Они уже в этом походе не пригодятся сушить их негде. Снимаю носки и засунув ступни Кирилла между своих коленей начинаю растирать их тот кряхтит и матерится, понимаю это очень больно, но если сейчас не оказать первую помощь, то с ногами можно проститься. Потом я наношу специальную согревающую мазь и начинаю растирать ещё сильнее.
- Больно же, садистка, - шипит Кирилл.
- Сейчас пальцы оторву, шипит он тут, раз тебе ноги не нужны, то и мне твои ноги без надобности, ты зачем идиотина к озеру полез?
- Да что же ты такая кровожадная, - кряхтит Кирилл, - там спуск идеальный, так хотелось с ветерком съехать.
- Съехал, ног лишишься, будешь всю жизнь вспоминать, знаю я тот идеальный спуск, ловушка для новичков все ведутся, только не все в полынью попадают.
- Так и я не попал, там лужа под снегом была и вроде неглубокая, но ботинки насквозь, хорошо я запасные носки взял, а то не дошел бы до палатки.
- Было бы хорошо, если бы ты послушал дядю Гришу, он всегда предупреждает новичков, чтобы даже близко к озеру не подходили, у него уже язык стерся вам идиотам объяснять, что озеро коварное. Вот что тебя туда понесло, маршрут совсем в другой стороне?
- Не скажу, а то правда пальцы оторвешь, - ноги у него покраснели хорошо, кровь прилила, - больно, колет и щиплет.
- Ухо откушу, будешь возмущаться и не вздумай дергать ногами, а то и без носа можешь остаться, эти увечья не фатальны, жить будешь, но на всю жизнь запомнишь, что нужно слушать тренера.
- Ты страшная девушка, - шепчет он, я же обматываю его ступни специальной тканью, надеваю носки из настоящей овечьей шерсти и сверху валенки, все это есть в моем специальном рюкзаке вместе с аптечкой и другими вещами так необходимыми в зимнем походе.
- А теперь давай свои руки, - стягиваю с Кирилла перчатки, руки тоже замороженные, но не так как ноги, хотя потрудиться придется. В условиях зимы в горах носят две пары перчаток, если случается промочить ноги, то на ноги надевают запасные носки, которые берут обязательно, а перчатки подкладывают вместо стелек, иначе и пары километров не пройдет, ноги заледенеют.
Начинаю растирать его руки наносить специальную мазь и массировать, Кирилл дергается, шипит, но мне на эти звуки начхать, он может обмораживать себе все части тела, но только не в походе, где я отвечаю за кормежку и здоровье спортсменов.
Когда руки Кирилла завернуты в специальную ткань и засунуты в муфту, из нестриженой шкуры барана, я наконец-то вздыхаю с облегчением, сейчас нужно накормить этого горе спортсмена и уложить спать. Выглядываю из палатки, остальные уже в своих палатках и спальниках у моей палатки стоит термопосуда для меня и Кирилла, а на улице начинается снегопад, вовремя они приехали.
- Сейчас буду тебя кормить из ложечки, вспомнишь детство, - открываю посуду с жирной мясной кашей и зачерпываю ложку, подношу ко рту Кирилла, рожа у него жуть, какая недовольная, но рот открывает и кашу проглатывает. – Не кривись, все кашу съешь и ещё весь чай выпьешь.
- Это не чай, а жирная соленая гадость.
- Жирный бульон, чуть подсоленный со специями, очень калорийная штука и нужно выпить, тебе нужны калории, чтобы ты согрелся. Будешь отказываться, зажму нос и волью в горло, у меня есть опыт насильного кормления. Хочешь проверить?
- Не рискну, а то лишусь какой-нибудь части тела и давай свой жуткий напиток.
