человеку и стать хорошими бойцами, ищете, где бы схитрить и как бы избежать тяжкого труда. Вас отправят служить на самый опасный участок, и я понимаю беспокойство Астара, он не хочет повторения прошлого, никто не хочет, все хотят жить и военные и мирные жители, а вы должны им обеспечить эту мирную жизнь.
- Это все выводы стороннего наблюдателя, они могут быть ошибочны. Я и мои бойцы пожертвуем жизнью ради защиты страны, и вы это знаете - ответил я.
- Нужно умереть так, чтобы ваша смерть не была бессмысленной, чтобы вы не просто погибли в бою, а спасли мирных граждан и своих товарищей. Да что я тебя воспитываю, прекрасно же знаю твоего отца, он всегда отличался умом и рассудительностью, умел сдерживать агрессию и, главное, он думал, прежде чем действовать и потому добился таких высот в военной карьере и в стае. Он ещё не потерял надежды воспитать из тебя достойного приемника, вот только ты рушишь все его надежды. Откуда у тебя такая непомерная хитрость и приспособленчество? Ты пользуешься своей притягательной силой самца. У оборотней женского пола срабатывает древний как мир рефлекс, отдаться сильному самцу, чтобы потомство переняло сильные гены, правда о потомстве они в этот момент не думают, цивилизованные стали, продвинутые, рефлексы стали стираться из генетической памяти, но на отдаться сильному самцу им рефлекса ещё хватает. А ты пользуешься. Как такое может быть, ты же волк, а не кот-приспособленец?
- Не нужно меня обвинять. Каждый устраивается в этой жизни как может, я не просил отца отправлять меня на военную службу. Он настоял, я поддался, но не обещал ему, что не буду пытаться облегчить себе жизнь, - ответил я, - разрешите идти?
- Иди, надеюсь, что ты все-таки пересмотришь свое поведение, может судьба подкинет тебе трудную загадку, и ты поймешь, что приспособленчество - не выход из ситуации. – Сказал Каур, - может, ты не так безнадежен…..
Отвечать на эту реплику я не стал я не трус и жизнь отдам без сожалений. Я не тупой самец, который поддается инстинктам, но оправдываться не желаю, пусть думает что хочет. Отец меня не понимал, мама прощала все, но тоже не понимала, они надеялись, что меня исправит служба, нет, не исправит, я таким уродился, и буду всегда искать пути, чтобы облегчить свое существование, хотя могу и исправится, вот только желания нет.
Глава 7
Три дня спустя Мадина.
Я все также приходила на работу, смотрела видеоматериалы, составляла аналитические записки и отсылала их Астару. Слушала, о чем шептались коллеги, они специально говорили громко, чтобы я могла быть в курсе всех последних событий. Азалию вызвали к руководству, она улетела тем же вечером, сейчас всем в учебной части заправлял Каур, он отдавал приказания каждый день и загружал всех работой по самые уши, коллеги жаловались на усталость и недосыпание, жалели, что Азалии нет, мол, она понимала и давала время на отдых и развлечения. Они привыкли работать спустя рукава, а сейчас их всех заставляют напрягать мозги. Понимаю, им очень нравилось, что кошка была занята мужчиной и к ним не лезла с приказами и заданиями. Видимо с её стороны была большая любовь, если она забросила работу, теперь Каур пытается прижать всех к ногтю, а коллеги уже расслабились и не хотят интенсивно работать. Каур придирается к мелочам и требует полного и беспрекословного выполнения его приказов и инструкций, и им приходится напрягаться, а мозг уже заплыл жиром и отказывается работать. И опять я вспомнила тетю, она много раз повторяла, что мозги должны работать всегда, иначе они быстро теряют свою способность трезво мыслить, хоть примеры решай из задачника для школьников, но мозг напрягай. Как же мне повезло с ней, жаль, что её в наш дом привело большое горе, но я рада, что стала её воспитанницей, если бы не она не достигла бы таких успехов. Хотя если судить о том месте, где я служу, меня скорее наказали за ум, чем вознаградили, но в уныние впадать нельзя, нужно работать.