Чай он выпил залпом, долго кривился после этого, а потом я его уложила в теплый спальный мешок и села кушать сама, через несколько минут Кирилл тихо захрапел, умаялся спортсмен. Доедаю свой ужин и вылезаю из палатки, нужно посмотреть, как укреплена палатка, протереть снегом посуду мыть не буду, завтра наш поход закончится. У Кирилла утром опухнут ноги и руки, и мы повернем к дому, лучше бы его сразу в больницу доставить, но вертолет сюда не полетит, а если и сподобиться кто из пилотов, то денег такой полет стоит немереных. Последняя проверка окончена нужно укладываться спать, а так как мой спальный мешок занят Кириллом, то спать мы будем вдвоем плотно прижавшись друг к другу. Согреемся, я не против, а этого никто не спрашивает, потерпит неудобства, хотел бы комфорта, остался дома.
Утро началось с тихого стона Кирилла, он отлежал себе какую-то часть тела, уточнять не буду в раннее время суток я не особо дружелюбна и не очень разговорчива. Тело рядом со мной дергается, пытается улечься удобнее, наивный, хорошо, что вообще лежит в тепле, за комфортным сном не в горы ходят, а в собственную спальню.
- После этой ночи ты должен на мне жениться, - тихо говорю я и тело замирает, даже дышит через раз, как, оказывается, легко успокоить холостого мужчину только пригрози ему лишением холостяцкого статуса и мужчина сразу прикидывается шлангом, чтобы только в ЗАГС не утащили. Опять ухожу в сон, есть ещё время.
- Диана, я не готов повесить себе хомут на шею, - шепчет Кирилл, вот что ему не спится? Или переживает? А мне теперь вспоминай, что я ему пообещала, спросонья соображаю плохо и почти не регистрирую то, что говорю.
- Не парься, не очень и хотелось, - отвечаю я и прижимаюсь к теплому и твердому телу, - не дергайся, дай поспать спокойно.
- Я руку себе отлежал.
- Главное, что не потерял, а отлежал это не страшно.
- Ох, и добрая ты Диана.
- Да я такая, лежать и не двигаться, я хочу спать, а то оторву или откушу что-нибудь ненужное.
- Диана, у меня все нужное, - шепчет он.
- Такого не бывает, что-то ненужное обязательно найдется, - меня укладывают на грудь, а дальше я уплываю в нирвану.
Вокруг палатки начинают ходить и тихо переговариваться, все, сон окончен, нужно выходить, варить новую порцию калорийного чая и в обратный путь. Осторожно покидаю спальный мешок, стягиваю с Кирилла валенки, носки, разворачиваю ступни, они чуть распухли, но это нормально после обморожения и проведенных процедур, в ботинки он не влезет, пойдет в валенках.
- Все плохо? – шепчет Кирилл.
- Все по плану, но на лыжах придется заменить крепления, пойдешь в валенках.
- Как в детстве?
- Я и в детстве в валенках не ходила, а тебе вот повезло, у тебя нормальное детство было.
- А у тебя нет?
- Скажем так, я бы многое исключила из моего детства, и многое изменила, - надеваю на него носки, валенки и вытаскиваю руки из муфты.
Руки почти не опухли, но нужно их смазать жиром и специальные перчатки надеть. Достаю мешочек с лекарствами и начинаю натирать руки, потом надеваю специальные перчатки, фиксирую их на запястьях и теперь могу спокойно покинуть палатку, нужно кормить больных на голову экстремалов.
- Ну как наш замоченный? – спрашивает дядя Гриша.
- Жить будет с конечностями, нужно крепления на лыжах заменить, кроме валенок он ничего на ноги не натянет.
- Это я понял, крепления достал, пока чай готовишь, сделаю, поворачиваем назад, все согласны, а болезного я не спрашивал.
- Если повернуть чуть в бок, там есть небольшая деревня и фельдшер, а у местного шамана можно с комфортом расположиться, сутки на полноценный отдых в теплом доме, хорошая кормежка и они побегут как молодые козлики в свой первый гон.
- Ты прогноз погоды слышала? – спрашивает дядя Гриша.
- Нет, но моя голова сигнализирует о снегопаде.
- И метеорологи говорят о снегопаде, - подтверждает дядя Гриша, - и поэтому поворачиваем в деревню.
Три часа спустя. Диана.
Шаман ждал нас у своего дома, вот откуда он всегда знает когда к нему придут гости, вовремя мы пришли, небо заволокли тяжелые темные тучи и первые хлопья снега уже кружили в воздухе, максимум час и мы из-за густого снегопада не увидели бы рядом идущего.
- Добрый день! – Дядя Гриша чуть поклонился шаману, парни застыли, рассматривая необычно расшитую одежду шамана, его посох, вырезанный из дерева и украшенный необычными узорами, лентами и костями животных.
- Час жду, - только и ответил шаман, - дом согрел, еду сами приготовите, смотрит на меня и кивает головой, - Диана, рад видеть, - к его манере говорить, проглатывая то местоимения, то предлоги, нужно привыкнуть.
- И я рада встретиться, шаман.
- Не по своей воле свиделись, но я рад. Снег будет два дня, успеем обсудить новости, - он разворачивается и заходит в дом.
- Придется на пару дней задержаться, - говорит дядя Гриша, - шаман самый лучший метеоролог, раз сказал два дня, значит так и будет, - оглядывается на застывших парней, - не тормозите, пойдемте в дом у шамана большая комната для гостей, спальники расстелем, и будем спать почти как дома.
Чтобы парни не страдали от безделья, шаман предложил им растопить баню и помыться, чем они почти радостно занялись. Я же разобрала наши запасы еды и принялась за готовку сытного ужина. Шаман сидел на кухне, курил жутко вонючий табак и сквозь ресницы наблюдал за мной.
- Замуж тебе нужно, Диана, ты славная хозяйка и добрая девушка, только бегая по горам, нормального мужа не найдешь, а на ненормального не согласишься.
- Ваша правда, шаман, ненормального не хочу, лучше уж без мужа.
- Без мужа нельзя, детей нужно, женщина без детей как пустой цветок, красивый яркий, но абсолютно бесполезный.
- Вот как раз для зачатия ребенка муж и не нужен, мужчина нужен, но чтобы он был мужем совсем не обязательно.
- Молодежь сейчас вольно живет, детей без мужей рожает, родителей не почитает.
- Так и мужчины в этом виноваты, отцами становиться не хотят, только следы и умеют оставлять, а потом так быстро убегают, аж ветер поднимается.
Шаман смеется и глубоко затягивается.
- Ты мне чаю соленного сделай, я хочу ночью на улицу сходить на звезды посмотреть, - говорит шаман.
- Так снег на улице, какие звезды?
- На пару часов звезды появятся, а потом опять снег пойдет, - отвечает шаман.
- Сварю мне не жалко, только мои пить не будут, в походе рожи кривили, а сейчас откажутся.
- Глупые. Не понимают твоей заботы, - усмехается шаман. – Пойду, дров принесу, печка остывает.
Шаман уходит, а я сосредотачиваюсь на готовке и с чего вдруг он о моем замужестве заговорил? В прошлую нашу встречу, он вообще эту тему не поднимал, хотя мы в его деревню заявились просто звездным составом. Все парни холостые красавцы и спортсмены, как на подбор. Помню, мы тогда долго с шаманом беседовали, говорили обо всем, но ни намека на мой холостяцкий статус, а тут вдруг и о муже вспомнил и о детях. Я не особо верю во всю эту мистику, знаю, что шаман прекрасно предсказывает погоду, так это не мистика, это опыт предков и различные природные подсказки, которые умели читать наши предки и про которые мы почти ничего не знаем. Но шамана я знаю с тех самых пор, как отец впервые потащил меня в горы, он никогда и ничего просто так не говорит. В прошлый раз он спрашивал о жизни родственников, особенно хотел знать о жизни Карины, и в итоге сказал, что все будет у нас хорошо, и мы взойдем на свою вершину. Очень странный получился разговор, да и сейчас если вдуматься был не просто светский треп, шаман как всегда завуалировано хотел что-то сказать. А спросишь, прямо не скажет, хитро улыбнется и переведет разговор на другую тему. Вот он молодец, высказался, а я думай.