Приказ о моем переводе в отряд Таира все-таки издали, но у меня были широкие полномочия, я не подчинялась ему, только Астару, который теперь курировал этот отряд, странно, но видимо их решили отдать ему на перевоспитание. Я могла выбирать, как и какими способами могу вести наблюдение за учебой и тренировками отряда. Прекрасно, я могла не появляться рядом с ними. Право выбора, как и какими способами делать свою работу, оставался за мной, такое доверие подкупало. Астар извинялся передо мной за умышленные промахи коллег, я его понимала, он возлагал большие надежды на меня, но ему помешала ревнивая кошка. В жизни не всегда бывает так, как мы хотим, есть много внешних и внутренних факторов, которые могут испортить наши замыслы и надежды, ему ли об этом не знать. Но ситуацию нужно исправлять обязательно иначе на выходе мы будем иметь неуправляемый отряд, а это может принести много бед в будущем. Что ж, я могу работать в любых обстоятельствах, отчеты и аналитические записки от меня требуют раз в неделю, но они должны быть подробными и аргументированными, а где и когда я их буду писать, в приказе не сказано. После получения приказа, я подчистила стол, удалила из компьютера все файлы, переслала на свой компьютер все видеоматериалы и, захватив с собой личные дела бойцов, отправилась к себе в комнату. Буду работать там, не желаю слушать стенания на тяжелую жизнь соседей по кабинету, пусть жалуются друг другу, как им тяжело живется. Азалия вернется через месяц, а может раньше, я же буду работать там, где мне удобно, чтобы лишний раз не столкнутся с ней в коридоре.
Астар выслал мне план учебных занятий отряда, я подкорректировала свое расписание и завтра начну наблюдать за бойцами вживую, а не по видеоматериалам. Утреннюю тренировку я буду смотреть из окна своей комнаты, откуда прекрасно видно тренировочный полигон. Обычно тренировки проходят на малом полигоне, но я отправила Астрау свои рекомендации по изменению учебного процесса, сделала аналитические выкладки по учебным программа и тестам, и он прислушался к моим рекомендациям и прислал измененный план занятий именно для этого отряда, других бойцов эти изменения не коснутся. Спасибо ему, что прислушался ко мне, я теперь могу подкорректировать свои действия, не хочу лишний раз появляться рядом с оборотнями, уверена они не слишком рады меня видеть.
***
Моя утренняя тренировка прошла, как всегда, под пристальным взглядом чужака, кто за мной наблюдает, я не знала, и знать не хотела, пусть наблюдает, я отключилась от действительности. Сегодня я немного увеличила свои нагрузки, через пару недель мне предстоит выйти в горы на полевые учения вместе с отрядом. Я пока ещё не знаю плана учений. Тактику и стратегию будут разрабатывать бойцы под моим наблюдением, мне же предстоит разработать для себя систему наблюдения за ними в горах, и этим я начну заниматься сегодня вечером. Одно радует свитер и шапку с шарфом я уже связала, остались только носки.
Быстро приведя себя в порядок после тренировки, я села с блокнотом у окна и приготовилась наблюдать за тренировкой отряда, на завтрак пойду позже, сейчас я только выпью чаю с галетами, чтобы голод не отвлекал от работы.
***
Астар лично руководил тренировкой, а он может быть злым, как он гонял бойцов, как кричал на них. Волки рычали и огрызались, но приказы выполняли. Астар не хвалил, только подгонял и резко осаживал их словами. Я записывала свои наблюдения, обращала внимание на выражение лиц, эмоции и движения тела, после завтрака составлю краткую записку, вечером дополню и расширю. После обеда мне придется присутствовать на теоретических занятиях их отряда, Астар сам будет преподавать им теорию, видимо взялся за них всерьез. Я же буду наблюдать и записывать. До обеда у бойцов дежурство в казарме они будут приводить в порядок помещения и территорию, так что мое присутствие необязательно, хотя можно понаблюдать как они ведут себя на такой работе, только определю точку наблюдения, чтобы они меня не видели. Моя задача усложнилась, но работу нужно делать.
***
Я уже сидела в классе, когда туда вошли оборотни, меня в лицо знали только двое, они кинули лишь мимолетный взгляд и демонстративно отвернувшись, сели на свои места, остальные же рассматривали меня несколько минут, принюхивались, а потом сделали вид, что потеряли ко мне интерес и тоже сели на свои места. Я сидела на задней парте, с блокнотом в руках. Астар зашел минута в минуту, и сразу приступил к лекции. Он прекрасно подавал материал слушать его одно удовольствие, раскладывал все по полочкам. Он рассказывал так, что у слушателей не возникало дополнительных вопросов, педагогика входила в учебный план и моего обучения, но я не уверена, что смогу так преподавать материал. Оборотни слушали, записывали и вопросов не задавали. Я наблюдала за их позами, жестами и делала краткие записи, анализировать буду потом. Спустя положенное время, Астар остановился, раздал оборотням тесты и удалился из учебного класса на полчаса. Это стандартное время для выполнения теста. Когда он вышел, оборотни расслабили спины, зашуршали бумагой и начали жестами передавать друг другу информацию. Наивные, мне знакомы все их жесты и знаки, а ещё я могу читать по губам на нескольких языках. Я открыла тест, который прислал мне Астар вчера вечером, и сделала несколько пометок.