В баню я пошла последней, все уже намылись, отужинали и улеглись в спальные мешки. Я же придя из бани не спешила укладываться, посидела на кухне, выпила чаю и послушала радио, единственное, что связывало шамана с цивилизацией. Спать не хотелось, выспалась сегодня. Но, тихо посидев с полчаса, пошла в гостевую комнату. Шаман держал в доме пустую комнату для гостей, может потому, что никто кроме спортсменов экстремалов к нему в гости не заглядывал, а эти всегда приходили со своими кроватями. Комната довольно большая с печкой посередине и утепленным полом, окна замазаны специальной смолой, чтобы не проникал холодный ветер, стены утеплены тоже какими-то природными материалами, гостевая спальня была светлой, довольно большой и теплой. Мой спальный мешок лежал у печки отдельно от мужчин, надевать теплый костюм не стала, легла спать в длинной утепленной рубашке. Это почти как дома, только не на кровати, но и так довольно хорошо и я даже тихо простонала, тепло и почти мягко, а главное на теле минимум одежды и это своего рода кайф.
Меня осторожно обняли, к спине прижалось теплое тело, ну я могу предположить, кто решил переместиться ко мне, сопротивляться не буду, мне тепло удобно и пусть спит рядом уж если так хочется.
Утро следующего дня. Диана.
Очень хотелось в туалет, но тяжелая мужская рука прижимала так сильно, будто от этого зависит его жизнь.
- Кирилл, ты хочешь на завтрак оладий?
- А если хочу? – шепчет он.
- Тогда убери руку, и я начну превращать твои хотелки в быль.
- Значит, предложения сочетаться браком не будет? – говорит он, убирая руку.
- Не помню, чтобы такое предлагала.
- В прошлую ночевку.
- И ты отказал?
- Был грех.
- А теперь передумал?
- Нет, я не такой непостоянный, сегодня бы я подумал над твоим предложением.
- А на третий раз согласился бы?
- Возможно, - ухмыляется он.
- Нужно не забыть, что первый раз я уже предлагала и никогда не предлагать второй и третий, - над вытянутой рожей Кирилла я начала тихо смеяться, - а ты думал, женщины так хотят замуж, что даже не обидятся на отказ? Мы, женщины, существа нежные, ранимые и обидчивые, а потом я не тороплюсь и поиск потенциального мужа ещё даже в свои ближайшие планы не ставила.
- Так бы и сказала, что это был сонный, утренний треп, - пробурчал он.
- Тогда говорю, Кирилл если я когда-нибудь выйду замуж, то мой мужчина будет страшным противником активного отдыха на свежем воздухе. Пусть бегает по утрам в парке, занимается на тренажерах, плавает в бассейне, на крайний случай копается на приусадебном участке, все, что может предложить цивилизованный город и его ближайшие пригороды, но никаких гор, рек, пещер и подземелий, а так же парашютов и летающих аппаратов.
- Ты серьезно?
- Я не хочу быть любимой между походами в горы, хочу быть любимой круглосуточно, круглогодично, всегда, а не тогда, когда мой мужчина вынужден находиться рядом со мной.
- Будешь выдвигать ультиматум?
- Это бесполезно, я просто пройду мимо этого мужчины, он не тот с кем я хочу прожить жизнь, и пусть будет счастлив без меня, а я без него и все довольны. Поднимаюсь и оглядываюсь в поисках своего рюкзака с вещами, и только я определила его местонахождение, и уже сделала шаг в эту сторону, как меня хватают за лодыжку.
- Диана! Ты симпатичная, - и его рука медленно поднимается по моей ноге почти до самого бедра, - но я бы никогда не позволил женщине ставить мне ультиматум.
- Кирилл ты можешь быть спокоен, я даже в бреду не рассматривала тебя как потенциального жениха.
- Я настолько плох?
- Ты адреналинщик, а это для меня самая плохая характеристика мужчины, хуже могут быть только преступники.
- Даже так?
- Это мое виденье и я не собираюсь его менять и переубедить невозможно и поэтому мы будем с тобой добрыми соседями, иногда встречаться в походах, редко согревать себя холодными ночами в палатке и ни о чем больше не помышлять.
- Согласен.
- И я согласна, а теперь отпусти мою ногу, и я напеку тебе оладий.
Меня отпускают и я, захватив свой мешок, иду переодеваться на кухню, где сейчас никого, все мужчины уже проснулись, но тихо как мышки лежат в кроватках и ждут пока единственная слабая женщина встанет и приготовит им завтрак.
- Больно же, садистка, - шипит Кирилл.
- Сейчас пальцы оторву, шипит он тут, раз тебе ноги не нужны, то и мне твои ноги без надобности, ты зачем идиотина к озеру полез?
- Да что же ты такая кровожадная, - кряхтит Кирилл, - там спуск идеальный, так хотелось с ветерком съехать.
- Съехал, ног лишишься, будешь всю жизнь вспоминать, знаю я тот идеальный спуск, ловушка для новичков все ведутся, только не все в полынью попадают.
- Так и я не попал, там лужа под снегом была и вроде неглубокая, но ботинки насквозь, хорошо я запасные носки взял, а то не дошел бы до палатки.
- Было бы хорошо, если бы ты послушал дядю Гришу, он всегда предупреждает новичков, чтобы даже близко к озеру не подходили, у него уже язык стерся вам идиотам объяснять, что озеро коварное. Вот что тебя туда понесло, маршрут совсем в другой стороне?
- Не скажу, а то правда пальцы оторвешь, - ноги у него покраснели хорошо, кровь прилила, - больно, колет и щиплет.
- Ухо откушу, будешь возмущаться и не вздумай дергать ногами, а то и без носа можешь остаться, эти увечья не фатальны, жить будешь, но на всю жизнь запомнишь, что нужно слушать тренера.
- Ты страшная девушка, - шепчет он, я же обматываю его ступни специальной тканью, надеваю носки из настоящей овечьей шерсти и сверху валенки, все это есть в моем специальном рюкзаке вместе с аптечкой и другими вещами так необходимыми в зимнем походе.
- А теперь давай свои руки, - стягиваю с Кирилла перчатки, руки тоже замороженные, но не так как ноги, хотя потрудиться придется. В условиях зимы в горах носят две пары перчаток, если случается промочить ноги, то на ноги надевают запасные носки, которые берут обязательно, а перчатки подкладывают вместо стелек, иначе и пары километров не пройдет, ноги заледенеют.
Начинаю растирать его руки наносить специальную мазь и массировать, Кирилл дергается, шипит, но мне на эти звуки начхать, он может обмораживать себе все части тела, но только не в походе, где я отвечаю за кормежку и здоровье спортсменов.
***
Когда руки Кирилла завернуты в специальную ткань и засунуты в муфту, из нестриженой шкуры барана, я наконец-то вздыхаю с облегчением, сейчас нужно накормить этого горе спортсмена и уложить спать. Выглядываю из палатки, остальные уже в своих палатках и спальниках у моей палатки стоит термопосуда для меня и Кирилла, а на улице начинается снегопад, вовремя они приехали.
- Сейчас буду тебя кормить из ложечки, вспомнишь детство, - открываю посуду с жирной мясной кашей и зачерпываю ложку, подношу ко рту Кирилла, рожа у него жуть, какая недовольная, но рот открывает и кашу проглатывает. – Не кривись, все кашу съешь и ещё весь чай выпьешь.
- Это не чай, а жирная соленая гадость.
- Жирный бульон, чуть подсоленный со специями, очень калорийная штука и нужно выпить, тебе нужны калории, чтобы ты согрелся. Будешь отказываться, зажму нос и волью в горло, у меня есть опыт насильного кормления. Хочешь проверить?
- Не рискну, а то лишусь какой-нибудь части тела и давай свой жуткий напиток.
Чай он выпил залпом, долго кривился после этого, а потом я его уложила в теплый спальный мешок и села кушать сама, через несколько минут Кирилл тихо захрапел, умаялся спортсмен. Доедаю свой ужин и вылезаю из палатки, нужно посмотреть, как укреплена палатка, протереть снегом посуду мыть не буду, завтра наш поход закончится. У Кирилла утром опухнут ноги и руки, и мы повернем к дому, лучше бы его сразу в больницу доставить, но вертолет сюда не полетит, а если и сподобиться кто из пилотов, то денег такой полет стоит немереных. Последняя проверка окончена нужно укладываться спать, а так как мой спальный мешок занят Кириллом, то спать мы будем вдвоем плотно прижавшись друг к другу. Согреемся, я не против, а этого никто не спрашивает, потерпит неудобства, хотел бы комфорта, остался дома.