Он зашел ровно через полчаса собрал листки с ответами и начал проверять. Я смотрела на него, сейчас он задаст мне вопрос. Астар поднял голову и кивнул головой, разрешая говорить.
- Бенед, Дан, Орес не знают ответы на 10, 7, и 6 вопросы - ответила я.
Волки зарычали, обернулись ко мне и приняли угрожающие позы. Я даже бровью не повела.
- Молчать! – Крикнул Астар и ударил ладонью по столу, - в бою вы тоже будете спрашивать товарищей, как поступить?
- Откуда она знает? – Спросил Таир.
- Хорошо проверим, - ответил Астар и достав из папки три листа раздал их бойцам. Сам же встал между их столами и начал смотреть, как они справляются с тестом.
- Это другой тест! – Воскликнул Орис.
- Тот же, только вопросы сформулированы по-другому, - ответил Астар, - у вас пять минут время пошло.
Через пять минут он забрал листки и положил их перед Таиром. Тот вчитывался недолго и, подняв глаза на Астара, кивнул головой.
- Ты должен проверить их знания сегодня вечером, я оставлю тебе лекции и тесты, завтра перед занятием я опять проведу тестирование всех бойцов, если хотя бы один облажается я увеличу количество теоретических часов, будем заниматься ещё и после ужина до самого отбоя.
- Откуда она могла об этом узнать? – Спросил Таир, кивая в мою сторону головой.
- Она в отличие от вас очень хорошо училась и её приставили к вам, чтобы избежать таких или подобных ситуаций, она сторонний наблюдатель и может дать профессиональную подсказку, указать на ошибки и даже подсказать, как их исправить, но вы этого не понимаете. Я вижу по вашим скептическим взглядам, что вы не понимаете, зачем за вами наблюдать, но пройдет время, и вы поймете, как были неправы, главное чтобы не было поздно, - сказал Астар, - Мадина, мы уходим на ужин.
Встав, я быстро прошла к двери, на меня не смотрели. Оборотни опустили глаза, пусть демонстрируют равнодушие, если им так хочется. До завтрашних теоретических занятий я с ними не увижусь, ночную тренировку буду наблюдать из окна своей квартиры.
Неделю спустя. Мадина.
После первого теоретического занятия проведенного Астаром, проколов при тестировании больше не случалось. Бойцы делали тесты самостоятельно, не жестикулируя и не подсказывая друг другу, были, конечно, небольшие недочеты, но к следующему занятию их с успехом исправляли. Дополнительных занятий не потребовалось, видимо Таир и его бойцы поняли, что с Астаром шутки плохи. Я написала развернутую аналитическую записку, предложила немного подкорректировать теоретическую подготовку бойцов, что же касается боевой и физической подготовки, то Астар гонял бойцов так, что даже у спокойной и равнодушной меня проскальзывали искры жалости, правда они быстро затухали, пусть занимаются. Полгода бойцы провели в блаженном состоянии благодаря способности Таира укладывать на спину нужных самок. Им никто не продлит срок обучения, а полгода они потеряли, так что пусть наверстывают упущенное.
Неделю я работала по одному графику, а сегодня у бойцов после обеда занятия по стратегии и тактике, они должны разработать план операции, цель им поставили, а когда план будет разработан и утвержден, начнутся полевые учения. Я должна присутствовать при обсуждениях плана, впервые без Астара. Как поведут себя бойцы в моем присутствии можно конечно предположить, но дело в том, что именно эти бойцы были непредсказуемы. Я не опускала руки, пыталась предугадать их действия, но всегда могут, возникнут неожиданности.
***
Все расселись за парты, я как всегда сидела в самом углу класса, чтобы мне было видно всех бойцов. Таир прочитал задание и начал рисовать на доске схематическую карту местности, где будут проводиться полевые учения. Я делала пометки в блокноте, задание мне прислали заранее, и я уже набросала примерный план операции. Сначала все высказали свои соображения, потом разобрали их и отбросили невыполнимые, после началось обсуждение, я молча делала пометки, бойцы вели себя так, как будто меня нет в этом классе, но периодически я замечала, как они косились на меня, поворачивали головы, принюхивались и пытались уловить мои эмоции.
***
Через два часа план был разработан. Его ещё раз обсудили, внесли мелкие корректировки и все замолчали. Я подняла глаза от блокнота, где записывала замечания, все оборотни повернулись и смотрели на меня.
- Ничего не скажешь? – Спросил Таир.
Они по-прежнему испытывали ко мне негативные чувства и никогда не обращались по имени, как бы подчеркивая свое отношение ко мне. Я пожала плечами, свои соображения я передам Астару им я говорить не обязана.