***
Утро началось с тихого стона Кирилла, он отлежал себе какую-то часть тела, уточнять не буду в раннее время суток я не особо дружелюбна и не очень разговорчива. Тело рядом со мной дергается, пытается улечься удобнее, наивный, хорошо, что вообще лежит в тепле, за комфортным сном не в горы ходят, а в собственную спальню.
- После этой ночи ты должен на мне жениться, - тихо говорю я и тело замирает, даже дышит через раз, как, оказывается, легко успокоить холостого мужчину только пригрози ему лишением холостяцкого статуса и мужчина сразу прикидывается шлангом, чтобы только в ЗАГС не утащили. Опять ухожу в сон, есть ещё время.
- Диана, я не готов повесить себе хомут на шею, - шепчет Кирилл, вот что ему не спится? Или переживает? А мне теперь вспоминай, что я ему пообещала, спросонья соображаю плохо и почти не регистрирую то, что говорю.
- Не парься, не очень и хотелось, - отвечаю я и прижимаюсь к теплому и твердому телу, - не дергайся, дай поспать спокойно.
- Я руку себе отлежал.
- Главное, что не потерял, а отлежал это не страшно.
- Ох, и добрая ты Диана.
- Да я такая, лежать и не двигаться, я хочу спать, а то оторву или откушу что-нибудь ненужное.
- Диана, у меня все нужное, - шепчет он.
- Такого не бывает, что-то ненужное обязательно найдется, - меня укладывают на грудь, а дальше я уплываю в нирвану.
Вокруг палатки начинают ходить и тихо переговариваться, все, сон окончен, нужно выходить, варить новую порцию калорийного чая и в обратный путь. Осторожно покидаю спальный мешок, стягиваю с Кирилла валенки, носки, разворачиваю ступни, они чуть распухли, но это нормально после обморожения и проведенных процедур, в ботинки он не влезет, пойдет в валенках.
- Все плохо? – шепчет Кирилл.
- Все по плану, но на лыжах придется заменить крепления, пойдешь в валенках.
- Как в детстве?
- Я и в детстве в валенках не ходила, а тебе вот повезло, у тебя нормальное детство было.
- А у тебя нет?
- Скажем так, я бы многое исключила из моего детства, и многое изменила, - надеваю на него носки, валенки и вытаскиваю руки из муфты.
Руки почти не опухли, но нужно их смазать жиром и специальные перчатки надеть. Достаю мешочек с лекарствами и начинаю натирать руки, потом надеваю специальные перчатки, фиксирую их на запястьях и теперь могу спокойно покинуть палатку, нужно кормить больных на голову экстремалов.
- Ну как наш замоченный? – спрашивает дядя Гриша.
- Жить будет с конечностями, нужно крепления на лыжах заменить, кроме валенок он ничего на ноги не натянет.
- Это я понял, крепления достал, пока чай готовишь, сделаю, поворачиваем назад, все согласны, а болезного я не спрашивал.
- Если повернуть чуть в бок, там есть небольшая деревня и фельдшер, а у местного шамана можно с комфортом расположиться, сутки на полноценный отдых в теплом доме, хорошая кормежка и они побегут как молодые козлики в свой первый гон.
- Ты прогноз погоды слышала? – спрашивает дядя Гриша.
- Нет, но моя голова сигнализирует о снегопаде.
- И метеорологи говорят о снегопаде, - подтверждает дядя Гриша, - и поэтому поворачиваем в деревню.
Глава 7
Три часа спустя. Диана.
Шаман ждал нас у своего дома, вот откуда он всегда знает когда к нему придут гости, вовремя мы пришли, небо заволокли тяжелые темные тучи и первые хлопья снега уже кружили в воздухе, максимум час и мы из-за густого снегопада не увидели бы рядом идущего.
- Добрый день! – Дядя Гриша чуть поклонился шаману, парни застыли, рассматривая необычно расшитую одежду шамана, его посох, вырезанный из дерева и украшенный необычными узорами, лентами и костями животных.
- Час жду, - только и ответил шаман, - дом согрел, еду сами приготовите, смотрит на меня и кивает головой, - Диана, рад видеть, - к его манере говорить, проглатывая то местоимения, то предлоги, нужно привыкнуть.
- И я рада встретиться, шаман.
- Не по своей воле свиделись, но я рад. Снег будет два дня, успеем обсудить новости, - он разворачивается и заходит в дом.
- Придется на пару дней задержаться, - говорит дядя Гриша, - шаман самый лучший метеоролог, раз сказал два дня, значит так и будет, - оглядывается на застывших парней, - не тормозите, пойдемте в дом у шамана большая комната для гостей, спальники расстелем, и будем спать почти как дома.
***
Чтобы парни не страдали от безделья, шаман предложил им растопить баню и помыться, чем они почти радостно занялись. Я же разобрала наши запасы еды и принялась за готовку сытного ужина. Шаман сидел на кухне, курил жутко вонючий табак и сквозь ресницы наблюдал за мной.
- Замуж тебе нужно, Диана, ты славная хозяйка и добрая девушка, только бегая по горам, нормального мужа не найдешь, а на ненормального не согласишься.
- Ваша правда, шаман, ненормального не хочу, лучше уж без мужа.
- Без мужа нельзя, детей нужно, женщина без детей как пустой цветок, красивый яркий, но абсолютно бесполезный.
- Вот как раз для зачатия ребенка муж и не нужен, мужчина нужен, но чтобы он был мужем совсем не обязательно.
- Молодежь сейчас вольно живет, детей без мужей рожает, родителей не почитает.
- Так и мужчины в этом виноваты, отцами становиться не хотят, только следы и умеют оставлять, а потом так быстро убегают, аж ветер поднимается.
Шаман смеется и глубоко затягивается.
- Ты мне чаю соленного сделай, я хочу ночью на улицу сходить на звезды посмотреть, - говорит шаман.
- Так снег на улице, какие звезды?
- На пару часов звезды появятся, а потом опять снег пойдет, - отвечает шаман.
- Сварю мне не жалко, только мои пить не будут, в походе рожи кривили, а сейчас откажутся.
- Глупые. Не понимают твоей заботы, - усмехается шаман. – Пойду, дров принесу, печка остывает.
Шаман уходит, а я сосредотачиваюсь на готовке и с чего вдруг он о моем замужестве заговорил? В прошлую нашу встречу, он вообще эту тему не поднимал, хотя мы в его деревню заявились просто звездным составом. Все парни холостые красавцы и спортсмены, как на подбор. Помню, мы тогда долго с шаманом беседовали, говорили обо всем, но ни намека на мой холостяцкий статус, а тут вдруг и о муже вспомнил и о детях. Я не особо верю во всю эту мистику, знаю, что шаман прекрасно предсказывает погоду, так это не мистика, это опыт предков и различные природные подсказки, которые умели читать наши предки и про которые мы почти ничего не знаем. Но шамана я знаю с тех самых пор, как отец впервые потащил меня в горы, он никогда и ничего просто так не говорит. В прошлый раз он спрашивал о жизни родственников, особенно хотел знать о жизни Карины, и в итоге сказал, что все будет у нас хорошо, и мы взойдем на свою вершину. Очень странный получился разговор, да и сейчас если вдуматься был не просто светский треп, шаман как всегда завуалировано хотел что-то сказать. А спросишь, прямо не скажет, хитро улыбнется и переведет разговор на другую тему. Вот он молодец, высказался, а я думай.
***
В баню я пошла последней, все уже намылись, отужинали и улеглись в спальные мешки. Я же придя из бани не спешила укладываться, посидела на кухне, выпила чаю и послушала радио, единственное, что связывало шамана с цивилизацией. Спать не хотелось, выспалась сегодня. Но, тихо посидев с полчаса, пошла в гостевую комнату. Шаман держал в доме пустую комнату для гостей, может потому, что никто кроме спортсменов экстремалов к нему в гости не заглядывал, а эти всегда приходили со своими кроватями. Комната довольно большая с печкой посередине и утепленным полом, окна замазаны специальной смолой, чтобы не проникал холодный ветер, стены утеплены тоже какими-то природными материалами, гостевая спальня была светлой, довольно большой и теплой. Мой спальный мешок лежал у печки отдельно от мужчин, надевать теплый костюм не стала, легла спать в длинной утепленной рубашке. Это почти как дома, только не на кровати, но и так довольно хорошо и я даже тихо простонала, тепло и почти мягко, а главное на теле минимум одежды и это своего рода кайф.
***
Меня осторожно обняли, к спине прижалось теплое тело, ну я могу предположить, кто решил переместиться ко мне, сопротивляться не буду, мне тепло удобно и пусть спит рядом уж если так хочется.
Утро следующего дня. Диана.
Очень хотелось в туалет, но тяжелая мужская рука прижимала так сильно, будто от этого зависит его жизнь.
- Кирилл, ты хочешь на завтрак оладий?
- А если хочу? – шепчет он.
- Тогда убери руку, и я начну превращать твои хотелки в быль.
- Значит, предложения сочетаться браком не будет? – говорит он, убирая руку.
- Не помню, чтобы такое предлагала.
- В прошлую ночевку.
- И ты отказал?
- Был грех.
- А теперь передумал?
- Нет, я не такой непостоянный, сегодня бы я подумал над твоим предложением.
- А на третий раз согласился бы?
- Возможно, - ухмыляется он.
- Нужно не забыть, что первый раз я уже предлагала и никогда не предлагать второй и третий, - над вытянутой рожей Кирилла я начала тихо смеяться, - а ты думал, женщины так хотят замуж, что даже не обидятся на отказ? Мы, женщины, существа нежные, ранимые и обидчивые, а потом я не тороплюсь и поиск потенциального мужа ещё даже в свои ближайшие планы не ставила.
- Так бы и сказала, что это был сонный, утренний треп, - пробурчал он.
- Тогда говорю, Кирилл если я когда-нибудь выйду замуж, то мой мужчина будет страшным противником активного отдыха на свежем воздухе. Пусть бегает по утрам в парке, занимается на тренажерах, плавает в бассейне, на крайний случай копается на приусадебном участке, все, что может предложить цивилизованный город и его ближайшие пригороды, но никаких гор, рек, пещер и подземелий, а так же парашютов и летающих аппаратов.
- Ты серьезно?
- Я не хочу быть любимой между походами в горы, хочу быть любимой круглосуточно, круглогодично, всегда, а не тогда, когда мой мужчина вынужден находиться рядом со мной.
- Будешь выдвигать ультиматум?
- Это бесполезно, я просто пройду мимо этого мужчины, он не тот с кем я хочу прожить жизнь, и пусть будет счастлив без меня, а я без него и все довольны. Поднимаюсь и оглядываюсь в поисках своего рюкзака с вещами, и только я определила его местонахождение, и уже сделала шаг в эту сторону, как меня хватают за лодыжку.
- Диана! Ты симпатичная, - и его рука медленно поднимается по моей ноге почти до самого бедра, - но я бы никогда не позволил женщине ставить мне ультиматум.
- Кирилл ты можешь быть спокоен, я даже в бреду не рассматривала тебя как потенциального жениха.
- Я настолько плох?
- Ты адреналинщик, а это для меня самая плохая характеристика мужчины, хуже могут быть только преступники.
- Даже так?
- Это мое виденье и я не собираюсь его менять и переубедить невозможно и поэтому мы будем с тобой добрыми соседями, иногда встречаться в походах, редко согревать себя холодными ночами в палатке и ни о чем больше не помышлять.
- Согласен.
- И я согласна, а теперь отпусти мою ногу, и я напеку тебе оладий.
Меня отпускают и я, захватив свой мешок, иду переодеваться на кухню, где сейчас никого, все мужчины уже проснулись, но тихо как мышки лежат в кроватках и ждут пока единственная слабая женщина встанет и приготовит им завтрак.
